Текст книги "Якудза из клана Кимура-кай 3 (СИ)"

Автор книги: Геннадий Борчанинов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Чем меньше он знает о предстоящем убийстве и заказе вообще, тем крепче будет спать. И в случае провала сумеет отмазаться. Так что такая секретность ему только на пользу.

– Я бы, пожалуй, искал здесь выходцев из Осаки, – задумчиво протянул Такуя. – Знаешь, тут есть кабаки, в которых можно выпить с земляками из любой префектуры, ну, для туристов. Или почти из любой.

– Для иностранцев такое, наверное, тоже есть? – предположил Фурукава.

– Вряд ли тут можно выпить с русским, – пробормотал я. – Например. Сплошь китайцы и корейцы.

– Вот этого не знаю, – сказал Такуя. – Но осакские тут наверняка есть.

Было бы даже странно, если бы их не было. Как только их узнать среди остальных кабаков, лав-отелей, массажных салонов и баров – загадка. Во всяком случае, для меня.

– О, вот тут глянуть надо, спросить, – Такуя показал пальцем на одну из вывесок.

Это было что-то среднее между рестораном и клубом, и на вывеске красовалась кукольная морда бунраку, традиционного японского кукольного театра. Как раз-таки, в основном, осакская тема, в других городах этот театр был не так популярен.

И мы свернули к этому ресторану, но не успели подойти к крыльцу, как были остановлены молодцеватым крашеным пареньком в голубом пиджаке.

– Вход только по приглашениям, – сказал он с хорошо читаемым кансайским акцентом.

Значит, точно из Осаки.

– А если мы приглашены? – рыкнул Такуя.

– Я бы об этом знал, – заявил парень.

Пожалуй, в этом есть некоторый смысл.

– И как эти приглашения получить? – хмыкнул я. – Нам надо пообщаться с твоим начальством.

– Не имею ни малейшего представления, – надменно фыркнул крашеный и дёрнул головой, мол, разговор окончен.

Довольно смелая линия поведения, учитывая, что напротив него стоит троица якудза, значит, за ним явно стоит кто-то большой и сильный.

Но Сатоши Фурукава этого, кажется, не понял.

– Мы не закончили! Говори, мать твою! – прорычал он, хватая крашеного за лацканы пиджака.

Мы не успели его осадить и поставить на место. Крашеный попытался сбить его руку, но не сумел, только схватил за запястье.

– Вы не знаете, с кем связались! – зашипел он.

А я уже видел, как из ресторана к нему на помощь спешит подмога.

Глава 7

Подкрепление из ресторана быстрым шагом приближалось к нам, вываливаясь из дверей, и я тронул Фурукаву за локоть, угомонись, мол.

– Прошу извинить моего друга, – произнёс я. – Ему не нравится, когда с нами слишком дерзко говорят.

Сатоши разжал хватку и убрал руку, напоследок поправив крашеному лацкан пиджака. К нам как раз подскочили трое парней из ресторана.

Не то чтоб я трусил драки, но в мои планы она точно не входила, так что лучше бы её избежать по возможности. А Фурукаву придётся ещё воспитывать, чтобы не лез в пекло поперёк батьки.

– В чём дело, Маджима⁈ – крикнул один из подоспевших на помощь парней, смуглый и широкий.

Крашеный быстро оглянулся на своих, посмотрел на нас.

– Пообщаться хотят, – сказал он. – С тобой, наверное.

Смуглый парень в чёрной водолазке с высоким воротником перевёл взгляд на нас троих. Двое его спутников набычились, тут же напуская на себя суровый вид.

– Со мной? О чём же? Кто вы вообще такие? – спросил смуглый.

– Кимура Кадзуки, – представился я. – Я ищу одного человека. Он из Осаки.

– А мы тут причём? – не понял смуглый.

Я внимательно посмотрел на всех четверых. Значков клана якудза на них видно не было, татуировки из-под рукавов или воротника не выглядывали. Может, и не при чём. Или сами об этом не знают.

– При том, что у вас тут работают его земляки, – сказал я.

– Братан, в Осаке живёт два с лишним миллиона человек, ты серьёзно⁈ – рассмеялся смуглый. – Вы же якудза, да? Мы платим Ямада-гуми. Один звонок, и сюда подъедут две дюжины бойцов, которые вас в порошок сотрут, вам это понятно?

Мы с Такуей переглянулись и чуть не заржали в голос.

– Вполне возможно, что мы были бы среди этих двух дюжин, – сказал я. – Кто из вас отвечает за контакты с семьёй?

– Я, – заявил смуглый.

– А зовут тебя как? – вздохнул я.

– Кубо Шигеру, – представился он наконец.

– Пойдём и поговорим, Кубо-сан, – настойчиво произнёс я.

Смуглый вновь посмотрел на нас троих, оттянул воротник, словно пытаясь вдохнуть побольше свежего воздуха.

– Ладно, идём внутрь, – сдался он. – Маджима, никого больше не впускай.

Крашеный кивнул, неприязненно зыркнул на нас и отвернулся, напуская на себя уверенный вид непобедимого стража.

Мы проследовали за смуглым и его спутниками внутрь ресторана, интерьер которого больше напоминал кукольный театр или музей, везде виднелись деревянные куклы-марионетки, на стенах, на полках. Свободных мест не было, за каждым столиком сидели дамы в красивых платьях и их спутники в дорогих костюмах, это место если и не было элитным, то изо всех сил пыталось им казаться.

– Сюда, наверх, – проговорил Кубо Шигеру, и мы поднялись по лестнице в вип-зал, в котором народа было уже чуть меньше.

Расположились за одним из столиков, причём пара спутников Кубо осталась стоять, стараясь держаться за нашими спинами. Сел за стол только сам смуглый.

– Ну? – спросил он. – В чём дело? Вас Урояма-сан прислал? Мы платили на прошлой неделе.

Урояма это, кажется, один из заместителей Ямады.

– Ты из Осаки? – спросил я.

– Ну, из Нанива-ку, только как это относится к делу? – сказал Кубо.

– Значит, должен знать Санакагава-гуми, – сказал я.

Смуглый потемнел лицом ещё больше.

– Вы от них, значит? Ресторан не продаётся, и я это уже говорил, – процедил он, а его ребята придвинулись к нам поближе.

– Ты что, значка не видишь? – Такуя-кун оттянул воротник пиджака. – Одзава-кай, отделение клана Ямада-гуми. Советую выучить, кто есть кто, если хочешь спокойно вести свой бизнес.

– Значок может нацепить кто угодно, – поджал губы Кубо-сан.

Такуя чуть не поперхнулся, не то от гнева, не то от смеха.

– Чтобы мы закатали его в бетон за такое? Не неси херни, – сказал он. – Слушай, что тебе говорят.

– Санакагава-гуми от тебя чего-то требуют? – хмыкнул я. – Значит, мы с тобой союзники. Видишь, как мы удачно зашли? Почему сам не обратился к семье?

Кубо Шигеру нахмурился, сдвинул густые брови.

– Они сказали, чтоб я даже не пытался, и что с Ямада-гуми всё уже обговорено, – сказал он.

Я наигранно повернулся к Такуе-куну.

– Нет, ты глянь, какая наглость! – воскликнул я, а потом повернулся обратно к смуглому. – Это твой ресторан, да?

– Да, это моё детище, моя жизнь, – сказал он. – И я не собираюсь его никому продавать.

– Это и не потребуется, – сказал я. – Давно в Кабуки-тё?

– Четыре года, – ответил Кубо.

За четыре года отгрохать такой ресторан – солидное достижение. И не просто отгрохать, а ещё и удержаться на плаву среди здешних хищников.

– Значит, знаете здесь всех и каждого, – сделал выводы я. – Меня интересуют заведения, принадлежащие Санакагава-гуми.

– С какой стати вообще я должен тебе помогать? – фыркнул Кубо. – Иди и спрашивай на улицах.

Я вздохнул, пытаясь держать себя в руках. Плохо, что наше знакомство произошло вот так вот, с конфликта. Было бы гораздо проще, если бы мы с самого начала нашли общий язык. Теперь это гораздо сложнее.

– Ты поможешь мне, я помогу тебе, – развёл я руками, объясняя очевиднейший факт. – От тебя и твоего ресторана отстанут, в конце концов.

Кубо-сан поиграл желваками, глядя мне в лицо. Я-то найду других проводников, не проблема, в Кабуки-тё хватает знающих людей. А вот у него ситуация другая. И он это, кажется, понял. В отчаянной ситуации будешь цепляться даже за соломинку.

– Ладно, – он поднял перед собой ладони, словно признавая поражение. – Могу перечислить все до единого. Их тут немного.

Я откинулся назад на стуле и приглашающим жестом попросил его это сделать.

– «Звезда Востока», «Апартаменты Томиока», «Серебряный Ключ», видеопрокат «Турбо-VHS’и магазин манги 'Ниндзюцу». Они все тут, рядом, – перечислил Кубо-сан, загибая пальцы. – Первая это клуб, апартаменты это на самом деле лав-отель, хотя, пожалуй, даже борделем можно назвать. «Ключ» это типа экзотика, для туристов, говно всякое вроде благовоний и амулетов.

– А какого хера они к вам прицепились тогда? – спросил Такуя.

– Пойди и спроси, – хмыкнул Кубо. – Видимо, хотят весь этот пятачок подмять. К соседям тоже ходили, я узнавал.

– А найти их где можно? – спросил я.

– Когда как, смотрите, где машина стоит. Чёрная «Тойота Центури», номер сорок четыре. Если у клуба, то они там. Если у апартаментов, ну, сами понимаете, – сказал Кубо.

– Сорок четыре? Типа, «смерть-смерть»? Вот позёры, – фыркнул Такуя.

– Больше ничего рассказать не могу, не знаю, что добавить, – сказал Кубо.

– Больше и не надо, – сказал я, поднимаясь из-за стола.

Охранники ресторана, продолжавшие стоять за нашими спинами, заметно напряглись, но едва уловимый жест смуглого заставил их отступить в сторонку.

– Этому… Внизу. Скажи, чтобы нас пропускал в любое время, – сказал я. – Мы ещё зайдём.

– Ладно… – проскрежетал Кубо.

– Бывай, – бросил я напоследок.

И мы покинули вип-зал, спустившись вниз по лестнице, а затем вышли на улицу. Маджима проводил нас неприязненным взглядом, я чуял это затылком, до тех пор, пока мы не скрылись в переулке за углом.

А как только мы скрылись из виду, я повернулся к Фурукаве и сходу дал ему по уху раскрытой ладонью, так, что он пошатнулся и схватился за голову.

– За что⁈ – обиженно воскликнул он.

В его глазах читалось явное непонимание, что он такого сделал. Видимо, надо как слепого кутёнка, тыкать носом в лужу.

– Чтобы руки не распускал, когда не требуется, – сквозь зубы процедил я, сдерживая в себе желание добавить ещё одну оплеуху.

– Да нормально же всё прошло! – воскликнул он.

Такуя молча закурил и выпустил вверх струйку дыма.

– Исключительно благодаря тому, что они платят Ямада-гуми, – сказал он. – Платили бы кому другому, разговор пошёл бы совсем иначе. И тебе бы не понравилось, как.

– Это тебе не привокзальная гопота, Сатоши, – сказал я. – Не заставляй меня за тебя краснеть, понял? Если из-за твоих действий будет страдать моя репутация, или репутация Одзава-кай, или репутация Ямада-гуми, тебе не поздоровится. Понял меня?

– Понял… – выдавил Фурукава.

Я внимательно посмотрел на него. Фурукава тем и отличался от своих дружков-чинпира, что был сообразительнее остальных, и вроде бы суть была ему понятна. Свой косяк он осознал.

– Надо решить, куда пойдём в первую очередь, и что будем делать, – сказал я, вытряхивая сигарету из пачки.

– Так, а чё, «Центури» ищем, там уже спрашиваем, – сказал Такуя.

Простые решения это хорошо, но не всегда. Лучше бы нам не показываться напрямую перед Санакагава-гуми, если мы хотим выполнить заказ и избежать кровавой мести.

– Не, лучше не надо, – задумчиво протянул я. – Аники, а кто тут ещё район держит, кроме Санакагава и Макита-гуми?

Такуя почесал выбритый подбородок, прикрыл один глаз, словно бы ему не хватало оперативной памяти, чтобы вспоминать информацию и одновременно смотреть в оба.

– Ну, наши частично, Ямада-гуми, – сказал он. – Сумиёси-кай, Инагава-кай… Китайцы ещё, там хотя все подряд, но китайцев больше всего, не помню как зовутся, Тоа Юай-что-то-там.

– Можно разделиться, туристами прикинуться, – предложил Фурукава, всё ещё потирая красное от удара ухо.

– Да у нас на рожах написано, что мы не туристы, – отмахнулся Такуя. – А по одиночке тут ходить – всё равно что приглашение на драку разослать.

– Один приходи, мы тоже одни придём, нож не бери, мы свои принесём… – задумчиво пробормотал я себе под нос.

– Ага, точно, – согласился Такуя.

Вообще, было бы неплохо устроить кровавую баню в Кабуки-тё. Все против всех, японцы против китайцев, токийские против осакских, красные против белых, чтобы кровь лилась рекой, а на дымящиеся руины потом пришёл я со своими людьми. С чистыми руками, но не совсем чистой совестью. Тем более, если поднимется большой переполох, Сакакибара Дзюмпей непременно явится сюда лично из Осаки, и мы сможем под шумок его пришлёпнуть.

Не уверен, что подобный метод устроит Ямада-сана, но зато он целиком и полностью устроит меня, ведь я тогда смогу захватить пару-тройку объектов здесь. На весь район сил не хватит, но я могу радоваться и мелочам. Особенно таким, которые приносят сотни тысяч иен прибыли ежемесячно. Или даже миллионы.

Надо хорошенько об этом подумать. С наскока такие решения не принимаются и не реализуются.

– Пройдёмся, – предложил я.

Мы вышли из переулка, снова сливаясь с толпой туристов и местных завсегдатаев, и я с удивлением отметил, что вижу здесь улыбающихся японцев. Счастливых, довольных, пусть иногда пьяных, но улыбающихся, чего в других районах обычно не видел, ведь гораздо чаще все они бредут с работы или на работу, придавленные грузом повседневных проблем. Серьёзные, даже унылые. А здесь, в Кабуки-тё, сама атмосфера располагала улыбнуться.

Единственное, что отличало этот район от прочих туристических мест, так это отсутствие постоянных вспышек от фотоаппаратов и щелчков затворов. Если кто-то по недомыслию решал здесь пофотографировать, особенно людей, к нему быстро подходили местные и объясняли, что этого делать не нужно. Здесь находилось слишком много лав-отелей и прочих мест, предоставляющих секс-услуги, и никому не хотелось попасть на фотографию, которая потом может всплыть в газетах или где-то ещё.

Проходя по Кабуки-тё, мы нашли и «Звезду Востока», и «Серебряный Ключ», и видеопрокат с апартаментами. Я внимательно читал каждую из многочисленных вывесок, от неонового блеска начало рябить в глазах. Кто-то ловит кайф, когда вокруг всё блестит и пестрит, но я к этому числу не принадлежал, наоборот, меня только раздражало, что вокруг всё мигает, моргает и светится, будто хочет спровоцировать приступ эпилепсии у всех прохожих сразу.

– Надо Ода-сана спросить, – сказал я. – Без его санкции лучше не начинать.

– Пошли, позвоним, – сказал Такуя.

Нашли телефон-автомат на углу. Я зашёл в будку, загрузил телефон мелочью, часть которой пришлось стрельнуть у парней, набрал номер офиса. С каждым длинным гудком моё настроение становилось всё мрачнее. Ода не отвечал, и я, разочарованный и напряжённый, повесил трубку.

Похоже, мы в свободном плавании. И ни маяка, ни путеводной звезды не видно, так что будем действовать по ситуации. Как и всегда.

– Не отвечает, – объявил я, забрав сдачу и покинув будку.

– Он с самого утра пропал ведь, – пыхнул сигаретой Такуя.

– Интересно, куда, – пробормотал я.

– И что дальше делаем? – спросил Сатоши-кун.

Я посмотрел то на одного, то на другого. На матёрого якудза и на вчерашнего чинпира. Да, это не те люди, с кем я хотел бы работать, но других у меня не было. И не будет.

– То же, что и всегда, Фурукава-кун, пытаемся захватить мир, – пошутил я.

Ни тот, ни другой шутки не поняли, оставаясь предельно серьёзными.

– Ямада-сан вряд ли такое одобрит, – сказал Такуя.

– А мы ему не скажем, – ухмыльнулся я. – Ладно, идём. Начнём с видеосалона, он тут ближе всего.

Я уже и забыл про существование таких древних ископаемых, как видеосалоны и видеопрокат. Даже самые запоздалые из них вымерли к середине нулевых годов, когда даже в самых глухих деревнях появились дивиди-плееры. А ведь когда-то это было едва ли не самым простым способом открыть свой бизнес. Взять у перекупа видеомагнитофон, подключить его к старому пузатому телевизору и крутить зарубежные фильмы в гнусавом переводе за рубль с носа.

Но здесь этот бизнес работал несколько иначе. Никаких тебе помещений ДК или комнат в коммуналке, куда стаскивали все стулья, имеющиеся в шаговой доступности. Тут ценилась уединённость, и видео крутили в отдельных кабинках, в каждой из которых был диван, телевизор и видак, по которому можно посмотреть крутой боевик, аниме или порнографию. Определённо, это гораздо комфортнее, чем толкаться локтями с толпой таких же желающих посмотреть «Коммандо». Но и гораздо дороже.

'Турбо-VHS’сверкал всеми афишами, какие только мог повесить на витрины и окна, и можно было заметить, что владелец этого места больше предпочитает японскую эротику с квадратиками цензуры, а не голливудские блокбастеры. Находился он на верхнем этаже здания, и нам пришлось подняться по заплёванной лестнице, между пролётами которой стояли картонные ростовые афиши с изображениями незнакомых мне актрис.

Администратор, лысеющий полноватый мужичок, при нашем появлении нажал паузу на пульте, и на пузатом ЭЛТ-телевизоре замерло изображение анимешной школьницы в матроске, которую за руки и ноги схватило осьминогоподобное чудище. С самыми понятными намерениями.

Вокруг стояли стеллажи с кассетами, от изобилия обложек разбегались глаза, пахло табачным дымом и чем-то протухшим. У самого потолка висел ещё один телик, по которому крутились какие-то попсовые клипы.

– Чем могу помочь? – торопливо спросил администратор, явно желая вернуться к просмотру хентая, а не тратить время на нас. – Только две кабинки свободны, но ещё одна освободится в течение десяти минут, если вы готовы подождать…

– Мы не по этому поводу, – холодно произнёс я, чувствуя, как меня напрягает это место.

Администратор отложил пульт, посмотрел на меня, посмотрел на уходящий вглубь здания коридор, вдоль которого тесно располагались двери в кабинки для просмотра.

– А по какому тогда? – напрягся он.

Телефона в пределах видимости я не обнаружил. Это хорошо. Я начал изучать обложки видеокассет, парни начали делать то же самое. Эротика стояла в открытую, порнография спряталась на отдельном стеллаже.

– С кем работаешь? – спросил я.

Администратор несколько раз поменялся в лице.

– Я… Я плачу семье Санакагава, позавчера платил, – на его лысине выступили крупные бисеринки пота.

– Ты дашь мне номер телефона и имена, с кем из них можно связаться и поговорить, – заявил я, покручивая в руках кассету с новой частью «Индианы Джонса».

– Д-да… Хорошо, – проблеял администратор. – Окамото Коджи-сан, он сюда приходит, я всё напишу…

– Поживее давай, – рыкнул на него Фурукава.

Я покосился на подчинённого. Кажется, одного леща оказалось маловато.

Глава 8

Номер и имя, записанные на бланке проката видеокассеты, я положил в карман пиджака. Это немного, но это больше, чем я изначально рассчитывал, выезжая в Кабуки-тё.

На этом я решил пока закончить разведку, потому что дальнейшие действия приведут к конфликту, а то и кровопролитию, а для него ещё рано. Да и расспросы начнут привлекать внимание. Мы и так уже наверняка привлекли чьё-то внимание.

Так что мы покинули видеосалон и пошли к станции Сэйбу-Синдзюку. Нужно было вернуться в Адати и выяснить, куда подевался Ода-сан. Его исчезновение меня тревожило, хотя, скорее всего, босс просто уехал по делам и беспокоиться не о чем. Такуя-кун, во всяком случае, не беспокоился, видимо, такое уже бывало.

Я сидел в вагоне и вертел в руках бумажку с номером, слушая размеренный стук колёс. Немного клонило в сон, но ехать нам было не так далеко, чтобы можно было спокойно спать в поезде. Я думал о том, как выбить осакских из Кабуки-тё. Перспектива самому стать королём злачного квартала захватывала все мои мысли, я не мог думать ни о чём другом.

Вкрадчивый женский голос объявил, что мы прибыли на нужную станцию, и мы встали в очередь на выход из вагона.

На станции я снова попытался позвонить в офис из телефона-автомата, и снова услышал только длинные гудки.

– Не нравится мне это, – произнёс я, взглянув на Такую-куна.

Тот лишь пожал плечами, сунув руки в карманы брюк.

– Случилось чего? – спросил Фурукава.

Нового внушения я ему не делал, решил, что с него хватит и одной оплеухи. Перебарщивать тоже нельзя, пусть даже мы и выпили с ним сакэ и принесли клятвы, верностью и преданностью он пока не блистал. Наша с ним связь пока слишком хрупкая.

– Босс трубку не берёт, – сказал я. – Идём, значит, до офиса.

Там его не было с самого утра, и он, похоже, так и не объявился до сих пор, но я думал подождать немного в офисе. Может быть, перекусить, попить чаю. Передохнуть и в целом обдумать происходящее.

По пути заглянули в комбини за едой, взяли несколько наборов бэнто, чтобы не заморачиваться с приготовлением или запариванием лапши, я взял пачку чая, пополнить офисные запасы, изрядно оскудевшие. Улыбчивая полненькая девушка на кассе сложила всё в красивый пакетик с логотипом магазина, ловко отсчитала сдачу и даже поклонилась на прощание. Вот чего у японцев не отнять, так это сервиса.

Поднялись в офис, болтая о всякой чепухе вроде футбольного чемпионата или гангстерских фильмов, пообедали. Немного странно было обедать разогретым рисом из комбини после того, как мы посещали ресторан в Кабуки-тё, но возражений ни у кого не было. Не всегда же сорить деньгами по ресторанам.

Я расположился за столом босса, парни уселись на диванчик за кофейным столиком. Взгляд мой зацепился за документы на столе. Накладные на отгрузку товара, с того самого склада в Фунабаси, в доках. Заполнена вчерашним числом, отгружены якобы запчасти для компьютеров.

Склад не использовался с того момента, как мы выкрали оттуда наркоту Кодзимы, был закрыт и опечатан, и накладная с этим адресом меня несколько удивила.

– Аники, а склад в Фунабаси опять открыли? – спросил я, пережёвывая недоваренный рис.

– Что? – не ожидал вопроса Такуя-кун. – А, да. Копы же отстали.

– Может, туда босс поехал? – предположил я. – Поговорить же с ним надо.

– Да кто ж его знает, он передо мной не отчитывается, – пожал плечами Такуя.

– Съездим, значит, глянем, – сказал я.

– На такси, что ли? – хмыкнул аники.

– На «Короне», – ответил я. – Это в Кабуки-тё на ней ехать – позорище. А так-то почему нет…

«Тойота» Хироми-куна продолжала служить нам изо всех своих престарелых сил. Хотя лишний раз мы старались её не использовать. В салоне всё ещё воняло кровью. Ну и вид у неё был такой, что четвёрка якудза, вывалившаяся из её салона, вызовет только смех, всё равно, что приехать на стрелку на «Запорожце». Минимум понтов, а в нашем деле без них никак.

– Ну поехали, – пожал плечами аники. – Делать пока нехрен.

– Сатоши-кун, ты с нами? – спросил я.

– Ага, – уплетая рис, ответил Фурукава.

Ну, хотя бы с целью определились. Покончили с обедом, убрали за собой. Я снова пожалел об отсутствии мобильников или хотя бы пейджеров. Жизнь стала бы в разы проще, тем более, что пейджеры и подписка не так уж дорого стоят. Тысяч пятьдесят иен за один пейджер, что-то около того, плюс абонентская плата в районе пятёрки. А пользы от них гораздо больше. Лучше них только мобильные телефоны, но это уже за пределами наших возможностей.

Спустились, сели в тачку, припаркованную тут же, у офиса. Я сел за руль, Такуя слева, Фурукава сзади.

– Это чё, от пули дырка? – спросил он, тыкая пальцем в спинку водительского кресла.

– Нет, это ты пальцем проткнул, – проворчал я, запуская мотор.

Полторашка под капотом загромыхала клапанами. Руки никак не доходят отогнать её в сервис, но это и тачка-то не моя, а Хироми-куна, который пока прохлаждался на больничной койке. Немного давит жаба чинить это ведро за него, хоть я пока и катаюсь на нём сам.

Мы встроились в поток машин и аккуратно поехали в сторону Фунабаси, по шоссе, идущему вдоль реки. По радио тихонько играл джей-рок, гудел ступичный подшипник, мы мчались к докам.

И пусть в прошлый раз я ехал по этому шоссе ночью, при свете дня дорога ничем не отличалась. Даже ремонтируемый участок лишь немного продвинулся дальше.

Через некоторое время мы подъехали к складам. У ворот стоял припаркованный «Мерседес», и я с облегчением выдохнул, увидев знакомые номера.

– А вот и он, – протянул Такуя.

Я припарковался рядом, и мы все вышли из машины.

– Надеюсь, тут ничего секретного нет, – пробормотал я.

Иначе как-то неловко получится. Учитывая, что Ода-сан возится здесь с самого утра, на этот склад привезли что-то очень важное. Не хотелось бы помешать его планам.

Ворота на склад были закрыты. Я подошёл к калитке, дёрнул за ржавую ручку. Калитка громко скрипнула, внутрь склада полился дневной свет, и в тот же миг громыхнул выстрел. Взвизгнула рикошетом пуля, я тут же выскочил обратно наружу.

– Ода-сан! – крикнул я.

– Кимура, это ты, что ли⁈ Твою мать! – заругался босс.

Мы ввалились на склад друг за дружкой. Ода стоял с пистолетом в руке и хмуро глядел на нас.

– Чего припёрлись? – заворчал он.

Отвечать, естественно, пришлось мне.

– Не смогли дозвониться, в офисе тоже не нашли, поехали сюда, – сказал я.

Ода-сан убрал пистолет и сунул в зубы сигарету с самым недовольным видом. Мы же пока привыкали к полумраку складского помещения, в котором на стеллажах и палетах громоздились друг на друга коробки и ящики.

– Хрен с вами, раз уж приехали… – проворчал босс. – Будете, значит, помогать. Искали-то меня зачем?

Я кратко пересказал ему всё, что нам удалось узнать сегодня в Кабуки-тё, начиная с самого начала. И то, что гости из Осаки наезжают на тех, кто платит Ямада-гуми, и то, чем они владеют, короче говоря, всю информацию, казавшуюся мне полезной и важной.

– Понятно… – протянул Ода. – Будем думать, значит. Но потом. Сейчас – за работу.

Мы принялись помогать ему здесь, на складе. Похоже, Ода затеял что-то вроде ревизии, совмещённой с генеральной уборкой, и теперь мы таскали, считали и перекладывали. Босс хмурился и ругался себе под нос, что-то, кажется, не сходилось с его ожиданиями.

– Должны были магнитофоны остаться, а хер там… – цедил он сквозь зубы.

Он торчал тут с самого утра, проверяя, что осталось на складе после того, как с него сняли полицейские печати. Думал покончить со всем за пару часов, а в итоге прилип на весь день, как это часто бывает, так что наша помощь оказалась весьма кстати.

С нами дело пошло гораздо быстрее, и я параллельно расспрашивал Оду о том, как он смотрит на то, чтобы начать резню в Кабуки-тё. Намёками и полунамёками, разумеется, если спросить это прямым текстом, я буду послан в тот же момент. Интересовался, когда в Токио вообще бывали масштабные войны формата «все против всех», как на это смотрела полиция, и так далее.

Примерно через полтора часа возни на складе с делами было покончено, и мы все вывалились на улицу, пыльные и чумазые. Синхронно, не сговариваясь, закурили, не спеша грузиться по машинам, встали возле калитки, пока Ода закрывал её на ключ.

– Думаешь, значит, всех между собой стравить, а, Кимура? – хмыкнул босс.

– Если Ямада-сан будет не против, – сказал я. – Кровь всё равно польётся рекой. Когда…

– Ну понятно, понятно, – перебил меня он. – Не живётся же тебе спокойно…

– Суету навести охота, – произнёс я, ехидно улыбаясь.

– Ишь ты, суету… – проворчал дайко. – Но ладно, это нам будет на руку. В мутной воде рыбку половить…

– Точно так, дайко, – сказал я.

Мы докурили, пошли к машинам. Если бы не временное ограничение, о котором упоминал кумитё, что наша цель может улететь в Соединённые Штаты, можно было бы не париться. А так нам приходилось теперь торопиться, что вовсе не способствовало качественному исполнению. В таком деле импровизация только вредит, и то, что мне удалось убрать Тачибану, следствие моего исключительного везения, а не тщательной подготовки.

В этот раз всё должно быть наоборот.

– Поехали в офис, там подумаем, – распорядился босс.

Обратно поехали тем же составом, Ода в гордом одиночестве сел в «Мерседес», а нам пришлось тесниться в «Короне». Уже близился вечер, день пролетел незаметно и очень быстро, и я чувствовал некоторую досаду, что мы тратим время впустую вместо того, чтобы разносить Кабуки-тё по кирпичикам. Хотя я понимал, что спешка нужна только при ловле блох.

В офисе тоже ничего особо не клеилось. Мы приехали почти одновременно, поднялись, налили чаю, чтобы разговор был приятнее, но тут зазвонил телефон, и Ода почти сорок минут висел на трубке, пока мы курили, развалившись на диване. Здесь не хватало только кальяна, и чувство потерянного времени становилось всё сильнее, и я даже раздумывал уйти, чтобы заняться более полезными делами.

Но когда я уже приготовился встать, Ода положил трубку и окинул нас цепким взглядом.

– К делу, – произнёс он.

Фурукаву, как самого молодого, отправили в магазин за очередным перекусом, а мы втроём принялись думать, как нам ловчее пришить Сакакибару Дзюнпея с учётом новых данных, полученных в Кабуки-тё.

– Он, значит, лезет к бизнесу Ямады-сана, – проворчал Ода. – И очень настойчиво, раз уж кумитё решил его убрать, а не договориться.

– Видимо, разговоры уже бессильны, – пожал плечами я.

Последний довод королей, или как там. Боевые действия всегда идут уже после того, как ты пытаешься решить дело мирно, потому что договориться всегда проще и дешевле, чем воевать. А вот когда уже договориться не получается, в ход идут силовые методы.

– Похоже на то, – согласился Ода. – Я кое-какие справки навёл. Сакакибара – бешеный пёс.

– А мы, выходит, ликвидируем бешеного пса, – ухмыльнулся Такуя.

– Именно так, – кивнул босс. – Так что… Если я верно понял, что это за человек, то на переполох в Кабуки-тё он обязательно явится лично. А там уже дело техники.

Я откинулся назад на диван с самым довольным видом. Если речь зашла о переполохе, то это значит, что дайко уже принял мой вариант как основной. Можно рассчитывать на то, что мне удастся извлечь из этого выгоду.

– Сейчас, нужно ещё кое-куда позвонить, – сказал босс, поднимая трубку.

Ну вот, опять. Я вздохнул, понимая, что это надолго и мы опять теряем время. К счастью, дверь офиса как раз распахнулась, и к нам присоединился Фурукава, нагруженный пакетами с едой.

– Ну, что тут у вас? – спросил он, начиная разгружать пакеты.

Ода резким жестом приказал ему быть потише, и мы все притихли, как мыши. Кажется, на проводе кто-то важный. Я даже отставил в сторонку пивную банку, чтобы не вскрывать её и не шуметь прямо сейчас, во время телефонного разговора.

К счастью, в этот раз он закончил быстрее. Ода-сан повесил трубку, потёр усталые глаза, под которыми виднелись мешки, вздохнул.

– Кумитё дал добро… – произнёс он.

– Да! – не удержавшись, воскликнул я.

Ода посмотрел на меня, как на малолетнего дебила.

– При условии, что его бизнес не пострадает, – добавил Ода, одним махом срезая всю мою радость.

Условие, по сути, невыполнимое, учитывая, что Санакагава-гуми нацелились именно на бизнес, находящийся под защитой Ямада-сана.

Единственный вариант, приходящий мне в голову, заключался в том, чтобы атаковать Санакагава-гуми чужими руками и до того, как они нанесут удар. Заставить их перейти в глухую оборону. Надо вовлекать другие банды, вносить больше неопределённости, но чем больше хаоса, тем больше и риска. И это не совсем оправданный риск.

– Но это невозможно, – сказал я.

– Ха, от кого я это слышу! – громко рассмеялся Ода. – Забудь это слово, Кимура. Кумитё сказал, мы делаем, понял?