Текст книги "Якудза из клана Кимура-кай 3 (СИ)"

Автор книги: Геннадий Борчанинов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

– Переключи, – бросил Ода.

– Интересно же! – воскликнул Такуя-кун.

Мне тоже было интересно узнать официальную версию, в первую очередь, комментарии полиции, но ничего конкретного по радио не озвучили, и я переключил на музыкальную волну, где про ветер перемен пели «Scorpions». Вот уж точно, ветер перемен, для нас в том числе.

А из того, что я успел услышать в новостях, было ясно, что подозреваемых была целая куча, и Ямада-гуми находились далеко не на первом месте в этом списке. Всё-таки устроить войнушку было не самой худшей идеей.

«Секач» пробирался через вечерние пробки, через центр Токио. Синдзюку мы объехали стороной, нам всем сейчас лучше держаться подальше оттуда. Пока всё немного не уляжется. Ехали знакомым уже маршрутом, к поместью Ямада-сана, и в этот раз на парковке у ворот стояли ещё пара машин. Мы встали между чёрными «Крауном» и «Крестой». Но машину Ода пока не глушил, повернулся к нам.

– Так, парни… Ради всего святого, молчите, что бы вам не высказывали, – сказал босс. – Кимура, тебя особенно это касается. Говорить буду я, вы только киваете и кланяетесь, ясно?

– Да, дайко, – ответили мы.

– А если спросят? – уточнил я.

– Тогда ответите, – разрешил босс. – Но только если спросят напрямую. Киваете и кланяетесь, как, сука, китайские болванчики.

Мы кивнули, и Ода, кажется, остался этим удовлетворён. Машину он наконец заглушил, мы вышли на парковку. Охранник у ворот немедленно доложил о нашем прибытии по рации, похоже, после подрыва Ямада-сан решил серьёзно усилить меры собственной безопасности. Всё-таки, ему тоже теперь могут мстить.

Встречать нас вышел другой охранник, со значком клана на лацкане и кобурой под пиджаком.

– Прошу за мной, – произнёс он.

В саду курили несколько мужчин, и Ода скользнул по ним безразличным взглядом.

– Сука, и эти здесь… – еле слышно процедил он.

– Кто это? – шёпотом спросил я.

– Вакагасира, – ответил босс.

Заместитель Ямады и его фактический наследник. Правая рука Ямада-гуми, человек, которого от высшей ступени иерархии отделяет всего один шаг. И этот человек совсем не рад, что мы помешали его далеко идущим планам.

На крыльце нас остановили и обыскали. Не слишком тщательно, но довольно грубо. Ничего не нашли, пропустили внутрь, сдав на руки ещё одному охраннику. Либо Ямада серьёзно опасается за свою жизнь, либо параноит, Хотя одно другому никак не мешает.

Возле кабинета, в котором Ямада принимал нас в прошлый раз, мы все остановились, и охранник доложил о нашем прибытии. Всё, теперь или полцарства, или голову с плеч. Пан или пропал.

Глава 22

Мы согнулись в глубоком уважительном поклоне перед Ямадой-саном, который сидел за столом с тонкой кожаной папочкой в руках. Сморщенные узловатые пальцы в старческих пятнах неторопливо перебирали листочки бумаги, выискивая среди них нужный.

Лицо старика не выражало никаких эмоций, прочитать его не удавалось, так что мы могли только стоять и ждать, пока большой босс наконец соизволит обратить на нас внимание.

– Итак, Сакакибара Дзюнпей мёртв, – проскрипел кумитё.

– Да, кумитё, – проговорил Ода.

Мы с Такуей изображали деревянных болванчиков, как и условились изначально.

Ямада по-прежнему не выражал эмоций, сохранял внешнюю невозмутимость. Понять что-либо по его лицу было решительно невозможно. Кажется, он должен праздновать, всё-таки один из его врагов сегодня отправился в загробный мир, но Ямада не выказывал радости.

– Однако, почему именно взрыв? – хмыкнул кумитё.

– Громко. Как предупреждение, – повторил Ода слова самого Ямады.

Кумитё только хмыкнул, возвращаясь к своим бумагам.

– Вы перестарались, – сказал он после некоторой паузы.

Мне остро захотелось ответить что-нибудь, но я прикусил язык, помня о просьбе Оды. Киваем и кланяемся. Улыбаемся и машем.

Хотя очень хотелось узнать, чего он вообще ожидал, что мы забьём чужого босса арматурой? Большому человеку – громкая смерть и пышные похороны. Как бы я не относился к бывшему главе Санакагава-гуми, но он заслужил уважения, в том числе, в выборе метода устранения. Хотя здесь самой почётной, наверное, считалась смерть от удара катаной. Как в старые добрые времена. К слову, на стене кабинета висела катана в ножнах, и что-то мне подсказывало, что на её счету уже есть несколько трупов.

– Да, кумитё, – незамедлительно ответил Ода.

– Так не принято, – сказал Ямада.

Пришлось стиснуть зубы, чтобы удержаться от ехидной реплики. Я понимаю, что у него, как у свидетеля американских бомбёжек, особое отношение к взрывам, но мир меняется и методы работы тоже. Тот, кто адаптируется и приспосабливается к новому, всегда будет на шаг впереди тех, кто действует исключительно по традициям.

Не спорю, о корнях забывать не стоит. Но и застревать в прошлом нельзя.

– Да, кумитё, – согласился Ода.

– Больше так не делайте, – сказал Ямада, как будто мы залезли в чужой сад за яблоками, а не устроили взрыв в центре Токио.

Мы снова согнулись в поклоне. Не хватало только потупиться, начать ковырять носком паркет и проблеять, что мы больше не будем.

– Последствия вам помогут убрать. Но это всё, на что вы можете рассчитывать, – сказал кумитё. – Из-за вас Ямада-гуми будут считать сумасшедшими мясниками. Это никуда не годится.

– Да, кумитё, – хрипло сказал Ода.

– Можете идти, – взмахом руки отпустил нас Ямада-сан, и мы поспешили убраться из его кабинета.

За дверью нас ожидал охранник, чтобы проводить на улицу. Впечатление от разговора осталось самое неприятное, мрачное. Да и вообще ощущение было такое, будто я извалялся в грязи. Шли молча, все разговоры будут потом, здесь даже у стен есть уши.

На крыльце охранник сменился, провожать нас взялся уже другой. Вакагасира и его спутники по-прежнему курили в саду, и я заметил краем глаза пристальный взгляд одного из них. Среди них был и Кузе Рюджи, он паскудно улыбался, искоса поглядывая на нас. Кодзима Сатору бросил на нас быстрый взгляд, но сразу же отвернулся. Сам вакагасира даже не взглянул в нашу сторону. Вот оно, молодое поколение Ямада-гуми, если их, конечно, можно назвать молодыми, каждый из них был старше меня как минимум вдвое.

Мы вышли за ворота, сели в машину. Ода-сан молча запустил двигатель, воткнул передачу, тронулся. Всё так же молча, его вид ясно давал понять, что к нему сейчас лучше не лезть. И мы с Такуей не лезли, предпочитая тактично молчать. Всё было ясно без слов.

– Ну и дерьмо… – произнёс наконец дайко, проехав несколько кварталов в полной тишине. – Нет, ну что за дерьмо…

Я покосился на него, но промолчал. Зато Такуя-кун поспешил высказаться.

– Да ему на мозги накапали! – выпалил он. – Заместители, больше некому!

– Помолчи, дурак, – бросил ему Ода, и Такуя умолк на полуслове. – Понятное дело, накапали. Сраная банка с пауками…

Проехали ещё немного, я не удержался, закурил в приоткрытое окно. Было немного нервно. Мы хоть и выполнили задание Ямады, всё равно теперь сильно рисковали. Нас теперь могли просто пустить в расход просто потому что мы слишком много знаем, или навести на нас, как на непосредственных исполнителей, остатки Санакагава-гуми. Такахаси Йохэй, Кодзима Сатору и Кузе Рюджи теперь имели в своём распоряжении слишком много способов испортить нам жизнь.

– Что будем делать, дайко? – спросил я, глядя на огни ночного Токио.

Он покосился на меня, явно желая проворчать что-то неприятное и желчное, но в итоге лишь дёрнул щекой и поморщился.

– Работать дальше, – сказал он.

Я понимал его чувства. Тем более, мы все изрядно потратились на это дело, и Ода Кентаро – в первую очередь, и мы рассчитывали хотя бы на компенсацию расходов от Ямады, для которого такие суммы – просто пыль. Но Ямада-сан, похоже, решил, что сама возможность поработать лично на кумитё – награда для таких, как мы.

Вот только мы так не считали. Я воспринимал это если не как предательство, то близко к тому. Серьёзная обида. Плевок в лицо. И хотя было ясно, кто на самом деле за этим стоит, сам кумитё тоже мог бы подумать, как это выглядит со стороны. Когда ты берёшься за такую работу, то и вознаграждение ожидаешь соответствующее.

– Нас уже списали, – мрачно произнёс я.

– Что? – не понял Ода. Или не расслышал.

– Нас уже списали, – повторил я. – В расход.

– Кимура, ты бредишь, – подал голос Такуя. – Это же Ямада-сан! Кумитё!

– Да хоть Гамлет, принц датский! – огрызнулся я, оборачиваясь к нему назад. – Ты что, не понимаешь?

– Кимура-кун, это ты не понимаешь…

– Нет, Такуя, – произнёс Ода. – Похоже, он прав.

Повисла тяжёлая пауза. Напряжение, казалось, можно черпать ложкой.

– Я не верю, – сказал Такуя.

Я выругался сквозь зубы. Переубеждать его не хотелось – пустая трата времени. Накано Такуя слишком серьёзно воспринимал всю эту чушь про названого отца, семью, сыновний долг и верность клану. Приютский, что тут сделаешь, структура якудза заменила ему настоящую семью, и он просто не хотел верить, что такое возможно. Так что переубеждать без толку, он не послушает.

– Надо дать знать оябуну, – сказал я. – Залечь на дно, чтобы никто и нигде…

– Заляжешь – ударят по близким, – фыркнул Ода.

– Вы с ума сошли, – заявил Такуя.

– Нет, парень, наоборот, – вздохнул босс. – Мы как раз единственные трезво мыслящие в этом хаосе.

Теперь выругался уже Такуя. Беззлобно, от невозможности нас переубедить.

– Решай, с кем ты, с нами или с ними, – сказал я.

– Да с вами, конечно! Погоди, ты про что? – выпалил он.

– Пока ни про что, – сказал я.

Ода хмыкнул и снова покосился на меня.

– Убирать нас будут, кобун, – сказал он.

– А чего сразу не убрали, там? А? Прямо в кабинете? – выпалил Такуя. – Вы что, совсем? Ладно Кимура, у него с башкой нелады, но вы-то, Ода-сан⁈

– Братан, успокойся, – попросил я.

– Были бы полным составом, может, и убрали бы прямо там, – пожал плечами Ода.

Я щелчком отправили недокуренную сигарету за окно, провёл рукой по лицу. Хотелось нажраться чего-нибудь покрепче и рухнуть спать, а не вот это вот всё. Но не судьба, видимо.

– Одзава-сан вас вразумит, – убеждённо заявил Такуя. – Это… Это ни в какие ворота.

– Оябун скажет тебе то же самое, что и мы, – вздохнул Ода. – Подумай, кто нынче входит в силу и кто отирается рядом с вакагасира.

Мне и самому было любопытно послушать. Прежде я не особо вникал во взаимоотношения внутри Ямада-гуми. А зря, очень даже зря.

– Вакагасира? Ну, он будет преемником, это все знают, – сказал Такуя. – А рядом с ним кто? Кодзима, что ли?

– Ты удивительно проницательный малый, – не скрывая сарказма, произнёс Ода.

А Кодзима, выходит, затаил злобу на Одзава-кай. Не удивлюсь, если у оябуна за решёткой тоже вдруг образовалась куча проблем.

«Мерседес» наконец остановился у офиса «Одзава Консалтинг», дайко заглушил двигатель.

– По домам лучше не расходиться, – сказал он.

Я тяжело вздохнул, Такуя застонал что-то невнятное.

– Ты что, твою мать, хочешь вдруг самоубиться десятком ножевых? – зло спросил Ода. – Пошли в офис. Думать будем.

– Башка уже не думает, – пробормотал я.

Слишком длинный день. Слишком тяжёлый.

Пришлось зайти в круглосуточный магазин и взять там немного допинга, бенто по скидке и растворимый кофе. Только после этого мы поднялись в офис. Немного привели себя в порядок, поставили чайник. Такуя скинул туфли и прилёг на диванчик, распространяя вокруг себя запах потных ног. Винить его я не мог, я и сам вонял, будто горный козёл, после всей этой беготни и стресса.

– И что вы предлагаете? – спросил Такуя-кун. – Залечь на дно? Сменить имена? Уехать? У тебя вроде брат на Хоккайдо, а, Кимура, в Саппоро поедешь?

– У нас с ним не очень хорошие отношения, – проворчал я.

– Это могло бы сработать, если бы за нами гонялась полиция, а не якудза, – процедил Ода, раскрывая пластиковую коробочку бенто с остывшим рисом внутри.

Ну да, якудза, будто спрут, стискивал всю страну своими щупальцами, проникал везде и всюду. Даже в самых маленьких деревнях можно было напороться на мужчин с татуировками.

И ладно, если бы дело было только в Ямада-гуми. Мы начали войну всех против всех, значит, станем законной целью для любой группировки. Если, конечно, кумитё или его заместители сольют информацию об исполнителях.

– Только не говорите, что вы хотите всех замочить, – простонал Такуя.

Мы с Ода-саном переглянулись. Эта идея приходила мне в голову, пока мы ехали, но я не решался её озвучить, потому что считал, что она всё равно не найдёт поддержки. Похоже, я ошибался. У Оды блеснули глаза.

– Почему сразу всех? – усмехнулся он.

– Кумитё запретил любые конфликты внутри семьи, – сказал Такуя. – Нас за это точно убьют. Закопают где-нибудь, и всё.

– Братан… – вздохнул я. – Нас и так уже решили убирать. Всё на это указывает.

Он только махнул рукой в ответ.

– Нас загнали в угол, – произнёс Ода. – Зря они это сделали.

Собственно, нам просто не оставили выбора, нас вынуждают действовать. Будь кумитё чуточку щедрее, мне бы и в голову не пришло, что от нас решили избавиться, но он решил сэкономить и дал нам почву для подозрений. Заметка на будущее – не экономить на исполнителях.

Если оно у нас вообще будет, это самое будущее.

Но если мы уберём эти три ключевые фигуры, жить станет куда проще. Убрать вакагасира – освободится место наследника и первого заместителя, убрать Кодзиму и сятэйгасира, освободятся места лейтенантов семьи. Из чего можно предположить, что наследником Ямада-гуми станет Одзава Такеши, наш оябун и названый отец. Когда выйдет из мест заключения, само собой. Следствие ещё тянулось.

Да, это серьёзно ослабит организацию, будет примерно то же самое, что с Тачибаной, когда шакалы накинулись со всех сторон, но это будет потом, а пока острее всего стоит вопрос нашего выживания, а не доходов или влияния.

– Делайте, что хотите, – проворчал Такуя, отворачиваясь к спинке дивана. – Я спать.

Пусть даже он против нашей задумки, он всё равно будет с нами до конца, в этом я не сомневался ни на секунду.

Ода посмотрел на часы, с явной неохотой снял телефонную трубку, начал набирать номер. В такое время звонить уже не принято, но ситуация вынуждала.

– Алло-алло, Мошизуки-сан? – хрипло произнёс Ода. – Это Ода, Ода Кентаро.

Адвокат нашего босса звонку явно не обрадовался. Но и бросать трубку не осмелился, такие люди, как Ода, по пустякам не звонят.

– Да, это форс-мажор, – сказал Ода-сан. – Нет, услуги адвоката не потребуются, во всяком случае, пока что. Мне нужно переговорить с Одзава-саном. Да, я знаю. Конечно.

Не просто «передать весточку», а переговорить. Это гораздо сложнее, но тоже реально, разве что придётся немного потратиться на взятки и ценные подарки.

– Чем раньше, тем лучше, Мошизуки-сан, – сказал Ода. – Да, я буду в офисе. Буду ждать. Спасибо.

Он положил трубку и тяжело вздохнул.

– Знали бы вы, как хочется иногда всё бросить, – проворчал босс. – Уехать в глушь, редьку выращивать.

Если бы ещё это было так просто. Из этого бизнеса уходят только вперёд ногами, особенно с таких позиций, как его нынешняя. Даже если поменять имя, внешность и место жительства, прошлое всё равно тебя рано или поздно настигнет.

Я поужинал кофе с сигаретой, сходил до санузла на этаже, вернулся. Ода-сан сосредоточенно чистил револьвер, разложив запчасти на письменном столе и натирая его тряпочкой. Такуя тихонько похрапывал на диване.

– Даже не верится, да, Кимура? – хмыкнул босс.

– Не знаю, – ответил я. – Не могу сказать.

Я не был удивлён, чего-то такого я подсознательно ожидал. Не только от кумитё и его заместителей. От кого угодно можно ждать подлянки, чего далеко ходить, родной брат, Кимура Кейташи, готов был вызвать на меня полицию.

– Проще всего будет добраться до Кузе Рюджи, – произнёс Ода. – Этот мудила никогда не пёкся о собственной безопасности. А вот остальные… Вакагасира – параноик, Кодзима стал осторожничать после нашего с тобой визита. До них добраться будет сложнее.

– Назначить встречу? – предложил я. – Шлёпнуть всех разом.

– Или на этой встрече шлёпнут нас, – осклабился он.

Я растянулся на диване и устало вздохнул, растирая глаза тыльной стороной ладоней. Дико хотелось спать, или хотя бы просто полежать в тишине пару часов, но я не мог позволить себе такой роскоши.

Сам не заметил, как уснул в неудобной позе, разбудил меня телефонный звонок. Я подскочил, сердце бешено колотилось. Нервишки начинали пошаливать, хотя ничего страшного не случилось, всего лишь позвонил Мошизуки-сан. Было уже утро.

Ода, с красными полосами на лице из-за того, что лежал на столе, схватил и поднял трубку, Такуя-кун заворочался на диване и накрыл голову пиджаком.

– Алло-алло… – хрипло сказал босс.

Я растёр лицо и уши руками, чтобы немного взбодриться, глянул на часы. Восемь утра, начало девятого. Неплохо мы, оказывается, покемарили.

– Да, Мошизуки-сан… Записываю… – Ода схватил первый попавшийся листок и начал что-то быстро чиркать в нём карандашом. – Понял вас, благодарю. Да, Мошизуки-сан, не сомневайтесь.

Дайко заметно оживился, даже заулыбался, словно хищник, напавший на след. После короткой беседы он положил трубку и посмотрел на наручные часы.

– Подождём немного, – хмыкнул он себе под нос.

Я поднялся, размял затёкшие мускулы, выглянул в окно, где за тучами поднялось тусклое осеннее солнце. Поставил себе чайник, позавтракал холодным вчерашним рисом из комбини. Не знаю, чего собрался ждать Ода, лично я был готов хоть сейчас идти и крушить всё, что мешает нам спокойно жить.

Ровно в девять ноль-ноль босс поднял трубку и начал набирать номер по бумажке. Он долго слушал гудки, но трубку не бросал, терпеливо ожидая ответа.

– Алло-алло… Могу я услышать Одзаву Такеши-сана? – произнёс он.

А потом начал рассказывать оябуну о том положении, в котором мы оказались. Без подробностей и имён, которые могли бы навести полицию на какие-либо догадки, но так, чтобы Одзаве было понятно.

Меня не удивляла возможность дозвониться в тюрьму, в конце концов, наши криминальные авторитеты тоже порой сидели как на курорте, оставаясь на связи с внешним миром, меня удивляло то, насколько глубокой оказалась задница, в которую мы попали. Теперь, когда это озвучивал Ода, ситуация казалась почти безнадёжной.

Когда он закончил с рассказом, повисла тишина. Разве что скрипнул диван, когда Такуя-кун повернулся на нём к нам, чтобы тоже послушать решение оябуна.

– Да, оябун, – отрывисто произнёс Ода.

Лицо его приняло жестокое, решительное выражение, он аккуратно положил трубку, окинул нас обоих пристальным взглядом.

– Что он сказал? – спросил Такуя.

Ода зло усмехнулся.

– Кончать их всех, – произнёс он так, словно выносил приговор.

Глава 23

На мелочи Одзава Такеши не разменивался, как настоящий гокудо, шёл до конца, везде и во всём. И воспринял случившееся абсолютно однозначно, как попытку уничтожить Одзава-кай. А если кто-то хочет нас уничтожить, мы будем бить в ответ, пока не останется кто-то один.

Так что он легко дал добро на ответные действия, нисколько не сомневаясь в словах Оды Кентаро.

От нас теперь требовалось только всё исполнить. Красиво, как по нотам, устранить высшее руководство Ямада-гуми. Всех тех, кто желал нам смерти. Кузе, Кодзиму и Такахаси.

Я не считал это предательством клана или чем-то зазорным, это исключительно оборона. Активная, но всё равно оборона.

И начинать нам следовало с Кузе Рюджи. До него хотя бы проще добраться.

Из офиса мы ненадолго разошлись, немного привести себя в порядок и позвать всех остальных. Потребуются все силы, так что я вызвонил Фурукаву и приказал ему явиться к обеду в «Одзава Консалтинг». У кого были пейджеры – отправили сигнал сбора, у кого не было – тем позвонил Ода-сан.

Крохи свободного времени я потратил с пользой, сбегал домой, чтобы ополоснуться в душе, обработать татуировку и переодеться. Костюм после случившегося в Кабуки-тё можно было отправить только в мусорку, даже химчистка его не спасёт. Так что я оделся в чёрный «Адидас», будто не якудза, а провинциальный гопник, плотно пообедал дошираком с порубленными туда сосисками, будто не японец, а обычный русский студент. А потом тоже пошёл к офису, страшно сожалея, что лишился собственной пушки. Правда, теперь у меня имелось оружие пострашнее. Несколько тротиловых шашек в сумке и детонатор к ним.

Правда, использовать тротил можно только в самом крайнем случае, а лучше и вовсе не использовать, потому как второй взрыв в Токио уже точно наведёт полицию конкретно на нас. Но сама возможность не могла не радовать.

В офисе было шумно и людно, я прибыл одним из последних. Ода и Такуя тоже сюда вернулись, приехали Икеда, Фукуока и Кобаяши, на пару минут позже меня заявился Фурукава-кун.

– Новости видел? – взбудораженно спросил меня Фурукава. – Кто-то в Синдзюку бомбу подорвал!

Я хлопнул его по плечу.

– Какое чудесное совпадение, – осклабился я.

Он замер с ошалелым видом, к нему подбиралось медленное осознание произошедшего, и наблюдать за этим оказалось крайне весело.

Но мы собрались не за этим.

Нужно было распланировать и осуществить хладнокровное убийство. Ещё одно.

На этот раз нам не требовалась громкая работа, никакой показухи и театральщины, только ликвидация угрозы. И это казалось гораздо более простым делом, чем убийство Сакакибары Дзюнпея, несмотря на все меры безопасности наших названых братьев по Ямада-гуми.

– Тихо, мне надо позвонить, – рыкнул Ода, и все заткнулись, рассаживаясь на свободные места.

График и местонахождение того же Кузе Рюджи можно было узнать, просто позвонив его секретарше. Ода набрал номер из записной книжки, немного подождал. Трубку сняли довольно оперативно, в конце концов, он звонил почти в такой же офис, что и наш.

– Алло-алло, это Ватанабэ-сан, – солгал Ода. – Могу я услышать Кузе-сана?

На его лице застыла злая усмешка. Я даже на миг подумал, что не хочу становиться врагом Оды Кентаро, потому как жалости к врагам он не знал.

– Нет? Нет на месте? А где он? У меня срочное сообщение от Такахаси-сана, – врал напропалую он. – Нет, только лично ему. Дело чрезвычайной важности, это срочно. Хорошо, я понял. Благодарю вас.

Он окинул нас взглядом триумфатора, словно Кузе Рюджи уже был мёртв.

– Вы не поверите. Он поехал к врачу, – произнёс Ода-сан.

– И что? Типа, ему там первую помощь сразу же окажут? Или что? – не понял Такуя.

А вот я сходу зацепился за этот шанс.

– Куда именно? Надо выезжать немедленно, – воинственно произнёс я.

– К зубному. Частная клиника Сираиси, я знаю, где это, – сказал Ода. – Чёрт побери, я ему эту клинику и посоветовал…

– Едем? – спросил я.

Всей толпой мчаться туда никакого толку не было, а вот в составе небольшой диверсионной группы – можно сгонять. Сделать всё быстро, без шума и пыли.

– Езжайте. Я попробую выяснить что-нибудь про Кодзиму, – сказал босс и назвал адрес клиники. – Давайте так… Кимура, Такуя… Кого ещё возьмёте?

– Фурукава, Кобаяши. И Фукуока, – дополнил я.

– А чего этот очкарик, а не я? – возмутился Икеда.

– Будет водителем, – сказал я.

Икеда фыркнул и отвернулся. Подобное рвение мне, конечно, нравилось, но я предпочитал сам выбирать тех, с кем идти на серьёзные дела. Когда имелась возможность выбора, конечно.

– Идём, – скомандовал я.

– Постой… – произнёс Ода и раскрыл сейф. – Вам не помешает лишний ствол.

Вот уж действительно.

Босс протянул мне револьвер, и я отдал его Такуе. Мне попросту некуда было его засунуть, а вот аники заткнул его за ремень и прикрыл пиджаком.

– Спасибо, дайко, – сказал я.

– Надеюсь, не пригодится, – сказал он. – Постарайтесь без него обойтись.

– Постараемся, – кивнул я.

Мы вчетвером спустились на парковку, погрузились в нашу многострадальную «Корону». За рулём в этот раз был Фукуока, и он заметно нервничал, понимая, что мы едем убивать человека.

– А чё он сделал-то? Этот тип? – спросил мой подчинённый, ёрзая на заднем сиденье.

– А какая разница? – хмыкнул Такуя.

На этом все расспросы закончились.

По пути я приказал остановиться у аптеки, забежал туда, чтобы купить несколько медицинских масок и перчаток. Раздал каждому, даже Фукуоке, хотя он снова будет ждать в машине, а не участвовать с нами в покушении на сятэйгасира.

Ехать оказалось недалеко, частная клиника Сираиси находилась буквально за рекой, и я попросил Фукуоку припарковаться чуть-чуть дальше. Напротив клиники стояла чёрная «Тойота Креста», и я не рискнул вставать рядом. Девять шансов из десяти, что это машине Кузе.

Остановились даже дальше, чем я предполагал, за перекрёстком, просто потому что свободных мест на улице не было. И перед тем, как отправиться в клинику, я решил проинструктировать парней, как мы действуем. Понятное дело, по ситуации, но какую-то общую стратегию всё равно надо было обсудить.

– Такуя, пушку держи наготове, – сказал я. – Контролируй выход и персонал. Мы с парнями сделаем всё дело. Фукуока, стой тут и жди нас. Надеюсь, мы быстро.

– Голыми руками что ли, – с сомнением произнёс Фурукава Сатоши.

– Нет, – ответил я, вытаскивая из кармана дверной карты короткую, но увесистую монтажку. – Забьём его как собаку. Всё, пошли.

Монтажку я сунул в рукав, нацепил маску на нос, натянул одноразовые нитриловые перчатки. Клиника Сираиси была слишком маленькой, чтобы носить такое гордое имя, я бы скорее назвал её врачебным кабинетом, но тут имелся отдельный вход с улицы и стойка администратора.

Мы вчетвером ввалились в клинику, пронзительно звякнули металлические палочки над дверью. Администратор встала и поклонилась в знак приветствия, напротив стойки на металлическом стуле сидела какая-то старушка.

– Прошу прощения, Сираиси-сан сегодня больше не принимает, – извинилась администратор в розовом врачебном халатике. – Я могу записать вас на пятницу, если желаете.

На стенах висели плакаты о важности гигиены полости рта, расценки на услуги и просто изображения широко улыбающихся людей.

– Прошу прощения за беспокойство, нас интересует Кузе Рюджи-сан, – спокойно произнёс я, указывая на дверь единственного кабинета. – Он сейчас там, на приёме?

– Д-да… – побледнела девушка.

– Отлично, – сказал я.

В голову мне пришла отличная идея.

– Позовите Сираиси-сана, будьте так добры, – попросил я.

– Я не могу, он занят, он работает, – проблеяла администратор.

Я легонько толкнул Такую-куна под локоть, а потом перевернул табличку на входной двери. Закрыто.

– Делай, что велено, тупая сука! – зарычал он, выхватывая из-под полы пиджака револьвер и направляя ей в лицо.

Такуя забыл взвести курок, но это и не понадобилось. Девушка взвизгнула и часто-часто закивала.

– Ведите себя тихо, и никто не пострадает, – сказал я. – Вас, бабуля, это тоже касается.

Старушка вцепилась обеими руками в стул, испуганно глядя на всех нас по очереди.

Администратор засеменила к двери кабинета, постучала. Её руки дрожали, коленки едва её держали, Такуя перепугал её до смерти.

– Киоко, я занят! Что там у тебя! – послышалось из-за двери.

– Попроси выйти, – тихо сказал я. – Срочно.

– Подойдите сюда, это срочно! – дрожащим голосом крикнула девушка.

Дверь кабинета наконец открылась, и на пороге показался старенький доктор в шапочке, белом халате и медицинской маске.

– Что случил… – попытался спросить он, но договорить я ему не дал, вытянул к нам в коридор.

– В кабинете сейчас Кузе Рюджи? – спросил я.

– Д-да… – проблеял дантист.

– Шапочку и халат, пожалуйста, – попросил я.

Сираиси-сан покосился на револьвер в руках Такуи-куна и принялся торопливо разоблачаться. Халат оказался мне немного не по размеру, тесноват. Но в комплекте с шапочкой и маской всё равно скрывал мою личность, как минимум, на первые несколько секунд.

– Вы двое, за мной, – я ткнул пальцем в Кобаяши и Фурукаву.

А затем шагнул в кабинет. Монтажку я отдал Фурукаве.

Кузе Рюджи спокойно лежал в кресле с раскрытым ртом, глядя в потолок, в рот ему светила яркая лампа, в металлической кюветке лежали инструменты, поблескивая хромом. Вид бормашины заставил меня вспомнить все ужасы советской стоматологии, воспоминания о пережитом ужасе пронеслись в голове бешеным вихрем. Вот только в этот раз я находился, так сказать, по ту сторону бормашины.

– Держите его, крепко, – тихо распорядился я.

– Что? Вы кто такие? – тяжело ворочая языком, спросил Кузе, но встать с кресла он не успел.

Парни подскочили к нему с двух сторон и прижали к креслу.

– Вы не знаете, с кем связались, сосунки! – зарычал он.

Кажется, его обкололи новокаином, он говорил невнятно и с трудом.

– Брат, вразуми его, – попросил я у Кобаяши-куна.

Рука у него была самая тяжёлая среди нас, и Кобаяши тотчас же врезал кулаком в лицо нашему пациенту. Кузе дёрнулся и обмяк в кресле, но сознания не потерял. Пока что.

– Кузе-сан, пара вопросов, – сказал я, выбирая из кюветки инструмент пострашнее.

Остановился на щипцах для удаления зубов, один только вид которых внушал ужас даже мне. Самые большие, для извлечения зубов мудрости.

Кузе подёргался в кресле, но безрезультатно, Фурукава и Кобаяши были гораздо крепче него. Я щёлкнул щипцами рядом с его носом, он инстинктивно дёрнулся.

– Ссышь, когда страшно? – хмыкнул я.

– Что вам нужно? – прошипел он.

– Кто тебе платит? – спросил я. – На кого работаешь?

– Да ты с ума сошёл, парень, – усмехнулся Кузе. – Вы все покойники, вы это понимаете?

– Держите крепче, – попросил я.

Щипцы сомкнулись на одном из его зубов, Кузе забился в кресле, задёргался, пытаясь высвободиться, но сил ему не хватило. Окровавленный нижний резец с громким стуком упал в раковину, Кузе заорал, несмотря на уколы обезболивающего.

– Кто тебе платит? На кого работаешь? – повторил я два простейших вопроса.

Кузе попытался в меня плюнуть, но тягучая кровавая слюна осталась у него на подбородке. Ему не хватило сил даже на это. Неудивительно, удаление зуба столь варварскими методами вытягивает силы не хуже огнестрельного ранения.

– Кузе-сан, времени у нас много, зубов у вас… Тоже много. Пока, – сказал я. – Крики из кабинета дантиста не испугают ни прохожих, ни соседей. Смекаете, о чём я?

– Да пофёл ты… – прошепелявил Кузе.

– Я бы отрезал вам язык за такие слова, Кузе-сан, – проговорил я. – Но тогда вы не сможете сказать, на кого работаете.

Он поморщился и сжал челюсти.

– Дай-ка ему в морду ещё разок, – попросил я.

Кобаяши без раздумий двинул ему в морду, и этого хватило, чтобы оглушить Кузе. Щипцы сомкнулись на ещё одном зубе.

– Ловко у тебя получается, – хмыкнул Фурукава, когда зуб полетел в раковину.

– Можно будет работу сменить, – ухмыльнулся я. – Кузе, у тебя тут кариес, видел?

Сятэйгасира простонал что-то невнятное.

– Что, я не понял? Ты работаешь на Санакагава-гуми? – спросил я, поигрывая щипцами перед его лицом.

Кузе-сан поплыл, взгляд у него затуманился.

– Д-да… Они платили… – простонал он.

Я добродушно улыбнулся. Чего и следовало ожидать.

– Вы предали Ямада-гуми, вы предали кумитё, – сказал я. – Такахаси-сану тоже платили?