Текст книги "Печать подземного короля (СИ)"

Автор книги: Игорь Волознев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

  Выехал он в Синицыно только через день. В Николаевском ему удачно подвернулась попутка, так что приехал он туда почти днём, когда только начинало вечереть. Он почему-то был уверен, что колдунья с Петрухой уже ушли, и он застанет её дом пустующим. Но уже издали увидел, что окна светятся, а Федосеевна стоит на крыльце и сыплет зёрна курам.

  Оказалось, что вчера и сегодня они с Федосеевной обсуждали события на реке Еве. Там тоже началась эпидемия внезапных сердечных приступов. Ева находилась южнее Борисовки, и, стало быть, ближе к Синицыно. Когда-то Петруха с отцом ездили на Еву рыбачить, жили в посёлке Аэлита на её берегу, и те места Петруха более-менее знал – в отличие от реки Борисовки, где он ни разу не был. Влад же не был ни там, ни там.

  Петруха не сомневался, что сердечные приступы вызывает тварь, добравшаяся до этих мест из Москвы. По его мнению, и на Борисовке, и на Еве орудует одно и то же чудовище, и почему с ним до сих пор не расправились Артур с Августином – было непонятно, они же Мастера, гораздо сильнее, чем Михаил с его Охотниками.

  Влад готов был допустить, что чудовищ всё-таки два, оба вышли из портала в Москве и переместились во Владимирскую область.

  – Но что им делать у нас, – сомневалась Федосеевна. – Тут места глухие, малолюдные, не то что Москва с Подмосковьем...

  – Остаётся предположить, – сказал Влад, таинственно понизив голос, – что в этих местах открылся ещё один портал, и твари выходят из него. Поэтому Артур с Августином так задерживаются. Просто им здесь работы много.

  – Но ведь Михаил ничего не говорил о втором портале, – возразил Петруха.

  – Он может не знать, а может, это государственная тайна, – ответил Влад. – Экстрасенсы с одним-то порталом не знают, что делать, а тут второй!

  – Второй портал... – сказала Федосеевна и почему-то испуганно огляделась по сторонам. – Боже упаси...

  – Впрочем, насчёт второго портала – это пока только гипотеза, – продолжал Влад. – Скорее всего, из портала в Москве выходит слишком много тварей, Стражи и Охотники не успевают с ними бороться, и твари распространяются по соседним областям.

  – Значит, тварей гораздо больше, чем мы думаем! – воскликнул Петруха.

  – Беда, – сказала Федосеевна.

  – А возможно, тварь и правда одна, – сказал Влад. – Сначала она была на Борисовке, а теперь на Еве.

  – Ну конечно, одна! – воскликнула колдунья.

  – Если она одна, то почему Артур с Августином так долго с ней возятся? – озадачился Петруха.

  Влад пожал плечами.

  – Наверное, слишком сильная. А может, их всё-таки две.

  Петруха думал недолго.

  – Пойду на Еву и сам во всём разберусь. Батяня меня отпустит. Теперь всё сделает, что я скажу. Попрошу отпустить меня на Северный полюс – он и туда отпустит.

  – А может, не надо никуда ходить? – сказал Влад. – Помнишь, ты тогда «спрута» вызвал заклинанием аж из Подмосковья? Так и эту тварь вызови.

  – Заклинание не подействует, – сказал Петруха. – Чтоб его применить, надо знать, что вызываешь. Если, например, вызываешь дух умершего, то надо фотографию иметь, или волосы, или землю с его могилы, или ещё чего. А тут тварь неизвестно откуда! Из субпространства! В принципе, её можно вызвать, но сначала я должен хотя бы увидеть её. И когда буду произносить заклинание, должен представлять её себе в голове. «Спрута» я видел на Новорязанском шоссе, поэтому смог вызвать. А про эту тварь я вообще ничего не знаю. – Он обернулся к Федосеевне. – – Помните, две женщины, которые приходили к вам? Они по-разному рассказывали, и не знаешь, кому верить.

  Влад заинтересовался, и Федосеевна пересказала ему сообщение двух пожилых женщин, которые приходили к ней из посёлка Кипрёво, что недалеко от Евы. А перед ними приходила женщина из Аэлиты, тоже жаловалась, что слишком много людей умирает от сердца, причём среди них есть молодые. В Аэлиту по выходным съезжаются рыбаки, так вот, среди них особенно много умерших, причём большинство умерло ночью.

  – Все от сердца? – спросил Влад.

  – От него, – кивнула Федосеевна, – это и доктора подтвердили.

  По словам той женщины, к ним приезжали доктора в противогазах и в резиновых костюмах, сказали, что тут ходит какая-то заразная болезнь, вызванная неизвестным вирусом. Они брали у людей кровь на анализ, брали пробы земли и воды, что-то изучали, и сами в тот же день и умерли. И противогазы с резиновыми костюмами не помогли.

  И ещё, по её словам, люди видели на берегах Евы очень длинных крупных червей. Будто они ползали по верхушкам деревьев, а могли из земли показаться, или из воды. Ни голов, ни хвостов их никто не видел – такие они были длинные. А ещё по ночам в озере близ Аэлиты было какое-то свечение, как будто горящие фонари перемещались по дну. Оно и в ту ночь было, когда много рыбаков умерло. Тогда ещё, говорили, в один дом, который стоял на самом берегу, заглянул в окно огромный глаз, больше самого окна, только зрачок был виден. Живший в доме мужчина схватил ружьё и выбежал наружу, собираясь застрелить чудовище, но даже с крыльца сойти не успел – умер от сердечного приступа.

  – Тварь материализовалась и стала громадной, – сказал Петруха. – Может, побольше того «спрута», коли зрачок у него больше окна.

  – И хуже всего, что в Книге об этой твари ничего не говорится, – сокрушённо произнесла Федосеевна. – В ней есть про демонов разного вида, но про такого – нет.

  – Ничего, – сказал Петруха. – Я знаю, как бороться с тварью. Надо действовать энергетическими ударами. Бить её и бить, пока не погибнет.

  – Я думаю, ты сможешь, – сказал Влад. – Если перед этим как следует помедитируешь.

  – Теперь мне не надо медитировать, – сказал Петруха. – Это до боя со «спрутом» я медитировал, чтобы вызвать в себе силу. А теперь я без медитации всё могу делать, смотри!

  Он слегка повёл рукой, и металлический стакан сорвался со стола и с грохотом врезался в стену всего в паре сантиметров от стеклянной дверцы буфета.

  – Эй, полегче, полегче, – встрепенулась Федосеевна. – Ведь не склеишь потом стекло обратно!

  Петруха был смущён и потряхивал рукой.

  – Сам не пойму, как это получилось, – пробормотал он. – Раньше мне приходилось напрягаться, чтобы просто сдвинуть стакан с места, а теперь вон оно как...

  – Наверняка Печать подземного короля действует, – заметила колдунья.

  – Да, наверняка, – согласился Петруха. – Это после боя со «спрутом» со мной такое.

  – Конечно, после боя со «спрутом»! – воскликнул Влад. – До сих пор вспоминаю, как в Макдональдсе ты уложил на пол двух гопников, которые сумку с деньгами украли!

  – Это точно, раньше я вряд ли бы так смог!

  И Петруха в кратких словах рассказал Федосеевне про двух воришек, которые выхватили у отца сумку с миллионом рублей.

  – Они упали на пол и лежали, пока милиция не приехала. – говорил он. – Тогда я их отпустил.

  – И главное, никто толком не понял, что случилось, – прибавил Влад, – все думали, что они споткнулись...

  – Я и тварь так же уложу, – сказал Петруха. – Мне бы только до неё добраться, и не уйдёт никуда. Короче, завтра с утра иду в Аэлиту. С отцом я уже говорил, он согласен отпустить меня одного, тем более это недалеко. Через лес пойду, так быстрее.

  – Я с тобой! – воскликнул Влад, и оглянулся на колдунью: – Зоя Федосеевна, а вы пойдёте?

  – Куда мне, годы уж не те. Я и давеча, когда ходила с вами, чуть не померла. А сейчас ещё дальше идти, на Еву! Это знаете, сколько километров?

  – Да километров десять всего, – сказал Петруха.

  – А двадцать не хочешь? – ворчливо возразила Федосеевна. – А то и побольше.

  Идти с мальчиками колдунья отказалась, зато повязала им на руку ниточки с заговорённым узелком и нарисовала на листе бумаги пентаграмму, которую они должны будут начертить на земле, когда дойдут до места. Пентаграмму она срисовала из Волшебной Книги. В ней написано, что это очень сильная пентаграмма, ею пользовался царь Соломон, когда вызывал дух Аэндорской волшебницы.

  Глава 7

  Заброшенная деревня

  На другой день рано утром Влад заявился в Петрухину избу. Там как раз завтракали. Влада усадили за стол и навалили ему полную тарелку картошки с мясом. Николай Николаевич велел ему всё это съесть, потому что путь предстоял дальний. За завтраком Петруха с отцом начали обсуждать маршрут, которым мальчики будут добираться до Евы. Петруха сказал, что пойдёт через лес по тропе, как они когда-то ходили с отцом.

  – Никаких «через лес»! – возразил Николай Николаевич. – Там знаешь, какие чащи? Чуть на полшага сошёл с тропы, и всё, считай, заблудился, и не найдут тебя. Пропал.

  – Да, да, – кивала Евдокия Петровна, – лучше идите через Кипрёво, до него от Николаевского на попутке доехать можно.

  – Это крюк какой давать! – закричал Петруха.

  – И ничего, – сказал отец, – сейчас в Николаевское Парамонов поедет, вот и вы с ним. Я тоже собираюсь сегодня туда съездить. Там дом продаётся, надо будет посмотреть на него.

  Влад уже знал, что Бутыкин-старший собирается купить дом в Николаевском и переселиться туда со всей семьёй. Синицынскую избу, скорее всего, продавать не будут, в будущем отец хочет передать её Петрухе. Супруга горячо одобряла этот план, тем более сама она тоже хотела остаться в Синицыно, к которому привыкла с детских лет.

  – Ешьте быстрее, – поторапливал Николай Николаевич, – Парамонов ждать не будет.

  – Надо ребятам еды дать в дорогу, – мать встала из-за стола, засуетилась.

  – В Кипрёво есть магазин, – возразил отец, – вот там и закупятся.

  – До Кипрёва ещё добраться надо!

  Маша вспомнила, что Петя до сих пор не приготовил удочки, и настал черёд Петрухе суетиться.

  – Видишь, – ворчал отец, – обо всём думаешь только в самый последний момент!

  Наконец удочки были приготовлены, еда разложена по рюкзакам, и Николай Николаевич с мальчиками вышли из избы. Их провожало всё семейство; самого младшего мать несла на руках.

  Председатель местного садоводческого товарищества Сергей Павлович Парамонов уже выкатил свой «Жигуль» из гаража и загружал багажник канистрами с бензином: собирался ехать к родственникам во Владимир.

  Оба Бутыкиных, Влад, рюкзаки и удочки поместились на заднем сиденье. В последнюю минуту в машину к Сергею Павловичу залезла пожилая соседка, которая тоже направлялась в Николаевское. Из-за её объёмистой сумки удочки пришлось выставить в окно. Так и поехали, в тесноте да не в обиде.

  В посёлке мальчики, старший Бутыкин и соседка разошлись в разные стороны, а Сергей Павлович поехал дальше. Перед тем, как расстаться с ребятами, Николай Николаевич дал им последние наставления:

  – Сейчас ступайте к заправке, там иногда машины в Кипрёво проезжают. От Кипрёво до Евы недалеко. На ночь лучше устройтесь в Аэлите...

  – Зачем в Аэлите, – возразил Петруха, – я шалаш сделаю!

  – Ну, хорошо, шалаш так шалаш, – согласился отец, – я знаю, ты шалаши ставить можешь, у тебя получится. А рыбачить лучше с того берега, что напротив Аэлиты. Годков десять назад я там во-от такого леща поймал!

  Петруха с Владом спрятали удочки в надёжном месте за сараем у школы, и отправились ловить попутку. Машина на Кипрёво подвернулась довольно скоро, но водитель собирался свернуть в Савино. Это на полпути до Кипрёво.

  – Ничего, – сказал Петруха, – до Евы пешком дойдём. Мы с отцом ходили.

  На повороте к Савино мальчики вылезли. Легковушка уехала, а друзья зашагали по дороге. По обеим сторонам тянулся лес. Петруха заметил тропу, уводившую куда-то в гущу деревьев, и сказал, что тропа ведёт к Еве. Если они пойдут по ней, то скоро выйдут на берег.

  – Хорошо бы попасть туда засветло, чтобы успеть построить шалаш, – прибавил он.

  Тропа была узкой, мальчикам приходилось идти друг за другом. С каждым пройденным километром лес становился всё глуше. Тропа, казалось, уводила в самую чащу. Густые кроны, раскинувшиеся где-то наверху, закрывали солнце. Время только перевалило за полдень, а в лесу стояла полутьма, как будто был уже поздний вечер. Тропа вилась между стволами и то и дело норовила исчезнуть. Ребятам несколько раз приходилось разыскивать её. Влад даже включал свой фонарик.

  – Интересно, приведёт она нас куда-нибудь? – бормотал он. – Может, лучше вернуться на дорогу?

  – Нет смысла, – отвечал Петруха. – Мы уже почти у самой Евы.

  Однако река не показывалась. Не встречалось и какого-либо жилья.

  – Может, мы идём по звериной тропе? – засомневался Влад.

  – Нет, это не звериная тропа, – с видом знатока возразил Петруха. – Да даже если и звериная, всё равно должна вести к реке, к водопою. Все звериные тропы ведут к водопою.

  Усевшись на поваленное дерево, мальчики сделали привал, перекусили бутербродами, которые дала Владу Федосеевна. Отсюда путь стал ещё хуже: вокруг было много сухого леса и под ногами лежал валежник, затрудняя движение.

  Неожиданно впереди лес посветлел; показался просвет. Тропа вывела ребят на грунтовую дорогу. Видно было, что по ней давно не ездили, она вся поросла сорняком и была покрыта рытвинами и лужами. Но теперь мальчики зашагали бодрее.

  – Дорога наверняка ведёт к мосту через Еву, – сказал Петруха, – а на другом берегу будет Ефремово. Хотя, может, Аэлита. Короче, что-нибудь да будет.

  Но вместо реки показалась деревенька в пять бревенчатых полуразвалившихся изб. Нигде не было ни души. Заборы прогнили и покосились, участки заросли сорняками. Сорняки росли даже на крышах.

  – Я, вообще-то, тут не был, – сказал Петруха, оглядываясь.

  – Тут и нет никого, – отозвался Влад.

  Избы в надвигавшихся сумерках выглядели мрачновато; заходить в них мальчики не стали. Они проходили мимо последней избы, как вдруг послышался окрик:

  – Эй, вы! Куда идёте?

  Ребята остановились. Из приоткрытых дверей высовывался молодой худощавый мужчина в очках, взлохмаченный и небритый. Одет он был по-рыбацки: в плотную куртку-ветровку, джинсы и высокие сапоги. Он стоял и оглядывался направо и налево, как будто высматривал что-то.

  – Туда не ходите, – он кивнул в ту сторону, куда направлялись ребята. – Там опасно.

  – А что там? – спросил Влад.

  – А вы не знаете? Эпидемия неизвестной болезни! Трупы повсюду! Не успеешь охнуть, и уже помер!

  – Трупы где конкретно? – уточнил Влад.

  – Да везде, куда ни пойдёте! По этой дороге вообще нельзя ходить! Трупы и там, и там!

  – Мы ни одного не видели, – сказал Влад, а Петруха добавил:

  – Мы на реку идём.

  – На реке полно трупов, – сказал парень. – Много людей сюда приехало рыбачить, и все померли. Я сам чудом живой остался, хорошо, мне пришла в голову мысль обследовать эту деревню. Я тут пошарил по избам и остался ночевать, а утром пошёл назад. Смотрю, на берегу одни покойники лежат, и доктора ходят в костюмах химзащиты. Они орут на меня, говорят, сюда заходить нельзя, отравишься. Ну, я и назад подался. Переждал здесь, а потом опять пошёл к реке, у меня там кореша остались, может, живы ещё. Пришёл туда, а уже и доктора померли. Ни одного живого нет. Ну, я опять сюда вернулся...

  – И вы не сделали попытки выйти из заражённой зоны? – спросил Влад. – Может быть, если пойти по этой дороге в том направлении, откуда мы сейчас пришли...

  – Ходил я в том направлении, – перебил его парень, – да только там тоже трупы. Здесь, в избе, самое безопасное место. Третий день здесь сижу.

  – Без еды? – спросил Петруха.

  – Подыхаю с голоду, – признался парень. – Хорошо колодец есть. Да идите в избу, чего там стоять, а то надышитесь заразы...

  Мальчики переглянулись и направились к избе.

  – У нас бутерброды остались, – сказал Влад.

  – И жареная курица, – прибавил Петруха, доставая из рюкзака свёрток. – Вот, берите, мама дала.

  Рыболов набросился на еду.

  – Короче, я вас предупредил, – сказал он с набитым ртом. – Никуда отсюда уходить нельзя, везде опасно... Постойте, – он прекратил жевать и посмотрел на ребят. – Постойте, вы, значит, трупов не видели? Вы же с той стороны пришли, а там штук пять лежит!

  – Мы не по дороге шли, а по тропе через лес, – сказал Влад. – И про то, что тут люди умирают, мы слышали, но про заразную болезнь не знаем.

  – Лучше вообще никуда не ходите, сидите здесь, – сказал рыболов. – В этих местах не только зараза появилась, но и змеи, – прибавил он, понизив голос. – Страшные большие змеи, толщиной с бревно, и присоски на них. Я одну такую змею видел в первый же вечер, как оказался здесь. Недалеко проползала. Длиннющая. Ползёт, а ни начала, ни конца не видать...

  – Таких змей здесь вроде не бывает, – пробормотал Влад.

  – Говорю же, сам видел! Поздно вечером это было, при луне. Змея ползла по деревьям, как будто трубу тащат. Я, как увидел, – сразу в подвал. Мне повезло, что подвал здесь хороший, крепкий, и дверь толстая.

  – И на что же вы надеетесь? – спросил Влад. – Не вечно же здесь сидеть.

  – На спасателей надеюсь, – сказал рыболов.

  – В какую сторону ползла змея? – осведомился Петруха.

  – К реке. По-моему, змей тут несколько, три как минимум, а у реки их логово.

  Петруха серьёзно посмотрел на Влада.

  – Пойду к реке. Ты здесь пока оставайся.

  – С ума сошёл! – вскинулся рыболов. – Там трупы, зараза, змеи страшные! Сиди лучше здесь. Спасатели должны появиться со дня на день, просто обязаны!

  – Нет, пойду, – решительно сказал Петруха. – На змей хочу поглядеть. Если они ещё здесь.

  Рыболов вытаращил на него глаза.

  – Я сам их видел! Это фильм ужасов! Никуда не ходи, здесь везде опасно, особенно ночью! В подвале переночуете, а утром пойдём по вашей тропе, может, выйдем отсюда. Если выйдем – свечку поставлю пудовую Николаю-угоднику и больше на эту реку ни ногой!

  Петруха снял с себя рюкзак и передал его Владу.

  – Оставайся здесь. Тварь близко, я её чувствую.

  – Хочешь идти? На ночь глядя? – почти прокричал рыболов и умолк, огляделся в испуге.

  – Вы мне скажите, как быстрее до реки дойти, – сказал Петруха.

  – Дотуда двумя путями можно дойти. Или идти дальше по дороге, но там трупы и змеи, или по тропе. Тут есть тропа. Я ходил по ней. Но ты учти: она идёт мимо кладбища.

  – Значит, по тропе и пойду.

  – Не побоишься ночью по кладбищу идти?

  – А чего бояться? Пусть змеи меня боятся!

  – Чудило! На верную смерть идёшь!

  – И ничего не на смерть. Со змеями я справлюсь.

  Влад, который всё это время стоял сам не свой, не зная, на что решиться, вдруг тряхнул головой.

  – Пойду с тобой. Я тоже кладбищ не боюсь.

  – Хорошо, – сказал Петруха.

  – Ну и идите, – парень вдруг успокоился. – Идите, только еду оставьте. Вам-то она на том свете не понадобится, а мне жалко будет, если пропадёт. Ничего, всё нормально. Желаю удачи. Будете возвращаться – заглянуть не забудьте.

  У Влада мелькнула мысль, что, может быть, и правда лучше остаться, но Петруха уже отдал рыболову свой рюкзак с припасами и вышел из избы. Глядя на его посуровевшее, решительное лицо, Влад застыдился своих трусливых мыслей и поспешил за ним.

  Глава 8

  Встреча с духом

  Петруха свернул на тропу и почти тут же потонул в лесном полумраке. Влад свернул за ним. Солнце ещё не зашло, и небо было светлым, но здесь, под ветвистыми кронами, казалось, что уже наступила ночь. Шедший впереди Петруха был едва виден. Слышался хруст сухих веток под его ногами. Владу пришлось чуть ли не бежать, чтобы догнать его.

  – Не отставай, – сказал Петруха, не оборачиваясь.

  Влад чувствовал, что Петруха сосредоточен, у него даже голос изменился. Стал твёрже.

  Мальчики молча шли по едва заметной тропе. У Влада всё в груди замирало от предчувствия чего-то опасного и невероятно увлекательного. Может, правда, сейчас им навстречу выползет большая змея, и Петруха одним взмахом руки отшвырнёт её, как ворюг в Макдональдсе или мошенников на Крымском бульваре.

  Они шли минут двадцать, как вдруг Петруха остановился и начал оглядываться. Влад заметил, что у него слегка светится жёлтый глаз. Значит, Петруха что-то увидел, или почуял!

  – Мы на кладбище, – тихо сказал Петруха.

  Влад тоже огляделся. В том месте, где они стояли, деревья росли реже, и скудный вечерний свет, просачиваясь сквозь листву, освещал папоротники и подлесок. Но ничего похожего на могилы нигде не было.

  – Кладбище старое, могилы сравнялись с землёй, но вон там, – Петруха махнул рукой куда-то направо, – ещё кое-где остались кресты...

  – Пойдём дальше? – шепнул Влад.

  Петруха промолчал. Там, куда он смотрел, показался тёмный силуэт какого-то человека. Он явно прятался от мальчиков, переходя от одного дерева к другому. Влад, сколько ни старался, не мог его как следует рассмотреть. А ещё Влада поразило, что не слышно было хруста сухих веток, которых тут валялось множество. Незнакомец как будто шёл по воздуху.

  – На всякий случай начерчу круг, – сказал Петруха, доставая ножик. – Если будет подходить, скажи мне.

  Но незнакомец замер за деревом и стоял не показываясь. Влад даже подумал, что он исчез или куда-то незаметно ушёл.

  Петруха тем временем начертил на земле круг, и, присев на корточки, принялся выводить ножом какие-то знаки. Его глаз продолжал светиться.

  – Он пропал, – прошептал Влад.

  – Он здесь, – возразил Петруха. – Я его чую.

  – А кто это?

  – Призрак, – ответил Петруха, выпрямляясь. – Вернее, дух мертвеца. Тело похоронено, а дух не может успокоиться, и бродит. Такие духи на любом кладбище есть. Иногда их можно увидеть, но очень редко, потому что они слабые. В них мало энергии.

  – По-моему, он следит за нами, – сказал Влад.

  – Да, духи любят следить за людьми, но делают это тайком. Только в полнолуние показываются, и то ненадолго. Давай зайдём в круг, на всякий случай.

  Сам Петруха уже был внутри круга. Влад присоединился к нему.

  – Думаешь, так безопаснее? – спросил он шёпотом.

  – Я круг начертил не от мертвеца, – сказал Петруха. – Его как раз можно не бояться, он ничего нам не сделает. Круг от твари. От неё вся опасность. Она где-то здесь, недалеко.

  – Тварь – это змея? – спросил Влад.

  – Да... Хотя, нет. Ещё не знаю. Знаю только, что она где-то близко...

  Петруха всматривался в ту сторону, где таился незнакомец.

  – Дух ещё там, – сказал он. – Я сейчас подзову его и спрошу о твари.

  – Мне как-то не по себе, – признался Влад.

  – Не бойся, мы под защитой круга и волшебных знаков.

  Тень за деревом шевельнулась и вышла на свет. К мальчикам бесшумно приближался человек, одетый по-старинному: в длиннополый кафтан, повязанный широким поясом, и в сапоги. Лицо у него было худощавое и бледное до синевы, глаза словно провалились в глазницы, тёмные жидкие волосы были подстрижены «под горшок».

  Призрак остановился метрах в трёх от круга. На его лицо падала тень от дерева.

  – Твоё тело в могиле? – спросил Петруха.

  – Да, – тихим глухим голосом ответил дух.

  – Здесь где-то должна ползать тварь, убивающая людей, – сказал мальчик. – Знаешь, где она?

  – Она... – Дух помолчал. – Близко.

  – Когда она приползёт сюда?

  – Сюда не приползёт, – ответил дух, – потому что тут кладбище. Она не заходит на кладбище. Она боится мёртвых.

  Влад, хоть и дрожал от невольного страха, однако не потерял способности трезво оценивать ситуацию.

  – Спроси, почему она боится мёртвых, – шепнул он приятелю. – Они же в земле, давно умерли.

  Но спрашивать не понадобилось. Как ни тихо говорил Влад, дух его услышал.

  – Не знаю почему, – последовал ответ. – Она появляется здесь уже четвёртую ночь, но всегда обходит кладбище стороной. Там, – он показал рукой куда-то налево, – могил нет, и она там проползёт. Уже скоро проползёт.

  – Как она выглядит? – спросил Петруха.

  – Как огромадный паук. У него маленькое тулово с четырьмя глазами и много ног. Ноги длинные, вьются как змеи. Каждая нога, почитай, с полверсты будет, а их у него много, они ползают повсюду и нападают на людей. Как только нога коснётся человека, он сразу умирает. Но вас тварь не тронет.

  – Потому, что тут кладбище? – спросил Влад.

  – Да.

  – Она так боится мертвецов?

  – Значит, боится. Давеча ночью я бродил, вышел на дорогу, и вдруг она. Ног целый лес, змеиным скопищем прут, а тулово на самом верху, глазами своими во все стороны смотрит. Увидела меня, и сразу отпрянула, ноги вздыбились и аж затряслись. Чую, боится она меня.

  – Тогда, может, вы пойдёте с нами? – пробормотал Влад. – А то вдруг появится, и вы её отпугнёте.

  – Не надо никуда идти, – сказал Петруха. – Тварь сама придёт к нам. Тут я и разнесу её в клочки!

  – Раньше надо было разносить, – возразил дух, – а теперь она сильная. Много народу убила. А к ней от каждого убитого сила прибывает.

  Петруха промолчал, о чём-то сосредоточенно раздумывая.

  – У неё должно быть какое-то слабое место, – сказал он, наконец. – Может, это глаза?

  – Погубить её может только огонь, – сказал дух. – И не простой, а тот, который выходит из земли.

  Мальчики переглянулись.

  – Откуда вы знаете? – спросил осмелевший Влад.

  – Знаю. Я сквозь землю вижу, и много чего увидел.

  – И что же вы увидели?

  – Что твой попутчик, – дух посмотрел на Петруху, – своей волей может вызвать подземный огонь.

  – Могу, – согласился Петруха, – хотя это опасно. Если близко люди, огонь может сжечь их, а ещё пожар наделать.

  – Да, опасно, – проговорил дух и замолчал, как будто прислушиваясь к чему-то. – Но по-иному её не победишь.

  – Вы думаете, она всё-таки побоится прийти на кладбище? – снова спросил Влад.

  – Побоится, – ответил дух. – Стороной обойдёт, вот увидишь.

  – И пусть обходит, всё равно разнесу, – сказал Петруха.

  Он выдохнул воздух, словно решаясь на что-то, и вышел из круга.

  – Ты тут оставайся, – обернулся он к приятелю. – Я волшебные знаки начертил надёжные, через них тварь не пройдёт.

  – Лучше вы оба оставайтесь, – сказал дух. – Завтра, в самый полдень, уходите назад. Тварь не любит яркого света.

  Влад встрепенулся.

  – Вон там, кажется, что-то прошуршало, – сказал он, показывая. – Как будто проволокли что-то тяжёлое!

  – Это змеиная нога твари, – объяснил дух. – Значит, скоро и остальные змееноги подползут, и само тулово появится. Но там кладбища нету. Там лес. Стало быть, лесом пройдёт, сюда сунуться побоится.

  – Влад, так ты понял? – спросил Петруха. – Отсюда не уходи.

  Дух, не отрываясь, смотрел в ту сторону, где шуршало.

  – Ползёт... – шептал он чуть слышно. – Змеенога ползёт... И не одна... Там их много...

  Заскрипели, застонали стволы деревьев, хотя ветра особого не было.

  – Оно учуяло нас... – тихо завывал дух. – Нога по деревьям ползёт... Медленно ползёт...

  Петруха смотрел в ту же сторону. Жёлтый глаз мальчика засветился ярче. Вдруг Петруха выкинул руку вперёд, как тогда, на пустыре, когда вместе с другими экстрасенсами расправлялся с невидимым монстром.

  С дерева словно упало тяжеленное бревно и завозилось в кустах. Тут уже и Влад разглядел то, что все принимали за змею: живое гибкое тело с буро-зелёными разводами, в полметра толщиной, усеянное белесоватыми присосками. Это оно только что скользило по деревьям, а теперь, после энергетического удара Петрухи, рухнуло вниз. Но невдалеке по деревьям ползла ещё одна такая же «змея», а на земле, среди коряг, извивалась третья.

  – Не бойтесь, – сказал дух, – не подойдут.

  – Вот ещё, бояться я буду, – и Петруха зашагал к «змеям». – Я чувствую в себе силу! Смотри, и Печать засветилась! – Он показал Владу свою правую руку с разгоревшейся «татуировкой». – Смерть твари! Сейчас она у меня попляшет!

  Он шёл туда, где двигалась по сухой листве конечность страшного существа. Влад видел, как Петруха остановился и снова вскинул руку. Постояв так несколько секунд, он пошёл дальше и скрылся за деревьями.

  Глава 9

  Бой в горящем лесу

  Дух сгорбился и стал как будто меньше ростом.

  – Быть большому огню, – проговорил он завывающим голосом. – Чую, огонь уже в земле скопился, сейчас выйдет... Эх, была ни была...

  И он, как тёмный бумажный комок, подброшенный порывом ветра, кинулся вслед за Петрухой.

  – Куда вы? – крикнул Влад, но тот уже скрылся.

  Там, куда ушли Петруха и дух, продолжало шумно елозить, деревья со скрипом наклонялись к земле, как будто что-то невидимое в темноте придавливало их.

  Влад, не выдержав неопределённости, вышел из круга и направился в ту же сторону. Могильные холмики едва выступали из земли. Их словно и не было. Кругом рос высокий старый лес. На его ветвях что-то непрерывно двигалось, как будто кто-то тянул из стороны в сторону большие тяжёлые шланги. Иногда какой-нибудь «шланг» с громким шумом срывался с дерева и, хрустя, полз по земле.

  За деревьями показалось пятно лунного света, и Влад увидел в нём штук двадцать медленно извивающихся чудовищных «змей». Их начала и концы скрывались во мраке. Мальчик попятился. Наконец в лунном пятне показалось туловище твари. Так вот где было начало всех «змей»! Небольшое округлое туловище, которое, видимо, было и ещё головой, увенчивало чудовищную «змеиную» гроздь, раскинувшуюся во все стороны. Голова как будто плыла над лесом, поддерживаемая своими «змеиными» конечностями.

  Внезапно Влад увидел Петруху. Его обвило сразу несколько конечностей и несло к голове: на ней виднелись белые круглые глаза с чёрными, тоже круглыми, зрачками. Голова качалась и словно осматривала Петруху со всех сторон.

  – Дальше тебе нельзя, – прозвучал над ухом Влада знакомый глухой голос. – Там уже нет кладбища.

  – Там Петруха, – сказал Влад, показывая пальцем на приятеля. – Его схватила тварь! Она убьёт его!

  – Ты не сможешь ничего сделать, – ответил дух. – Ты слишком слаб. Ты погибнешь от одного касания твари.

  Сколько бы Влад ни оглядывался, он никого не видел рядом с собой. Голос как будто исходил из воздуха.

  Внезапно полыхнуло ярким пламенем, озарившим весь лес. В небо поднялся огненный столб, ударивший из земли. Влад однажды уже видел нечто подобное на лесной поляне в окрестностях Синицыно. Столб озарил небо и вершины деревьев. Ближайшие к столбу вершины загорелись.

  – Беги туда, – сказал дух, и Влад наконец увидел его. – Там тропа!

  Призрачное существо было каким-то размытым, оно казалось тёмным пятном. Отчётливо виднелась только его протянутая рука.

  Влад попятился в ту сторону, куда показывал дух. Мальчик не сводил глаз с огненного столба и чёрной твари, похожей на паука с длинными извивающимися лапами. «Паук» яростно хлестал ими по Огню. Лапы дымились и обугливались, но им на смену приходили другие, а потом тварь принялась выдёргивать с корнями небольшие деревца и как вениками хлестать ими по огненному столбу, стараясь прибить его к земле, погасить. Столб уворачивался и отступал, но и сам временами бросался в атаку, обжигая лапы чудовища. Напор твари был слишком яростен; не считаясь с потерей лап, оно заставляло Огонь отступать. Влад вспомнил, что как раз в той стороне должна находиться река! Выходит, тварь гнала Огонь к воде!