Текст книги "Ghost Recon: Отряд Призрак (ЛП)"
Автор книги: Грант Блэквуд
Соавторы: Том Клэнси,Дэвид Майклз
Жанр:
Боевики
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)
ДВЕНАДЦАТЬ
СЕВЕРО-ЗАПАДНЫЙ ВАЗИРИСТАН
ГРАНИЦА АФГАНИСТАНА И ПАКИСТАНА
ЯНВАРЬ 2009 ГОДА
MH-60K «Блэк Хок» был модификацией армейского фронтового многоцелевого вертолёта для спецназа – предназначен для переброски ODA и групп «Призраков» на дальние дистанции вглубь вражеской территории. Для этого по обе стороны фюзеляжа, под несущим винтом, крепилась пара внешних топливных баков по 230 галлонов, и как раз сейчас Митчелл наблюдал, как боевики внизу берут эти баки на прицел.
С величественной грацией своего пернатого тёзки пилот прибавил оборотов обоим двигателям «Дженерал Электрик» и резким виражом ушёл из-под огня. Он заложил полный круг, затем спикировал, наводя машину на цели внизу. Пара авиационных пулемётов M134 калибра 7,62 мм, установленных в дверных проёмах, взвыла, прошивая снег огненными трассирующими дорожками, пока боевики талибов ныряли в укрытие.
Стрелки продолжали засыпать цели свинцом, но одна удачно нацеленная граната из РПГ могла оборвать всё это разом – как тогда, на острове Басилан. Их пилот шёл на страшный риск ради Митчелла и его группы.
– Не могу поверить, – вскрикнул Рамирес. – Зона не должна быть горячей!
– Плохая разведка, – сказал Браун. – После всего этого. Плохая разведка.
– «Первый Призрак», я «Блэк Хок два-девять». Иду к хребту к западу от вашей позиции, двадцать метров. Зависну там.
– Принял, «два-девять».
«Блэк Хок» вышел из пике и заложил вираж с набором высоты на юг, стрелки прекратили огонь.
Вдоль всей горной тропы впереди мигали дульные вспышки, будто длинный провод с коротким замыканием протянули по камням и льду.
– Всем слушать, – рявкнул Митчелл. – Эти ребята не ждали нас. Они на маршруте отхода из Афгана. Скорее всего, отсиживались в пещерах до этого момента. Нам просто не повезло со временем. Диас, ты со мной прикрываем дверных стрелков. Браун? Вы с Рамиресом грузите их на борт. Все готовы? Он заходит!
Когда «Блэк Хок» с рёвом пронёсся мимо, и новая волна огня застучала по фюзеляжу, Митчелл повернул голову и увидел, что Рамирес с Брауном берут агентов ЦРУ.
– Нет! – крикнул он, указывая на Рутанга, всё ещё пристёгнутого к носилкам. – Сначала его.
– Принял, – прокричал Рамирес.
– Вот, значит, как, капитан? – крикнул агент Саенс. – Вы решаете, кому жить, а кому умирать?
Митчелл окинул мужчину взглядом, затем повернулся к Диас.
– Выдвигаемся.
Он рванул из укрытия влево, Диас – прямо за ним. Они пробирались по полосе раздробленных валунов и снега, затем упали за узкий гребень пятнистой скалы, откуда можно было опереться на предплечья.
HUD Митчелла вспыхнул таким количеством целей, что он подумал, будто IWS зависла. По его оценке, теперь около тридцати, и кто знает, сколько ещё подойдёт.
– Ищу гранатомётчиков, – объявила Диас, готовая застрелить любого талиба, вскидывающего ракету на плечо в сторону вертолёта. – Есть один. Стреляю!
Если бы не HUD, сержант Маркус Браун вообще ничего бы не разглядел сквозь хлещущий лёд и снег. Поверх этих серых завес светился зелёный контур вертолёта с мигающим идентификатором: «Блэк Хок 29».
Они с Рамиресом перетащили Рутанга через несколько камней, затем боролись с порывами ветра, тянувшими их за плечи, грозя опрокинуть.
Вертолёт теперь был всего в десяти метрах, шасси ненадёжно зависло в метре над зубчатым гребнем. Ровного места для посадки не было, и пилот подошёл так низко, как только осмелился, задрав нос, а несущий винт рубил воздух всего в паре метров от склона горы. Сцена напомнила Брауну то видео с YouTube, где «Блэк Хок» разбился на горе Худ, и теперь эти хлопающие лопасти всерьёз действовали ему на нервы.
Когда они добрались до вертолёта, дверной стрелок, уже прекративший огонь, спустил страховочную обвязку, и Браун с Рамиресом бросились пристёгивать Рутанга. Если бы пилот смог спуститься ещё чуть ниже, они избежали бы этой задержки, но приходилось играть той картой, что выпала, – и как только Рутанг был пристёгнут, они подали сигнал стрелку. Рутанга подняли лебёдкой к открытому люку.
Браун и Рамирес развернулись обратно за агентами ЦРУ. Один готов, ещё двое. Обсуждать это времени не было, но Браун хотел бы поговорить с Рамиресом насчёт решения капитана забрать Рутанга первым. Браун с Рамиресом могли бы эвакуировать обоих агентов за один заход, а потом вернуться за медиком. Не то чтобы это было принципиально – но случись что в промежутке, лучше было бы спасти двоих, а не одного.
Или всё же важнее спасти друга, чем пару агентов ЦРУ, которые, как все знали, могли предать в мгновение ока, если это отвечало бы их интересам?
Браун и раньше работал с Митчеллом, но впервые видел, чтобы капитан проявил личную предвзятость во время задания. С Митчеллом всегда всё было чётко: миссия и группа – на первом месте. Браун называл это профессиональной предвзятостью. И всё же Митчелл мог бы приказать Брауну забрать Рутанга, а Рамиресу – одного из агентов. Браун мог бы тащить медика сам, пусть и медленнее, чем вдвоём. Но Митчелл настоял, чтобы приятеля тащили вдвоём. Даже парень из ЦРУ это подметил. Занятно.
Пуля Диас пришлась талибскому боевику точно в грудь, и выглядело это так, будто он проглотил гранату. РПГ, которую он держал на плече, отлетела бумерангом, увлекая за собой то, что от него осталось.
Люди часто спрашивали, задевает ли её мрачная природа этой работы. Спрашивали, как военные готовят тебя к убийству людей. Она об этом не говорила. Просто делала свою работу так, как её учили. Убирала цели и делала всё возможное, чтобы отстраниться от эмоций. Думала об операторах слева и справа от себя, своих друзьях. Игнорировала тот факт, что у людей, которых она убивала, могли остаться семьи.
Но возможно ли убивать без вины, без раскаяния? Может быть, для кого-то – да.
Именно подсознание брало над Диас верх. Всегда находились демоны, поднимавшиеся из болот ночи и марширующие через её комнату, роняя капли крови и рыча, что вернулись за местью.
Она просыпалась резко, в холодном поту, продрогшая. Но знала: это часть работы. Адаптируйся и двигайся дальше, всегда говорила она себе.
Диас снова обшарила взглядом гору, заметила второго парня, вскидывающего РПГ.
В ту же секунду Рамирес доложил, что они с Брауном почти у вертолёта с обоими агентами ЦРУ. Хорошо, но если Диас не достанет следующего…
Пока она наводилась, грохот стрельбы и рёв двигателей вертолёта сузились до её собственного дыхания, только дыхания – будто она в акваланге, снова на рифе в Косумеле.
Прямо сейчас, насколько её это касалось, во всём мире оставалось всего два человека, и она собиралась сократить это число ровно на одного.
Прицельная сетка зависла на цели. Мужчина носил тяжёлый шерстяной пакол, натянутый на уши. Он поворачивался к «Блэк Хоку», когда Диас произвела выстрел.
Она ожидала как минимум облачко дыма из груди, может, немного крови.
Ничего. Она промахнулась.
Что за чёрт?
Карлос и Томас злорадно завопили в ушах.
Ледяная паника взметнулась вдоль позвоночника Диас, пока она заново прицеливалась и стреляла, но было уже поздно. Да, он умер, но его РПГ уже была в воздухе.
Рамирес отвёл взгляд и поморщился, когда агент Вик, сидевший в снегу рядом с напарником Саенсом, закончил кашлять и блевать.
– Рад, что вы вернулись, – сказал Саенс. – Теперь мы знаем, чего стоим для вашего капитана.
– Мы эвакуируем сначала тяжелораненых, – процедил Рамирес сквозь зубы.
Саенс усмехнулся и фыркнул.
– Как скажете, солдат. – Он взглянул на Вика. – Гляньте на него. От всей этой беготни и наркотиков… нас уже мутит.
– А вот вас сейчас отсюда вытащат, – сказал Браун, поднимая Саенса на ноги.
Рамирес зашёл за спину Вика и напрягся, борясь с немалым весом крупного мужчины.
– Обещай мне кое-что, – сказал он на ухо агенту. – Тебя же не вырвет на меня, а?
Вик снова закашлялся.
– Ох, чувак, – простонал Рамирес, подталкивая мужчину вперёд. – Ну вот, началось.
Капитан и Диас, вместе с одним из дверных стрелков вертолёта, отлично справлялись, отвлекая боевиков на горе, пока Рамирес с Брауном выводили агентов. Пилот отошёл со своей позиции и теперь кружил над головой, атакуя противника. Но как только он увидел, что группа приближается к гребню, а Рамирес криком подтвердил это, он развернулся и пошёл на снижение.
Пока «Блэк Хок» оглушительно висел в воздухе, они подхватили обвязку и трос. Вика пристегнули, и он поднялся первым. За ним последовал Саенс, и даже на полпути, в метре от подъёма в люк, его задело пулей в плечо – Рамирес выругался и закричал наверх, чтобы поторопились.
Затем вспышка мелькнула на краю зрения Рамиреса: один из талибских боевиков выпустил гранату из РПГ.
Рамирес заорал по рации, чтобы пилот взлетал.
Пока рёв двигателей нарастал, он с Брауном сиганул с их маленького уступа, падая как минимум два метра в огромный снежный намёт внизу.
Едва Рамирес утонул в этой белизне, как граната ударила в склон горы, взметнув фонтаны камней и осколков.
Но снег всё продолжал сыпаться, хоть немного прикрывая Рамиреса, крупные комья снега и льда, похожие на пену, проносились над головой, пока он не проскользил ещё несколько метров и не остановился с резким ударом.
Браун остановился рядом с ним в облаке снега.
Рамирес замолотил руками, испытывая облегчение оттого, что закопан в снег лишь на четверть метра. Он сел, когда вертолёт заложил вираж над головой в звёздном ночном небе, – Саенса как раз затаскивали в люк.
Браун подполз рядом, лицо едва различимо за новым камуфляжным костюмом из снега.
– Мы вообще-то должны были умереть.
– «Первый Призрак», я «Блэк Хок два-девять». Ваш груз на борту, разворачиваюсь забрать вас.
– Отставить, отставить, – ответил Митчелл. – Здесь становится ещё горячее.
– Принял. У меня есть ещё одна долина прямо к востоку от вашей позиции. Отметил на вашей тактической карте.
– Ждите. – Митчелл пригнулся за камнем и голосовой командой вызвал тактическую карту на весь HUD. Он нашёл ту вторую долину, отмеченную мигающим зелёным маркером пилота. Приблизил изображение, увидел, что более ровная местность даёт хорошую площадку для посадки, а между ними и наступающими талибами встанет холм. – «Блэк Хок два-девять», садись в той долине, мы подойдём к тебе.
– Уже идём, «Первый Призрак».
– Так, народ, уходим, – сказал Митчелл в рацию. – Отходите ко мне. – Он взглянул на Диас, которая только что поднялась из-за камня, готовясь двигаться.
Позади неё, метрах в тридцати, из-за гребня поднялась фигура, вскидывая винтовку на Диас, – вокруг него появился красный ромб и контур.
Митчелл открыл огонь из винтовки с глушителем прямо над плечом Диас, свалив мужчину, – она обернулась и ахнула.
– Ого. Я вам крупно должна, капитан.
– Сойдёмся на пиве.
– Договорились.
Они рванули вдоль склона, встретились с Рамиресом и Брауном, и все четверо начали подниматься через камни, пробираясь к вершине. Спорадический огонь вгрызался в землю впереди.
Яркий жёлтый квадрат вспыхнул в HUD Митчелла, отмечая новую позицию вертолёта в зоне посадки, и он свернул налево, повёл их вдоль куда более крутого склона, снег проседал под ботинками.
Рамирес, замыкающий, открыл огонь и крикнул:
– Они настигают нас!
Митчелл прибавил темп. Холм вёл их к паре одиноких деревьев, затем должен был снова обрываться и переходить в долину, а за ней – вертолёт.
Он держал курс на деревья, осторожно с каждым шагом.
Вдруг Браун закричал:
– Диас!
Митчелл повернул голову как раз в тот момент, когда Диас, потеряв опору, покатилась вниз по склону. Ей хватило ума прижать руки к груди, что помогло избежать перелома, но превратило её в более обтекаемый снаряд, – и она катилась больше десятка метров, пока наконец не остановилась, лёжа лицом вниз, без движения.
Митчелл рефлекторно рванулся к ней, приказав Рамиресу и Брауну держать позицию и прикрывать его. Дважды он чуть не упал на скрытые под снегом пятна льда.
Он добрался до неё, опасаясь худшего. Медленно взял за плечи, осторожно перевернул на спину.
Она моргнула, закашлялась.
Митчелл выдохнул с облегчением.
– Теперь ты должна мне два пива, – сказал он, затем схватил её за руку, помог подняться. Вместе они начали подниматься обратно, Рамирес и Браун – выше них.
Они продолжали пробиваться назад к деревьям, снег углублялся до высоты голени, покрытый плотной ледяной коркой.
Икры и бёдра Митчелла вскоре начали гореть. Он мысленно поблагодарил каждого инструктора по физподготовке, заставлявшего его когда-либо идти дальше, чем он считал возможным. Такая подготовка окупалась сторицей в бою.
Они начали двигаться быстрее и оказались в паре шагов от деревьев, но тут Браун доложил о контакте с противником:
– Вижу шестерых на вершине холма. Уже семь! Идут за нами!
– Алисия, я сейчас не шучу, – сказал Митчелл. – Нужно двигаться!
– Есть, сэр!
Они вместе рванули к деревьям. Добравшись, остановились перевести дыхание.
– Ты нужна нам прямо сейчас, – сказал он, вскинув бровь.
Она взяла винтовку, осмотрела на предмет повреждений после падения.
– Я в порядке.
– Сними первого – это заставит их дважды подумать.
– Смотри.
Оказаться на плохом конце хорошо скоординированной снайперской атаки – худший кошмар большинства солдат. Люди просто умирают, будто их выдёргивает с земли рука Господа. С каждым павшим падал и боевой дух, а паранойя нарастала до предела.
Митчелл прицелился, но не стрелял, наблюдая через перекрестие, как Диас произвела первый выстрел.
Головной боевик рухнул в снег, заставив остальных броситься на живот, мечтая о ледорубах, чтобы вгрызться в укрытие. Они закричали про снайпера, кто-то отдал приказ подниматься, но остальные запротестовали.
– Рамирес? Браун? К вертолёту! – приказал Митчелл.
– Сэр, даже с глушителем, если я выстрелю снова…
– Знаю, они нас засекут. Как только поднимутся снова, нужен ещё один выстрел.
– Принял.
Митчелл выкроил пару секунд, чтобы в последний раз свериться с данными дрона, прежде чем отправить его обратно к границе, где его подберёт группа поддержки.
– Ох, чёрт, – сказал он вслух. Неведение – это блаженство. Он даже не сказал бы Диас, сколько боевиков вот-вот доберутся до вершины холма.
– Похоже, готовятся подниматься, – сказала Диас.
Митчелл присел рядом с ней.
– В ту же секунду, как выстрелишь, – уходим. Готова?
– Да, погоди. Почти есть выстрел. Почти…
Приглушённый хлопок раздался из винтовки Диас, дозвуковая пуля прошла по склону холма прежде, чем талибский боевик на её пути успел моргнуть снова.
Он повалился. Митчелл и Диас, не теряя времени, рванули от деревьев.
– И это всё, на что ты способен? – спросила Диас, бегом держась рядом с ним. – Шевелись!
Митчелл усмехнулся про себя.
– Это уже три пива. Последнее – за оскорбление. – Он прибавил темп, ботинки теперь скользили по скрытым камням и ледяным пластам.
У подножия холма склон стал круче, вынуждая их спускаться боком, приставным шагом.
Митчелл на миг оглянулся через плечо.
То, что он увидел, лишило его дыхания.
Наконец они выбрались на ровный участок и вошли в поле осыпи – раздробленные, выветренные камни создавали новое препятствие. Митчелл замедлился, огибая несколько крупных валунов слева.
– Давайте, сэр, мы почти пришли, – прокричала Диас.
– Слышу, – ответил Митчелл. – Просто не оглядывайся.
ТРИНАДЦАТЬ
СЕВЕРО-ЗАПАДНЫЙ ВАЗИРИСТАН
ГРАНИЦА АФГАНИСТАНА И ПАКИСТАНА
ЯНВАРЬ 2009 ГОДА
– Боже мой, – сказала Диас.
– Я же говорил не оглядываться, – сказал Митчелл.
– Твои слова и заставили меня оглянуться.
– Вот и весь мой длинный язык. – Митчелл крепче сжал её запястье.
«Блэк Хок», обведённый зелёным на HUD Митчелла, поднимал настоящую бурю, быстро окутавшую их, ледяные частицы впивались Митчеллу в нос, уши и щёки.
Он готов был терпеть боль – этот поток от винта хорошо их маскировал. Талибские боевики в погоне, длинной вереницей хлынувшие с вершины холма, будто римская армия, только что потеряли из виду свои цели.
Но в последней отчаянной попытке они всё же открыли огонь, винтовки хлопали и отдавались эхом позади, пока Митчелл и Диас смещались влево, огибая внешний топливный бак, и добрались до открытого люка. Браун принял Диас, а Митчелл развернулся и открыл ответный огонь, пока не услышал крик Брауна:
– Капитан!
Митчелл обернулся как раз в момент, когда один из миниган-операторов рухнул вперёд на своё оружие, кровь заливала лицо и шею.
– Стрелок левого борта убит, – крикнул Митчелл.
– Капитан, встаньте за пулемёт, – рявкнул пилот.
Под звон пуль, высекающих искры о фюзеляж, пока он забирался внутрь, Митчелл закричал:
– Пошли! Пошли! Пошли!
Браун и Рамирес уже отстегнулись и поднимали раненого стрелка с сиденья, и Митчелл тут же занял его место, взявшись за «гатлинг» обеими руками, используя лазерный целеуказатель AIM-1, наводя все шесть стволов обратно на склон холма. Он снова сместил прицел, плавно поведя оружие влево, пока вертолёт клевал носом вперёд, набирая высоту.
Началось. Он принялся поливать боевиков огнём, пока те бросались ничком, уходя от его прицела. Трассирующие пули вспыхивали из вращающихся стволов, как светящиеся стрелы сотни лучников, выгорая на дистанции девятьсот метров.
Одновременно все раскалённые гильзы выбрасывались из пулемёта через трубку, закреплённую на фюзеляже, и пока пилот закладывал вираж, за ними тянулся длинный след звенящей, кувыркающейся латуни.
Вибрация оружия пробирала Митчелла дрожью до самого позвоночника. Трудно было представить, что он выпускает примерно пятьдесят пуль в секунду. Приходилось тщательно выбирать цели – в коробе оставалось всего четыре тысячи патронов в ленте, прежде чем понадобится перезарядка.
Но пилота это, похоже, не заботило.
– Давай, капитан, не прекращай огонь!
Митчелл повиновался, прошивая рваный шов по холму, HUD и AIM-1 наводили его на красные ромбы, быстро сменяющиеся белыми, пока его шквал огня оставлял за собой стены летящей земли, снега и смерти.
Пока он и второй стрелок вели огонь, Рамирес и Браун занимались Саенсом и раненым парнем, хотя, скорее всего, объяснялись жестами – грохот внутри вертолёта делал голосовое общение невозможным.
Напоминая себе обо всех хороших людях, потерянных в Вазиристане, Митчелл удерживал миниган на цели, прочерчивая новые линии сквозь толпы боевиков, прежде чем «Блэк Хок» заложил правый вираж и пошёл на снижение над холмом, курсом строго на восток, к границе.
Он разжал побелевшую от напряжения хватку на пулемёте и осел в кресле. Каждая мышца ныла. Он мог бы проспать год.
Рука опустилась ему на плечо. Это был Рамирес – он указал на раненого стрелка, затем на Саенса и показал большой палец вверх: оба выживут.
Митчелл кивнул и, когда Рамирес вернулся на своё место, перевёл взгляд на Рутанга, всё ещё едва узнаваемого под распухшим лицом. Медик прошёл через несколько жизней боевого опыта, и Митчелл гордился его возвращением после битвы с депрессией и стрессом. Тот слез с пропранолола и справлялся с ролью хорошего отца. У Мэнди родился второй ребёнок, мальчик, который, по словам Рутанга, определённо был похож на курьера из «ФедЭкс».
Пока Митчелл сидел там, немея от холода и изнеможения, он гадал, что станет с его другом. Сможет ли Рутанг снова подняться?
«Блэк Хок» сел на небольшую расчищенную от льда площадку на окраине авиабазы Баграм в Кабуле, Афганистан. Митчелл попросил Диас остаться с Рутангом, и их вместе с Саенсом, Виком и дверным стрелком перевезли на «Хамви» в армейский полевой госпиталь. Митчелл взял с собой Брауна и Рамиреса на разбор задания к майору Сьюзан Грей и командиру роты, подполковнику Гарольду «Базу» Гордону.
Встреча проходила в продуваемом сквозняками, тускло освещённом ангаре «квонсет», где хранились авиазапчасти и который ВВС одолжили «Призракам». Грей, укутанная и с красным носом, встретила их непривычно тёплой улыбкой и провела к скоплению столов, освещённых тускло-оранжевым светом переносных обогревателей на полу.
Подполковник Гордон откинулся в кресле, на коленях балансировал ноутбук. Он щурился в раздумье, тихо говоря в микрофон-«стрелу» с прикреплённой гарнитурой. Он разговаривал ни много ни мало с самим генералом Джошуа Китингом, чей резкий, надтреснутый голос доносился через треск помех аж из штаба Объединённого командования сил специальных операций (USSOCOM) в Тампе, штат Флорида, – и был достаточно громким, чтобы даже Митчелл его расслышал. Гордон держался вежливо с генералом, который метил в командующие всем USSOCOM, но к концу разговора его тон слегка потемнел, когда он сказал:
– Ценим ваше терпение, сэр.
Митчеллу нравился Гордон, чья белая короткая стрижка подравнивалась еженедельно, потому что быть в форме, по его словам, – так, как и задумал Господь. Митчелл ценил старую школу тактики Гордона и его убеждённость в том, что решают люди. Технология лишь усиливала их навыки.
В сообществе спецназа уже начинали находиться те, кто утверждал, что присутствие «сапог на земле» стало слишком рискованным, слишком разрушительным и слишком расточительным.
Гордон называл таких определёнными частями тела и отмахивался от их дальнейших рассуждений, как от пылинки с рукава. Ему было пятьдесят четыре года, и он любил повторять:
– Я был слишком стар для этого дерьма двадцать лет назад. Представьте, как я наслаждаюсь этим сейчас.
Полковник попрощался, затем вдруг вскочил с кресла и пожал каждому руку, сказав:
– Джентльмены, отличная работа там. Отличная. Прошу, присаживайтесь.
– Сэр, если не возражаете, я постою, – сказал Митчелл, пока Браун и Рамирес плюхались в кресла.
Гордон нахмурился.
– Знаю, Скотт, тебя бесят те боевики в зоне эвакуации.
Митчелл пожал плечами.
– Я предположил, что они были на маршруте отхода, отсиживались в пещерах.
– Мы всё ещё разбираемся, но, скорее всего, ты прав. Мы засекли их только когда вы уже были в зоне. Больше авиаподдержки превратило бы всё в фиаско.
– Что насчёт операции по эвакуации тел? Всё ещё в силе?
Полковник поморщился.
– Отложена, пока эти боевики не уйдут оттуда. Вдобавок надвигается ещё один фронт. Скорость ветра слишком высокая. Придётся ждать, пока пройдёт, – минимум восемнадцать, может, двадцать часов.
– Я хотел бы быть в той группе.
– Знаю, что хотел бы, но этот безумец Уолде в Эфиопии положил глаз на Эритрею, и, подозреваю, начальство захочет видеть там тебя. Я уже хочу видеть тебя там.
– Значит, снова спим в самолёте.
– Капитан, мы ценим вашу помощь в полевых испытаниях нового Кросс-Кома, – сказала майор Грей. – Нам нужны ваши оценки как можно скорее, хотя, слышала, до полного внедрения ещё три-четыре года.
– Жаль, потому что это чертовски хорошая система и отличное оснащение.
– Да, это так – по многим причинам. Теперь, капитан, у меня есть вопрос. Я просматривала записи с вашего HUD и заметила, что вы поправили сержантов, когда они эвакуировали агентов Вика и Саенса.
– Это была наша вина, – выпалил Рамирес. – Медик был ранен тяжелее всех. Нам следовало эвакуировать его первым.
Грей едва повернулась к Рамиресу, который уже сглатывал и опускал голову.
– Простите, майор. Просто подумал, вам стоит знать.
– Я уже знаю.
– Э, отвечая на ваш вопрос, майор, да, я их поправил, – сказал Митчелл.
– Почему?
Митчелл на секунду задумался. Он мог ответить осторожно, а мог выложить всё как есть.
– Давайте на секунду вернёмся назад. Я боролся за назначение на эту миссию. Не секрет, что там был один из моих лучших друзей. Вы знали, что я привезу его домой, и, если честно, я собирался убедиться, что он попадёт на борт – первым. Он и был тяжелораненым, и я не видел в этом проблемы.
– Даже если агенты Вик и Саенс могли обладать сведениями, куда более полезными, чем всё, что мог собрать сержант Макдэниел? Они работали на границе долгое время – куда дольше, чем ваш… друг.
– Это домыслы. У этих ребят из спецслужб, может, вообще ничего нет. А даже если есть…
– После лечения их допросят.
– Да, но они расскажут ровно столько, сколько захотят. Мы все салютуем одному флагу, но не забывайте – их зарплата и премии идут из Лэнгли.
Подполковник Гордон брезгливо вздохнул.
– Майор Грей, если начистоту, мне плевать, в каком порядке капитан эвакуировал людей. По мне, это мелочи. Суть в том, что все выбрались. Конец истории. И, если честно, я поступил бы точно так же, чёрт возьми.
– Спасибо, сэр. – Митчелл прищурился на Грей и мысленно выругался.
Грей приподняла бровь.
– Мне просто любопытно.
Снаружи ангара, по пути обратно к полевому госпиталю, Митчелл остановился и повернулся к Рамиресу и Брауну.
– Думаете, я совершил ошибку?
– Абсолютно нет, – сказал Рамирес. – И не позволяйте Гаубице задеть вас, сэр. Она родилась уже злой.
– А ты, Маркус? Ты не выглядишь таким уверенным.
– Не думаю, что это была ошибка, но…
– Но…
– Вы же знаете, они дышат нам в затылок, следят за каждым нашим шагом. Проявите хоть каплю предвзятости – и они об этом узнают. Вот и всё, что я хочу сказать. Мы всегда были откровенны с вами насчёт того, как к вам относимся, сэр.
Митчелл кивнул.
– Старое напоминание: не позволять этому становиться личным. Знаю. И будь это кто угодно другой…
– Вы поступили правильно, сэр, – сказал Рамирес. – Вы слышали полковника. И чего они, чёрт возьми, ожидали? Если бы их так волновала ваша предвзятость, они бы отказали вам в просьбе возглавить эту миссию. Идёмте.
– Да. Что ж, между нами и ЦРУ и без того нет особой любви, и это делу не помогло. Думаю, в этом и проблема Грей. Я поставил её в неловкое положение.
– Как вы сами сказали, мы все в одной команде, – сказал Браун. – Эти ребята из спецслужб разберутся. И переживут.
Ещё пятнадцать минут ушло на дорогу до госпиталя, и там Браун с Рамиресом отправились с Диас за чем-нибудь тёплым выпить, пока Митчелл навещал Рутанга.
К его удивлению, Рутанг сидел в постели, бодрствующий, с уже подключённой капельницей. Медсестра сказала, что у него уже взяли кровь и запланировали рентген из-за тупой травмы головы и лица.
– Эй, Тэнг, как дела? – спросил Митчелл самым бодрым тоном, на какой был способен.
– Скотт, кажется, с меня хватит. Можешь меня списывать.
– Что бы тебе ни вкололи, действие проходит. Глаза выглядят хорошо.
– Не меняй тему. Я сказал, с меня хватит.
– Хватит чего? Наполнять утку?
– После этого и Филиппин…
– Так, посмотрим, у тебя было две миссии, пошедшие наперекосяк, из скольких – сотни? Это как с самолётами. Слышишь только о крушениях.
– Именно это мне и твердит мой кузен. Ублюдок, кстати, только что стал полковником.
– Молодец он. Но мы говорим о тебе.
Он закрыл глаза.
– Пока они меня били, я всё думал о Мэнди и детях, о том, какой я эгоист, что хочу этим заниматься, и как они меня потеряют – именно тогда, когда я нужен им больше всего. Все предупреждают тебя насчёт семьи.
– Это отговорка.
Он резко распахнул глаза.
– Тогда почему все вокруг холостые или разведённые? Взгляни на себя.
Митчелл скривился.
– Рутанг, сейчас не время для решений о карьере. Сосредоточься на восстановлении.
– Да, как скажешь. – Он отвёл взгляд.
– Слушай меня, брат. Завтра они придут сюда и зададут тебе миллион вопросов. Сделаешь мне одолжение?
– Какое?
– Просто не умничай. Отвечай на вопросы. Люди, на которых я работаю, не отличаются терпением.
– На кого ты работаешь?
– На тех самых нетерпеливых людей.
Рутанг закатил глаза.
– Не опозорю тебя. И есть кое-что, что мне нужно им сказать. Мелочь, но кто знает. Когда группа капитана подобралась близко к торговцам оружием, они достали большое ухо и подслушали разговор. Услышали, как они пару раз упомянули «Прыжок дракона».
– Что ж, уже кое-что. Наверное, кодовое название их операции. Может, разведчики смогут это отследить.
– Надеюсь. Мы там гибли, пытаясь остановить этих ублюдков.
– Твои ребята погибли не напрасно – благодаря тебе.
– Я не герой, Скотт.
– Господи, надеюсь, что нет. Ты бы всех нас опозорил.
Рутанг покачал головой.
– Твои навыки подбадривания? Тебе стоит над ними поработать.
Митчелл улыбнулся.
– А ты – над тем, чтобы поправиться.




























