Текст книги "Цена благоденствия (СИ)"

Автор книги: Хелена Руэлли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

Глава 15

Скоро по тракту потянулись телеги и подводы, проскакали трое верховых, вздымая пыль.

– Надо ехать, – поторопила Элина свою команду. – А то целый день будем за другими пыль глотать.

Бард Гри был ужасно смущён, сообразив, что занял хозяйское спальное место. У Йоржика алели уши – похоже, родители вразумляли чадо с самого утра. Один Яшка был весел, беспечен и не испытывал никаких угрызений совести. Тем более, что хозяйка ни словом никого не упрекнула.

Гри ещё немного потренькал на своей драгоценной читарре, потом упаковал её в холщовую сумку и сердечно распростился с новыми знакомыми. Элина повторила своё приглашение для молодого барда. Йоржик с Яшкой обнялись с приятелем, и Гри споро зашагал по дороге в сторону Жадвиля.

Умрад запрягал лошадь деревенского старосты, Рэйшен седлал свою. Элина подошла к дроу и тихо спросила:

– Рэйшен, а почему у ручья не было следов животных? Неужто жальница распугала всех?

– Да вовсе не жальница, – фыркнул Рэйшен, и его лошадь тоже фыркнула и мотнула головой, будто смеясь над наивной женщиной. – Это мы распугали всех. Топотали, костёр жгли, песни горланили. Ни один зверь к такой компании не приблизится!

– Ты прав, и как это я сама не сообразила…

– Ты ведь городская, верно? Ну вот. Откуда тебе знать такие вещи? Кстати, сегодня после обеда доберёмся до твоего Примежья, так что натяни поверх мужской одёжи какой-никакой сарафан, не нервируй народ.

– Ладно, – с неохотой согласилась Элина. – Сарафан у меня есть, в сумке на подводе лежит.

Элина с тоской глянула на высокую подводу и её решетчатые стенки. Как туда залезть? Майраге, конечно, муж помог взобраться… Рэйшен проследил за взглядом своей нанимательницы. Лицо его приняло уже знакомое нагловатое выражение:

– Помочь тебе?

– С сарафаном – не надо, – отрезала Элина.

– А на подводу попасть? Помочь? – лукаво продолжал Рэйшен. – А то вон Яшка уже наготове, рвётся тебя подсадить.

– Нет, нет, – торопливо перебила его нанимательница. – Лучше ты!

Солнце перевалило далеко за полдень, когда местность вдоль дороги стала знакомой. Эти луга, поля и перелески окружали Примежье. Элина, стараясь скрыть волнение, одёрнула сарафан.

Рэйшен потянул повод своего коня, заставив того вплотную приблизиться к подводе.

– Знаешь, косынку бы на голову тоже неплохо, – произнёс дроу. – Деревня всё-таки…

– Фигушки вам, а не косынку! – вспыхнула Элина.

Майрага, выражая неодобрение, оглянулась на хозяйку, однако та упрямо покачала головой.

– Ну, подумай сама, – принялся уговаривать её Рэйшен, – ты нездешняя, чужачка, едешь в город, тащишь оттуда целую компанию нелюдей, да ещё и плюёшь на местные обычаи.

Элина стояла на своём:

– Ничего, сделаю первую кружку в таверне бесплатной, и всё им понравится!

– Я предупредил, – пожал широкими плечами дроу.

Элина невольно засмотрелась на Рэйшена. Правда, припомнив, как спала на его одеяле и обнимала за шею обеими руками, она почувствовала себя ужасно неловко. «Старая кошёлка! – ругала она себя. – Вот придумала! На молодых красавчиков засматриваться! О другом надо думать!» Совет был, безусловно, хорош, но трудновыполним. Вдобавок Рэйшен почувствовал на себе пристальный взгляд. Он обернулся и усмехнулся в своей нагловатой манере.

– Пахнет эльфийскими притираньями, – заметил дроу.

Элина промолчала, зато шустрый инкуб мгновенно встрял в разговор.

– Ты их тоже чуешь, Рэй? Этих притираний здесь целый мешок! Хозяйкины!

– Ты не купила ни чепца, ни платка, – удивился дроу, – но тащишь в деревню целый мешок притираний?!

Йоржик с Яшкой было хихикнули, но тут же сникли под сердитым взором своей хозяйки.

– Вы, умники, не понимаете, что платок и чепчик в деревне раздобыть несложно, а вот притираний там нет!

– А зачем в деревне притиранья? – искренне недоумевал Яшка.

– Я всё-таки женщина, и даже в приграничной деревне хочу быть красивой, – ворчливо пояснила Элина.

– Ради кого это? У тебя там есть дружок? – одновременно спросили Йоржик и Яшка.

Рэйшен промолчал, скрывая, что ему тоже очень хочется услышать ответ. Элина лишь отмахнулась:

– Не морочьте мне голову! Какой ещё дружок? Я просто хочу уважать саму себя, тогда и другие уважать меня станут. Что, скажете, это не так?

И на подводе завязалась философская дискуссия о самоуважении, в которую влезли даже Умрад с Майрагой, обычно неразговорчивые.

Глава 16

Солнце уже скатывалось к верхушкам леса, когда путешественники въехали в Примежье. Старостина лошадь, почуяв близость дома, зашагала веселей. Откуда-то вынырнула ватага чумазых и лохматых ребятишек.

– Вернулась! Приехала! – заголосили они наперебой.

Взбивая пятками тёплую пыль, дети помчались по деревне, вопя во всё горло, что приехала дара Элина, а с нею странный народ. Да ещё и куча добра на подводе лежит. Народ в деревне, как оказалось, был падкий на всякие зрелища да новости. Элина только диву давалась, неужто в конце весны у крестьян нет огородных или полевых работ? Такое впечатление, что вся деревня собралась у Элининой таверны, а впереди всех – староста Усень.

Элина, как только смогла сползти с подводы, поблагодарила Усеня за помощь, рассказала, как свиделась с его свояком, и передала все приветы. Народ с любопытством глазел на семейство полутроллей и инкуба, которые разгружали привезённое добро. Рэйшен по-прежнему сидел в седле, поглядывая на толпу. Элина неодобрительно отметила, что на дроу таращатся все девицы и молодухи. «Нет бы на инкуба глазели, он тоже молодой и красивый! Вон глаза как горят!» – с раздражением подумала женщина, перенося свои вещи в небольшую каморку, которую давно присмотрела для себя.

Это была крошечная комнатка, где еле-еле умещались столик с табуретом, шкаф (совсем небольшой) и узкая кровать. Зато из этой комнатки можно было попасть в любую часть таверны, включая съёмные комнаты наверху.

– Помочь?

От неожиданности Элина чуть не выронила сумку. При своих габаритах Рэйшен умел двигаться почти бесшумно.

– Ты лучше помоги Умраду с Яшкой, а то мы до ночи барахло таскать будем.

– Ладно, но за это, – Рэйшен прищурился, – бесплатная ночёвка для меня и стойло для лошади. Идёт? Это помимо ужина!

– Ты – циничный торгаш, – вздохнула Элина. – Но я согласна.

Она согласилась бы и на худшие условия: не хотелось доверять разгрузку местным, могли и стянуть чего-нибудь, доказывай потом, что это твоё. Элина хорошо запомнила слова дроу о том, что она – чужачка, да ещё притащила нелюдей. И впрямь надо бы всем проставить пива, чтобы отнеслись к пришлым подружелюбнее.

Майрага хозяйничала на кухне (Умраду там понравилось, Элина видела), начиная готовить ужин. Огонь в очаге уже пылал, а котелки и кастрюли выстроились вдоль стены. Бочку с пивом торжественно вкатили в обеденный зал и установили позади прилавка.

Деревенские мужики откровенно облизывались, поглядывая на эту бочку, и Элине пришлось объявить, что одна кружка пива каждому – за счёт заведения. Рэйшен честно помогал в разгрузке вещей, так что Усень вскоре смог забрать и свою усталую лошадку, и подводу. Элина носилась туда-сюда, чувствуя, что ей ужасно не хватает помощников. Длинный сарафан путался в ногах, не давая передвигаться так быстро, как хотелось. В конце концов, Элина чуть не грохнулась на лестнице, когда несла бельё в комнату, облюбованную Рэйшеном.

– Дара Элина, а давай мы тебе поможем!

Элина обернулась. На ступеньках позади неё стояли две девицы. Одна смело вышла вперёд. Кстати, именно она была в числе глазеющих на дроу. Ишь, нахалка какая! Вторая девица вела себя поскромнее. Её Элина видела ещё раньше, где-то во дворе у Усеня.

– Как вас звать, девушки?

– Я – Мятка, а она, – бойкая девица мотнула головой в сторону скромницы, – Рута, старостина дочка.

– Вот что, девушки, – решительно проговорила Элина, – помощь мне нужна внизу, в зале. Идите туда, расставьте стулья вокруг столов, протрите кружки и подносы. Всё понятно?

Девушки закивали.

– А можно мы у вас всегда работать будем? – поинтересовалась Мятка.

Рута дёргала её за подол, делая страшные глаза, но Мятке было всё равно. У неё было цель, и девица шла к ней напролом.

– Помогите мне сегодня: надо будет разносить еду, принимать заказы, забирать пустую посуду…

– Я всё это могу! – перебила хозяйку Мятка.

– И при этом не провоцируй выпивших мужиков! – видя, что Мятка не поняла, Элина растолковала. – Я имею в виду, не позволяй им к себе приставать.

Мятка так плотоядно ухмыльнулась, что Элина всерьёз обеспокоилась, как бы её таверна не превратилась в дом терпимости.

– Рута, – обратилась Элина к старостиной дочке, – а что отец твой скажет?

– Да он не против…

Тут Элину осенило:

– Ага, ты, значит, – его глаза и уши?

Рута с виноватым видом кивнула. Элина, прикусив губу, задумалась. И что этот хитропопый Усень хочет разнюхать? Цены на горох? Что-то сболтнут подвыпившие гости, а Мятка с Рутой услышат да расскажут? В конце концов, ей, Элине, это пока ничем не вредит, а дальше видно будет.

Глава 17

– Ну что, готова моя комната? – Рэйшен стоял у подножия лестницы и бесцеремонно рассматривал девчонок.

Рута засмущалась и опустила глаза, зато Мятка дерзко улыбнулась в ответ дроу.

– Так, девушки, ну-ка, живо ступайте в зал, работа сама себя не сделает! – прикрикнула Элина, чем вызвала у Рэйшена понимающую улыбку.

Рута бочком проскользнула мимо дроу, зато Мятка прошествовала гордо и с достоинством, по пути якобы случайно коснувшись Рэйшена тяжёлой грудью. Чтобы не видеть их улыбок и переглядок, раздражённая Элина потопала вверх по лестнице, стараясь не наступить на собственный подол.

Рэйшен тенью последовал за ней и помог отворить дверь в комнату. Элина принялась застилать постель, а дроу вольготно развалился на стуле, глядя ей прямо, хм, в спину. Это нервировало, но трактирщица старалась держаться спокойно.

– Почему ты выбрала себе такую крошечную каморку? – поинтересовался Рэйшен, перекидывая на грудь свои песочные волосы, перевитые кожаными ремешками. – Гостевые комнаты вдвое просторнее.

– Мне достаточно, – кратко пояснила Элина, наваливаясь всем телом на кровать, чтобы расправить простыни.

– А то можешь и здесь переночевать, – радушно предложил Рэйшен, – места хватает.

– Спасибо, – ядовито отозвалась Элина, – к тебе и без меня целая очередь из женщин выстраивается.

– Ага, – самодовольно проговорил дроу, и Элине захотелось придушить его подушкой, – с женщинами у меня никаких проблем…

Рекламная речь была прервана на полуслове. Из-за двери раздался голосок Йоржика:

– Хозяйка, спустись, пожалуйста, там Яшка убежал!

Элина отшвырнула подушку:

– Как – убежал?! Куда?!

Йоржик несмело приоткрыл дверь и пояснил:

– Он увидел кого-то и побежал за ней. А я не успел его остановить. А мама с папой заняты готовкой. А Мята и Рута заняты в зале…

Элина нахмурилась. Не хватало ещё, чтоб этот любвеобильный инкуб побежал по девкам в первый же вечер! Сыпанул соли на рану и Рэйшен, заметив:

– Вот видишь, а я тебя предупреждал. Надо идти искать.

– А я, по-твоему, что делаю? – Элина с остервенением сдирала с себя сарафан. Под ним всё ещё были дорожные штаны и рубаха, но зрелище вызвало нездоровый интерес не только у Рэйшена, но и у Йоржика. – Ну не могу я в этом тряпье ходить! Наступлю на подол, грохнусь и шею себе сверну! Куда побежал этот герой-любовник, Йоржик?

Мальчик уже успел захлопнуть рот и молча махнул рукой, приглашая следовать за собой. Вслед за ним увязался и дроу. «За это небось ещё пару монет накинет», – мелькнула неприязненная мысль. Краем глаза Элина отметила оживление в зале: народ рассаживался, с нетерпением ожидая обещанной бесплатной выпивки. Староста Усень с важным видом восседал неподалёку от стойки, поглядывая на дочь. Та зажигала светильники, потому что за окном начало темнеть.

– Девушки, работайте, я сейчас вернусь! – крикнула Элина, выбегая на улицу.

– Я пригляжу! – добродушно пробасил ей вслед Усень.

– Вот туда он пошёл, – на улице Йоржик показал пальцем в один из узких проулков.

– Ладно. Ты вернись в дом, помоги родителям, а я попытаюсь вернуть этого балбеса.

– Проследи, чтобы мне оставили самую большую порцию! – в спину уходящему мальчишке проговорил Рэйшен.

Элина уже шла по тропке между деревенскими плетнями. Света в окошках домов не было, не бегали дети, лишь время от времени взлаивали собаки да кусты смородины цепляли рукава Элининой рубахи.

– Ты знаешь, куда ведёт этот проулок?

Элина чуть не заорала с перепугу – она уже успела забыть, что вслед за ней двинулся Рэйшен.

– Понятия не имею, по крайней мере, в темноте не могу сообразить, – ответила женщина, взяв себя в руки.

– Стой, – Рэйшен бесцеремонно схватил Элину за локоть. – Кто-то идёт нам навстречу. Мужчина. Один. Не таится.

Элина и сама услышала шаги, а вскоре из темноты выступила мужская фигура. Элина невольно придвинулась вплотную к дроу, но тут же опознала «явление».

– А что вы тут делаете? – удивился Яшка, подходя ближе. – Или это у вас романтическая прогулка?

– Где тебя демоны носят? – окончательно вышла из себя Элина. – Уже по девицам побежал? Здесь тебе не Жадвиль, в участок не потащат, а на месте все кости переломают и в выгребной яме утопят! И искать тебя, между прочим, кроме меня, никто не станет!

– Да что ты так кипятишься, хозяйка, – примирительно сказал Яшка. – Я ведь ничего такого не сделал, только Тремме до дома проводил.

– Тремме он до дома проводил, – пробурчала Элина. – Марш в таверну, тебя работа ждёт!

– А хоть хорошенькая эта Тремме? – подначил Яшку дроу.

Инкуб с блаженным видом возвёл пламенные очи к небу, стремясь без слов передать неземную красоту дамы.

– А ну бегом! – рявкнула Элина.

Глава 18

Яшка потрусил в таверну. Сама хозяйка не торопилась возвращаться: её стала сотрясать крупная дрожь. Следовало успокоиться, и Элина сделала пару глубоких вдохов. Рэйшен молча скинул куртку и накинул женщине на плечи. Куртка пахла кожей и самим Рэйшеном: лёгкий запах травы и древесины. Элина невольно улыбнулась.

– Ну что, идём обратно? – приятельски спросил дроу. – А то Яшка там растрезвонит, как мы с тобой ушли, хм, уединяться.

– Ага, боишься сплетен! – подколола его Элина.

– Я-то нет, – хмыкнул Рэйшен. – Я скоро уеду, а вот ты останешься…

Элина похолодела. Это же деревня! Если пойдут сплетни, то ей вовек не отмыться! А она здесь не для того, чтобы тратить время на оправдания!

– Идём, не бойся, – утешил её Рэйшен. – Все настолько заняты пивом и открытием таверны, что вряд ли обратят внимание на что-то другое. Пока что. Небось завтра-послезавтра к тебе соседняя деревня прибежит…

Элину перестало трясти, и вскоре они стояли под окнами таверны. Внутри уже было шумно и весело, слышались разговоры, пахло едой.

– А этот дроу в драку не полезет? – раздался чей-то подвыпивший голос.

– Да нет, что ты! – отвечал Яшка. – Он первый ни к кому не лезет, а так-то он вообще весёлый!

– Весёлый дроу, – хихикнула Мятка.

Эта егоза уже крутится возле инкуба! Ну шустра!

– Надо бы так таверну назвать, – солидно проговорил Усень. – Я сам даре Элине предложу.

– Ого, – хмыкнул Рэйшен, который тоже прекрасно слышал этот разговор. – Тут не только очередь из женщин, тут даже таверну в честь меня называют!

– Вот уж нет! – фыркнула Элина. – Гляди, очередь из женщин рассосалась, Мятка вон к Яшке переметнулась. А что касается названия… Таверна-то моя, и я ещё ничего не решила!

– Но ведь решишь? – с надеждой вопросил весёлый дроу.

– Посмотрим, – Элина вернула Рэйшену куртку и твердо шагнула внутрь.

– О, щас проверим, похоже ли получилось, – сказал тот же подвыпивший мужичок, который опасался, не полезет ли Рэйшен в драку.

Оказалось, что какое-то лохматое юное дарование решило запечатлеть явление дроу в деревне. Дарованию подсунули лист жести, а краски дарование раздобыло само и принялось яростно творить. К возвращению Элины и Рэйшена изображение было готово и предъявлено на всеобщее обозрение. Селяне загомонили, передавая произведение искусства из рук в руки. Элина тоже глянула и не удержалась от смешка: с листа жести ухмылялся дроу, и сходство с Рэйшеном определённо имелось.

– А давайте я напишу сверху «Весёлый дроу», – предложил Яшка. – Вот и получится вывеска с названием. А с утра над входом прибьём.

Под шумные радостные возгласы Элине пришлось согласиться. Рэйшен взглянул на свой портрет и усмехнулся, тем самым подтвердив сходство изображения с оригиналом и талант юного художника.

Глава 19

Дроу уселся за свободный столик и шепнул Элине:

– Где мой ужин?

С кухни принесли тарелки с дымящимися кусками мяса в соусе. Майрага где-то успела раздобыть хлеб, и теперь Рэйшен с удовольствием макал ломти в подливку. Элина устроилась напротив него и подпёрла щеку рукой:

– Рэйшен, а куда ты от нас отправишься?

Дроу прожевал очередной кусок и внимательно глянул на хозяйку:

– Ты хочешь предложить мне остаться?

– Я просто спрашиваю, – пожала плечами женщина. – Может, ты домой поедешь, с родными повидаться?

Рэйшен резко помрачнел, словно среди ясного дня сгустились чёрные тучи.

– Я не вернусь, – хмуро ответил он, откладывая хлеб.

– Я не вернусь, – тихонько пропела Элина, – я говорил когда-то, и туман глотал мои слова и превращал их в воду…

Лицо дроу окаменело, и Элина поперхнулась на полуслове. Внутри у неё словно сверкнула молния, и слова песни приобрели совсем иной смысл. Женщина ясно представила, как юный Рэйшен покидает родной дом и уходит в туманную даль, глотая злые слёзы.

«Я всё отдам за продолжение пути,

Оставлю позади свою беспечную свободу.

Не потерять бы в серебре

Её одну, заветную…»[1}

Если эта догадка верна, становится понятно, отчего Рэйшен не подпевал Элине и Гри у костра, задумчиво глядя куда-то вдаль…

– Рэйшен, – Элина осторожно взяла дроу за руку, вновь ощутив мозоли от меча на его ладони, – ты рассорился с семьёй и ушёл из клана?

– Что-то вроде того, – Рэйшен уже взял себя в руки. – Не хочу об этом говорить.

Элина молча кивнула, не отпуская его руки. Постепенно лицо Рэйшена смягчилось, дроу снова принялся за еду. Проглотив очередной кусок, он плутовски глянул на Элину, и та поспешно отдёрнула пальцы.

– Ну, а ты? Семья приедет в твою новую таверну? Посмотреть, а может, помочь?

Настала очередь Элины загрустить.

– Нет, Рэйшен, никто не приедет. У меня здесь никого нет. Но, – тут Элина лукаво стрельнула глазами на дроу, – я не хочу об этом говорить.

Рэйшен громко фыркнул, оценив шутку. Элина встала из-за стола: она всё же хозяйка, нужно за всем проследить. Девушки уже собирали пустую посуду, Яшка исправно стоял за стойкой, а Майрага с Йоржиком полоскали кружки и миски в большом тазу.

Элинины гости засобирались уходить и принялись честно расплачиваться за съеденное и выпитое. Трактирщица решила цену не ломить, чтобы любой селянин мог себе позволить пропустить кружечку-другую.

Наконец зал опустел, и Яшка принялся сдвигать стулья и протирать столы. Рута с Мяткой обещали прийти завтра пораньше, чтобы вымыть полы.

Элина, угнездившись за стойкой, пересчитала выручку и задумалась о том, что денежки надо будет прятать в какой-нибудь несгораемый шкаф.

– Как торговля? – Рэйшен бесцеремонно навис над Элиной.

– Для первого дня неплохо. Так бы и дальше!

– Если покормишь меня завтраком бесплатно, обещаю прислать тебе новых посетителей.

– Вымогатель! – Элина увязала монеты в холщовый мешок. – Ты порекомендуешь заведение своим родичам?

Рэйшен передёрнулся.

– Поверь, ты не захочешь таких посетителей. А я вообще-то гномов имел в виду… Они любят и пивка выпить, и песни попеть под пьяную лавочку.

– Ага, и трактир разгромить, – язвительно заметила Элина. – Постой, где-то здесь гномы водятся? То есть, тьфу, живут!

– Водятся, водятся, только не здесь, а в горах. Если от Примежья взять на юго-запад, объезжая Дикий Лес стороной, то попадёшь в Железные горы. Там гномы и живут. А трактир громить они не будут, я их предупрежу.

– Ладно, с меня завтрак, – засмеялась хозяйка. В конце концов, даже если дроу шутит, то от тарелки каши с неё не убудет.

– В комнату, – уточнил Рэйшен.

– Хорошо, поутру пришлю кого-нибудь с завтраком к тебе.

– Мятку? – преувеличенная радость в голосе дроу внушала подозрение.

– Фиг тебе, а не Мятку! – рассердилась Элина. – Я же сказала, что у меня тут не бордель! Сама принесу!

Рэйшен удовлетворённо кивнул, словно именно этого и добивался, и отправился наверх, к себе.

[1] – Песня «Серебро» группы «Би-2»

Глава 20

Элина загасила светильники и тоже пошла спать. В темноте она сунула мешок с деньгами в шкаф, между курткой и ненавистным сарафаном. Несмотря на ужасную усталость, сон долго не шёл к ней. А рано утром она проснулась от того, что на кухне Умрад начал греметь котлами – тут уже не поспишь. Сладко зевнув, Элина натянула штаны и длинную рубаху. Гори они огнём, эти деревенские традиции, а она будет носить то, что ей удобно. Из города она привезла лёгкие плетёные тапочки наподобие эспадрилий. По сельским улицам не особо побегаешь, а вот в таверне самое оно.

Где-то снаружи раздался оглушительный грохот. Элина споткнулась на ровном месте. У неё сложилось впечатление, что какой-то великан таранит входную дверь. В кухне Умрад выронил кастрюлю. Наверху распахнулись ставни, послышались ругательства Рэйшена и глухой удар.

Элина выскочила наружу как раз к тому моменту, когда Яшка уже поднимался на ноги, плаксиво приговаривая:

– Да за что же! Я ведь только вывеску хотел прибить, а он сразу сапогом кидаться!

И в самом деле, в руках у Яшки красовался сапог. Судя по размеру, сапог мог принадлежать только Рэйшену. Сам дроу высовывался из окна в ореоле распущенных светлых волос и явно примеривался запустить вторым сапогом в возмутителя утреннего спокойствия.

Откуда ни возьмись появился Йоржик с круглыми спросонья глазами. За ним спешила встревоженная Майрага.

– Я вот вывеску прибил, – пояснил новым зрителям Яшка.

– А Рэйшен тебя сапогом прибил, – хихикнул Йоржик.

Вслед за мальчишкой рассмеялись обе женщины.

– Эх, вы! – укоризненно молвил инкуб, бросая дровский сапог наземь. – Зато у нас теперь и вывеска, и название, всё честь по чести!

Элина глянула на вывеску и снова зашлась от смеха. «Весёлый дроу» с картинки сейчас очень походил на оригинал – злой, невыспавшийся и слегка перекошенный. Яшка, поймав взгляд хозяйки, сообразил, в чём дело, и тоже расхохотался.

– Эй, прекратите! – Рэйшен ничего больше не мог сделать со своего места. – Несите мой сапог обратно! Хватит ржать! И вообще, где мой завтрак?

– И в самом деле, – спохватилась Майрага, – завтрак! Пойду-ка я помогу Умраду на кухне. Йоржик, сыночек, идёшь со мной?

– А можно, я лучше в конюшню? – замирая, спросил мальчик.

Майрага с Элиной переглянулись. Действительно, там тоже надо наводить порядок.

– Конечно, иди, – сказала хозяйка, и только Йоржика и видели. – А ты, Яша, ступай в зал, думаю, там надо протереть все столы, подмести и вымыть пол…

– А как же вчерашние девчонки? – заныл Яшка. – Они обещали полы мыть!

Майрага не спешила уходить, и Элина поняла, что сейчас нужно укрепить свой хозяйский авторитет, иначе её никто слушать не будет.

– Яшка, ты, наверное, захотел назад в Жадвиль? Прямиком в острог? Уж там ты по первому требованию будешь и пол мыть, и сапоги лизать! Купец Гасько порадуется!

– Да не надо так кипятиться, хозяйка, – пошёл на попятный Яшка, невзначай роняя сапог наземь. – Я уже иду!

Майрага одобрительно кивнула и отправилась к мужу на кухню. Элина осталась один на один с сапогом. Ничего не поделаешь, пришлось нести обувку владельцу.

– А где мой завтрак? – дроу валялся в одном исподнем на разобранной постели, только волосы уже успел перехватить кожаными ремешками.

Даже в таком виде он был красив, и Элине ужасно хотелось потрогать его остроконечные уши. Однако вслух хозяйка сказала:

– Надо было всё на одном подносе принести…

– Э, нет, что за шутки! – подхватился Рэйшен. В вырезе тонкой рубахи виднелась гладкая тёмная кожа. – Отдавай сапог!

Фыркнув, Элина бросила сапог к ногам дроу.

– Ты не выспался? Честно сказать, и я тоже: на новом месте плохо спится. Эх, сейчас бы чашечку кофе!

– Что это за кофе? Наркотик?

– Фу, нет, конечно! Это напиток такой, коричневый, горьковатый, бодрящий. Знаешь, есть такое растение, его зёрна обжаривают, размалывают в порошок, а из него варят…

– А, знаю, – перебил Рэйшен, – это же арза. За неё в городе бешеные деньги просят. Не для всех товарец.

– А почему бешеные?

– Потому что везут арзу через море, к эльфам, потом через приморские кланы дроу она попадает в соседнее герцогство, и лишь потом сюда…

– Ничего себе логистика! – изумилась Элина тернистому пути арзы. – А напрямую к нам нельзя?

– Видишь ли, – нехорошо усмехнулся Рэйшен, – сам барон нелюдей не жалует, торговли с ними не ведёт, по крайней мере, открыто. И все подданные следуют его примеру. А эльфов вообще панически боятся.

– Почему?! Эльфы мудрые, добрые и красивые…

– Ага, щас. Эльфы – беспринципные, лживые и жестокие. И красивые, да.

Элина была очень озадачена этими словами. То ли легенды врали об эльфах, то ли сами эльфы очень изменились. Женщина в задумчивости направилась на кухню, предоставив полуодетого Рэйшена самому себе.