Текст книги "Легендарный повар 5 (СИ)"

Автор книги: Гриша Гремлинов

Соавторы: Лев Котляров
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

– Что случилось? – я присел рядом.

– Все раны выглядят так, словно им уже несколько дней! – она снова приложила к Прохору руки, и они засветились зеленоватым светом.

– Это всё господин Винтер! – сдал меня пацан с потрохами. – Напоил какой-то водой, и мне стало легче.

Людмила перевела на меня изумлённый взгляд, я пожал плечами, а она коротко кивнула.

– Посмотри, может, что ещё осталось? Трещины? Переломы? – спросил я.

Она провела руками от макушки до кончиков пальцев ног, а потом покачала головой. Я выдохнул. Всё сделал правильно!

– Сейчас ничего нет. Внутренние органы тоже в порядке. А синяки и ссадины пройдут. Только их промыть нужно, а то лечение, конечно, хорошо, но если там грязь, будет только хуже. Пойдём, дорогой, я всё сделаю.

Прохор приоткрыл глаза и посмотрел на Людмилу с благодарностью.

– Спасибо, а можно чего-нибудь поесть? – он перевёл взгляд на меня.

– Сейчас всё устроим, но сначала мыться! – скомандовал я.

Когда Прохора увели, Каролина подняла на меня взгляд. В нём уже разгорался знакомый огонь – ярость, смешанная с решимостью.

– Я найду их, – тихо сказала она, обращаясь скорее к себе, чем ко мне. – Они заплатят за это. Каждый из них.

– Каролина, – вмешался я. – Сейчас главное – это Прохор. С ними разберёмся позже. Ты останешься на ужин?

Она посмотрела на меня, и в её взгляде мелькнула тень благодарности.

– Когда я отказывалась от твоей стряпни? – она на секунду замолчала. – И ты прав, Винтер. Спасибо, что пришёл за ним.

– Он помогал мне, – сказал я.

Каролина кивнула и отправилась за оставленной на крыльце кружкой. Грумхильда принесла ей тёплую куртку. Керина ушла помогать Прохору, а Фёдор ещё торчал на конюшне.

Вскоре вернулась Людмила, она подошла ко мне и отчиталась, что все раны промыли и смазали лечебной мазью.

– Спасибо, ты молодец, – сказал я. – Мне очень важно было знать, что с ним всё в порядке.

– Я рада, что смогла помочь, – она устало улыбнулась. – Да и потом, ты сделал основную работу, мне оставалось лишь проверить. Думаю, как только я всему научусь, то смогу не только лечить.

– Хочешь продолжать? – спросил я. – Ты много делаешь полезного. Защиту поставила, артефакты зарядила, теперь ещё и лечение. Я должен сказать тебе, что с такими талантами ты в городе заработаешь гораздо больше, чем в трактире. Маги всегда в почёте и им платят золотом.

Людмила задумалась, и её взгляд стал далёким.

– Я знаю, Марк, – ответила она. – И много думала об этом. Но пока ещё рано. Маги, как я слышала, сначала учатся в своих академиях, годами! А я без году неделю изучаю эту науку.

– Ты останешься в трактире или будешь учиться дальше?

– Я хочу учиться, Марк, – в её глазах зажглась искра. – Я хочу знать больше. Хочу помогать людям, хочу видеть, на что я способна. Да и потом, учёба – это в столице, как же я туда уеду? Здесь мой дом, здесь моя семья. Может быть, потом, как дети подрастут…

– Рад это слышать, – кивнул я. – А теперь пойду готовить. Желудок так и намекает, что после таких приключений обязательно нужно его наполнить чем-то вкусным!

Она улыбнулась и просветлела лицом. Я направился на кухню, чувствуя, как усталость отступает перед новой задачей. Бекон последовал за мной, запрыгивая на подоконник, и приготовился наблюдать за своей любимой кулинарной передачей.

Мне нужно было приготовить ужин для дюжины своих друзей, а вместе с Беконом на все тринадцать персон. Я быстро проверил запасы и обнаружил там целую корзину жирных уток. Сразу вспомнил, как готовил для молодого охотника Георга, когда мы с ним встретились. Впрочем, сейчас у меня в планах было совсем другое блюдо.

– Утка с картошкой, – сказал я сам себе, доставая их. – Это именно то, что сейчас нужно.

Я разложил их на столе и начал разделывать. Это нужно было сделать очень тщательно и аккуратно, ведь утка не прощает небрежности. Впрочем, годы опыта, системные навыки и острый нож в руках исключали возможность сделать что-то не так. И уже через несколько минут передо мной были целые грудки и бёдрышки. Кости пойдут на бульон, а мясо я нарезал крупными кусками.

Грумхильда вошла на кухню и остановилась, наблюдая за моей работой.

– Марк, ты уверен, что хочешь готовить сейчас? Ты же устал как собака, да и бледный, словно призрак.

– Готовка помогает мне успокоить нервы и привести голову в порядок, – ответил я, даже не повернувшись. – К тому же мы все голодны, и утром будут другие дела. Перед судом нужно сделать все заготовки.

– Тогда я помогу, – она сняла фартук с гвоздя. – Что нужно делать?

– Мне нужно, чтобы ты почистила и нарезала картошку крупными кусками, и лук тоже, рассчитывай на целый противень, нас целая дюжина.

– А если учитывать кота и аппетит Фёдора, то все пятнадцать.

– Именно, так что начинай.

Пока она занялась картошкой, я обжарил куски утки на сковороде до золотистой корочки, чтобы жир вытопился, а мясо стало ароматным. Ух! Запах стоял такой, что у меня желудок скрутило, а на кухню начали заглядывать то Керина, то Людмила. Даже Фёдор просунул голову в дверь и повёл носом.

Но я не отвлекался, работал сразу с двумя сковородками, не забывая приглядывать за бульоном, а потом присоединился к орчихе, взяв из кладовой морковку. Вместе мы быстро справились.

Как только закончили, я выложил мясо на противень, добавил нарезанную картошку, лук и морковь. Всё это я залил бульоном, посолил из Системной солонки, добавил розмарин, тимьян, перец и лавровый лист. Оставалось лишь добавить маны. Это я сделал с искренним желанием восстановить всем силы и душевное равновесие. Ещё бы добавить уверенности и веру в хорошее, но этого пока я не умею. Затем закрыл противень крышкой и поставил в печь.

– Минут тридцать, не больше, – сказал я, вытирая руки. – Придётся набраться терпения, да и стол подготовить.

– Пахнет совершенно невозможно! – сказала Керина, заглядывая на кухню. – Я уже голодная как волк и готова съесть свой фартук.

– Не ты одна, – усмехнулась Грумхильда. – Бери тарелки, нужно их расставить.

– Сейчас на этот аромат ещё и дети прискачут, я же их потом не уложу! – посетовала Керина.

– Я могу для них сварить компот, чтобы быстрее заснули, – улыбнулся я.

– Да? А рецепт не дашь? – подняла брови Керина.

– Конечно, сонных трав много, есть у меня такой сбор, – честно ответил я, хотя предлагал ей совсем иное.

Пока утка запекалась, мы успели нарезать хлеб, накрыть на стол, разлить компот. Постепенно в зале собрались и остальные. Несмотря на поздний час, и сонные лица, поесть никто не отказался. Прохор, закутанный в тёплый халат, сверкал глазами, предвкушая трапезу. Каролина сидела рядом с ним и что-то говорила на ухо. Пацан кивал, но взгляда от двери кухни не отводил.

Когда таймер в голове отщёлкнул, я вытащил противень из печи и поставил на стол. Золотистая корочка утки блестела, пар поднимался вверх, и по всему залу разнёсся запах запечённого мяса с травами.

Внимание!

Вы создали новое блюдо: «Утка запечённая с картошкой и травами»

Качество: превосходное

Свойства: восстановление сил +20%, спокойствие +15%, улучшение настроения +25%

Вы получаете 10 опыта

Рецепт сохранён в кулинарную книгу

Текущий опыт: 330/800

Я довольно кивнул, убирая сообщение, и отнёс противень в зал. Все за столом замерли на мгновение, втягивая носами воздух, и нетерпеливо сжали в руках вилки.

– Божественно, – выдохнул Рик. – И это из обычной утки? Ты точно не маг?

– Просто повар, – ответил я, раскладывая утку с картошкой по тарелкам. – Ешьте, пока горячее.

Особого приглашения никто не ждал, и почти сразу приступили к еде. В зале воцарилась та особенная тишина, которая бывает только тогда, когда люди по-настоящему наслаждаются едой. Прохор ел жадно, Каролина изредка толкала его локтем, напоминая про манеры. Хотя сама активно работала вилкой. Видно было, что они оба давно нормально не ели.

– Винтер, – сказала она, облизывая ложку, – если завтра что-нибудь пойдёт не так, я лично прослежу, чтобы в Бешале тебе досталось лучшее место для твоего трактира. Будем ходить к тебе каждый день!

– Спасибо за предложение, – усмехнулся я. – Не думаю, что до такого дойдёт.

Когда ужин закончился, все разбрелись по своим делам. Семьи охотников ушли в новые дома, а Каролину с Прохором разместили в гостевых комнатах. Я же с Беконом поднялся в свою спальню. Или нашу? Нет, в мою, чтобы ни думал кот.

Бонусы от блюда и готовка помогли обрести душевное равновесие, я сел за стол и вытащил бумагу, которую достал из тайника Прохора. Это был потрёпанное письмо, с выцветшими чернилами и местами изрядно грязное. Видно, что Прохор добыл его в бою. Часть текста была утрачена, а то, что можно было прочитать, было написано так коряво, что я изрядно поломал голову, разбирая слова.

Но стоило мне дочитать до конца, я улыбнулся. Завтра будет весело.

Глава 21

Утро началось с того, что я проснулся через час после рассвета. За окном уже растекался солнечный свет, ветер лениво гнал облака, а на траве блестела роса. Я лежал неподвижно, глядя в потолок, и перебирал в голове события последних дней. Сегодня в полдень всё должно было решиться. Мысль о суде висела в воздухе, как занесённый меч, но я заставил себя не паниковать. Холодная голова – мой главный союзник сегодня, и я должен использовать её по назначению.

Бекон приоткрыл один глаз, словно почувствовав моё пробуждение, и тихо мявкнул. Потом поднялся, потянулся во весь свой рост и требовательно стукнул по моему плечу лапой.

– Встаю, встаю, – пробормотал я, откидывая одеяло.

Я вчера столько дел напланировал, что даже не знаю, успели ли всё сделать. Трактир же не должен останавливаться, если я опять где-то мотаюсь! Благо с продуктами проблем нет, так что хоть за это переживать не нужно.

Умылся тёплой водой из кувшина, переоделся в чистое, а заодно и подготовил вещи для суда. Сегодня я должен был выглядеть достойно – не как мальчишка, пришедший просить, а как хозяин трактира. Заодно и котомку проверил и вместо чугунка с жаровней положил в неё бумаги. Отдельно сунул и найденный в башне пергамент. Один его вид улучшал настроение.

Бекон сидел у двери и ждал, когда я закончу. В его зелёных глазах плескалось нетерпение и желание вкусно позавтракать.

– Сейчас всё будет, – сказал я, наклоняясь, чтобы погладить его. – И завтрак, и готовка, и шумная компания. А потом дела, чтобы без меня тут трактир не превратился в хаос.

Я спустился и в обеденном зале обнаружил Каролину с Прохором. Они сидели за столом с кружками чая и выглядели бодрее, чем вчера. По крайней мере, не такими измотанными. Синяки на лице пацанёнка побледнели, глаз нормально открывался, а ссадина на лбу уже покрылась коркой. Прохор улыбнулся, когда увидел меня.

– Господин Винтер! – сказал он, отсалютовав мне кружкой. – Давно у меня не было такого доброго утра! Спасибо!

– Как себя чувствуешь? Голова кружится? Что-нибудь болит?

– Нет, я уже почти в порядке, – твёрдо ответил он. – Да и как иначе, когда такая кровать мягкая, да из окна не дует? Уже готов приступить к работе.

Я бросил вопросительный взгляд на Каролину, а та закатила глаза, мол, не слушай его, нормальный у него дом.

– Работать ты будешь после того, как я скажу, – строго сказала она, а потом чуть теплее добавила. – Сначала наберись сил, а там посмотрим. Позавтракаем и поедем проверять остальных.

Я был рад, что Прохор сильно не пострадал, и что не впал уныние. А что касается сквозняков, я с Каролиной поговорю отдельно.

– Хорошо, – сказал я. – Тогда, думаю, самое время для завтрака. Как считаете?

– Давно пора! – бодро ответил Прохор и получил локтем вбок от Каролины.

Расхохотавшись, я отправился на кухню. Грумхильда уже поставила котёл для каши на печь. Увидев меня, она остановилась и прищурилась, оглядывая с головы до ног.

– Выглядишь бодро, – заметила она. – И это хорошо. Сегодня у нас будет нелёгкий и очень длинный день.

– Я знаю, – сказал я. – Поэтому и встал пораньше, чтобы успеть подготовиться к открытию и не думать на суде, что вы тут завалены заказами.

Приготовить кашу, нарезать хлеб и достать масло с творогом заняло у нас совсем мало времени. Пока мы с орчихой были заняты, в обеденный зал уже начали подтягиваться и остальные. Я слышал, как что-то, обсуждая, вошли охотники, потом зазвенел детский смех, а уже со стороны двора к нам заглянули Людмила и Керина. У обеих в руках были корзины с дикими яблоками и грушами.

– Мы собирали на компот, – Керина поставила на стол свою ношу. – Оказывается, всего в пяти метрах от дома растёт старый сад.

– А то овощи привезли, – добивала Людмила, – а фруктов-то нет!

– Спасибо, из этого сегодня и сварим компот, – я оторвался от каши и посмотрел на обеих с благодарностью. – Берите тарелки и кружки, скоро уже всё будет готово.

Через пару минут из обеденного зала к нам заглянул Рик с новостью про подстреленного оленя. Он с братом собирается после завтрака его разделать. Я улыбнулся, мясо нам очень нужно!

Вскоре мы с Грумхильдой уже выносили котёл с кашей. В него я добавил маны с четким желанием, чтобы команда меньше волновалась. Стоило мне появиться, как все обернулись в мою сторону, и в глазах каждого я видел смесь тревоги и надежды. Они все знали, что сегодняшний день решит многое.

– Приятного аппетита, – сказал я, занимая место во главе стола. – Сначала еда, а потом обсуждение плана на день. Дел много и найдётся занятие для каждого.

Мои слова особо никого не вдохновили, кроме как детей и Бекона, которые набросились на свои порции, словно лет десять не ели. Я внимательно оглядел остальных.

– Выше нос, – строго сказал я. – Всё будет нормально. Суд назначен в полдень, а перед этим нужно подготовить трактир к открытию. Нет времени на лишнюю суету.

Улыбнулся подушевнее и принялся за кашу. Команда переглянулась и, всё же заразившись от меня уверенностью, принялась завтракать. Я всеми силами старался поддержать разговор, слушал слухи от Каролины, подкладывал детям творог, а заодно и инструктировал остальных на тему меню.

– Сегодня предлагаю сделать щи. Бульон я поставлю сейчас, вам останется только доварить. Керина, ты нарежешь капусту и картошку, Людмила, подсоби с заправкой – лук, морковь, корень петрушки. Грумхильда знает, что и как делать, справитесь.

Керина со всей серьёзностью кивнула и переглянулась с Людмилой.

– На второе – жаркое из кабана, – продолжил я. – Мясо уже нарезано и лежит в кладовой. Нужно будет обжарить его с луком, залить бульоном и томить до готовности. Не забудьте, что кабанина жёстче свинины, дайте побольше времени на печи. Я сейчас его замариную, чтобы ароматнее было, а с вас всё остальное. Подавать с картофельным пюре или с гречкой решайте сами.

– А салат? – спросила Людмила. – Мы хотели что-то лёгкое подавать.

– Квашеная капуста, – ответил я. – У нас её много, если сейчас сделать, то к приходу гостей она как раз будет самое то. И обязательно – пирожки. Начинку оставляю на ваш выбор, если успеете, то сделайте и сладкие, и сытные.

– Успеем, – уверенно ответила Грумхильда. – Варвара и Татьяна подойдут, и мы вчетвером управимся.

– Напитки как обычно, – продолжил я. – Компот я сварю сейчас, пока будет время. Тем более яблоки и груши есть, – я перевёл взгляд на Рика и Ника. – Можете сейчас идти на охоту, но к открытию, чтобы вернулись. Хочу ещё в коптильню мяса поставить.

– Будет сделано! – хором ответили братья.

Когда завтрак закончился, мы быстро убрали со стола и разошлись по заданиям. Каролина с Прохором засобирались домой, но перед уходом подошла ко мне.

– Марк, – сказала она негромко. – Вчера ты спас Прохора. Сегодня я буду рядом, если что – я уже поставила пару своих ребят следить за судом. Если Андрей попытается что-то провернуть, мы узнаем.

– Спасибо, – ответил я, и это слово было искренним. – Будь осторожна и береги Прохора.

– Берегу, – улыбнулась она. – А теперь иди. Удачи тебе, Марк. Ты справишься.

На прощание я ей вручил несколько монет на ремонт окна, на что эта неугомонная девица ответила, что потратит их на плотный обед для ребят.

Проводив их, я взялся за готовку. В самый большой котёл налил воды, поставил на огонь и бросил в него кабанину. Добавил пару луковиц целиком, морковь, пару лавровых листьев и перец горошком. Затем, когда бульон закипел, я убавил огонь и, прикрыв крышкой, оставил его томиться.

Пока бульон варился, я достал ещё один котёл для компота. Порезал яблоки и груши, достал изюм, корицы и звёздочки бадьяна. Всё это отправится в закипевшую воду. И уже в конце, сосредоточившись, я мысленно направил по несколько единиц маны в оба котла – в щи на сытость и восстановление сил, в компот – на бодрость и хорошее настроение. Система привычно отозвалась:

Бульон для щей

Качество: превосходное

Свойства: сытость +10%, уют+15%

Компот «Пряный яблочный»

Качество: превосходное

Свойства: бодрость +10%, уют +5%

Я довольно кивнул. Теперь, даже если меня не будет, еда будет работать как надо. А в последние полчаса до выхода успел замариновать мясо, добавив не только специи, но и ману тоже.

– Всё, – сказал я Грумхильде, вытирая руки о полотенце. – Заготовки сделаны, остальное на вашей совести. Надеюсь, надолго меня не задержат. Возможно, даже успею к открытию. В городе нужно, что прикупить, раз там буду?

– Так, вроде всё есть! – ответила орчиха. – Если что, Рика или Ника пошлём. Лучше иди и приведи себя в порядок, а мы со всем справимся.

Я видел, что команда переживает за меня. Даже дети, которые ещё не понимали причины, но чётко улавливали настроение старших. Так что я переоделся, ещё раз проверил документы и вышел к остальным, полностью готовый к бою. Каждый счёл своим долгом сказать мне что-то хорошее. Людмила помахала полотенцем, Керина крикнула: «Не волнуйся, всё будет хорошо!», а Фёдор, выглянув из-за двери, добавил: «Если что, я могу прийти и подпереть дверь топором». Я в ответ только усмехнулся, но тепло разлилось по груди от этих слов.

Бекон уже ждал меня у выхода, бросая в мой адрес нетерпеливые взгляды. Он явно хотел поскорее покончить со всеми проводами и тронуться в путь. Я подошёл к нему и погладил по спине.

– Идём, рыжий, – сказал я. – Нас ждёт Бешаль.

Мы вышли во двор. Буян уже ждал у коновязи, запряжённый Фёдором, и нетерпеливо перебирал ногами. В его глазах было то же напряжение, что и у меня. Я подошёл и протянул коню яблоко, которое захватил с кухни, а потом запрыгнул в седло. Бекон прыгнул ко мне и устроился под курткой. Я тронул поводья, и мы помчали вперёд.

Дорога прошла быстро, хотя мне казалось, что время тянется бесконечно. Я въехал в городские ворота, когда солнце только поднялось над крышами. На улицах было уже многолюдно – торговцы открывали лавки, горожане спешили по делам, а у ратуши толпились люди. Слух о суде разлетелся по городу, и многие пришли посмотреть на исход противостояния.

Встречали нас с котом бурным обсуждением. Из середины рядом протиснулся Пышка, всучил мне мешок с плюшками и молча хлопнул по плечу. Пузырь расталкивать людей не стал, дождался, когда я его замечу, и кивнул своим помощникам. Те приволокли корзину рыбы и поставили передо мной.

– Винтер, чтобы у тебя всё было! – рявкнули они и отбыли.

Мы с котом переглянулись. Я с недоумением, Бекон с предвкушением.

– Заберу после суда, – я кинул стражнику монетку. – И за конём присмотрите.

И, не оглядываясь, прошёл в зал суда. Внутри тоже было тесно и шумно. Ажиотаж вокруг этого заседания дошёл до безумия, и люди готовы были на головах друг у друга сидеть, лишь бы послушать доводы сторон.

Андрей и адвокат уже сидели на своих местах, позади них ещё человек пять, которые ловили каждое слово Винтера. Стол перед ним был завален бумагами. Я скользнул по ним снисходительным взглядом и занял лавку напротив и изобразил на лице скуку. Кот устроился рядом. За моей спиной сидели Кублицкий, Шубин и Солетта Васильевна.

– Господин Марк, вы готовы? – тихо спросила секретарь, увидев, что передо мной нет ни единого документа.

– Да, всё в порядке. Спасибо, что пришли.

– Мяв! – поддакнул кот, и Солетта Васильевна улыбнулась.

Андрей выглядел бледным, но его глаза горели холодным огнём. Когда он увидел меня, на его губах мелькнула злорадная улыбка, и я понял, что у него действительно есть что-то серьёзное. Мне стало интересно, что именно. В груди появился огонёк азарта и предвкушения.

Судья занял своё место, громко постучал молоточком, и через минуту в зале воцарилась тишина. Зрители переводили взгляды с меня на Андрея, замерев от любопытства.

– Заседание по делу о праве на наследство и земли рода Винтеров объявляю открытым, – провозгласил судья. – Вчера было установлено, что Марк Винтер является законным представителем рода Винтером. Истец, Андрей Винтер, заявляет, что имеет в своём распоряжении некий документ, который подтверждает, что он единоличный владелец вышеуказанного наследства, включающего в себя и трактир «Сытый Вепрь». Прошу представить его.

Адвокат Андрея неторопливо поднялся, поклонился всем присутствующим и вытащил из папки пожелтевший пергамент с красной печатью. Лицо адвоката светилось торжеством, а документ он держал с величайшим почтением. Буквально кончиками пальцев.

– Ваша честь, – начал адвокат, – перед нами подлинное завещание Демьяна Винтера, написанное им за несколько месяцев до смерти. В нём он ясно и однозначно указывает, что все его земли, имущество и трактир «Сытый Вепрь» переходят в собственность его старшего брата Ивана Винтера, а в случае его смерти – его сына, Андрея Винтера. Отдельно замечу, что никаких упоминаний о Марке Винтере в завещании нет.

В зале поднялся шум. Люди начали перешёптываться, кто-то ахнул, кто-то покачал головой.

– Как такое может быть? – негромко спросил Кублицкий, не поднимаясь с места. – Я проверял все документы лично, и сейчас впервые вижу это завещание.

– Ещё один удачно найденный документ, – добавил Шубин с ироничной улыбкой.

– Господин казначей, – холодно ответил адвокат, – увы, у меня нет полномочий проверить вашу деятельность, раз у вас нет таких важных документов в архиве. Но завещание, которое я держу в руках, – последняя воля Демьяна Винтера. Оно заверено компетентными лицами и имеет все необходимые печати.

Судья нетерпеливо махнул рукой, и адвокат передал ему пергамент. На несколько мгновений воцарилась тревожная тишина. А я решил из чистого любопытства, запустить «Распознавание магии», уж очень точно высказался Шубин. Слишком вовремя, слишком удобно, слишком правильно.

Пока я смотрел на дымку, которая прошлась по всему залу и подсветила мне охранные и защитные артефакты, судья внимательно осмотрел пергамент и нахмурился.

– Документ выглядит подлинным, – сказал он задумчиво. – Но я должен проверить его более детально.

– Конечно, ваша честь, – кивнул адвокат и передал пергамент судье. – Мы готовы предоставить его для экспертизы.

Я коротко улыбнулся, ведь дымка заклубилась возле судьи, и документ в его руках засиял тревожным фиолетовым светом. Вот так вот! Значит, я правильно думал. Последний ход Андрея. Интересно. Внутри меня не было паники, лишь ледяное спокойствие. Навык «Холодная голова» работал идеально, отсекая лишние эмоции. Бекон у моих ног тихо заурчал, и я погладил его, давая понять, что всё под контролем.

Андрей смотрел на меня с торжеством, явно ожидая, что я вскочу, начну кричать, оправдываться, но нет. Я продолжал сидеть, глядя на него с лёгкой усмешкой, словно происходящее меня не касалось. Его улыбка начала угасать, быстро сменяясь раздражением.

– Что вы скажете в свою защиту, господин Винтер? – спросил судья, поворачиваясь ко мне.

Я с ленцой поднялся, делая вид, что весь этот цирк меня утомляет. Бекон встал рядом, и зрители затихли, ожидая моего ответа.

– Ваша честь, – сказал я, и мой голос прозвучал ровно и спокойно, – для начала, мне важно узнать, что скажет экспертиза по поводу этого документа. Ранее я никогда не слышал, что у моего деда, Демьяна Винтера было завещание. А с учётом событий вчерашнего дня хочется быть уверенным, что документ подлинный.

По залу прошёл шепоток, и судья схватился за молоток.

– Тишина! – он глянул на меня, а потом перевёл взгляд на помощника. – Пригласите дежурного эксперта.

В зале началась суета. Кто-то из чиновников выбежал за дверь, и через несколько минут вернулся с пожилым мужчиной в синей мантии с серебряной вышивкой. В руках он держал посох с сияющим кристаллом наверху.

Андрей вздёрнул подбородок, а адвокат откинулся на спинку стула. Они оба выглядели уверенными в своих силах. Что ж, посмотрим на их лица, когда завещание проверят.

– Ваша честь, – вдруг поднялся с места адвокат, – мне необходимо отметить, что воздействие на документ магией может его разрушить. Мой сотрудник наложил защитное заклинание, которое помогает сохранить текст от повреждений. Это и увидит ваш эксперт.

– Пусть это он сам скажет, – ответил судья.

– Позвольте, ваша честь, – продолжал напирать адвокат. – Неужели заверенная компетентными людьми бумага может вызывать столько споров?

– В мире, где есть магия, – холодно сказал я, – всё нужно проверять.

Адвокат что-то зашептал на ухо Андрею, тот поморщился и дёрнул плечом.

– Если мы каждый чих будем проверять, то заседание затянется до следующего лета, – прорычал он.

– Вам дороже правда или время, господин Винтер? – я приподнял брови.

– Тишина в зале! – судья остановил наш обмен шпильками и глянул на пожилого эксперта. – Господин Рейнур, прошу.

Старик степенно дошёл до судьи, развернулся к нам и поклонился.

– Дежурный маг города Бешаля, – представился он. – Филипп Рейнур. Чем могу быть полезен?

– Прошу вас проверить этот документ на подлинность, – сказал судья, передавая ему пергамент. – Перечислите всё заклинания, которые вы на нём увидите.

Маг взял пергамент и провёл над ним рукой. Вслед за этим движением, кристалл на его посохе слабо засветился. Старик нахмурился, повертел пергамент в руках, поднёс его к свету. В зале стояла абсолютная тишина, зрители затаили дыхание, не отрывая взглядом от эксперта.

– Ваша честь, – наконец, произнёс маг, – на документе действительно есть магический след. Довольно сложная конструкция. Боюсь, вам следует вызвать магистра, чтобы точно сказать, что это за заклинание. Но оно точно есть.

Андрей вскочил с места, с трудом сдерживая раздражение.

– Это защитные заклинания! – быстро сказал он. – Чтобы документ не портился. Обычная практика для таких важных бумаг.

– Господин Винтер, прошу соблюдать порядок, – судья поднял руку. – Маг, можете ли вы точно определить природу заклинания?

– Боюсь, мои навыки не позволяют этого, – признался Филипп. – Заклинание тонкое, сложное. Я вижу только его наличие, но не могу сказать, каково его предназначение.

Андрей едва заметно довольно переглянулся с адвокатом, но я уже стоял на ногах.

– Ваша честь, – сказал я, – вчера мне удалось показать вам истинную силу рода Винтеров, поэтому прошу разрешения самому проверить документ. И если, глубокоуважаемый эксперт не против, то хочу сделать это под его внимательным взглядом.

В зале поднялся гул. Наверное, многие уже в курсе, что было на прошлом заседании, и сейчас хотели снова увидеть мою силу. Эх! Прав был Виталик!

– Вы, господин Винтер? – судья удивлённо поднял бровь. – Вам и такое под силу? Может, вы маг?

– Не совсем, – ответил я спокойно. – Родовая сила помогает не только сделать блюда лучше, но и помогает распознать наложенные на еду чары. Иначе какой из меня был бы повар?

– Резонно, – кивнул судья и посмотрел на эксперта. – Филипп, поможете?

– С большим удовольствием. Родовая сила – это всегда очень интересно!

– Нет! – вдруг крикнул Андрей. – Вы испортите документ! Уберёте защитное заклинание, и пергамент может рассыпаться!

– С чего бы? – теперь я удивился. – Ведь ему и года нет. С чего бы ему рассыпаться? Или, может быть, он старее, чем вы нам сказали?

Андрей набрал в грудь воздуха, чтобы ответить мне, но судья его опередил:

– Я разрешаю. Подойдите к документу. Филипп, смотрите в оба. Не хочу, чтобы единственное доказательство рассыпалось в прах от воздействия магии.

Я подошёл к столу судьи, и маг передал мне пергамент. Встал поближе к эксперту и расположился так, чтобы всем было видно, что я делаю. Мне уже и самому было интересно, почему «Распознавание магии» подсветило завещание. Что-то мне подсказывало, что там не оно вовсе. Хотя вполне может быть, что это действительно лишь защитные чары.

Навык покажет.

Я глубоко вздохнул и сконцентрировался, снова активируя навык. В следующую секунду шкала маны просела на пятьдесят единиц, а по ладоням пробежался стылый холод. Тысяча иголок вонзилась в кожу и тут же развеялись туманом. Чем дольше я стоял, тем тише становилось в зале.

– Ваша честь, – сказал эксперт, – буду комментировать происходящее.

– Слушаем внимательно, – кивнул судья.

– Вижу, как господин Винтер применяет силу. Это не заклинание, а сырая родовая магия, – он на мгновение замолчал. – Анализирующее воздействие. Очень интересно!

Пока он говорил, передо мной заклубился голубоватый туман, подсвечивая линии силы, исходящие от пергамента. Теперь, когда завещание было рядом, я смог разглядеть каждую нить заклинания. И как раз это меня сильно удивило. Я ожидал увидеть только защиту от порчи, она выглядит как плёнка для ламинирования, но оказалось всё иначе. Навык подсветил мне весь текст! Только печать осталась без каких-либо визуальных эффектов.

– Анализ завершён, – добавил Филипп. – Что дальше?

Я не стал отвечать, активировал «Разрушение чар» и направил его на пергамент. Моя рука на долю мгновения вспыхнула золотистым светом, он перекинулся на пергамент и остался на нём, как приклеенный. В зале кто-то ахнул, раздался сухой стук и скрежет сдвигаемой лавки.

– О! – одобрительно пробубнил Филипп. – Какое филигранное разрушение! Молодой человек, я бы хотел переговорить с вами после заседания. У вас удивительные способности.

– Тише, Филипп! – проворчал судья. – Не отвлекай его.

Я их не слушал, а смотрел, как золотистое сияние стирает наложенные нити магии, оставляя лишь красную печать. Уж она-то точно подлинная.

– Мать честная, – выдохнул Филипп. – Не может такого быть!

Перед нами лежал чистый пергамент, заверенный компетентными лицами. Без единой буквы.

То же самое видел судья, зрители в зале и, конечно же Андрей, который сейчас был чуть бледнее поддельного завещания.

– Ваша честь, – я развернул чистый лист и показал его всем, – вот ваше «завещание». Это подделка. Магия была наложена, чтобы имитировать текст. А вот печать действительно подлинная. Андрей Винтер пытался обмануть суд.

– Ложь! Наглая ложь! – завопил Андрей. – Он сам наложил на него магию! Он уничтожил документ!

– Тишина! – судья стукнул молотком, и голос его прогремел на весь зал. – Я требую тишины!