Текст книги "Лепестки под снегом (СИ)"

Автор книги: Ива Рей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

Ветер перемен.

Анна проснулась от тишины.

Такой гнетущей, что казалось, она давит на грудь, не давая дышать.

Она не сразу вспомнила, где находится, но стоило открыть глаза и увидеть обветшалые деревянные стены, как воспоминания ворвались в сознание.

«Этот дом теперь принадлежит Орловым.»

Эти слова вчера прозвучали как удар грома, но она была слишком уставшей, чтобы осознать их до конца.

Теперь же, в утреннем свете, эта правда впивалась в неё, как осколки льда.

Она резко села, ощущая, как внутри поднимается тревога.

Мать пообещала объяснить всё утром, но что это могло значить?

Как это могло случиться?

Почему именно Орловы?

Анна накинула на плечи старую шаль и вышла в главную комнату.

Мать уже была на ногах.

Она сидела у стола, медленно перелистывая пожелтевшие бумаги.

На её лице не было сна, только усталость.

– Ты уже проснулась? – голос матери прозвучал ровно, но взгляд её избегал Анны.

– Ты обещала рассказать мне всё, – Анна подошла ближе, чувствуя, как внутри нарастает холод.

Мать слегка вздрогнула, её пальцы сжали бумаги сильнее.

– Я знаю, – она медленно сложила бумаги в стопку, но всё ещё не смотрела на дочь. – Я расскажу… но не сейчас.

Анна сжала губы.

– Мама.

– Анна, прошу тебя, – мать наконец подняла глаза, и в них читалась усталость, граничащая с отчаянием. – Позволь мне немного времени.

Анна напряглась, но промолчала.

Вчера, когда мать сказала, что дом выкупили Орловы, у неё не осталось сил спрашивать дальше.

Теперь же вопросы давили на неё с новой силой.

Но, глядя на мать, она видела, что та просто не готова говорить.

– Что ты собираешься делать? – голос Анны сорвался, когда она увидела, как мать укладывает вещи в старый сундук.

– У нас нет выбора, – мать говорила ровно, но пусто, словно давно смирилась с неизбежным.

– Но… – Анна покачала головой, её грудь стянуло тревожным предчувствием. – У нас же есть время?

Мать прикрыла глаза.

– Время? – её голос был горьким. – Анна, у нас никогда не было времени.

Анна остолбенела. Словно внутри что-то оборвалось. Её руки дрожали, но она не могла просто стоять в стороне.

– Я не позволю нам уйти просто так, – её голос звучал твёрже, чем она сама ожидала.

Мать тяжело вздохнула.

– Анна, иногда лучше уйти раньше, чем ждать, пока тебя вытолкнут.

В её словах была страшная правда. Но Анна не хотела её принимать.

Анна сидела у окна, обхватив себя за плечи, но холод, пробирающийся сквозь тонкую ткань её платья, был ничем по сравнению с ощущением беспомощности, сковавшим её изнутри.

«Время… у нас никогда не было времени.»

Эти слова матери разъедали её сознание, звучали вновь и вновь, будто она должна была осознать нечто важное.

Но что?

Что мать не договаривает?

Анна повернула голову к столу, где мать продолжала укладывать вещи в сундук. Руки её двигались неторопливо, но уверенно, словно она давно приняла своё решение. Анна же не могла смириться с этим.

– Мы не можем просто уйти, – её голос был спокойным, но внутри бушевала буря.

Мать не ответила, лишь плотнее завязала узел на старом платке.

– Мы должны попытаться что-то сделать…

– Что ты предлагаешь, Анна? – наконец, мать отложила вещи и посмотрела на неё прямо. В её взгляде не было гнева, только усталость. – Пойти к Орловым и молить их оставить нам этот дом?

Анна плотно сжала губы.

Нет.

Она не хотела просить. Она ненавидела мысль о том, что Орловы могут смотреть на них сверху вниз, как на попрошаек, недостойных собственного крова. Но и просто так уйти она не могла.

– Должен быть выход, – прошептала она, больше себе, чем матери.

Мать покачала головой, но прежде чем успела ответить, раздался стук в дверь.

Анна и её мать замерли.

Это был настойчивый, требовательный стук, которому не терпелось дождаться ответа. Анна почувствовала, как внутри всё сжалось.

Кто бы это мог быть?

Она бросила быстрый взгляд на мать, но та лишь молча кивнула, словно говоря:«Открывай».

Анна подошла к двери и осторожно приоткрыла её, но когда увидела стоящего на пороге мужчину, её дыхание перехватило. Перед ней стоял человек в дорогом, но строгом пальто, с золотыми пуговицами, блеском которых будто нарочно подчеркивался его статус. Она сразу поняла: он из усадьбы Орловых. Его гладко выбритое лицо было совершенно непроницаемым, а тёмные перчатки, которыми он сжимал кожаную папку, казались угрожающими.

Анна почувствовала, как её спина выпрямляется сама собой.

– Доброе утро, – голос мужчины был ровным, но холодным.

– Чем могу помочь? – Анна не дрогнула, хотя внутри всё напряглось.

Мужчина слегка склонил голову, но в его взгляде читалось нечто большее, чем просто вежливость.

– Моё имя Виктор Сергеевич, – представился он. – Я управляющий усадьбы Орловых.

Анна почувствовала, как воздух в комнате стал плотнее.

«Управляющий Орловых…»

Это могло значить только одно.

Она сжала кулаки, но держала лицо спокойным.

– И зачем же управляющий графской усадьбы прибыл в наш дом? – её голос был осторожным, но твёрдым.

Мужчина спокойно раскрыл папку, достал оттуда несколько бумаг и протянул одну из них Анне. Она не сразу взяла её, но когда взгляд скользнул по первой строчке, внутри всё похолодело.

«Официальное распоряжение о выселении.»

Она медленно подняла глаза на управляющего, но тот лишь невозмутимо продолжил:

– Я пришёл сообщить вам, что в соответствии с решением графини Орловой, вы должны покинуть этот дом в течение недели.

Анна почувствовала, как её горло сжалось. Мать медленно подошла ближе, её лицо оставалось бесстрастным, но руки, сцепленные в замок, выдавали напряжение.

– Недели? – её голос был сухим.

– Да, – управляющий слегка наклонил голову. – Вам даётся семь дней, чтобы собрать вещи и освободить помещение.

Анна не знала, что сказать.

Графиня не просто выкупила этот дом – она хотела их убрать немедленно.

– А если мы не уйдём? – её голос зазвенел от напряжения.

Мужчина слегка приподнял бровь, словно его удивил сам вопрос.

– Тогда, боюсь, вам всё равно придётся уйти, – его голос оставался ровным, но в нём слышалось предупреждение.

Анна сжала пальцы на бумаге, чувствуя, как гнев поднимается внутри неё. Это был их дом. Их жизнь. И всё это теперь оборачивалось против них.

Управляющий отступил на шаг, явно давая понять, что его миссия закончена.

– Советую вам не затягивать с решением, – бросил он. – Орловы умеют быть щедрыми, если им не перечить.

Анна стиснула зубы, но мать остановила её, слегка коснувшись её руки.

– Благодарим за ваше предупреждение, – голос матери был спокойным, но пустым.

Мужчина медленно кивнул, развернулся и вышел в снег, оставив после себя тяжёлую тишину.

Когда дверь закрылась, Анна разжала кулаки, чувствуя, как по ладоням прокатывается жар от гнева.

– Мы должны что-то сделать, – её голос был резким, полным эмоций.

Мать тихо вздохнула.

– У нас есть неделя, Анна.

– Но…

– Неделя – это всё, что у нас есть, – мать посмотрела на неё выгоревшими глазами. – И никто нам не поможет.

Но в этот момент раздался второй стук в дверь.

Анна замерла.

Стук в дверь был громким, настойчивым, но не таким холодным, как у управляющего Орловых. Он не пугал, но заставлял замереть в ожидании. Анна перевела взгляд на мать, но та лишь сжала губы и устало кивнула. Они обе не знали, кто мог прийти теперь, но одна мысль уже поселилась в голове Анны.

«Если это ещё один человек от Орловых – я не выдержу.»

Она глубоко вдохнула, выпрямилась и открыла дверь. И в тот же миг сердце сорвалось в пропасть.

На пороге стоял он.

Александр.

Он был всё тот же, и всё же совсем другой. Плотное шерстяное пальто покрыто снегом, волосы слегка растрёпаны от ветра, а тёмные глаза более напряжённые, чем когда-либо.

Но главное – он был здесь.

Перед ней.

Анна не могла вымолвить ни слова. Они не виделись столько времени, но даже молчание не скрывало напряжения, что повисло между ними.

– Анна, – он сказал её имя так, будто выдохнул его вместе с холодным воздухом.

Она поздно осознала, что всё это время смотрела на него, словно он фантом, который вот-вот исчезнет.

– Что ты здесь делаешь? – её голос был тихий, но наполненный эмоциями.

Александр едва заметно сжал кулаки.

– Я узнал о вашем положении, – его голос был спокойным, но в нём слышался металл. – И я приехал помочь.

Анна замерла.

Эти слова оказались сильнее, чем она ожидала.

Помочь.

Но что это значило?

Как он мог помочь?

Сзади раздались шаги, и Анна почувствовала присутствие матери.

– Милорд, – её голос был вежливым, но напряжённым.

Александр перевёл на неё взгляд и слегка склонил голову, но Анна видела, что его внимание приковано только к ней.

– Простите, если мой визит неожиданен, – его голос был ровным, но в нём было что-то, что Анна не могла разобрать. – Но я не мог поступить иначе.

Анна не знала, что ответить. Её пальцы дрогнули, когда она сжала их в кулак, чтобы взять себя в руки.

– Ты… не должен был приезжать, – её голос прозвучал глухо, но она не могла сказать иначе.

Она не могла позволить ему вмешаться.

Александр медленно вдохнул, его плечи слегка напряглись, но он не отступил.

– Разве у меня был выбор? – его голос был чуть тише, но в нём слышалось что-то глубокое, почти личное.

Анна почувствовала, как внутри всё дрогнуло. Он сказал это так, будто его это мучило так же, как и её. Но он не понимал. Не понимал, какой ценой это может обернуться.

– Ты рискуешь, приехав сюда, – её голос был твёрже, чем она ожидала.

Александр грустно улыбнулся.

Мать перевела взгляд с него на Анну, но ничего не сказала.

В комнате повисла напряжённая тишина, нарушаемая только далёким завыванием ветра.

Анна понимала, что должна что-то сказать, но в её голове всё смешалось.

Он здесь.

Он приехал ради неё.

Ради её семьи.

И она не знала, что с этим делать.

Александр стоял перед ней, словно живое напоминание о том, от чего она пыталась убежать.

Он не должен был быть здесь.

Но он пришёл. И его слова, его поступки пугали её сильнее всего на свете. Он не просто рисковал, вмешиваясь в её жизнь. Он давал ей надежду, а надежда – это самая опасная иллюзия. Она не могла позволить себе поверить в неё.

– Ты не должен был приезжать, – Анна старалась говорить твёрдо, но голос её всё равно дрогнул.

Александр не отвёл взгляда.

– Если бы я не приехал, что бы ты сделала?

Анна задержала дыхание. Она не знала. Если бы он не приехал, она бы продолжала бороться, пыталась бы найти выход, но…

Какой?

Куда бы она повела мать, когда у них не осталось ничего?

Она бы искала работу?

Но кто возьмёт безземельную женщину, которая разгневала семью Орловых?

Она бы пошла в усадьбу, умоляя оставить им дом?

Но тогда она навсегда бы осталась их пленницей.

Её пальцы дрогнули, но она не могла позволить себе показать слабость.

– Это не твоё дело, – сказала она наконец, стараясь, чтобы голос не выдал её внутренних сомнений.

Александр не отреагировал сразу. Он лишь глубоко вдохнул, словно боролся с желанием сказать что-то большее.

– Разве?

Анна почувствовала, как внутри всё сжалось. Его голос был мягким, но в нём было что-то другое.

Что-то глубокое, личное. Словно он спрашивал не только её, но и себя. Она не могла этого вынести. Не могла разрешить ему вмешиваться в её судьбу.

– Ты рискуешь, приехав сюда, – её голос дрожал от гнева и беспомощности.

Александр грустно улыбнулся.

– А если я скажу, что уже рискую давно?

Анна прикрыла глаза, стараясь не поддаться эмоциям. Она не хотела знать. Не хотела понимать, что он действительно готов бросить вызов всему ради неё. Потому что если она примет его помощь, это будет значить слишком многое. Это будет значить, что она больше не сможет делать вид, будто его поступки не имеют значения.

Она не сможет сбежать.

Не от Орловых.

Не от самой себя.

Она открыла глаза.

– Что ты хочешь сделать?

Александр смотрел на неё пристально, его взгляд был серьёзным, почти мрачным.

– Я хочу, чтобы этот дом остался за тобой.

Анна моргнула, не сразу понимая смысл сказанного.

– Что?..

– Ты не должна уходить отсюда, – Александр говорил спокойно, но в его голосе звучала сталь. – Если Орловы выкупили этот дом, значит, его может выкупить и кто-то другой.

Анна смотрела на него, не веря своим ушам. Он предлагал ей невозможное.

– Ты хочешь… ты хочешь выкупить его обратно?

Александр едва заметно кивнул, наблюдая за её реакцией.

– Если это единственный способ спасти тебя от выселения, то да.

Анна почувствовала, как внутри всё сжалось. Это было невозможно. Неправильно. Она не могла позволить ему так поступить.

– Нет, – её голос был твёрдым, даже резким.

Александр не удивился.

– Почему?

Анна вцепилась в ткань своей юбки, словно это могло помочь ей сохранять контроль.

– Потому что это не твоё дело, Александр! – она сделала шаг назад, словно отстранялась не только от него, но и от собственных эмоций. – Ты не можешь просто прийти и разбрасываться деньгами, думая, что этим всё решишь!

– Я не разбрасываюсь, – его голос остался ровным, но в глазах вспыхнуло нечто похожее на гнев.

– Ты понимаешь, что случится, если ты вмешаешься? – Анна вспыхнула от ярости, но её голос был слабее, чем она хотела.

Александр сделал шаг ближе.

– Я понимаю, – его голос был ровным, но твёрдым. – И ты тоже это понимаешь.

Она почувствовала, как сжались пальцы. Он был прав. Она понимала. Но не хотела принимать правду.

– Ты хочешь купить этот дом? Хорошо, – её голос дрожал от гнева. – Но что дальше? Ты думаешь, графиня просто согласится с этим? Ты думаешь, она позволит тебе вмешаться в мою судьбу?

Александр поджал губы, но не отступил.

– Пусть попробует меня остановить.

Анна почувствовала, как внутри всё перевернулось. Он не боялся своей матери. Но она боялась. Боялась, что ещё один шаг – и пути назад уже не будет. Боялась, что если он нарушит ради неё правила, ей придётся сделать то же самое.

– Я не приму твоей помощи, – её голос был тихим, но твёрдым.

Александр остался неподвижен.

– Тогда я найду другой способ, – сказал он наконец.

Анна стояла на месте, не в силах сдвинуться.

«Тогда я найду другой способ.»

Эти слова застряли в её голове, как заноза.

Она видела решимость в глазах Александра, но это не давало ей облегчения.

Это пугало.

– Ты не можешь этого сделать, – она наконец выдохнула, но голос её не был таким уверенным, как хотелось бы.

Александр не шелохнулся.

– Почему?

– Потому что это неправильно, – Анна чувствовала, как по спине пробегает дрожь, но не от холода.

Потому что она знала его характер. Если он что-то решил, он не отступит. Но он не понимает. Он не понимает, чем всё это может закончиться.

– Александр, – она произнесла его имя тише, почти с мольбой.

Он отвёл взгляд, и на мгновение она увидела в нём усталость.

– Ты всегда так делаешь, – его голос был спокойным, но в нём чувствовалась горечь.

Анна нахмурилась.

– Что?

Александр перевёл на неё взгляд, и его слова прозвучали как удар в грудь.

– Ты всегда отталкиваешь меня.

Анна замерла. Грудь сжалась от неожиданного приступа боли.

– Это не так.

– Это именно так, – его голос стал тише, но от этого он только сильнее проникал под кожу. – Я предлагаю тебе помощь, но ты даже не даёшь себе шанса подумать об этом.

Анна сжала кулаки, пытаясь не сорваться.

– Потому что я не могу её принять!

Он тяжело вдохнул, но не стал возражать.

Вместо этого он посмотрел ей прямо в глаза, и в этот миг между ними не осталось ничего, кроме правды.

– Почему?

Его голос был нежным, но настойчивым.

Анна опустила взгляд, потому что не могла сказать, что боялась его. Не могла сказать, что её пугает не долг, не графиня, не дом, а то, что его вмешательство означает гораздо больше, чем он сам осознаёт.

Она не могла позволить себе зависеть от него.

Она не могла дать себе надежду.

– Я просто не могу, – наконец, выдохнула она, и её голос сорвался на последнем слове.

Александр отступил на шаг, словно прощал её за этот ответ.

Но он не сдавался.

– Хорошо, – его голос был странно ровным, почти сдержанным.

Анна подняла на него взгляд, но в его глазах не было разочарования или злости.

Только решимость.

– Тогда я сделаю это без твоего разрешения.

Она почувствовала, как мир вокруг качнулся.

– Что?..

– Если ты не примешь мою помощь, я помогу по-другому, – его голос был безапелляционным. – Ты можешь не брать деньги, можешь отвергать мои поступки, но я не позволю оставить тебя без крыши над головой.

Анна раскрыла рот, но не смогла ничего сказать.

– Ты не имеешь права!..

– У меня есть свсё право, если ты не хочешь бороться за себя.

Она замерла.

Эти слова заставили её сердце замереть.

«Ты не хочешь бороться за себя.»

Она не знала, зачем, но эти слова задели её глубже всего. Как будто он обвинял её в том, что она сдаётся. Как будто она и правда отступает.

– Ты не понимаешь…

– Тогда объясни, – его голос стал резким, почти гневным.

Он никогда не говорил с ней так. Анна дрожала, но не могла ответить. Снаружи завыл ветер, ударяя снежными хлопьями в окно. В комнате воцарилась напряжённая тишина.

Мать молча смотрела на них, но не вмешивалась. Она знала, что это должно решиться между ними.

И Анна понимала это тоже.

– Ты должен уйти, – её голос был приглушённым, почти неслышимым.

Александр не сдвинулся.

– Нет.

Его голос был твёрдым, уверенным, и это пугало её больше всего.

Он не оставит её.

Не отступит.

А это означало, что её жизнь уже никогда не будет прежней.

–

Дорогие читатели!

История Анны и Александра становится всё сложнее, а их чувства – сильнее. Что будет дальше? Смогут ли они преодолеть все преграды?

Оставьте свой комментарийи поделитесь впечатлениями – ваши эмоции вдохновляют на новые главы!

Обещания под снегом.

Анна сидела в углу комнаты, укрытая старым тёмным платком, и смотрела, как свеча на столе медленно догоряет.

Огонёк колыхался от лёгкого сквозняка, отбрасывая длинные, беспокойные тени на стены, и ей казалось, что они двигаются так же, как её мысли – беспорядочно, тревожно, словно пытаясь вырваться за пределы разума.

Она провела по своей руке пальцами, как будто хотела убедиться, что она ещё здесь, что это всё не сон. Но это не было сном. Это была реальность, в которой её дом больше не принадлежал её семье.

Реальность, в которой Александр был готов бороться за неё, а она…

Она боялась.

«Ты не хочешь бороться за себя.»

Его слова не давали ей покоя.

Как будто отразили ту мысль, которую она сама не хотела признать. Она всегда считала себя сильной. Она боролась, когда осталась одна в усадьбе Орловых. Она боролась, когда ей приходилось выдерживать холодный взгляд графини и шёпот прислуги. Она боролась, когда ночами молилась за свою семью, не зная, как им помочь.

Но сейчас…

Сейчас она чувствовала себя слабой, беспомощной, загнанной в угол. И именно это пугало её больше всего. Она обняла себя за плечи, пытаясь согреться, но внутри было так холодно, как будто пустота заполняла каждую клеточку её тела.

«Почему всё так?»

Почему ей приходится делать этот выбор?

Почему она не может просто принять помощь, забыть о страхах и сомнениях?

Но в этом и была её главная боль – если она примет помощь Александра, то признает, что одна больше не справится.

А если он не отступит?

Что тогда?

Сквозь окно виднелся снег, медленно падающий на застывшую землю. Тихий, белый, почти невесомый, но он покрывал всё собой, превращая мир в бескрайний белый океан без надежды на солнце.

Анна прикрыла глаза.

Внутри всё разрывалось на части. Она знала: если она решится, если сделает шаг вперёд, пути назад уже не будет.

Но если не сделает…

Если останется здесь, в этой комнате, с горящими свечами и страхами, то потеряет даже ту крохотную надежду, которая у неё осталась. Она не могла это позволить.

Анна резко встала. Руки дрожали, сердце стучало так громко, что казалось, его слышно в ночной тишине. Ей нужно было выйти.

Ей нужно было дышать.

Нужно было услышать снег под ногами, почувствовать мороз на коже, чтобы понять, что она ещё жива.

Она накинула тёплый платок, подошла к двери и неслышно вышла в ночь.

Ночь окутала деревню тишиной, в которой слышался только звук падающего снега. Тёмное небо рассыпало редкие, холодные звёзды, дрожащие на горизонте, словно и сами не уверенные в своём существовании. Морозный воздух был свеж и чист, но с каждым вдохом он обжигал лёгкие.

Анна шла по заснеженной дороге, не разбирая пути, ведомая лишь собственными мыслями. Она чувствовала, как её пальцы немеют от холода, как ветер треплет подол её платья, но не замечала этого. Всё её внимание было приковано к одной мысли, которая пульсировала в сознании, не давая покоя.

«Ты не хочешь бороться за себя.»

Эти слова Александра раз за разом всплывали в памяти, разрывая её изнутри. Он сказал это так просто, так спокойно… но именно поэтому его слова задели её сильнее всего. Они будто обнажили истину, которую она боялась признать.

Она всегда думала, что борется. Она не сдавалась, когда приехала в усадьбу Орловых и оказалась в окружении холодных взглядов. Она не опустила руки, когда её считали никем. Она выдерживала унижение, терпела, смирялась. Разве это не было борьбой?

Но сейчас…

Сейчас она чувствовала себя слабой, беспомощной.

И это было страшнее всего.

Она не знала, куда идёт.

Просто шаг за шагом пробиралась сквозь снежную пелену, пока перед ней, в самом сердце пустынного пейзажа, не показалось старое здание.

Анна замерла.

Перед ней возвышалась церковь.

Она помнила её с детства. Когда-то здесь собиралась вся деревня, свечи освещали её тёплые деревянные стены, а священник рассказывал истории о силе веры и терпения.

Сюда она приходила с матерью, когда отец уезжал работать в город. Здесь она молилась, прося о защите для семьи.

Но теперь…

Теперь её молитвы казались пустыми. Ветер сорвал с её плеча край платка, и он взметнулся в воздухе, закружившись среди снежных вихрей. Анна не обратила внимания. Она подошла к тяжёлым дверям, осторожно толкнула их. Двери с протяжным скрипом поддались, впуская её в тёмное, пустое пространство. Внутри было холодно, пахло воском и старым деревом. Лавки покрылись пылью, но воздух всё ещё хранил в себе следы чужих просьб, страха, надежд.

Анна медленно прошла к алтарю и опустилась на колени.

Она не знала, зачем.

Не знала, на что надеется.

Просто хотела хотя бы на мгновение почувствовать, что не одна.

«Что мне делать?»

«Как мне поступить?»

«Почему я не могу просто поверить?»

Но ответом ей стала тишина.

И вдруг…

Раздались шаги.

Тихие, уверенные.

Неотвратимые.

Анна вздрогнула, замерла, почувствовала, как холод пробежал по её спине.

Кто-то был здесь.

Кто-то шёл к ней.

Она обернулась…

И встретилась взглядом с Александром.

Анна не двигалась.

Её дыхание сбилось, сердце гулко стучало в груди, но ни один мускул не дрогнул.

Александр стоял у входа в церковь, его силуэт отчётливо выделялся на фоне заснеженного двора, а за его спиной метался ветер, врываясь в храм ледяными порывами.

Он не произнёс ни слова. Не сделал ни шага. Просто смотрел на неё. Анна не могла отвести взгляда. В его глазах не было упрёка. Не было раздражения. Но была настойчивость.

Он пришёл сюда не случайно.

Но зачем?

Что он хотел ей сказать?

Она поднялась на ноги, чувствуя, как от долгого сидения колени слегка дрожат.

– Зачем ты здесь? – её голос был тихий, но резкий, словно обнажённый нерв.

Александр не отвёл взгляда.

– Потому что ты здесь.

Эти слова заставили её замереть.

В них не было ни игры, ни притворства.

Только правда.

Он искал её.

Он знал, что найдёт её здесь.

– Ты следил за мной? – она сжала пальцы на ткани юбки, словно это могло вернуть ей контроль над ситуацией.

Александр покачал головой.

– Я просто знал.

Анна выдохнула, опуская взгляд.

– Почему?

Александр медленно подошёл ближе, но остановился в нескольких шагах от неё.

– Потому что, когда ты боишься, ты уходишь туда, где чувствуешь себя в безопасности.

Анна вздрогнула.

Он знал её лучше, чем она думала.

– Я не боюсь, – её голос был тверже, чем она ожидала.

Александр чуть прищурился, но не стал спорить.

– Тогда почему ты ушла?

Анна не ответила сразу.

Она смотрела на старые деревянные иконы, покрытые пылью, на свечи, давно потухшие, и чувствовала, как внутри всё сжимается.

– Потому что мне нужно было подумать, – наконец, сказала она.

Александр едва заметно кивнул.

– И к какому выводу ты пришла?

Она подняла на него глаза, и в этот момент все эмоции, которые она так долго сдерживала, прорвались наружу.

– Что я не знаю, как быть дальше.

Её голос задрожал, и это была не слабость, а истина.

Анна никогда раньше не признавалась в своём бессилии.

Но сейчас не могла иначе. Она потеряла всё, и даже помощь, которую ей предлагали, казалась ей пропастью, а не спасением. Александр смотрел на неё долго, словно переваривая её слова.

А потом шагнул ближе.

– Тогда давай решим вместе.

Анна покачала головой.

– Я не могу…

– Почему?

Она сделала шаг назад, но его голос остановил её.

– Я не уйду, Анна.

Она замерла.

– Ты не можешь…

– Я не уйду, – повторил он твёрже.

Его слова ударили её сильнее, чем что-либо ещё.

Она подняла на него глаза, исполнившиеся гнева, отчаяния, боли.

– Почему ты делаешь это? – её голос был почти шёпотом, но он звенел, как натянутая струна.

Александр пристально посмотрел на неё.

– Потому что я не могу иначе.

Анна почувствовала, как внутри всё сжимается.

Эти слова были простыми.

Но она понимала их смысл.

Он не отступит.

Он не оставит её.

И в этом была его истина.

Анна не могла пошевелиться.

Слова Александра застряли в воздухе между ними, словно ледяные иглы, разом пронзившие сердце.

«Я не уйду.»

Эти три слова изменили всё. Они разбили её защиту, её отчаянные попытки отгородиться, но в то же время заставили её замереть в страхе. Потому что если он не отступит, если он действительно пойдёт до конца, что это будет значить? Что она больше не сможет делать вид, что он для неё никто?

Что между ними что-то есть, что-то, чего она боялась даже осознать?

Александр стоял перед ней, высокий, неподвижный, словно вырезанный из мрамора, но его взгляд…

В его взгляде было столько тепла, столько настойчивости, столько невысказанных эмоций, что Анна почувствовала, как внутри всё сжимается.

Он не ждал ответа. Он не требовал ничего. Он просто ждал, словно давал ей время понять, что он сказал правду.

Анна отвернулась, но это не помогло. Её сердце стучало так громко, что, казалось, этот звук заполняет всю церковь. Она не хотела смотреть на него. Потому что знала – её взгляд предаст её. Покажет всё, что она так долго пыталась скрыть. Что в глубине души она не хочет, чтобы он уходил.

– Ты не понимаешь, – её голос сорвался на шёпот.

Александр не двинулся с места, но его взгляд стал ещё глубже, ещё внимательнее.

– Тогда объясни.

Анна покачала головой.

– Это не так просто…

– Я не ищу простых решений, Анна.

Она сжала пальцы на ткани юбки, стараясь сохранить хоть какую-то уверенность.

– Ты не должен вмешиваться.

– Почему?

– Потому что это неправильно!

Её голос сорвался, и в этом мгновении она почувствовала, как напряжение внутри достигает предела.

– Потому что ты не понимаешь, что будет дальше! – продолжила она, уже не контролируя себя. – Ты думаешь, что сможешь что-то изменить, но всё гораздо сложнее, чем тебе кажется!

Александр не отступил.

– Сложнее – не значит невозможно.

Его голос был твёрдым, но в нём звучала тихая, непоколебимая уверенность.

Анна зажмурилась на секунду, её дыхание было сбивчивым, сердце стучало в висках.

– Александр… – её голос стал тише, мягче, но в нём всё ещё звучало отчаяние. – Ты рискуешь всем.

Александр чуть наклонил голову, словно изучая её.

– А если я готов?

Эти слова высекли огонь внутри неё.

Она подняла на него взгляд, полный гнева, боли, но больше всего – страха.

– Ты не понимаешь, что говоришь.

– А ты не понимаешь, как давно я это понял.

Анна почувствовала, как всё внутри переворачивается.

Ветер ударил в окна, и звук зазвенел в воздухе, как последнее предупреждение.

Она не могла дышать.

Она не могла отвести взгляда.

– Ты хочешь сказать, что готов потерять всё ради меня?

Александр сделал шаг вперёд, и между ними осталось всего несколько шагов.

– Да.

Анна отшатнулась.

Эти слова были самым страшным признанием, которое она когда-либо слышала.

Потому что если он готов…

Значит, всё, что она так отчаянно пыталась отрицать, было правдой. Между ними не просто что-то было. Между ними было слишком много. Слишком глубоко. Слишком сильно.

Она закрыла глаза, пытаясь не дать слезам выступить на ресницах.

– Ты совершаешь ошибку, – прошептала она.

Александр протянул руку, но не коснулся её.

– Нет, Анна. Я просто наконец принимаю свой выбор.

Анна почувствовала, как что-то ломается внутри неё. Как будто лед, сковывающий её сердце, начал трещать. Как будто её страхи больше не могли удерживать правду. Но что она могла с этим сделать? Как она могла позволить этому случиться?

Она резко развернулась, сделала шаг назад.

– Я не могу, – её голос был почти неслышимым.

Александр молча смотрел на неё, но не остановил её. Не стал уговаривать. Потому что он уже знал ответ. Потому что он уже сделал свой выбор. Теперь делать выбор должна была она.

Анна не могла двигаться. Её ноги словно вросли в холодный каменный пол, а воздух в церкви стал таким густым, что им было трудно дышать.

Слова Александра всё ещё звенели в её ушах, отдавались эхом в груди, будто волны, разбивающиеся о скалы.

«Я не уйду.»

«Я готов потерять всё ради тебя.»

«Я просто наконец принимаю свой выбор.»

Она не могла этого слышать. Не могла принять это как правду. Но в глубине души она знала – он не врёт. И это пугало её сильнее всего на свете.

Александр всё ещё смотрел на неё, его глаза были спокойными, но не холодными. В них не было приказа, не было требования, не было ожидания. Он просто был здесь. Как единственная неизменная вещь в этом хрупком мире.

И Анна чувствовала, что рушится.

Она больше не могла убегать.

– Зачем ты это делаешь? – её голос был тихим, но наполненным отчаянием.

Александр сделал шаг ближе, но не коснулся её.

– Потому что не могу иначе.

Она выдохнула прерывисто, будто эти слова вырвали из неё воздух.

– Но ты ничего мне не должен...

Он грустно улыбнулся.

– Я знаю.

Анна закрыла глаза, чувствуя, как её пальцы дрожат.

– Ты не можешь так рисковать, Александр...

Он не отвёл взгляда.

– Я уже рискую. С каждым днём, когда делаю вид, что мне всё равно.

Эти слова заставили её сердце дрогнуть.

Она не могла больше прятаться от того, что уже было очевидно.

Но она не могла и принять это так просто.

– Я боюсь, – выдохнула она, и это было самое честное, что она сказала за долгое время.

Александр смотрел на неё долго, затем тихо произнёс:

– Я тоже.

Анна вздрогнула. Она не ожидала этого ответа. Она думала, что он скажет что-то твёрдое, решительное.

Но вместо этого он признался в своей слабости, и именно это разбило её окончательно.