Текст книги "Суровая нежность (СИ)"

Автор книги: Галина Нифонтова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Глава 13. Волнение

Глава 13. Волнение

На следующий день Громов привез меня из Маринкиной квартиры обратно в мою. Когда мы с Сережей зашли ко мне домой, то не известно кто больше был этому рад, я или Рыжик. Кот потом весь день терся об меня, видимо боясь, что я опять могу исчезнуть.

Когда я осталась одна, созвонилась с подругой и в двух словах рассказала ей, что он меня все-таки нашел. И можно сказать, что я легко отделалась. Марина была рада, что мы помирились. Но о методах воспитания Громова, «кнута и пряника», я все-таки умолчала. Она сказала, что ключи я могу передать ей потом, так как она сейчас собирается навестить свою тетю за границей и приедет обратно не скоро.

Вторую половину дня мы с Громовым никуда не выходили. Заказали еду и нежились вместе до следующего дня.

Ранним утром за окном было еще темно, когда нас вырвала из сна мелодия вызова на телефоне Сергея. Я сморщила носик, отвернулась, обняла подушку и снова закрыла глаза. До работы было еще около двух часов.

– Слушаю.

– Когда?

– Где именно?

– Пострадавшие?

– Угу.

Я встрепенулась от слова «пострадавшие», а голос его даже не выдавал и намека на волнение. Обеспокоенно приподнялась с постели и повернулась к нему. Сергей зажал пальцами переносицу и сдвинул брови.

– Сегодня к вечеру жду полный отчет, – и сбросил звонок.

– Что-то случилось? – робко дотронулась до его руки.

– Да-а-а… Не переживай, я все решу.

Нахмурившись, я спустила ножки на пушистый бежевый ковер, накинула на плечи халат и направилась к двери. Ее уже царапал Рыжик, который проснулся, услышал нас и больше не был намерен спокойно находиться один в другой комнате.

– Спи, еще рано. Мне нужно уехать, – посмотрел на меня Сергей, застегивая рубашку.

– Да я уже не усну, – подошла к двери и открыла ее.

С кухни тут же влетело рыжее лохматое чудо и стало тереться о мои ноги, задрав свой пушистый яркий хвост вверх.

– Ты его больше не увидишь, – Громов продолжил разговор так же, без каких-либо эмоций.

Я подняла взгляд от кота на Сергея и моя улыбка сошла на «нет».

– В смысле?

– В прямом. «Друга», – выделяя это слово, – ты больше не увидишь.

– Ты что-то сделал с ним? – подошла к нему вплотную. – Сережа, отвечай, что ты с ним сделал?! – мне стало страшно за коллегу и я окончательно проснулась.

Громов молча застегивал ремень.

– Сережа… – сменила тон на более мягкий, коснулась его руки и заглянула снизу вверх в светло-серые глаза.

– Нет, а надо бы. Руки сломать за то, что лапал мое.

Я покраснела, вспоминая всю неловкость того вечера и отвела взгляд в сторону.

– Я понимаю, все глупо так вышло… Но что значит «не увидишь»? Что с ним, скажи?

– Все нормально с твоим дружком. Я поставил ему условие, или сломанная рука или он там больше не работает и к тебе не приближается. Он выбрал второе, – ухмыляясь, Громов отвернулся, подошел к столу и взял свои наручные часы.

– Сережа, ну нельзя же так…

– Пусть спасибо скажет, что не покалечил.

– Но ведь… Он из-за меня получается работу потерял.

Сергей резко развернулся, в два шага подошел ко мне и запустил руку в мои распущенные волосы. Аккуратно сжал пальцы и не спеша притянул к себе.

– Ты хотела его поцеловать? Сама полезла?

От неожиданности руками обхватила его плечи.

– Нет, – с вызовом посмотрела в серый омут его глаз. – Он для меня друг и не более того. Я не хотела его целовать, он просто…

Громов притянул меня к себе, крепко обнял и закрыл рот поцелуем.

– Значит он заслужил. Он знал что ты моя. В следующий раз сломаю пальцы. Кто бы ни был.

– Сережа…

– Все, мне пора, – помассировал мне голову, чмокнул в висок. – Позвоню, не провожай, – и вышел из комнаты.

Я забралась в кровать с ногами и вновь нахмурилась.

– Мя-я-я!

Рыжик прыгнул ко мне и улегся на бедра. Подтянула к себе мою пушистую радость и поцеловала его в макушку. Прижала к груди и зарылась пальцами в его длинную шерсть. Мурчание кота успокаивало, приносило облегчение и отвлекало от всех неприятных мыслей.

Около двух недель спустя.

Сережа вернул мне мою машинку-жучка. Мы к тому времени очень сдружились с его сестрой Юлей и часто вместе с ее сынишкой Димкой выезжали погулять. Этот славный малыш с очаровательной улыбкой еще тогда, давно, после лечения его котенка, глубоко засел в моей душе. Они с Громовым часто приезжали ко мне. Даже просто так. И я была очень этому рада.

Сегодня у меня выходной, и мы поехали с Димкой и Юлькой погулять. Заехали в огромный торговый центр, где Димулька сразу побежал в детский городок. Лазил, прыгал на батутах, рылся в сухом бассейне с шариками. Невозможно было на него смотреть без умиления! Мы с Юлией сидели в сторонке и болтали обо всем подряд, попивая ароматный кофе.

– Совсем большой, мой мальчик. В этом году уже идем в первый класс, – Юлия поникла и покрутила в руках кружку с горячим напитком. – Жаль, Витя этого не увидит…

– Все будет хорошо! У тебя есть ради кого держаться! О таком малыше, как он, можно только мечтать! – я ободряюще сжала ее руку.

– Да, ты права. Все нормально, – она выдохнула и отпила капучино. – Как у тебя дела с моим братом?

– Хм… – я глупо улыбнулась.

– Он без ума от тебя, Ариш. Честно.

– Да, я знаю.

– У него не самый лучший характер, конечно, – Юлька тут же повеселела. – Он по своему выражает свою любовь. Как умеет.

– Да-а-а. Только у него последнее время, мне кажется, нет настроения.

– Угу, это после того случая на стройке.

– В смысле? Какого случая?

– На одном участке был взрыв. Хорошо, что было нерабочее время, двоих людей немного задело, но не страшно.

– Что? Я не знала. Сережа ничего мне не говорил...

– Он не любит делится своими проблемами. Привык все решать сам. Я сама чисто случайно узнала.

– Нашли, почему был взрыв? Это кто-то специально сделал? Боже… Подложили бомбу?

– Я не знаю… Он тоже в двух словах мне сказал. Когда мы виделись, ему позвонили на счет этого.

– Теперь понятно, – поникла. – Я тоже слышала часть его разговора по телефону.

– Не переживай! Он разберется, что это было. Я сама уже давно не лезу в его дела. У них был общий бизнес с моим мужем. Но как его не стало, я больше ничего не хочу делать... Передала Сереже все дела. Я все равно в этом мало понимаю, только помогала Вите. Тем более бóльшая доля в бизнесе была у Сережи. Ничего! Он разберется, кто это сделал.

– Может ему кто-то угрожает?

– В открытую, не думаю. А вообще, все возможно. Где большие деньги – там всегда много врагов, Арин. И каждая из акул бизнеса хочет сожрать своего сородича.

Я опустила голову, теребя ремешок на своей сумочке.

– Ну-у-у, ладно тебе! Не переживай! Там все перероют ищейки и найдут какие-нибудь следы, кто это мог сделать. А тебе брат не стал говорить, наверняка, чтобы ты не расстраивалась.

– Да, наверное.

– Скорее всего, они уже во всем разобрались. Прошло уже несколько недель. Но ты же знаешь моего брата! Из него и клещами не вытащишь то, что он сам не захочет сказать.

Мы поглядывали на Димку, который уже с другими детьми строил какой-то дом из больших частей конструктора.

– Ты лучше скажи мне, Аринка, когда он на тебе женится, а? Когда мы уже погуляем?

Мы обе улыбнулись и рассмеялись.

– Я еще не видела его таким с другими девушками. На тебе он, разве что, еще клеймо не поставил, показывая всем, что ты его.

– Ахах, да брось ты, Юль! – она заставила меня немного покраснеть.

– Серьезно говорю! – улыбнулась подруга. – Мне ли его не знать?

– Ну… Он как бы предлагал, но мы решили пока не спешить.

– Ох, Ариночка, – Юлия хитро прищурилась. – Не бойся ты, это неизбежно! – рассмеялась вновь. – Вы отличная пара и это видно!

К нам прибежал Дима, и мы пошли дальше бродить по торговому центру.

А у меня в голове вертелась одна из наших первых, с Сережей, встреч.

«Ш-што ты делаешь？Мы же даже толком не знакомы!

– Сергей, – продолжая целовать меня в шею, произнес он, как бы между делом.

– Да, это я знаю, но-о-о… – усмехнувшись, ответила на его поцелуй.

– Но? – прижал меня к стене, поставил руки по бокам от моей головы и стал сверлить возбужденным взглядом.

– Я тебя не знаю! Кто ты, что ты…? Ты мне ничего о себе не рассказываешь!

– Громов. Сергей Владимирович. Тридцать два года. Родился в Москве. Имею свой строительный бизнес. Скоро женюсь.

– М-м-м… Как интересно… – проговорила поникшим голосом.

– Как только ты определишься с датой.

– О-о-оу! – глупая улыбка повисла на моих губах. – Так предложения и не было!

– А сейчас, что было？

– Вот нахал, а! Самоуверенный…

Громов не дал мне договорить и самым наглым, но действенным методом заткнул мне рот поцелуем.»

Глава 14. Трудовые будни

Глава 14. Трудовые будни

Кто-то выбирает профессию по заработной плате, кто-то по убеждениям, по настоянию родителей и так далее. А некоторые – по зову своего сердца.

Так случилось и со мной.

Я с самого детства общий язык с животными находила лучше, чем с людьми. Они не предадут. Не обидят. Не сделают больно лишь для того, чтобы просто понаблюдать за процессом и позлорадствовать. Чего нельзя было сказать о людях. Животные – как дети! Открыты, наивны и доверчивы. И не важно, какой у них возраст. Они вечные дети! Чем и прекрасны.

С детских лет мне хотелось помочь всем бездомным животным, которых я встречала на своем пути. Но, каюсь, сердце мое было занято котиками.

Работа ветеринарным врачом – довольно неоднозначное занятие. Но, бесспорно, плюсов в этой профессии больше, чем минусов. По крайней мере для меня. Конечно, на ветеринаре всегда лежит большая ответственность за жизнь своих подопечных. Но я всегда чувствовала, что нахожусь на своем месте. И это очень здорово!

И да, порой нам приходится принимать сложные решения. И бывают ситуации, когда не все зависит от нас. Или, например, к нам обратились уже слишком поздно и мы не можем исправить ситуацию и помочь питомцу. И остается лишь смотреть на потухающие карие глаза собаки. Они в один момент, с облегчением, после сильной боли, перестают двигаться, остановив на тебе свой безжизненный взгляд двух янтарных камешков.

Так было со мной… Когда ко мне привезли пса, после автомобильной аварии. Там не было шансов…

После этого, на душе поселилась тяжесть и руки опускались что-либо делать. Но я понимала, что в коридоре еще много братьев наших меньших, которым необходима наша помощь. Сжимала челюсти, смахивала слезы и шла работать дальше.

Да, слезы!

Слезы за питомца и не важно, что чужого. Просто за чью-то душу. И, сдерживаясь, шла вызывать следующих посетителей.

И это я еще не говорю о хозяевах наших пушистых клиентов. У всех свои причуды и свой характер. От некоторых накатывает безудержный смех, а от других встают волосы на затылке дыбом от их слов и действий.

Вообщем, скучно у нас никогда не бывает.

К примеру, вот один из ярких дней в нашей работе.

С самого утра в коридоре уже ожидали несколько человек. Поздоровавшись с посетителями и сотрудниками, я прошла в свой кабинет. Моя коллега была на больничном и сегодня мне приходилось отдуваться одной.

Что ж, начнем.

Позвала первого клиента. Заходит бабушка с переноской.

– Здравствуйте, что у вас? – спрашиваю.

– Ой, дочка, мне бы обработать Ваську от блох то, а?

– Хорошо, доставайте его и вон на тот столик.

Пока бабушка возилась с переноской на столе, я задала рядовые вопросы и заполнила карточку питомца. Подошла к Ваське и начала прокапывать ему холку от блох.

Его хозяйка стояла рядом и причитала:

– Ой, что ж за кот то а, такой! Вот убежал – где шлялся? Неизвестно. Вот и надо его от блох то. Это самое. Бедóвый кот, а! И цветок уронил и с окна выпал и с соседским котом подрался и…

– Так, стоп! Он с окна выпал?

– Ну да, говорю же – бедóвый!

Я округлила глаза и начала осматривать Ваську. Прощупала лапы, посмотрела голову и все слизистые.

– Обошлось! С ним все в порядке, – успокоила бабушку.

– Ой, ну слава Богу! А то я так переживала, так переживала! Когда он упал в прошлом году.

Следующий был мужчина с собакой, «породы двортерьер». Иными словами – дворовая, без породы. Нервозность этого человека чувствовалась с первых секунд, как только он вошел в мой кабинет.

– Стерилизуйте мне ее! Таскает щенков, зараза! – он не дал возможности мне что-то ответить и тут же спросил, – А сколько это будет стоить?

Я озвучила ему сумму.

– Вы что, с ума сошли? Хапуги!

Пояснила мужчине, что цены устанавливаю не я. И, к тому же, цена намного ниже, чем для породистых собак. Но он не унимался. Начал еще сильнее орать и размахивать руками.

– Да я на вас жаловаться буду! Делайте мне дешевле! Иначе не будете здесь больше работать! Где у вас директор? Пожалуюсь, что вы грубите и кидаетесь на меня!

Я, как сидела за компьютерным столом, так оттуда даже не вставала. Лишь молча показала пальцем неадекватному мужчине на камеру, висящую в углу кабинета, под самым потолком. Больше ничего сказать я так и не успела. Психованного мужчину – как ветром сдуло.

Далее была стрижка когтей у морской свинки и подпиливание зубов у кролика.

Потом вышла в коридор и увидела, что там ожидают две бабушки и две женщины. Одну из них пригласила в кабинет.

Как только женщина, с уже взрослым хаски, зашла и села на стул, ее пёсель, который стоя на задних лапах, был ростом с хозяйку, тут же прыгнул к ней на колени. Было смешно и мило за ними наблюдать. Такой большой мальчик боялся и жался к своей хозяйке. Они пришли сделать плановую прививку от бешенства. И как только я подошла к песику, по кличке Вуди – он начал выть во все горло! Хозяйка заулыбалась и сказала, что мальчик добрый, но с детства трусишка. Так вот, этот хитрец, когда у меня были пустые руки, сидел спокойно, махал хвостом и судя по хитрым глазам и мордочке – как-будто улыбался. Но как только я брала в руки шприц – он начинал выть так, как будто его лишают жизни! Несмотря на шумовую атаку, от которой закладывало уши, я все же смогла поставить вакцину от бешенства. Сделала подкожно, в область лопатки. Хозяйка хаски поблагодарила меня и мы попрощались.

Я вышла в коридор, чтобы позвать следующих посетителей. Но там уже никого не было! Коридор пуст. Видимо, этот хитрец Вуди всех распугал!

Примерно через пол часа пришел мужчина с кошкой. Сказал, что она чувствует себя все хуже и хуже. После осмотра и опроса, сказала ему, что кошка сильно истощена и может умереть. Она была в очень плохом состоянии.

Оказывается, мужчина был вегетарианцем. И свою кошку тоже не кормил мясом. Я пыталась объяснить ему, что кошки – это хищники. Им мясо необходимо. Но хозяин кошки стоял на своем. А потом и вовсе сказал – если выхода другого нет, то он свою позицию менять не намерен и кошка ему такая не нужна. И я могу делать с ней все, что захочу. Он оставляет ее здесь.

Я, сдерживая свои эмоции, посоветовала ему больше никогда не заводить хищников. И немного поколебавшись, все же добавила – а лучше, вообще, никаких животных.

Кошечку я потом держала у себя в клинике. Подлечила ее и хоть немного откормила. А спустя пару недель нашла для нее адекватных хозяев.

Далее, ко мне на прием приходили с шиншиллой и волнистым попугайчиком.

Через часик пришел мой знакомый Алексей с таксой Мишкой. Он рассказал, что они уезжали на природу и там у собаки опухла мордочка. Я осмотрела Мишку и сообщила, что это был укус осы. Выписала противоаллергические препараты и успокоила хозяина песика. Но когда передавала пса хозяину, то не удержалась и рассмеялась над Мишкой. Алексей расхохотался вслед за мной. Вы только представьте, как выглядела собака – худая длинная такса и круглая опухшая мордочка. Эдакая сосиска с мохнатым шариком!

Алексей, примерно через недельку, позвонил и радостно сообщил, что у Мишки спал отек и все хорошо.

Последним моим клиентом, в этот день был брутальный мужчина. Весь в цепях на шее и руках. Пришел он с английским мастифом. Своим серьезным видом они были очень похожи друг на друга.

– Здравствуйте! У моего Цезаря что-то на животе! Это, наверное, клещи? – небольшое молчание. – Ой, только бы не опухоли! Посмотрите, а?

Цезарь дал себя спокойно уложить и показал животик.

– Это не клещи, – сообщила хозяину пса, стоящему рядом со своим питомцем. – И даже не опухоли!

– А что же это тогда?

– Это просто соскИ! – старалась не улыбаться, заметив озадаченное лицо мужчины.

– Как? Он же мужик! Кобель!

– Да, но это считается нормой. Они могут быть, как у сук, так и у кобелей.

Мужчина, когда уходил, был задумчивым, но спокойным, что с псом все в порядке. А Цезарь и вовсе был невозмутим.

Этот последний клиент с мастифом – сделал мой день! После такого клиента я всю дорогу до дома улыбалась.

Как же я люблю свою работу!

Глава 15. Приступ

Глава 15. Приступ

Один из моих рабочих дней начинался, как обычно, и ничего не предвещало беды.

В своем кабинете я включила компьютер и допивала свежеприготовленный кофе, который любила брать с собой по пути на работу. Позвонил Сережа, мы поболтали и он сказал, что уехал по работе снова в другой город. Предупредил, что не знает, когда точно вернется. Если он там задержится, то приедет только на следующей неделе.

День начинался хорошо, коллеги шутили, я улыбалась. Усатые, и не только, клиенты были милыми, даже никто не пытался тяпнуть за палец, пока я их осматривала.

– Арина Петровна! – в дверь постучала наша сотрудница. – Вас просят к телефону! – подошла и протянула мне трубку.

Я кивнула, сняла перчатки и взяла телефон.

– Алло? – ответила, когда коллега вышла из кабинета.

– Цветкова Арина Петровна?

– Да, – настороженно согласилась.

– Вас беспокоит врач-кардиолог. К нам недавно доставили пожилую женщину, которая представилась, как Цветкова Вера Павловна. Это ваша родственница?

У меня сразу подскочил пульс. Второй рукой нащупала кресло и села в него.

– Да, это моя бабушка! Что с ней? – нервно сжала подлокотник.

– Не пугайтесь, она сейчас у нас под наблюдением. Ей стало плохо на улице и прохожие вызвали скорую.

– Куда мне приехать? – быстро начеркала адрес больницы карандашом на листочке.

– Я так понимаю, у нее серьезные проблемы с сердцем? – уточнил доктор.

– Да, да, у нее… – горло сдавил спазм, на глаза навернулись слезы, слова давались мне с трудом.

– Мы сейчас вашу бабушку обследуем, а вы не могли бы привести все ее медицинские заключения и назначения, которые были сделаны ранее?

– Да, конечно, я скоро приеду!

– Хорошо, до свидания.

– Спасибо!

Опустила руки на колени. Так, так, не время плакать! Нужно собраться. Взять себя в руки!

Вытерла слезы, объяснила все коллегам на бегу и даже не переодевшись, в рабочих медицинских штанах и кофте, выбежала на улицу.

Шла вторая половина декабря. Люди спешили за подарками, все вокруг были окружены приятными хлопотами.

Спешила и я! Только вот по другой причине… Я торопилась все разузнать и в то же время боялась этого. Бежала с болью в сердце и окутывающем холодным страхом в душе за единственного родного человека.

Мороз пощипывал открытые части тела. Но мне это было не важно! Похлопала по карманам, нащупала свой телефон и закинутые на бегу ключи от машины. Быстро, стараясь не нарушать скоростной режим, заскочила на квартиру к бабушке. Там собрала необходимые вещи, документы и взяла ее медицинскую папку. Пулей полетела по указанному врачом адресу. Я так спешила, что игнорировала все звонки и смс на телефоне от коллег, друзей и Сережи. Следила только за дорогой и нервно покусывала изнутри нижнюю губу, пытаясь успокоиться.

Добравшись до нужного адреса, встретилась с врачом и передала ему все документы. Как я не просила, мне не разрешили повидать мою бабушку Веру, объясняя это тем, что ее состояние ухудшается.

– Арина Петровна, вы же не хуже меня понимаете, что все лекарства и процедуры лишь облегчают ее симптомы, – кивнул врач, перелистывая медицинскую карту. – Ей нужна операция и чем быстрее, тем лучше! Против нее играет также ее возраст. Но с операцией шансы дольше пожить увеличатся.

– Я понимаю, все понимаю, но у нас нет таких денег! – перешла на крик.

– Успокойтесь, пожалуйста! Но и нас поймите, у нас нет возможности проводить такие операции бесплатно.

Я сникла и беззвучно заплакала.

– Мы сейчас стараемся стабилизировать ее состояние, возвращайтесь домой, Арина Петровна.

– Нет, нет, я не могу, я буду здесь.

– Пока ей не станет лучше, вас к ней все равно не пустят. Вы меня понимаете?

– Хорошо, я буду ждать в коридоре.

Врач тяжело вздохнул, но что он мог еще сказать человеку, родственник которого находился в шаге от смерти.

С пеленой в глазах я вышла в коридор, села на ближайший стул и старалась не заплакать в голос. Врач обещал держать меня в курсе об изменениях состояния бабушки.

В больницу я приехала до обеда. До самого вечера нервно бродила по коридору и сидела на стульях, как в полусне. За окном уже стемнело, многие врачи ушли. Низенькая бабушка, которая домывала полы, пыталась меня уговорить пойти домой и снова придти завтра, но я не могла сдвинуться с места. Милая старушка понимающе охала, качала головой и медленно заканчивала свою работу.

Во втором часу ночи я сидела и уже клевала носом, временами проваливаясь в сон. Внезапно, в конце коридора открылась дверь, и ко мне навстречу побежал врач.

– Арина Петровна!

Я тут же подскочила с места. У меня весь сон, как рукой сняло! Сердце быстро билось в груди в страхе за бабушку Веру.

– Что с ней? – выкрикнула на ходу, направляясь к мужчине в белом халате.

– Ничего, ничего! – запыхавшись, ответил доктор и потряс передо мной бумагами.

– А что тогда?

– Мне только сейчас позвонили, наш заведующий и не только! Операция! Прямо сейчас будут делать операцию! Ее переводят в другую больницу.

– Что? Сейчас?

– Да. Если разрешение выдано, медлить нельзя! У вас есть машина? Можете поехать за нами.

– Да, хорошо. Но как же деньги? У меня их нет.

– Все оплачено! Мне передали, чтобы мы срочно начинали.

– Но как, кто? – догадываясь, спросила на автомате.

– Мне не доложили! Быстрее, быстрее, Арина Петровна! Но смотрите, если хотите, то подъедите завтра.

– Нет, что вы! Я еду за вами.

Я выруливала за скорой с щемящей радостью, надеждой и волнением перед операцией. Прибыли мы минут через сорок. Обстановка в новой больнице сразу давала понять, какие тут крутятся деньги и врачи. Все, как во сне. Мне сказали зайти через другой вход. Я бежала, искала. Где, где моя бабушка? И вот увидела, как вдали закатывают в лифт каталку и рванула туда. Меня остановили, лифт уехал. Объяснили как и куда подняться. И все повторилось. Коридор, окна, а дальше – закрытые двери. Только отличием от прошлой больницы было явное присутствие тут больших денег. И пациенты, явно не таким кошельком, как у меня. Я села в маленькое кожаное кресло и начала ждать.

Час проходил за часом, а ко мне никто так и не выходил. Желудок сводило от голода. Скоро уже наступит утро следующего дня, а я не ела со вчерашнего обеда. Немного подумала, встала и побрела к лифту. Я видела на первом этаже автомат с едой и напитками. Выбрала бутерброд и простую воду, поднялась обратно. Уже светало, когда я доедала свой ужин и завтрак в одном бутерброде. Вкус не чувствовался, все мои мысли сейчас были в операционной. Я убрала боль в желудке, его урчание и меня потянуло в сон.

Через несколько часов двери, которые я сверлила взглядом, открылись и оттуда начали выходить врачи, что-то бурно между собой обсуждая. Я вскочила и, перетаптываясь с ноги на ногу, молча смотрела на них. Все прошли мимо, а один из них подошёл ко мне.

– Арина Петровна?

Кивнула и сцепила руки в замок.

– Я оперирующий врач Веры Павловны.

– Что с ней, как она? – боясь задавать вопросы, спросила заплетающимся языком.

– Все хорошо, не переживайте! Операция прошла успешно. Но вам не нужно было так тянуть с ней. Вы серьезно рисковали, – хирург строго посмотрел на меня, а я поджала губы и кивнула. – Сейчас ей нужно отойти от наркоза. Она под наблюдением. Но пока ее нельзя беспокоить. Должно пройти хотя бы несколько дней.

– Но…

– Поезжайте домой. Вам позвонят, когда можно будет ее навестить.

Я не стала спорить. Кивнула и с грустью, но с большим облегчением в душе, направилась домой.

На работе в этот же день взяла отпуск. Я не могла спокойно работать в ожидании звонка от врача. Дома включила свой сотовый телефон, который был поставлен в больнице на беззвучный. Обзвонила всем, кто меня потерял. И к моему удивлению, когда общалась с Сергеем, то он ни слова не сказал мне, куда я пропала. Как будто и не было от него кучи звонков и смс. Мы поговорили, я не стала рассказывать про бабушку и объяснять, почему не отвечала.Да он и не спрашивал. Мне было как-то неловко за это, но я была не в том состоянии, чтобы нормально соображать. Он сообщил, что задерживается в другом городе еще на пару дней и мы попрощались.

Прошло несколько дней. Я на каждый звонок подрывалась и бежала к телефону. И вот, наконец, около недели спустя, мне позвонил бабушкин оперирующий врач и сообщил, что я могу навестить ее!

Я нервно стояла в коридоре больницы, уже в другом крыле, и ожидала разрешения войти. Наконец, дверь, которую я буравила взглядом, открылась и врач жестом пригласил меня войти. Я тихонько зашла и увидела мою родную бабушку Веру. Родственница лежала бледная, с какими-то проводами вокруг себя, но она улыбалась!

– Бабушка! – на мои глаза тут же навернулись слезы.

– Подолгу я попрошу вас не утомлять ее. Лучше навещайте дозированно, – прошептал мне доктор, – без сильных эмоциональных перепадов.

– Да, да, конечно, – кивнула и незаметно вытерла слезы.

Доктор ушел, а я подошла ближе к бабушке Вере.

– Привет, как ты? – села на стул напротив и мягко положила ладонь на ее руку.

– Все хорошо, внученька, – немного похрипывая, улыбнулась она.

Я старалась не показывать ей свое волнение.

– Тебя что-то беспокоит, болит? – задала глупый вопрос.

– Ничего, пройдет. Тут хорошие врачи, чуткие, мне даже не приходится просить обезболивающее! Представляешь?

Она закашляла, рукой показала на графин и кружку, стоящие на столе возле окна. Я налила немного воды, приподняла аккуратно ее голову и дала попить.

– Скажи мне, внученька, как ты оплатила операцию? – обеспокоенно спросила родственница.

– Бабушка, ты только не переживай! – произнесла спокойно. – Никаких кредитов я не брала, и наши квартиры целы! – улыбнулась, пытаясь шутить. – Я ничего не платила!

– Но как же это, Ариночка?

– Я не знаю, бабушка. Могу лишь предполагать. Врачи мне ничего не сказали.

Дверь открылась и зашла медицинская сестра.

– Это передали вам! – улыбнулась и показала бабушке Вере крупный букет нежно-розовых пионов. – Ох, какие шикарные! – Поставила вазу с цветами на столик и ушла.

– Знаешь, бабушка, мне кажется, что я знаю, кто к этому всему причастен.

– Твой парень, которого ты прячешь в телефоне? – хитро улыбнулась женщина.

Я рассмеялась, согласно кивнула и поцеловала ее в щеку.

Мы ещё какое-то время поболтали, а через несколько минут дверь снова открылась и на пороге появился Громов.

– Сережа? – удивилась я.

Бабушка смотрела то на меня, то на неизвестного мужчину и хитро улыбалась. Сергей был в темно-синем деловом костюме и белой рубашке без галстука.

– Здравствуйте! – позитивно сказал обоим. – Я не знал, что вам можно, поэтому, вот, – приподнял пакет с фруктами и положил его на столик.

Я подскочила к нему и крепко обняла. Не видела его около недели и жутко соскучилась! Громов сильно прижал меня к себе и поцеловал в макушку.

– Рада вас увидеть вживую, а то Арина все прятала вас от меня.

– Сергей Владимирович, – представился он. – Мне тоже приятно видеть того, кто так прекрасно воспитал мою будущую жену.

Я открыла рот от удивления, а родственница весело рассмеялась и закашляла.

– Бабушка, аккуратнее, не напрягайся сильно! – подошла к ней и погладила по седым волосам.

– Все хорошо, внучка, не переживай. Я так понимаю, Сергей, что операция прошла с вашим участием. Спасибо, вы продлили мне жизнь!

– Я даже слушать ничего не хочу об этом! Помогать своим родным и близким – это долг каждого!

Бабушка улыбнулась в ответ.

– Сережа, но мы правда очень обязаны тебе! Спасибо! Я постепенно все верну, это же большие деньги, – кивнула и погладила бабушку по руке.

– Я, кажется, все понятно сказал, – Громов прищурил глаза и повернулся ко мне. – Я еще спрошу с тебя то, почему ты скрыла от меня здоровье нашей родственницы и свои проблемы.

– Ну теперь мне и умирать не страшно, – улыбнулась бабушка Вера, глядя на мужчину своей внучки.

– Бабушка, что ты такое говоришь?

– Ариночка, я теперь спокойна, зная, в чьих руках тебя оставляю.

– Не говори так!

– Вера Павловна, мы вас никуда не отпускаем! – Громов наклонился над кроватью и заговорщически подмигнул бабушке.

Она вновь тихо рассмеялась.

– Все, на сегодня прием окончен, – сообщил вошедший доктор. – Можете приходить каждый день, но ненадолго, чтобы не переутомлять Веру Павловну.

Я встала со стула, погладила родственницу по голове и аккуратно поцеловала в щеку.

– Бабушка, я буду приходить каждый день, пока тебя не выпишут!

– Хорошо, не переживай, внученька. Жаль, вот только, что на Новый год дома не буду.

– Не расстраивайся!

– Нет, что ты! Я все понимаю. Уж лучше один Новый год в больнице справить, коли мне еще шанс дают пожить подольше!

– Не огорчайтесь, мы вам и тут Новый год, не хуже, чем дома устроим! А вот, выпить – не обещаем! – подбодрил ее Сергей, чем вызвал смех и улыбки окружающих.

Напоследок я аккуратно обняла свою бабушку Веру и мы, попрощавшись с ней, вышли из палаты.

Когда уже подходили к выходу из больницы, Громов взял меня за руку и тихо на ухо произнес:

– Если ты не хочешь повторения одной истории, то не стоит, впредь, скрывать от меня свои проблемы и не отвечать долгое время на звонки, Ариша.

– Извини. Просто не хотела на тебя все перекладывать, – посмотрела на него, а он нахмурился и приподнял левую бровь. – Но я все поняла, хорошо! – улыбнулась и крепко обняла своего любимого мужчину.