Текст книги "На зло всем законам (СИ)"

Автор книги: Хельга Франц

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

Глава 21

Поступок Лёвы возмущает. Ненавижу драки. Последнее дело – выяснять отношения кулаками.

Такое принять – выше моих сил. Сколько я этого «добра» повидала за свою адвокатскую практику. Никто ещё после рукоприкладства не становился мудрее.

Ревность – это эгоистичная претензия на обладание другим человеком. В ней нет ни капли уважения и доверия.

И либо он принимает и вливается в мой мир с моими принципами и законами, либо пусть катится ко всем чертям.

Ещё эта истеричная жена Макса, которая грозилась снять следы побоев и подать на Лёву в суд. Пришлось напомнить бывшему, что у меня есть компромат с его пьяным видео, где он чуть не сбил пешехода. Слава богу тогда всё обошлось. Но отмазать его мне дорого стоило. Хорошо, эти двое не знают про срок исковой давности. Иногда юридическая безграмотность на руку. Устрашились, прониклись и молча уехали восвояси.

На удивление утром Нюта узнав, что мы поссорились с её отцом, не изъявляет желания переехать обратно вслед за ним. А я открыто не предлагаю. Хорошая девушка. Пусть живёт.

Ленусик ходит грустная. Она лишь утром спросила разок про дядю Лёву и всё. На мои вопросы отвечает, что всё в порядке.

Но вижу, что в ней что-то изменилось. Может расстроилась из-за свадьбы отца?

Подростки в её возрасте боятся, что их разлюбят и променяют на кого-то другого.

Не лезу к ней в душу. Пусть переварит информацию, потом обсудим.

Наш привычный уклад жизни возвращается на круги своя.

Лишь пополнение в наших рядах, и жгучее вибрирующее чувство в груди, напоминают о том, что по моей жизни пронёсся ЗЛОстный ураган.

На работе всё идёт своим чередом. Заседания, документы, встречи с клиентами. В делах и заботах пролетает день за днём.

Анюта вливается в коллектив, как родная. Вижу, что ей нравится в нашей конторе. И ей уже доверяют не только задания «принеси-подай», но и некоторые обязанности младшего сотрудника.

И молодой адвокат по гражданским делам, который совсем недавно появился у нас, оказывает ей знаки внимания. Не раз я их видела вместе в обеденный перерыв. И старая любовь уже забыта.

Мне бы так.

Раз… и прогнал из себя чувства и воспоминания.

Но ЗЛО из себя изгнать так просто не получается.

Выхожу в комнату, где стоит кофе-машина и барная стойка для перекусов. Делаю себе капучино. Добавляю карамельный сироп и корицу. Присаживаюсь в задумчивости на барный стул.

Офис наш оформлен стильно и современно. Работать тут – одно удовольствие. Клиентам нравится. Красивая картинка – это важно на первой встрече.

Витая в своих мыслях, даже не замечаю, что в комнату заходит кто-то ещё.

– Помирилась бы ты со своим мужчиной уже, Морозова. – Говорит моя коллега.

– С чего вдруг ты решила, что я с кем-то ссорилась? Тем более с мужчиной?

– Бабы так сохнут только по мужику. У меня глаз намётан. – Делает себе кофе Нина.

– Так может он того не стоит, чтобы с ним мириться. – Сдаюсь. Ну раз видно, чего скрывать. – Пусть идёт лесом.

– Ты бы на простака не повелась. Да и характер у тебя тяжёлый. Так что делаю выводы – послала ты его, а теперь жалеешь. Но ты не опускай руки – научишься принимать его таким, какой он есть. Опыт – дело наживное, не хитрое. Ты девочка способная. Сейчас у тебя дочка рядом. А потом… когда она замуж выскочит, с чем останешься? Кошку заведёшь?

Вот зачем на больную мозоль давить? Сама знаю. Много раз об этом думала. Одиночество – это не моё. Я от него сдохну. Но гордость, чтоб её…

– Да хоть и кошку. Нервы не треплет, мозг не выносит.

– Ску-у-у-ка… сама же завоешь.

– Не могу я так, Нин. У меня принципы.

– Держась за свои принципы, рискуешь в старости остаться только с ними. Оно тебе надо? – Забирает бокал с кофе и выходит.

Вот умеет Нинка разворошить рой ненужных мыслей и свалить по-тихому. Вновь прокручиваю день, когда Лёва ушёл. Ну права же была? Где моя ошибка?

Одна неделя сменяет другую. А тоска по Лёве неизменно сидит внутри и подзуживает.

Вот хорошо же жила до его появления? Ни в ком не нуждалась. Чёртов аппендицит!

Зависеть от другого человека – это слабость. А что делает жизнь со слабаками? Правильно, жизнь их учит. И порой уроки у неё самые жестокие.

Оформляю очередной иск. На телефон приходит смс. Читаю.

«Уважаемая Ирина, это Антонина, жена Макса. На прошлой неделе у нас гостила ваша дочь Елена. А так как мы достаточно потратились на свадьбу, я думаю, будет честно, если вы возьмёте на себя затраты на вашу девочку».

А дальше длинный список продуктов, счёт за жильё, чеки за покупку каких-то личных вещей и даже за бензин.

Подпираю щёку рукой, офигивая от прочитанного.

А ничего, что она дочь её мужа? Как бы я не одна её родила. Там двое участвовали.

Хм… Макс нашёл-таки свою вторую скупердяйскую половинку.

Но злиться на него, сил не осталось. Ему просто нет места в моём настоящем. Вот и жена его тоже пусть остаётся там, за бортом.

Наглость – это, конечно, счастье, но недолгое.

Новоиспечённая Морозова, видимо, ещё не оценила, на кого нарывается. Придется объяснить доступным для человека языком.

И мои мышцы сводит от улыбки, которая сама собой расплывается на моих губах. Если бы меня видели со стороны, назвали бы её хищной…

Ну не получается из меня хорошей зайки. Вперёд прёт наглая рысь…

Составляю на компьютере табличку неоплаченных за девять лет алиментов, размещаю её на официальном бланке с пугающими юридическими фразами. Нахожу в интернете печать похожую на печать нотариуса с гербом России и даже с именем нотариуса В.Н.Ебенько, и с мелким-мелким шрифтом по кругу: «Сообщество с неограниченными возможностями! Да будет так!»

Распечатываю на цветном принтере. Расписываюсь. Сканирую, скидывая на смартфон, и отправляю новой жене Морозова с припиской: «Будет честно, Антонина, если вы как законная жена Морозова Максима Фёдоровича разделите долги своего мужа! Но если что, наши судебные приставы знают, где вас искать! Не беспокойтесь!»

Спустя десять минут сообщение от новой Морозовой исчезает! Удалила и у себя, и у меня. Какая понятливая женщина. Но скрин я себе сохранила. Для общения с бывшим пригодится. Юрист во мне на автомате сохраняет все возможные доказательства.

Как приятно, когда ты уже никому ничего не должна. И даже настроение поднимается.

Удаляю весь чат. От такого мусора надо избавляться сразу.

Вечером приходит ещё одно смс от Макса: «Ир, хочу на выходные забрать Лену к нам».

Очень любопытно. А как же траты?

Отправляю ответ: «Я её спрошу».

Снова от Макса: «Спасибо. А то мне она не отвечает».

А вот это уже странно…

Доделываю работу и спешу домой.

Как только с танцев приходит Ленусик, усаживаю её за стол и начинаю непростой разговор.

– Ленусь, папа мне написал. Приглашает тебя на выходные в гости. Поедешь?

А дочь начинает прятать от меня взгляд, бегая глазами по кухне.

– А у меня реферат. Я не смогу.

И ведь вижу, что врёт. Меня переворачивает. Между нами никогда не было секретов.

– Хорошая моя, давай-ка на чистоту. Что там в поездке произошло?

Беру её за руку и слегка сжимаю.

Ленусик долго смотрит на наши сцепленные ладони и не решается начать рассказ. А потом её как прорывает.

– Его Тоня только и делала, что цеплялась ко мне со всякими замечаниями. То одета я не так, то сижу не так, то вилку держу неправильно. А когда в кафе я не доела блюдо, она мне высказала, какая я расточительная, и что так я могу вести себя со своей матерью, которая не научила меня бережно относиться к деньгам, а у них совсем другие правила. А папа рядом сидел и поддакивал. Даже слова не сказал в мою защиту. А я просто нервничала. От постоянных нападок кусок в горло не лез.

Мдаа… Макс как был тюфяком, так им и остался. Непонятно, зачем им только опять моя девочка понадобилась. И почти сразу после нашей переписки с его женой.

Беру телефон и отписываю бывшему: «Ленусик не может. У неё реферат».

Ранимость дочери мне всегда нравилась. Она совсем из другого теста. Не такая грубая, как я. Лучше. Добрее. Чище. Наивнее. И в этом нет ничего плохого. Вот только другие могут задеть очень глубоко.

А с Максом я поговорю. Обязательно поговорю.

– А по приезду ты действительно устала с дороги? – Уточняю скользкий для меня момент. Ведь если нет…

– Просто она всю дорогу пилила папу, зачем он меня взял. Что вышло им это накладно. Чеки какие-то перебирала. А когда я увидела дядю Лёву, не сдержалась, расплакалась.

И дядя Лёва сорвался… А я ему гадостей наговорила. Обвинила чёрте в чём.

Как я не заметила слёз дочери? Ну как?!

Не заслуживаю я такой девочки. И мужчины я такого тоже не заслуживаю.

Обнимаю Ленусика. Глажу её по голове и плечам.

– Не обижайся на отца. Он никогда не мог дать достойный отпор женщине. Просто он такой.

– Мне теперь с ним вообще лучше не видеться, да?

– Ну почему же. Можешь просить его встретиться один на один где-нибудь в кафе, кино, на выставке.

– А как же его жена?

– А его жену ты любить и уважать не обязана. И заставить тебя никто не может. Ты сама решаешь, с кем тебе общаться, Ленусь. Если не хочешь – не ломай себя. Есть масса решений, без стресса для себя.

– А если папа не поймёт?

– Он поймёт. Я ему доступно объясню.

– Нехорошо как-то. Получается, я жаловалась тебе на его жену.

– Про тебя я и слова не скажу. Не переживай.

– Ну тогда ладно.

И мы расходимся спать.

Перед тем, как выключить светильник, получаю сообщение от Анюты, что она остаётся сегодня ночевать у отца.

И мои мысли снова возвращаются к мужчине, который защитил мою дочь. Удивительный он человек.

Сейчас, зная всю правду, я бы сама не отказалась врезать Максу. За дочь бы даже принципами своими поступилась.

Но Лёва избавил меня от этого неприятного момента. Решил всё сам. По-мужски.

Внутри полыхает от вины, что затапливает меня всю.

Я не привыкла к такому. Со мной никогда не было сильного и уверенного в себе человека, который бы просто встал на мою сторону.

Я всё сама. И уже сложно себя перестроить.

Забыла, как это… быть за чьей-то спиной.

Всегда играла сразу две роли: и мужскую, и женскую. И каково это – быть просто ранимой женщиной – я уже не помню.

И даже подумать не могла, что мне когда-нибудь захочется ею стать.

А мне хочется…

Очень-очень…

Вот только рядом с одним конкретным мужчиной… которого я очень сильно обидела и прогнала.

Глава 22

Верчусь в своих буднях, как уж. А все как будто сговорились. Один врач ушел на больничный. Второй – в отпуск за свой счет, чтобы решить проблемы родственников.

Нехватка рук в отделении даёт о себе знать. У нас цейтнот.

И я уже выхожу на полную смену врача-хирурга. Мои обязанности по бумажной волоките с горем пополам берут на себя то старшая медсестра, то оставшиеся плечом к плечу коллеги.

Дважды пришлось остаться в ночную.

Вымотался так, что едва ноги держат. Когда нормально ел в последний раз – не помню.

Вчера звонила Нюта. Узнав про мой дурдом на работе, примчалась сегодня ночевать домой.

Захожу в квартиру. Наконец-то тут пахнет домашней едой. Даже желудок сводит от запахов.

– Привет. – Выскакивает в прихожую дочь.

После прожитых недель у Иры и Ленчика она стала гораздо мягче. Даже встречать меня научилась.

– Привет, коль не шутишь. – Улыбаюсь в ответ. – Как там девочки поживают?

– Нормально. Ленка грустная немного ходит. Ира Сергевна тоже что-то вся в себе.

Ленчика жалко. А Ира пусть задумается. Ей полезно. Может чего интересного надумает. Для нашей общей пользы.

Она – женщина не глупая. Должна рано или поздно сложить два и два.

Прохожу на кухню. Нюта накрывает мне стол. Накладывает большую порцию жареной картошки с куском курицы.

Садится рядом.

– А ты уже поела?

– Ага. Тебя не дождешься.

– Ну рассказывай. Как жизнь твоя протекает? Ты домой с концами?

– Неа. Мне там нравится. Ты же не в обиде?

– Я – нет. А Ира не против?

– Мне она ни слова не сказала, чтобы я уходила. И ведёт себя доброжелательно. Вообще всё супер.

– Здорово.

Я даже не сомневался, что Ира не станет прогонять мою дочь.

В плане материнства она основательная и очень ответственная.

– Ты её предупредила, что останешься у меня сегодня?

– Ой, блин. Забыла.

– Отпиши. Будет волноваться. – Настаиваю я. Ну не могу по-другому. Я нас уже не разделяю.

Королевна точно будет переживать. Повидав всякую дичь на работе, наверняка надумает всё самое худшее.

Я бы надумал…

И Нюта начинает строчить сообщение в телефоне.

Спокойно доедаю ужин. Иду мыть посуду.

– Вы же с ней помиритесь?

– Обязательно. – Уверенно заявляю.

– А из-за чего поссорились, спрашивать, наверное, не стоит?

– Ты у меня мудрая не по годам девочка. Как тебе работа у Иры в конторе? – Меняю я тему.

Наши размолвки с королевной не для обсуждения с нашими детьми. Сами разберёмся. Я даже не сомневаюсь в этом.

– Ой, супер! Там так классно. Мне уже доверяют кое-какие документы самостоятельно составлять. Там столько интересного. Я после универа к ним пойду работать. А ты знаешь, какая основная причина разводов?

– Знаю. Брак. – Нюта улыбается от моего ответа. Нравится ей в этом адвокатском логове, и пусть нравится. Главное, чтобы голову на плечах держала. – Деньги у тебя есть?

– Ага. Мне аванс выдали.

– Если закончатся, обращайся ко мне, а не к Ире. Поняла? – Поворачиваюсь к ней, вытирая руки кухонным полотенцем.

– Так точно! – Дурачится дочь.

Ухмыляюсь.

Как была вертихвосткой, так ею и осталась.

Пьём с дочерью чай и расходимся по своим спальням.

Смотрю, лёжа на кровати, в потолок. На нём временами играют блики от фар, проезжающих во дворе машин.

А сам мыслями улетаю к той, что прогнала меня из своей квартиры.

И нет, ни злости, ни обиды я не испытываю. Но больше такой возможности ей не дам.

В следующий раз будет переезжать ко мне сама. Пусть здесь устраивает семейное гнездо.

Наши квартиры равнозначны. Что у неё трёшка, что у меня. У меня даже больше квадратов будет. Комнаты просторнее.

Девчонкам комнату обустроим, как они сами захотят. Мою пусть переделывает, как ей нравится.

Только бы вернулась ко мне поскорее. А там всё решим.

Вины за собой я не чувствую. Муж её по делу отхватил. Раз дочь от переживаний и слёз не уберёг, пусть знает, с кем имеет дело. Раз из их жизни его не вытравить, значит будем воспитывать.

От этой мысли меня ведёт.

Не могу я думать о Ленчике, как о его дочери. Коробит всего. Моя она. Моя, и всё! Она дочь моей любимой женщины. Значит моя!

Вот такая логика. Кривая местами. Но какая есть.

Изнываю от желания прижать к себе королевну. Ощущаю её кожу под пальцами, как наяву. Меня аж передёргивает, как от короткого замыкания.

Свихнулся от женщины, что в пору к мозгоправам идти лечиться.

Или скорее возвращать свою королевну на законное место. Рядом с собой.

Долго вдали от неё крышу сносит. И я уже сам себя ощущаю кабриолетом.

Мы с дочкой друг друга стоим.

Яблочко от яблоньки…

И я даже не удивляюсь, что она у Иры прижилась, как родная. Тоже почувствовала своих людей. Пригрелась. Королевна умеет создать вокруг себя домашний уют. А от Ленки просто волнами исходит любовь и искренность.

Хочу, чтоб у нас родился пацан. Если наши гены смешать, хороший мужик должен получиться.

Но от реализации своих планов я далёк, как Солнце от Земли.

Она вроде тянется ко мне, но сомневается и боится обжечься.

А навязывать бесполезно. Сама должна понять.

Поэтому я жду…

Поэтому я которую ночь туплю, глядя в потолок… тоскуя по своей брыкастой заразе.

Глава 23

Сегодня день проходит как обычно. Новых клиентов нет. Подтягиваем хвосты по старым делам. Отвозим документы в суд.

И только мысли о Лёве не выходят у меня из головы.

Как с ним мириться? К нему на кривой козе не подъедешь.

А я так вообще не умею прощения просить.

Но на его инициативе мы здесь не выедем. Я виновата. Сильно.

И судя по его характеру, прогнать его можно один раз. Второго шанса он не даст.

А значит, даже если позову, ко мне он не вернётся. А как тогда быть?

Вечером собираю документы в свою сумку. Послезавтра у меня судебное заседание. Надо подготовить речь. Вечером перед сном надо будет перечитать детали дела клиентки.

Анюта заскакивает, стучась в открытую дверь, чтобы привлечь моё внимание.

– Домой? – Задорно спрашивает девушка.

– Ага. Ты сегодня со мной или к отцу?

– С вами. Не прогоните?

– Нет, конечно. – Улыбаюсь ей в ответ.

Лёва и Анюта уже свои для нас с Ленусиком. Дочь тоже только «за», что у неё появилась подруга. Почти сестра.

– Папке я еды наготовила, на завтра хватит.

– Он же сам отлично готовит. – Удивляюсь я замечанию Ани.

– Так у него там нехватка врачей. Работает и за себя, и за того парня… Даже ночную смену вынужден брать. Там уж ему не до готовки.

– Что же ты не сказала? – Волнуюсь я. – У нас еды навалом. А он там голодный. Завтра захватишь, в обед ему на работу занесешь. Ему, наверное, даже в кафе сбегать некогда.

Аня корчит смешную недовольную рожицу.

– Может вы сами?

Сама? Ну можно, конечно… Но нет. Я пока не готова.

– Мне к заседанию готовиться надо. – Отмазываюсь я. И уже более строго. – Отнесешь обед отцу, хорошо?

– Ладно. – Нехотя соглашается Анюта.

Выключаю свет. Закрываю кабинет на ключ.

Из здания конторы выходим вместе с Анютой. Обсуждаем, что приготовить на ужин. Аня на своей машине. Я на своей. Поэтому задерживаемся у входа, чтобы договорить, а потом разойтись в разные стороны стоянки.

И только мы разворачиваемся, как путь нам преграждает чёрный внедорожник с номерам другой области. Из машины выходят двое мужчин.

И чует моя пятая точка, что они из лиги не очень хороших парней. Как минимум, их наколки на пальцах рук говорят именно об этом.

– Морозова Ирина Сергеевна?

– Да, это я. – Осторожно отвечаю.

– Присаживайтесь, прокатимся. С вами хочет поговорить уважаемый человек. – Мужчина кивает на свой джип.

– Пусть этот человек приходит официально в мой офис в рабочее время, там и поговорим. – Настораживаюсь ещё больше я.

– Нет, он не может светиться. Нужна… как это… конфиденциальная консультация.

И судя по тону речь пойдёт совсем не о консультации.

С такими историями я ещё не сталкивалась. И как любой нормальный человек, пугаюсь этих амбалов и их беспредельных возможностей.

– Может позвонить в полицию? – Подаёт голос Анюта.

– Это кто? – Интересуется мужчина, сразу переключаясь на девушку.

Твою же мать! Только девчонку не хватало под удар подставить. Соображай, Морозова!

– Уборщица наша. Жаловалась на маленькую зарплату. – И уже Анюте. – Вы идите. Я сама разберусь. А про вашу зарплату завтра поговорим.

И выразительно смотрю ей в глаза.

Анюта замешкавшись всё же уходит. Минус одна проблема. Теперь надо спасаться самой.

– Присаживайтесь. – Повторяет, стоящий ближе всего ко мне, мужчина и открывает заднюю пассажирскую дверь.

– Нет. Я не хочу никуда с вами ехать. – Делаю маленький шаг назад. – Если вашему боссу нужно, пусть найдёт более людный и безопасный способ со мной побеседовать.

Но уйти не удаётся. Меня грубо хватают за предплечье и запихивают в машину.

– Что вы себе позволяете? Согласно статье сто двадцать шесть УК РФ, похищение человека наказывается лишением свободы до пяти лет. На нары захотелось?

Сердце от страха бьётся где-то в горле. Руки леденеют.

Меня толкают на кожаное сиденье и закрывают дверцу. Машина почти сразу трогается.

Внутри всё превращается в камень. Что бы эти амбалы не решили со мной сделать, мне с ними не справиться. Как же тогда быть?

Телефон.

Нащупываю в сумке телефон. Включаю экран, но набрать никого не успеваю.

В салоне включается слабая подсветка, и я сразу понимаю, почему до этого было так темно. Окна закрыты чёрными шторками.

А по левую руку рядом со мной сидит мужчина средних лет. Примерно моего возраста. Может на пару-тройку лет моложе.

– Я бы не стал на вашем месте никуда звонить, Ирина Сергеевна. Мы вас не похищаем. Просто покатаемся. Поговорим.

– Я согласия на разговор не давала. – Едва сдерживая дрожь в голосе, проговариваю я. – И кто вы такой?

Отвечаю, продолжая сжимать в ладони телефон.

Но у меня его вежливо забирают и отключают, кладя рядом на сиденье экраном вниз.

– Имя – Горинов Виталий Александрович – вам о чём-нибудь говорит?

Говорит. Ещё как говорит.

– Вы же должны быть в колонии. Отбывать срок, назначенный судом.

– А я сижу… для всех. – Улыбается мужчина. А улыбка и глаза злые. – Вы знаете, что все мужчины в одной робе и постриженные под ноль – на одно лицо. Подобрать похожего на меня было несложно. А за деньги люди согласны на что угодно. Даже чалиться весь срок за другого. Мне просто нельзя отсвечивать и пользоваться своими документами. А так, живу, как все.

И мне уже становится не по себе. Этот человек не знает границ. Не признаёт законов. Наказание для него лишь помеха, от которой легко отмахнуться.

– Что вам от меня нужно?

– Хочу вернуть жену.

– Я тут причем?

– Мне нужно, чтобы ты отыграла всё назад. Никакого развода.

Вот оно что…

– Ваша жена в своём праве. Ей ваше согласие не нужно. Закон на её стороне.

– Я для неё и закон, и судья. – Наклоняется ко мне Горинов, проговаривая слова с ненавистью в голосе.

– Если вас что-то не устраивает, обсуждайте с женой. Моё дело – подготовка документов и подача их в суд. Работа выполнена. Дальше от меня ничего не зависит.

– Очень хорошо. А где она?

– Что, простите?

– Где моя жена, Ирина Сергеевна? Вы-то уж должны знать.

– Понятия не имею. На встречу она сама приходила. А сейчас – откуда мне знать? В нашем общении нет нужды. Решение суда она получит на электронную почту. Это дело для меня закрыто.

– Вы же как её адвокат можете забрать заявление?

Могу. Но знать ему об этом необязательно.

– Не могу. У меня нет таких прав. Только заявитель. Я лишь оформила всё юридически грамотно. Моё дело маленькое.

– Вот, значит, как… – Спокойно произносит мужчина.

И стоит мне выдохнуть, как меня больно хватают за запястье.

– А ты красивая, Ирина Сергеевна. Интересно, дочка в тебя пошла? Если меня разведут, женюсь на твоей дочери.

– В-вы мне уг-грожаете? – Заикаясь, спрашиваю я.

– Предупреждаю.

– У вас слишком хлипкое положение, чтобы делать такие громкие заявления. Если со мной или моей семьёй что-то случится, вас найдут. И тогда срок увеличится. И подмену вам уже никто не обеспечит – дураков нет, чтобы свои насиженные места терять.

– Ты бы не рыпалась, адвокатша. – Хватает меня больно за запястье и силой наклоняет к себе.

– Отпустите.

– Найди способ вернуть всё назад. Иначе разговор будет не таким добрым…

– Документы в суде. Отозвать их может только ваша жена. А может суд откажет в разводе по какой-то причине.

– По какой?

– Откуда мне знать. Вам виднее, какие у вас могут быть нерешенные спорные вопросы.

Со слов Гориновой их нет. Надеюсь, мне удастся заболтать её мужа и дать себе время обдумать, как действовать.

– Выпустите меня.

– Да кто тебя держит?

И меня отпихивают, как ненужную вещь.

Рвано выдыхаю. Меня трясёт, как в лихорадке.

Мужчина отдаёт приказ водителю остановить. И как только распахивается дверца с моей стороны, я хватаю телефон с сиденья и вываливаюсь из машины, унося поскорее ноги подальше от этих уголовников.

После нескольких поворотов оглядываюсь и, никого не увидев, стараюсь успокоиться. Но получается слабо. По щекам текут слёзы. Мне холодно, даже не смотря на тёплое пальто.

Меня высадили недалеко от моей квартиры. Остаётся пройти несколько домов, и я оказываюсь в нашем дворе.

Подниматься домой не спешу. Не хочу пугать девочек. Но Аню предупредить надо. Иду на детскую площадку. Уже темно. Двор пуст. Лишь уличные фонари откидывают тусклый свет на детские качели.

Сажусь на одну. Тихонько отталкиваюсь ногами, раскачивая себя. Достаю из кармане телефон и включаю.

Сыпется куча пропущенных. Я на них даже не смотрю, сразу нахожу телефон Анюты.

Звонить не решаюсь, голосу своему я пока не доверяю.

Пишу сообщение: «Анют, я в порядке. Около дома. Скоро буду».

Набираю Горинову. Мне нужно понять, чего можно ожидать от её почти бывшего мужа. Но абонент, больше не абонент.

Закрываю глаза и утыкаюсь лбом в холодный металлический подвес, продолжая раскачиваться.

Нервы не к чёрту. Сейчас бы сигаретку.

Вообще я не курю, когда-то давно пробовала, и иногда балуюсь на пьяную голову, но сейчас адски хочется занять руки.

Роюсь в сумке, отыскивая на дне завалявшуюся пачку дамских сигарет. Это запас на крайний случай. И сейчас он как раз наступил.

Откидываю крышку пачки. Там три сигаретки и зажигалка.

Достаю одну и прикуриваю.

Прикрываю глаза, запрокидывая голову вверх, затягиваюсь, пропуская в себя дым, и выдыхаю.

С непривычки слегка закашливаюсь. Но процесс немного приводит нервы в порядок. То ли самовнушение, то ли последовательность действий отвлекает от жутких мыслей. И уже в следующую секунду снова тяну сигарету ко рту, чтобы затянуться…

Но магическим способом она исчезает из моих пальцев.

Распахиваю глаза, чтобы понять, что происходит, а напротив меня стоит злое ЗЛО и тушит мою сигарету о стенку урны, выбрасывая в неё окурок.

– Я переживаю. А ты куришь? Здоровье гробишь? Ты не волнуйся, в старости болячки сами тебя найдут. Никто ещё здоровым на тот свет не отправлялся.

– Это чтобы стресс снять. Смотри. – Протягиваю руки вперёд. – Видишь? Руки дрожат. Мне надо успокоиться.

– Для этого есть другие способы. А вот этого, чтоб я больше не видел! Я не шучу, Ир!

Оставляю его указ без комментариев. Ну, вообще, я сама буду решать, что для меня лучше, а что хуже.

– И какую альтернативу ты имеешь в виду?

– Пошли.

Подводит меня к своему внедорожнику. Открывает пассажирскую дверь.

– Девочки переживают, наверное. Надо к ним пойти. – Смотрю на окна многоэтажки выискивая свои.

– Нюты и Ленчика дома нет. – Спокойно говорит Зорин.

– А? – Перевожу взгляд на мужчину.

– Аня как мне отзвонилась, что тебя увезли неизвестные, так сразу забрала Ленчика и поехала к моим родителям. Пусть пока там побудут, а мы разберемся в ситуации.

И меня снова затапливает чувство благодарности к этому человеку.

Раз он рядом, значит я его чем-то заслужила? Выстрадала?

Сажусь в машину. Как только Лев устраивается за рулём, машина трогается.

– В бар поедем? Алкоголь предлагаешь? Ну давай. Только выбирай, который поближе.

Тараторю я, стараясь справиться с дрожью в теле.

Отходняк у меня знатный. Потрясывает не только руки. Всё тело ходуном ходит.

А Лёва молчит. Ведёт машину и молчит.

Ну не хочет разговаривать, ладно.

Включаю радио и печку со своей стороны на двадцать пять градусов.

Откидываюсь на сиденье и отворачиваюсь к окошку.

Унылый октябрьский вечер. Ветер. Жёлтые листья. В такой день хочется завернуться в плед, сварить какао и смотреть мелодраму.

А у меня тут триллер… Я какая-то неправильная. Или меня сверху кто-то наказывает? Вот что я делаю не так?

Лев привозит к многоэтажке. Паркуется во дворе, и выходит из машины.

К себе привёз?

Хм… Значит не алкоголь.

Выхожу следом за ним и иду к его подъезду.

Секс? Ну тоже хорошо для разрядки. И глядя на Лёву в лифте, понимаю, что с ним я на любой сценарий согласна.

Или предлагается и то, и другое?

Послушно следую за своим мужчиной. С ним мне не страшно. С ним хорошо.

Пусть будет так, как решил он. Сегодня я кроткая как никогда.

Приезжаем на лифте на девятый этаж. Лёва открывает дверь и пропускает меня в квартиру.

Разувается. Помогает раздеться мне. Провожает на кухню.

Сажусь за стол.

Значит сначала всё же алкоголь…

Лёва достаёт что-то из шкафа.

– Жрать охота – слона бы съел. С утра маковой росинки во рту не было. Чёрт бы побрал этот сезон ОРВИ.

Ставит передо мной большую тарелку. Высыпает на неё гречку.

– Помоги приготовить ужин. Ненавижу мусор в гречке. – И показывая пальцем на тарелку, внятно произносит. – Это. Надо. Перебрать.

И хорошо, что я сижу. А то бы офигевшая рухнула бы на пол.

А? Что?

– Я в душ. Скоро вернусь. – Припечатывает ЗЛО, выходя из комнаты.

А я сижу и хлопаю глазками, смотря на гречку и недоумеваю.

Алкоголь? Секс?

Ага! Наивная дура ты, Ирина Сергеевна!

У ЗЛа свои методы…