Текст книги "Развод в 40. Агентство развлечений попаданки (СИ)"

Автор книги: Ирина Манаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Развод в 40. Агентство развлечений попаданки
Айрин Дар

Глава 1

Я спасла мужа, отдав будущие жизни за его одну.

Потому что любила.

Пятнадцать лет. Ровно столько живу в этом мире. Столько же – в этом теле, в этом замке, в этом браке, который до сегодня казался счастливым. Я – Деори Велирон, жена дракона, поглотившая его проклятие ценой рождения собственных детей.

А сейчас я узнала, что больше не нужна. Ведь у него есть невеста.

Дождь льёт третий день, будто в небесах кто-то пробил огромную дыру. Раэган должен был вернуться вчера утром из очередной экспедиции по разведке Драконьего камня, куда отбыл больше месяца назад. А я приготовила к его возращению лучшие блюда и свою постель, где стану любить его и душой, и телом.

В последний раз он поцеловал меня в висок и пообещал: «Вернусь до дождя». А дождь льёт давно. Слепой, глухой, беспощадный.

Стою у окна, вцепившись в край подоконника, как в спасение, и шепчу.

– Вернись, пожалуйста…

Хлопают двери, и вздрагиваю. Кто-то входит в комнату. Оборачиваюсь к насквозь промокшему гонцу, с одежды которого на пол падают большие капли, оставляя лужу.

– Эрдана Деори! – его зубы стучат от холода. – Карета… Лорд Раэган… его экипаж перевернулся в семи лигах от замка. Лошади сбились с пути, оступились на холме. Он жив, но…

– Отдыхать будешь позже. Поедешь с нами, показать место. – Не даю ему договорить, отдавая приказы. Уверенно впечатываю каблуки в пол, чтобы добраться до выхода. Нельзя вдаваться в панику, главное – холодная голова. – Подготовьте лошадей, – встречаюсь взглядом с камердинером. – Десять человек со мной. Один экипаж, остальные верхом. Возьмите лекаря, тёплого чаю и одеяла. Мина, – зову личную служанку, которая тут же оказывается рядом, – подготовь для меня что-то более подходящее, – трогаю платье, которое надеваю который день, чтобы встретить дорогого мужа. Тёмно-синий бархат, что так нравится ему. – И, пожалуйста, не говорите ничего Улине.

Последнее, что мне нужно – видеть испуганные глаза дочери.

– Вам не обязательно, – пытается отговорить меня от поездки камердинер.

– Спасибо, Оффи. Буду осторожной, – вымучиваю улыбку, трогая за плечо седовласого слугу, ставшего мне близким за все эти годы. – А теперь помоги мне, хорошо?

Он тут же кивает, отправляясь выполнять приказ, а я поднимаюсь в нашу с Раэганом комнату, где меня уже ждёт мужской костюм. Женщинам в Ардосе не пристало расхаживать в штанах, но слуги и муж хранили мой маленький секрет. На людях же я всегда была образцовой женой в вычурных дорогих нарядах, которые порою ненавидела.

Мы скачем сквозь стену дождя. Земля под копытами вязкая, воздух, как натянутая струна. Я не дождалась экипажа, он прибудет чуть позже вместе с лекарем и тёплыми вещами, а пока ветер и капли бьют по лицу, застилая обзор. И я тороплюсь к тому, кто обещал любить меня вечно. Меня не трясёт – внутри всё слишком холодно.

Мальчишка теряется, кажется, он не может найти нужное место.

– Пожалуйста, вспомни, – молюсь негромко, чувствуя, как за меня плачет дождь, и небеса слышат мои молитвы.

– Они здесь, – кричит один из слуг, и я пришпориваю коня в его сторону.

Карету мы находим в овраге, завалившейся на бок. Одна лошадь мертва, вторая сбежала, как только почуяла свободу. Кучер валяется у дерева в неестественной позе.

– Раэган! – кричу, спрыгивая с лошади в самую грязь, и сапоги утопают в жиже. Но мне всё равно. Эрда придавило каретой, и какая-то фигура держит над его головой зонт. – Быстро сюда, – кричу сквозь непогоду, и мужчины, навалившись, отодвигают экипаж, освобождая мужа. Ничего не замечаю вокруг, лишь его бледное лицо, и мои слёзы мешаются с дождём. – Сейчас приедет лекарь, – говорю, его, успокаивая. – Моя любовь, я тебя так ждала…

– Деа, – отзывается он. – Я не один.

Поднимаю голову, встречаясь глазами с совсем молодой девушкой. Мокрая, с прилипшими к щекам кудрями, в слишком тонком платье со злым неприветливым взглядом. Она держит моего мужа за руку, и он хватается за неё, как за последнее спасение.

– Деа, – говорит, а внутри меня всё сжимается от страха. – Это Ливианна. Моя невеста.

Глава 2

Глава 2

Над головой раздаётся удар грома, будто своим признанием Раэган ставит точку в наших отношениях. Слова падают, как молнии в землю, и сжигают всё. Теперь внутри не холод, а извергающийся вулкан.

Смотрю на неё, потом на него, ощущая, как жизнь рушится прямо посреди ливня. Дождь льёт с яростью, будто пытается смыть с лица земли и эту дорогу, и этот овраг, и мои чувства.

Поднимаюсь с коленей прежде, чем он Раэган встаёт с земли. Эрд пошатывается, кровь капает с подбородка, но он не отводит взгляда.

– Я хотел сказать тебе позже, в доме, после возвращения. Но всё вышло иначе, – его голос слишком спокоен. Слишком. Разве имеет смысл место, если суть одна?

Во мне что-то ломается. Медленно, со скрипом. Почему я не послушала старого камердинера, будто он чувствовал, чем всё обернётся. Или попросту знал… Я бы встретила их с гордо поднятой головой, а не мокрой и грязной, стоя на коленях в воде.

– После возвращения? – оборачиваюсь к нему резко, и презрительная усмешка скользит по моему лицу. – Кажется, я сэкономила тебе время.

– Деа, – он делает шаг ко мне. – Прекрати! – я роняю достоинство господина в лице слуг, ну, конечно. – Я не хотел, чтобы ты узнала так. Не здесь, – говорит довольно грубо. – Но карета сорвалась. И Ливианна была со мной. Я не мог…

– Не мог что? Скрыть? Подождать? – спрашиваю с вызовом. – Пожалел, что не успел подготовить речь?

Его рука пытается ухватить меня за локоть, но я вовремя отшатываюсь, видя, как горят ненавистью его глаза. А раньше на меня они всегда смотрели с любовью.

Экипаж прибывает, и лекарь спешит исполнять свои обязанности, смешно пытаясь бежать через слишком влажную землю, которая тут же налипает комьями на его сапогах, утяжеляя ход.

– Деа, – останавливает меня властный голос, когда делаю шаг к своей лощади. Раэган больше не говорит ничего, но я знаю, что приказывает вернуться. Я слышала это раньше в чужой адрес, но не в свой. Никогда.

За этот месяц он стал настолько чужим, что я не узнаю собственного мужа.

– Мне следует вернуться, потому что НАША ДОЧЬ волнуется, – нарочно выделяю эти слова, тут же оказываясь в седле. Держусь на коне уверенно, как учил муж. Хватаю удила и пришпориваю животное, чтобы оказаться от этого ужасного места, как можно дальше.

Только дождь, только грязь, только гул в ушах, а в душе разбушевавшаяся стихия огня, что выжигает внутренности дотла.

Не замечаю, как добираюсь до замка.

– Вы вся дрожите, – всплескивает руками Оффи. – Я подготовил для вас и эрда ванную, чтобы быстрее согреть. Эрдана Улина спит, за неё можете не беспокоиться. Но где эрд Велирон? – заглядывает старик за мою спину.

– Прибудет в карете. Скажите ему, что я не велела беспокоить.

– Конечно, – произносит так, будто не утверждает, а спрашивает. Но я не хочу докладывать слугам, что произошло. Чуточку терпения, и они сами обо всём узнают.

Иду в свои покои. В одиночество. В тишину, что не кричит о предательстве. Где никто не шепчет: «Он выбрал другую». Никто, кроме собственных мыслей.

Мина помогает снять прилипшую к телу одежду, тут же утаскивая её в прачечную, а потом оставляет меня одну. Так и не привыкла к тому, что кто-то моет меня. Если не считать Раэгана. Между нами всегда была тонкая связь, и не потому, что ритуал связал наши души. Мне казалось, всё на каком-то другом уровне.

Погружаюсь в горячую воду, откидываясь в ванной, что предназначена на двоих, и закрываю глаза. Больше ему здесь нет места.

Впервые за пятнадцать лет я не желаю слышать его шаги в коридоре. Не хочу, чтобы он заходил сюда. Теперь всё изменилось. С этого момента мы чужие друг другу.

Глава 3

Глава 3

Ночь только вступает в свои права, а мои двери распахиваются с силой, словно виноваты в чём-то. Ударяются о стены, тут же возвращаясь обратно. Быстрые шаги, и Раэган заглядывает за ширму, а я прикрываю наготу руками.

– С каким пор ты меня стыдишься? – сдвигает брови на переносице, и я вижу, что с его лицом успел поработать лекарь, наложив пару швов. Только сейчас замечаю тёмное пятно крови на сюртуке в районе грудной клетки, но не спешу интересоваться, что именно повреждено. Теперь это не моя забота.

– С тех самых, как ты объявил о своей любовнице, Раэган. А теперь выйди, мне нужно одеться.

– Ливианна – моя невеста, хочешь ты этого или нет. И я требую уважения к ней.

– Даже так, – горько качаю головой.

– Делай это при мне! – хищный взгляд скользит по моей груди, переходя на живот и ноги. Будто он своим присутствием доказывает себе, что владеет не только замком, но и мной. Не теряю самообладания, поднимаясь из ванной. Неспеша беру полотенце, оборачивая его вокруг мокрого тела, а другим вытираю ступни, помещая их в тапочки.

– Ты что-то хотел, – напоминаю, что он здесь не просто для того, чтобы откровенно пялиться.

– Ты уехала без дозволения!

– С каких пор мне оно требуется? – поднимаю брови в вопросе.

– Хорошие жёны не перечат мужьям, я слишком много позволял тебе вольностей.

– Хорошие мужья говорят спасибо за спасение.

Сглатываю подступивший к горлу ком. Можно шутить на тему: он точно был на карьере, а не на семинаре «Как воспитать жену в строгости?». Только мне не смешно, ведь он слишком серьёзен.

– Потому ты нашёл себе другую жену: молодую и покладистую? – спрашиваю спокойно, но он игнорирует этот вопрос.

– Мы поговорим завтра, Деа, и только от тебя зависит твоя дальнейшая судьба, – заставляет он моё сердце биться быстрее, – и спасибо, – а затем уходит.

Ложусь в нашу постель, которая не отзывается его теплом. Беру несколько подушек, прокладывая стену, словно боюсь пересечь черту, за которой мистический Раэган. И бог знает когда засыпаю, проваливаясь в болезненный сон.

На следующее утро муж присылает за мной.

– Какое платье выберете? – интересуется Мина. – Бархат?

– Самое простое, без излишеств.

Лучше траурное, но пока повременю. Кто знает, вдруг мне приснился ужасно реалистичный сон. Несколько раз были такие, и мне казалось, что всё произошло на самом деле.

Облачаюсь в тёмно-синее дорожное платье и отправляюсь к кабинету. Долго стою у двери, прежде чем войти. Пахнет влажным деревом, старой бумагой и Раэганом. Я лишком хорошо знаю его запах, чтобы не различить. Только вместе с тем он тоже изменился, добавились ноты жасмина и лаванды.

Эрд стоит у окна лицом к улице, заложив руки за спину. Широкие плечи, мощные руки. Хозяин. Повелитель. Конечно, он слышал, как я вошла, но не спешит начинать разговор. Только не спешу и я.

– Ты здесь, – наконец звучит его голос в тишине.

– Ты велел, – так же просто отвечаю.

Он поворачивается. Смотрит на меня пристально, оценивающе. Так, как смотрел раньше на вражеских лордов и предателей. Как вышло, что я встала с ними в один ряд?

– Мы должны поговорить, Деа, – он произносит моё имя ровно. Без ласки, но и без злости. – Всё изменилось. Я не просил твоего разрешения. Я просто ставлю тебя в известность.

– О том, что решил заменить жену другой женщиной? – я усмехаюсь, но губы дрожат. – Благородно, спасибо. Она немногим старше нашей дочери, тебя это не смущает?

Он сжимает челюсти и кривит рот.

– Не надо сарказма. Я долго пытался сохранить то, что у нас было. Но мы оба знаем: ты уже не та, что раньше. И я тоже.

– Слишком стара для тебя, Раэган?

– Прекрати, – мощный кулак врезается в стену, и я вижу отпечаток костяшек на голубом фоне. – Ты ничего не знаешь!

– Для этого людям и нужен язык. Они должны говорить, а не заводить кого-то на стороне. Но куда нам, женщинам, до мужского эго.

– Замолчи, прошу, – в его голосе и приказ, и мольба. – Я не хотел делать тебе больно, Деа.

– Между нежеланием и действием огромная разница, – чувствую невыносимую обиду. – Отошли девчонку.

– Нет!

– Тогда чего ты хочешь от меня?

– Чтобы ты была рядом.

– В качестве кого, Раэган. Если она теперь займёт моё место.

– Но ты всегда можешь рассчитывать на мою постель.

Глава 4

Глава 4

Муж предлагает мне роль любовницы после стольких лет брака.

– Какое благородство! Оставлю постель той, что намерена забрать мой статус.

– ДЕА! – рычит он и в несколько шагов оказывается рядом. Желваки ходят на лице, ладони смяты в кулаки. Нет, он не посмеет поднять на меня руку. Нависает грозным исполином, смотря сверху вниз, и моя душа плачет, осознавая, что нет больше нас и нашей любви. Той, которая однажды исцелила и его, и меня.

Много лет назад я попала в тело его невесты, что покончила жизнь с собой, потому что любила другого. Это был её маленький протест, закончившийся тем, что я заняла чужое место. Было страшно и странно оказаться в другом мире, в чужом теле. Но я справилась, и в награду была мне любовь мужчины. Моего Раэгана. Именно она заставила меня принять себя и новую жизнь.

Счастье длилось недолго. Его назначили на новую должность, отослав прежнего искателя в Готтард – страшное место аномалий, где деревья способны убить, а из-под земли появляются огромные черви с зубами, норовя проглотить любого. Ах да, ещё аргиллы – глиняные люди без душ и прошлого. Я лишь слышала о страшилках, но никогда не была там. Надеюсь, и не буду.

Только прежний искатель оставил Раэгану подарок – проклятие тёмного ветра. Заплатил какой-то девочке, ей и было от силы лет десять. Она подошла к мужу, предлагая купить для меня букет цветов. А в итоге воткнула метку в запястье – артефакт с чёрного рынка, о котором никто не слышал больше ста лет. Маги смотрели Раэгана, только ничем не могли помочь. Он вернулся в Велирон Хилл умирать: искалеченный, пропитанный чернотой, с каждым днём слабеющий на глазах.

Я не могла смотреть на это просто так, ожидая его смерти. Он говорил, что я должна готовиться к похоронам, выбирать ему подходящий костюм, высылать приглашения родственникам и знакомым. Отправить письмо его другу – духовнику, что прочитает последнюю молитву над его бренным телом, очертив священный драконий круг.

Но я сделала иначе. Я разослала слуг во все концы Акриона молясь, что на пороге появится тот, кто даст нам надежду. И пришёл Фальц – безумный старик, по которому плачет ссылка.

– Мне нечего терять, юная эрдана, а что до вас?

Я обещала ему всё на свете, только спасти Раэгана. И тогда он попросил дорогую плату – наших детей.

Нет, мы не успели стать родителями. Муж появлялся и исчезал, и за то недолгое время, что мы были вместе, чуда не происходило. Но мы были молоды, а столько лет впереди. Как оказалось, их не было…

– Как знаете, – проскрипел Фальц, намереваясь уйти.

– Нет. Стойте. Я готова, – говорю, слыша, как дрожит собственный голос. – Если нет другого пути… Что ж.

Он не давал никаких гарантий, ведь могло и не выйти. Всё зависело от моей внутренней силы, а не магии, которой я обладала. Магия ветра не давала таких преимуществ, как то же пламя у солнцерождённых, но и не была совсем никчёмной в этом мире. Но я готова была отдать и её, потому что безгранично любила.

Суть ритуала – связать нас не только законом империи на бумаге, но и породнить наши энергии, переплести их между собой, дать Раэгану подпитку, которая и станет его спасением. И всё зависело лишь от меня.

– Но вы никогда не сможете иметь детей, понимаете это? – спросил в последний раз Фальц, перед тем как начать.

– Делайте, что должно, – закрываю глаза, лёжа на кушетке рядом с умирающим мужем. Главное сейчас – спасти его. Но в груди теплилась надежда, что Фальц лишь проверяет меня.

Я потеряла сознание от безумной боли, очнувшись лишь под вечер. Раэган уже мог сидеть, и был чернее тучи. Всё получилось, но было одно но… Я не просто убила наших будущих детей. По незнанию я избавилась во время ритуала от того, кто уже был под моим сердцем…

Глава 5

Глава 5

– Деа, будь благоразумна. Ничего не изменится. Я всё тот же Раэган.

Смотрю на него со смесью боли и отчаянья.

– Те же руки, плечи, ровная спина, лицо. Но нет, – качаю головой, – мой Раэган никогда бы не стал предлагать того, что ты.

– Всё уже решено, – он понимает, что уговоры ни к чему не приведут. – С этих пор Ливианна будет жить в этом доме!

– Как кто?

– Как невеста, – он замолкает, словно собирается с духом, а потом говорит ещё громче, словно показывая, что он совершенно не боится этого, – как мать будущего наследника! Она в положении

Внутри меня всё обмирает. В голове темнеет, и мир теряет привычные очертания. Теперь всё для меня встало на свои места. Конечно же… Наследник. Кровь от крови Велирона, то, чего не смогла дать я.

Наша дочь – Улина, на самом деле не родная. Мы приютили малышку, оставшуюся без родителей, заменив ей отца и мать. И она платит нам добром: умная, покладистая, красивая, с единственным но… Она не дракон, а лишь искра. Но от этого я не перестаю любить её. Главное не в магических потоках, а в наших сердцах: добрых, бескорыстных, любящих.

– Деа, – ненавистный муж подхватывает меня, потому что внезапно закружилась голова. – Пожалуйста, пойми меня, – теперь в его голосе звучит мольба.

– Отпусти, – это и просьба, и приказ. – Пусти меня, Раэган, – пытаюсь вырваться из кольца его рук. – Я не в силах понять, не могу, – предательские слёзы подкрадываются к горлу и душат, но я терплю. «Только не здесь, Деа, не здесь», – говорю самой себе. – «Он не должен увидеть твоей слабости».

– Останься!

– Нет. В этом замке есть лишь одно место для женщины, и ты предал нашу любовь.

– И в замке, и в моём сердце тебе всегда найдётся место.

– Ты забыл о постели, – горько усмехаюсь, пока он продолжает держать меня, прижимая к своей груди. Только больше не чувствую той жажды, что пыталась утолить рядом с ним, словно внутри меня всё омертвело. – Не будь жалким, Раэган, тебе не идёт.

Его объятия ещё крепче, как если бы он намеревался раздавить меня кольцом своих рук, а потом ослабевают, и он отстраняется.

– Почему ты в дорожном платье?

– Потому что не желаю здесь быть.

– И куда же ты пойдёшь? – в голосе издёвка, ведь он знает: родители погибли, брат, получивший наследство, не жалует меня. Всё дело в его жене, с которой мы так и не нашли общий язык. С другими родственниками я почти не поддерживала общения. Подруг, как в нашем мире, здесь завести не удалось. Тяжело дружить, когда между владениями не одна лига. Единственное, что я имела – участок на море, где бушуют шторма. Подачку от брата, чтобы он говорил всем, что не оставил сестру у разбитого корыта.

Когда-то там жил наш родственник. Суровый край, больше север, нежели юг. Не лучшее из мест пребывания, но сейчас я была готова отправиться и туда, лишь бы не чувствовать той боли, что поселилась груди, и не видеть Раэгана и его любовницу вместе.

– Приказываю тебе остаться! – решает зайти с другой стороны. В его зрачках всполохи. Теперь это не взгляд мужа. Взгляд дракона, властелина. – Ты – моя жена. Пока что. Но ты забыла, кто я. – Его голос резко обостряется. – Я глава этого дома, этой земли, всего, что у тебя есть! Я не прошу. Я приказываю. Ты должна уважать моё решение.

Знакомые слова, но суть такая неуловимая. За что я должна уважать его? За то, что он делает с моей жизнью? За то, что он растоптал мои чувства и пачкает грязью мою душу?

– Уважать? – переспрашиваю. – Ты хочешь уважения? Так вернись в тот день, когда любил меня! Вернись в те годы, когда был человеком, а не больным чудовищем, цепляющимся за юную кровь!

Между нами снова тишина. Только за окном какая-то хищная птица призывно кричит в небесах. Поворачиваюсь, чтобы покинуть эту комнату.

– Ты не можешь просто уйти, Деа! – рявкает он. – Я всё ещё твой муж. Ты в этом доме благодаря мне!

– А ты в этом мире благодаря мне, – бросаю через плечо. – Не забывай. Я первая спасла тебя. И, поверь, могу спасти себя.

Дверь хлопает. За ней я. С другим сердцем. С другим выбором.

Глава 6

Глава 6

Даже слёзы сейчас роскошь. Я не могу показать слабину, иначе Раэган всё поймёт. Помню стихи из прошлой жизни: «Хоть вой, но останься гордым. Живи и будь человеком, а не ползи ужом». И я намерена остаться женщиной с гордо поднятой головой.

– Мам, – зовёт меня Улина, когда я намерена выйти за пределы дома, чтобы спрятаться ото всех где-нибудь в парке. Слёзы вот-вот вырвутся наружу, но я снова подавляю их. Быстро смахиваю робкую каплю, скользнувшую на щёку, и натягиваю улыбку.

– Привет, – поворачиваюсь, делая вид, что я рада её вид. Это так и не так одновременно. Конечно, я всегда рада дочери, просто сейчас хочется быть как можно дальше отсюда и в одиночестве, чтобы ни один человек в этом мире не видел моих слёз. – Иди сюда, – расставляю руки, и Улина спешит меня обнять.

Она очень ласковая. Из тех, кто норовит прижаться к плечу или сесть как можно ближе, чтобы ощутить контакт с тем, кого любит. Может, ещё остались где-то в памяти не очень радостные воспоминания из детства, когда она вынуждена была жить впроголодь и спать на земле, прикрывшись старыми газетами. Увы, не все рождаются в шелках и едят на дорогой посуде. И не каждому удаётся вытянуть счастливый билет под названием «Семья».

Каждый раз, смотря в её глаза, вижу благодарность за всё, что сделали. И хотя мы давно для неё мама и папа, она прекрасно знает, что на самом деле мы не родные. Не потому, что кричим об этом на каждом углу. Это делают за нас другие, хотя Раэган не раз во всеуслышанье говорил, что Улина имеет такие же права, как любая другая эрдана, но общество против добрых сердец. Они принимают только силу, власть, деньги и чистоту крови.

В Акрионе существует магическая иерархия. На самом верху стоят Истинные драконы или Солнцерождённые. У них есть всё: деньги, титул, вторая ипостась, сила магического потока. Среди них императорская семья, эрды, альты, тиании. Именно так они располагаются по титулам от высшего к низшему.

Далее идут дарны. У них уже нет такого сильного потока, но лучше воинов не сыскать. Несмотря на то, что они бедны и магия их до тридцати процентов, в бою им нет равных. Во второй ипостаси они почти неуязвимы, потому империя принимает их на службу, зачастую отправляя в Готтард. Для дарнов это хорошие деньги, и за пару десятилетий можно заслужить титул, а для столицы уверенность, что граница заперта. Обращаются к ним с уважением – варг. Что означает – непобедимый дракон.

Есть ещё искры, совсем не драконы. Они не умеют перекидываться, но имеют магию, которая часто используется в лечении, бытовой сфере, ремесленной и приусадебной. Благодаря искрам хлеб вкуснее, деревья растут лучше, а одежда не рассыпается на драконах, когда они обращаются.

И последние – пустогласы или войды. Они лишены всего, и, как правило, бедны. А значит, вынуждены влачить своё жалкое существование до скончания веков. Такие становятся слугами, кучерами, прачками, рабочими в тавернах, карателями. Но пустогласы есть и среди альтов и эрданов, и тогда лишь семья решает, что делать с неугодными. Многие избавляются от детей, чтобы не навлекать позор на род, как только узнают, что дети не унаследовали ни капли магии.

Раэган – солнцерождённый. Я – искра. Магия ветра раньше была куда сильнее, пока я не отдала всё, что имела, за жизнь своего любимого. Теперь, выходит, осталась ни с чем. Улина – искра. Наверное, именно магия растений её и спасла. Она умеет проращивать любые семена, ускоряя их созревание, помогает деревьям и кустам. Потому один из её друзей здесь – садовник, с которым они проводят много времени. И наш сад, парк и огород для гостей всегда пример для восхищения.

Прижимаю к себе дочь. Совсем взрослая. Скоро исполнится шестнадцать. Вспоминаю девушку под дождём, новую игрушку для мужа. Ей, наверное, не больше девятнадцати. Слишком молода, но, в отличие от меня, может подарить наследника.

Сжимаю зубы и закрываю глаза, пытаясь подавить боль, что прожигает внутренности. Мне исполнилось двадцать пять, когда я положила на алтарь нашей любви своё материнство.

Не отпускаю Улину, вцепившись в неё, чуть становится легче, но, когда открываю глаза, встречаюсь взглядом со своей соперницей.