Текст книги "Омбра тантум: Writober 2026 (СИ)"
Автор книги: Ива Мун
Жанры:
Городское фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)
Глава 10. Шёпот за спиной
Именно встречу с единорогами больше всего вспоминала Гелена, когда возвращалась домой рано утром. Обратно её доставила та же карета с вежливым кучером. Над Рубеженском занималась заря, окрашивая серые здания в золотисто-розовые тона. В этот час экзотерический мир словно соприкасался с тем, другим, где ты можешь протянуть руку и погладить атласную мордочку крошки-единорога, доверчиво вышедшего из кустов, где полудемон может сотворить тебе манто из воздуха и где есть комната, которая помнит тебя малышкой, а за ее окнами черными нездешними ночами сияют звёзды твоего детства...
– Мы прибыли, сударыня! – с этими словами кучер открыл дверцу кареты и помог Гелене спуститься по ступенькам.
– Благодарю вас, сударь! – улыбнулась она: ей нравилась принятая в эзотерическом мире манера общения. – Надеюсь еще не раз увидеться с вами.
– Весьма польщён! – поклонился кучер, приподняв цилиндр, потом вскочил на козлы, и четверка лошадей умчалась, вздымая смерч из листвы.
Гелена смотрела им вслед, пока карета не скрылась из виду, и замечала, как редкие прохожие с удивлением наблюдают "странное" явление: в безветренное утро листья вдруг сами собой взлетают, кружатся и снова ложатся на асфальт.
Удивительно, но после насыщенной ночи в резиденции "Эксилиум" она не чувствовала себя разбитой. Напротив, бодро приняла душ, напевая:
Если выключить ночью свет
И прислушаться к тишине
То окажется её нет
Ни внутри меня, ни во вне...
Песня, услышанная в доме графа, оказалась приставучей. Она решила найти другие песни "Обавати" и послушать – хотелось как можно больше узнать о Мефисто, чьи магически прекрасные глаза не давали ей покоя. И не только глаза! Эти мягкие на вид вьющиеся волосы, красиво ниспадающие на плечи, руки с ровными длинными пальцами, один из которых украшен старинным кольцом с опалом. Она спросила, что это за перстень, и Мефисто ответил: "Подарок моего воспитателя и благодетеля Папюса. Опал – камень волшебников. Вы знали, что его нельзя носить экзотерикам? Он вызывает у них галлюцинации и дурные мысли типа желания умереть".
Сейчас Гелена улыбалась под душем, вспоминая прогулку с графом, его властный гипнотический взгляд, и чувствовала, как кожа под теплыми струями покрывается мурашками, словно от холода. "Стоп! Уж не влюбляешься ли ты, милая?" – эта паническая мысль вырвала ее из потока приятных воспоминаний.
С любовью Гелене не везло прямо-таки патологически. Будучи красавицей, она привлекала мужчин, но потом случалось классическое "горе от ума". Бабка Дуня не прививала ей с юности ни любви к домашнему уюту, ни покладистости, ни мечты о детях и семейном очаге. Сама бездетная и одинокая, занятая работой и общественным делами, она не пополнила в приёмной внучке запас теплоты, который ребенок обычно обретает в родительской семье, окружённый любовью родных. Гелене не повезло дважды: родители были заняты своими экспериментами по спасению чужих жизней и рискнули собой, отдав дочку на попечение надёжному, но очень специфическому человеку, который затем по капле прививал ей неприятие мистики и всего необъяснимого, превращая ее в закоренелого скептика, всё подвергающего сомнению.
Одним словом, не было у Гелены лёгкости в общении с противоположным полом: те, кто искал ни к чему не обязывающих отношений, были неинтересны ей, а тех, кто хотел семью и детей, она отпугивала своей независимостью и нежеланием оставить карьеру. Она влюблялась, разочаровывалась и неизменно переживала. И вот опять. И в кого? В полудемона!
Гелена высушила волосы, тщательно уложив их: она крепко запомнила слова Блэка, что он охранял её, стоя на балконе. Получше запахнула банный халат и пошла на кухню пить кофе. Нужно было придумать новую стратегию ведения блога: наполнять его, как раньше, изобличительными постами рука не поднималась, а рассказывать о своем мистическом опыте скептикам не хотелось. "Вот так, Геленочка, сейчас побудешь в шкурке тех, кого еще недавно на смех поднимала" – грустно думала она, заваривая кофе. Провожая ее до кареты, Мефисто предложил ей взять творческий отпуск и пожить в его резиденции, чтобы изучить параллельный мир и понять суть двоемирности.
– Это редкий дар в наше время, поэтому не хотелось бы потерять вас, дорогая Евангелина, – сказал он с теплотой во взгляде.
– Сколько же дней мне понадобится, чтобы понять, хочу ли я принять этот дар? – спросила она.
– Вопрос, который поставил меня в тупик! – рассмеялся Мефисто. – Кому-то для принятия решения достаточно дня, а сколько потребуется для этого "некоронованной королеве скепсиса" не знает никто, в том числе и она сама.
Гелена решила сегодня же пойти к главреду и отпроситься на две недели. Наверняка стараниями Лилечки Завьяловой сплетня о её недомогании уже распространилась по редакции, потом она брала отгул – это косвенно подтвердит, что со здоровьем и вправду не очень.
Она по-быстрому запилила в блоге опрос "Верите ли вы в чёрную магию?" и сделала нетипичную для себя приписку с просьбой воздержаться от некорректных высказываний в адрес друг друга и обещанием забанить всех, кто устроит некрасивые разборки в комментариях.
Как ни странно, по дороге не произошло ничего неожиданного, кроме того, что на перекрёстке, где раньше появился светофор, теперь его не было. А вот "невидимая скамейка", на которой она сидела в прошлый раз, была! Гелена специально пошла в скверик возле кафе проверить. Удивительное дело – все остальные скамейки были заняты бабушками с детьми и молодыми мамочками, старичками и ожидающими автобусы, а эту как будто и вправду никто не замечал.
Она села на нее, и тут же мир вокруг поменялся: вместо типовых многоэтажек – красивые здания с лепниной и необычными вывесками: "Бюро сновидений", "Зелья на заказ", "Чистка кармы". Она увидела людей в старинных одеждах, как будто перенеслась на сто пятьдесят лет назад.
– Сударыня, вот так встреча! – услышала Гелена знакомый голос и заулыбалась: к ней спешил её старый знакомый, антиквар Ворон.
– Аркадий Львович, какими судьбами?
– О, вы даже запомнили моё имя! Польщен! – господин Ворон церемонно раскланялся. Сегодня он был в дорожном плаще, с пузатым чемоданчиком и неизменной тростью. – Как ваше драгоценное самочувствие?
– Благодарю! – любезно ответила Гелена. – Со вчерашнего дня мне сильно полегчало. И, кстати, я побывала на улице Амонтильядо.
– Да что вы! – с восторгом принял новость антиквар. – Не будет ли бестактностью с моей стороны узнать, кто имел честь принимать вас в гостях?
– Его светлость граф Рочестер, – ответила она.
По тому, как вытянулось лицо Ворона, она поняла, что графа он знает и побаивается.
– Я надеюсь, вы не рассказали ему о том небольшом инциденте, который произошёл намедни? Вы же понимаете, что я совершенно не хотел вас напугать или смутить...
Гелена улыбнулась:
– Не беспокойтесь, уважаемый господин Ворон! Ничего такого не рассказала. Мы нашли гораздо более важные темы для беседы, чем мой нечаянный обморок. Напротив, благодарю, что не оставили меня! Кстати, я не представилась. Меня зовут Евангелина Фламель.
Антиквар заметно приосанился и повеселел:
– Какая честь для меня! Приятно познакомиться, ваша светлость графиня Фламель! Имел честь знавать ваших матушку и батюшку. По их просьбе всегда придерживал в лавочке алхимические книги, приборы, редкие снадобья... Приятные были люди, душевные... Ох, графинюшка, вон мой трамвай. Разрешите откланяться! Ещё встретимся!
И почтенный антиквар, подхватив полы дорожного плаща и размахивая тростью, припустил за проплывающим по проспекту трамваем. Он был точно таким, каким его запомнила Гелена: старинным, украшенным ковкой. Его колеса не касались дороги – он медленно плыл над ней, как привидение. У окон сидел люди, одетые так же, как те, что ходили по тротуарам. Гелена еще побыла бы там, рассматривая их, но ее ждал разговор с главредом. Она встала и нехотя шагнула в привычный мир.
В редакции, как всегда, было шумно. Пахло кофе. Корректоры, секретари, стажёры, журналисты метались вокруг стенда с планом номера. Гелена проверила свой материал. Она вела в журнале колонку с разоблачением мистики. Как обычно, к ней никаких вопросов. Здороваясь с коллегами, она шла в офис главреда, когда услышала за спиной шёпот:
– Да точно вам говорю, информация верная! Дед Семён к редактору приходил. Там чертовщина у них какая-то в отряде началась, типа одержимость.
Гелена навострила уши. Дед Семён – самый известный в городе поисковик, командир отряда "Память", солдат Великой Отечественной по всей стране поднимает. Немногословный суровый мужчина, военный, прошедший Афганистан. Хотя он рассказывал немало странного о раскопках, но всегда был реалистом и пользовался безусловным авторитетом и у команды, и в Рубеженске.
– А чего к нам-то?
– С Геленой переговорить хотел. Вон она, видишь? Наверно, главный её как раз для этого вызвал.
Сделав вид, что ничего не слышала, Гелена вошла в приёмную, поприветствовав секретаршу Наденьку улыбкой.
– Геленочка Викторовна, – защебетала та. – Как хорошо, что вы пришли! Георгий Васильевич просил вам вчера сообщение написать, а я замоталась и забыла...
"Ага, конечно! – мысленно усмехнулась Гелена. – Подружкам разболтать не забыла, а мне написать недосуг было".
– А что случилось, Надюша? – с интересом спросила она.
– Вам, конечно, Георгий Васильевич все расскажет, – сделав страшные глаза зашептала Наденька. – Только в "Памяти" какая-то чертовщина началась!
– Вот как? – поощрила её Гелена, сделав заинтересованное лицо.
– Ну, это не та "Память", которая ритуальное агентство Березина, наши рекламодатели, а поисковый отряд Деда Семёна, – уточнила на всякий случай Наденька. – Вы у них на девятое мая интервью брали.
– Помню их, – сказала Гелена. – Так что случилось-то?
Но едва словоохотливая секретарша хотела рассказать подробности, дверь в кабинет главреда открылась. Из нее вышли Георгий Васильевич и ответственный за выход номера Толик Завьялов – муж главной редакционной сплетницы Лилечки. Главред обрадовался:
– Геленочка, как оперативно! Проходи скорей, у меня для тебя роскошный материал появился. Пойдём-пойдём! Надюша, я занят в ближайшие полчаса. Держи оборону!
– Слушаюсь! – звонко ответила Надя и послала ему за спиной Гелены воздушный поцелуй.
Глава 11. Когда я воскресну для вечного боя
Редактор гордился, что именно у него работает такая известная и талантливая журналистка, как Гелена, и всячески подчёркивал её статус. Вот и сейчас уделил ей целых полчаса, отдав Наденьке распоряжение приготовить им чай с пирожными.
– Итак, Георгий, что случилось в "Памяти"? – Гелена церемонилась с главредом только при посторонних, а наедине они всегда общались по-дружески. – Вся редакция шепчется, а я снова не в курсе.
– Геленочка, ну ты же знаешь Наденьку! У нее же вода в попе не держится...
– Ой, не начинай! – скривилась Гелена. – Она же не сама это выдумала, так что недержание случилось у того, кто повыше. Но это ваши дела. Изложи суть.
– Излагаю. Дед Семён принял в отряд новобранца. Зовут Костя. Погоняло – Кощей. И все бы ничего, но во время последней экспедиции с ним что-то странное стало происходить. То работал этот Кощей кое-как, через пень-колоду, мутный какой-то был. Они уже хотели ему от ворот поворот дать. И вдруг за одну ночь словно словно другой человек. Представляешь, ночью копать начал! Дед Семён ему говорит: "Ты чего? Ночью не копаем же!" А он что-то типа: "Это мой вечный бой" или "Это моя война"... Типа пока своих не откопаю, не будет мне покоя... Одним словом, уж на что Дед Семён – крепкий мужик, а тут ничего понять не может. Просит тебя как-то этого Кощея разговорить под видом интервью. Понять хочет: то ли он под дурачка косит, а сам обычный чёрный копатель, то ли реально с катушек слетел. Сможешь?
Гелена вздохнула:
– Если честно, я у тебя хотела отпроситься на две недели. Чувствую себя неважно...
Главред подозрительно посмотрел на свою лучшую сотрудницу:
– Ты часом не беременная?
Гелена хмыкнула:
– Разве что ветром надуло. Гер, ты смеёшься? Кому я нужна с моим-то норовом и с такой работой, когда вон средь бела дня дела догоняют...Нервишки шалят, хочу попутешествовать, развеяться.
Георгий Васильевич облегчённо выдохнул:
– Ну если нервишки... Ладно, отпущу. Но только после того, как с Дедом Семёном и его Кощеем встретишься – я обещал. Вот тут контакты и редакционное задание.
Он передал Гелене папку.
– Отчитаешься – и езжай куда хочешь!
Гелена взяла папку, быстро просмотрела документы.
– Гер, а если я там что-то такое выясню...
Главред заинтересованно посмотрел на нее:
– "Что-то такое" – это какое? Криминальное?
– Ну, может, и криминальное...
– Так это здорово! Мы его под грифом "сенсация" выпустим!
– А если мистическое?
Георгий Васильевич снял очки в модной тоненькой оправе.
– Геленочка, какое еще мистическое? Где у нас непознанное, – он сделал широкий жест рукой, – а где молодежное военно-патриотическое движение? Ты же прикуп знаешь: если что, в администрации нас по головке не погладят... Так что давай копай или трудовой энтузиазм и патриотизм, или криминал. Удачи!
Выйдя от редактора, Гелена первым делом столкнулась в приёмной с Лилечкой. Та успела перекрасить чёлку в розовый цвет и, сидя на столе у секретарши, шепталась с ней и неприлично хихикала: видно, Надюша делилась интимными подробностями своего романа с главредом.
"Ох, погодите, до Юльки дойдёт, она вам покажет, хабалки!" Гелена знала, что супруга у Георгия – женщина мудрая и терпеливая, но в гневе страшная, как львица, обороняющая свой прайд.
– Гелена, погоди, – бросилась за ней Лилечка. – Чего сам-то сказал?
– Ничего. Редакционное задание выдал и отправил к поисковикам. Больше пока ничего не знаю.
– Вот вредина! – то ли в шутку, то ли всерьёз обиделась Лилечка.
– И вам не хворать, девочки! – сказала Гелена, эффектно покидая приёмную.
Первым делом она написала Мефисто и сообщила, что задерживается по служебным делам, поэтому отпуск возьмёт позже. Для достоверности изложила суть задания. Потом позвонила Деду Семёну и назначила встречу с ним в штабе отряда, уговорившись, что Кощей тоже там будет, но его привлекут к разговору в ходе интервью, чтобы не отпугнуть излишним вниманием. До встречи было около трёх часов, и Гелена пошла в кафе, посидеть без суеты, обдумать план интервью и выпить чашечку кофе.
Только-только принесли заказ, Гелена углубилась в изучение редакционного задания, когда на столик легла чья-то тень.
– Вы позволите составить вам компанию, сударыня?
Боже! Это был Мефисто. В голубых джинсах и теплом свитере с высоким воротником он смотрелся не хуже, чем в серо-голубом костюме вчера на ужине.
– Как вы... – растерянно начала Гелена, жестом приглашая его за столик.
– Ну, давайте будем считать это еще одним веским доказательством мистического: демону положено перемещаться в пространстве со скоростью мысли. Шучу. Тут поблизости невидимая скамейка. Это портал. Очень удобно. Получил ваше сообщение и сразу к вам. Тут, похоже, интересный случай намечается. Выкладывайте, что там за парень-трудоголик, который по ночам тела поднимает.
– Ох, – Гелена вздохнула. – Да чего там интересного! Поисковики – странные люди. Нет, я ничего не имею против их деятельности – патриотизм, память и все такое... Но, согласитесь, когда человек находится в такой обстановке, трудно сохранить здоровую психику....
– Скажите, графиня, можно мне пойти с вами в качестве...например, стажёра? – неожиданно спросил Мефисто и обезоруживающе посмотрел ей прямо в глаза.
– Разговор должен быть весьма откровенным, – попыталась вежливо отказать Гелена. – Я знаю Деда Семёна, мне он скажет все как на духу, а вы для него незнакомец, так что, боюсь, он будет против...
– Ну откажет, так откажет, – легко согласился Мефисто, но тут же добавил, – но я вообще-то могу быть очень убедительным и просто душкой, если постараюсь, а я постараюсь, и он вам расскажет даже больше того, на что вы рассчитываете.
– Хорошо, – рассмеялась Гелена, потому что сопротивляться такому обаянию было выше ее сил.
Когда Гелена с Мефисто выходили из кафе, туда спешили на обед Надюша и Лилечка. Обе остолбенели, увидев, с каким красавцем под руку идёт их коллега.
– Где такие водятся? – простонала Надя, провожая парочку взглядом.
– Это какой-то артист! – авторитетно заявила Лилечка. – Я просто забыла, где играл. Вспомню – скажу. Наверно, она у него интервью брала.
В штабе поискового отряда "Память" было шумно. Ребята только что вернулись из экспедиции, обсуждали результаты, писали отчёты, смотрели фотографии, делали публикации в блогах. Гелену встречал сам Дед Семён – крупный сухощавый мужчина лет шестидесяти в камуфляже. Он недоверчиво посмотрел на высокого красавчика рядом с ней, но не успела Гелена что-то сказать, как Мефисто протянул Деду руку:
– Михаил Кружиновский, коллега Гелены из центральной прессы. Мы собираем материалы о военно-патриотических клубах по всей стране. Коллеги сообщили, что у них намечается интересная встреча с вами и вашими бойцами, и я напросился. Не против?
Он действительно выглядел, как столичный корреспондент: в меру пижонистый, в меру обаятельный, открытый, но не слишком, простой, но не навязчивый. Дед Семён кивнул и представился:
– Семёнов Егор Андреевич, командир отряда. Прошу в мой кабинет.
После обмена несколькими вежливыми фразами и вопросами о буднях поисковиков, заговорили о последней экспедиции:
– Так вот, Гелена Викторовна. Дело такое. Костя Кощей пришел к нам недавно. Честно сказать, я его и брать-то не хотел: предчувствие у меня было, что намаемся с ним. Вроде парень как парень, а вот искренности нет. А у нас ведь многое на доверии... Сначала и правда он как-то все стороной, стороной – вроде как присматривается. Копал со всеми, но не шибко. Потом по карте пришли мы в болота на границе с соседней областью. Там страшные бои были. Народу полегло немерено! Условия для поиска – дрянь. А все же двоих подняли: один немец, второй наш. Дождь начался, а у нас же процедура, отчетность... Решили прерваться, ушли в палатки. И вот с этой ночи Кощей будто переменился: весь следующий день копал почти без остановки. Раньше, бывало, пошутит, ерунду какую-то скажет невпопад, а тут словно подменили: прёт напролом, как танк. Осунулся, похудел, молчаливым стал. Стиснет зубы и копает. Ребята тоже заметили, что с ним что-то странное происходит. Ты, говорят, Дед Семён, поговори с ним – не надорвался бы парень. Ну, я и поговорил...
– Что необычного было в этом разговоре? – спросила Гелена.
– Во-первых, он смурной какой-то ко мне пришел. Я его спрашиваю, что, мол, случилось, чего ты без отдыха роешь. А он мне:
– Своих ищу, дядя. И пока их не найду, не остановлюсь.
И больше ничего не говорит. Я и так, и сяк. Спрашиваю, кто они – твои-то? Опять молчит. Потом ребята говорят: может, темнит чего парень-то? Решили мы его вещички доглядеть. Пока он, значит, там копает, мы в его палатку – и давай аккуратно рюкзак перетряхивать. А у него в потайном кармашке там железный портсигар и медальон с фотографией внутри. На портсигаре надпись: "Алёше на д..." – остальное ржавчиной поедено. Крыса, значит, наш Кощей! Делает вид, что с нами, а сам вон оно что – находки ворует и прячет. Решили товарищеский суд учинить и с позором выгнать из отряда. Глядь – уже стемнело, а его всё нет. Взяли фонари, пошли искать, а дождь расходится... "Костя! Кощей!" – кричим. Через каждые пять минут минута тишины: слушаем, не отзовётся ли. И вот в одну из таких минут слышим: рыдает где-то. Фонарями мглу щупаем и видим – пригорок, а наверху Кощей наш сидит и плачет. Поднялись к нему, а он в одиночку братскую могилу раскопал: двенадцать человек оттуда подняли... Все наши: одиннадцать бойцов и санитарочка... Рыдает: "Нашёл я вас, братцы, нашёл..."
– В чем странность Кости? – решила уточнить Гелена. – В этой нечеловеческой работоспособности? В том, что не боялся один ночью в лесу, в темноте, копать или...
– Скажите, – перебил её Мефисто. – А как он себя называл?
Гелена удивилась: какой нелепый вопрос! А Дед Семён помолчал и тихо ответил:
– Алексеем. Он и сейчас так себя называет...
Гелена похолодела. Неужели парень тоже потенциальный пациент доктора Линблау?
– Можем мы с ним переговорить наедине? – продолжил меж тем Мефисто, не выказывая ни удивления, ни волнения.
Дед Семён кивнул:
– Сейчас позову.
Через некоторое время в комнату вошел невысокий и довольно щуплого вида парень. Сел на стул и начал беспокойно переводить взгляд с одного на другого.
– Добрый день, меня зовут Гелена, – как можно спокойнее и доброжелательнее представилась Гелена. – Я корреспондент "Рубеженской новой истории". Знаете такой журнал?
Парень медленно кивнул.
– А это мой коллега, тоже корреспондент...
– Врёте, – скривился парень. – Я знаю, кто это. Тёмная тварь, еще темнее меня...
Он хотел встать со стула, но тяжелый взгляд Мефисто пригвоздил его к месту:
– Скажи мне имя!
Парень начал извиваться, глаза закатились. Мефисто начал вполголоса произносить то ли молитву, то ли заклинание. Язык походил на латынь. Гелена же не могла вымолвить ни звука, только вжалась в стул от страха.
– Алексей, – прохрипел парень, и из его рта хлынула пена.
Мефисто не остановился. Через некоторое время он вновь властно выкрикнул:
– Кто ты?
Парень уже хрипел, вены на шее вздулись так, что готовы были лопнуть:
– Вечник!
Тут Мефисто сделал быстрый пасс руками, и в его пальцах заплясал огненный шарик.
– Я, Мефистофель Уилмот, граф Рочестер, именем Высших сил Небесных, Земных и Водных, тёмной властью Двух Миров изгоняю тебя, Вечный Воин, из тела смертного и направляю на поля Вальхаллы, где обретаются храбрые, выполнившие своё долг.
С этими словами он приложил шарик ко лбу одержимого, и тот, содрогнувшись всем телом, обмяк.
– Что вы наделали, Мефисто? Он жив? – спросила Гелена, едва к ней вернулся дар речи.
– Жив, я думаю, – сказал граф, легонько дотрагиваясь до плеча парня. Тот снова вздрогнул и открыл глаза. Увидев перед собой двух незнакомцев, испугался:
– Вы кто?
– Корреспонденты, – весело ответил Мефисто. – Гелена из местного журнала, а я из центральной прессы. Собираем материал о черных копателях. Ну, Костик, рассказывай, как портсигар с медальоном подрезал.
У парня забегали глаза. Он не мог взять в толк, откуда эти люди про него знают.
– Не брал я ничего! – решил сыграть в дурачка.
– Ты мне ересь не неси! – строго сказал Мефисто. – Я только что тебе твое тело вернул. Вечник в тебе сидел.
– Кто? – не понял Костя.
– Вечный Воин. Он погиб с мыслью о товарищах, и душа осталась запечатанной в какой-то дорогой ему памятный предмет. Ты этот предмет украл, и душа вечника вселилась в тебя. Его война стала твоей. Ты миссию свою выполнил: нашел его друзей – а он не ушел. Если ты с ним побратался, могу вернуть...
– Не надо! – испугался парень. – Все расскажу. Взял портсигар и медальон – барыгам сбыть хотел, а ночью плохо себя почувствовал: будто к шее кто-то холодную тряпку приложил и сердце затрепыхалось. Думал, снится, а потом провалы в памяти начались... И имя хотелось другое называть – Алексей...
– Одним словом, повезло тебе, Кощей! Чужая война – вещь страшная. Её невозможно закончить, потому что не ты ее начал. У этих духов есть заклинание, которое начинается словами: "Когда я воскресну для вечного боя..." Каждый из них хочет воскреснуть, чтобы продолжить бой. Если удается получить тело, это большая удача для них. Так что мой тебе совет: заканчивай присваивать себе чужое, тем более покойников, тем более воинов. Иначе твоя война не закончится никогда. Понял?
Кощей кивнул.
– Команда уже знает про присвоенные тобой вещи, – добавила Гелена. – Советую тебе попросить прощения и расстаться с отрядом по-хорошему. А мы скажем, что ты устыдился своего поступка, поэтому так ударно трудился, что нашел братскую могилу.
– Я?! – поразился Костя. – Братскую могилу откопал? Один?!
– Строго говоря, это сделал Алексей, – тихо сказал Мефисто. – Но почёт достанется тебе. Так бывает.



























