Текст книги "Звёзды, пламя и сталь. Книга 8 (СИ)"

Автор книги: Игорь Лопарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

– Однако… – это единственное, что мне оставалось сказать.

– Понимаешь, – продолжил он, – можно заработать большие деньги, не имея никаких связей. Подобное редко, но бывает. Вот, как у вас, например, – тут он улыбнулся, – можно, имея связи, конвертировать их в деньги. В большие деньги. А вот деньги конвертировать в связи уже далеко не так просто. Связи – это результат длительной и кропотливой работы. И ещё – даже заработав действительно большие деньги, сохранить их, не имея связей, очень трудно. Практически невозможно.

– Почему? – тут я не совсем понял. Просто деньги защитить можно, а вот очень большие деньги – нельзя… – В чём разница?

– А разница в том, что издержки, которые понесёт агрессор для того, чтобы отнять у тебя деньги могут превысить возможный профит.

– Ага, – усмехнулся я, – те, кто говорит, что нет ничего легче, чем отобрать у ребёнка конфету, так говорят просто потому, что никогда не пытались этого сделать?

– Именно так, – подтвердил Аргуссос, – а вот с Очень Большими деньгами… – не знаю как это ему удалось, но эти слова он произнёс так, что стало мгновенно понятно – они начинаются именно с больших букв, – всё сложнее. Очень Большие деньги настолько огромны, что любые материальные издержки, понесённые в процессе их отжатия у бывшего хозяина окупятся. Понимаешь?

– Понятно, – тут действительно было понятно, – но ведь существуют же собственники этих, как вы выразились, Очень Больших денег, и чувствуют они себя вполне себе не плохо…

– А эти люди делают так, что ни у кого не появляется ни желания, ни возможностей у них эти деньги отобрать. И этого они добиваются именно с помощью наработанных связей и доступа к информации. Сочетание связей с чувствительной информацией позволяет влиять на людей, на мотивы их поступков и через это – даже на ход событий. Вот, например, – тут в его словах скользнула тень самодовольства, – вами была получена ценнейшая информация с серверов арварцев, когда вы разгромили их базу. И информация эта,в сочетании с теми возможностями, которые были у меня благодаря наработанным связям, позволила мне очень серьёзно усилить свои как экономические, так и политические позиции. А то, что вы добыли, вскрыв ячейки Пхукунци и Лирока, после надлежащей обработки и изучения даст мне ещё больше возможностей.

– Политические позиции? – удивился я.

– Ну, если я не стремлюсь занять кресло в Совете Капитанов, это вовсе не значит, что я чужд политики, – хохотнул олигарх, – достигнув некоторого уровня и вы, хотите того, или нет, будете вынуждены окунуться и в это дерьмо. Но я продолжу… Так вот, а для вас та информация, что содержалась в банковских ячейках, была бы совершенно бесполезна, а, может быть, даже и вредна. Если бы вы попытались с её помощью что-то сделать.

– Как это? – да, я сегодня удивляюсь целый день. И, похоже, это ещё не конец.

– Ну, взялись бы шантажировать кого, а вам бы в ответ прилетело хорошенько…

– Ну да, – протянул я. Тут действительно нельзя было не согласиться.

– И сейчас, кстати, кто-то большой и толстый решил, что вы мешаете ему жить и вознамерился вас уничтожить. Нет, не физически. Достаточно лишить вас денег, и вы опять станете, кем были, а именно группой полукриминальных личностей, от которых не зависит ровным счётом ничего.

Тут я даже не стал вопросов задавать, а просто долго посмотрел на Аргуссоса долгим таким взглядом.

Первыми шагами было наехать на ваших ремонтников, что должно лишить вас возможности получить техническое обслуживание кораблей. А аудиторы? Представь себе, если бы они отказались от работы? И это не всё, далеко не всё. Я не удивлюсь, если вдруг возникнут трудности и с банком. И с вашим биржевым брокером… И ЧВК, с которым у вас договор может внезапно его расторгнуть… Так что в этом случае надо иметь, что противопоставить подобным противникам. Для того, чтобы эффективно бороться на таком уровне, необходимо влияние… То есть я хочу сказать, что пора переходить от борьбы за деньги к следующей фазе роста. Теперь предстоит бороться за влияние, за увеличение своего веса… Иначе вас просто съедят. Я, конечно, окажу вам поддержку но… Как ты понимаешь, нет смысла помогать тому, кто сам себе помочь не в силах… Так что думай.

Глава 22

Сказать, что вышел я после этой беседы загруженным – это не сказать ничего. Мой, до этого момента такой, в общем-то, незатейливый мир, который подчинялся простому и понятному принципу «отнять и поделить» стал вдруг бесконечно сложным. Те ограничения, которыми, казалось, можно было во многих случаях пренебречь, оказались гораздо более серьёзными, нежели мне с начала казалось.

Теперь следовало воспринимать происходящее в целом. Причём те события, которые могли напрямую повлиять на состояние наших дел могли происходить вообще за пределами зоны нашего влияния. То есть многое изменить мы были, как оказалось, не в состоянии.

Но и тут я сейчас немного не точно выразился. Мы можем вмешиваться в эти процессы, но не напрямую, а опосредованно.

Вот эти возможности опосредованного воздействия на то, на что подействовать напрямую нельзя, или прямое воздействие обойдётся неоправданно дорого… Вот эти возможности и есть то самое «влияние».

То есть то, что можем сделать даже не мы, а наши партнёры и даже наши враги. Всё зависит от того, какую мы сможем сконфигурировать ситуацию и как все наши контрагенты будут мотивированы условиями этой ситуации…

Всё со всеми связаны, если не напрямую, то опосредовано…

Вот и шли себе дела на Латоти ни шатко, ни валко, все знали, чего друг от друга ожидать, и что каждый из игроков учудить может. То есть всё было относительно предсказуемо.

И тут появляемся мы, все в белом, как говорится. Первым делом снимаем с доски крупную фигуру под названием «клан Эзекве», продаём огромные массивы чувствительной информации и после этого наивно полагаем, что ничего ровным счётом не изменилось…

А это наше действие, на самом деле, полностью изменило баланс сил в некоторых областях здешнего социума. И это изменение начало неуклонно смещать баланс в ту или иную сторону и в смежных областях.

Свято место пусто не бывает и вообще, природа пустоты не терпит… Борьба за передел сфер влияния, которая не утихала никогда, получила новый импульс и ещё более обострилась. Мы пока в ней не участвуем. Эти разборки проходят пока без нас, поскольку мы ещё не понимаем, что и как в этой ситуации следует делать. Но, похоже на то, что наше участие в этой свалке уже предопределено, и, к сожалению, нас никто не спросит о том, хотим мы этого или нет.

Просто начнутся наезды. Похоже, что они уже начались, но мы оказались настолько слепыми, что явные признаки надвигающихся событий посчитали случайностями и реагировать не стали… А зря. Ведь недаром говорится, что если вы не за столом, то тогда вы наверняка в меню.

В общем, у меня есть ещё пара дней на немного отдохнуть, поваляться на песочке и подумать. А вот потом надо будет действовать. Действовать быстро, решительно и, в то же время, очень осторожно и осмотрительно, иначе… Иначе, как выразился Аргуссос, нас просто съедят.

Хотя одна мысль уже выкристаллизовалась до той степени, когда надо прекратить её обсасывать и переходить уже к непосредственной её реализации.

– Светлана, – задремавшая под мягкое урчание двигателя глайдера секретарь вздрогнула и резко обернулась на голос. Похоже, немного напугал девчонку, – есть дело.

– Слушаю, – тут же ответила она и подобралась, как кошка перед прыжком.

– Сейчас скину тебе список лиц, которых насильно удерживали арварцы, – сказал я, – твоей задачей будет, составить черновик графика прибытия их родственников на Латоти.

– Как я поняла, мы собираемся приглашать сюда родственников тех, кто был захвачен пиратами с целью получения выкупа? – уточнила она. – мне будет легче, если я буду знать, с какой целью мы их приглашаем.

– Логично, – улыбнулся я, – в этом никакого секрета нет. Я планирую передать страдальцев этим самым любящим родственникам в, так сказать, торжественной обстановке.

– В торжественной обстановке? – переспросила она. А точнее? Я должна представлять себе всю цепочку обязательных действий, включая организацию встреч, раутов и прочих мероприятий. – и пристально так на меня уставилась, после чего добавила, – просто всё это надо учитывать уже на стадии предварительного планирования.

– Согласен, – какая она, въедливая, оказывается. Я ещё сам до конца не представляю, как это всё выглядеть должно. А ей уже подробности подавай. А вот я не буду сейчас все продумывать, а делегирую ей всю работу с подробностями. Пусть думает, – суть того, что я хочу, чтобы было сделано, заключается в том, что нам нужно не только передать семьям этих людей, но и поиметь с этого свой гешефт.

– Гешефт? – улыбнулась Светлана, – слово-то какое знакомое… И в чём этот наш гешефт будет заключаться?

– Он будет нематериальным, – уверенно заявил я, – всех этих бедняг мы отдадим любящим родственникам совершенно безвозмездно, – я посмотрел на Светлану, которая, в свою очередь неотрывно смотрела на меня и зачем-то дополнительно пояснил, – то есть даром.

– Ну, это понятно, – вздохнула она, – вот только я не услышала главного, в чём этот гешефт таки будет заключаться?

– Так я ещё и не договорил, – улыбнулся я, – слушай меня сюда.

– Я вся внимание, – тут же среагировала Светлана.

– Начнём с того, что пираты решили этих людей не продавать, как рабов, а вернуть родственникам в обмен на довольно круглые суммы. О чём это говорит?

– Ну, как минимум о том, что это представители достаточно богатых семей, – тут же ответила она.– так как сумма выкупа должна заметно превышать тот доход, который можно получить за них на рабском рынке.

– Правильно, а раз семьи не бедствуют, то это о чём говорит? – спросил я, стремясь подвести её к самостоятельному выводу о причинах «безвозмездности».

– Это говорит о том, что у этих семей есть какие-то возможности, производства, или иные активы, которые помогают им обеспечивать поступление регулярного дохода.

– Правильно, а теперь скажи мне, если наш предполагаемый гешефт не предусматривает какого-либо материального воплощения, то в чём он будет заключаться?

– Если мы с самого начала не рассматриваем денежного вознаграждения, как такового, то… – тут она сконструировала задумчивую мордаху, хотя я был уверен в том, что она давно всё сообразила… – то нас будут интересовать возможности этих семей. Вернее даже, – тут она хитро так на меня посмотрела, – возможность пользоваться их возможностями.

– Правильно, – вот теперь я был уверен в том, что она хорошо осознала, зачем мы это делаем. А раз так, то она девушка неглупая, и тогда, несомненно, сообразит, как лучше всё это будет обставить, чтобы наверняка добиться цели. То есть кардинально расширить спектр наших возможностей за счёт получения дополнительно ресурса в виде новых полезных знакомств. – но эффективность наших действий в этом направлении теперь будет значительно зависеть в немалой степени и от тебя.

В ответ на её вопросительный взгляд я развил свою мысль:

– Твоя задача заключается не только в том, о чём я уже сказал. Она гораздо более трудоёмка. Дело в том, что для успеха наших действий в этом направлении нам необходимо, чтобы к нам за своими родственниками приехали люди, которые действительно имеют вес. Ты же понимаешь, что нам нет смысла вести разговоры с теми, кто не обладает влиянием? – она утвердительно кивнула, – то есть твоя задача изучить родственников всех, кого пираты собирались обменять на деньги. И, после того, как ты обработаешь всю необходимую информацию, ты представишь справку по всем контактам. И уже после этого мы начнём рассылать приглашения и вести связанные с этим переговоры.

– Я всё поняла, – сказала Светлана, – мне надо будет сделать акцент именно на значимости тех персон, контактировать с которыми мы собираемся.

– Да, – девчонка молодец, суть проблемы поняла. Но тут дело такое, что лучше проговорить всё, что я считаю нужным сделать. И если она найдёт что-нибудь ещё, что может нам помочь, то я только порадуюсь и за нас и за неё. – то есть тебе надо будет подробно исследовать интересы и возможности каждой из рассматриваемых персоналий, и прикинуть, в чём мог бы состоять наш потенциальный интерес. И чем глубже ты копнёшь, тем лучше.

– Ага, всё оказывается ещё сложнее, чем мне сначала показалось, – задумчиво пробормотала она, – и работа предстоит совсем не маленькая.

– А оно так всегда и бывает, – хмыкнул я, – в общем, думай, прикидывай… Непосредственно к выполнению этой задачи приступишь по прибытии в штаб квартиру. Если что будет непонятно, спрашивай. И не бойся задавать глупые вопросы. Иногда лучше быть уверенным в правильности своих действий даже ценой небольшого конфуза.

Светлана примолкла, видимо уже приступив к детализации проблемы и разработкой планов её решения.

– И главное, – добавил я, – к практическим действиям в этом направлении нам нужно будет перейти не позже, чем через неделю… А вообще, чем раньше, тем лучше…

– Ага, – улыбнулась она, – а ещё лучше вчера…

– Ну да, – вздохнул я, с некоторым расстройством осознавая, что даже лежа на пляже в течение ближайших двух дней буду продолжать думать о создавшейся ситуации…

Но, стоило мне только на следующий день угнездиться в шезлонге, надвинуть на глаза тёмные очки и взять в зубы трубочку, соединившую меня с холодным коктейлем, плескавшимся в высоком запотевшем стакане, как мой коммуникатор бодро завибрировал.

Ну ни минуты покоя. А полностью отключаться нельзя. Время такое, что если упустишь что-нибудь важное и срочное, так потом будешь волосы рвать на себе… А исправить уже ничего не исправишь.

Я посмотрел на дисплей коммуникатора и с некоторым удивлением увидел, что вызывает меня Айрис.

– Привет, – даму я, конечно, поприветствовал не сильно галантно, но я, в конце-то концов отдыхаю, и от условностей, в том числе.

Впрочем, она, как я понял, не обиделась. Скажу больше, она вообще не обратила внимания на то, что как-то уж очень фамильярно я выразился:

– И тебе привет, – говорила она спокойно, но чувствовалось в её голосе какое-то напряжение, – от дел не отрываю?

– Нет, ты поступаешь гораздо хуже, – ответил я, – ты отрываешь меня от отдыха.

– Ну извини, извини, – эти слова у неё получились умеренно-ехидными, – но я тебя беспокою, для того, чтобы сообщить вещи не особенно для тебя приятные… Но лучше. Если ты будешь в курсе, чем не будешь ни о чём подозревать…

– Так, давай, хватит тень на плетень наводить, – я сразу подобрался, ибо неприятности не следует встречать в состоянии расслабона, – продолжай меня расстраивать, раз уж начала…

– Ну, – вздохнула она с притворным сожалением, – раз уж ты настаиваешь…

– Говори уже, – буркнул я. Судя по тому, что Айрис тянула с изложением причины своего выхода на связь, говорить об этом ей совсем не хотелось. Наверное потому, что это было проблемой не только для меня, как она хотела представить, но и для неё самой. И, похоже, она пока не представляла себе, как будет решать её для себя. И это не придавало ей бодрости:

– Помнишь, я тебе рассказывала о странном решении совета директоров, где меня обязывали бросить всё и быстрее убыть в штаб-квартиру?

– Ну, как не помнить, – отозвался я, – и, кстати, пользуясь случаем, хочу тебя ещё раз поблагодарить за то, что ты послала свой совет директоров и доделала работу. Твои замечания и выводы уже очень нам пригодились.

– Ну, раз благодарен, – хохотнула она, – то должен будешь, скажем… один роскошный обед в одном из роскошнейших столичных ресторанов…

– Ну, если только в столице какого-нибудь Ошира, – невесело ответил я. Эти слова Айрис напомнили мне о том, что проблема реабилитации нашей компании в глазах имперских властей продолжает становиться всё актуальнее. – а то в богоспасаемой Империи Аратан нас всех тут же под белы ручки примут и в ближайшую кутузку проводят. Как только мы там появимся…

– Ах, прости, – притворно смутилась Айрис. Но потом продолжила уже серьёзно, – так вот, я чего тебя беспокою то… Приехала я в центральный офис, и тут же задала вопрос, какого чёрта?

– И что тебе ответили? – поинтересовался я. В ответ Айрис хмыкнула и продолжила своё повествование:

– Председатель правления чинно так взял меня под локоток, и воркуя что-то невнятное, увел меня в свой кабинет, где никто не мог услышать, о чём он со мной собрался говорить…– я было хотел вставить какое-нибудь междометие, чтобы обозначить свой интерес и тем самым подтолкнуть её к дальнейшему рассказу, но она не дала мне такой возможности:

– И, когда у него появилась уверенность в том, что нас никто не слышит, он начал мне рассказывать о том, откуда появились эти странные пожелания – бросить всё. По его словам, представитель крупного инвестиционного фонда, который представляет сразу несколько крупных акционеров нашей конторы и управляет их пакетами акций имел с ним весьма странную беседу.

– Ага, – хмыкнул я. – совершенно внезапно оказалось, что председатель правления на самом деле, не более, чем зиц-председатель…

– Ну, для меня этот факт новостью не был, – в тон мне ответила Айрис, – просто я не ожидала, что это напрямую на мне отразится… Но вот так оно…

– Так что дальше было-то? Что за беседа была.

– Если коротко, то представитель фонда буквально приказал ему меня отозвать, – голос у неё был невесёлым, и я предположил, что этот случай заставил её как следует задуматься о будущем, перспективах, ну и вообще… – хорошо, ему ума хватило отрапортовать, что он приказал мне вернуться и я приняла это к исполнению. Правда, – хихикнула она, – работа к моменту моего отъезда была завершена. Но об этом он тактично умолчал.

– И нашим, стало быть, и вашим? – не удержался я.

– Нет, это не главное для него, – со смехом ответила Айрис, – а главным он считает для себя помнить поговорку: «Да отсохнет рука, обделившая сама себя»…

– Так, дай-ка я попробую угадать… – предложил я, – если я правильно тебя понял, то он при получении такой настоятельной просьбы о расторжении договора выторговал для конторы возмещение сумм штрафов. Которые придётся уплатит, отказываясь от выполнения обязательств и…

– Да. ты прав, – Айрис рассмеялась, – он эту компенсацию выцыганил. И, поскольку ничего платить по факту не пришлось, просто положил её себе на карман.

– Аппетит у него, однако, – удивился я, – суммы то там были не маленькие прописаны…

– Да ну и хрен с ним. Плохо то, что кому-то захотелось, чтобы трудности возникли именно у тебя. Нет никаких соображений по этому поводу?

– Пока нет, но мы уже работаем над этим, – ответил я.

– А что, ещё какие-то проблемы обозначились? – встревоженно спросила она.

– Ну, беда не приходит одна, – хмыкнул я. – это мы расплачиваемся за недальновидность и непредусмотрительность.

– Что-то случилось? – участливо поинтересовалась Айрис.

– Ничего такого, о чём бы ты не знала, – ответил я, – ты же сама возилась с проверкой нашей новой собственности.

– Так дело в ней?

– Ну, не совсем, – вздохнул я. – Дело в том, что исчезновение из системы прошлых хозяев этой собственности, которому мы и поспособствовали, вызвало тут большие изменения.

– Передел сфер влияния? – догадливо спросила моя собеседница.

– Ну да. Согласился я, – и кто-то решил, что с нами пора разделаться, ибо пока мы были никем, то на нас и внимания не обращали… А сейчас мы уже много кому мешаем. И кое-кто, судя по всем этим неприятным событиям, решил, что без нас ему будет лучше.

– Понятно, – отозвалась Айрис.

– Ну, ладно, разберёмся, – сказал я тоном, с каким обычно беседы завершают, не волнуйся за нас…

– Раз ты так уверен, то давай, борись, – сказала она. – но если что, обращайся. Чем смогу – помогу.

– Спасибо! – я аж улыбнулся, – Давай, счастливо!

– Ну и тебе удачи, – пожелала она и разорвала связь.

Глава 23

Всё когда-нибудь кончается. Вот и мой куцый двухдневный отпуск пролетел совершенно незаметно. Но да, за эти два дня я на короткое время смог полностью абстрагироваться от тех проблем, что давили на мозг. Понятное дело, мне самому такой фокус был не под силу. Тут мне Доминатор здорово помог. И за это большое человеческое «спасибо» ему.

Но отпуск позади, и я опять впрягся в работу. Все остальные тоже завершили свой отдых, и даже Дрищ, хоть и скрипя зубами, отлип от Ралейны, которая продолжила обживать пляжи экваториальной области Латоти-3.

Очень уж ему не хотелось с ней расставаться, но не было уже никакой надобности в его присутствии в нашей штаб-квартире, так как все процессы были уже запущены, а приглядывать за ними мог уже и кто-нибудь менее важный.

В ответ на вялые попытки Джимми внушить мне, что за дамой надо присматривать, я сказал:

– Ну хватит уже канючить. Ралейна девочка уже большая. И, как я убедился, вовсе не глупая. Так что несколько дней без тебя она тут вполне себе проживёт. А мы скоро сюда вернёмся, пусть и не в полном составе, так как на планете нас ещё ожидает масса мероприятий…

Дрищ понял, что плетью обуха не перешибёшь, ибо его присутствие, как и присутствие Чижа, было необходимо на нашей астероидной базе. Там должны были закончиться пуско-наладочные работы по новейшим системам дальнего обнаружения, захвата и сопровождения целей.

И на них, как на профильных специалистов, я возложил обязанность принять эти работы. Ибо от качества новой системы во многом зависела безопасность базы.

Опять же, надо было окончательно разобраться с этим непонятным энергетическим излучением, которое имеет своим источником что-то неизвестное, скрытое в толще породы. Это тоже, в первую очередь, вопрос нашей безопасности.

А времена сейчас не простые, как оказалось.

Но, для отбытия на астероидную станцию нам все равно надо было с поверхности подниматься на орбиту.

И вот тут я решил между делом озадачить наших юристов подготовкой документов по учреждению корпорации, а так же по текущим вопросам приобретения нами статуса резидентов с правом ведения коммерческой деятельности.

Не ожидая никаких неприятных сюрпризов, я вызвал прикреплённого к нам специалиста юридической компании – Арика.

И вот тут я понял, что теперь нам долго не будет легко:

– Слушаю вас, – голос юриста был сух и официален. Это меня слегка удивило, так как мы с ним вроде уже давно перешли на, скажем так, неформальное общение, то есть без этих всех расшаркиваний и экивоков. Но в тот момент я не придал этому никакого значения. А зря.

– Добрый день, – моё приветствие тоже стало гораздо сдержаннее, чем обычно. Видимо, психика так среагировала на нарочито официальный тон собеседника.

– Господин Князев! – голос Арика походил на дуновение пустынного суховея. Тот такой же безжизненный и колючий. – я вынужден вас известить о том, что руководство приняло решение прекратить всякое сотрудничество с вами…

Вот так так… Однако, похоже, что трудности, возникшие с аудиторами и Бобером, приобретают все больший масштаб, и вот теперь вместо того, чтобы заниматься своими текущими делами, мне приходится думать о юридическом обеспечении наших телодвижений. Но, у меня теперь есть секретарь, так что поиск новых юристов перевалим на её хрупкие плечи. А пока…

– А вас не затруднит хотя бы кратко перечислить причины, сподвигнувшие ваше руководство на столь неоднозначный шаг? – этот вопрос у меня прозвучал даже несколько угрожающе.

Нет, я не стремился вывести из равновесия своего собеседника и начать трепать ему нервы. Он, я больше чем уверен, сейчас просто следует полученным указаниям и никакого удовольствия ему это не доставляет.

Но я дал ему, а значит, и его начальству, этим самым вопросом понять, что заплатить за этот демарш придётся.

Не сейчас, и, может быть, не деньгами. Но непременно придётся, ибо я это запомню и при случае припомню. Те неудобства, что я сейчас из-за этой их выходки испытываю без ответа в любом случае не останутся.

Но ладно, это я уже раздражаться стал. А надо быть спокойнее и поберечь себя для по настоящему крупных неприятностей.

– Я не имею информации по этому вопросу, – так же сухо ответил Арик, хотя мне показалось, что в голосе промелькнула какая-то виноватая нотка.

– Хорошо, – вздохнул я, – тогда я жду от вас поступления на наши счета сумм неустойки по тем обязательствам, что вами не выполнены. Ну и документы о расторжения договора, конечно, – сказав это, я разорвал связь, ибо всё что мне следовало услышать, я услышал. И что нужно было в связи с этим сказать, сказал.

А сроки и размеры выплат, которые необходимы в подобных случаях, в наших договорах прописаны. И они, будучи юристами, надеюсь, выполнят хотя бы эти обязательства. Иначе суды… хотя в моём распоряжении есть и другие опции, которые, если я таки решу ими воспользоваться, мало кому понравятся.

– Светлана, – мой секретарь находилась рядом, а потому сразу обернулась ко мне. – сейчас тебе ещё работы поднавалю. Работа не сложная, но времени потребует.

– И что же это такое? – поинтересовалась она.

– Да ничего страшного, – сказал я нарочито весело, – как ты наверное слышала, мы только что остались без юристов.

– Ага, – этот возглас показал, что она уже поняла, о чём пойдёт речь.

– В общем, нам необходимо найти достаточно солидную контору, которая возьмётся за наше юридическое сопровождение. Но сначала в переговоры ни с кем не вступай, просто представь мне список организаций. И попутно обозначь, почему нам будет комфортно работать именно с ними. Усекла?

– Да всё понятно, – тоскливо вздохнула она, вероятно, прикидывая, где взять время на выполнение ещё и этой задачи. И чтобы не в ущерб остальным направлениям. Так как приоритет срочности у всех у них был примерно одинаков. Всё надо было сделать ещё вчера. А кое-что и позавчера. Ну, пусть привыкает, у нас теперь по другому вряд ли будет.

Дальше, слава Ушедшим, некоторое время всё шло по плану, без приключений. То есть в шаттл мы погрузились, взлетели, и в урочное время были уже на орбитальной станции.

Светлана навела справки, и сообщила, что винг-лейтенант Тон Квонг сидит безвылазно в своём номере, снятом в самой дешёвой гостинице станции, и ждёт с нетерпением, когда же его отправят обратно в любимую воинскую часть.

Ну, тут всё, как я и предполагал. Этот оширец решил, что лучше денежки сэкономить, нежели их тратить, как это предпочла делать его начальница.

Я его не осуждаю, мало того, я приветствую такое его поведение, ибо сидя в своём пенале, он никак не сможет увидеть нашего ' Беглеца' на станционной площадке и узнать его характерные обводы.

А это значит, что и наша легенда, что мы, мол, только мимо проходили, и впредь будет восприниматься без возражений.

Сходили к Боберу, который был всё так же мрачен и немногословен. На мои вопросы, мол, как дела, отвечал невнятно. Отсюда можно заключить, что лучше ему пока не стало.

Но и ухудшений пока не просматривается, что вселяет некоторый оптимизм.

Хотя, к стыду своему, вынужден признать, что в данном случае нам было бы выгоднее, если бы события развивались от плохого к худшему.

Ибо мне нужен Бобер. Почему – я уже говорил. А пока у него сохраняется надежда самостоятельно разрулить ситуацию, он к нам не пойдёт.

Но, будем посмотреть и торопиться не будем. Ине кажется, что его будут добивать. Хорошо, если не физически, а только финансово…

Решив все свои вопросы на станции, мы дождались, пока «Беглеца» перевезут на стартовую площадку.

После проведения рутинного осмотра на предмет наличия всяких посторонних вещей, типа жучков-маячков и прочих шпионских приблуд, погрузились на борт.

Но не в полном составе. Гвидо занял место в рубке эсминца. Так как его тоже надо было перегнать на нашу астероидную базу. После прибытия туда мы планировали разделиться. То есть Я, Дрищ и Чиж останемся там и займёмся принятием работ по дооборудованию базы, а потом наконец выясним, что там в толще нашего астероида тарахтит. Гвидо потом отправится инспектировать успехи подопечных Брукса, а Тихий вернётся на «Скотовоз» и там продолжит возню с замороженными там людьми. Ибо этот вопрос надо было окончательно решить, людей распределить, а потом думать уже, что с этой лоханью делать. Она хоть и старая, но ещё послужить может. Надо будет прикинуть, во что обойдётся приведение её в порядок, ремонт, довооружение и прочие необходимые мероприятия. А потом решить, стоит ли с этим возиться, или продать всё это добро…

Старт с орбитальной станции прошёл буднично. Никаких проблем ни со стартом, ни в ближнем космосе не появилось.

Но вот как только мы покинули посадочную палубу и вышли за пределы станции у меня появилось какое-то невнятное беспокойство.

Сначала я на это внимания не обращал, так как чувство это было очень слабым, на грани восприятия. Но, как только мы легли в разгон по направлению к нашей секретной астероидной базе, оно значительно усилилось.

И, как только планетарные двигатели вышли на ту мощность, что обеспечивает кораблю нужное ускорение, я ощутил не только само это беспокойство, но и то, что с каждым мгновением она становится сильнее.

– Дрищ, – скомандовал я, – прекратить ускорение! – мыслесвязь тут была не нужна, так как мы все, включая Светлану, находились в ходовой рубке. Соответственно, всё это я сказал вслух, в результате чего на мне скрестились удивлённые взгляды всех присутствующих.

– Что у нас поменялось? – ехидно спросил Дрищ.

– Нехорошо мне что-то вдруг стало, – сказал я, – и, как вы понимаете, это не из-за перегрузок…

– Да какие тут перегрузки, – хмыкнул Тихий. Видимо, вспоминая, какие кульбиты нашего кораблика нам пришлось пережить сравнительно недавно.

– В общем, парни, – разъяснил я, – интуиция моя что-то возражает против того, что бы туда прыгать, а это значит, что возможны всякие чудеса нехорошие.

– Либо на базе случилась или скоро случится какая беда… – предположил Чиж.

– Либо… – Дрищ посмотрел на меня с вопросительным выражением на лице.

– Для начала давайте проверим показания сканеров, – предложил я, – и посмотрим, не крутится ли в районе нашей базы кто…

– Да всё вроде спокойно, – сказал Дрищ через несколько минут, после чего обернулся к Чижу, – Артём, свяжись-ка с базой, поболтай, выясни, всё ли у них в порядке, не замечали ли чего необычного, ну и вообще…

Чиж поговорил с дежурным диспетчером базы. Тот сказал, что всё нормально, и никаких проблем нет. Анализ искином его голоса показал, что слова дежурного соответствуют действительности, и, с вероятностью более девяносто восьми процентов, над ним никто не стоит, держа излучатель у виска. Так что этот вариант можно было пока отложить. Вероятность того, что опасность прямо сейчас поджидает нас там находилась на уровне статистической погрешности. А это значит…