Текст книги "Открытый заговор"

Автор книги: Герберт Джордж Уэллс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

Когда наконец на остров Провиндер прибыл корабль и забрал троих мужчин и юнгу, свинья все еще оставалась целой и не потерявшей ни грамма бекона, резвой и веселой, а все четверо потерпевших кораблекрушение были в очень истощенном состоянии, потому что в это время года моллюсков бывает мало, съедобные корни найти трудно, а свинье намного лучше, чем им, удавалось находить и выкапывать их, не говоря уже об их переваривании.

Из этой притчи можно сделать вывод, что половинчатое предприятие не всегда является более мудрым или более обнадеживающим, чем всеохватное.

И точно так же, выступая в роли того маленького, но наблюдательного юнги, я бы поддержал утверждение, что ни одно из этих движений частичной реконструкции не имеет того здравого смысла, который предполагают его сторонники. Все эти движения заслуживают внимания только если их можно присоединить ко всемирному движению; все изолированные – бесполезны. Они будут затушеваны и потеряны в общем дрейфе. Политика «всей свиньи» – лучшая, самая разумная, самая легкая и самая обнадеживающая. Если достаточное количество умных мужчин и женщин смогут осознать эту простую истину и посвятить ей свою жизнь, то человечество все же сможет достичь цивилизации, силы и полноты жизни, превышающей все наши нынешние мечтания.

Если они этого не сделают, разочарование восторжествует, и война, насилие и бесполезная трата времени, сил и желаний, даже более отвратительные, чем война, станут уделом нашей расы на протяжении предстоящих веков и до самого ее истощенного и жалкого конца.

Ибо, если наша раса потеряет волю к борьбе за жизнь, то мы должны понимать, что ни один спасательный корабль не держит курс к берегам нашей маленькой планеты.

XVII. Творчески созидательные дом, семья, социальная группа и школа: нынешняя утрата идеалистической энергии

Человеческое общество началось с семьи. Естественная история стадности – это история возникновения взаимной терпимости между человеческими животными особями, так что помет и стадо держатся вместе, а не распадаются. Именно семейная группа выработала ограничения, дисциплину и самопожертвование, которые делают возможным существование человеческого общества, и она же породила наши фундаментальные предрассудки. И именно в такой семейной группе, которая, возможно, станет во многих аспектах расширенной и все более отзывчивой к коллективным и социальным влияниям, мы должны учиться социальной жизни заново, поколение за поколением.

Пока Открытый Заговор не разработает свои собственные методы воспроизводства, в каждом поколении он будет оставаться движением меньшинства интеллектуальных новообращенных. Единому прогрессивному мировому сообществу нужны дом, семья и обучение нового типа. Ему необходимо, чтобы его фундаментальные концепции прочно укоренились в умах как можно большего числа людей и чтобы дети были защищены от инфекции старой расовой и национальной ненависти и зависти, старых суеверий, дурных умственных привычек и низменных понятий о жизни. С самого начала Открытый Заговор будет настраиваться на то, чтобы влиять на существующую машину образования, но в течение долгого времени ему будут противостоять могущественные религиозные и политические силы в школах и колледжах, полные решимости отбросить детей в ту исходную точку, из которой они совершили свой побег, или даже еще дальше. В лучшем случае государственные школы могут пойти на компромисс по допущению некоторого либерализма. Изначально школы и колледжи были носителями традиций и консервативных сил. Такими они остаются в сущности и по сей день.

Организованное обучение всегда имело целью тренировать и направлять ум. Проблема реформирования образования, состоящая в том, чтобы сделать этот процесс освобождающим, а не закрепощающим, еще не решена. Таким образом, на ранних этапах своей борьбы Открытый Заговор будет вынужден пойти в интересах своих детей на определенное сектантство в домашней и общественной жизни, экспериментировать с новыми методами обучения и образовательной атмосферой и во многих случаях, возможно, должен будет подумать об объединении своих семей и создании собственных школ. Во многих современных сообществах, например в англоязычных государствах, все еще свободно практикуется создание образовательных учреждений, заведующих школами особого типа. В каждой стране, где этого права нет, за него нужно бороться.

Это большая работа для различных групп Открытого Заговора. Успешные школы станут лабораториями по тестированию новых образовательных методов и моделей для государственных школ. Мы можем втайне надеяться, что в свое время дети Открытого Заговора обязательно станут социальной элитой. С первых же сознательных моментов своей жизни они начнут разговаривать и думать в кругу здравомыслящих людей, излагающих свои мысли ясно и ведущих себя откровенно, и возврат их в школьную среду к общению с их интеллектуально отставшими и морально незрелыми сверстниками будет напрасной тратой и потерей. Таким образом, мы указали на признаки той фазы, когда будет создана специальная образовательная система для Открытого Заговора. Его дети будут учиться говорить, рисовать, думать, вычислять ясно и тонко, а своим энергичным умом они естественно и легко воспримут широкие концепции истории, биологии и механического прогресса – основы нового мира. Между тем те, кто выросли за пределами прогрессивных образовательных рубежей Открытого Заговора, никогда не подпадут под полное влияние его идей, или они овладеют ими только после жесткой борьбы с массой искажений и тщательно насаждаемых предрассудков. Образовательная кампания для юношества и взрослых, направленная на то, чтобы избавиться от навязчивых взглядов и внушений обычных консервативных и реакционных школ и колледжей, была и долгое время останется важной частью работы Открытого Заговора.

Сколько я себя помню, всегда существовали споры и оскорбительные сравнения между старыми и молодыми. Молодость считает, что старшее поколение притесняет и ограничивает их, а старость находит молодое поколение поверхностным, разочаровывающим и бесцельным, являющим собой яркий контраст с подкорректированными воспоминаниями о своих ранних днях. В настоящее время эти многолетние обвинения расцветают с исключительной силой. Но, похоже, есть доля истины в заявлении о том, что возможностей для легкомысленной жизни как для старых, так и для молодых, сейчас гораздо больше, чем когда-либо. Например, в великих современных сообществах, вышедших из христианского мира, широко распространено мнение, что воскресенье – это просто нерабочий день. Но это определенно не было изначальным предназначением воскресенья. Как мы уже отмечали в предыдущей главе, это был день, посвященный наиболее важным вопросам жизни. Теперь же огромное количество людей даже не претендует на то, чтобы уделять время этим более важным вопросам жизни. Более важные вопросы полностью игнорируются. Церквями пренебрегают, а на их место не приходит ничего объединяющего или возвышающего.

То, что сегодня старший говорит младшему, совершенно верно. В его юности ни один серьезный импульс в его душе не пропадал даром. Его не отвлекала тысяча веселых, но мелких соблазнов, а местные религиозные конфессии, какими бы они ни были, казалось, имели более искреннюю веру и оказывали более ощутимое влияние на его совесть и воображение. Теперь старые религии повреждены и дискредитированы, а новая, более великая – Открытый Заговор – обретает форму лишь постепенно. Примерно десять лет назад социализм проповедовал свои самоуверенные надежды, а патриотизм и имперская гордость соревновались с ним на равных в притягательности своих идей для вечно серьезной, страстной и волевой нарождающейся молодежи. Теперь социализм и демократия «подлежат ревизии», а нации, под флагами которых когда-то так храбро распыляли ядовитый газ, забрызганы кровью и грязью и покрыты стыдом из-за своего явного бесчестия. Молодость всегда остается молодостью, стремящейся к чистоте и идеалам в жизни и способной на восхитительную решительность в поступках. У нее нет естественной предрасположенности к поверхностной и беспорядочной жизни. Ее требование, как всегда, таково: «Что мне делать с собой?» Но сегодня молодой человек выходит из своего детства в безжалостный и циничный мир, в котором нам всем немного стыдно за нашу излишнюю «серьезность». Последние лет десять застенчивый, но наполненный энергией идеализм молодежи был во многом утрачен, ошельмован и дискредитирован, чего, возможно, не было никогда ранее. Он все еще присутствует в мире, но замаскирован и скрывается даже от самого себя в водовороте мелочных волнений и бессмысленных, бросающих вызов обществу безнравственных выходок.

Старые флаги и верования утратили свою магию для молодежи, эта магия уже невозвратима; и если молодости человечества когда-либо суждено вновь обрести свою душу, то она обретет ее именно в той могучей революции, на которую направляет себя Открытый Заговор.

XVIII. Установление мирового контроля и единого мирового государства в результате прогрессивного развития деятельности Открытого Заговора: опасность начальных попыток

В этих «Чертежах» мы обрисовали методы, с помощью которых сбившийся с курса радикализм и конструктивные силы настоящего времени могут, должны и, вероятно, будут собраны вокруг ядра модернизированного религиозного чувства в одно великое и разнообразное творческое усилие. Был показан путь, с помощью которого это усилие может развиться из простой пропагандистской кампании и протеста против современного милитаризма в организованную работу в области научных исследований, распространения публикаций и в эксперимент по реформированию образования, экономики и политики, предваряющий установление того Pax Mundi^[30], который уже стал мучительным желанием множества людей во всем мире. Эти предваряющие усилия и реформы будут игнорировать политические границы сегодняшнего дня и выходить за их пределы. Они будут становиться все более заметными, по мере того как проект будет переходить в стадию попыток реализации. Таким образом, шаг за шагом Открытый Заговор вступит в схватку с силами, которые сегодня поддерживают эти границы.

И он будет выходить не только за пределы топографических границ. Открытый Заговор также устранит и отвергнет многие существующие ограничения правил поведения и социальные предрассудки. Открытый Заговор предлагает и показывает, как положить конец тому огромному субстрату недоразвитых, плохо образованных, порабощенных, эксплуатируемых и расстроенных жизней, на которые опиралась та цивилизация, какую мир знал до сих пор и на которые до сих пор опирается большинство наших социальных систем.

Там, где это возможно, Открытый Заговор будет продвигаться путем просвещения и убеждения. Но ему необходимо постоянно двигаться вперед, и поэтому ему придется бороться с самого начала, даже когда ему еще не будет позволено просвещать и убеждать. Его первая борьба, вероятно, будет за право ясным и доступным языком распространять свою систему идей по всему миру.

Я понимаю: в допущении идеи о том, что любое существующее правительство является временным, есть привкус измены, а в любой критике общепринятых моральных норм есть оттенок безнравственности. Тем более предложение сопротивляться военным налогам и призыву на военную службу, пусть даже и сделанное в мирное время, является преступлением против абсолютных концепций лояльности. Но, предчувствуя грядущие перемены, глубокая мудрость современных атлантических сообществ постоянно расширяла границы свободомыслия уже в нескольких поколениях, так что маловероятно ожидать какого-либо серьезного сопротивления распространению этих взглядов и ранним попыткам организации Открытого Заговора в каком-либо из англоязычных сообществ и по всей Британской империи, в скандинавских странах или в таких либерально настроенных странах, как Голландия, Швейцария, республиканская Германия и Франция. Франция в послевоенные годы поспешно приняла некоторые репрессивные законы против обсуждения ограничения рождаемости и враждебной критики милитаристской политики, но такое ограничение свободы полностью противоречит ясности и открытости французского ума; на практике оно уже было эффективно отвергнуто такими писателями, как Виктор Маргерит^[31], и маловероятно, что Франция пойдет на какое-либо активное подавление начальных этапов Открытого Заговора.

Это дает нам значительную часть современного цивилизованного мира, в котором умы людей могут быть приучены к идее, что их нынешние правительства находятся в положении попечителей великого правительства грядущей эпохи. Вполне представимо, что во всех этих сообществах контуры мирового содружества могут быть материализованы и упрочены, столкнувшись лишь с незначительной борьбой, местными бойкотами, энергичными общественными дебатами, обычными законодательными препятствиями, социальным давлением и открытой политической деятельностью. Полиция, тюрьмы, изгнания и тому подобное, не говоря уже об объявлении вне закона и военных действиях, вряд ли могут быть задействованы в этой борьбе, учитывая высокий цивилизационный уровень атлантических сообществ. Но там, где они будут задействованы, Открытый Заговор должен будет мобилизовать все свои возможности и ресурсы, чтобы стать боевой силой и организовать линии сопротивления.

Непротивление, сужение деятельности только до морального убеждения не входит в планы Открытого Заговора. Перед лицом недобросовестной оппозиции творческие идеи должны стать агрессивными, должны узнавать своих врагов и атаковать их. Благодаря своим собственным организациям или с помощью полицейской и военной мощи правительств, благосклонных к его идеям, движение неизбежно столкнется с борьбой за открытость дорог, открытость границ, свободу слова и водворение мира в странах, чуждых либерализму. Открытый Заговор зиждется на отсутствии уважения к национальности, и поэтому нет причин, по которым он должен терпеть токсичные или препятствующие ему правительства только потому, что они удерживают свои позиции на том или ином клочке территории, обжитой человечеством. Вполне во власти атлантических сообществ водворить мир во всем мире и обеспечить беспрепятственное передвижение и свободу слова от края и до края земли. Это те условия, на которых должен настаивать Открытый Заговор. Англоязычные государства, Франция, Германия, Голландия, Швейцария, скандинавские страны и Россия, невзирая на недостаток откровенности и взаимопонимания между ними, могли бы, на основе общности в расположении к идеям Открытого Заговора, перестать вооружаться друг против друга и все же проявить достаточно силы, чтобы обеспечить разоружение и уважение к свободе человека во всех уголках планеты. Было бы фантастической педантичностью ждать, что весь мир добровольно присоединится к нам прежде, чем будет принужден к миру и подвергнут контролю.

Наиболее противоречивым фактором современной либеральной и радикальной мысли является ее предубеждение против вмешательства высокоразвитых современных государств в дела менее стабильных и менее развитых стран. Это объявляется «империализмом» и считается преступлением. Безусловно, такое вмешательство могло принимать гротескные и опасные формы в условиях угасающих ныне традиций национальной конкуренции, но по мере того, как происходит слияние атлантических государств, возможность и необходимость установления мирового контроля над странами с неэффективным управлением и внутренними беспорядками возрастают. Великая Война, подобная войне 1914–1918 годов, может никогда не повториться. Здравый смысл человечества может ее предотвратить. Но человечеству предстоит еще много реальных войн на всех рубежах: против националистического разбоя, против отживших лояльностей и традиций, которые, в конце концов, станут не лучше, чем оправдания для разбоя или обструкции. Весь политический вес Открытого Заговора будет на стороне мирового порядка и против той локальной суверенности, которая удерживает подчиненных ей людей от гражданства мира.

Но в этой широко открывающейся перспективе объединения политических сил под влиянием импульсов Открытого Заговора таится тысяча антагонизмов и препятствий, подобных коварным оврагам, ущельям и зарослям на обширном и далеком ландшафте. Мы не знаем, какие неожиданные пропасти могут сейчас открыться перед нами. Открытый Заговорщик может осознавать свою принадлежность к одной из наступающих и побеждающих сил, но по-прежнему обнаруживать, что он не достигает численного перевеса и проигрывает на своем собственном конкретном поле битвы. Пока никто не может предсказать возможную силу реакции против объединения мира, никто не может предвидеть масштабы разногласий и недоумений, которые могут возникнуть между нами. Идеи, изложенные в этой книге, возможно, распространятся без какого-либо серьезного сопротивления в большинстве цивилизованных стран, но все еще существуют правительства, при которых настойчивое выражение таких мыслей будет рассматриваться как преступление и приводить мужчин и женщин в тюрьму, к мучениям и смерти. Тем не менее эти идеи должны быть высказаны.

Пока Открытый Заговор является не более чем дискуссией, он может распространяться без какого-либо сопротивления, потому что он попросту игнорируется. К нему могут относиться толерантно, так же как к пассивному сопротивлению милитаризму. Но по мере того, как его знания и опыт накапливаются, а его организация становится более эффективной и агрессивной, по мере того, как он начинает протягивать руки к образованию, социальному укладу, развитию бизнеса, по мере того, как он начинает брать на себя организацию общества, он выводит на арену военных действий не только свои войска, но и войска своих врагов. Многие интересы окажутся ограниченными и поставленными им под угрозу, и он может легко вызвать самое опасное из массовых человеческих чувств – страх. Совершенно непредсказуемым образом он может поднять против себя бурю, превосходящую все наши нынешние представления. Наша концепция почти бескровного установления господства над атлантическими сообществами может быть просто самоуверенной мечтой мыслителя, чьи мысли еще предстоит проверить на практике.

Мы даже не уверены в успехе водворения всеобщего мира. На пути человечества может разразиться буря новой Великой Войны, которая принесет с собой более жестокие репрессии и более серьезные травмы, чем ее предшественница. Строительные леса и рабочие времянки Открытого Заговора могут сильно пострадать от этого торнадо. Восстановление прогресса после этого разрушения может показаться почти безнадежной борьбой.

В новой религии не принято терпеть ненужные трудности или изо всех сил искать мученичества. Если мы можем делать свою работу легко и с удовольствием, значит, это нужно делать. Но нельзя уклоняться от работы потому, что она не может быть выполнена легко и с удовольствием. Мечта о спокойном и освобожденном мире, перед которым открыт простор для бесконечного роста знаний и сил, стоит любой опасности, стоящей на этом пути. А поскольку в этом мятущемся веке мы обречены жить несовершенно и умереть в любом случае, то не лучше ли пострадать, если потребуется, и даже умереть для великой цели, чем жить и умереть бесцельно? С самого начала развития человечества претворение мечты в реальность никогда не было легким делом. Установление единого мирового государства наверняка потребует свою цену в тяжелом труде, страданиях и крови – и кто знает, какой может быть эта цена?

XIX. Человеческая жизнь в грядущем мировом содружестве

Новая жизнь, которую Открытый Заговор пытается достичь с нашей помощью для человеческой расы, – это прежде всего жизнь освобожденная.

Каждый человек, несомненно, может быть освобожден от гнета непрестанного труда, а страдания от обилия инфекционных болезней и нарушений в развитии вследствие несбалансированного питания перестанут быть частью человеческого опыта. В настоящее время мало кто из людей может похвастаться совершенным здоровьем и благополучием, за исключением коротких счастливых периодов, но когда-нибудь радость физического благополучия станет общим уделом всего человечества.

И человек будет в значительной степени освобожден не только от естественных зол. Его душа не будет преследуема чудовищными и иррациональными страхами и не падет жертвой злого порыва. С самого рождения человек будет напитываться красотой и щедростью, а его ум и руки будут чистыми и совершенными. Он будет чувствовать лучше, желать лучше, думать лучше, видеть, осязать и слышать лучше, чем сейчас. Подсознательная часть его души больше не будет мятежным подпольем, где жестоко подавляются неосознанные внутренние импульсы. Освобождение этих импульсов вполне возможно. Сейчас они рождаются из его подавленных желаний, ускользают от него и дразнят его, потому что случай, смятение и убожество правят его жизнью. Все дары судьбы сокрыты от него и потеряны для него. Он все еще обречен подозревать и бояться. Никто из нас не может сказать, что он вполне честен перед собой, внутренне свободен и счастлив, но придет день, когда большинство людей станут такими. Перед человечеством стоит перспектива не только здоровья и благополучия, но и великодушия.

В условиях мира и свободы, которые дарит нам Открытый Заговор, могут быть реализованы все те прекрасные вещи, которые ускользают от нас сейчас. Человечество станет умнее, сильнее, красивее, будет жить дольше и займется изучением и развитием все новых открывающихся возможностей своей судьбы. Впервые его неторопливым взорам откроется вся красота этого мира. Его мысли в сравнении с нашими мыслями будут как мысли взрослого человека в сравнении с сумбурными мысленными экспериментами ребенка. И все лучшие из нас будут жить этой более наполненной жизнью, поскольку в каждом взрослом человеке все еще живет ребенок со всем тем, что он попробовал и чему научился. Когда мы были детьми, мы не умели думать или чувствовать так, как думаем и чувствуем сегодня, но сегодня мы все еще можем оглянуться назад и вспомнить кое-что из неведения, догадок и дерзких надежд тех почти забытых лет.

Так же и человечество – все мы, живущие сегодня разъединенно в ожидании будущего объединения на новой основе, будем вспоминать с теплотой и пониманием безнадежные желания и отчаянные усилия нашего нынешнего века.

Насколько мы можем предугадать жизненный уклад, обычаи, громадные предприятия и планы, постоянно растущие знания и могущество грядущих дней? Не больше, чем ребенок со своей бумагой для каракулей и коробкой с кубиками может изобразить или смоделировать занятия, предстоящие ему во взрослом возрасте. Наша битва – с жестокостью и разочарованием, глупыми, мрачными и ненавистническими проявлениями, от которых мы наконец-то избавимся не столько как победители, завоевавшие мир, сколько как спящие и пробуждающиеся на рассвете от ночного кошмара. От любого сна, каким бы мрачным и ужасным он ни был, можно избавиться, осознав, что это сон, говоря: «Я проснусь».

Открытый Заговор – это пробуждение человечества от инфантильного кошмара, борьбы за существование и неизбежности войн. Дневной свет проникает к нам через закрытые веки, и многоголосье звуков утреннего шума доносится до наших ушей. Придет время, когда люди будут сидеть с очерком Истории перед собой или с какой-нибудь старой газетой в руках и недоверчиво спрашивать себя: «Да был ли когда-нибудь такой мир?»

notes

Примечания

1

Фабианец – член Фабианского общества, основанного в Лондоне в 1884 году. Данное общество проповедовало идеи социализма, но его приверженцы были категорически против революционного перехода к социализму, выступали за эволюционную трансформацию тогдашнего капиталистического строя в социализм. Позднее из Фабианского общества в Англии родилась Лейбористская партия.

2

Мальтузианец – приверженец мальтузианства, демографической и экономической теории, созданной в конце XVIII века англичанином Томасом Робертом Мальтусом. Согласно этой теории, население, если его рост ничем не сдерживается, увеличивается в геометрической прогрессии (стремится к удвоению каждые 25 лет), тогда как производство средств существования (прежде всего, продуктов питания) – лишь в арифметической, что неминуемо приведет к голоду и другим социальным потрясениям. Последователи Мальтуса вносили в теорию свою коррективы. В результате мальтузианство трансформировалось в неомальтузианство. Учение имеет множество сторонников и ныне, в XXI веке.

3

Примечательно, что в приложении к упомянутой книге Джон Колеман дает список членов Комитета 300 за все время существования этой закулисной организации. Он насчитывает несколько сот имен. Среди них лишь два писателя. Кроме Герберта Уэллса в списке числится английский писатель Олдос Хаксли, автор романа-антиутопии «О дивный новый мир» (1932). Герберт Уэллс и Олдос Хаксли были знакомы, принадлежали к одному и тому же кругу британской интеллектуальной элиты. Не исключаю, что при написании «Открытого заговора» Уэллсом были учтены некоторые идеи Хаксли. Равно нельзя исключать влияния Уэллса на написание Олдосом Хаксли романа «О дивный новый мир».

4

Катасонов Валентин. Антиутопии: заговор против человечества без грифа «секретно». – М.: «Кислород», 2020.– 544 с.

5

Книга «Наука жизни» – преимущественно о биологии. Написана в соавторстве с Джорджем Филипом Уэллсом и Джулианом Хаксли. Книга получилась очень объемной, первое ее издание было в трех томах.

6

Алан Джон Персиваль (Эй Джей Пи) Тейлор (Alan John Percivale «A. J. P.» Taylor, 1906–1990) – английский историк, специализировавшийся на истории международных отношений и европейской дипломатии XIX и XX веков. Журналист и телеведущий.

7

Арнольд Джозеф Тойнби (Arnold Joseph Toynbee, 1889–1975) – английский историк, социолог, философ и культуролог. В 1943 году глава исследовательского отдела британского МИДа по вопросам послевоенного устройства мира. Профессор Лондонской школы экономики и Лондонского университета. Исследовал международную историю и процессы глобализации, критиковал концепцию европоцентризма. Автор многих работ, статей, выступлений и презентаций, а также 67 книг, переведенных на многие языки мира. Наибольшую известность ему принес его 12-томный труд «Постижение истории».

8

Джозеф Хилэр Пьер Рене Беллок (Hilaire Belloc, 1870–1953) – писатель и историк англо-французского происхождения (с 1902 года подданный Великобритании). Один из самых плодовитых английских писателей начала XX века. Был горячим сторонником Римско-Католической Церкви.

9

Джулиан Сорелл Хаксли (Sir Julian Sorell Huxley, 1887–1975) – английский биолог, эволюционист и гуманист, политик. Один из создателей Синтетической теории эволюции. Первый генеральный директор ЮНЕСКО, также сыгравший одну из основных ролей в создании этой организации, и Всемирного фонда дикой природы.

10

Томас Генри Гексли (или Хаксли) (Thomas Henry Huxley, 1825–1895) – английский зоолог, популяризатор науки и защитник эволюционной теории Чарлза Дарвина (за свои яркие полемические выступления он получил прозвище «Бульдог Дарвина»).

11

Кокни – уничижительное прозвище уроженцев Лондона из средних и низших слоев населения.

12

Джон Мейнард Кейнс (John Maynard Keynes, 1st Baron Keynes, 1883–1946) – английский экономист, основатель кейнсианского направления в экономической науке. В 1999 году журнал Time включил Кейнса в число самых важных людей века, утверждая, что «его радикальная идея о том, что правительства должны тратить деньги, которых у них нет, может спасти капитализм». Возникшее под влиянием идей Кейнса экономическое течение впоследствии получило название кейнсианство. Считается одним из основателей макроэкономики как самостоятельной науки.

13

Престон Стерджес (Preston Sturges, 1898–1959) – американский кинорежиссер, сценарист, драматург.

14

Джордж Орсон Уэллс (George Orson Welles, 1915–1985) – американский кинорежиссер, актер, сценарист, который работал в театре, на радио и в кино. Его фильмы отмечены изобретательностью в технических решениях.

15

Чарльз Перси (Си Пи) Сноу, барон Сноу (Charles Percy «C. P.» Snow, Baron Snow, 1905–1980) – английский писатель-реалист, физик, химик и государственный деятель. Рыцарь-бакалавр, командор ордена Британской империи.

16

Сидней Джеймс Вебб (Уэбб), барон Пассфилд (Sidney James Webb, 1st Baron Passfield, 1859–1947) – английский экономист и политический деятель социал-демократического толка, лидер фабианства, один из основателей Лондонской школы экономики и политических наук. Лорд (с 1929 года) Сидней Вебб – профессор основанного им учебного заведения, занимал посты министра торговли, доминионов и колоний. Сидни Уэбб и его жена Беатрис Поттер Уэбб были викторианскими социалистическими активистами, лидерами Фабианского общества, а затем и Британской лейбористской партии.

17

Бертран Артур Уильям Рассел, третий граф Рассел (Bertrand Arthur William Russell, 3rd Earl Russell, 1872–1970) – британский философ, логик, математик и общественный деятель. Известен своими работами в защиту пацифизма, атеизма, а также либерализма и левых политических течений. Внес неоценимый вклад в математическую логику, историю философии и теорию познания. Менее известны его труды по эстетике, педагогике и социологии. Рассел считается одним из основателей английского неореализма, а также неопозитивизма.

18

Версальский мир – точнее, система мирных договоров, заключенных во Франции в 1919–1920 годах с побежденными Центральными державами, – стал первым в новейшей истории европейским мирным соглашением, которое было просто продиктовано проигравшей стороне, а не стало результатом переговоров победителей и побежденных.

19

Библейский образ ханаанских городов, подлежавших разрушению по воле Божией.

20

Давид Любин (David Lubin, 1849–1919) был купцом и земледельцем. Он сыграл решающую роль в основании Международного института сельского хозяйства в 1908 году в Риме. Родился в Клодаве (Польша). Его семья переехала в Англию в 1853 году.

21

Пьер-Жозеф Прудон (Pierre-Joseph Proudhon, 1809–1865) – французский политик, публицист, экономист, философ-мютюэлист и социолог. Был членом французского парламента и первым человеком, назвавшим себя анархистом. Считается одним из наиболее влиятельных теоретиков анархизма.

22

Святой Георгий Победоносец считается покровителем Англии и Британской короны.

23

Уильям Уинвуд Рид (William Winwood Reade, 1838–1875) – британский философ и антрополог, исследователь Африки. На мировоззрение Рида, нашедшее выражение в этом сочинении, существенно повлиял социальный дарвинизм и идеи позитивизма.