Текст книги "Суровая нежность (СИ)"

Автор книги: Галина Нифонтова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 5. Грустные воспоминания

Глава 5. Грустные воспоминания

Наконец-то! После недели беспрерывной работы сегодня у меня был долгожданный выходной! Но, как назло, за окном стояла плохая погода. Небо было темным и моросил мелкий летний дождь, обещая перерасти во что-то большее.

Бабушке Вере я сказала, что приеду через несколько дней. Обычно я стараюсь к ней ездить один или два раза в неделю, в зависимости от моей работы. А сегодня я хотела погулять, развеяться, но видимо не судьба. У погоды на сегодня были свои планы. Поэтому, дома я решила заняться «ничегонеделанием». Такие дни у меня были редкостью. Раз в месяц или даже еще реже. Обычно, большую часть своего времени я работаю. Мне жалко его тратить впустую. И дальше по убыванию: работа, бабушка, редкие встречи с подругой. Но сегодня, мой организм и настроение, видимо, на одной грустной волне с серой погодой.

С закрытыми глазами и в полудреме я продолжала лежать под одеялом. А мыслями кружила около Громова. Вновь и вновь возвращаясь к нашему первому и официальному, если можно так назвать, свиданию.

Чем он меня зацепил? У меня было полное равнодушие ко всем особям мужского пола до встречи с ним. А именно на него ощущалась необъяснимая внутренняя вибрация тела и души.

Сережа был довольно красив. Он сразу выделялся среди представителей мужского пола. Громов обладал довольно мощным телом. Формы натренированных мышц, буквально кричали о том, что он уделяет большое внимание своей физической нагрузке. А недавно в его машине, а после и в парке, мне даже пришлось не только созерцать эти формы, но еще и оценить их по жесткости. Они были не просто упругие, а каменные! Это что за спорт такой? Или без генетики тут тоже не обошлось?

А глаза? У него такой взгляд, от которого у меня подгибаются ноги. И как я сама замечала – не только у меня. А про свое поведение рядом с ним, я вообще молчу. Я такого уверенного в себе мужчину никогда за всю свою жизнь не встречала! Если смотрю на него, то у меня тут же сбивается дыхание и пересыхают губы. Облизываю их нервно, как школьница и стараюсь рядом с ним не дышать так громко. Пытаюсь еще вести себя не как идиотка. Не уверена, правда, что у меня это всегда получается.

«Мамочка! Кажется, я влюбилась!» – отпечаталось у меня в голове…

Я все еще продолжала нежиться в кровати и смотреть в окно, через плотные полузакрытые занавески. Дождь на улице, тем временем, забарабанил еще сильнее. Почти чёрные тучи закрывали последние кусочки светлого неба, через которые отчаянно, но безуспешно, пытались пробиться лучики света. Но, через несколько минут, все просветы разом захлопнулись. Видимо, солнце тоже сегодня решило взять выходной.

– Мя-я-а! – зашел в комнату мой рыжий друг.

– Ага, – ответила ему на автомате, лёжа на кровати звёздочкой и не отрываясь взглядом от мокрого окна.

– Рм-рмя! – кот прыгнул ко мне и потерся своей рыжей мордочкой о мою руку, не сводя с меня больших янтарных глаз.

– Ну, хитрец! Да-да. Сейчас пойдем кушать.

Я лениво потянулась, но продолжала лежать. Моя «наглая рыжая морда» уже передвинулась к моему лицу. Рыжик моськой потерся о мою щёку и что-то мякая себе под нос, повернулся ко мне спиной и размахивая перед моим носом своим пушистым хвостом, продолжал настырно мяукать.

– Все-все, встаю! – с улыбкой, отмахнулась рукой от его хвоста-веера и, наконец-то, поднялась. Иначе нельзя. Рыжик уже и так использовал последний запрещенный прием со своим хвостом.

Я накинула домашние футболку и шорты и направилась на кухню.

– Эй, усатый, ты идёшь? – произнесла у выхода из спальни.

В моей однокомнатной квартире спальня была совмещена с залом. Я жила тут одна, места вполне хватало, и моя однушечка меня полностью устраивала.

– Мр-мя! – мой котик соскочил с кровати и шустро побежал за мной, гордо задрав вверх свою пушистую «антенну».

По традиции, пока я насыпала ему корма, он терся своей мягкой шерсткой о мои ноги.

– Мой мальчик! Мое личное домашнее солнышко! Рыжее пушистое облачко! – потрепала его за толстые щёчки и поставила долгожданную миску с едой.

Сама пошла умываться, а после приготовила быстрый завтрак – яичницу с беконом. Жевала без особого аппетита и запивая кофе с молоком, раздумывала, чем же мне заняться в этот дождливый день.

После завтрака убрала все со стола и пошла к раковине, чтобы помыть посуду.

И все.

Понеслось.

Дальше, как в тумане.

После посуды – помыла газовую плиту. Потом протерла холодильник. Дальше переместилась в ванную комнату, чтобы вымыть руки.

Ага. Сейчас.

Взглядом зацепилась за раковину и ванну. Начала чистить сантехнику. После чего включила стиральную машинку и набрала воду для мытья полов.

Время уже близилось к полудню.

Перед влажной уборкой, мы с Рыжим пообедали. Он даже выпросил у меня кусочек жареной рыбки. Мой хитрый лис! И, немного передохнув, мы дальше с ним продолжили генеральную уборку в доме.

А ведь хотела просто помыть посуду…

Рыжик, в это время, как обычно бегал за мной и все проверял. Везде совал свой любопытный розовый нос. Мой личный ревизор.

Полы я мыла руками без швабры и кот был только рад очередному «приступу Золушки» у его хозяйки. При любой удобной возможности, пока я была на коленях, он запрыгивал ко мне на спину и наверняка думал: «Катай меня, большая черепаха!» А вот когда дело касалось пылесоса, то были видны лишь убегающие рыжие пятки! Этот усатый наглец прятался и не выходил, пока его гудящий враг не замолчит.

Уф, вот это выходной! Да за такой «выходной», нужно давать еще один! Чтобы уж точно отдохнуть.

Уставшая, но довольная проделанной работой, я вымыла руки и рухнула на диван. Кот вылез из своего укрытия и сел рядом со мной. Перебирая пальцами его мягкую шерсть, повернулась к окну. Там продолжал стучать настырный дождь, даже не думая заканчиваться. Я взяла Рыжика на руки и, прижав его к своей груди, подошла к окну. Залезла на подоконник, вместе с ногами, и продолжила гладить котейку. Я любила так сидеть по вечерам и просто смотреть на звезды. Наблюдать, как город укрывается своим темным одеялом на ночь. Но не все люди с этим мирятся и зажигают свои огни. Тогда город выглядит не просто темным, а с золотым свечением. Смотреть на это можно долго. Завораживает. А сейчас хоть и было время около трех часов летнего дня, но из-за такой пасмурной погоды, казалось, что уже глубокий вечер. На улице никого не было. Все, видимо, попрятались по домам от такой непогоды.

Рыжик спрыгнул на пол и пошел по своим кошачьим делам. А я, сидя на подоконнике с согнутыми коленями, водила указательным пальчиком по стеклу.

Дождь моросил, не прекращаясь, оставляя на окне множество капель. Присмотрелась к одной из них. Маленькая капелька воды скатывалась по стеклу – то ровно вниз, то зигзагами. Невозможно было предугадать ее следующее направление. А на своем пути, она сливалась с другими капельками, становясь все больше и приобретая различные причудливые формы. Но, чем больше она встречала на своем пути капелек, тем крупнее становилась и, в то же время, тяжелее. И, тем самым, быстрее других скатывалась вниз.

Мне стало грустно. Я перестала фокусировать свой взгляд на стекле. Откинула голову назад и блуждала взглядом по горизонту.

На меня нахлынули страшные воспоминания бабушки Веры о моей маме. Я долго её упрашивала все мне рассказать. Она медлила долгие годы, боясь ранить мою детскую психику. Но после моего совершеннолетия родственница, наконец, сдалась и все мне рассказала. После этого у меня иногда прокручивалась в голове вся эта услышанная история. И хоть маму я и не знала, мной всегда овладевала грусть, тоска и щемящая жалость к своей бабушке.

Бабушка Вера говорила, что вся беременность мамы проходила нормально. На первых месяцах у ее дочери был токсикоз. На последних – она ходила медленно, вперевалочку, как уточка. Все, как у всех. И по анализам и по УЗИ все было хорошо. Но за неделю до родов мама стала говорить бабушке, что «если что», чтобы она не бросала ее ребенка и берегла свою внучку. На это бабушка ворчала, чтобы она не говорила таких глупостей. Но волнение засело в душе за свою дочь. И не зря. Мама моя, как-будто чувствовала приближение своей беды.

В день родов дома все проходило как обычно. Они вдвоем позавтракали, немного погуляли недалеко от дома. Потом пообедали. Мама, правда, почти ничего не стала есть днем, только несколько ложек куриного бульона. Была вялая и без настроения. Потом бабушка с кухни понесла чай в зал, чтобы они вдвоем попили его перед телевизором. А мама, в это время, мыла тарелки. И тут бабушка, расставляя кружки на журнальный столик, услышала из кухни грохот и звон битой посуды. Она испуганно подскочила с дивана и поспешила на шум. Добежав до кухни, женщина увидела разбитую тарелку на полу и свою дочь, которая согнулась от боли и руками обхватила свой большой живот. У нее были мокрые ноги, а на полу виднелась небольшая лужица.

Воды отошли! Начинаются роды! Бабушка Вера тут же вызвала скорую и когда они приехали, споря с медицинской сестрой, настояла на своем и поехала в машине вместе с ними.

Добравшись до приемного отделения рожениц и передав дочь врачам, бабушка Вера решила не ехать обратно домой. У нее щемило сердце и внутреннее беспокойство не давало покоя. Она стояла около дверей родильного дома на улице и просто ждала. Внутрь пускать было не положено. Ей несколько раз говорили уезжать домой, что она может взять телефон на посту, позвонить из своего дома и узнать, как дела у дочери. Но она не соглашалась. Прошло около трех часов. Женщина, которая была на посту, не выдержала и позвала потихоньку бабушку внутрь. Сказала тихонечко посидеть на диванчике у выхода. Бабушка была ей очень благодарна. Ноги, на тот момент, уже очень устали и начали ныть.

Прошло еще три часа. Бабушка не могла спокойно сидеть на месте. Медицинская сестра из приемной бегала в родовую палату и там у врачей узнавала, как дела у роженицы. И быстренько возвращалась на место. Ответом было – дочь рожает, все хорошо. Первые роды всегда долгие. Нужно ждать.

Еще, часа через четыре, ей передали, что роды у ее дочери тяжелые. После этого бабушка Вера ходила туда-сюда около дивана и часто что-то шептала. Ей принесли горячий чай с бутербродами, к которым она практически не притронулась.

А через пару часов после этого, улыбающаяся медицинская сестра сообщила, что родилась девочка! И все у мамы и ребенка хорошо! Бабуля чуть улыбнулась уголком губ. Девушка говорила бабушке, что она уже может поехать домой и отдохнуть. Нельзя же себя так долго изводить. На что бабушка сказала: «Да, да, сейчас поеду» и села обратно на диван. А молоденькая девушка на посту лишь покачала головой, жалея странную и слишком переживающую бабушку.

Прошло около часа. Медицинская сестра с какими-то бумажками периодически ходила туда-сюда по разным кабинетам и палатам. И, как-то раз, вернулась бледная, как полотно, и с испугом посматривала на бабушку Веру. Но не подходила к ней. Бабушка уже тогда учуяла неладное. Она просто сидела на диванчике и, не отрываясь, смотрела в окно напротив.

Через часа полтора на пост вышла женщина, врач акушер-гинеколог, средних лет. Она что-то обсуждала с этой бледной медицинской сестрой, а потом сама подошла к бабушке Вере. Сначала встала перед ней напротив, но потом присела рядом и взяла ожидающую за руку. Она сказала, что с ребеночком все хорошо.

Но мама умерла.

У нее были тяжелые роды. Сначала все шло хорошо, но потом роженице становилось хуже, но она все же разродилась. И все казалось позади. Но через полчаса у молодой мамы началось сильное внутреннее кровотечение. Ее состояние резко ухудшилось. Врачи делали все, что необходимо, но спасти ее так и не смогли…

Женщина продолжала говорить с бабушкой Верой, но она лишь молча смотрела в окно. У нее вертелась лишь одна мысль в голове – ее дочка чувствовала свой уход. Врач успокаивала ее, пыталась, как могла, поддержать. А бабушка безмолвно слушала, но сама была, как в тумане.

После того, как врач акушер-гинеколог узнала, что у младенца теперь нет обоих родителей, бабушке посоветовали, как можно быстрее, оформить опеку над ее внучкой. Иначе она попадет в дом малютки. Бабушка Вера все слышала и отчетливо это понимала. Конечно, она не бросит свою кровинушку. Все сделает. И она сделала! Сделала все, что могла для своей внучки. Любила и оберегала ее за двоих.

Очнувшись от грустных мыслей, я приложилась лбом к стеклу и закрыла глаза. Время незаметно перекатывалось к вечеру. Дождь немного поутих. Прохладное стекло приятно остужало лоб.

Да. Такая у меня бабушка. Боевая! Моя любимая. Обязательно к ней съезжу на этой недели. И куплю что-нибудь вкусненькое.

И все, хватит уже грустить!

С этими мыслями я соскочила с подоконника и направилась на кухню. Ужинать мне не хотелось. Я сварила себе какао с молоком. А усатому товарищу дала кошачью вкусняшку с витаминами, в виде мясной конфетки. Прихватила себе печеньки, горячий какао и пошла в зал. Включила телевизор и с помощью вкусного напитка и комедии, прогнала остатки своих грустных мыслей.

Что бы не случилось, нужно всегда жить дальше! Моя бабушка Вера – яркий тому пример!

Глава 6. Конный клуб

Глава 6. Конный клуб

Миновала первая половина рабочего дня. В голову настойчиво лезли мысли о Сереже. Но я старалась концентрироваться на своей работе. Хорошо, что клиентов было достаточно. Это отвлекало и не давало сильно зациклиться на Громове.

Сегодня мой коллега Олег, как бы невзначай, пытался дотронуться до моей руки, делал комплименты, угощал кофе. Он, конечно, делал это и раньше. Я замечала от него знаки внимания и давала ему понять, что мы только друзья. И я бы не хотела терять дружбу из-за каких-либо недопониманий. Но раньше это было не так навязчиво. А последнее время эти «нападки» участились. Интересно, это из-за Громова? Раньше я ко всем мужчинам относилась с уважительной холодностью. И Олег не видел рядом конкурентов. Да не важно! Но в любом случае, меня все это начинало раздражать. И как еще коллеге это пояснить, при этом не обидев его? Ну не матом же… Я вообще ругалась по жизни в самом редком случае и чаще всего, при большом эмоциональном напряжении. Но это такая редкость, что я даже не вспомню когда это последний раз было.

Во второй половине дня пришло смс, в котором Сергей писал, что сегодня увидеться мы не сможем. Он был не в городе. Пришлось уехать по работе. Что-ж, обидно, досадно. Но я не стала это ему говорить, боялась показаться навязчивой.

Немного позже позвонил мой знакомый дядя Андрей. Он рассказал чудесную новость – в его конном клубе родился жеребёнок! И он просил меня приехать, как будет время, и по дружбе осмотреть малыша и маму.

С дядей Андреем я была знакома уже несколько лет. Даже какое-то время работала у него. Он владелец конного клуба. Я люблю конечно всех животных, но кошек, собак и лошадей – особенно! Поэтому частенько наведывалась сама к ним в гости. Я поздравила его и пообещала приехать к ним завтра в свой выходной. Он меня поблагодарил. После этого я вновь вернулась к своим делам.

Рабочий день прошел быстро. В своем кабинете я захватила некоторые вещи, витамины для молодой мамы-лошади, ее жеребенка, приготовленные заранее и уехала домой.

На следующее утро, завтракая, я разговаривала с Рыжиком и пообещала, что в ближайшее время куплю ему что-нибудь интересное.

Пришло смс от Сережи. Он спрашивал, чем мы займемся сегодня. Я извинилась и написала, что сегодня увидеться мы не сможем. У меня действительно были дела. А через несколько секунд, после того как я это отослала, он мне позвонил.

– Алло! Привет, – отвечаю.

– Привет, Ариша. И какие у нас дела?

– Мне нужно навестить друзей. Извини, сегодня никак.

– Друзей? – слышно, что раздражен. – Я тебя вчера не видел и у тебя один выходной сегодня. Значит, сейчас тебя заберет Леха и привезет ко мне, – и он тут же сбросил звонок.

Он просто взял и отключился! Что это было?

Это был первый раз, когда я сама ему перезвонила. После трех гудков Громов поднял трубку.

– Слушаю.

– Какой Леха? В смысле, заберет?! Я же сказала, что сегодня не смогу! – ответила немного раздраженно.

– Ариша. Не повышай на меня голос, – спокойно ответил Сергей. – Леха, мой сотрудник. Ты его уже видела. В парке, помнишь? Это единственное, что тебя беспокоит? Я могу и сам приехать.

– Нет, не единственное. Я же сказала, что у меня сегодня планы.

– Леха выехал, все давай, скоро увидимся.

– Что?! Стой, погоди! – крикнула, чтобы он вновь не отключился. – Ты еще тут?

– Да, малышка, – ведь слышно, что улыбается, зараза.

– Ладно, хорошо! Ты хочешь поехать со мной?

– Вот, это другой разговор! Скоро буду.

– Сережа! Только оденься попроще! – улыбаясь, проворковала. – Без костюмов. А то испачкаешься.

– Интересно. Хорошо, я тебя понял.

Мы попрощались, и я стала собираться в гости.

Через сорок минут в дверь позвонили. Я пошла открывать и прихватила с собой спортивную сумку.

Сережа стоял в темно-синей футболке и темно-зеленых, похожих на военные, штанах и черной обуви, на шнуровке, видимо берцы.

– Привет еще раз! Я не спрашиваю, откуда ты знаешь мой номер квартиры, да?

– Умничка, учишься на лету, – он прошел в коридор, обнял меня и целомудренно, но нежно, поцеловал в лоб. – Так сойдет? – рукой показал на свою одежду.

– Вполне! – улыбнулась я, осматривая крепкое тело. – Для завершения образа не хватает саперной лопатки.

– Хм. Если надо – найдем.

Сама я была в черных спортивных штанах и светло-серой кофте, на ногах кроссовки.

Из кухни вышел кот, осторожно подошел к Сергею и начал его обнюхивать.

– Так, кто это у нас тут?

– Это мой кот, Рыжик, – с любовью и гордостью, представила своего усатого сожителя.

Кот закончил знакомство и усами потерся о Сережины штаны.

– Надеюсь, это единственный самец, который бывает в твоем доме. Ну что, поехали? Давай сумку.

– Пошли, – мы направились к выходу из квартиры. – А пока мы будем в отъезде, остальные самцы, как раз, смогут спокойно уйти, – решила подшутить над ним и тут же врезалась в его спину.

Развернувшись, он прижал меня к себе и серьезно посмотрел в глаза.

– Да шучу я, шучу! Пошли! – хохотнула, а он, не спеша, поцеловал меня в губы и только после этого отпустил.

Мы сели в машину, а сумку Сережа закинул на заднее сиденье.

– Дорогу покажешь? – спросил, улыбаясь.

Я объяснила ему направление, где находится конный клуб. Как смогла на пальцах, но он, кажется, понял.

– Ну, поехали, посмотрим на твоего дядю Васю, на которого ты меня хотела променять сегодня.

– Дядю Андрея! – смеясь, поправила. – Он мне в отцы годится, если что.

По дороге в конный клуб, я немного рассказала Сереже о том, что меня с этим клубом связывает. Что потом нашла работу ближе к дому, но про них не забываю. Там проходят соревнования для детей и взрослых. Всех желающих учат ездить верхом. И они даже развили такое направление, как – иппотерапия. Рассказала ему, что это эффективное средство реабилитации различных болезней и последствий после перенесенного стресса, с помощью верховой езды и общения с лошадьми. И предложила как-нибудь взять туда с собой Димку. Ему это точно пошло бы на пользу.

Подъезжая к конному клубу, нас встретил запах прелого сена и ржание лошадей.

– Пойдем! – позвала его, счастливо улыбаясь.

Сергей снял черные очки и вышел из внедорожника. Мы направились к административным зданиям. Навстречу к нам тут же вышел мужчина среднего роста, с усами и пробивающейся сединой в темных коротких волосах. Он был в рабочей одежде и высоких черных сапогах.

– Ариночка! Здравствуй! – он раскрыл руки для объятий, и я ответила ему тем же.

– Здравствуйте, дядь Андрей! Как у вас дела, как малыш?

– Все хорошо, хорошо! Я, наверное, просто нашел повод, чтобы пригласить тебя. Давно ты не была у нас!

– Ах вы хитрец! – и снова крепко его обняла.

Я представила мужчин друг другу, и они пожали руки. А дядя Андрей с прищуром, по-отечески оценивающе, посмотрел на Сережу.

– Ну, пойдемте скорее, показывайте свое пополнение! – нетерпеливо подгоняла мужчин.

Мы прошли дальше, в отдельно стоящее здание и за хозяином конного клуба зашли в конюшню.

– Ну вот, глядите! Наш новый малыш.

Лошадь заржала и потопталась на месте.

– Тише, тише, свои, – сказала я молодой маме и протянула руку с яблоком.

Сказала мужчинам подождать, а сама зашла в загон, осмотрела лошадь и малыша. Он был чудесным! Черно-белый. И на светлом лбу черная галочка.

– И как вы назвали вашу девочку? – обратилась к дяде Андрею.

– Пока еще не придумали, Арин.

Жеребёнок неуверенно стоял на ножках, но уже пытался баловаться, как все дети – подпрыгивал, бодался и падал.

– Тише, ласточка, тише! Сначала окрепни, малыш! – закончила его осматривать и потрепала по холке.

– О! Значит будет Ласточка! Точно!

Все мы тепло улыбнулись.

– Все хорошо, дядь Андрей! – вышла я из загона, закрывая за собой дверь.

– Спасибо тебе, дорогая!

– Вам спасибо, что поделились такой радостью! Вот, держите, это гостинцы лошадям, – передала пакет из своей спортивной сумки. – Можно мне, как обычно, к Чернышу?

– Конечно, Арина, будь как дома!

Дядю Андрея позвали и он, поблагодарив меня, попрощался с нами и ушел.

Мы с Сережей пошли в другую сторону. Вокруг суетились работники клуба и их клиенты от мала до велика. Все это сопровождалось ржанием лошадей. Мне нравилось тут бывать. Проходя мимо своей машины, Сергей сказал, что догонит меня, чуть позже. Ему нужно сделать пару звонков. Я показала на открытый загон, там, где буду его ждать и пошла дальше. А Громов, кивнув головой, закинул мою сумку на заднее сиденье и сел за руль, закрыв за собой дверь.

Конь учуял меня сразу! Начал ржать и трусить туда-сюда.

– Черныш! – позвала я своего друга.

Открыла калитку загона и зашла внутрь, заперев ее за собой. Ко мне тут же прискакал чисто-черный, как смола, конь. Черныш был огромным красавцем! Темная, как ночь, шерсть блестела на солнце. А его пышная грива, величественно развевалась на ветру.

Конь остановился рядом и с громким ржанием и фырканьем, массивной головой начал тереться о мои руки.

– Ты мой хороший! Я тоже по тебе скучала, мой красавец! – гладила и обнимала коня, прижимаясь лицом к его крепкой шее.

– Арина! – меня окликнули.

Я обернулась и увидела Евгения, который радостно направлялся к нам. Он был сыном дяди Андрея. И работал он тут же, помогая своему отцу в конном клубе.

– Привет, Жень! – улыбнулась своему ровеснику в ответ.

Он подошел и, приподняв меня, поцеловал в щеку. Мне стало неловко, и я посмотрела в сторону машины Громова. Но из-за тонированных стекол ничего не было видно.

– Привет, красавица! – черноволосый парнишка лучезарно мне улыбнулся. – Как отец сказал подготовить Черныша, так я сразу понял, что стоит тебя ждать в гости!

Я рассмеялась. Он был прав. Дядя Андрей уже знал мою слабость к этому коню.

– Сейчас, я закончу его седлать и ты покатаешься!

– Спасибо, Жень, я очень по нему соскучилась!

– А мы по тебе! – весело ответил парень. – Приезжай почаще.

– Как могу! Работа… – развела руки в стороны.

– Все готово, полезай! Давай помогу сесть на него.

– Не надо, я еще все помню, – смущенно рассмеялась.

– Давай-давай!

Женька, поддерживая меня за поясницу и ногу, помог взобраться на Черныша. Я счастливая, улыбалась и хлопала любимца по лоснящейся шее. Сидя высоко на коне, увидела, что Сергей вышел из машины и направился к нам. Черныш подо мной топтался на месте, в предвкушении скачек.

– Проблемы? – спросил Сергей, подойдя к нам.

Женя обернулся.

– Нет, никаких, – Женька не растерялся и протянул руку.

Сергей ответил на рукопожатие.

– Сереж, это мой давний знакомый, Женя. Он сын дяди Андрея, – решила их представить. – Женя, а это, – замялась на секунду, – Мой парень, Сергей.

Они кивнули друг другу. Женя расстроился, но старался этого не показывать.

– Давай уже, не мучай ни себя, ни коня! Скачи! – с улыбкой крикнул Женька, прищуриваясь от солнца.

Сергей махнул головой в знак согласия, и мы с Чернышом, сначала медленно, а потом все быстрее перешли на бег рысью. Загон большой и было где развернуться.

В это время мужчины, оперевшись спинами о деревянный забор, о чем-то беседовали. Мне было немного волнительно – о чем, но мне скрывать было нечего. Мы с Женькой просто работали и общались по-дружески. Но Сергей – ревнивый собственник, это я поняла сразу. Убедившись, что они мирно беседуют, я отдалась полностью своему любимому увлечению. Иногда посматривала на них и ловила на себе мужские взгляды.

Я обожала этого коня, любила верховую езду и ветер, который играет с моими волосами во время прогулки. Иногда я закрывала глаза и расставляла руки в стороны, представляя, что лечу. Хоть сама и боюсь большой скорости, но мы с Чернышем как-будто чувствовали друг-друга, понимали. Духовная связь между нами появилась еще с тех пор, как я работала тут и сама ухаживала за ним.

Вдоволь накатавшись, я остановила коня около мужчин и довольная, раскрасневшаяся, спрыгнула на землю.

Женя улыбался во весь рот, а Сергей смотрел на меня задумчиво.

– Ладно, Аринка, я убежал работать. Приезжай в гости, как время будет! – сказал Женька, но обнять как при встрече, все же не решился.

– Хорошо, спасибо тебе, Жень! До встречи! Я еще немного побуду с Чернышем и мы поедем, хорошо?

– Конечно, нет проблем! Сколько захочешь. Всего доброго! – пожал руку Сергею и ушел.

– Смотри, – обратилась я к Сергею. – Кроме Рыжика, я еще люблю вот этого самца, – Сергей вопросительно приподнял одну бровь. – Я про Черныша, – уточнила и рассмеялась.

Держа коня за поводья, подвела его к Громову. Вытащила нарезанное яблочко и дала его коню.

– Хочешь покормить и погладить?

– Не уверен, что он тоже этого хочет. Тем более, когда хозяйка рядом.

– Я не хозяйка... – улыбнулась еще шире, но с грустью в глазах. – Иди сюда, не бойся!

Подвела их ближе друг к другу. Сергей стоял позади меня. Я взяла его ладонь в свою и положила на нее яблоко.

– Вот. Угощай его на раскрытой ладони, чтобы он случайно не укусил тебя за пальцы.

Конь, фыркая, с аппетитом уплетал яблочко. Сергей, стоя за спиной, носом провел по моим волосам и поцеловал за ушком. Стараясь не отвлекаться, я вытащила еще угощение.

– Смотри, какие у него бархатные губы, чувствуешь? – протянула его ладонь с угощением ближе к коню.

– Мне твои больше нравятся, – проговорил мне на ухо низким голосом, с хрипотцой. – Значит, парень, говоришь?

– Значит, твоя девочка?

Наши пальцы с Сергеем переплелись и я поняла, что нужно уезжать, пока на нас не стали пялиться окружающие люди.

– Нам пора обратно, – проговорила, немного осипшим голосом.

Еще раз подошла к Чернышу и обняла его за шею. Погладила по носу и пообещала обязательно приехать, чуть позже.

Домой ко мне мы приехали только к вечеру. По пути пообедали в придорожном кафе.

Громов занес мою спортивную сумку в квартиру. И потрепал кота за шерстку, который, к моему удивлению, даже не возмущался этому. Я пригласила Сережу попить чай. И пока накрывала на стол, он с рыжим-бесстыжим предателем осмотрел мое жилище.

– Да, любовников нет. Видимо и правда, все ушли, – пошутил он, заходя на кухню.

Я хмыкнула, налила нам двоим чай и поставила рядом вазочки со сладостями. Сидя за столом, мы обсуждали конный клуб с его жителями и уплетали шоколадное печенье с орехами. Но продлилось это не долго. Сергею позвонили и он с сожалением сказал, что ему нужно уехать. Я поблагодарила его за сегодняшнюю совместную поездку и проводила до двери. Перед уходом, он обнял меня и поцеловал в губы. Сначала нежно, чуть касаясь, а после, властно, глубоко и с натиском, прижимая спиной к входной двери. Прошло несколько минут, после чего мы нехотя оторвались друг от друга, окончательно попрощались и договорились созвониться завтра.