Текст книги "Красный Корпус V"

Автор книги: Илья Романов

Соавторы: Жорж Бор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 11

Япония, Токио.

Императорский Дворец.

Лёгкий, тёплый для поздней осени ветерок гулял среди деревьев площади дворца Императора Японии. Солнце вслед за ним согрело своими лучами в этот день, словно благодаря всех собравшихся в этом месте за их вклад в победу над Хаосом.

Сотни людей, командиры отрядов наёмников, команд истребителей тварей из различных структур в числе ОКАШ и Красного Корпуса. Яркие и пёстрые одежды французов смешивались с белоснежными нарядами османов, выделялись на их фоне притягивающие взгляд шкуры африканских вождей, решивших отправиться на борьбу с тварями Хаоса. Среди них сильно странно смотрелись бойцы в военных кителях, знаки отличий на которых опять же намекали на принадлежность к тем или других военным структурам.

Больше всего было японцев, но это понятно, именно они бросили все силы на защиту своего дома. Приезжие на их фоне выделялись, как белые вороны. Но никто не посмел посмотреть на добровольцев с присущим японцам снобизмом и пренебрежением, а уж слово «гайдзин», известное в этой империи по отношению к чужакам, было позабыто под весом общей беды, которую мы остановили.

Я стоял рядом с другими командирами отрядов Красного Корпуса. И ловил на себе странные взгляды тех, с кем ранее пересекался или познакомился. Да и некоторые японцы, вроде того же Норайо, что был неподалёку, пусть и общались со своими, но иногда поглядывали.

Парадную форму Красного Корпуса пришлось оставить и сейчас я был в обычной, армейской форме песочного цвета. Всё из-за того, как изменилось моё тело, а времени на доставку новой одежды не было. Да и некогда мне было заниматься этим вопросом.

Так, собственно, о чём речь? О том, что я теперь смотрел на людей сверху-вниз. Благодаря закалке в крови дракона и форсированному росту Пути Тела, я сильно изменился… физически. Волосы, сейчас убранные в тугой хвост, отросли до лопаток и выцвели, стали практически седыми, за исключением нескольких сильно выделяющихся синих прядей.

Плечи раздуло вширь больше, чем у того же дяди Жоры. Рост вытянулся в два с лишним метра, а общий вес скакнул с восьмидесяти килограмм до ста тридцати плотных, мощных мышц. Рана на левом плече, полученная после битвы с вождём в Цитадели, исчезла. Да и прочие дефекты кожи, присущие человеческому телу, тоже испарились. Все внутренние патологии, если такие имелись, тоже пропали. Сейчас мой организм был на пике, истинная форма идеала Полубога.

Лицо осталось таким же, за исключением более, как бы это… не грубых черт, нет, но прежняя юношеская пухлость исчезла без следа. Я будто бы разом перешагнул с восемнадцати лет на двадцать пять, но лишь внешне.

Ещё одним изменением стали глаза. Ранее карие, теперь стали светло-синими, словно чистое, лазурное небо.

И это, опять же, только внешние и внутренние изменения. Что же до силы… То тут даже мне, со всем своим опытом прошлой жизни, вновь приходилось привыкать. Слишком быстрый рост.

В первые моменты, когда Толик нашёл меня вместе с потерявшей сознание француженкой и конкретно так охре… кхгм… удивился моим изменениям, мне пришлось дозировать свою физическую мощь. Чего уж тут, та же кружка чая при лёгком сжатии превратилась в мусор…

Но ладно, сейчас стоило сосредоточится на том, ради чего нас всех тут собрали.

Война окончена, Хаос отброшен, Разрывы ликвидированы и сейчас за каждым их появлением следили. Червоточину стабилизировали, там уже велись работы по обустройству защитного периметра и базы для будущих воителей Японии.

Мы же собрались здесь, дабы Сёгун и молодой император, которому в данный момент было всего восемь лет, поблагодарили тех, кто рисковал жизнью за Японию.

Толпа рядом со мной гудела и напоминала обстановку типичного базара. Количество языков в этом месте превысило все разумные пределы. Особенно сильно горланили французы и британцы, а стоявшие неподалёку гвардейцы напоминали статуи, просто следя за порядком, но не мешая защитникам общаться. Хотя японцы нет-нет, но иногда поглядывали с осуждением, мол слишком громкие.

– Когда там уже начнётся, – вздохнул Ольгерд рядом со мной, обводя взглядом величественный дворец и собравшийся народ. – Эти церемонии мне уже осточертели.

– Традиции, – пожал я плечами. – Ты позвонил своим?

– Да, – немцу пришлось задрать голову, чтобы посмотреть на меня. – Алиса уже ждёт, обещала приготовить по рецепту матушки тушеную капусту и кровяные колбаски! Отец из кабинета не вылазит, всё делами рода занимается, в нём после исцеления и знакомства с твоим отцом вновь зажёгся огонь жизни!

Я улыбнулся. Отец уже начал работу с фон Гардмар и скоро у наших родов появится совместное предприятие в текстиле. Не наша ниша, но ранее род Ольгерда именно на это и жил. У них осталось несколько убыточных предприятий, а сейчас те вновь раскручивались и строилось новое. Не спеша, но фон Гардмар вернутся на арену политики Германии, а Демидовы получат причитающееся.

– Рад за твой семью, Ольгерд, честно, – смежил я веки.

– А уж как я рад, что познакомился с одним пацаном, – хмыкнул немец и шутливо прищурился. – Хотя тебя теперь пацаном не назовёшь! Вон какой верзила! Может мне тоже в крови дракона искупаться?

Стоявшие неподалёку командиры команд из Российской Империи понимающе усмехнулись, подслушивая наш разговор. Я не строил тайны из своих изменений. В большинстве своём списали всё на дар, а целители, проводившие обследование, устроили мне самый натуральный допрос.

В основном Аврора и Мария, которая, не скрывая, сказала что отправила эту информацию ещё и своей матери. Мол мы же ещё состоим в Корпусе и ей надо это знать. Пусть, мне на это всё равно, но радовало, что Маша не стала ничего скрывать и делать за спиной.

Так вот… целители знатно удивились. Даже впали в шок, когда брали у меня анализы и проводили обследования.

А всё было так…

– … у вас, Константин Викторович, невероятные изменения в организме! Никогда, за всё время моей практики целительства и всех научных работ, такого не видел! – словно заведенный, ходил из угла в угол кабинета пожилой, воодушевленный японец, а рядом стояли его коллеги, Маша с Авророй и целители других команд, у которых была соответствующая квалификация. – Ваша кровь уже даже не человеческая! Точнее не так! – резко замер он. – Она на сорок процентов состоит из форменных элементов, что мы нашли в крови вашего трофея!

– Онару-сан, вы хотите сказать… – распахнула глаза девушка с планшетом в руках.

– В крови Константина Викторовича присутствует кровь дракона, да!!! – будто мельница, размахивал руками пожилой целитель. Глаза его горели каким-то фанатизмом первооткрывателя. – Это полностью антинаучно! Но мы говорим о магии, а значит все известные нам законы биологии могут идти в… – прервался он, кашлянул в кулак и более спокойно продолжил: – В общем, вы теперь человек лишь на шестьдесят процентов, Константин Викторович. И я, честно говоря, в шоке! Это надо изучать! Я срочно обязан связаться со своими коллегами в Массачусетском Университете Генетики, с друзьями из Гарварда и обязательно с коллегами из Императорского Московского НИИ!!! Это необходимо исследовать! Такой потенциал! Кгхм, Константин Викторович, нам срочно надо взять ещё пару анализов, вот, возьмите баночку…

Как-то так, да. А для чего была та баночка, я, пожалуй, промолчу. Как и о том, что старый целитель поинтересовался нужна ли мне будет помощь его помощницы для сбора этого анализа. Ох уж эти учёные умы…

– Кажется, начинается, – выбил меня из очередных мыслей Ольгерд. – Наконец-то…

И правда, к нам по лестнице дворца спускалась целая процессия. Различные вельможи в цветастых традиционных нарядах Японии, два десятка гвардейцев в броне в стиле самураев, но лишь дурак бы решил, что такие доспехи полная бутафория. Мощью энергии от них пёрло сильно. В центре всей этой компании шагали трое.

Подтянутый мужчина в серого цвета одеждах с двумя клинками за поясом – одати и катана. Его тёмные волосы были убраны в пучок на затылке, суровое лицо испещрено морщинами, а взгляд по своей остроте был подобен его оружию в ножнах. Это был Токугава Иэясу, Сёгун Японии.

Рядом с ним вышагивал мелкий мальчуган, глаза которого горели детской непосредственностью и любопытством, но лицо оставалось сосредоточенной маской. У меня почему-то сразу пришла аналогия с луком. Маленького императора закрутили в столько одежд, но ему это не мешало. Ещё и шапочка с помпоном на животе. Выглядело интересно.

По левую сторону императора шла его мать. Молодая женщина, чья красота после родов не увяла, а наоборот расцвела. Именно от неё маленькому императору досталась большая часть внешних качеств, сходство было хорошо видно. Сама же женщина шла царственно, как и подобает правящей особе. Прямая спина, собранные на животе ладони в рукавах одежд, длинные волосы собраны в причудливую причёску, явно что-то традиционное. И сразу видно, кому подражал мальчик. Не Сёгуну, а своей матери. Их маска отчужденного равнодушия и одновременной собранности была похожа.

– Готов поспорить, что Сёгун порет эту кралю, – хмыкнул смазливый британец неподалёку от нас. Российские командиры и англичане стояли очень близко друг к другу. – Я бы точно не отказался посмотреть, что у неё под этими тряпками.

– Говорят у япошек это дело не вдоль, как у нормальных женщин, а поперёк, – тихо поддержал его другой, посмеявшись. – Но я бы на твоём месте туда не лез, Томас. Вдруг подцепишь что-то, а потом наших девок заразишь.

Те из британцев, что слышали это, не удержали лиц и своих эмоций. Злорадство, похоть, презрение и налёт ненависти. Пусть Путь Разума у меня не слишком сильно развит, но из-за сильного перекоса в Путь Тела и ту самую пресловутую кровь дракона, моя эмпатия скакнула на несколько уровней выше. Читать их мысли не могу, далековато, но эмоции вполне.

Мерзость.

И мои мысли разделяли те, кто стоял рядом и слышал этот разговор. Ольгерд посмотрел на британцев таким взглядом, словно на тварей Хаоса, которые не заслуживали жизни. Парочка командиров команд наградили англичан похожими взглядами, но более сдержано.

Хватило бы искры и пролилась бы кровь. К англичанам относились соответственно тому, как те себя вели. Я это чувствовал, а слова о том, что у русского народа горячая кровь, особенно у выходцев с Кавказа, и вовсе не просто слова.

Чего уж тут, буквально в шаге от меня стоял Магомедов Архан Забиевич, за эту компанию прозванный Алым Зверем. Потому что в одиночку, потеряв в бою всех своих друзей и команду, вырезал больше двух сотен тварей. Двадцать из которых были выходцами из африки, решивших половить рыбу в мутной воде и подзаработать на снаряжении команды Магомедова. Что ж… участь этих людей, по рассказам тех, кто нашёл Магомедова в лесу, была незавидной. Там даже хоронить было некого, если только по кускам.

И сейчас Архан тоже посмотрел на бриташек. И если на внимание остальных русских тем было плевать, то от одного взгляда Магомедова те засунули свои языки глубоко в задницу.

– Ничтожества, – с выраженным акцентом пробасил воитель, потеряв интерес к этим идиотам.

Пусть всех здесь и объединяла война с Хаосом, но, как я и сказал, хватило бы спички. Случались ситуации, когда команды дрались между собой, разные конфликты. Все это мешало, пусть эти конфликты и старались урегулировать. В особенности драки. Я уверен, не находись мы сейчас во дворце императора и не будь здесь гвардейцев, то мордобой точно бы начался. Возможно со смертельным исходом.

Процессия дошла до нас и, поднявшись на установленный пьедестал, заняла свои места. По центру, на эдакий трон, сел маленький император, по правую руку от него Сёгун, а по левую – мать. Один из вельмож сделал несколько шагов вперёд, грациозно взмахнул рукавами одежд и вытащил позолоченный свиток.

– Доблестные герои! – поставленным голосом заговорил он в образовавшейся тишине. – В этот день и этот час…

Церемония награждения началась, но мыслями… мыслями я был уже дома, где меня ждало ещё больше работы. Ведь Хаос пусть и проиграл битву, но до окончания войны ещё далеко.

После речи вельможи, началась раздача наград. Людей было много и нас вызывали группами. Озвучивались имена с фамилиями, а после них подвиги во время войны. Были те, кто отличился достаточно, чтобы сам Сёгун сказал пару слов, а император лично наградил.

Было в некоторой степени забавно наблюдать, как маленький мальчик вручал ножны с артефактным мечом тому же Магомедову, внешне похожему больше на медведя, чем на человека. Было видно, что император немного напуган габаритами воителя и его аурой, которую тот пусть и сдерживал, но та всё равно чувствовалась.

Ольгерду вручили банальные деньги в виде викселя, а Сёгун поинтересовался насчёт его сестры и назвал имя целителя, который был способен излечить недуг Алисы. И очень сильно удивился, когда немец поблагодарил за оказанное радушее, но озвучил, что проблема уже решена.

– Демидов Констатин Викторович! – сверился со списком вельможа и назвал моё имя.

Я вышел из толпы и под сотнями пар глаз двинулся к пьедесталу. Бровь Сёгуна поднялась, гвардейцы рядом с площадкой незаметно напряглись и посильнее сжали рукояти мечей, маленький император во все глаза смотрел на меня, будто не веря в то, что видит. Одна только его мать не проявила внешних эмоций, но веки её глаз дёрнулись вверх. Ну да, если Магомедов своими габаритами напугал мальчишку, то я был больше и выше. Да и у меня тоже были некоторые проблемы с аурой, Ольгерд уже привык, как и ребята, но остальных я неосознанно давил.

– Кгхм… – кашлянул в кулак вельможа и натянуто улыбнулся. – За вклад в защиту Империи, за заслуги перед народом Японии, за самопожертвование… – он всё продолжал говорить, а я стоял и ждал, пока он закончит. – и, наконец, за самоличное убийство последнего из появившихся в этой жестокой войне дракона, – маленький император ещё сильнее выпучил глаза, а Сёгун улыбнулся. – Демидову Констатину Викторовичу в безвозмедное владение даётся поместье в Токио с прислугой на шестьдесят душ! А также артефакт – Милость Аматерасу!

Я моргнул. Щедро, очень даже щедро. Про артефакт имею ввиду, а вот про поместье… намёк? Вполне вероятно. Но подумаю об этом позже.

Маленький император без слов Сёгуна вскочил со своего места и, взял с подушечки украшенную резьбой коробочку, протянул мне.

– Спасибо, что защитили мой дом, Демидов-сан, – звонко произнёс он. Мне пришлось опуститься на колено, чтобы наши лица были на одном уровне. Всё же пусть он и маленький, но будущий правитель, а правитель не должен смотреть на кого-то снизу-вверх. – Я и мой народ благодарны вам. Вы – герой, о вашем подвиге никогда не забудут!

– Благодарю, ваше императорское величество, – улыбнулся я, взяв коробочку из его маленьких ладоней. – И с честью принимаю сей дар, обязуясь владеть им для защиты человечества.

– Этот артефакт, это кольцо, – продолжил император, кивнув на мои слова. – Оно достойно такого драконоборца, как вы. Пусть этот дар помогает вам в битвах с врагом людей! И знайте, в моей империи вам всегда будут рады!

Я подавил желание улыбаться шире. Этому ребёнку всего лишь восемь лет, но он уже правитель, пусть пока и не вошёл в нужный возраст. Но мыслил он уже в рамках правителя.

– Я запомню, ваше императорское величество, – верно истолковал я его намёк.

Его мать благосклонно улыбнулась сыну и мне, а Сёгун кивнул, дополнительно подтверждая слова мальчика. Грубо говоря, если отпустить момент с поместьем, мне открытым текстом сказали: «Если вдруг ты решишь искать новый дом, а Российская Империя отвергнет тебя, то Япония откроет перед тобой свои двери и примет к себе».

Дальнейшее награждение я особо не слушал, а на банкет мы с Ольгердом не пошли. В этом не было ничего оскорбительного, каждый мог отказаться из-за своих дел, а нам ещё домой лететь, где тоже куча планов.

С артефактом я решил разобраться уже дома, отложив его к прочим вещам, но не приминул проверить на разные нюансы. Не паранойя, а разумная предосторожность. В деле, где замешан не только Хаос, но и политика, всегда стоит держать нос поветру.

И вот, спустя почти сутки, за которые мы с ребятами попрощались с Ольгердом, обменявшись контактами, а затем отдыхали и гуляли по яркому Токио, мы наконец-то дома. Констраст с Японией был очень сильным. Москва встретила нас промозглым ветром и серым небом, а по спуску с аппарели самолёта, нас уже ждали.

– Ох, не к добру это, чувствую, – пробурчал Толик, заметив людей в форме Нулевого Отдела.

И он был прав.

– Демидов Констатин Викторович, – подошёл к нам сурвого вида мужчина со взглядом мёртвой рыбы. – Вам нужно проехать с нами.

Ребята напряглись и посмотрели на меня.

– Хорошо, – кивнул я, поправив лямку сумки на плече. – Я могу узнать, куда?

Думал он недолго. Ровно пару секунд, а затем кивнул и сухо ответил:

– Вас желает видеть Его Императорское Величество.

Глава 12

Кремль.

Кабинет Императора.

Романов Михаил Петрович стоял у открытого окна своего кабинета, курил трубку и наблюдал за работой сотрудников Кремля в саду. Осень вступила в свои права и те приводили в порядок сад, готовя его к зиме.

Всем этим руководила высокая, невероятной красоты женщина, которую каждый в Кремле, да и всей империи знал. Жена государя, Любовь Романова, в девичестве Морозова, была не только добрейшей души человеком, курирующим различные фонды для простолюдинов и сиротские приюты, но ещё и сама заботилась о саде.

Императрица, та, по чьему слову готовы идти в бой тысячи людей, копалась в сырой земле наравне с обычными людьми, что могло бы вызывать недоумение и непонимание, но только не у тех, кто хорошо знал Любовь Романову. Император мог бы сутками смотреть, как его супруга бережно и с заботой ухаживала за растениями в саду, это его успокаивало, но дела… чертовы дела требовали его внимания.

И на повестке дня – разговор с одним юношей, который, без сомнений, уже стал не фигурой на доске, а игроком. Пусть юный Демидов ещё об этом не знал, что вряд ли, скорее всего уже всё понимал, но фигура парня у многих на слуху.

Достойное происхождение, сильный род, успехи в Красном Корпусе, командир собственной команды. Это уже немало, а если причислить к этому какую-то чудовищную силу в его возрасте, отдельные таланты вроде Магии Крови, будущий титул Архимага, а ещё и плотную дружбу с графом Распутиным, самим непримиримым Кощеем… Картина выходила интересная.

Михаил уже наслышан о том, что происходило в Японии. Агенты Нулевого Отдела со всем тщанием отправляли отчеты на стол начальству, а то уже относило их императору.

И там было, что почитать. В особенности про того же Демидова. Его успехи в плане командования, количество закрытых Разрывов, действие в плане общего направления в борьбе с тварями Хаоса. Всё это заслужило интереса, стоило анализа и определенных выводов. Но в особенности многих шокировал, да и самого Михаила удивил чего уж тут, последний подвиг парня.

Убил дракона. В одиночку.

Разумеется, всю информацию по этому поводу ему предоставили. Размеры твари, её потенциал, возможную опасность и прочее-прочее. С этим чудовищем требовалось бороться опытным и сплоченным командам, желательно с поддержкой авиации, как это делали в Японии с тремя подобными тварями. Вот только в тех случаях там были жертвы и очень много, включая пилотов. А здесь в одиночку! Да, ещё было указанно, что ему помогал Медведев Анатолий, но вклад парня оценили не слишком сильно. Возможно, он бы помог больше, но был вынужден спасать французскую графиню, решившую помочь юношам и отщипнуть немного славы за такой трофей.

И всё же… в одиночку. Как⁈

Аналитики сбивались с ног в попытке понять, как именно Демидов убил эту тварь. Всё выходило, что ему это никак не могло удасться. Банально не хватило бы общей мощи, хоть мальчишка и силён. Конечно, потом вскрылись детали – парень буквально выпотрошил мозг дракона, но от этого появилось ещё больше вопросов!

И именно с этими вопросами Михаил позвонил Распутину. Если кто и мог дать хоть какой-то ответ, даже в теории, то именно Кощей. В итоге же старый граф смеялся долго. Очень долго. Да и ответ его особо не помог, прозвучавший ещё одной загадкой: «Миша, этот мальчик говорит с самой Смертью. Даже мне не услышать всех её слов в отличие от него. Убил дракона? Хороший подвиг, достойный, но для него и Смерти это был лишь шаг вперёд».

И как это понимать? Кощей всегда был не от мира сего, а их с императором отношения были больше дружеские, неофициально, как внук и дед. Распутин был стар, он застал нынешнего императора ещё в пелёнках, пусть и подчинялся приказам и служил верно. Его было за что уважать, но как же он иногда раздражал такими загадками.

В дверь кабинета тихо постучали, выбивая императора из мыслей. Он затянулся из трубки табачным дымом с привкусом вишни и просто махнул рукой.

Внутри заглянул Орлов Фёдор, его помощник, статс-секретарь и лучший друг с детства. Одетый во всё тот же идеальный серый деловой костюм плотного покроя, посмотрел на императора и произнёс:

– Ваше императорское величество, Демидов Константин прибыл и ожидает в приемной.

– Хорошо, Федя, – кивнул государь. – Проводи его ко мне.

Статс-секретарь ушёл и вернулся уже вместе с гостем, которого доставили в Кремль сразу же по возвращению. Можно было бы и дать юному Демидову отдохнуть, но уже хорошо изучив досье парня и пообщавшись с его отцом… Тот скорее всего уже бы завтра убежал в Червоточину.

Слишком деятельный, на месте такие не сидят, что импонировало Михаилу. Он и сам такой. Точнее, был таким, пока не сменил отца на троне и не засел в этих четырёх стенах. А ведь хочется иногда взять в руки верный молот и размозжить пару сотен, а лучше тысяч, голов тварей Хаоса.

Император не оборачивался к замерзшему в центре кабинета гостю, продолжая дымить трубкой и смотреть в окно. На сад и жену.

Тишина длилась уже несколько минут, но никто её не нарушал. Сам же статс-секретарь уже вышел, но заранее поставил электрический чайник.

– Здравствуй, Костя, – вытряхнул сгоревший табак в пепельницу Михаил и обернулся к гостю. – Проходи, присаживайся. Разговор будет долгим.

– Здравствуйте, ваше императорское величество, – по этикету поклонился парень.

Вот только, смотря на Демидова младшего, парнем его уже можно назвать с натяжкой. Скорее молодой мужчина, пышущий здоровьем и силой. И ведь в докладе и об этом говорилось. Об изменениях Демидова после боя с драконом. Как были там и данные по его обследованиям.

Человек с кровью дракона.

М-да, скажи об этом кто-нибудь Михаилу без прямых доказательств, он бы такого лгуна приказал запереть в казематах Нулевого Отдела под Кремлём. Но доказательства были. Как бумажные, проверенные и перепроверенные в том числе и его людьми, что были среди целителей обследовавших парня, так и внешние. Чего уж тут, Костя теперь был даже выше самого императора, а ведь Михаил отличался своим высоким ростом и телосложением.

Заняв кресло напротив стола, Демидов всем своим видом показывал, что готов к разговору. Никакой нервозности и страха, присущего аристократам, которые оказывались в кабинете государя. Почтения и трепета в его ярких синих глазах тоже не наблюдалось. Лишь живой интерес с нотками любопытства.

Приподняв уголки губ, Михаил сел на своё кресло, отложил трубку в футляр.

Вновь тишина, но вот дверь кабинета открылась и Фёдор занёс поднос с чашками душистого, ароматного чая. Любимый Сибирский сорт Михаила, который успокаивал нервы и благостно влиял на энергетику мага.

Всё также тихо он поставил поднос, вручил немного удивленному Демидову чай и ушёл. Сам мальчишка глоток не сделал, внимательно наблюдая за государем. А тот ухмыльнулся, глотнул из своей чашки и кивнул. Только после этого парень тоже пригубил горячий напиток. И нет, это было не оскорбление с намёком на попытку отравить, а то же самое следование пресловутому этикету.

– Ну, как тебе? Ты, насколько знаю, любишь хороший чай, – решил Михаил начать с простого разговора. – Интересно твоё мнение.

– Хороший напиток, ваше императорское величество, – кивнул Костя, немного удивленный вопросом. Это было видно в его глазах. – Григорий Ефимович угощал меня им, когда я гостил у него.

Император улыбнулся и зашёл на другую тему:

– Можно просто Михаил Петрович, – махнул рукой государь. И ещё больше удивил парня. – Слышал со дня на день у твоего брата состоится свадьба. Уже придумал подарок?

– Да, Михаил Петрович, – ответил Демидов младший. – Думаю, Олегу понравится.

– Когда отправишься? – чуть наклонил голову набок император и проявил осведомленность: – У тебя множество дел с командой, да и дела рода на этой стороне.

– Дата назначена на третье декабря, – повёл плечом парень. – Вы правы, дел много, но несколько дней выкроить получится.

– Если потребуется содействие, передаешь просьбу через Корнеева, – глотнул чай государь и причмокнул губами, а Демидов медленно кивнул. – А теперь скажи мне, Костя, как ты видишь свою дальнейшую жизнь?

– Хм… – нахмурился Демидов младший, а государь внимательно следил за его лицом. – В борьбе с Хаосом, Михаил Петрович. Это получается у меня лучше всего.

Если первое было сказано обычным тоном, то второе… Тут в голосе парня император уловил не просто желание сражаться с тварями, а нечто личное. Демидовы ранее не действовали в Червоточине, Константин первый из них, кто залез туда, но возникло ощущение, будто между ним и чудовищами Хаоса была глубинная кровавая вражда.

– Рад это слышать, – кивнул Михаил, анализируя слова парня и его мимику. – Российской Империи требуются те, кто будет оберегать жизнь простых граждан. Весь Красный Корпус, как бы он не выглядел со стороны военной структурой, на деле является именно защитником людей. Всех людей. Он создавался именно с этой целью, чтобы не дать заразе Хаоса проникнуть в наш мир. Многие не понимают этого, откупаются бастардами или принимают в род простолюдинов, – вздохнул император. – Лишь некоторые способны понять и принять необходимость. Например, твой род. Или Волковы, Медведевы и Голицыны, дети которых состоят в твоей команде. Хотя, в последнем был интерес рода, направленный на твою персону.

– Да, мне это известно, – невозмутимо кивнул Костя. – Они вырождаются, им нужна сильная кровь.

– Артюшин рассказал? – хмыкнул государь и кивнул. – Ну да, точно он. В целом ты прав, у Голицыных проблемы, но их союз с Волковыми это поправит. Правда пришлось щелкнуть их наследника по носу, но это мелочи.

Демидов моргнул несколько раз в недоумении, а потом по его глазам император увидел – тот всё понял. И правда, следящие за парнем сотрудники Нулевого Отдела сделали внушение Голицыным. Не через самого наследника, тот слишком мелкая рыба, а вот главе рода уже да. Одно дело строить мелкие интриги, а другое – попытки устранения по детским поводам.

– Полагаю, с Дроздовыми тоже помогли именно вы, – верно понял Демидов и второй момент в сказанном. – Поэтому те принесли извинения и были очень щедры.

– Я не сильно вмешивался, – губы государя обозначили лёгкую улыбку. – Лишь подтолкнул к верному решению. Ты и сам должен понимать, Костя. Война баронов не то же самое, что война князей и графов. Пусть я не мешаю аристократам выяснять отношения, пока они не переходят черту, но конфликт Дроздовых и Демидовых был не угоден Российской Империи. Тем более, что Дроздовы нужны. Среди них хватает недоумков, но большая часть разумные люди. И эти люди не хотели, чтобы к ним на порог пришли Демидовы, за младшим сыном которого стоит тень Распутина. Или ты думаешь, что Григорий Ефимович остался бы в стороне? Возможно, разочарую тебя, но нет. Кощей что-то увидел в тебе, раз выбрался из Сибири и приехал, чтобы лично с тобой познакомиться. И он бы точно не стал просто наблюдать за вашей войной. Особенно, где есть возможность твоей смерти.

Демидов никак это не прокомментировал, лишь сделал глоток чая и кивнул, принимая сказанное.

– Благодарю, что объяснили, Михаил Петрович.

– Кстати, – чуть подался вперёд государь, продолжая и дальше общаться с юношей в неформальной обстановке. Эта модель поведения была лучше всего в данной ситуации. – Возвращаясь к прошлой теме. Твой брат вот женится, а ты когда?

– Кхгм… – поперхнулся чаем Костя, а император оскалился. – Кха… Кха… Эм… Скоро?

– Это ты у меня спрашиваешь? – ещё шире оскалился государь.

– С этим сложно, – смежил веки парень и вздохнул.

– Значит, ты уже выбрал, – кивнул Михаил. – И кто же она?

И тот ответ, который дал мальчишка, сильно озадачил императора. А ещё заставил нахмурится.

– Осокина Розали.

В кабинете воцарилась тишина, Михаил смотрел на Демидова и… думал. А ещё коснулся выцветшего браслета на своём правом запястье. Почти минуту они молчали, пока государь без прежнего радушия в голосе не произнёс:

– А вот теперь, Костя, нам пора поговорить предметно…