Текст книги "Звёзды, пламя и сталь. Книга 8 (СИ)"

Автор книги: Игорь Лопарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Так вот. На одном торце, на том, который пошире, можно увидеть дюзы движков, что несут эту махину сквозь пространство.

На другом торце вращаются венчики антенн, расположены сканирующие пространство головки, ну и прочая аппаратура, которая позволяет командиру корабля видеть даже невидимое.

Наши стеллс-модули, я надеюсь, всё-таки смогут ввести этого хищника в заблуждение. Если не полностью, то хотя бы частично. Даже если так, то нам будет уже немного легче, ибо…

Ибо вся остальная поверхность этого титанического цилиндра отдана под размещение орудий и пусковых установок, лазерных батарей и рельсовых пушек.

Работает эта штука очень просто. Она разворачивается одним бортом к объекту или группе объектов, которые поручено подвергнуть огневому воздействию.

И выдаёт бортовой залп. То есть по всему борту длиной в километр и шириной около трёхсот метров раскрываются клюзы. Появившиеся в этих клюзах стволы изрыгают плазменные снаряды, лучи тяжёлых лазеров, рельсовые орудия выпускают свои скоростные снаряды, кинетической энергии которых хватает, чтобы наносить серьёзные повреждения композитной броне линкора…

В общем эта штука нас тоже ждала.

Кроме того, следовало учитывать, что чуть дальше от планеты висела орбитальная станция. И, уж поверьте, она могла выполнять не только функции орбитального транспортного хаба, где размещена таможня, системы дальнего обнаружения и бесчисленные транзитные склады.

Там ещё есть тяжёлые ракетные комплексы. И у ракет, которые эти комплексы могут запускать, очень приличная дальность, продвинутые системы захвата цели, мощные боеголовки…

В общем, их тоже надо учитывать…

– А как наличие в космосе всего этого объясняет то, что нам не стоит сильно отрываться от истребителей? – поинтересовался я. Кстати, надо сказать, меня очень впечатлило то, что Доминатор мне показал.

…Я постараюсь повторить тот же маневр, что и на Колдиди. То есть построить траекторию движения так, что бы ведение огня по нам создавало серьёзные риски поражения дружественным огнём и истребителей, и другой техники противника…

В общем, это разумно. Мало того, если рассмотреть наши возможности, то это единственный способ хоть как-то вывернуться из создавшейся ситуации без значительных потерь.

Я даже допускаю то, что нам изрядно достанется. Как бы Доминатор ни был крут, а пределы определяются не сколько его возможностями, сколько физической уязвимостью наших тушек, которая будет налагать серьёзные ограничения.

Но, так или иначе, деваться некуда:

– Ладно, действуй, – обратился я к Доминатору, – главное, вытащи нас из этой задницы. А уж потом мы с Аргуссоса что-нибудь в качестве компенсации за запредельный риск сдерём. Главное, это до дому добраться…

Глава 5

Стыдно признаться, но я не смог толком зафиксировать в своей памяти даже начало этого эпичного сражения – «Беглец» против флота Империи Аратан.

Ну, флот, это, конечно, громко сказано. Но снизу, со стороны планеты нас подпирали три крыла истребителей-штурмовиков. И уж поверьте, каждый из пилотов этих злых и вёртких машинок от души желал нам врезать так, чтобы только перья в стороны летели.

А сверху, как вы помните, нас поджидали три фрегата, что само по себе довольно неприятно.

Но, чтобы жизнь нам мёдом не казалась, сюда подогнали крейсер огневого подавления. И если мы окажемся в его секторе поражения, то мало нам точно не покажется. А неподалёку висит орбитальная станция, на которой ждут своего часа пусковые тяжёлых ракет, которые могут озадачить и линкор при случае.

Я не говорю уже о том, что на предельной дальности наших сканеров фиксировалась какая-то нездоровая активность. Кто там маневрировал, пока было не ясно. Кристально ясно было только то, что ничего хорошего эта самая невнятная движуха нам не сулит.

Так вот, запомнилось мне только то, что подобравшиеся к нам на дистанцию поражения штурмовики дружно выпустили по нам густой рой ракет. И, в то же время, все три фрегата, что болтались на орбите, долбанули по нам из своих рейлганов. Хорошо хоть, рейлганы были лёгкими. Хотя это утешение тоже очень так себе.

Действительно, какая принципиальная разница между двумя сквозными дырами в броне вашего корабля? Диаметр одной из них – около пяти сантиметров, а другой – около двадцати?

Правильно, разница будет только в диаметре. А главный эффект, то есть разгерметизация и прочие факторы поражения будут совершенно одинаковы. Но, если это произойдёт, то вам уже будет, скорее всего, наплевать на диаметр пробоины, да…

Так вот, как только произошли пуски ракет и рейлганы выплюнули свои скоростные снаряды, Доминатор начал манёвр уклонения.

К моему лицу тут же прилипла прозрачная маска из квази-живого медицинского пластика. Раньше я без этих прибабахов обходился, но сейчас Доминатор посчитал эти меры безопасности необходимыми.

Маска эта много чего делала. Она, например, подавала в лёгкие обогащённую кислородом дыхательную смесь… Но главная её функция была в том, что она, извините за натурализм, не позволяла разлетаться в пространстве рвотным массам, а отводила всё это в отдельный резервуар. Таким образом и чистота соблюдалась, и те, кто был пристёгнут к противоперегрузочным ложам уже не рисковали захлебнуться этими своими выделениями…

В общем, после первого манёвра уклонения в исполнении Доминатора сознание я потерял. А он продолжал функционировать, как ни в чём не бывало, управляя нашим корабликом и выводя его из-под огня многочисленных оппонентов…

* * *

Полковник Экурно Лорн сидел в ситуационной рубке имперского крейсера огневого подавления «Траппер» и тупо смотрел в огромный монитор. На мониторе отражалось всё, что происходило в пространстве по левому борту.

Сейчас там, правда, уже ничего не происходило. Лишь плыли вдалеке искорёженные обломки одного из тех истребителей, что преследовали преступников от самой поверхности.

Пилот в азарте преследования выскочил вперёд дальше, чем ситуация это позволяла, и, разумеется, попал под огонь батарей крейсера.

С этого момента шансов у кораблика не было. Никаких. И изменить это ни пилот крейсера, ни его канониры, которые управляли конкретными батареями, не могли, ибо снаряды были уже в полёте…

Но и у преступников, казалось, шансов тоже не было…

Полковнику врезалась в память странная картина. Вот фрегат дезертиров висит почти в перекрестье прицела… Он даёт команду открыть огонь. Канониры дисциплинированно выполняют этот приказ, и орудия борта выплёвывают в пространство тонны металла, начинённого адским составом…

И в этот самый момент фрегат, у которого не оставалось ни единого шанса, как-то умудряется отпрыгнуть в сторону. Вот он только что был тут, а стоило только моргнуть, и он совсем в другой точке пространства – далеко в стороне от траекторий выпущенных только что снарядов.

И в последний момент в зоне поражения оказывается этот злополучный истребитель, который в следующее мгновение превращается в рой оплавленных обломков.

– Как? – полковник задал этот вопрос штурману крейсера, который сидел на соседнем стуле и с сумрачным лицом тянул из большой «фермерской» кружки полуостывший кофе. Руки его немного подрагивали. Это был отходняк после того напряжения, что пришлось перенести офицерам крейсера…

– Господин полковник, – тихо прошелестел штурман, – а ваша жена носит меха?

– Меха? – недоуменно переспросил полковник, – какие меха, вы о чём?

– Видите ли, господин Экурно, моя жена меха любит, – бесстрастно продолжил штурман, – но есть одна мелкая проблема, которая постоянно портит ей жизнь, – полковник смерил взглядом подчинённого, пытаясь понять, тот издевается над ним, или рассудком повредился. Тот вариант, что у штурмана засвистела фляга, со счетов сбрасывать было нельзя. Ибо даже сам командир крейсера не мог понять, как же так случилось… И это заставляло его сомневаться в собственной адекватности, не говоря уже о других.

– И вы знаете, что это за проблема? – безмятежно продолжил штурман.

– Нет, – на автомате ответил полковник.

– Моль, – хмыкнул штурман, – простая моль. Её травят, её пытаются уничтожить по всякому. А она жрёт меха, которые стоят десятки тысяч кредитов…

– При чём тут моль? – возмутился полковник, – из-за этого торопыжки, – он кивнул на монитор, который продолжал транслировать тихий дрейф в никуда всего того, что ещё совсем недавно было боевой машиной, – нам теперь месяц отписываться придётся. А потом ещё объяснять, как мы умудрились упустить мерзавцев…

– А вы пробовали когда-нибудь прихлопнуть моль? – глаза штурмана были совершенно нормальны… Ну, разве что он прищурился немного, глядя на командира. – она летит медленно, казалось бы, ничего сложного. Вы хлопаете ладонями, пребывая в уверенности что насекомое погибло. И с удивлением обнаруживаете, что этот мотылёк как ни в чём не бывало продолжает хлопать своими серенькими крылышками у вас перед носом…

– Сравнение яркое, – капитан корабля наконец понял, о чём штурман пытался ему сказать, – но как всё-таки?

– Не знаю, – вздохнул штурман, – живые люди подобных перегрузок выдержать не должны были. Но факт-то на лицо. Запредельная маневренность. Бешеное ускорение. И результат. Мы с вами сидим тут и смотрим на обломки своего истребителя, который мы сами же и разнесли в клочья… А эти ребята ускользнули…

– Но за ними гонятся фрегаты, – возразил полковник.

– Мне кажется, у погони нет шансов, – сказав это, штурман заглянул в чашку, из которой совершенно недавно пил. Чашка была пуста.

* * *

Очнулся я первым. Рядом лежали пристёгнутые к ложементам тушки Тихого и Дрища. Дыхание их было уже вполне себе спокойным. Живы, и даже почти здоровы.

Но потрясло нас действительно изрядно. Я посмотрел на себя и обнаружил, что там, где ремни особо врезались в тело, желтели пятна гематом. Синяки эти уже рассасывались и бледнели, так как регенерация, пока мы без сознания валялись, неустанно латала микроразрывы тканей, мелкие баротравмы, и прочие последствия манёвров уклонения.

Я снял маску, расстегнул ремни и неуклюже вывалился из противоперегрузочной капсулы на пол. Успел сгруппироваться в последний момент, и всё-таки встал на ноги, вместо того, чтобы обрушиться вниз, как куль с мукой.

Ребят решил не тормошить пока, пусть посапывают, отдыхают. Позади куча неприятностей, которые мы таки преодолели. Но отдых парням необходим ещё и потому, что интуиция подсказывала мне – впереди нас ожидают неприятности вполне под стать тем, что мы уже пережили. И силы нам всем ещё, ой, как потребуются.

Я прошёл в душ, некоторое время с наслаждением подставлял тело под упругие струи, после чего отправился в наш спортзал – размять мышцы.

… Корабль продолжает движение к точке входа в вормхолл согласно утверждённому маршруту…

А Доминатор до сих пор на посту. Контролирует ситуацию, покуда мы тут валяемся в амёбообразном состоянии. Чтобы я без него делал?

…Цени!..

Господи, что это было?

А, ладно, наверное показалось. Нервишки то после такого ралли совсем ни к чёрту.

Но, хватит страдать. Дел впереди просто немеряно.

И первое, что надо сделать, это отправить нашему партнёру в электронном виде всё, что мы изъяли из последней банковской ячейки. Надеюсь, добыча стоит всего того, что нам пришлось пережить…

Но сначала попить воды. Организм зверски обезвожен… Да и закидаться какой-нибудь едой тоже не помешает. Причём сейчас не имеет значения, какой именно. Желудок стерильно чист после всех этих наших ужимок и прыжков. И его срочно надо заполнить чем-нибудь, по возможности, калорийным. Регенерация-то тоже в строительных материалах для восстановления моего организма остро нуждается.

Прошёл в кают-компанию, и не утруждая себя приготовлением натуральной пищи, потянулся к пищевому синтезатору, который выдал мне большую бадью витаминизированного розового чего-то. То ли каша, то ли желе. То ли какой-то промежуточный вариант… Вкус очень так себе. Что-то вроде солёного картона, перед подачей на стол хорошо размоченного в бульоне из синтетической курицы…

В общем, поел, если это так можно назвать. Но желудок угомонился и уже не пытался переварить сам себя. Теперь можно было и делом заняться.

Поручил корабельному искину оцифровать содержимое кофра, который я раскрыл прямо сейчас. Отложил в сторону приятную стопочку анонимных денежных чипов. Потом посмотрю, сколько там денег.

Что-то я начал за собой замечать возникновение какого-то странного, я бы даже сказал, бытового, равнодушия к деньгам. Если раньше каждый обретённый кредит вызывал целую гамму положительных чувств, то теперь… Да, удовлетворение присутствовало… Но той бурной радости, что охватывала меня раньше, её уже не было…

Деньги из самоцели начали потихоньку становиться лишь инструментом. Который необходим для достижения моих настоящих целей…

Любопытная метаморфоза, однако. Надо будет обдумать это явление на досуге…

Только когда он будет-то, досуг этот?

Сложил в лоток тонкие пластиковые листки документов, что были в ячейке, пристроил в гнёзда считывателя инфокристаллы, что лежали там же.

Искин теперь без меня вполне сможет сам сформировать инфопакет и отправить его по закрытому каналу Аргуссосу.

С той стороны, кстати, тоже наверняка будет искин. Так что я думаю, два электронных болвана вполне смогут договориться и найти общий язык… Ну и всё такое. Короче, дело можно считать сделанным. А мне что-то опять нехорошо как-то…

Опять эта интуиция, чтоб её. Не успел выдохнуть после той кутерьмы, и вот снова-здорова… Причём, теперь это моё чувство предсказывает мне неприятности аж с двух сторон.

То есть, для меня не является новостью то, что нас преследуют.

И, судя по тому, как обострилось ощущение угрозы с той стороны, эти приставучие гады таки наверно нас запеленговали, и теперь прокладывают курс не абы куда, а в том самом направлении, где мы сейчас находимся…

Это говорит о том, что самое время нырять в вормхолл… А нам ещё до него минут пятнадцать добираться.

Так что мы отрубим хвост, что за нами упорно тянется в аккурат перед этой самой червоточиной… Догнать нас вроде как не должны.

Но вот вторая часть негативных ощущений, что научилась генерировать моя интуиция говорит о том, что нырнув в этот самый вормхолл мы напоремся на очередной сюрприз.

И будет этот сюрприз по пакостности своей сопоставим с недавней стычкой, приключившейся на орбите…

Ни минуты покоя, хочу сказать.

Но не нырять в вормхолл мы не можем, ибо если мы двинемся в любом другом направлении, нас неминуемо зажмут в какой-нибудь угол и возьмут тёпленькими. А мы ещё слишком молоды для того, чтобы загибаться на каких-нибудь астероидных рудниках, где неудачники почти вручную добывают всякие разные тяжелые металлы…

Я тряхнул головой, и прошёл в рубку.

Рубка встретила меня полумраком, россыпью огней на пульте и тихим гудением работающей аппаратуры.

Стоило мне только войти, как корабельный искин металлическим голосом отрапортовал об отправке инфопакета в адрес Аргуссоса. Теперь, чтобы с нами не случилось, наша экспедиция уже не окажется бесполезной. Аргуссос употребит полученные материалы максимально эффективно. Вот в этом я нисколько не сомневаюсь.

А теперь пора убираться из этой гостеприимной системы. Но, перед тем, как влезать в очередную кроличью нору, которая ведёт в неизведанные системы, надо сделать ещё одно дело. А именно известить диспетчера «Хоул Логистикс» о том, что мы ныряем в эту червоточину, через которую они проложили наш маршрут отхода из системы.

Это, напомню, делается на случай какого-нибудь форс-мажора, в результате которого мы можем застрять где-нибудь у чёрта на куличиках. Куда не проложен путь из последовательно расположенных пространственных врат, именуемых в просторечии гайками. И если это произойдёт, то сработает наш страховой депозит, и на спасение наших заблудших душ и нежных тушек выдвинутся спецы «Хоул Логистикс». Им не привыкать прокладывать пути по нехоженым тропам…

– Внимание! – ожил громкоговоритель и начал вещать голосом корабельного искина, – в пределах двухсот тысяч километров зафиксирован выход из варпа трёх кораблей, предположительно фрегатов империи Аратан…

Ну правильно, они же нас вычислили, и пока я тут неспешно в себя приходил. Времени не теряли… А вот теперь надо навёрстывать упущенное.

– Искин! – воззвал я к возмутителю спокойствия, – становимся в разгон по направлению к точке, обозначенной в маршрутной карте. И организуй мне срочный сеанс гиперсвязи с «Хоул Логистикс»! Срочный – это значит, что через минуту я должен уже говорить с диспетчером…

Разговор с диспетчером уместился в две минуты, так что разгон ещё не завершился, а с этим пунктом обязательной программы было уже покончено. Теперь если с нами произойдёт, как это говорили в седой древности, «неизбежная на море случайность», то мы знаем, что на помощь к нам обязательно придут. И нам надо будет только продержаться до прихода этой самой помощи…

Корабль несильно вздрогнул. Это мы перешли в варп-режим, звёзды на мониторах размазались по всей поверхности экранов, стало, как будто немного тише. Нет, звуки не пропали никуда. Просто всё звучало как-то более мягко, приглушённо… Одно из проявлений варпа.

Лететь в этом режиме было относительно не долго, вормхолл был уже рядом.

Так что когда мы вывалились из варпа, впереди по ходу чернела клякса нашей червоточины.

Она выделялась даже на фоне тёмного фона бесконечного космоса. Рваное пятно. Идеально-чёрное. Без единого проблеска. Жерло пространственного прокола, осуществленного непознанными человечеством природными силами.

И нам туда надо будет нырнуть… Вроде уже и не первый раз. Но всё равно лёгкий мандраж имеет место быть. Да и интуиция эта… Что-то ждёт нас там…

Но ладно, другого пути всё равно для нас нет. Чему быть, того не миновать.

Я тронул сенсор пуска, и по телу корабля пробежала лёгкая дрожь. Включились планетарные двигатели и потащили металлическую коробку нашего фрегата к этой идеально чёрной кляксе.

И тут по нервам хлестнуло. Опять интуиция. Да что ещё-то?

Ясность в ситуация внёс голос корабельного искина:

– Внимание! В пределах пятидесяти тысяч километров зафиксирован выход из варпа не менее, чем двух кораблей, предположительно фрегатов империи Аратан…

Вот настырные-то какие, право слово… Дышат в затылок, прямо-таки. Хохма будет, если они не побоятся нырнуть сразу вслед за нами. Хотя, это маловероятно, ибо флотские инструкции прямо запрещают подобные безумства. Риск потери корабля в этом случае становится неоправданно велик.

Но, сами знаете, азарт преследования, адреналин, бурлящий в крови… Всё это может толкнуть командира корабля на необдуманный поступок, поперёк всех инструкций и наставлений…

Пока я думал эти мысли, на мониторах разлилась тьма. Мы нырнули в очередную неизвестность.

Глава 6

Тьма сменилась слабым светом.

Интересно, каждый проход через вормхолл всегда чем-то, да отличается от предыдущего. Иногда он сопровождается совершенно неземной игрой красок, словно корабль попадает внутрь огромного калейдоскопа, иногда дорога через вормхолл кажется бесконечным путешествием по кишечнику неведомого монстра…

А сейчас мы нырнули во тьму, и почти сразу оказались в очередной звёздной системе. Вроде ничего примечательного. Желтый карлик, каких в галактике пруд пруди.

Но интуиция беспокойно ворочается где-то внутри, пытается передать мне через ощущения какую-то новую информацию.

Но, то ли это я такой толстокожий, то ли интуиция моя ещё не развилась до нужного уровня… В общем, я сейчас ощущаю какое-то смутное беспокойство. К беспокойству добавляется ощущение того, что тут нас ждёт какая-то неожиданность, таящая в себе опасность…

Надо сказать, что опасностей мы за этот свой поход пережили уже более, чем достаточно. И перспектива снова столкнуться с чем-то неизвестным и совсем даже не безобидным, меня уже, откровенно говоря, совсем не радует. Подустал я как-то от неожиданностей этих. Вдруг покоя захотелось. Сам в шоке, да…

Но, деваться некуда. Мы уже тут, и теперь либо столкнёмся с той тайной, что тут спрятана неизвестно кем, либо благополучно избегнем всех этих сюрпризов и двинемся дальше.

Но, интуиция разбудила ещё и моё любопытство… То есть где-то на задворках сознания начало потихонечку формироваться намерение понять, что тут такого опасного. И нельзя ли это как-то обратить себе на пользу. Такая вот сложная гамма чувств сформировалась.

И тут, к тем чувствам, которые я уже, так сказать, зафиксировал, начало добавляться что-то ещё, чего ещё пять минут назад не было…

– И давно ты на ногах? – я аж вздрогнул, так неожиданно прозвучал этот вопрос. Голос, определённо принадлежал Дрищу.

– Да уж наверное с полчаса. А может и подольше, – ответил я, неспешно разворачиваясь к источнику звука. Да, в дверях стоял Дрищ. Слегка помятый, но вполне себе жизнерадостный, – а ты только вот сейчас проснуться изволил? А как там Тихий, дрыхнет поди ещё?

– Он в душ пошёл, – ответил Дрищ, – а мне вот пожрать бы… – сказал он, и вопросительно посмотрел на меня.

– Ну так иди в кают-компанию, и синтезатор те выдаст сбалансированную порцайку жиров, белков и углеводов, – хмыкнул я, вглядываясь, как на мониторах постепенно проявляются результаты сканирования системы. Всё, конечно, пока прорисовывается очень грубо, так как для подробного сканирования нужно время… Которого у нас, по большому счёту, не так уж и много.

– Подожди, подожди, – вдруг пробормотал Дрищ, проследив за моим взглядом, – это ты что, уже и через вормхолл прошмыгнул, пока мы сны смотрели?

– Ну да, – усмехнулся я, – решил, что вы если выспитесь, то пользы от вас больше будет… – и тут я опять ощутил это странное чувство. Прямо всплеск. Сильный такой.

Даже Дрищ среагировал, глядя на то, как изменилась моя мимика:

– Э, что это тебя вдруг расколбасило так? – спросил он и с плохо скрываемой опаской на меня покосился.

– Да знаешь, что-то чувство такое возникло…

– Какое? – Дрищ тут же потребовал конкретики.

А действительно, что это за чувство такое меня посетило нежданно-негаданно?

Умеренное чувство опасности, которая пряталась где-то в глубине системы по-прежнему присутствовало. Оно было ровным, из чего я заключил, что вот прямо сейчас нам пока ничего не грозит. То есть, для того, чтобы эта скрытая угроза реализовалась, мы должны будем совершить какие-то действия. Но я пока никаких действий не планировал.

Чёрная клякса вормхолла, оставшаяся позади, тоже дышала угрозой. Но уровень этой угрозы так же был, не сказать, что запредельный. Скорее, эту угрозу пока следовало воспринимать. как потенциальную. То есть, она тоже, скажем так, не требует немедленного реагирования.

Но вот это третье чувство…

Во-первых, оно очень усилилось за последние несколько минут. Во-вторых, я вдруг совершенно ясно осознал, что предмет или явление, которое и есть источник возникновения этого ощущения, находится прямо у нас под боком, скорее всего, прямо на борту.

Мало того, я ощущал это, скажем так, очень направленно. То есть, это ощущение могло привести меня к причине, его породившей. Но только если я перестану слишком много думать, а просто пойду, куда меня это чувство довольно ощутимо тянет.

– Знаешь что, – сказал я Дрищу, – а чтобы понять что это за чувство такое, пойдём-ка…

– Куда? – удивился Дрищ.

– Какой ты душный. – вырвалось у меня. Ну, в самом деле, я не знал пока, куда это странное ощущение меня приведёт, – просто иди за мной и по возможности пока воздержись от глупых вопросов…

– Ну, пошли, – подозрительно легко согласился Джимми.

И мы пошли. Ходили мы не долго. Чувство это привело нас к комнате, где мы до поры складировали все трофеи, что достались нам за время этой нашей экспедиции.

Я толкнул дверь и одновременно услышал, как за моей спиной сдавленно ойкнул Дрищ.

И я его понимаю.

Освещение я в этой каморке не включал. Тем не менее, вся комната была залита каким-то призрачным, нездешним светом. Мягким таким, золотистым. Совсем, казалось бы, не агрессивным.

Но я, прежде всего, почувствовал наличие очередного сюрприза. А у меня за последнее время ко всякого рода сюрпризам выработалась явное недоверие. Ибо почти каждая неожиданность по итогу выходила нам боком.

Так что в комнату эту я вошёл осторожно, почти крадучись. И был готов, если что, тут же отпрыгнуть подальше. Любопытный Дрищ сунулся было следом за мной, но я жестом остановил его. Ибо, случись чего, проще отмахиваться от неожиданностей одному и следить только за собой. А наличие в этом ограниченном объёме ещё одной тушки, нуждающейся в охране, жизнь мне никак не облегчит, а напротив серьёзно ограничит мою подвижность.

Так что пусть Джимми некоторое время в сторонке постоит. Если там есть, на что смотреть, то пусть погодит немного, посмотрит потом, когда я пойму, что это у нас там за нештатное освещение такое образовалось.

Вошёл, огляделся и, за стопкой коробок с пхукунцевой ювелиркой, обнаружилась светящаяся коробочка. Эту коробочку, помнится, как раз Дрищ как-то открыть пытался. Совершенно безуспешно, следует отметить. А потом нам не до неё стало. Из-за очередного сюрприза, наверное.

И вела эта коробочка в тот раз вполне себе пристойно. То есть на потуги Дрища отколупнуть крышку не реагировала. Никак. А тут вдруг ни с того, ни с сего начала золотистое сияние испускать…

Я осторожно прикоснулся пальцем к этой странной штуке. Ничего не изменилось. По прежнему от всей поверхности этого ящичка из непонятного металла продолжало исходить ровное золотистое свечение.

Я задержал дыхание, набрался смелости, и таки схватил загадочный предмет всей пятернёй. Свет остался таким же, как был. Особенно меня вставило то, что свет этот проходил и сквозь мои пальцы, которыми я обхватил эту коробочку, насквозь. То есть, если сейчас посмотреть на них, то под кожей можно было различить и кости, и кровеносные сосуды. Рука казалась тоже сделанной из золотистого светящегося стекла.

Такое, странное немного зрелище.

– Ну, что там? – нетерпеливо спросил Дрищ с ощутимой хрипотцой в голосе.

– Коробочка, – ответил я, и добавил очевидное, – светится, однако.

– А чего не открыл? – вопросы из него сыпались, ну, прямо-таки один за другим.

– Отнесём в кают-компанию, там и откроем, – ответил я, – тут и так всякого хлама навалено, сесть толком негде.

– Это точно, – согласился Дрищ, – ну пошли тогда. Чего тут стоять-то?

– Так ты с дороги-то отойди, – предложил я.

– Ага. – выдохнул Джимми. продолжая коситься на горящую ровным золотистым светом коробочку и мои, ставшие тоже вдруг золотыми, пальцы.

Путь для меня, тем не менее, освободил, отшагнув в сторону.

Я двинулся по узкому корабельному коридору, продолжая иногда скашивать глаза на коробочку, которая, находясь у меня в руках продолжала светиться.

Не знаю, может мне показалось, но материал, из которого она была сделана, вдруг обрёл некоторую, глубину, что ли? В общем создалось такое впечатление, что металл, из которого коробочка была сделана, стал тоже частично прозрачным. Ну, как толстый кусок матового стекла. Золотистого.

Но, когда мы из полумрака, царившего в корабельных переходах вошли в рубку, где было немного светлее, все эти странные визуальные эффекты стали как-то менее заметны.

Ну да ладно. Самым сильным стремлением, что у меня, что у Дрища, сейчас было узнать, что же в этой коробочке такого спрятано. И почему оно вдруг ожило именно сейчас.

Я водрузил этот странный загадочный предмет на стол, осмотрел и увидел, что у коробочки таки есть крышка. То есть параллельно верхней плоскости проходила тончайшая, намного тоньше волоса линия. Я сел напротив. За моей спиной стоял Дрищ и немилосердно сопел. Но молчал, воздерживаясь от своих вечных вопросов. Эк его пробрало-то…

Я собрался с духом, и протянул руки к коробочке. Попытался приподнять эту крышку и… И она совершенно без сопротивления откинулась вверх, открывая нам содержимое этого таинственного ящичка. Характер света, который испускала коробочка тут же изменился с золотистого на густо-фиолетовый. Это изменение произошло одномоментно и для меня неожиданно. Сюрприз очередной, чтоб его…

– Оп-па! – раздался голос со стороны входа в рубку, – а что эт вы здесь делаете, а? – в дверях стоял Тихий, в его причёске поблёскивали капли воды. На лице выражение умеренного любопытства пополам с удивлением.

– Да вот, мы тут… – Дрищ бросил на вошедшего короткий взгляд и продолжил жадно разглядывать содержимое коробочки.

– Плюшками балуетесь? – ухмыльнулся Тихий.

Дрищ даже не прореагировал на этот подколку. Он, не отрывая взгляда, смотрел на открытый мною контейнер. А там, в гнезде из какого-то губчатого материала лежало это…

Проще всего описать находившийся там предмет как уплощённую фигуру с большим количеством граней. Но если отбросить детали, то форму этой штуки можно было бы назвать параллелепипедом. Цвет у него был насыщено-багровый. В общем что-то вроде кирпича, разве что по размерам немного меньше.

И на одной трети этого хитро огранённого кирпича росла друза фиолетовых кристаллов. Причём кристаллы в этой друзе располагались очень симметрично, что наводило на мысль об их искусственном происхождении.

– Мне кто-нибудь объяснит, что это у вас тут такое лежит, откуда оно взялось, ну и вообще? – уже совершенно серьёзно спросил Тихий.

– Садись, смотри, – буркнул я, разглядывая фиолетовые кристаллы. Потом мой взгляд соскользнул на багровую поверхность хитро огранённого кирпича. И сейчас я ясно различал, что на поверхности этой тончайшими штрихами нарисовано несколько овалов. И если не приглядываться, то их и вовсе было не заметить

…Очень похоже на сенсоры…

Ага, Доминатору тоже интересно, вот он и подглядывает за происходящим, подключившись к моим зрительным нервам.

– Раз уж ты решил поучаствовать, – подумал я, адресуя свою мысль нейросети, – то не подскажешь, что это вообще такое и с чем его едят?

…В моих базах ни о чем подобном не упоминается…

Эта реплика была ожидаемой, но я всё-таки немного расстроился, так как теперь никаких надежд на получение подсказок уже не осталось, а потому всё придётся выяснять методом научного тыка, рискуя, если вдруг что пойдёт не так, остаться без пальцев.

…И выглядит этот прибор явно несъедобным. Так что есть я его настоятельно не рекомендую…

Это Доминатор среагировал на мои слова про «с чем его едят». Прикалывается, не иначе… Ибо этот оборот мною уже употреблялся неоднократно, и подобной реакции не вызывал.

Выдохнув, я потянулся рукой к этому кирпичу, чувствуя себя заклинателем змей, пытающимся голой рукой погладить свою смертельно ядовитую и злобно шипящую питомицу.

Но пока ничего не происходило, и мой палец нерешительно тронул один из, как предположил Доминатор, сенсоров.