Текст книги "Омбра тантум: Writober 2026 (СИ)"
Автор книги: Ива Мун
Жанры:
Городское фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)
Глава 22. Сон
В ночь накануне инициации Гелена долго не могла заснуть. Перед глазами снова и снова вставал осенний сад и взъерошенные полуночным ветром волосы самого красивого мужчины на свете – Мефистофеля Уилмота, графа Рочестера. Стоило ей вспомнить его прикосновения и нежный взгляд изумрудных глаз, как по телу начинали бегать мурашки, хотелось броситься к окну и до утра смотреть на белые звезды, крупным жемчугом разбросанные над домом и садом. Но она помнила напутствие Мефисто: «Непеременно выспитесь, графиня! Процедура принятия дара не так проста и приятна, как может показаться на первый взгляд. Вы должны хорошенько отдохнуть, чтобы потом не жалеть о сделанном выборе.»
Гелена повернулась с боку на бок. Её постель была удобной, белье ласкало кожу, в помещении было очень комфортно, но как же не хотелось, чтобы этот день заканчивался!
Где-то далеко за полночь сон все-таки пришёл, и был он странным и волнующим. В нем Гелена увидела себя, но как будто со стороны. На ней была старинная одежда: длинное темное платье из шерсти и плащ, завязанный на шее плетеным кожаным шнурком. Она быстро шла извилистой тропой сначала по городской окраине с рядами низких неряшливых домишек, за заборами которых заходились лаем голодные облезлые псы, потом через голое поле, над которым носились большие черные вороны. Она смотрела по сторонам и не узнавала ни этот город, ни окрестности, не помнила куда и зачем идёт.
Над полем быстро сгущался туман, Гелена прибавила ходу и через несколько минут чуть не налетела на чугунную ограду. Перед ней было кладбище. Оно показалось ей странно знакомым: монументальные каменные кресты, богатые надгробья, фамильные склепы... Да это же католическое кладбище в Рубеженске! Вот только Рубеженска-то вроде как и в помине нет, а кладбище ухоженное, посещаемое. Поклонившись и что-то прошептав, Гелена прошла внутрь.
Клочья тумана лежали на могильных камнях, цеплялись за кресты, запутывались в фарфоровых венках, липли к подножию скульптур скорбных ангелов. Ветер раскачивал голые кроны деревьев, усиливая тоску и бесприютность, на тусклом небе ни звёздочки – одна только серая морось, раскисшая земля, тонкой перезвон венков на крестах.
Не замечая сырости и холода, Гелена твёрдой походкой шла все дальше и дальше в сгущающихся сумерках, пока перед ней не открылась самая старая часть кладбища, где каменные кресты уже покосились и вросли в землю, а имена тех, кто лежал под ними, полустёрлись, некоторые и вовсе невозможно было различить. Сколько же лет этим надгробиям?
– Некоторым точно не меньше пятисот... – услышала она рядом тихий мужской голос и резко обернулась.
Высокая фигура в плаще до пят, с лицом, спрятанным в глубоком капюшоне, в руке толстая палка-посох. Черт лица не разобрать – только светятся, точно лампочки, неоновые зрачки. "Хозяин кладбища!" – узнала незнакомца Гелена. Она решила, что во сне фигура Хозяина не выглядит столь зловеще, как во время ожидания призрачного трамвая.
– Что ты ищешь, дитя? – так же тихо проговорила фигура.
– Самую старую могилу, – ответила Гелена из сна, а настоящая Гелена про себя изумилась: "И зачем это, интересно, она мне понадобилась?"
– Следуй за мной! Только осторожно!
Хозяин кладбища бесшумно заскользил среди могил в глубь зарослей деревьев, откуда тянуло смертным холодом, и Гелена двинулась следом, стараясь ненароком не наступить на серый плащ своего спутника, волочащийся перед ней по земле. Пару раз ей казалось, что вот он, тупик – дальше дороги нет, но Хозяин кладбища поднимал свой посох, и остатки замшелых оград расступались, кресты, как по команде, выпрямлялись и тотчас снова врастали в землю, едва путники миновали их.
И вт взгляду Гелены предстала небольшая впадина – видимо, когда-то на этом месте была могила, но кости давно истлели, и свод провалился. На месте надгробного холмика вырос толстый слой малахитового мха, из которого торчала макушка не то креста, не то памятника.
– Зачем ты искала эту могилу, Евангелина? – прошелестел голос Хозяина кладбища.
"Откуда он знает моё имя?" – тревожно подумала настоящая Гелена, а ее двойник из сна признался:
– Не знаю... Слепая вдова сказала, что я должна прийти сюда и найти самую старую могилу...
– Обычно на могилы приходят, чтобы помянуть тех, кто них лежит, мысленно поговорить с ними, принять важное решение..
– Но как я могу помянуть того, чьего имени не знаю? Неизвестно даже, мужчина это или женщина...
Хозяин кладбища взмахнул посохом, и у его ног возник крошечный смерч, закрутивший в свою воронку опавшие листья, клочья тумана и мох, закрывающий памятник. В этот момент луна, вырвавшаяся наконец из плена туч, ярко осветила погост и древний памятник, на котором невозможно было разглядеть, ни украшений, ни дат, ни фамилии – только имя, выбитое строгими латинскими буквами:
– Августин, – прочитала Гелена и в тот же миг проснулась.
Она тяжело дышала. Мысли теснились в голове, мешая рассуждать здраво. Она уже поняла, что в последнее время ей ничего не снится просто так. Вот и здесь тоже скрывается что-то важное, но что?
"Августин" – это имя произнес Мефисто, когда рассказывал ей о её семье. Внебрачный сын Николя Фламеля, чьим потомком она являлась. Жил в Западной Европе, и с чего бы ему быть похороненным на кладбище в Рубеженске? С другой стороны, он был двоемирцем, как говорил Мефисто, значит, как и ее отец Виктор Фламель, мог находиться где угодно... Теперь Хозяин кладбища. Что там говорил про него Блэк? Им становится первый похороненный на погосте человек. Это что же получается? Хозяин кладбища в Рубеженске и есть тот самый Августин, родоначальник ее семьи?
От этой мысли Гелену бросило в жар. События последних дней принесли ей открытий больше, чем вся предыдущая жизнь. Получается, её всегда окружало столько тайн, о которых она даже не подозревала. Она поняла, что теперь не сможет жить спокойно, пока не разберётся в этих тайнах и не поймёт, какой дар ей уготован и для какой цели.
Тем временем за окном уже забрезжил рассвет, пора было отправляться в Совиный лес. В другом конце коридора настойчиво прозвенел колокольчик – это вызывал прислугу собирающийся в гости к Амалии Францевне Матвей Поликарпович.
Гелена встала, наскоро приняла душ и достала из шкафа приготовленную для неё накануне одежду для визитов в сакральные места эзотерического мира. Развернула аккуратный свёрток и ахнула – в нем была точно такая же одежда, как та, что она носила во сне: длинное приталенное серое платье, шерстяной плащ, отделанный кожаным кантом, пара теплых чулок и удобные высокие кожаные боты со шнуровкой. Чудеса продолжались...
Глава 23. Глазами ведьмы зачарованной
Завтрак получился домашним, почти семейным. Матвей Поликарпович так спешил к Амалии Францевне, что наотрез отказался присоединиться, поэтому Гелена и Мефисто завтракали вдвоем. Вечерняя близость, так внезапно возникшая в осеннем саду, волновала, и, посматривая друг на друга украдкой, они счастливо улыбались, хотя ни один не сократил дистанцию, ведь впереди было трудное испытание.
– Сударыня, вам удивительно к лицу этот наряд, – заметил Мефисто, когда Гелена вошла в столовую.
– Благодарю, граф, – улыбнулась она в ответ. – На мой вкус, он несколько старомоден.
– Зато практичен и удобен, – парировал граф.
Гелена не стала спорить, ведь других вариантов все равно не было: не отправляться же в могильный холм в дорогущем итальянском костюме?
– Знаете, Мефисто, сегодня мне приснился сон, – сказала она, намазывая тост тонким слоем сливочного масла.
– Вот как? Это любопытно. Обычно накануне инициации снятся важные сны. Поделитесь?
– С радостью поделюсь, потому что он меня не на шутку встревожил.
И она рассказала Мефисто о своём видении, стараясь не упускать ни малейшей детали. Тот слушал внимательно, не перебивая, но когда она завершила рассказ, его брови поползли вверх.
– Вот это поворот! – воскликнул Мефисто. – Обычно меня трудно чем-то удивить, но то, что ваш дальний родственник похоронен на кладбище в Рубеженске и является его Хозяином, не знал не только я, но и ваш батюшка Виктор. Если вам открылась эта информация, значит, она важна. Что ж, в лице Августина Фламеля вы можете получить мощную поддержку! Возможно, Слепая вдова добавит к этому еще что-то.
– Скажите, Мефисто, неужели католическое кладбище в Рубеженске настолько старое? И как мой предок, живший во Франции, мог оказаться здесь?
– Милая Евангелина, к сожалению, до инициации я могу раскрывать вам только часть информации, – ответил граф. – Позже я смогу ответить на все ваши вопросы. Что ж, вы готовы?
Мефисто поставил на блюдечко кофейную чашку и промокнул губы салфеткой.
– Да, – ответила Гелена и решительно поднялась.
– Мне нравится ваш настрой, графиня Фламель! – он протянул ей руку, и вскоре они уже спускались на лифте.
При этом Гелена стала свидетельницей очень странного обряда. Прежде чем нажать на чёрный кружочек в самом низу, Мефисто уколол палец и приложил его к кнопке капелькой крови. Лифт завибрировал и медленно поплыл вниз. Гелена инстинктивно ухватилась за поручень, но Мефисто легонько обнял её и прошептал:
– Не бойтесь, дорогая, мы не часто пользуемся этой кнопкой, вот техника и шалит.
"Не бойтесь!" Да кто бы боялся, если бы рядом стоял такой мужчина и ласково обнимал за плечи? Гелена подумала, что ехала бы вот так и ехала, и не важно, куда... Но вскоре лифт плавно затормозил. Двери распахнулись, и она увидела просторное помещение, освещенное десятками черных свечей. С потолка кое-где свисали корни растений, а вдоль стен стояли большие саркофаги, богато украшенные резьбой. На некоторых покоились огромные, тусклые от времени мечи. Всего их было девять.
– Где мы? – шёпотом спросила Гелена. Она считала себя довольно смелой, но тут ей было страшно. Казалось, сейчас крышка гроба откинется, и тот, кто в нем лежит, шагнёт навстречу, подняв над головой в виде черепа свой меч...
– Это усыпальница Девяти Стражей древнего народа, населявшего эти земли и павших в битве с чудовищами из других измерений. Их тела были с почестями положены в магические саркофаги и спрятаны внутрь погребального холма. Здешние люди верят, что в час, когда миру будет грозить новое нападение кровожадных тварей, рыцари поднимутся, возьмут свои мечи и придут на помощь живущим...
– Почему мечи лежат не на всех гробах? – поинтересовалась Гелена.
– Потому что оборону держали не только рыцари, но и маги. У них нет мечей – их оружие скрыто внутри
– А для чего мы здесь?
– Все, кто желает принять дар, должны понимать, что отныне они, подобно этим воинам, встают на границе между светом и тьмой и должны быть готовы отдать обретённые способности на общее благо. Такова традиция.
Гелена подумала, что, будь она одна, еще посомневалась бы, нужен ли ей такой дар, но с Мефисто всё было иначе: его присутствие не давало ей пасть духом! Вместе они подошли и поклонились каждому из девяти саркофагов. Потом направились к выходу, напоминающему тоннель, который так же, как и своды холма, освещали черные свечи, а на выходе их ждала знакомая Гелене по снам Слепая вдова.
Пока шли, Мефисто предупредил о правилах этикета при встрече с сакральными сущностями (Пепельным Синодом, Слепой вдовой и еще несколькими, о которых Гелена узнает в своё время). Не стоит задавать им вопросы, но нужно внимательно слушать, что скажут они. Не надо ничего просить – все, что положено, сами дадут. Не принято их разглядывать – лучше стоять, смиренно опустив голову. Непременно нужно поблагодарить за наставления.
– И приготовьтесь, дорогая графиня, – завершил свою речь Мефисто, – что после инициации вы увидите мир таким, каков он на самом деле. Многое в нём будет для вас непривычным...
Гелена так волновалась, что половину сказанного забыла сразу, а вторую половину – сразу после того, как Слепая вдова улыбнулась и пригласила её за собой.
Едва они отошли от выхода из смертного кургана, Гелена увидела знакомый мостик, который ей снился. Они взошли на него, но тут Слепая вдова обернулась и приказала Мефисто остаться по эту сторону. Сердце Гелены заколотилось – она была уверена, что до конца обряда граф будет с ней.
– Не бойся, дитя, – услышала она в своём сознании спокойный голос Слепой вдовы. – Принятие дара – очень личный процесс, присутствовать на нём физически могут только тот, кого инициируют, – это ты, и сакральная сущность – это я.
– Куда мы идём? – спросила Гелена, но Слепая вдова только улыбнулась в ответ, и она вспомнила, что вопросы задавать нельзя.
Между тем они миновали мост и вышли на знакомую кривую тропку, которая в одном сне вела в Совиный лес, в другом – на старое католическое кладбище. Удивительным было то, что, по времени сейчас было не более полудня, но кругом царил полумрак.
– Вечные сумерки – сказал голос в голове, словно отвечая на невысказанный вопрос.
Так вот что имел в виду Мефисто, когда говорил, что нужно просто внимательно слушать!
Они довольно долго молча шли по тропинке, пока не оказались напротив древнего здания. Невысокое, из красного кирпича, в кладке которого кое-где уже выросли небольшие деревца, а южную сторону заполонил девичий виноград с осенними багровыми листьями. В сером тумане он горел ярко, как кровь.
Слепая вдова подняла руку, и дверь в здание бесшумно открылась.
– Войди, дитя, – приказал голос в голове, и Гелена переступила порог странного сооружения.
Следом вошла Слепая вдова. Она подняла руки, и в помещении вспыхнули сотни свечей. Они были такими же чёрными, как под сводами могильного кургана. Изнутри здание казалось значительно выше, чем снаружи, в сводах его остроконечной крыши было несколько окон, а посередине пола прямо в камне был выбит большой круг с семью символами по краям, значения которых Гелена не понимала. Слепая вдова жестом пригласила её встать в центр круга.
То ли от необычности происходящего, то ли от травяного дурманящего запаха свечей, который в закрытом помещении чувствовался сильнее, чем в пещере, то ли от волнения перед посвящением Гелена занервничала: ей стало очень страшно. Однако она подумала про Мефисто, который ждал её за мостом, и шагнула в круг.
Слепая вдова уже не телепатически, а голосом стала читать какие-то заклинания, и круг, в котором стояла Гелена, завибрировал, загудел, над ним поднялась пыль, а знаки по кругу стали белыми и засветились. Это было жутко и завораживающе одновременно. Гелена заметила, что знаки разные и напоминают иероглифы. Они вспыхнули ярче, и напротив шести из них возникли проекции женских фигур в такой же одежде, как у нее, а напротив седьмого встала Слепая вдова и заговорила:
– Перед лицом глав шести ковенов ты, пришедшая сюда за даром, в этот день и час стоишь на границе. За пределами круга – та, что вошла сюда, в круге – та, что выйдет. Сейчас еще не поздно выбрать, кем ты хочешь быть. Чтобы ты подумала об этом и никогда не жалела о сделанном выборе, задам три вопроса. Первый. Приняв дар во имя помощи тем, у кого его нет, однажды ты окажешься на мосту. По одну его сторону будет стоять тот, кто любит тебя и ждёт, по другую – то, что ты должна сделать. Если совершишь неверный шаг, мост начнёт рушиться. Куда ты шагнёшь?
Гелена задумалась, попробовала представить, как это будет.
– Дар не позволит мне вернуться, пока не сделаю то, что должна. Пойду в сторону долга, – ответила она.
– Второй вопрос. Вместе с даром ты обретёшь способность видеть и слышать сущностей, которые не всегда будут доброжелательны к тебе. Пройдёт время прежде чем ты научишься брать их под контроль. Сможешь ли ты с этим жить?
Этот вопрос показался Гелене лёгким.
– Смогу! Нет сущности страшнее, чем мой собственный внутренний голос, который начинает что-то говорить в самые неподходящие моменты. Если я научусь брать под контроль внешние голоса, тогда обуздаю и внутренний.
Перед тем, как задать третий вопрос, Слепая вдова неожиданно оказалась в круге рядом с Геленой и ласково прошептала ей на ухо:
– Знаю, что ты пришла сюда не только за даром. Ты боишься потерять того, кто стал тебе дорог. Но ведь ты совсем не знаешь его... Вдруг он не такой сильный, не такой прекрасный, вдруг ты сама его таким придумала и разочаруешься? Или он отвергнет тебя, как отвергал многих? Я могу избавить тебя от этого страха: ты забудешь и его, и меня, и это место. Продолжишь жить той жизнью, которую выбрала для тебя бабушка, и со временем станешь известным журналистом...
– Нет! – твердо ответила Гелена, у которой от этой ласковости аж зубы свело. – Я хочу быть с ним, даже если он не сможет быть со мной. Я пришла сюда, потому что это мир моей семьи, я его чувствую внутри. И никого я не придумала!
Тут же Слепая вдова оказалась на своём месте:
– Сёстры, готовы ли вы принять в свои ряды Евангелину Фламель, двадцать четвертое колено в роду Николя Фламеля и Валентины Деверну по ветви Августина Фламеля-Деверну?
– Готовы! – торжественно сказали призрачные фигуры – Мы принимаем тебя, сестра!
– Прими же амулет с дарами!
Слепая вдова сложила ладони на уровне груди, и, когда раскрыла их, на ее ладони лежал точно такой же круг, как тот, в котором стояла Гелена, только сделанный из платины. Он был подвешен на изящном кожаном шнурке. Она услышала, как среди фигур вокруг нее поднялось волнение и раздался шёпот: "Первая Печати... Первая..."
– Приветствуем тебя, Первая Печати! – торжественно провозгласила Слепая вдова, и все фигуры по кругу почтительно склонили голову.
"Что это значит?" – заволновалась Гелена, но тут обратила внимание, что у каждой из стоящих по кругу ведьм поверх плаща был похожий знак, только точно такой же, как тот, возле которого она стояла, а на амулете Гелены были все значки.
– Это значит, Круг Печати признал силу твоей крови, Евангелина Фламель, Первая Печати за последние триста лет, – сказала Слепая Вдова, надевая амулет ей на шею. – Ты будешь обладать шестью дарами. Употреби же их во благо!
Фигуры со склонёнными головами растаяли в воздухе, круг погас, и Слепая вдова вывела Евангелину из круга.
– Говорят, – сказала она, – что Первая Печати появляется в суровые времена. Видимо, скверна стоит на пороге нашего мира. Тебе, девочка, объединять ковены, разбираться с теми, кто стремится нарушить границы. Только Первая Печати, по пророчеству, сможет поднять Девять Стражей могильного холма. Наблюдай, как будут проявляться твои дары, общайся с сестрами из разных ковенов – это поможет тебе быстрее овладеть силой. Иди же и взгляни на мир глазами ведьмы зачарованной!
У моста Слепая вдова поклонилась ей и исчезла, а Евангелина развернулась и чуть не бегом бросилась к Мефисто.
Глава 24. Кто его сюда прислал?
Она бежала по мосту, сбивая дыхание и пытаясь рассмотреть в неизвестно откуда взявшемся молочном тумане знакомую высокую фигуру, представляла, как сейчас расскажет Мефисто, какого страху натерпелась, а потом с гордостью покажет амулет, и, конечно, он сам догадается, что она не кто-нибудь, а Первая Печати, и сразу доходчиво объяснит, что это такое, а то у Слепой вдовы всё получилось как-то непонятно, да и вопросов ей задавать нельзя...
Но вот мост закончился, а Мефисто нет... Она тихонько позвала его по имени. Пошла в одну сторону от моста – чуть не упала с обрыва в реку – в плотном тумане крутой берег было не разглядеть. Пошла в другую – наткнулась на плотные заросли какого-то колючего растения.
Этого Евангелина никак не ожидала. Тревога холодной волной захлестнула сердце. Что она знала об этом месте? Ничего! Какие здесь опасности? Как отсюда выбраться? И спросить не у кого: справа обрыв, слева – колючие кусты, позади мост, впереди свод погребального холма... И ни души!
В то, что Мефисто оставил её здесь с какой-то ритуальной целью, она не верила, что он мог отправиться по своим делам, бросив её на произвол судьбы, тоже так себе версия. А если он попал в беду? Мало ли врагов мог нажить молодой полудемон больше чем за век!
Невдалеке что-то хрустнуло, и Евангелина насторожилась, напряжённо всматриваясь в туман. Ей показалось, что слева маячит высокая тень.
– Граф Рочестер, это вы? – громко спросила она. – Кто здесь?!
Шум стих столь же внезапно, как и раздался. Она чувствовала: что-то большое притаилось метров в десяти от нее. В волнении Евангелина сжала в руке амулет, и он немедленно ответил, просияв белым неоновым светом.
– Кто бы ты ни был, покажись!
Она сама поразилась, как властно и настойчиво прозвучал её голос. Налетевший откуда ни возьмись ветер поднял полы ее длинного серого плаща и мигом раздул белесый туман, загнав его остатки под мост. "Похоже на какие-то чары, – догадалась Евангелина. – Наверно, и туман тоже был ненастоящий. Но кому и зачем нужно было так меня пугать? Может, Слепая вдова продолжает меня испытывать?"
Но тут случилось то, от чего Гелена Мундштук точно повредилась бы рассудком, а Евангелина Фламель лишь побледнела и покрепче сжала амулет. Какая жалость, что она еще не научилась им пользоваться!
Из-за колючих зарослей, оказавшихся кустами шиповника со странными плодами чёрного цвета, хрипло дыша, вышел монстр: могучий мужской торс на перепончатых, как у древнего ящера, лапах, длинный гибкий хвост, мощные руки с черными когтями, свирепое лицо с длинным носом и тонкими губами, косматые волосы, ниспадающие на спину. А главное – у существа были рога и огромные зеленовато-серые перепончатые крылья.
"Вампир! – догадалась она. – Он напал на Мефисто и теперь охотится а мной! Кто его сюда прислал? Неужели тот же, кто натравил на меня элементаля?" Но кто бы это ни был, он просчитался! Тогда она была беззащитной девушкой, журналисткой, у которой не было оружия острее пера. Теперь же она ведьма Евангелина Фламель, Первая Печати, которой поклонились главы шести ковенов, что бы это ни значило.
– Я тебя не боюсь, слышишь? – звонко крикнула она, подняв повыше амулет, чтобы заглушить свой страх. – Говори, кто тебя послал и что тебе надо! Клянусь, если от твоих рук, или что у вас там, пострадал человек, который ждал меня здесь, я уничтожу тебя! Приказываю, говори!
Удивительно, но страшная тварь не зарычала и не бросилась на нее, как обычно бывало в фильмах, которые она смотрела ради развлечения еще в той, прошлой, жизни, а учтиво поклонилась и, к её ужасу, произнесла гулким басом:
– Приветствую вас, прекрасная Евангелина Фламель, Первая Печати! Мефистофель Уилмот, граф Рочестер к вашим услугам!
Остальное Евангелина уже не слышала: прекрасная графиня Фламель, двадцать четвёртое поколение в роду великого алхимика, Первая Печати и будущая глава шести ковенов, упала в обморок, как обычная экзальтированная барышня, и очнулась в своей комнате, в резиденции "Эксилиум".
За окном выл ветер, предвещая холода, и ярко светили звезды, в комнате приятно пахло фиалками. В кресле рядом с её постелью сидел граф, живой и невредимый, и грустно смотрел на нее.
– Мефисто! – радостно прошептала Евангелина, едва открыла глаза. – Мне приснился очень страшный сон! Я сейчас вам его расскажу...
Она осторожно приподнялась, всё еще чувствуя головокружение, и вдруг увидела на груди платиновый медальон в форме печати. Прикоснувшись к нему, Евангелина ощутила тепло и увидела лёгко свечение.
– Это что... это был не сон? – спросила она, уже зная ответ.
– Увы, нет, моя милая графиня, – печально ответил Мефисто. – На мою беду, вы обрели такую силу, что можете видеть сущность людей и вещей. А я полудемон, и этого не изменить. Вы увидели тёмное начало за этой прекрасной оболочкой, ту часть, которую я пытаюсь обуздать так долго и пока безуспешно. Я надеялся спрятаться в камуфлирующих чарах и предстать перед вами в обычном облике, но фокус не удался – вы же Первая Печати – ваша сила воистину огромна. Когда вы овладеете ей в полной мере...
– Когда я овладею ей в полной мере, – горячо сказала Евангелина, – я придумаю, как вам помочь!
Мефисто невесело усмехнулся:
– Увы, природу сущности изменить нельзя. Это не одержимость, а часть моей души, которую я научился скрывать ото всех, но не от самой сильной ведьмы этого мира. И от женщины, которая...
Он замолчал, отвернувшись.
"Ну что же ты? Договаривай!" – чуть не вслух взмолилась Евангелина. Но Мефисто не стал продолжать. Он повернулся к ней, уже вполне владея собой.
– Что ж, теперь вы знаете, каков я на самом деле. Если наше общение с этих пор станет более формальным, я пойму. До сих пор мы были довольно честны друг с другом. Давайте сохраним эту прекрасную традицию...
Тут уж не выдержала Евангелина.
– Послушайте, Мефисто, – сердито сказала она. – Вот только не нужно делать вид, что между нами что-то изменилось. Я в своей жизни видела монстров и похуже. Да, часть души у вас демоническая, и я бы предпочла её не видеть, чтобы вот так малодушно не свалиться в обморок на глазах мужчины, который...
Секундная пауза – и она продолжила, мстительно отметив умоляющий взгляд Мефисто:
– Пусть, так. Но вторая-то часть души у вас буквально ангельская! После того, как я непотребно отвечала вам в блоге, не доверяла вам и куражилась со своим скепсисом, вы меня не возненавидели, не отказали в помощи, открыли для меня мир, которому я должна была принадлежать с самого начала, приютили в "Эксилиуме", дали мне кров, одежду и пищу, рассказали о моей семье – да разве перечислишь все, за что я вам благодарна? Так что не смейте говорить, что мы будем общаться формально! И не делайте вид, что, приняв дар, я стала другой. Наверно, у меня появились какие-то способности, о которых я смутно догадываюсь. Но как я раскрою их без вас? Так что прошу прощения за свой страх и потерю сознания – вы здесь абсолютно ни при чём, ясно? Точно так же я свалилась в обморок при знакомстве с господином Вороном. Надеюсь, это пройдёт. А с вами, любезный граф, нам нужно обсудить, как помочь Станиславу: помните, то письмо, что я вам отправила?
Она старалась не обращать внимания на счастливое лицо Мефисто и как ни в чем не бывало уточнила:
– Надеюсь, я не пропустила ужин? Мне многое хочется вам рассказать.



























