Текст книги "Красный Корпус V"

Автор книги: Илья Романов

Соавторы: Жорж Бор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Глава 17

Разломав ветку надвое, подкинул одну половину в костёр. Пламя жадно пожирало поленья, сухой треск вкупе со стрекотом насекомых и разговорами людей создавал свою, в чём-то уникальную атмосферу. Ещё и полная луна вышла, без облачка на небе её хорошо видно.

– Не против? – раздался рядом голос Алекса. Кивком указав на бревно, на котором я сидел, он протянул мне одну из плошек, что держал в руках.

– Нет, – покачал головой. – Спасибо.

Сегодня на ужин походная каша с тушёнкой. Сытно, вкусно пахнет, самое то в «походе».

Алекс присел сбоку, закинул в рот ложку и посмотрел в темноту леса, от деревьев которого танцевали отблески пламени костров.

– Арсенал сказал, что завтра утром, если погода не испортиться, будем на месте, – произнёс Стоун, когда мимо нас прошли Криста и Мира, докопавшись до Перуна. Тот спорил с ними и махал руками, а девушки всё канючили.

– Не должна, – ещё раз посмотрел я на небо. – Хотя, в этом мире нельзя быть ни в чём уверенным. Рома послал тебя поговорить со мной?

– Он ждёт, – пожал мощными плечами Алекс. – Решил не давить, и это разумно. Мне, в отличии от тебя, выбор не дали. Либо смерть, либо присоединится к Ордену.

Последнее он произнес осторожно, тихо, но нас и так никто не подслушивал.

Орден… Тот визит Тумана с Арсеналом и Стоуном о многом заставил задуматься. Первый в той беседе выступал скорее, как свидетель и будущий докладчик наверх, а второй агитатором. Ну, это так выглядело, во всяком случае. Алекс же был просто за компанию с ними и дабы познакомиться со мной. Нормально познакомиться я имею ввиду, всё же мы вместе сражались, пусть та ситуация и была неоднозначной.

Что же до той беседы. Мне многое поведали про Орден. Про его цели, его путь и смысл существования. В целом – всё сводилось к тому, что рассказал Михаил Петрович. Организация, что сражалась с Хаосом на всех уровнях. Как в прямом столкновении, когда требовался силовой метод и уничтожение цели(целей), так и секретный, в тенях одинадцатого мира.

Братья Ордена занимали множество высших постов в самых различных структурах. Армия, учёные, политики, сотрудники Нулевого Отдела, да даже просто жандармерия. Орден был везде и всюду, чем-то походя на какой-то мировой культ(в других государствах они тоже были), но в отличии от культистов, у них были свои догмы и правила. Целая куча различных ограничений, но и плюсы тоже наличествовали.

Члены Ордена выручали друг друга, везде и всюду. Лучшие учебные заведения для детей, лучшие учителя для новобранцев, и целители для пострадавших. Лучшее снаряжение и оружие для бойцов. Самые передовые технологии, которые только создавались. Лучшие мастера, вроде того же Чёрного Кузнеца.

Большая, монолитная структура, которой понадобился я. Точнее, не только я. По словам того же Арсенала помимо меня в данный момент вербовку проходят ещё двадцать два человека. Молодых, отличившихся во всём мире, зарекомендовавших себя.

Меня не пытались засунуть в этот Орден насильно, всё же там не дураки сидят. Зачем им обиженный на Орден будущий Архимаг, который в какой-то момент может вспыхнуть и пойти мстить, когда подберет лучший шанс на успех? Вот то-то же. Нет, мне плавно пытались присесть на уши и расписывали, какой Орден полезный и нужный. Что состоять в его рядах – это честь и вечная слава. Вот только о какой славе идёт речь, если о них никто из обычных людей не знал? Впрочем, не о том думаю.

– Я ещё пока не решил, – вернулся я к разговору. Каша уже закончилась, взял флягу и сделал несколько глотков свежей, прохладной воды. Полезный артефакт, мне хватило прошлой жизни с бурдюком в дороге. Вода в нём вкус имела не очень, обычно я в таком случае разбавленное вино носил с собой. – Я понимаю их выгоду, но не вижу свою.

– А как же общая борьба с Хаосом? – хмыкнул Алекс, взял ветку и стал её разглядывать, пока не закинул в костёр.

– С ним можно бороться и просто в союзе, – покачал я головой. – Мне не нравится сам факт того, что придётся подчиняться некоему Магистру. Я не знаю этого человека, не видел его и слышал о нём только хорошее. Сам понимаешь, непогрешимых людей нет.

– Вот только ты не та величина, чтобы союз с тобой заключать, – покивал Стоун, говорить ему было всё ещё сложно после возвращения в человеческий облик. Процедуру этого обращения он описать и сам не смог, а учёные Ордена должны были предоставить информацию об этом позже. Всяких обследований Алекс прошёл много, пока его не выпустили.

Мы какое-то время помолчали, пока Алекс, смотревший в костёр, не произнёс:

– Знаешь, у меня на родине, есть поговорка: «Действия говорят громче слов». Я лишь недавно вернулся к людям, но наслышан о твоих успехах, Константин. Если ты не хочешь присоединятся к Ордену – то не делай этого. Вряд ли тот же Арсенал перестанет поддерживать с тобой связь, я уже хорошо узнал этого человека, чтобы быть уверенным. Про Спицына Евгения Евгеньевича не скажу, но мне довелось как-то застать разговор о тебе с Магистром. Не лично разумеется, но мой слух очень остёр, – резко вытянул он руку и схватил пролетающего мимо жучка, даже мой слух не уловил его жужжания, показал мне и отпустил. – Так что я думаю, если тебе не хочется в Орден, то и не следует. В общем, думай, Константин, – похлопал Алекс меня по плечу и встал. – И знай, если тебе потребуется моя помощь, то обращайся. Я приду и помогу.

Я кивнул и проводил широкую спину мужчины взглядом, пока тот не исчез в палатке. Да, торопиться с решением точно не стоит.

– Уже завтра, Розали, – меч в ножнах оказался на моих коленях, а лишние мысли вылетели из головы. – Осталось ещё немного подождать.

Моя партнёрша в последнии дни была сама не своя. Слишком молчалива, стала реже приходить во снах, а если и появлялась, то была встревоженной. Женщины… даже став артефактом, они найдут причину для тревог, хотя, казалось бы, следовало радоваться. Вот только Розали переживала всё ли пройдёт хорошо. Не случится ли проблем и смогу ли я воплотить задумку в реальность.

Взгляд сам собой упал на мою палатку, внутри которой лежал специальный походный холодильник-артефакт. Внутри него хранилась кровь Осокиных – родителей Розали. Её предоставил император из специального хранилища, где содержались образцы крови всех аристократов, а в некоторых случаях ещё и иные жидкости организма. Там же, в палатке, лежали и ингредиенты для ритуала.

Не знаю как, но Михаил Петрович смог достать последние важнейшие компоненты. Вообще их всего три – кровь Полубога и два остальных, которым я планировал искать аналог, но именно они могли стать проблемой.

Кость некроманта, готового к становлению личом и гипофиз Василиска. С костью мог предположить откуда ноги растут, но даже мне не хватило наглости попросить у Григория Ефимовича кость его родственника, не настолько я оскотинился, чтобы требовать такое.

Император был такого же мнения и у него оказалась другая кость в загашнике. По тем немногим объяснением, что он дал в письме, она вроде бы принадлежала другому роду некромантов, некогда живших в Османской Империи, а после одной из войн то, что осталось – спрятали.

Что же до гипофиза, то этого Василиска прикончили в Японии. Как раз тот самый отряд Арсенала с Туманом, который отправился в самое пекло, где впоследствии нашёл Алекса.

Как-то так и получилось, что теперь у меня было всё для ритуала. Осталось только добраться до алтаря и провести его.

Но, как оказалось, легким этот поход не будет. Стоило нам на следующее утро выйти к стенам новенькой, ещё не до конца построенной крепости, как мы увидели пожары и услышали звуки сражения.

– Костя! – спустился с неба Толик, которого отправляли в разведку в числе прочих. Он был встревожен и уже успел испачкаться в крови. – Твари штурмуют крепость! Пробили одну из стен укреплений! Храм ещё держится, но их давят!

– Вот же ж… – выругался Игнат, поправив секиру и щит. – Что делаем, командир?

– Саша уже увёл часть людей, – прикинул я наметки плана. – Криста с Мирой и Добрыня с ним. Хохмач…

– Хохмач тут! – мгновенно появился рядом со мной Данила с широкой улыбкой на лице. – Хохмач готов пошутить над злыми чудищами, командир! Что надо делать Хохмачу?

Я уже собирался отправить его в храм, чтобы нашёл Кутузова, тот после того, как мы в прошлый раз нашли это место, находился тут всё время, и защищал его в случае, если твари прорвутся. Для ритуала Кутузов тоже нужен, пусть я справлюсь и без него. Но и смерти парню я не желал, он мой первый жрец в этом мире, на такую потерю не хотелось бы идти.

Но всё перевернулось с ног на голову, когда из потемневших за утро туч появился крылатый силуэт. В до боли знакомых одеяниях.

– Вестник, – поморщился я, как от зубной боли. – Только его нам тут и не хватало.

Тварь сделала круг над крепостью и выстрелила тёмно-жёлтым лучом куда-то внутрь, откуда прогремел взрыв. Надо бы сбить его, а то таким темпом он одни только трупы оставит.

– Так, Хохмач, давай к Перуну. Он скорее всего и сам займётся этой тварью, но прикроешь его.

– Хохмач понял! – приложил он ладонь к пустой, с растрепанными волосами голове, отдав воинское приветствие. – Хохмач лично проконтролирует!

Тьма сгустилась за его спиной, он сделал шаг назад и буквально упал в неё, исчезнув без следа.

– Никогда к его фокусам не привыкну, – передернула плечами Мария. – Жуть какая…

Это да, проявление дара Хохмача оставляло могильный холод после себя и ощущение, будто рядом прошло что-то голодное и омерзительное.

Дальнейшие приказы я отдал уже ребятам. Мария и Аврора в тыл, на них раненные и их защита. Альбина тоже с ними, на всякий случай. Раз здесь Вестник, то картина боя может поменяться в любую секунду. С этой твари станется ударить по раненым, прикончить их и отступить.

Мы с Толиком и Игнатом остались втроём и, пришпорив лошадей, выдвинулись к пролому. Туда уже стекались остальные силы нашей небольшой, но очень зубастой компании. Что же до Вестника, то ему и без Перуна было очень не очень.

Мощный воздушный хлопок громыхнул над крепостью и рядом с тварью появился Арсенал. Точнее за спиной Вестника, попытавшись прикончить его с одного удара. Но тварь попалась опытная, и теперь уже Роме пришлось уходить.

Практически добравшись до пролома в стене, который проделала огромная образина в виде Огра, труп которого валялся здесь же с пробитой башкой, мы немного опоздали. В толпе самых разномастных тварей, оставляя после себя лишь трупы и ошмётки тел, смертельным ураганом крутился Алекс.

От облика Проглота ничего не осталось в нём. Как и от облика человека. Теперь это было совсем другое существо. Такое же высокое, широкоплечее и мощное. Крепкая чешую, будто чёрный алмаз защищала его тело от когтей и клыков, а сам Стоун словно и вовсе не чувствовал хоть каких-то редких ран. Он словно совместил в себе все плюсы человек и Проглота. Силу твари и удобство человеческой формы тела.

Его можно было бы с натяжкой назвать оборотнем, но это не совсем верное суждение. Он скорее походил на химеру, созданную извращённым, но гениальным разумом. Вот только не было никакого учёного. Алекс сам стал таким. Сам изменился. Аномалия, как есть. Во всей моей прошлой жизни мне не доводилось видеть ничего подобного.

Резко оттолкнувшись от земли, Стоун взмыл вверх и ударом когтей располосовал крылатую тварь, после чего приземлился на грудь ещё одного Огра и стал его разрывать на куски. Игнат к этому времени вскинул щит и тараном понесся в кучу остальных, а чтобы не разбежались – Толик придавил их гравитацией. В паре они работали всё лучше и лучше, молодцы.

Я же разогнал энергию по телу и синей кометой понесся в сам пролом. Твари стекались с другой стороны леса, их поток не ослабевал и такими темпами они заполнят всю крепость. Наши уже успели пробиться внутрь, но надо отрезать подкрепление Хаоса.

Этим я и занялся. Встал в центре пролома и пока Алекс с моими парнями рубили тварей на подступах, я уничтожал остальных. Меч описал дугу и чудовище, помесь облезлой собаки и крокодила, осталось без лап. Следом аркан десятой ступени, чтобы прикрыть пролом за спиной на всякий случай.

В крепости громыхало, рёв и крики стояли невообразимые, а вспышки арканов были повсюду. Алекс ревел от кровавого угара, Толик раскидывался камнями и буквально раздавливал тварей. Игнат обратился в волка и ударом секиры отрубил ногу ещё одному Огру с одного удара.

Вонь смердящей крови витала в воздухе, пропахшем пожаром и гарью. Кровь лилась повсюду, щедро удобряя землю. Я рубил, колол, трупов становилось всё больше и больше, они буквально скатывались с возвышенности пролома в стене. Я работал, как идеально отлаженный механизм. Никаких лишних движений, никаких сомнений и промедлений. Только рубить. Только колоть. И арканами по случаю.

В какой-то момент твари в лесу разделились на две волны, а по центру… прямо ко мне шло нечто, чего они боялись и сторонились. Это чудовище чем-то походило на человека, но уже им не являлось. Высокое, выше двух метров, с чёрной кожей, которую украшали алые татуировки в виде кривых линий по всему телу. Из одежды на нём была лишь засаленная набедренная повязка, позволяя разглядеть мышцы. Абсолютно гладкий череп увенчивали два закрученных вдоль головы рога, ступни ему заменили копыта, а на руках полыхали тёмно-жёлтым светом когти размером с добротный кинжал каждый.

Глаза жёлтые, полыхающие Хаосом и ненавистью. Ненавистью, направленной на меня, а не на кого либо ещё. Он если и обратил внимание на Алекса с Толиком и Игнатом, то лишь мельком. Смотрела эта тварь только на меня и шла вперёд.

Это был вызов, брошенный без слов. И сомнений у этой твари не было – мне придется его принять или сдохнуть. Вот только… его лицо.

Почему его лицо мне кажется знакомым, будто я его где-то уже видел?

Глава 18

Хафнир.

Храм Приносящего Знания.

Смерть… Смерть была повсюду. Людские крики боли смешивались с громкими, воинственными приказами командиров защитников крепости, которой ещё не дали название. Рёв сотен глоток тварей, словно погребальная песня звучал в стенах укреплений и тех немногих постройках, что успели поставить. Пламя пожаров превратило крепость в одну большую духовую печь, дым струился в небо плотным смогом. Кровь лилась без остановки, как человеческая, так и тварей Хаоса, которым не было числа.

На подступах к храму Приносящего Знания, защита которого стала первоочередной целью, шло самое ожесточенное сражение. Благодаря возвышенности и заранее обустроенным укреплениям, люди заняли хорошую позицию и имели преимущество. Но Хаос многогранен. Сонм его тварей разнообразен настолько, что среди тысяч видов всегда найдётся идеальное средство для прорыва обороны.

– Стоять, сукины дети! СТОЯТЬ! – орал во всё горло пожилой воитель, лицо которого пересекал уродливый шрам, полученный в сражении с Вождём во время штурма «Гордости». Он выжил в тот день и отправился сюда, где ожидал славной битвы. И вот, она пришла к нему на порог. – ЗА ЧЕЛОВЕЧЕСТВО! ЗА РОД МЕТЕЛЬСКИХ!

С яростным рёвом, мужчина вскинул вспыхнувшую огнём секиру и располовинил Гаргант – тварь, наподобие черепахи с щупальцами вместо лап. Крепкий панцирь не удержал мощь человека, раскололся на части, а внутрь тела, к мягкой плоти, ринулся огонь. Тварь взревела в агонии, а воитель уже отступил, взмахом своего верного оружия срубив головы мелким, похожим на облезлых, гниющих гоблинов чудовищам.

Маги с дальних позиций подготовили арканы и единым залпом отправили их в толпу тварей. Огонь, лёд, молнии, земля. Стихии смешивались между собой, раздался пронзительный свист, и над головой воителя пролетели вспышки, словно залп артиллерии.

Грохот от попадания сотряс землю, десятки и сотни тварей просто перестали существовать, во все стороны летели ошметки тел и фонтаны крови. А затем, появился гул.

Нарастающий, громкий, он вклинивался в сознание людей, а в том месте, куда попали десятки арканов происходило нечто. То, что называлось коллапсом стихий, вырвалось на свободу и породило в центре плотного потока тварей переливающуюся всеми цвета энергетическую сферу. Небольшую, размером с голову человека. С каждой секундой та становилась всё меньше, сжималась в своей основе.

– В УКРЫТИЕ! ПОДНЯТЬ ЩИТЫ! ПОСТАВИТЬ БАРЬЕРЫ!!! – заорали с линии укреплений зычным голосом.

Многие успели спрятаться, но некоторые замешкались. Сфера сжалась до состояния грецкого ореха и прогремел мощнейший взрыв! Яркая вспышка, казалось бы, накрыла всю крепость! Сотни энергетический линий вырвались из сферы и расходящейся волной буквально аннигилировали тварей, не оставляя от их тел ничего, даже пепла.

Битва всё нарастала, возник кровавый паритет. Люди ещё держались, но их силы таяли, раненых появлялось всё больше, маги опустошали свои резервы. Сорок минут скоротечного, интенсивного боя выжимали из защитников все соки, а запасы той же алхимии пусть и предполагали подобное сражение, но скоро и они иссякнут.

С каждой секундой, каждой минутой, твари захватывали маленький участок укреплений. Медленно, но неостановимо, словно цунами они накатывались на защитников, грозясь погрести их под волной клыков и когтей.

Люди в авангарде удерживали щиты, обливались потом, истекали кровью от ран, рычали от злости, и нежелания умирать. Ведь Хаос практически никогда не оставлял живых, а если такое и случалось… то лучше смерть, чем такая участь.

А пока на подступах храма текла битва, в его недрах, у алтаря на коленях молился всего один человек. Молодой мужчина, которому было всего двадцать шесть лет.

Его лицо было сосредоточено, глаза закрыты, а светлые волосы длиной до плеч лежали на крепких наплечниках доспехов. Из-за своей новой брони, созданной самим Чёрным Кузнецом, он казался настоящим исполином. С губ Кирилла Кутузова срывались слова литании, выученной из тех немногих священных писаний эпохи до Падения Богов. Лишь чудом их удалось восстановить, а тексты смогли сохранится за столько времени в залах храма явно не без помощи его Бога. Приносящий Знания всегда берёг свою паству и то, что несло просвещение людям. Кутузов думал именно так и не терпел даже попыток усомнится в его вере.

Последняя часть молитвы прозвучала, мужчина затих и ещё несколько секунд простоял на коленях. Но вот он поднялся, золотистые линии на синей броне-скафандре замерцали. Мужчина вытянул руку к мощному двуручному молоту, что в ожидании окончания молитвы находился рядом с ним всё это время. Ладонь коснулась оплетённой кожей рукояти из закалённого в крови дракона адамантия – твари, что убили в прошлом нападении и разделали на ингредиенты. Вдоль корпуса молота тянулись такие же золотистые линии и знаки, которые Чёрный Кузнец по желанию будущего владельца нанёс на это, без сомнений, грозное оружие. Каждая их черта, каждая линия несла в себе силу, вложенную в молот. На массивном бойке, прямоугольном в одной части и слегка скошенном с другой заискрили молнии, а символика Российской Империи – двуглавый орёл заполыхал золотым светом.

Кирилл бросил взгляд на печати Приносящего Знания, которые свободно развевались в воздухе, будучи закреплённые на молоте, и двинулся к лестнице. Броня грохотала при каждом шаге, идеально подогнанные массивные части доспеха не мешали при ходьбе, пусть и превращали своего владельца в подобие стального голема.

Чем выше он поднимался и чем ближе был к главной зале храма, тем сильнее становились звуки боя. До него донёсся запах пожара и крови. Вонь тел тварей, их омерзительный смрад. Он чувствовал страх людей, что сражались за это место, слышал их крики боли. Воины человечества стояли насмерть в отчаянной попытке спастись и защитить то, что они должны были оберегать.

Надев на голову тяжёлый шлем без прорезей для глаз или иных отверстий, Кутузов сразу же отсёк всю вонь. Артефакт(как и вся броня) заработал, подключился к ядру владельца в едином симбиозе. Обзор сразу же стал идеальным, с возможностью изменить цветовые спектры при желании. Это не было технологией в привычном понимании, но Чёрный Кузнец вложил в своё новое детище все свои знания. Весь свой опыт, чтобы создать по приказу императора лучшую броню, дабы защитить первого и единственного жреца появившегося перерожденного Бога.

Раненые, которых оттащили в храм, провожали фигуру жреца со смесью трепета и воодушевления. Один единственный человек, от которого распространялся ореол необычной силы и веры своим коротким присутствием словно бы разгонял отчаяние и страх в их душах. Те, кто охранял двери залы, посторонились, пропуская высокую, мощную фигуру.

Кутузов просто шёл. Просто шагал дальше. Туда, где гремела битва и лилась людская кровь. Туда, где его участие необходимо, дабы храм Бога устоял. Ради человечества, ради веры, он готов сокрушить чудовищ. Их когти сломаются о броню его веры. Их клыки раскрошатся в попытке вкусить сладкой, людской плоти.

Выбрав центральное направление обороны, где защитников давили сильнее всего, Кирилл глубоко вдохнул отфильтрованный воздух и резко выдохнул. В душе царила безмятежность, но постепенно, чем больше он видел разорванных тел людей и разруху, там крепла ненависть. Жгучая, подобная всесжигающимему пожару. Достигнутое в молитвах спокойствие позволяло сохранить холодную голову, но перчатка доспеха сжала молот до скрипа.

И он сделал ещё один шаг, чтобы в следующую секунду взмахнуть молотом. Тварь, сбившую с ног молодого парня, которому в пору за девками бегать, а не воевать, мощным ударом снесло в сторону широкого потока чудовищ. Влажный хруст сломанных костей пробился даже сквозь подавление шума в шлеме. А молнии молота поджарили тушу, мгновенно прикончив тварь.

Пока двое мужчин оттаскивали ошарашенного парня, Кирилл сделал ещё один шаг и вскоре встал прямо по центру укреплений. Словно волнолом он встретил поток тварей сталью, верой и молниями, которые бушевали вокруг молота. С каждым ударом – смерть. С каждым взмахом – смерть!

Линии на его броне горели всё ярче, золотое сияние слепило тварей, а очередные слова молитвы срывались с губ жреца, что был похож в этот момент на сошедшего на землю Бога Войны.

Молот описывал широкие дуги, уничтожал всё на своём пути, крошил тела и сжигал плоть чудовищ. Люди, что были рядом и которых коснулось золотое сияние, сражались ещё яростнее. Их раны постепенно, но заживали, а в изможденных от боя телах вновь находились силы для сражения. Синие же всполохи, что появлялись вслед за золотым светом, вымывали любые отчаяние и страх.

Сила алтаря под храмом поддерживала Кутузова. Многие часы он провёл в молитвах возле него, пропитался его энергией на фундаментальном уровне, сама его душа претерпела изменения, о которых мужчина ещё даже не ведал. Он всё списывал на связь со своим Богом, что всегда был рядом с ним, с самого детства, когда матушка только подарила ему молитвенник. На деле же – алтарь признал жреца. Без его ведома, но с абсолютного, инстинктивного согласия, сделал его Настоятелем Храма. Высшим Жрецом на службе своего Бога.

Перехватив прыгнувшую тварь за горло, Кирилл сжал пальцы в перчатках и буквально сдавил трахею чудовища, мгновенно ломая позвоночник. К его ногам упало агонизирующее тело, Кутузов поднял ногу и резко опустил её на голову умирающей твари, раздавливая её, будто переспелый арбуз.

Ещё один взмах молота. Молнии стали бить всё интенсивнее, яростнее! Печати Приносящего Знания развевались от потоков ветра при каждом взмахе, наливались силой алтаря и пульсировали в такт сердцебиению Жреца!

Наученный горьким и тяжелым опытом в обращении с новым оружием и броней, Кирилл не упустил момент, когда энергии стало слишком много. Всё же он человек и у него есть предел. Пусть измененная алтарем душа и новый доспех расширяли его, но один раз он уже получил мощнейший откат в попытках удержать бушующий энергетический шторм внутри себя. Едва не погиб, но опыт получил.

Вскинув молот над головой, мужчина собрал всю энергии в одной точке и, мощным ударом о землю, выпустил её в одном импульсе!

– Р-а-а!!! – с ревом, в который вложил всю свою праведную веру, в желании защитить людей, в ярости к тварям и всему Хаосу!

Молнии вырвались из молота расходящейся волной, сжигая тварей и давая силы людям. Вспышки синего пламени в них сжигали души чудовищ, словно те были обычным мотыльками, попавшими в костёр.

Несколько десятков тварей умерли в один момент, оставив после себя чистое место, которое в любой момент могли занять другие. Но Кутузов сделал шаг вперёд и не позволил этому случится. Маленькая победа, но атака захлебнулась, твари были отброшены, а теперь…

– Сражайтесь, воины человечества! БЕЙТЕ ИХ! УНИЧТОЖЬТЕ ХАОС! – взревел Кирилл, а ему вторили крики защитников.

Залп арканов накрыл освободившийся участок, ещё больше откинув тварей. Бойцы с щитами единым строем двинулись вслед за Кутузовым, отбирая больше пространства. Восстановившиеся раненые бежали из храма и вставали в ряды защитников.

Это была бойня. Марш настоящих безумцев, готовых продать свои жизни подороже, но забрать на тот свет больше тварей. Молитвы Жреца придавали им сил. Давали ярость сражаться дальше, проливать кровь, шагать по трупам чудовищ, вкладывать весь свой гнев и спрятанный в душе страх в каждый удар.

Будто наблюдая за сражением людей, сам мир отреагировал. Некогда ясный день изменился. Все цвета мира потускнели, стали заметно темнее. С приглушенными, красными оттенками. Небесное светило скрывалось за луной, породив на небе чёрный, будто вход в бездну, провал с ореолом оранжевых тонов. Воздух и без того пропахший вонь смердящих тел тварей, стал словно тяжелее. Даже энергетический фон изменился, можно было увидеть невооруженным глазом его хаотичные потоки.

Твари будто бы обезумели. Они с ещё большим остервенением ринулись на защитников храма. Но люди не дрогнули, выстояли, и продолжали давить дальше! С каждым шагом! С каждым вздохом! Превозмогая боль и смерть, теряя друзей и напарников! Удар! Щит! Шаг! Всё по новой, будто отлаженный механизм! Вслед за Жрецом! В самое пекло, словно марш мертвецов, не ведающих слабости и сомнений! Они не ждали помощи, не ждали, что их спасут! Их жизни в их собственных руках и только от них зависит выживание! И они сделают всё, чтобы твари многократно пожалели о своём решении прийти в этот день к их крепости!

Именно так началось утро дня в начавшееся затмение. Дня, который впоследствии нарекут Маршем Несломленных.

А что до Кутузова, Жреца своего Бога… Он продолжит шагать дальше, неся веру и сжимая молот. Ведь война с Хаосом продолжится и он будет там.

… Там, где послужит своему Богу со всей своей праведной яростью!