Текст книги "Суровая нежность (СИ)"

Автор книги: Галина Нифонтова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Глава 27. Плата за компромисс

Глава 27. Плата за компромисс

Цветкова.

Снова шаги и скрип металлической двери. Зашли те же двое, тот, кто лапал меня и полненький, который, по моим наблюдениям, был самым безобидным в этой шайке бандитов.

– Встаем, красавицы!

Мужчины подошли к нам и стали отстегивать наручники.

Жека отстегивал мои.

– Ну что, дорогуша? Понравилась ты боссу!

– В смысле? – поморщилась от боли в запястье.

– Наверх вас, пташек, переводит.

Отстегнув наручник, он взял меня за волосы.

– Или может успеем порезвиться, а-а-а? Узнаешь хоть настоящего мужика! А то с твоим буйным характером, навряд ли тебе повезет в жизни.

– Да пошел ты! – тихо, но отчетливо процедила сквозь зубы и посмотрела ему в глаза.

– Хм-м-м, – ухмыльнулся он и отпустил. – Пошла! – рукой указал в сторону двери.

Они подтолкнули нас к выходу. Мы вышли из этого подвального помещения и увидели небольшой коридор и металлическую лестницу, ведущую наверх. Поднявшись, мы оказались в каком-то небольшом сарайчике.

– Вперед! И без глупостей, – предупредил толстячок.

Мы вышли из пристройки. Перед нами оказался довольно ухоженный участок. Похоже на дачу или загородный дом с большой площадью. Со всех сторон территория обнесена высоким забором.

– Туда!

Нас повели в сторону двухэтажного здания. По пути участок тускло освещался несколькими фонарями.

Зашли в дом. Прошли в большую комнату.

– Наверх! Хватит пялиться! – Жека грубо толкнул меня в спину.

Мы с Юлией быстро поднялись по широкой деревянной лестнице вверх.

– Направо.

Коридор уходил вправо и влево. Мы повернули куда было велено и через пару закрытых дверей нам указали на приоткрытую.

– Заходим, – толстячок зашел первый.

Мы оказались в небольшой комнате. Шкаф, кровать двуспальная, две тумбочки, окно с решеткой.

«Кто бы сомневался,» – подумала я.

Толстячок открыл дверь в углу комнаты.

– Тут ванная и сортир! Пожрать принесу щас. Сидеть тихо!

Двое мужчин вышли и заперли дверь на ключ.

– Боже, Аринка! – кинулась ко мне Юлия.

Я обняла ее в ответ.

– Тебе удалось! Он клюнул! Мы не в холодном подвале! Мне кажется, еще чуть-чуть и я бы там инеем покрылась! О-о-о! Туалет! – она отпустила меня и быстро побежала в уборную.

– Нда… – потерла ладони, чувствуя озноб во всем теле.

Зашел толстячок с подносом в руках.

– Так. Это вам. И чтоб тихо тут! – вновь припугнул, вышел из комнаты и щелкнул замком.

Мы с Юлькой переглянулись и набросились на еду. Там была гречка в тарелках с кусочками тушенки и горячий чай. И только тогда, когда все было съедено мы по очереди искупались и легли в постель.

– Боже! Я думала нам придется ночевать в том холодном подвале...

– Юля. Не известно еще, что нас ждет впереди. Но да, лучше когда мы сыты и в тепле. Нужно восстановиться и накопить силы. И отсюда больше шансов сбежать, чем из подвала.

– На окне решетка, Арин.

– Да, я видела... Давай поспим. Силы нам могут понадобиться в любой момент.

Я плохо себя чувствовала, но не стала говорить об этом Юле. Не хотела ее лишний раз расстраивать.

За решетчатым окном смеркалось. От длительного нервного напряжения и долгожданного спасительного тепла, мы быстро провалились в сон.

У нас не было часов. Но когда открылась дверь, за окном было еще темно. И свет на нас падал только из коридора. Мы обе встрепенулись, сели в кровати и сжали в руках одеяло.

– Ты! – сказал толстячок, тыча в меня пальцем-колбаской. – Пошли!

– Куда?

Сон, как рукой сняло.

– Босс ждет. Не дури! И тогда все с вами будет хорошо. Пошли!

– Нет! – Юлия закрыла меня рукой.

– Опять хотите в подвал?

Я сжала Юлькину руку, грустно посмотрела ей в глаза и кивнула.

– Все будет хорошо. Держись! – сказала тихо и встала с постели.

– Арина!

– Все нормально.

Мы спали в одежде. Раздеться не было и мыслей. Было очень страшно. Я встала, поправила платье, обула босоножки и накинула джинсовку. Посмотрела на мужика. Он кивнул головой в сторону выхода. Заперев Юлю, он повел меня вниз.

Мы прошли большую гостиную и зашли в кабинет. Вольский сидел за столом на другом конце комнаты. Махнув толстяку, он указал мне на рядом стоящий кожаный диван.

– Садись.

Мой конвоир вышел. Вольский встал и направился к выходу.

– Я хотел бы поближе с тобой познакомиться, – лаского проговорил змей и запер дверь изнутри.

Присев на диван, я сжала холодными пальцами краешек платья.

– Что в тебе такого нашел Громов, что не нашел в моей сестре, а-а-а?

Мне уже не нравился этот разговор…

Мужчина подошел и сел рядом. Взял меня за подбородок и повернул к себе.

– Если ваша сестра кончила так, как говорят, то она была полной дурой, – дернулась, освободившись от его руки.

– Не смей! – он схватил за горло и прижал меня к спинке дивана.

Я вцепилась обеими руками в его руку.

– У меня были планы, – прошипел он мне на ухо. – А Громов все разрушил!

– Значит вы не так убиваетесь по сестре, как о планах? – прошептала, глотая воздух.

– Хм… – хмыкнул Вольский и отпустил.

Растерла рукой горло и восстанавила дыхание.

– Может ты в постели хороша, а? – рукой начал зарываться в мои волосы. – Чем ты его зацепила? Покажи! И может я облегчу твою учесть. Оставлю тебя при себе, – погладил по щеке.

– Убери свои грязные лапы! Сергей убьет тебя! – в бешенстве посмотрела ему в глаза.

– Аха-ха, – надменно рассмеялся он.

Я дернулась с дивана в сторону, но тут же была схвачена и грубо брошена обратно.

– Не-е-ет, крошка! Я тебя трахну! А там уже решу, что с тобой делать. Да и подвал, разменянный на комнату, надо бы отработать!

Вольский навалился на меня, шаря одной рукой на груди, а второй вцепился за волосы. Я отбивалась, царапаясь. Тянула его за волосы. Просунула между нами колено и оттолкнула его назад. Вскочила с дивана и отбежала в сторону.

– Да пошел ты! Псих! Больной ублюдок! – адреналин разлился в крови и меня изрядно потряхивало.

Поднявшись, мужчина начал двигаться в мою сторону.

– Не ломайся! Ты сама усложняешь себе жизнь.

Поймал меня и прижал к стене, удерживая за руки. Грубо впился в мои губы. Я в бешенстве замотала головой. Он был мне противен! А Вольский схватил за волосы и прижимая к стене, продолжил слюнявить мой рот. Я раскрыла губы в обманчивом жесте и сильно укусила его за край нижней губы.

– А-а-а! – он отшатнулся от меня и прижал ладонь губе.

Я чувствовала на губах привкус его крови.

– Ах ты тварь! – наотмашь ударил меня тыльной стороной кисти.

Перстень на его пальце поцарапал кожу на моей скуле. Схватившись за щеку, увидела на ладони кровь.

Вольский сначала отошел, вытер губу, выругался и шагнул обратно ко мне. На что я рефлекторно отступила назад и сжала перед собой кулаки.

– Аха-ха! Прыткая сучка! Этим ты его взяла, да?

Он стоял на месте, облизывая рененую губу. А я чувствовала на своей щеке теплую дорожку крови.

– Как хочешь. С тобой много проблем! Пожалуй, вместе с Юлькой отправлю тебя работать шлюхами. Там перевоспитают! Дрянь! – вновь облизал губу.

– Он убьет тебя! Скотина! – выплюнула слова ему в лицо.

Вольский отошел от меня и молча открыл дверь.

– Уведи ее! – раздраженно крикнул своему человеку.

Толстячок зашел в кабинет и быстро осмотрел нас обоих. Нахмурившись, схватил меня за руку и потащил к выходу.

– На днях приедет Мурло и купит их. Корми, чтоб не сдохли!

«Что?» – пронеслось у меня в голове.

Напоследок, мы кинули друг в друга злобные взгляды и меня вывели.

– Ну, и что ты творишь? Чего добилась? – кажется этот неуклюжий мужик меня жалеет.

– Отвали! – вырвала предплечье из его руки.

Было видно, что этот мужчина мне сочувствовал и лишний раз не трогал меня. Но какое мне дело до него?! Все тут бандиты! Мрази!

Когда мы дошли до нашей с Юлией комнаты, я обернулась к толстячку.

– А что значит «Мурло»? – все же не выдержала я.

– Это все, что тебя сейчас заботит, глупая? – но не дождавшись от меня ответа, он вздохнул и продолжил. – Это кличка. Погоняло того, кто не откажется от вас, – немного помедлив, добавил. – Смешная кликуха, да? – улыбнулся мужчина. – Она к нему прилипла потому, что у него рожа стремная такая. А еще он очень любит женщин, но это не взаимно! – заржал, как конь. – И он своим ночным бабочкам на уши обманчиво-ласково мурлыкает одно, а делает другое. В общем, «Мурло» он и все тут! – вновь улыбнулся мне пухлыми губами, вставляя ключ в замочную скважину.

– И кто он такой вообще?

– А этого бы тебе лучше не знать, дорогуша… Может босс передумает… Зря ты себе там в кабинете приговор такой подписала. Ох, зря! – качнув головой, он открыл дверь и впустил меня внутрь.

За моей спиной сразу же повернулся ключ в замочной скважине.

Свет в комнате был включен. Юлия стояла у окна. Увидев меня, она быстро подошла ко мне.

– Боже, Арина, что он с тобой сделал?! – увидела кровавую царапину на моей скуле.

Я почувствовала внезапный приступ тошноты и, остановив ее рукой, побежала в туалет. Меня несколько раз вывернуло. Когда спазмы прекратились, я наклонилась над раковиной и умылась, зашипев от боли на щеке.

– Что случилось? Что он сделал? Тебе плохо? – она обняла меня сзади и мы встретились взглядом в зеркале.

– Ничего. Наверное перенервничала.

– А это? – повернула мое лицо и указала на скулу.

– Хех, – ухмыльнулась. – Он приставал ко мне, я его укусила и получила в ответ.

– Ну, Аринка! Ты, блин, даешь! Сядь, я вытру.

Я присела на краешек ванной, а Юлия намочила полотенце и аккуратно протерла щеку.

– С-с-с… – зашипела от боли.

– Прости...

– Юля. Я не знаю. Не знаю, что теперь с нами будет. Прости.

Она обняла меняменя и мы так молча сидели около минуты.

– Ничего. Брат что-нибудь сделает. Обязательно! – она улыбнулась, но в глазах у нас обеих стояли слезы.

Теперь мы поменялись с ней ролями. На этот раз успокаивала она меня. Я заплакала первой. Когда мы выплакались и нам стало немного легче, то выключили свет и пошли обратно в кровать.

Я лежала с открытыми глазами в полной темноте и никак не могла расслабиться, после случившегося. Зарылась в одеяло, закрыла веки и старалась дышать глубже.

В голове крутились мысли о Громове.

«Ищет! Он нас ищет! Обязательно найдет и отомстит! За нас! Он не прощает ошибок. Просто так, легко, никогда и никого не прощает! Хм. Разве что – Димку.» – улыбнулась своим мыслям.

В доме стояла полная тишина, окутанная темнотой.

Сережа…

Чтобы отвлечься и успокоиться, как пленку стала прокручивать в голове наши отношения. Лежа в темноте, улыбнулась, вспоминая один момент.

«Он заехал за мной, как только освободился от работы. Жили мы уже вместе, у него в квартире. Радостные собирались на день рождение Юльки. Я одевалась в спальне, а он в это время сидел в зале. На мне было нижнее белье и капроновые колготки. Накинула блузку светло-бирюзового цвета и стала искала взглядом юбку.

Сергей подошел сзади и посмотрел на меня через зеркальную дверцу шкафа.

– У нас еще есть время, – потерся носом у меня за ушком, шумно вдыхая мой запах.

Мне это всегда нравилось! Громов немного скуп на нежные слова, но так он неосознанно показывал насколько нуждается во мне. Я улыбнулась в ответ и начала застегивать пуговички. Его руки стали медленно скользить по моим бедрам снизу-вверх.

– Сережа!

– Ариша?

– Прости, но не сегодня.

– Не понял?

– Ну… Еще не закончился «красный день календаря,» – смущенно улыбнулась.

Он всегда принимал с пониманием мой отказ в эти дни.

– А-а-а… Опять решила меня голодом морить.

Отошла от него, взяла юбку и хитро улыбнулась.

– Так что, дорогой, придется тебе побыть пока на самообслуживании. Как говорится – помоги себе сам! – подтрунивала его.

– Что ты сказала? – сделал напускно-суровый вид и пошел на меня.

Я, хохоча, забежала в ванную комнату, заперла за собой дверь и продолжила одеваться.

– Ариша!

Меня сотрясали спазмы смеха и, не сдержавшись, я вновь расхохоталась.

– Ну ладно, я подожду! Самообслуживание говоришь, да？Я запомнил! – шутливым обидевшимся тоном он «угрожал» за дверью.

После этого случая он все-таки выждал и припомнил мне мои слова.

В один из дней, когда Громов добрался до меня, то долго мучил, не давая мне разрядку. Прелюдие слишком затянулось.

– Боже, Серегей…

– Рад, что я для тебя Бог, малышка!

Начала рычать.

– Трахни меня уже!

– О-о-о, Ариша, ты знаешь такие слова?

– Сережа…

– Это твое наказание, милая!

Мои стоны уже переходили в всхлипы.

– Пожалуйста…

– Что просишь? Может мне остановится и ты перейдешь на самообслуживание?

С моих губ сорвался полусмех-полустон. А он продолжал держать меня на краю блаженства, как на острие ножа. Внизу живота все стянуло в тугой узел. Играя пальцами и языком по эрогенные зонам, он специально дразнил меня, играя на струнах моей женственности. Болезненная пульсация нещадно била по нервам, требуя разрядки.

– Но, за наказанием – всегда следует прощение! – прошептал на ухо.

Я уже давно была готова встретить его. Громов одним толчком резко вошел в меня. Я сильнее прижалась к нему и выдохнула с облегчением. Сергей не стал больше медлить. Даже если бы и хотел, то уже сам не мог. Он вколачивался в меня, унося все дальше и дальше от реальности! Перед глазами все плыло. Хотелось настолько прижаться к нему, чтобы стать одним целым. Рычание и звуки шлепков смешались со стонами, срывающимися с губ.

– Моя скромно-развратная девочка, – прошептал мне на ухо.

Мы почти одновременно достигли точки невозврата и замерли, переживая наплывающие спазмы.

От удовольствия у меня поджались пальчики на ногах. И так с ним всегда… Думала со временем успокоюсь и не будет такой реакции на него. Но нет… Каждый раз – как первый…»

С этими воспоминаниями я погрузилась в беспокойный сон.

Глава 28. Кровавые разборки

Глава 28. Кровавые разборки

Цветкова.

Следующим утром к нам зашел незнакомый охранник. Он поставил на тумбочку тарелку с бутербродами и бутылку воды. Молча осмотрел все помещение, понял, что мы ничего не замышляем и так же молча вышел.

Мы с Юлией все съели и молча сидели на застеленной кровати, каждая думая о своем. Но обе понимали, что в любой момент может приехать тот, кому нас грозились отдать или продать. И это в нашем современном мире? Просто безумие! Безумие и вседозволенность тех, у кого большие деньги.

Неожиданно с улицы раздались странные звуки, какой-то шум и мужской непонятный возглас. На первом этаже началась возня и послышался топот ног. Мы испуганно переглянулись.

– Что это? – Юля подбежала к окну, и мы услышали выстрелы.

– Отойди оттуда! – крикнула я, вскочила с кровати и кинулась к ней.

Обнявшись, мы встали спинами у стены, недалеко от окна.

– Что там? – посмотрела на Юлю. – Успела что-то рассмотреть?

– Я… Я не знаю. Там несколько людей в черной одежде побежали к дому, и начались выстрелы, – взгляд Юлии нервно забегала по комнате.

Мы осели на пол, продолжая держаться за руки. Выстрелы стали громче. На первом этаже послышались маты и крики.

Наша дверь с грохотом открылась, ударяясь об стену. В комнату зашел Вольский, сжимая в руке пистолет. Сидя на полу, мы обе вздрогнули от неожиданности.

– Ты! Его сучка! – проорал, тыча через кровать в меня пистолетом. – Идешь со мной! Быстро!

– Что случилось? – боясь ослушаться, под прицелом встала с пола.

– Он пришел за вами! – со злостью выплюнул Вольский.

– Сережа? – Юля вскрикнула и схватила меня за ногу, продолжая сидеть на полу.

– Но получит он вас только через мой труп! Пошли я сказал! – указал пистолетом в сторону двери.

Я направилась к выходу. От волнения ноги слушались с трудом.

– Арина! – вскочила Юля на ноги.

– Сидеть! Иначе я пристрелю ее прямо тут! – заорал он на нее.

Юля, бледная, испугавшись за меня, осталась стоять около окна.

Вольский грубо схватил меня за шкирку и вывел из комнаты. Джинсовка неприятно стянула тело. Он захлопнул за собой дверь, но забыл ее запереть, потому что я начала вырываться из его захвата. Или просто был уверен, что запугал Юльку до смерти, и она сама носа оттуда не высунет.

– Не рыпайся! Иначе я прикончу тебя прямо сейчас! И Громов не увидит момент своей потери! – ядовито прошипел мне на ухо, больно сжал руку и ткнул в висок холодным дулом.

Он, прикрываясь мной, как живым щитом, стал спускаться по лестнице.

– Громов! Я убью твою шлюху, Громов! – заорал он во все горло.

Мы медленно спустились вниз.

– Не делай глупостей! – послышалось из какой-то комнаты, справа от нас.

«Сережа! Это сказал Сережа!» – мое сердце радостно забилось и стало трудно дышать.

На паркетном полу заметила следы крови. И вновь уставилась в дверь, откуда, предположительно, был слышен голос Громова.

– Выходи! Посмотри и ты, каково это, когда самое дорогое умирает у тебя на глазах!

– Вольский! – Сергей медленно вышел из-за угла.

Мужчина был весь одет в черную одежду. Он целился в Вольского, двумя руками удерживая пистолет.

У меня пошел холодный пот. Из-за окутывающего страха кровь отхлынула от конечностей. Вольский перехватил меня за волосы левой рукой, а правой больно упирался дулом мне в висок. По ощущениям, словно тысяча иголок впились мне в голову и я, чтобы ослабить его хватку, как могла, задрала голову вверх. При этом, не отводила взгляд от Сережи.

– Это бессмысленно. Дом окружен и твои люди обезврежены, – спокойно произнес Сергей.

Вольский злобно рассмеялся и вновь потянул меня за волосы.

– Мне плевать! Даже если я сдохну сегодня. Но прежде, я заберу с собой все, что тебе дорого!

– Отпусти ее. Давай все решим по-мужски? – кивнул Сергей.

В этой ситуации он был на удивление спокойным.

– Скажи это Рите! Раньше надо было об этом рассуждать! – заорал во всю глотку.

– Да брось! Ты больше хотел влезть в мой бизнес, чем думал о благополучии своей сестры!

– Она умерла из-за тебя! – чуть ли не визжал Вольский.

– Она и до меня уже увлекалась спиртными напитками! Я её не спаивал!

Между ними повисла зловещая тишина. Я сжала челюсти, кожа на моей голове сильно болела.

– Пора заканчивать, – тихо произнес Вольский.

Громов почувствовал изменение в его голосе.

– Ты сам не смотрел за ней! С самого начала знакомства хотел впарить ее мне! Но я изначально ничего не обещал! Почему, ответь мне, она вела себя до меня, как шлюха? Я в этом виноват?!

– Мне плевать! Я исполню свой долг! Я давно тебе мщу, – хрипло рассмеялся. – Ты знал, что это я хозяин ваших бед? – улыбка, похожая на оскал, исказила его лицо.

– Взрыв на стройке? – уточнил Громов – Да. Не сразу, но я выяснил, что это был ты.

– Да-а-а, но это все только цветочки! Сейчас мы займемся твоими ягодками! Но, если бы ты не приехал, твои шлюхи остались бы живы! А теперь, ты будешь жить с этим! Но не долго!

– Я убью тебя, – спокойно, но холодно произнес Сергей.

– Хах. А знаешь… Твоей сестре повезло. Она прожила больше положенного!

Сергей слегка наклонил голову, не отрывая взгляда от Вольского.

– Да-да! Ее должно было не стать еще тогда! Но пострадал только Витек. Эх, пара разделилась. Какая жалость! А должны были уйти красиво и вместе!

– Ах ты сукин сын! – выпалил Громов.

– Да! Да, я убил его! Это было не просто дтп. И твоя сестренка должна была быть с ним!

– А-а-а! – со второго этажа раздался отчаянный крик.

Мы все обернулись. По лестнице бежала обезумевшая Юлия. Она сжала кулаки и неслась прямо на Вольского.

– Юля нет! – крикнул Сергей, но она не слушала.

Его сестра слетела с лестницы, но не успела и добежать до нас, как раздался выстрел.

Вольский выстрелил в нее.

Я заскулила и начала дергаться в ее сторону. Юля упала на живот около лестницы. Под ней начала расплываться красная лужица.

Послышался еще выстрел. Сергей ранил Вольского в ногу. Он упал на одно колено. Из двери, рядом с лестницей, выбежал Алексей. Он выбил у Вольского пистолет и ударил поддых. Тот упал, держась за простреленную ногу. Я отбежала в сторону. У меня был шок.

Громов бросился к Юлии, перевернул ее и смачно выругался.

– Юля! Юля! Сестренка! – ладонями обхватил ее лицо, глаза девушки были закрыты. – Скорую! – крикнул он. – Нет! Давай ближе к дому машину Ромыча! Пока едем, предупреди, чтобы нас встретили!

Алексей подобрал пистолет Вольского и вытащил телефон. Быстро раздал команды.

Сергей звал сестру, но она не реагировала. На ее боку, через одежду, просачивалась кровь.

Я отдышалась, немного пришла в себя и подбежала к Юле. Дрожащими руками сняла с себя джинсовую курточку и прижала ее к кровавому пятну на ее боку. Громов завязал рукава кофты вокруг поясницы сестры.

– Нужно быстрее в больницу! – прокричала я, пытаясь задержать выход крови.

– Машину подгоняют! – сказал Алексей.

И тут мы все обернулись на смех Вольского. Он скалился. На его лице отражалась улыбка, вперемешку с болью.

– Знаешь, Громов, а я тебя понимаю. Хорошая у тебя шлюха!

– Заткнись, падаль! – Сергей направил на него пистолет.

– Нет, я серьезно! Как она стонала подо мной! И просила еще!

Сергей обернулся ко мне, а у меня «челюсть отпала». Что он несет? Я лишь смогла качнуть головой в стороны.

– Да-а-а. Я у тебя все забрал, что хотел! Твоя сестра ушла к моей на небеса! Мы квиты! Даже бабу твою поимел на прощание и ей нравилось!

– Что? Нет! – выкрикнула я, зажимая рану у подруги.

Сергей отбросил пистолет в сторону и ринулся к Вольскому. Сел на него сверху и начал наносить быстрые и четкие удары в голову. Он как с цепи сорвался! С ревом бил и со страшной силой!

Я вся сжалась в комок от страха, но не отходила от Юлии.

– Серега! Хватит, Серега! – Леша пытался остановить обезумевшего друга.

– Увези ее отсюда! – посмотрел на меня.

Громов был весь в брызгах крови, костяшки на руках сбиты. Вольский на полу не подавал признаков жизни. Вместо лица у него было кровавое месиво.

– Я сказал, увези ее! – заорал он вновь.

– Я никуда от нее не уйду! – со злостью крикнула в ответ.

Хоть я и была в панике, но отчетливо понимала, что нельзя ее оставлять. От Юлии сейчас отходить нельзя!

Сергей встал и сжал кулаки. Но тут раздался звонок. Алексей быстро ответил и повернулся к нам.

– Машина у входа, – сказал он Громову.

К нам зашли двое в такой же темной форме. Они осторожно подняли Юлию на руки и быстро понесли к выходу. Я посеменила рядом, зажимая рану.

– Леша! Возьми какие-то тряпки! Зажать рану, Леша! – успела лишь выкрикнуть до того, как мы вышли на улицу.

Кругом была суета, люди Сергея смешались с другими людьми в такой же форме. Кто-то выносил убитых. Сбоку что-то в доме дымило. Я задыхалась, сама не зная от чего конкретно. Одной рукой зажимала рану у Юлии, а второй рукой терла свою шею, стараясь убрать невидимый ком и привкус горечи. Знала лишь одно – я хочу поскорее отсюда убраться!

Мы сели в автомобиль. Подбежал Алексей, сел рядом и сунул мне в руку полотенце. Мы быстро поехали в ближайшую больницу. Сергей с другими людьми поехали за нами во второй машине. Мне кажется, что я видела там Макса. Он что-то кричал и показывал на нашу удаляющуюся машину. Потом начал избивать одного из этой шайки бандитов. Его оттаскивали и успокаивали двое. Вокруг было много людей с оружием.

За нами ехало несколько машин. И в одной из них Сережа. Только не плакать! Не плакать! Не сейчас.

Я поверх своей джинсовки положила еще полотенце и двумя руками зажала рану. Сколько мы ехали до больницы, я не знаю. Алексей, видя мое моральное состояние, как мог успокаивал меня. Но для меня это время показалось вечностью. Юлия бледнела на глазах, но пульс я все еще прощупывала. Боролась со слезами, но ничего не выходило. Они текли по щекам, подбородку и капали на мои руки, которые неумолимо окрашивались в красный цвет.

Как только приехали к больнице, мы быстро вынесли Юлию, положили на каталку и повезли по коридорам. Дальше нас встретили несколько врачей.

– Давайте! – сказал один из них, отрывая мои скрючившиеся пальцы от полотенца – Спасибо, дальше мы сами!

Они увезли ее. Двери перед нами захлопнулись.

– Убери ее отсюда! – из-за моей спины вышел Сергей и зашел вслед за врачами.

До меня не сразу дошел смысл его слов…

– Пойдем, – сказал Алексей, мягко дотрагиваясь до моего плеча. – Давай, сначала к раковине.

Он меня куда-то повел. Все было, как в тумане. Но я видела и слышала, как позади орали друг на друга Сергей и Максим.

Алексей подвел меня к раковине и открыл воду. Я посмотрела на себя в зеркало. Лицо осунулось, ссадины на губе и щеке, темные мешки под глазами.

«Сколько нас держали там? Несколько дней? Сколько мы были без сознания, не знаю, но кажется, не прошло и двух суток. А я сама на себя не похожа,» – мои мысли были вязкими, я плохо понимала, что происходит вокруг.

Опустила взгляд на руки. Они были все в крови. Пыталась дышать глубоко, чтобы отвлечься от накатывающей тошноты. Подставила дрожащие руки под воду, наблюдая, как та окрашивается в алый цвет.

Алексей под руки вывел меня из больницы и посадил в машину. Мы медленно двигались по дороге, между других машин.

Человек Громова привез меня в мою квартиру.

– Дай ему время, – он смотрел на меня сочувствующим взглядом.

Я кивнула, держась за стену, чтобы не упасть.

– Моя бабушка? Вы ей…

– Вере Павловне мы ничего не говорили. Сказали, что ты уехала с Серегой на природу отдохнуть, а там проблемы со связью. И что скоро приедете.

– Да. Спасибо тебе, Леш! Так правильно. Ей не нужно волноваться. Немного позже я ей позвоню, чтобы она не переживала.

– Отдыхай, Арина. Серега сейчас переживает за сестру. Все наладится, – положил мне руку на плечо и кивнул.

– Да…

– Тебе точно не нужно к врачу? Может...

– Нет…

– Хорошо, я поехал к ним в больницу, если что, звони, – он тихо прикрыл за собой дверь и ушел.

Я стояла несколько минут в коридоре. Потом сползла по стене и опустилась на пол. Из груди вырывалась такая боль, что я не могла ее удержать. Разрыдалась. Сидя на коленях, я орала. Слезы катились градом. От спазмов и истерики, не могла сделать полноценный вдох.

В это время Алексей стоял в подъезде недалеко от моей двери и нервно курил. Потоптался на месте. Смял в кулаке недокуренную сигарету и пошел к выходу из подъезда.

Я продолжала рыдать. Ко мне выбежал мой кот. Он обеспокоено потерся об меня, заскочил мне на колени и встал на задние лапы. Передними перебирал у меня на груди. Топтался и мяукал. Кот пытался меня успокоить. Справившись с истерикой, я прижала Рыжика к груди и, всхлипывая, пошла на кухню.

На полу у питомца была еда и вода. Значит за ним кто-то ухаживал, пока меня не было.

У меня не было больше сил. Я пошла в спальню. В висках стучало, голова кружилась. Я не могла даже принять душ. Боялась, что упаду и разобью себе голову о кафель. Позже. Все позже… Легла на кровать прямо в одежде, свернулась калачиком в позу эмбриона и обняла кота. Придала его к груди и зарылась пальцами в его густую рыжую шерсть. Кот тут же замурлыкал.

Я закрыла глаза и почувствовала, как на смену истерике приходит опустошение и спасительное безразличие.