Текст книги "Якудза из клана Кимура-кай. Том 2 (СИ)"
Автор книги: Геннадий Борчанинов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)
В дверь вдруг позвонили. Мы все удивлённо переглянулись, отец точно не стал бы звонить, а просто зашёл бы.
– Юрико-тян, открой, – попросила мать.
Та, закатив глаза, поднялась с дивана, прошла к прихожей. Через несколько секунд я услышал хриплый мужской голос.
– Меня зовут детектив Ямамото, – сказал он. – Мне нужен Кимура Кадзуки-сан, могу я с ним поговорить?
Глава 3
Я похолодел. Только полиции тут не хватало.
Растерянная донельзя сестра выглянула и посмотрела на меня. В голове ураганом проносились все эпизоды совершённых правонарушений, вместе со статьями Уголовного кодекса. Те, за которые можно меня притянуть, и за которые нельзя.
Вскочил с дивана, пулей вылетел в прихожую, нацепляя на себя маску дружелюбного участия, кивнул детективу в знак приветствия. Это оказался довольно пожилой, за пятьдесят, мужичок, побитый жизнью, коренастый, плотный. Одет в гражданское, в серый пиджак, но манера держаться безошибочно выдавала в нём копа. Вот и по мою душу явились.
– Сестрёнка, там финал начался, иди, – сказал я. – Добрый вечер, детектив, чем могу помочь?
– Кимура Кадзуки-сан? – спросил он, чтобы удостовериться.
Что-то подсказывало мне, что он точно знает, как я выгляжу и кто я такой. Не совсем понятно, почему он припёрся в родительский дом, но и этому было объяснение. По новому адресу я ещё не зарегистрировался, числился проживающим здесь, в Кита-Сэндзю.
– Да, это я, – кивнул я.
Приглашать полицейского внутрь я даже и не думал. Наоборот, мне будет гораздо проще, если мы выйдем поговорить на улицу.
– У меня есть несколько вопросов, – сказал Ямамото.
– Разумеется, – улыбнулся я и вытащил сигарету из пачки. – Не возражаете?
Детектив не возражал. Он выпустил меня на крыльцо, и я закрыл дверь, чтобы Юрико-тян не совала свой любопытный носик в мои дела.
– Я, в таком случае, тоже закурю, – сказал детектив, извлекая из кармана пачку самых дешёвых Seven Stars.
Я угостил его своими, отказываться он не стал. Закурили, встав чуть поодаль от крыльца, чтобы дым не тянуло в приоткрытое окно.
– И всё-таки, чем я могу помочь вам, детектив? – спросил я.
– О, вы можете, – закивал коп. – Вам знаком Одзава Такеши-сан?
– Я работаю в «Одзава Консалтинг», – сказал я, выпуская в сторону струйку дыма.
Внешне я оставался спокоен и собран, внутри я продолжал перебирать варианты ответов. Пока было неясно, что именно интересует детектива, так что лучше бы выбирать выражения тщательнее. Чтобы ему не за что было зацепиться.
– Он находится под следствием, – сказал детектив Ямамото.
Я только пожал плечами.
– Надеюсь, там хорошо кормят, – сказал я.
Детектив прищурился, глядя на меня, хмыкнул.
– Что вы можете сказать об отношениях Одзавы Такеши-сана и Ямада Рицуо-сана? – взгляд копа стал цепким и внимательным.
Не на того напал.
– Ямада Рицуо-сан? – переспросил я. – Что-то знакомое, но не могу вспомнить. Это как-то связано с грузоперевозками? Прошу прощения, я просто стажёр.
Включил дурачка, короче говоря. Сильно сомневаюсь, что детектив Ямамото станет отбивать мне почки дубиналом или душить полиэтиленовым пакетом.
Он посмотрел на меня разочарованно, я видел, что он не поверил ни единому слову. А вот я повеселел. Детектива не интересовал конкретно я и мои деяния на ниве организованной преступности, его интересовала рыба покрупнее.
– Вы можете помочь следствию, если постараетесь что-нибудь вспомнить, – сказал детектив.
– Готов помочь всеми способами, детектив-сан, – кивнул я.
– Нисколько в этом не сомневаюсь. Ещё вопрос. Массажный салон Исии-сана, – сказал коп, снова вглядываясь в моё лицо.
Я даже бровью не пошевелил.
– Чей, простите? – спросил я.
– Исии-сана, – повторил коп.
Ещё немного, и он начнёт кипятиться. Я его раздражал, как камешек в ботинке, как севший между лопаток комар.
– Никогда о таком не слышал, – ровным тоном произнёс я.
– У меня есть другая информация, – криво улыбнулся коп.
Чинпира проболтались, не иначе. Этого следовало ожидать.
– Что вы делали двадцать второго июля вечером? – спросил детектив Ямамото.
– Так… – я даже почесал в затылке. – Это был вторник, да?
– Понедельник, – сказал коп.
– А! Я у друга был, в лапшичной. Ироха Масахиро, – сказал я. – До самой ночи практически.
– И что вы там делали? – хмыкнул он.
– Во-первых, кушал там лапшу. Знаете, какой он классный рамён делает? Советую попробовать, – улыбнулся я.
Детектив чуть ли не скрипел зубами от злости. Он не мог поймать меня на лжи, и это его изрядно бесило, хотя он старался держать лицо.
– Потом, после закрытия, мы с ним немного выпили пива, там же, в лапшичной, – сказал я. – Сидели, общались. Мы со школы дружим, понимаете?
– Понимаю, – хмыкнул коп.
Он докурил до самого фильтра, поискал взглядом, куда можно выбросить окурок. Я не стал ему подсказывать, так что ему пришлось держать окурок в пальцах.
– Ещё вопросы, детектив-сан? – спросил я.
Детектив Ямамото вздохнул, потёр переносицу.
– С-сука, от тебя за километр разит вонью якудза! – вдруг схватив меня за воротник, прошипел он. – Ничего… Скоро вас всех упрячут за решётку…
– Вы меня с кем-то путаете, детектив-сан, – спокойно произнёс я. – Я обычный стажёр. Я буду жаловаться.
Вспышка его ярости схлынула, он отпустил меня, и я, улыбаясь, поправил рубашку. Его бессилие почему-то меня сильно веселило.
– Могу я войти в дом? – спросил он. – Хочу задать пару вопросов вашей семье.
– Нет, – отрезал я.
Детектив уставился на меня с неприязнью.
– Почему? – спросил он.
– Не хочу. Вы мне угрожали, – сказал я. – Уходите.
Ямамото криво усмехнулся.
– Я вернусь. С ордером, – сказал он.
– Непременно. Буду очень ждать. До свидания, детектив-сан, – сказал я.
Я даже поклонился на прощание, но Ямамото безошибочно почуял насмешку. Он развернулся и ушёл прочь, а я проводил его взглядом и зашёл домой.
Там меня уже поджидали мать и сестра. Настороженные, даже напуганные.
– Кто это был? – спросила мать.
– Полицейский, – не стал отпираться я.
Юрико-тян всё равно всё слышала. С очень большой вероятностью.
– И… Что ему было нужно? – нахмурилась госпожа Кимура.
– По работе. Спрашивал кое-что, – ответил я.
– Кадзуки-кун, тебя втянули во что-то незаконное? – забеспокоилась мать.
На самом деле я сам нырнул туда с головой, но им это знать не обязательно.
– Нет, о чём ты⁈ – возмутился я.
Мать взглянула строго, но ничего не сказала. Вернулась к своим кастрюлям. Не поверила, я это видел, но и принять для себя открывшуюся новость не могла. Зато Юрико-тян смотрела на меня, широко распахнув глаза, с ужасом и волнением. Она тоже не могла поверить в то, что добродушный увалень Кадзуки связался с организованной преступной группировкой, но она знала и видела больше, чем отец и мать. И это её пугало.
Я уселся перед теликом. «Замок Такеши» кончился, начались вечерние новости, и я рассеянно смотрел, как диктор рассказывает о банкротстве ещё нескольких банков. Не слишком интересно, они чуть ли не каждую неделю прогорали из-за продолжающегося кризиса.
Юрико-тян подсела на диван с заговорщическим видом, пододвинулась поближе.
– Тебя разыскивает полиция? – с жаром прошептала она.
– Никто меня не разыскивает, – отмахнулся я. – Вот он я, на диване сижу, чего меня искать?
Сестрёнка закивала с понимающим видом. Неизвестно, что она уже успела себе напридумывать, но явно немало. Я, наверное, вырос в её глазах, хотя лучше бы оставался на прежней позиции.
– Брати-и-ик… А ты можешь для меня кое-что сделать? – захлопала она ресницами.
Я покосился на неё. И обращение, и просьба стали для меня неожиданностью.
– Например, что? – хмыкнул я.
– Нет, ты сначала скажи, да или нет! – потребовала сестра.
– Ну, допустим, – сказал я. – Что нужно-то?
– Поговорить… Кое с кем, – смущённо ответила Юрико-тян.
– С мальчиком? – нахмурился я.
– Ну, почти… – она нервно сплетала и расплетала пальцы.
– Рассказывай, – потребовал я.
Сестрёнка многозначительно покосилась на мать, которая, в теории, могла слышать наш разговор. Понимаю, информация не для лишних ушей. И уж точно не для родителей.
– Пошли, – я позвал её в комнату.
Мою комнату даже не трогали после переезда, хотя я точно знал, что Юрико-тян на неё покушалась. То ли родители ждали моего скорого возвращения, то ли просто не хотели возиться с перестановкой мебели, но всё осталось точно так, как и было до моего отъезда.
Я сел на краешек подоконника и сложил руки на груди.
– Что стряслось, сестрёнка? – спросил я.
Та заметно смущалась, не зная, с чего начать. Готов поспорить, раньше она бы и не подумала обратиться ко мне. Да и сейчас не слишком-то верила в мою способность решить её проблемы. А то, что проблемы были, я видел и так. Причём такие, с которыми не подойдёшь к маме или папе.
– Кто-то обижает? Пристаёт? Не дают проходу? – предположил я. – Говори, я никому не скажу.
Юрико-тян насупилась, на мгновение превращаясь из старшеклассницы в маленькую девочку.
– Гото-сенсей, – выдавила она наконец.
Я почему-то ощутил внутри неприятное шевеление, словно воспоминания Кадзуки о школьных годах пытались мне что-то подсказать. Сама фамилия учителя отзывалась внутри гадливым и мерзким ощущением.
– Так… – протянул я. – Это который физрук?
– Да… – прошептала она.
Спортсменкой Юрико-тян не была. Слишком хрупкая, слишком слабая.
– Та-а-ак… И чего ему надо? – нахмурился я.
Юрико вдруг обхватила себя за плечи.
– Он… Он ко мне пристаёт. Лапает… Как будто бы, знаешь, случайно… – заговорила она, глядя в пол. – И этот его взгляд… Фу, аж вспоминать тошно…
Я почувствовал, как сами собой сжимаются кулаки, а из глубины души поднимается волна гнева. Будь этот физрук здесь, я бы вколотил ему все зубы в глотку.
– Я с ним поговорю, – прорычал я.
– Он сказал, что не поставит мне оценку, если я… Если я не… – она всхлипнула и не смогла договорить.
Мне и так было понятно. Я подошёл к ней и аккуратно обнял её. Юрико-тян замерла на миг, но потом прижалась ко мне в ответ, прямо как в далёком детстве.
– Всё будет хорошо, сестрёнка, – сказал я. – Он к тебе и на пушечный выстрел не подойдёт.
Она шмыгнула носом и кивнула. Пожалуй, были и плюсы в том, что сюда заявился полицейский. Если бы не Ямамото, сестрёнка и не подумала бы рассказать мне о своей проблеме. Пусть лучше и впрямь считает меня опасным гангстером.
– Там папа пришёл, – сказала она, услышав, как хлопает входная дверь.
– Ага. Пойду, поздороваюсь. Иди умойся, а то глаза красные, – сказал я. – Будут спрашивать ещё, почему ревела.
– Не будут, – вздохнула Юрико-тян, но всё-таки послушалась моего совета.
Вот чего, а моего визита отец точно не ожидал, но, завидев меня в прихожей, искренне обрадовался.
– Кадзуки-кун! В гости или насовсем? – улыбнулся он.
– В гости, – ухмыльнулся я.
– Проходите, садитесь за стол, ужин как раз готов! – крикнула мать.
Почему-то я ожидал, что она расскажет отцу о том, что по мою душу приходили копы, но матушка молча смотрела, как мы уплетаем рис с биточками в говяжьей подливке. Вскоре к нам присоединилась и Юрико-тян, свежая и улыбающаяся. Будто и не рыдала мне в плечо несколько минут назад.
От риса перешли к салату из морской капусты, затем к жареной в кляре рыбе. Переедать мне точно не стоило, я и тренировки-то забросил, пока сидел в квартире безвылазно, но слишком уж сильно хотелось попробовать всё, что госпожа Кимура для нас наготовила.
– Как дела на работе? – спросил я у отца.
Тот распустил галстук и сел поудобнее.
– Нормально, я бы даже сказал хорошо, – улыбнулся он. – Аудит прошёл, меня даже, наверное, повысят до начальника отдела. Фукуда-сан готовится выйти на пенсию. По здоровью.
– Как славно, – улыбнулся я в ответ.
Хоть что-то хорошее в этом кромешном дерьме. Словно солнечный лучик выглянул из-за туч, затянувших всё небо целиком. А ещё больше душу грело осознание того, что это я разрулил всю ситуацию.
– Ты молодец, Кацухиро, – расплылась в довольной улыбке мать.
Отец принял нарочито горделивую позу, мы все рассмеялись. Я понял вдруг, как мне не хватало таких посиделок в моей прошлой жизни. Именно вот этого ощущения уюта, семейных связей. Не с женой, а с кровными родственниками.
Там мне приходилось выживать в одиночку. Здесь же я почувствовал, что у меня есть надёжный тыл, место, куда я могу в любой момент вернуться, и меня с радостью примут, что бы ни происходило вокруг. Там у меня ничего подобного и близко не было, и я чувствовал какую-то странную меланхолию, светлую грусть. Пожалуй, если бы кто-то предложил мне перенестись обратно, я бы отказался.
Я даже не заметил, как время пролетело. На улице уже окончательно стемнело, скоро закроется станция.
– Ох, мне пора! – всполошился я после нескольких часов душевных семейных посиделок.
– Оставайся на ночь, – предложила мать. – Футон тут есть. Завтра утром уедешь.
Заманчивое предложение. От съёмной квартиры до офиса чуть ближе, но и отсюда не слишком-то далеко.
– Оставайся, – сказал отец. – Кто тебя там, в твоей квартире, ждёт? Пиво и рамён?
Я посмеялся. Там… Меня и в самом деле никто не ждал. Я думал поначалу завести кота, но столкнулся с массой ограничений, начиная от того, что арендодатель был против, и заканчивая тем, что домашнее животное нужно было обязательно зарегистрировать. Так что отец был прав, ждали меня там только пиво в холодильнике и лапша быстрого приготовления.
– Ладно, останусь. Но только сегодня, – улыбнулся я.
Родители обрадовались так, будто я привёз им подарок. Мать принялась убирать со стола, я пошёл к себе в комнату, удивительно пустую после переезда. Расстелил футон на полу, разделся. Спать на полу уже надоело, я бы предпочёл кровать или хотя бы диван. Но в чужой монастырь со своим уставом не ходят.
Перед сном решил устроить небольшую разминку, принялся отжиматься от пола. За этим занятием меня и застала Юрико-тян, снова решившая зайти ко мне. Я покосился на неё, но разминки не прервал. Я и так положил болт на тренировки, надо навёрстывать упущенное.
– Кадзуки-кун… А ты можешь завтра сходить со мной в школу? – спросила она, смущённо сомкнув указательные пальчики.
– Утром? – хмыкнул я, делая двадцатое отжимание.
– Ну… Да. Физкультура первым уроком, – сказала она. – Раз уж ты остаёшься…
Честно говоря, я не собирался. На утро у меня была запланирована поездка в офис и продолжение обхода вместе с Такуей. Времени слишком мало, чтобы тратить его на разборки со школьными учителями, но и бросать сестрёнку в беде… Кем я буду, если оставлю её один на один с физруком-извращенцем? Уж точно не образцовым старшим братом. Скорее наоборот, конченой мразью.
А Такуя-кун поймёт. Ничего страшного, если я немного опоздаю. Чёткого графика у нас всё равно не было.
– Х-хорошо… – выдохнул я.
– Не думала, что это тебе скажу, но… Спасибо, – неловко улыбнулась Юрико-тян.
Я встал, отряхивая руки.
– Утром зайди за мной, – попросил я. – Вместе выйдем.
– Хорошо, – кивнула сестрёнка. – Ну… Я пойду?
– Конечно, – улыбнулся я.
Из комнаты она выскользнула как тень, я проводил её взглядом. От одной только мысли, что кто-то может причинить ей боль, внутри разгоралась ярость. Сейчас бы грушу поколотить, но груши тут не было, так что я сделал ещё несколько подходов отжиманий и пресса, а потом пошёл в душ.
Уставился там в зеркало на себя. Я заметно схуднул, из-под слоя жирка начал появляться рельеф. Скулы заострились, взгляд изменился. Я уже не тот Кадзуки, что получал по башке велосипедной цепью, и это видели все.
Посмотрел на себя так и этак, задумался в очередной раз о татуировках. Тут есть поверье, что карп, поднявшийся вверх по течению и перепрыгнувший водопад, превращается в дракона. Кажется, это моя история. Превращение из лузера в уважаемого человека. Возможно, как этим сюжетом и можно украсить тело.
В дверь кто-то начал стучать.
– Выхожу! – отозвался я.
Совсем забыл, что, кроме меня, тут ещё трое человек, и все хотят посетить комнату уединения. Нет, всё-таки жить отдельно мне нравится больше.
Глава 4
Утром Юрико-тян зашла за мной, как мы и договаривались. А затем мы, как в старые добрые времена, вместе пошли в школу. Раньше, правда, с нами шёл ещё и старший брат, Кейташи.
Сестрёнка немного смущалась моего присутствия, но, видимо, постоянно напоминала себе, зачем мы идём сейчас вместе в школу. Лучше уж пусть одноклассники сплетничают о том, что Юрико ходит в школу в сопровождении брата, а не о том, что спит с физруком.
– Кадзуки-кун, ты, наверное, работу пропускаешь? – обеспокоенно спросила Юрико-тян.
– Ничего страшного, – сказал я. – Просто немного опоздаю, у нас это не возбраняется.
– Ну ладно, – вздохнула она.
У самых ворот школы сестра вдруг остановилась.
– Я… Я, наверное, сама справлюсь, – нервно сказала она.
– Ну уж нет, – проворчал я. – Я уже пришёл, сестрёнка. Я с ним поговорю.
Она заметно нервничала, и её легко можно было понять, слишком велик был шанс просто всё испортить. Сделать хуже, чем всё было изначально.
Внутрь самой школы мы не пошли. Там стоял дежурный из числа учеников, и он просто не пустил бы меня в главный корпус. Первым уроком всё равно физкультура, на улице. Юрико-тян пошла в женскую раздевалку, а я отправился к главному входу в спортзал.
Старшеклассники в пиджаках и девчонки в коротких юбках косились на меня, я и сам чувствовал себя здесь не очень уютно. Надо было надеть школьный пиджак, а не дорогой костюм. С другой стороны, физрук тогда точно бы не внял моим словам.
Вскоре к футбольному полю вышел и сам Гото-сенсей. Уродливый ублюдок в синем спортивном костюме со следами пота, разжиревший боров. На голове у него красовалась большая плешь, кустистые неухоженные брови низко нависали над маленькими поросячьими глазками. Я представил всего на мгновение, как это чучело трогает мою сестру, и меня передёрнуло от отвращения.
Я направился прямиком к нему.
– Эй! Гото-сенсей! – крикнул я.
Боров повернулся в мою сторону, нахмурился.
– Кимура-кун? – раскатистым басом спросил он. – Что ты здесь делаешь?
– Хочу поговорить, – сказал я.
– У меня сейчас начнётся урок, – отмахнулся он. – Приходи… После обеда.
– Ваш урок подождёт, – сказал я.
Он упёрся руками в бока и повернул голову, как цапля, продолжая глядеть мне в лицо.
– Не понял, – прорычал он.
Я подошёл к нему вплотную и посмотрел прямо в глаза.
– Послушай, ты… Если я ещё раз услышу…
Договорить он мне не дал.
– Кимура-кун! Помни, с кем говоришь! – рыкнул он, угрожающе нависая надо мной. – Ещё недавно ты на турнике извивался земляным червяком, на моих уроках! Не дорос ты со мной так разговаривать!
Захотелось боднуть его башкой в нос, чтобы хрустнуло, а ярко-красная кровь брызнула во все стороны, заливая его синий спортивный костюм. Но мы находились посреди школьного двора, на краю футбольного поля, и вокруг было слишком много свидетелей. Так что надо держать себя в руках. Насколько это вообще возможно.
– Или что, схватишь меня за жопу, старый извращенец⁈ – прорычал я в ответ.
Он побагровел, попытался схватить меня за лацкан пиджака, но я сбил его руку в сторону, схватив за запястье.
– Не прикасайся к моей сестре, урод! – процедил я, глядя в его поросячьи глазки. – Иначе тебе придётся иметь дело не только со мной, но и со всем Одзава-кай. Поверь, тебе не понравится.
– Да как смеешь ты мне угрожать, щ-щенок⁈ – заорал он.
– Сначала ты вылетишь с работы, – спокойно продолжил я. – Потом тебя выселят из твоей халупы. Неизвестные сломают тебе оба колена. И руки тоже. Так, что ты нигде не сможешь работать. Только просить милостыню. Ты окончишь жизнь где-нибудь под мостом, в компании таких же, как ты.
Гото-сенсей молча раздувал ноздри.
– Или другой вариант. Ты отстаёшь от моей сестры, да и от всех девчонок в школе тоже, – сказал я. – И спокойно доживаешь до пенсии как уважаемый член общества. Сенсей.
– Пошёл вон отсюда, – прошипел он.
– Получается, ты выбираешь первый вариант? – хмыкнул я.
– Я сейчас позову охрану! – пригрозил Гото, но я видел, что мои слова достигли цели.
– И мы вместе с охранником и тобой прогуляемся до кабинета директора, – улыбнулся я. – Какита-сенсей всё ещё директор? Думаю, да, он ещё не так стар. Как думаешь, нужен ему скандал? О, поверь, я раздую из этой искорки настоящий пожар. Во всех газетах будет твоя рожа. На первой полосе.
Он вспотел ещё сильнее, чем до этого, уже от нервов. В нём совершенно ясно боролись страх, потому что угрозы мои могли сломать ему жизнь, и гнев, потому что он видел во мне не якудза, а всего лишь бывшего ученика.
Пришлось достать из кармана значок организации и прикрепить на пиджак. В глазах Гото-сенсея наконец блеснуло понимание, в какую жопу он себя загнал.
Он кашлянул в кулак, поморщился.
– Кимура-тян, значит, – проворчал он. – Она несерьёзно относится к моим урокам!
– Мне плевать, – сказал я. – Пусть хоть вообще не ходит.
Физрук насупился, сдвинул брови недовольно.
– Ты поставишь ей хорошую оценку, какую она скажет. И навсегда забудешь про неё и про наш разговор, – сказал я. – Если же нет… Если приблизишься к ней хотя бы на десять метров, то тебя ждут проблемы.
Он промолчал и я счёл это за согласие.
– Всё, не смею отвлекать. У тебя урок начался, – сказал я, пристально посмотрев ему в глаза напоследок.
Шансы, что он проигнорирует моё предупреждение, всё-таки были, так что я нашёл в толпе сестрёнку и подошёл к ней, не обращая внимания на шепотки со всех сторон. Да уж, предметов для школьных сплетен сегодня прибавилось. Юрико-тян стояла чуть в стороне от всех, сжимая кулаки и с ненавистью глядя на физрука.
– Он от тебя отстанет, – тихо сказал я, подойдя к сестре вплотную.
– А если нет… – прошептала она.
– Тогда мы сломаем ему ноги, – сказал я.
Юрико ещё раз посмотрела на Гото-сенсея, который принялся с удвоенной злобой гонять старшеклассников вокруг футбольного поля.
– Хорошо… Спасибо, Кадзуки-кун, – сказала она и порывисто чмокнула меня в щёку.
– Не за что, сестрёнка, – ответил я.
– Слушай, а можешь ещё насчёт Наоми-тян…
– Он больше ни к кому не полезет, – заверил я сестру. – Если что, сразу же звони мне, в любое время дня и ночи.
– Хорошо… – улыбнулась она.
Время мчаться в офис. Я, конечно, уже опоздал, но существовала вероятность, что Такуя-кун меня дождётся. Обходить злачные и не очень места в одиночку может быть опасно в нашей нынешней ситуации.
Ладно хоть станция недалеко. Я пошёл в ускоренном темпе, на ходу смоля сигарету, обгоняя таких же опаздывающих работяг. Купил билет, с изрядным неудовлетворением глядя, как пустеет мой кошелёк, вошёл в набитый битком вагон. Нюхая ароматы чужого парфюма и пота, я снова подумал, что мне жизненно необходима собственная тачка. Хотя бы такая же развалюха, как у Хироми.
Переполненное чрево стального монстра изрыгнуло меня из себя на станции Умедзима, и я чуть ли не бегом отправился в офис «Одзава Консалтинг». На парковке внизу стояли знакомые тачки, я широким шагом вошёл внутрь здания, кивнул консьержу, поднялся по лестнице. У самой двери остановился, чтобы немного отдышаться. Не дело заходить туда, вывалив язык на плечо.
Внутри были все, и общее настроение ничем не отличалось от вчерашнего. Такое же мрачное и тоскливое. Даже за опоздание меня никто не пожурил, просто поздоровались.
– У меня вчера были копы, – огорошил я всех новостью.
Все одновременно повернулись ко мне. Настороженно и подозрительно.
– На съёмной квартире? – спросил Ода.
– Нет, у родителей, – сказал я. – Детектив Ямамото. Если эта фамилия вам о чём-то говорит.
– Говорит, – проворчал Ода-сан. – Прилипчивый, как репей. Надоедливый сукин сын.
– У меня он тоже был пару дней назад, – сказал Хироми. – Про оябуна спрашивал.
– Почему не сказал? – нахмурился Ода.
– Да как-то… Забыл, – пожал плечами Хироми. – Я всё равно не сказал ничего ему.
Ода прорычал что-то невнятное, ругаясь про себя.
– Пошли, кобун, – махнул мне Такуя.
Задерживаться в офисе не стали. Но и нестись, сломя голову, по всем оставшимся точкам, тоже, хотя время утекало, как песок сквозь пальцы. Спокойно спустились на парковку, перекурили.
– Чего опаздываешь-то, кстати? На утро же договаривались, – спросил аники, когда мы докурили и поплелись обратно к станции.
– Форс-мажор, – сказал я. – Сестра помочь попросила.
– Серьёзное что-то? – забеспокоился Такуя.
– Скорее да, – ответил я и вкратце пересказал ситуацию с физруком.
Такуя слушал и не перебивал, лишь изредка сверкая глазами и сжимая кулаки.
– Вот же с-сука… – процедил он, когда я закончил рассказ. – Я бы такому прямо на месте голову бы открутил…
– Вот и я чуть не открутил, – поморщился я. – Будь там поменьше народа… Слушай, аники. Я передумал. Я тебя познакомлю с сестрой. Но если только её обидишь…
– И в мыслях не было, братан! – широко улыбнулся Такуя.
Мы оба знали, что если сойдёмся в драке, победителем выйду я. Просто не поднимали эту тему. Угрозу он воспринял серьёзно.
– Значит, я ей скажу, что один красавчик желает с ней познакомиться, аж спать не может, – пообещал я.
– Ага, аж спать не могу, – ухмыльнулся друг. – Ты сам-то, кстати, чего? Может, тебя тоже с кем-нибудь познакомить? Есть у меня пара знакомых девочек…
– Пока вообще не до них, – вздохнул я. – Не то, что с девочками гулять, даже пукнуть некогда. Да и… Как бы есть одна. На примете.
Не могу сказать, что Нанако-тян нравилась мне до дрожи в коленках. Симпатичная девица, не более того, но была в ней какая-то изюминка всё равно. Кадзуки-кун явно повёлся не на смазливую мордашку, а на что-то большее, иначе не бегал бы хвостиком за ней, получая по голове от босодзоку. Да и вообще, это, можно сказать, дело чести.
– Ну, если есть на примете, то надо брать и завоёвывать, – ухмыльнулся Такуя. – Ладно, пошли. Хватит языками чесать.
Выдвинулись. Молча шли, думая каждый о своём, и если Такуя, судя по его виду, думал о бабах, то я размышлял о наших насущных проблемах. Тачибана, Кодзима, теперь ещё и копы… Нас будто бы зажимали со всех сторон, лишали возможности для манёвра, искусственно гнали на флажки. Рвусь из сил и из всех сухожилий, но всё безрезультатно. Это напоминало мне бег на месте.
Нужен был какой-то прорыв, что-то такое, что разом решило бы все наши проблемы. Взорвать к чёртовой бабушке всех здешних боссов, перекроить всю карту. С нами играют нечестно, мухлюют, значит, надо перевернуть стол. Но тогда прольются такие реки крови, что все прежние разборки покажутся нам просто детскими шалостями. А если продолжать играть по правилам, согласно здешним традициям… Нас просто раздавят.
– Эй, аники, – произнёс я. – Я же могу, в теории, основать свою собственную организацию?
Такуя подобного вопроса не ожидал.
– Зачем? – не понял он. – Братан, ты у нас без году неделя, пообвыкнись хоть. Поймёшь, что к чему, освоишься, там уже видно будет, нужно тебе это или нет.
– Да я уже освоился, – сказал я.
– Ну-ну, – скептически хмыкнул Такуя.
– Нет, а всё-таки? – продолжил допытываться я.
– В теории, да, можешь, – сдался старший. – Но на практике… Кто к тебе вообще пойдёт? Да и сейчас точно не до этого. С Тачибаной бы разобраться.
– Разберёмся, – сказал я.
Мы добрались до станции, зашли в пустой вагон. Час пик, к счастью, закончился.
Слова старшего так и не выходили у меня из головы. Если удастся собрать свою собственную организацию, жизнь станет гораздо проще. В каком-то плане. Вопрос только в том, кто в неё вообще пойдёт, как верно заметил Такуя. На ум приходили только местные чинпира.
Пополнение в ряды якудза вообще обычно приходило из них, из мелкой гопоты. Иногда из шаек босодзоку, иногда просто по знакомству.
И как раз таки к нашим чинпира у меня имелось несколько серьёзных вопросиков. В первую очередь, кто из них сдал меня полиции. Это явно был кто-то из них, и оставлять этот факт без внимания я не собирался. С одной стороны, мне хотелось набить им рожи, всем до единого, с другой стороны, мне нужно было привлечь их к сотрудничеству, заставить работать на меня. Мне, правда, пока и заплатить нечем, но это уже дело десятое. Пожалуй, занятие на сегодняшний вечер я себе придумал, попробую их выловить.
А пока – идём обходить всех тех, кто отказался платить Одзава-кай.
Обычная рутина бытия гокудо. Приходим в нужное заведение, мило улыбаемся владельцу, забираем конверт из плотной бумаги. Или не забираем, если вдруг что-то идёт не по плану.
Чаще всего так оно и происходило. Ладно хоть новых драк не случалось, Тачибана-кай не спешили защищать захваченное. Они просто прошлись по нашим точкам и собрали деньги вместо нас. Ударили по кошельку и по нашему самолюбию, не более того.
А теперь нам, получается, приходилось выбивать положенное из тех, кто платил нам за защиту.
– Аники, может, по заведениям Тачибаны пройдёмся? – предложил я, когда мы вышли из очередного подпольного казино.
Такуя убирал во внутренний карман пиджака ещё один тоненький конвертик. Денежный поток превратился в тоненький ручеёк, грозящий вот-вот иссякнуть. Насобирали мы за полдня всего лишь двести тысяч иен.
С одной стороны, немало, это месячная зарплата какого-нибудь работяги, с другой стороны, нам требовалось гораздо больше, чтобы организация могла поддерживать себя на плаву.
– Я думаю, это плохая идея, братан, – вздохнул Такуя. – Ода-сан не оставляет надежды уладить всё миром.
– Кхм… Надежда, конечно, умирает последней, но нас будут давить до последнего, – сказал я. – Он связался с кумитё?
– Этого он мне не говорил, – сказал аники.
– Значит, нет, – сделал выводы я. – Предлагаю всё-таки прошвырнуться по их точкам. Немного возмездия.
– Никакого возмездия, – хмуро ответил Такуя. – Не надо провокаций. Ода-сан всё уладит.
– Значит, утрёмся? – фыркнул я. – Так, значит, поступают гокудо?
– Ты нарываешься, Кадзуки-кун, – процедил Такуя.
– А они что сделали? Просто привет передали? – всплеснул я руками. – Братан, война уже началась! И наше бездействие принимают за слабость!
Такуя-кун резко остановился и повернулся ко мне.
– Почему ты меня этим грузишь? Ода-сан сказал, как нам поступать и что делать, мы делаем! – прошипел он. – Если такой смелый, скажи это ему!
– Если нужно, скажу, – кивнул я. – А… Ладно, толку то… Куда дальше?
– Всё на сегодня, – сказал он.
Я взглянул на часы. Время близилось к обеду, и для меня крайне странно было заканчивать так рано. Особенно в свете того факта, что время у нас было ограничено.
– А что Хироми-сан? Нашёл, с кем можно работать? – спросил я.
– Кого-то нашёл, вроде, – хмыкнул Такуя. – Я не интересовался.
Пришлось сдерживать себя, чтобы не выругаться вслух. Хотя очень хотелось.
– Понятно. Я тогда поеду в Кита-Сэндзю, – сказал я. – Есть несколько идей, что можно сделать.
– Я буду в офисе, – сказал Такуя.
Распрощались, разошлись в разные стороны. На ту сторону Аракавы я отправился пешком, разве что забежал в комбини по пути и купил там онигири, чтобы перекусить на ходу.
