Текст книги "Якудза из клана Кимура-кай 3 (СИ)"
Автор книги: Геннадий Борчанинов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)
На всякий случай я вышел проверить, не ждут ли они меня на улице у входа. Так и оказалось.
– Опаздываешь, – вместо приветствия сказал Фурукава.
Вместе с ним отирались ещё пятеро, и мне вдруг вспомнилось, как я подрался с ними всеми здесь, у станции. Теперь они в драку не лезли, уважительно поздоровались.
– Это вы опаздываете, – раздражённо заявил я. – Мы условились встретиться на станции, а не возле неё.
Ответа у них не нашлось.
– Идём, – приказал я.
Дружной толпой вернулись к поездам. Из пятёрки чинпира я не знал только одного, но он и не подумал представиться, когда мы здоровались, так что я даже не стал спрашивать его имени. Ладно хоть за проезд каждый расплатился сам, в какой-то момент у меня возникло ощущение, будто они рассчитывают на то, чтобы это сделал я.
Сели на поезд, все остальные пассажиры поспешили перейти в другие вагоны, подальше от неприятного соседства. Шумная компашка чинпира и мне не слишком-то нравилась. Фурукава Сатоши тоже держался с ними холодно, отстранённо, как будто бы внял моему совету и решил наконец для себя, кто он теперь и с кем.
– Эй, Кимура! А деньги у тебя с собой? – развязно обратился ко мне Араки-кун.
Я в недоумении поднял бровь и посмотрел на Фурукаву, тот, мигом считав ситуацию, наградил дерзкого чинпира подзатыльником.
– Помни, с кем говоришь! – рыкнул Фурукава-кун, и я кивнул, глядя, как преображаются гопники.
– Деньги вас будут ждать после выполнения задачи, не раньше, – сказал я.
Все пятеро сразу же поникли. Надо бы подбодрить.
– Молодые люди! Мы, японские, друг друга не обманываем! – заявил я. – Делов на десять минут, это я вам говорю точно, как есть!
Меня перебило автоматическое объявление о том, что поезд прибывает на станцию Отэмати. В вагон вошли несколько катаги, но, завидев нас, поспешили убраться в соседние вагоны.
Как только поезд тронулся и мы снова остались в вагоне одни, я продолжил.
– Приезжаем, ищем китайцев, их там немного, – сказал я. – Устраиваете махач, без лишних соплей, базарить там не о чем. Втаптываете их, сколько будет там, если подмога к ним придёт, уходите. Главное, вот это на месте оставьте.
Я протянул записку Араки-куну. Тот взял её осторожно, словно я выдал ему конверт со спорами сибирской язвы, развернул, прочитал, едва ли не по слогам.
– Окамото Коджи… Это кто вообще? – спросил он.
– А это вас волновать не должно, – сказал я. – Записку оставишь рядом с кем-нибудь из китайцев.
Араки-кун и остальные чинпира понятия не имеют о Санакагава-гуми. А вот китайцы в Кабуки-тё наверняка знают это имя. Да и бланк видеопроката, на котором написаны имя и номер, должен навести их на след «Турбо-VHS»,а дальше уже дело техники.
– Ладно, оставим, – пожал плечами Араки.
– Это и есть главная цель, – произнёс я, стараясь вколотить эту мысль в деревянные головы чинпира. – На китайцев в целом насрать. Разбейте пару бошек, и хватит с них.
– И за это ты платишь полмиллиона? – не удержался от вопроса Йоичи.
– Если есть возражения и ты не знаешь, куда столько денег потратить, могу заплатить меньше, – сказал я, и все чинпира подобострастно заржали.
– Не-не-не! – замахал руками Йоичи.
На станции Коккай пересели на другую ветку, поехали дальше. В целом дорога от Кита-Сэндзю до Кабуки-тё занимала около сорока минут, и в эти сорок минут я узнал об уличной жизни района больше, чем за всё время жизни в нём, хотя чинпира просто общались между собой, перемывая кости знакомым.
На станции Сэйбу-Синдзюку мы вышли и направились в сторону китайского квартальчика внутри Кабуки-тё, по пути я заметил нескольких человек в чёрных костюмах, а среди них – Оду и Такую. Сделал вид, будто мы незнакомы, они поступили точно так же, и мы разошлись по разным улочкам. Не знаю, куда направились они, а мы пошли к китайскому ресторанчику, где подавали пельмени-гёдза.
Мы с Фурукавой остались чуть в стороне, как генерал и адъютант на холме, с которого открывается вид на поле битвы, а вот чинпира, накручивая себя перед дракой, помчались к пельменной. Кто-то из них метнул в витрину осколок кирпича, стекло с громким звоном брызнуло во все стороны, возвещая о начале побоища. Резня в Кабуки-тё началась.
Глава 11
Китайцы высыпали из ресторанчика дружной гурьбой, небольшим, но слаженным отрядом. Четверо крепких парней в дешёвых спортивных костюмах, они тут же принялись орать что-то на китайском и ломаном японском, пытаясь выяснить, что вообще происходит, но чинпира не дали им никакого ответа. Они просто бросились в драку, размахивая припасёнными цепями и дубинками.
Мы с Фурукавой наблюдали с противоположной стороны улицы, ещё несколько зевак остановились, завороженно глядя на драку, кто-то побежал в кобан за полицией, несколько девушек пронзительно закричали. Я с нескрываемым удовольствием смотрел, как чинпира, пользуясь численным преимуществом и эффектом внезапности, опрокидывают и сминают китайскую банду, вернее, её малую часть.
Всё прошло стремительно, в считанные минуты. Вот летит кирпич, бьётся витрина, выбегают китайцы, чинпира кидаются на них и в несколько секунд опрокидывают. Немного пинают лежащих ногами, Араки бросает записку прямо на одного из них. И чинпира бодрой трусцой покидают поле битвы, до того, как сюда явится полиция или подкрепление из китайцев. Значит, и нам пора.
– Прошло, как по маслу, да? – ухмыльнулся Фурукава, когда мы с ним скрылись в переулке неподалёку.
– Рано радуешься, – возразил я.
Мы быстрым шагом шли обратно к станции. По плану мы должны встретиться там с исполнителями и сесть на поезд обратно в Кита-Сэндзю, передать деньги я планировал именно там.
Жаба, разумеется, душила. Холодными склизкими лапами стискивала горло, заставляла вспоминать каждую иену из пятисот тысяч, жарко шептала на ухо, что эти деньги можно потратить гораздо эффективнее. Но если кинуть своих исполнителей, никто не будет со мной работать, и это гораздо хуже. Придётся выложить полмиллиона за пару минут работы, больше, чем самой элитной проститутке.
Около станции мы замедлились. Парни должны быть уже здесь, на месте, мы хоть и шли разными дорогами, но подойти должны были примерно в одно и то же время, так что я рыскал взглядом по прохожим, выискивая наших победителей. В любом случае, они знают, куда идти и куда потом ехать.
– Где это они задерживаются, – пробормотал Фурукава.
А потом я увидел и понял, где. Пятёрка чинпира со всех ног бежала к станции, а за ними бежали по меньшей мере полсотни китайцев. С самыми недобрыми намерениями.
Я аж выкинул сигарету, которую не успел закурить. Китайцы бежали с оружием в руках, с ножами, трубами, битами, цепями, словно древняя армия. Мне стало не по себе, словно бы на нас мчался грузовой поезд. Так оно и ощущалось, учитывая, что мы оказались прямо у них на пути.
С одной стороны, мы с Фурукавой были как бы не при делах, сильно сомневаюсь, что нас видели на той стороне улицы и успели запомнить в лицо. С другой стороны, бережёного Бог бережёт, и мы поспешили скрыться на станции. Не бежали, это однозначно будет воспринято как приглашение на казнь, просто влились в толпу и быстрым шагом направились к поездам.
Чинпира нас обогнали, им повезло, как раз подошёл очередной поезд, и они, распихивая других пассажиров в стороны, юркнули в вагон. Китайцы за ними не полезли, наоборот, завидев станционных полицейских, они, разочарованно ругаясь на кантонском, поспешили обратно, раствориться в переулках и подворотнях Кабуки-тё.
– Делов на десять минут, да? – тихо спросил Фурукава.
– Даже быстрее управились, – пробормотал я, взглянув на часы.
Сатоши-кун нервно усмехнулся и мы принялись ждать следующего поезда. Китайцы отсюда незаметно рассосались, зато полиция засуетилась, прибежав по чьей-то жалобе целым летучим эскадроном. Правда, понаблюдать за их действиями нам не довелось, подошёл поезд, и мы, сливаясь с толпой, вошли в вагон, покидая место не случившегося преступления и Кабуки-тё вообще.
В поезде почти не разговаривали, ехали молча. Так же молча пересели на другую ветку, доехали до Кита-Сэндзю. Ощущение было такое, словно я упустил что-то важное, но я не мог понять, что именно. Записка должна была навести китайцев именно на Санакагава-гуми, не на нас. Никто из чинпира вроде бы не пострадал, все пятеро успешно добрались до поезда. Но что-то меня всё равно тревожило.
Встретиться для передачи денег мы должны были у лапшичной, но чинпира ждали нас у выхода со станции. Перехватили и окружили, подобно стае шакалов, и Араки Ясухиро вышел вперёд, напустив на себя грозный недовольный вид.
– Вы! – он ткнул пальцем в мою сторону. – Куда вы нас втянули⁈ Мы на такое не подписывались!
Я, воплощая собой ледяное спокойствие, медленно достал сигарету из пачки и подождал, пока Фурукава поднесёт зажигалку, неотрывно глядя в лицо Араки-куну.
– А вы думали, вас там будут ждать с цветами? – хмыкнул я.
Араки немного опешил. Да и остальные чинпира начали переглядываться, будто я изрёк какую-то невероятную новость.
– Нет, но точно не такого… – пробормотал Йоичи вполголоса, но я это услышал.
Прохожие осторожно обходили нас по широкой дуге, мне было неприятно стоять вот так посреди тротуара, вместо того, чтобы спокойно идти к лапшичной.
– Что, жопа от беготни вспотела? – фыркнул я. – Большие деньги – большие риски, запомните раз и навсегда. Все целы, все выбрались, чего вам ещё надо?
– Пятисот штук мало, – заявил Араки. – За такую работу.
Я удивлённо изогнул одну бровь. Я и так считал, что изрядно переплачиваю.
– Мне по уху съездили, – пожаловался Йошикава.
– А я руку повредил, – буркнул Коянаги.
– Вам подорожник приложить? – раздражённо спросил я. – Жадность губит людей.
– Вот именно! Так что не жадничай, Кимура! – воскликнул Араки.
Мне понадобилась буквально доля секунды, чтобы пробить ему кулаком в грудь. Без замаха, резко, так, что он согнулся и начал хватать ртом воздух. Я был готов к тому, что на меня кинутся остальные, но никто даже не шелохнулся.
– Ты… Вы чего… С-сука… – просипел Араки-кун.
– Кто согласен на пятьсот, шагом марш за мной, – приказал я. – Кто несогласен…
– Мы согласны, – торопливо произнёс Йошикава.
Чинпира расступились, пропуская нас вперёд, а потом засеменили следом по тротуару, и Араки-кун тоже поплёлся в хвосте. Можно было бы вообще прокатить их с оплатой после такой выходки, но я счёл это чрезмерным.
Мы дошли до лапшичной, я попросил всех подождать снаружи. Такую толпу маленькая лапшевня просто не вместила бы. Я кивнул Масахиро, прошёл в подсобку, словно хозяин этого места. Там, в кабинете, в сейфе, ключ от которого был только у меня, лежали мои накопления.
Не самое надёжное место, особенно если помнить о лудомании господина Ироха, но устраивать тайники в съёмной квартире я посчитал ещё менее надёжным. Ироха Юдзиро как раз был на месте.
– О, Кимура-сан, добрый день! – воскликнул он, поднимаясь из-за стола и кланяясь.
– Здравствуйте, Ироха-сан, – отозвался я, проходя прямиком к сейфу.
Я достал из кармана ключик и присел рядом с сейфом.
– Касательно вашей просьбы. Ода-сан будет ждать вас в клубе маджонга в воскресенье, – сказал я. – Проверить навыки.
– Спасибо, большое спасибо! – воскликнул он, снова начиная отбивать поклоны.
– Не за что, дальше всё зависит только от вас, – сказал я, отсчитывая полмиллиона крупными купюрами и распихивая толстые пачки по карманам.
Жаба снова стискивала горло, но мне удалось её успокоить. Все эти деньги вернутся многократно.
Сейф закрыл на ключ, попрощался с дядей Юдзиро, вышел. Чинпира так и стояли у входа, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, Фурукава-кун курил в сторонке.
– Делить будете сами, мне без разницы, как, – сказал я, начиная извлекать из карманов пачки. – Можете вообще не делить.
– Разберёмся! – осклабился Йоичи.
В их глазах сверкала жадность, незамутнённая и чистая. Я передал все деньги одному из них, Йошикаве, просто потому что он первый потянулся к деньгам. Их внутренние разборки меня не касаются, разве что если они перережут друг друга из-за этих денег, могут возникнуть проблемы, но до такого, надеюсь, не дойдёт.
Я подождал, пока они пересчитают деньги, пожал напоследок руку Йоичи-куну.
– Возможно, скоро будет ещё работа, – сказал я. – Могу я на вас рассчитывать?
– Конечно! – воскликнул Йоичи.
Они тут же принялись делить деньги, чуть ли не выхватывая их друг у друга из рук. По сто штук на брата – более чем солидный заработок, наверняка даже больше их месячного дохода. И это за короткую разовую акцию. Все их претензии мигом испарились, стоило лишь передать им хрустящие пачки наличности.
– Всё, если понадобитесь, я сам вас найду, – сказал я, окидывая радостных чинпира пристальным взглядом. – Если я понадоблюсь, вы знаете, где искать.
– А где? – спросил Йошикава.
– В этой лапшичной, дебил, – ответил ему Йоичи.
– А-а-а… – протянул тот.
– Приятно было с вами поработать, – соврал я напоследок.
Чинпира всей толпой направились к ближайшему магазину, тратить внезапно свалившееся богатство, а мы с Фурукавой зашли обратно в лапшичную. Там сели за стойку, заказали рамёна.
– Что дальше будем делать? – спросил Фурукава.
– Ждать, – пожал я плечами.
– Мне-то заплатишь? – спросил он.
Я замер с палочками в руке, повернулся к нему.
– За что? – не понял я.
– За китайцев? – медленно и неуверенно произнёс он.
– Ты разве дрался? – нахмурился я.
– Нет, но…
– Вот и ответ, – отрезал я. – Что ты делал, сколько времени потратил?
– Два часа, – взглянул на часы Фурукава.
– Братан! – я окликнул Масахиро-куна, который невозмутимо резал овощи. – Сколько нынче почасовая ставка?
– Минимальная? Ну, где-то иен пятьсот в час, – ответил Масахиро.
Сущие копейки.
– Заплатить тебе тысячу, а, Сатоши-кун? За два часа поездки на метро и короткую прогулку, – я посмотрел на него испытующим взглядом.
– Нет, – потупился он.
Правильно. Понимал, чувствовал, что тогда потеряет гораздо больше. Мне не нужны люди, готовые за тысячу иен чуть ли не удавиться.
– Вот и правильно, – сказал я. – Имей терпение, и мы получим гораздо, гораздо больше, чем какая-то жалкая тысяча.
– Да, я понял, – закивал Фурукава.
Соображалка у него всё же работала. За это я и приблизил его к себе, несмотря на то, что он был далеко не лучшим кандидатом. Но лучше посредственный исполнитель сейчас, чем идеальный когда-нибудь потом.
Из подсобки вышел Юдзиро-сан, собранный и сосредоточенный. С характерным чемоданчиком в руках, который не мог быть ничем другим, кроме набора для маджонга.
– Кимура-сан! – воскликнул он. – Я знаю, вы запретили мне играть, но мне нужно потренироваться, прежде, чем идти в клуб.
Я покосился на него, взглянул исподлобья.
– На деньги? – спросил я.
– Нет-нет, что вы! На очки, – забеспокоился Ироха Юдзиро.
Глазки у него забегали. Если в маджонге он умел блефовать, то обмануть меня у него не вышло.
– Ну-ну… – проворчал я. – Охотно верю. Идите, тренируйтесь. Но если из кассы или сейфа пропадёт хоть одна иена…
– Спасибо, Кимура-сан, спасибо! – начал он отбивать поклоны.
Я заметил краем глаза раздражённый взгляд Масахиро-куна. Его, кажется, задевало то, как его дядя ко мне относится. Чересчур подобострастно, заискивающе.
– Пожалуйста, Юдзиро-сан. Постарайтесь хорошо, чтобы в воскресенье показать мастер-класс, ладно? – сказал я.
Он ещё раз поклонился и торопливо покинул собственную лапшичную. Я медленно доел рамён и вытряхнул из пачки сигарету.
– Не надо здесь курить, Кадзуки, – тихо, но настойчиво попросил Масахиро.
– Да, точно… – хмыкнул я. – Извини.
Я вышел наружу, жмурясь навстречу солнечным лучам, закурил, чувствуя как ветер треплет мои волосы. Жизнь потихоньку налаживалась, и это придавало мне уверенности, я ощущал, что всё делаю правильно, так, как надо. Словно я наконец взял правильный курс через все эти бури и шторма.
После перекура я прошёл в подсобку, в кабинет. Ждать новостей из Кабуки-тё. Номер здешнего телефона у Ода-сана имелся, и он знал, куда мы направимся после завершения дела с китайцами, так что он наверняка захочет обрисовать для меня ситуацию. Фурукава присоединился ко мне спустя несколько минут.
– Если хочешь, можешь идти домой, – сказал я ему. – На сегодня, скорее всего, закончили.
– Подожду, – отказался он. – Вдруг чего…
Разумно. Неизвестно ещё, как всё повернётся у Одзава-кай. Правда, толку от нас будет немного, если вдруг начнётся серьёзный замес, но всё равно, лучше быть начеку.
Ждать пришлось несколько часов. За это время я подбил бухгалтерию и навёл порядок в своих бумагах, а Фурукава-кун выпил четыре чашки чая. Звонкая телефонная трель стала неожиданностью для нас обоих, пусть даже мы ждали именно этого.
– Лапшичная семьи Ироха, – произнёс я в трубку.
– Кимура-кун? Это Ода Кентаро, – раздался голос с той стороны.
Судя по фоновому шуму, он звонил через таксофон, из какого-то людного места.
– Как всё прошло, дайко? – спросил я.
– Гладко, – обрадовал меня босс. – Китайцы пошли громить Санакагава, Макита пошли на Сумиёси, все против всех. Суматоха поднялась что надо.
– Отрадно слышать, – сказал я. – Что делаем дальше?
– Дуй в наш офис. Не телефонный разговор, – сказал Ода.
– Один или…
– Один, – сказал он.
– Понял, выезжаю, – сказал я.
– Не торопись особо, мы тоже пока ещё в Синдзюку. Но будь готов, работа на весь вечер, – сказал он.
Я удержал разочарованный вздох, всё-таки я надеялся успеть к Рене-тян. Надо будет позвонить и предупредить, что я не смогу сегодня. Но уже после того, как выясню подробности грядущего дела.
Больше говорить было не о чем, Ода повесил трубку, и я тоже бросил её на рычаги.
– Можешь идти домой, Сатоши-кун, – сказал я. – Сегодня уже точно ничего не будет.
– Понял, – кивнул он. – А завтра?
– Понятия не имею, – развёл я руками. – Просто будь завтра на связи, как обычно.
– Принято, босс, – сказал он. – Я пошёл?
– Иди-иди, – махнул я ему рукой.
Обрадованный Фурукава-кун ушёл, а я взял немного денег из сейфа на карманные расходы, просто на всякий случай. До Адати я намеревался пройтись пешком, как раз Ода и Такуя успеют сесть на поезд и приехать, даже раньше меня. Тем более, что погода как раз располагала к приятной долгой прогулке, не слишком жарко, но и не слишком холодно.
Масахиро попрощался со мной кивком, он был занят посетителями, а я отправился к мосту Сэндзюсин. Не хватало только наушников и плеера, чтобы прогулка получилась по-настоящему хорошей, и я даже стал подумывать о том, чтобы приобрести кассетный Walkman.
К офису «Одзава Консалтинг» я добрался почти одновременно с моими старшими товарищами, ненамного позже них.
– Кимура-кун! Ты как раз вовремя, – вместо приветствия заявил Ода.
Такуя-кун просто кивнул, и я ответил ему тем же.
– Как всё прошло? – спросил я.
– Лучше, чем у твоих, – усмехнулся босс. – Но это всё херня. Бомбу в навоз мы успешно забросили, теперь надо ждать, когда появится Сакакибара Дзюнпей.
– Лишь бы самих не забрызгало, – проворчал Такуя.
– Ну так держись подальше! – рыкнул Ода. – Короче, Кимура… Нужно установить наблюдение. В Кабуки-тё.
Я нахмурил брови.
– Там же есть люди Ямада-сана, этого недостаточно? – спросил я.
– Нет, конечно, – фыркнул Ода. – У нас рожи больно приметные, нас многие знают. Тебя пока нет. Переоденешься во что-нибудь… Более гражданское. Прикинешься туристом или типа того, понял?
Мне уже сейчас, на старте, не нравилась эта затея. Меня там видели как минимум парни из Макита-гуми. Я достаточно примелькался в Кабуки-тё, чтобы меня могли узнать. Возможно, Ода был об этом не в курсе.
– Меня тоже узнать могут, – возразил я.
– Сделай так, чтобы не узнали, – раздражённо ответил босс. – Тебе проще прикинуться катаги, чем нам.
– Ладно, понял, – сдался я. – Где нужно установить наблюдение?
– А ты как думаешь? Рядом с объектами Санакагава-гуми, желательно у «Звезды Востока» или апартаментов, у них там всё на одном пятачке, – сказал он. – Дело нехитрое. Наблюдаешь за улицей, высматриваешь клиента. Как только он будет там – звонишь сюда.
Старая добрая наружка. Везде одинаковая. Братве, бывало, и бомжами приходилось наряжаться ради такого дела. Мне, к счастью, не придётся.
– Вряд ли ведь он прямо сегодня явится, – высказал сомнение я.
– Поэтому лучше всего будет снять апартамент в лав-отеле, на пару дней, – кивнул Ода. – Вот только одному тебе комнату вряд ли сдадут, а если и сдадут, то это будет подозрительно. Есть у тебя кто-нибудь на примете?
На примете у меня как раз-таки кое-кто был. Значит, настало время совместить приятное с полезным.
