![](/files/books/160/oblozhka-knigi-pesnya-v-oblakah.-tom-3-si-377023.jpg)
Текст книги "Песня в облаках. Том 3 (СИ)"
Автор книги: Иван Аккуратов
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 20 страниц)
Глава 13. Скрытое в глубине. Энжи
Энжи спешила за Роаль, стараясь запоминать дорогу. Всё это время она думала, что слугам отведён один из этажей, как было во дворце на Царь-древе. Но в особняке генерала Болло планировка оказалась сложнее.
Первый этаж занимал три лестничных пролёта, то есть был втрое выше двух других – настолько там были высокие потолки. Большая часть его отводилась под открытую веранду, построенную для уличных банкетов. Она плавно переходила в деревянное крыльцо с видом на два больших фонтана и сад. Вторая часть представляла из себя огромную обеденную залу, также предусмотренную для приёма гостей.
Сейчас порты были закрыты, и особняк пустовал. По коридорам иногда шастали слегка рассеянные чиновники и солдаты, а также вечно спешащие куда-то слуги.
Рядом с обеденной залой была небольшая пристройка – там слуги, задействованные в приёмах, находились почти всё время, когда не требовались гостям. Любого из них могли вызвать с помощью специального колокольчика, однако без этого они подчинялись лишь строгому расписанию. Там же была и кухня.
Второй этаж состоял из комнат – таких как та, где жила Энжи. Девушка предположила, что они тоже, в основном, служили для приёма гостей, однако некоторые, по всей видимости, были заселены и сейчас. Особняк генерала Болло был не только его домом, но и резиденцией. Большую часть времени здесь кипела работа. Люди занимались наймом и подготовкой новых офицеров, организацией поставок оружия, одежды и продовольствия. Здесь совершались сделки и планировались торговые маршруты, которым требовалась охрана. Здесь же принимались и многие государственные решения.
Особняк служил своего рода штабом, и если старшие офицеры жили рядом с казармами в придворье, то некоторые чиновники получили отдельные кабинеты в самом доме.
Слуги же ютились в соседнем крыле – трёхэтажном, повторяющем форму особняка, каменном здании меньшего размера. Первое, что бросалось в глаза: народу в нём было заметно больше. У слуг имелись свои комнаты, кухня, несколько ванных. Энжи даже успела заметить их собственную библиотеку, представляющую из себя два поставленных рядом книжных шкафа, заполненных обтрёпанными книгами в мягких обложках.
Роаль провела её сквозь весь второй этаж, а затем они спустились ниже. Узкие коридоры петляли, огибая кладовые, забитые какой-то утварью, холодильники и спуски в небольшие погреба. Наконец, когда принцесса испугалась, что сейчас окончательно запутается в череде поворотов, Роаль, прихрамывая, юркнула в приоткрытую дверь.
В нос ударил запах мыла, хлорки и отсыревшей ткани. Принцесса вошла в просторную комнату, где под потолком была развешена чистая одежда. Роаль, не обращая внимания на её замешательство, побежала в дальний конец комнаты, уворачиваясь от висевших на лесках полотенец, к длинной ванной. Включив воду, она принялась зачищать мылом и твёрдой коралловой губкой бывшее когда-то белым платье, пытаясь согнать расползшееся по всему подолу красное пятно.
Служанка сдула упавшие на лицо волосы и быстро смахнула рукой непослушную прядь.
– Боги, машинка его только испортит! – воскликнула она. – Придётся всё делать руками.
– Машинка? – переспросила Энжи, пользуясь отведённым временем осматривая комнату.
Роаль кивком головы указала на огромную бочку с несколькими рычагами и металлическим коробом сзади, стоявшую в углу комнаты.
– Изобретение Пехорро, – не переставая натирать платье, сообщила служанка. – Хозяин говорит, скоро такие будут в каждом доме. На других островах бельё либо стирают вручную, либо с помощью устаревших машин, требующих усилий трёх слуг. А эта штука делает всё автоматически. Нужно лишь несколько раз за стирку переключать один рычаг да насыпать хлорки.
Энжи с недоверием обвела взглядом бочку, с подведённым к ней шлангом. Она слышала про стиральные машины, но ожидала, что эта штука окажется больше. Дебби когда-то говорила, что пользоваться ей – настоящий рабский труд, и намного проще стирать руками. Во дворце это было скорее корыто с несколькими рычагами, которые крутили шершавые валики снизу.
– Шумит хуже роты солдат! – продолжала причитать Роаль. – А трясётся, будто бесы вселились. Я так и не смогла привыкнуть, хотя эта штука тут уже несколько лет, и Жанин приказывает стирать всё ей. Говорит, если руками замывать солдатские мундиры, на это уйдёт сотня лет.
– Я тоже не слишком доверяю таким машинам, – не зная, что ответить, сказала принцесса. На самом деле, Энжи вполне спокойно относилась ко всякого рода новинкам, а вещи не стирала никогда в жизни. Но продолжая диалог, могла, не вызывая подозрений, осмотреться.
Одежда, пахнущая мылом, была развешена ровными рядами, и Энжи, отодвинув одно из полотенец, прошла вглубь комнаты. У стен прачечной стояло ещё несколько странных громоздких устройств. Два из них были похожи на то, про которое рассказывала Роаль. Ещё одно – около входа – представляло из себя два деревянных валика над широким корытом, установленным на уровне пояса принцессы. Вверх торчал изогнутый рычаг, сжимающий их. А рядом стояла пустая бельевая корзина.
– Это же для отжима белья! – догадалась принцесса.
– Да, ваша милость! – сквозь шум бегущей воды донёсся до Энжи голос Роаль. – У нас три таких, и все они ручные. Это удобно потому, что не шумят так страшно!
Принцесса вдруг увидела белую рубашку, очень похожу на ту, в которой прибыла. Девушка поспешила в дальнюю часть комнаты, дотронулась до порванного рукава и обнаружила тусклые пятна крови на вороте. Рядом висели и остальные её вещи. Сейчас, даже постиранные, они больше походили на половые тряпки.
– Роаль, здесь вся одежда? – крикнула Энжи. – Я имею ввиду та, в которой меня привезли сюда.
– Штаны пришлось выкинуть, миледи. Я думала избавиться сразу от всего, но не решилась. Как бы то ни было, ничего из этого уже не получится одеть – рубашка порвана и со следами крови, куртка тоже. Даже обувь, и та пришла в негодность.
– Понимаю… – пробубнила себе под нос Энжи, добравшись до висевшей на леске куртки. На всякий случай она проверила карманы, но, само собой, ничего в них не обнаружила. Не будет ли слишком подозрительно спросить у Роаль напрямую? Она могла бы сделать вид, что среди её вещей оставались семейные ценности…
Вдруг взгляд принцессы уткнулся в две пузатые деревянные тумбы, стоявшие у стены.
Энжи, стараясь не выглядеть подозрительно, а потому двигаясь медленно, прошла в край комнаты и прислонилась к первой тумбочке. Принцесса чуть задёрнула наволочку, свисавшую с потолка, так, чтобы та закрывала её от Роаль. Служанка, впрочем, была слишком сосредоточена на своей работе. Она постоянно что-то причитала себе под нос, и из того, что доносилось до Энжи сквозь шум воды, её слова были чем-то средним между молитвой богам и ругательствами.
Принцесса открыла верхний ящик, и обнаружила, что он заполнен запечатанными упаковками мыла и крахмала для чистки одежды. Девушка аккуратно присела на корточки, открыла створчатую дверцу нижнего ящика. Та едва заметно скрипнула.
– Это пятно не выводится! – воскликнула Роаль, и принцесса вздрогнула, чуть не ударившись о ящик головой. Бросив взгляд на найденные внутри коробки с порошком, она быстро его закрыла. – Я не знаю, что ещё можно сделать! Похоже, мне придётся рассказать генералу о том, что я натворила… Боги, я не представляю, что со мной будет…
Энжи шагнула к соседней тумбе. Надежд, что в ней окажутся её вещи, было немного, но она была обязана узнать точно.
– Попытайся снова, Роаль! – крикнула она служанке. – Уверена, всё получится.
Та, в ответ, тяжело вздохнула и вновь повернулась к ванной.
Принцесса же быстро распахнула все дверцы тумбочки и увидела лишь несколько губок и мочалок, а также два пузатых ведра.
– Боги, это невыносимо! – буркнула она.
– Что вы сказали? – не оборачиваясь, спросила служанка.
– Ээм… Невыносимо смотреть, как ты из-за меня мучаешься.
Энжи молча отругала себя за неосторожность. Вновь окинула взглядом комнату. Вокруг не осталось мест, где ещё можно было поискать её вещи. Это и не удивительно. Скорее всего их давно унесли куда-то ещё, или украли слуги. А может, и просто выкинули… Ей ничего не найти в таком большом доме, когда она даже не может свободно по нему перемещаться.
Она запрокинула голову, закрыла глаза, стараясь придумать хоть что-то. И вдруг прямо перед ней вспыхнул яркий свет – так молниеносно, что Энжи чуть не вскрикнула. Тянущее и зовущее ощущение вернулось. Девушка моргнула несколько раз, а затем зажмурилась снова, собираясь удостовериться, что ей не показалось. Звуки воды вмиг стали тише или, скорее, дальше. Над головой, в сером небе, вдруг зажглись какие-то огоньки.
Что-то было совсем рядом. Что-то, манящее к себе. Раздражающее, будто острый камешек в туфле, но в тоже время доставляющее странное удовольствие, словно чешешь комариный укус.
Энжи открыла глаза, тяжело дыша.
«Сфера».
Она точно была где-то здесь. Настолько близко, что, Энжи чувствовала её, как в борделе, когда едва не накинулась на Джервиса. Чувствовала, что она настолько близко, что можно дотянуться рукой.
Сердце в груди бешено колотилось. Что-то звало принцессу. Не голос, но чувство.
Энжи увидела перед собой ещё несколько пар штанов, принялась быстро ощупывать их, чувствуя, как растёт внутри возбуждение. Сфера была рядом, и она тянулась к принцессе точно также, как сама принцесса тянулась к сфере. Она здесь, и Энжи найдёт её. Должна найти.
– Прошу прощения, мисс… – прервала её мысли служанка, и принцесса обернулась, почувствовав странную, непреодолимую ярость. – Я не хотела причинять вам неудобства.
– Ммм… – невнятно хмыкнула Энжи, не переставая ощупывать мокрую одежду, свисавшую с потолка. Роаль вряд ли могла её увидеть – слишком много между ними было вещей. Однако Энжи поняла, что её это совершенно не волнует. Ей во что бы то ни стало хотелось добраться до маленького шарика, заполненного паром. И добраться, как можно быстрее.
– Наверное, не слишком весело наблюдать, как я мою платье, которое сама же испортила. Я хочу сказать, разве этим должна заниматься принцесса?
– Угу… – словно во сне, отозвалась Энжи. Вещей на вешалках не осталось – принцесса вышла на открытое место, почти у самой ванной, и теперь рыскала взглядом, надеясь обнаружить хоть какую-то подсказку. Было что-то ещё, что она упустила.
– Пожалуй, мне стоит замочить платье и оставить на какое-то время. – Продолжала свой монолог служанка. – Может быть, пятно отойдёт за несколько часов, или хотя бы станет менее заметным. Я сейчас замою вещи из других комнат, и отведу вас обратно в ваши покои. Ох, а это что… Неужто опять?
Что-то скрипнуло рядом, и Энжи увидела, как служанка открывает стоявший возле ванной трельяж. Войдя в комнату, принцесса приняла его за простое зеркало, но снизу был едва заметный ящик.
– Гости постоянно оставляют в одежде свои украшения. – Роаль покачала головой, выпрямляясь. – Это уже второе кольцо, которое я нахожу за эту неделю.
– Кольцо? – удивлённо переспросила принцесса. Сердце забилось быстрее.
– Да… – отозвалась служанка. – Удивительно, сколько времени проходит, прежде, чем хозяева вспоминают о них. И знаете, что самое плохое? Почти всегда, они винят в краже слуг, прежде чем решат хотя бы попробовать поискать самостоятельно…
Вот оно! Как же она не заметила сразу? Этот трельяж был прямо рядом с ванной, в которой замывают одежду перед стиркой. Если содержимое карманов куда-то и выкладывают, то определённо туда. Её сфера должна найтись в ящике!
– Боги, точно! – воскликнула принцесса, уставившись на трельяж. Роаль удивлённо посмотрела на её отражение в зеркале.
– Мисс?
– Эм… Да, ты права, Роаль. Люди порой ведут себя очень глупо.
Энжи тут же постаралась взять эмоции под контроль. Ей нужно было добраться до трельяжа и обыскать его, при этом не вызвав подозрений у Роаль, которая находилась в шаге от него. Что она скажет, если увидит сферу? Наверняка доложит генералу, а он – Энжи была уверена – знает, какой силой обладает маленький стеклянный шарик.
Принцесса должна была действовать иначе. Хитрее.
– Знаешь, ты права! – серьёзно повторила Энжи, подойдя ближе. Платье и в самом деле совершенно не отмывалось, что бы служанка с ним не делала. – Я слышала, что вместо того чтобы тереть, тебе нужно просто оставить его в мыльной воде на какое-то время.
– Я уже так делала… – разочарованно вздохнула Роаль, шмыгнув носом.
– Значит, прошло слишком мало времени, – отрезала Энжи приказным тоном. – Оставь его хоть на несколько мгновений.
Она отстранила служанку, делая вид, что хочет посмотреть, что стало с пятном. Вода тонкой струйкой заполняла таз с крахмалом. Мелкие брызги летели на шершавую доску для мытья, стоявшую рядом. Вверх поднимался едва заметный пар. Энжи увидела на руках служанки плотные перчатки и вдруг вспомнила, что вода на острове изначально подаётся горячей. Взгляд опустился на собственные пальцы, и она обнаружила, что те до сих пор немного липкие от вина. Пожалуй, это даже могло бы сработать…
– Ох… – вздохнула Энжи, стараясь усыпить бдительность служанки. – Думаю, ты и правда сделала всё, что могла. Уверена, генерал поймёт, что произошло недоразумение.
Роаль отвернулась, качая головой.
– Не знаю, миледи. Это платье выглядит очень дорогим…
– Я сама ему всё объясню, – дружелюбно заверила принцесса. – Не переживай об этом. Пойдём в мою комнату. Там ещё остались фрукты.
– Как скажете, миледи, но мне и правда нужно будет идти заниматься делами. Работы по дому последние дни довольно много, и генерал…
– Дело твоё, Роаль. Я не буду тебя насильно удерживать. – Энжи отмахнулась, и будто бы невзначай, взглянула на свой рукав. – О, боги! Смотри – на мою рубашку тоже попало несколько капель вина! Уверена, уж это отойдёт сразу.
– Нет! – всполошилась служанка, когда Энжи без отлагательств потянулась к воде. Принцесса лишь слегка докоснулась струи так, чтобы та попала на одежду, но даже этого хватило, чтобы почувствовать жар.
– А! Боги! Как больно! – взвизгнула девушка, отдёрнув руку и схватившись за неё. Служанка обомлела, опять побелев, как мел. – Я обварила запястье! Боги, Роаль! Как же больно! Проклятье!
Энжи картинно замахала рукой из стороны в сторону так, чтобы служанка не смогла её схватить и разглядеть получше.
– Неси скорее что-нибудь, Роаль! Что ты смотришь, бездна тебя дери! Мазь или бинты, хоть что-то! Быстрее же, ну?
Служанка сорвалась с места, и, подгоняемая криками принцессы, унеслась из прачечной.
– Я сейчас! – крикнула она, и дверь за ней закрылась.
Энжи выдохнула и едва заметно улыбнулась очередной победе. Нужно будет растереть руку, чтобы Роаль ничего не заметила, но пока что ей следует проверить трельяж. Не теряя времени, Энжи выдвинула ящик. Он вновь скрипнул и перед ней предстала россыпь забытых вещей. Там нашлось место для нескольких цепочек, дюжины серьг, золотых часов и десятка колец разной ценности. Лежали там и более странные предметы, такие как две полупустых пачки с сигарами, три расчёски с широкими зубьями, маникюрные ножницы, спички, очки, несколько монет и…
Под грудой хлама был шарик с золотой окантовкой, и внутри у него колыхался серый туман, который вдруг вспыхнул и зашевелился.
«Сфера», выдохнула Энжи, протягивая руку.
Принцесса почувствовала, как засосало под ложечкой. Ощутила нечто вроде голода пополам с жаждой. Во рту пересохло, и она больше ни о чём не могла думать.
Дрожа от волнения, Энжи дотронулась до стекла, и возбуждение защекотало мышцы. Тепло устремилось от кончиков пальцев до локтя и плеча, потекло быстрее – прямо в сердце. И принцесса позволяла ему распространятся. Позволяла растекаться по уставшему телу. Позволяла заполнять всё.
Энжи с упоением глубоко вздохнула, и ей показалось, что она не дышала до этого всю свою жизнь – настолько этот вздох отличался от других. Цвета изменились – на мгновение стали ярче. Стали настоящими. А затем Энжи зажмурилась просто потому, что почувствовала, что это необходимо, и мир вокруг неё почернел, а затем стал серым.
Яркие вспышки одна за другой зажглись повсюду. Окружили её. Они шептали на разный лад, используя неизвестный, но кажущийся таким красивым, язык. Звали её.
– Мисс Тан Гурри?
Знакомый мужской голос выбил из неё всю радость, будто удар под дых. Энжи резко обернулась, сжимая сферу в кулаке, и увидела генерала Болло, который замер в дверях прачечной. Вена пульсировала на его виске, а глаза были жёсткими и холодными. Серыми, в точности, как у неё. Пожалуй, именно такому властному взгляду, ей и стоило научиться.
Первая мысль, вспыхнувшая в сознании Энжи, оказалась простой – бежать. Отчаянно пуститься наутёк, мимо генерала. Выбежать в коридор, попробовать добраться до выхода из особняка, до сада через огромную веранду, а дальше ускользнуть в ворота и скрыться. Бежать неважно куда. Спрятаться, спастись, скрыться от этого взгляда.
Принцесса отступила на шаг, крепче сжимая сферу и всё ещё чувствуя, как тепло растекается по телу. Чувствуя, как её наполняет уверенность. Сила. Чувствуя, как что-то внутри дрожит от нетерпения. Хочет помочь. Мечтает вырваться наружу. Его удары о клетку сопровождались отчётливым гулким стуком. Словно ещё одно сердце билось у Энжи в груди.
Она сделала неловкий шаг назад, прислоняясь к открытому трельяжу. Зажмурилась, позволяя миру вновь наполниться туманом. Белые шепчущие огни опять появились со всех сторон. Один из них – большой и пульсирующий, будто пламя факела, шепчущий, как и все прочие – оказался прямо перед принцессой. Так близко, что можно было дотронуться до него рукой. Дотронуться и… вдохнуть. Завладеть. Подчинить своей воле и использовать.
– Мисс?
Энжи распахнула глаза, и её сознание вновь вернулось к встрече с генералом. Несколько мгновений ускользнули от девушки, и теперь мужчина возвышался над ней всего в паре шагов. Он замер, не двигаясь, но принцесса чувствовала, как он сдерживается, чтобы не схватить её и не протащить за волосы по всему особняку. Это всегда видно в человеке. Достаточно лишь заглянуть в глаза.
Дверь за его спиной вдруг распахнулась.
– Мисс, я принесла масло от ожогов и… – Роаль замерла в нескольких шагах от генерала, переводя взгляд с него на принцессу и обратно.
– Я ещё раз повторю свой вопрос. – Медленно, сквозь зубы, генерал практически прорычал эти слова, не спуская взгляда с принцессы. – Что вы, унеси вас ветра, здесь делаете?
Роаль подбежала ближе.
– Я прошу прощения, это моя вина и…
Раздался резкий и звонкий шлепок, когда генерал, не оборачиваясь, ударил Роаль тыльной стороны ладони. Несколько капель крови попало на белоснежную простынь, свисавшую с потолка, и девушка рухнула на пол. Приземлившись, она еле слышно застонала, и замерла, не двигаясь.
Оцепенение спало с Энжи, и она бросилась к служанке, упала рядом с ней на колени. Почувствовала, как внутри разливается злость на генерала, ненависть к самой себе, за то, что её план привёл к подобному. Безысходность, от провала. И… Сила, которая всё ещё пульсировала внутри.
Энжи ощутила, как что-то всколыхнулось в груди. И позволила этому вырваться наружу.
Мир в мгновение преобразился. Туман расползся вокруг принцессы, стирая очертания прачечной, и перед ней вдруг вспыхнуло море огней. Один из них – дрожащий, будто бы от порывов ветра, – оказался прямо перед принцессой, и она потянулась к нему.
Вспышка яркого света, словно молния, озарила всё вокруг. Дрожь прошла по телу принцессу, и она поняла, что задыхается. Выдохнула и не смогла вдохнуть. В груди просто не оставалось места для воздуха, в голове не оставалось места для собственных мыслей. Гулкие удары стучали по ушам, словно бой барабанов.
От неожиданности и страха Энжи отшатнулась и открыла глаза. В мгновение всё затихло – растворилось, будто видение. Лишь редкий стук всё ещё звучал в висках.
Дрожа, она заставила себе подняться на ноги, взглянула на лежавшую без чувств служанку, а затем перевела взгляд на генерала. Тот молча стоял прямо перед ней и, похоже, не заметил ничего странного. Однако и того, что он уже увидел, было достаточно, чтобы в его глазах горела ярость.
Энжи почувствовала непреодолимое желание сделать ещё один вздох – сфера в кулаке была такой горячей, что руке было нестерпимо больно. Сила, прошедшая сквозь принцессу, всё ещё была где-то внутри. Умоляла воспользоваться ей снова. Применить до конца. Она текла по венам и казалась неудержимой и неуправляемой, но такой пьянящей. Всё, что было нужно, лишь забыться и вдохнуть её.
Опомнившись, принцесса попыталась спрятать сферу, но поспешила с этим движением. Генерал, не отрываясь, смотрел на девушку. Он ждал каких-то слов оправдания, но и её движение стало для него ответом. Он оскалился, перехватил руку принцессы, сжал её запястье так, что она чуть было не вскрикнула, и развернул ладонью к себе.
Однако генерал не знал, что эта вспышка боли, была незначительным испытанием, по сравнению с тем, что Энжи пришлось почувствовать, когда она заставила себя разжать пальцы и позволить шарику с паром незаметно скользнуть в карман штанов.
Ладонь была пуста. Яркость мира, а также сила ушли. Остался лишь непонятный голод, опустошение и пересохшее горло. А также злость.
– Зачем вы здесь? – сведя брови, процедил генерал. В его голосе звенела ярость, которая лишь усилилась, когда он увидел пустую ладонь.
– Роаль испортила моё платье, – стальным голосом ответила Энжи, с силой вырвав руку из хватки генерала.
Он схватил вновь.
– Не лгите мне, принцесса.
Мужчина придвинул Энжи к себе, сжав руку ещё сильнее. Холодная, тупая боль прошла от запястья до локтя, но ни один мускул на лице девушки не дрогнул. Она продолжала смотреть в лицо генерала.
– Если не отпустите – лишитесь руки.
Энжи произнесла это холодно и отрешённо, потому что знала, что не врёт. Наверное, в другой момент, она бы испугалась своего голоса, испугалась этой угрозы, в конце концов, испугалась бы генерала, но сейчас что-то внутри неё мешало бояться.
Генерал оскалился, но разжал пальцы.
– Парсо, Вендель! – скомандовал он, отвернувшись. В комнату вбежали двое солдат. – Отведите принцессу в её комнату и проследите, чтобы она оттуда никуда не выходила.
Те переглянулись и, нехотя, подошли к девушке. Трогать они её не решились, но Энжи и не собиралась давать им такой возможности. Поправив помятый рукав рубашки, она сама направилась к выходу. Принцесса чувствовала, как генерал смотрит ей вслед. Чувствовала, как внутри него едва заметно тлеет страх. Принцесса не видела этого, но знала.
И знала не только это. Она слышала, как билось сердце в его груди. Слышала, как быстро гонит кровь сердце, лежавшей на полу Роаль. Отчётливо ощущала нервные удары сердец солдат.
Её собственное сердце также взбудоражено колотилось. А ещё, в такт ему, билось что-то новое. Что-то, давшее ей силу.
Тихо. Редко. Едва слышно.