Текст книги "Участковый.Компиляция (СИ)"

Автор книги: Галина Гончарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 47 (всего у книги 61 страниц)

– Здравствуйте, Мария Алексеевна. Участковый уполномоченный, лейтенант полиции Алексеева Ирина Петровна. Разрешите?

Ирина махнула удостоверением – и прошла в квартиру. Женщина чуть посторонилась.

– Муж предупредил о вашем визите.

– Уделите мне немного внимания?

– Да, конечно.

– А ваши дети?

– Они у себя в детской.

– Можете вы позвать их, чтобы все присутствовали при нашей беседе?

– Да. Это необходимо?

Ирина пожала плечами.

Мария Алексеевна выглядела… не то чтобы недовольной, но она и не спешила бросаться Ирине на шею. А ведь Ирина ее дочь ищет.

Ее. Дочь.

Кому другому этого хватило бы с избытком. Да и вообще…

Ирина попробовала поставить себя на место другого человека. Вот она… у нее пропала дочь. Пришел человек, который ее ищет. Реакция?

Что угодно расскажу, только вы ее найдите! Чего не знаю, то узнаю, остальное придумаю. Но смысл-то один и тот же. Ее ребенок где-то там, во власти неизвестного подонка.

Страшно это.

А Мария даже не дергается.

Ирина решительно тряхнула головой.

– Да, это необходимо.

Женщина дернула уголком рта, едва заметно, но кивнула.

– Если так – конечно! Марк, позови всех! Проходите в гостиную.

– Спасибо, – поблагодарила Ирина.

Нацепила бахилы и прошла не разуваясь. Вот еще не хватало.

* * *

Квартира была под стать хозяйке.

Широкие коридоры, высокие потолки, четыре комнаты. Как мимоходом пояснила хозяйка – гостиная, спальня, две детских. Для девочек и для мальчиков.

Планировка – на обе стороны, все продумано, архитектор был весьма умным человеком, кухня – Ирина по дороге и туда нос сунула – большая, ванная – огромная, в ней установлены две душевые кабинки вместо лохани ванной.

И в то же время квартира…

Она неуловимо напоминала свою хозяйку.

Внешность – роскошная. Оправа – откровенно убогая.

Обои дешевые, какой-то жуткий цветочек, ей-ей, проще было ободрать эту гадость, да и покрасить стены масляной краской.

Занавески под стать обоям, мебель из сетевого гипермаркета, даже не ДВП или ДСП, а какой-то новый материал, который пальцем проткнуть можно. Дрянь, одним словом.

Ремонт тоже так себе… нет, Ирина тут жить не хотела бы.

Дело даже не в ремонте. Дело в людях, в самой ауре дома. Сейчас Ирина чувствительна к таким вещам, сейчас она их всей шкурой ощущает. Может, не смогла бы внятно сформулировать, но кому нужны слова?

Кому нужны такие глупости, когда по коже бегут липкие гадкие мурашки?

Эта квартира – как весенний лед.

Бывает такое на реке, когда уже пришли оттепели, когда лед истончился и стал хрупким, словно полиэтиленовая пленка – пальцем проткнуть можно, когда на него не то что вставать – дышать нельзя. Бывает.

И если после этого выпадет снежок, запорошит, закружит… он просто прикрыл ненадежный синий лед. Он просто обманывает глаза…

Вот и этот дом обманывает.

И женщина. И дети…

Их много. Шесть человек, Марк, Андрей, Семен, Петр, Мария и Анна. Откуда в этом библейском списке еще и Маргарита?

Об этом Ирина и спросила в первую очередь.

– Маргарита – ваша старшая дочь?

– Да.

– Почему – Маргарита?

– Мама так назвала. В честь бабушки.

И Ирине становится понятно, пусть не все, но кое-что. Достаточно увидеть промельк в голубых глазах женщины при этом слове.

Коротеньком, самом лучшем – для нее слове.

Мама…

Мама, может, и не одобряла выбор дочери, но внучку полюбила. Маргариту, Риточку. И пока она была жива, Петр не подмял жену. Не подчинил, ничего с ней не смог сделать.

А когда она ушла….

Ирина не знала, как это было. Но даже не сомневалась. Кравцов – человек достаточно властный, верующий, харизматичный – и нетерпимый к чужому мнению. Эгоцентричный – и жестокий, причем не к себе, любимому. Страшное сочетание на самом-то деле. Потому что рядом с ним жить нельзя.

Можно, наверное, но жить – и существовать суть разное.

Точно так же, как смотреть – и видеть. Радоваться потому, что так положено – или радоваться от всей души.

Здесь-то души и не было.

И прежде, чем Ирина успела сообразить, что говорит, у нее вырвалось сочувственное:

– Вам, наверное, было очень больно?

Ударь она женщину по лицу, и то такого эффекта не было бы.

Мария просто шарахнулась от нее, дернулась, словно Ирина вдруг рога и хвост отрастила.

– Откуда?..

– Не знаю. Но мне бы точно было больно, – призналась Ирина. – Лучше уж сразу, чем вот так, год за годом…

Ирина оглядела детей.

Вот стреляйте, режьте, убивайте…

Все они были копиями отца. Не лучшими, кстати, копиями. Словно проявленная фотография – и негатив. Не такими красивыми, яркими, обаятельными, словно размытые тени.

Зато наверняка это очень верующие и послушные дети.

Наверняка…

– Выйдите, – попросила она детей.

Почему-то никто не думает об обратной стороне послушания.

Сегодня ты ведешь за собой стадо баранов. А завтра?

А завтра они тебя затопчут копытами. Им ведь плевать, кто пастух. Ты сам сделал их баранами, сам… чего ты хотел?

Вечной бараньей преданности?

Обязательно. Сразу же после стрижки.

Ирина дождалась, пока дверь гостиной закроется за детьми – и присела рядом с женщиной.

И крепко обняла ее за плечи.

– Поплачь. Легче будет.

Мария дернулась. Раз, другой, но вырваться не смогла. Да и не слишком-то хотела. А потом уткнулась носом в плечо Ирине…

И рыдала, рыдала, рыдала…

Прошло не меньше часа, прежде чем слезы остановились. Только вот женщинам было уже намного легче. Обеим.

– Зачем ты так с собой?

Ирина вытирала нос Маше – уже Маше, и плевать на разницу в возрасте, лежащим на кресле платком, кто бы сомневался – черным. И Маша качала в ответ головой.

– Веришь? Самой бы знать хотелось…

– Попробуй, догадайся, – Ирина бросила тряпку на диван и взяла женщину за руку. – А лучше – попробуй, расскажи. Вместе оно легче будет.

– Нас никто не подслушивает?

Ирина послушно выглянула в коридор, огляделась.

Нет.

Если кто и пытался – слились в первые полчаса слез и всхлипов. Все равно там ни единого слова сказано не было, а про слезы…

– Кто из детей обычно ябедничает отцу?

– Марк и Андрей.

– На Маргариту они тоже ябедничали?

– Конечно.

– Она ведь в вас пошла, не в отца…

– В мою мать. Мама очень… сложная была. У них с Петей баталии разворачивались.

В этом Ирина даже и не сомневалась.

– Они часто ругались?

– Постоянно. Матери вообще не нравилось, что Петя священник, что он религиозный, что он меня в церковь привел… ее это бесило. Так и слышу: «Машка, религию для баранов придумали. Ты что – овца? Бээээээ…»

– А веру? – с подначкой задала вопрос Ирина.

Мария вдруг хихикнула, как девчонка.

– А веру – для верующих. Мама тоже постоянно это подчеркивала. Мол, если Бог есть, то оскорблять его религией просто бессовестно.

Ирина фыркнула.

Вообще, она была с этим согласна. Но стоит ли сейчас затевать теологические дискуссии?

– Когда она ушла – стало хуже, да?

– Намного. Я даже и не поняла, как это случилось, но – вот…

– А уйти?

– Петя мне никогда бы Маргошку не отдал. Никогда.

– А остальные?

Женщина потерла лоб.

– Знаешь, я всегда одного хотела. Максимум – двоих. Но нам ведь ничего нельзя. Предохраняться нельзя – грех. Аборт сделать нельзя – грех.

– А воздержание мужчин не украшает?

– Если бы…

Ирина ядовито фыркнула. Оно и понятно… кстати, есть и другие меры предохранения. Дамы раньше в календарик глядели, температуру мерили, еще можно семена моркови употреблять – но это уж сложнее и для здоровья не слишком полезно.

А мужчинам – что?

Не им носить, рожать, страдать, мучиться…

– Тебе есть куда уйти?

– Есть. Мамина квартира свободна… ну как – свободна, мы ее сдаем, чтобы денег больше было. Семья – сама видишь. Что-то из одежды нам отдают, но на детях все горит.

– Я как-то раз Маргариту видела. И платье на ней было – ой-ой-ой.

– Маргошке повезло, – кивнула Мария. – Ей одна из прихожанок целый гардероб отдала. Она после рождения ребенка располнела, сказала – платья не сходятся, а как она похудеет, другие фасоны в моде будут. А вещи там все дико дорогие, я ярлычки смотрела. Петя ворчал, но смирился.

– А Маргарита – не смирилась, верно? Ей ведь мужа присматривать начали…

– Ее просто от этого корчило, – незаметно разговор стал более спокойным, легким, открытым. – Она злилась, вспыхивала по каждому поводу, младшим от нее доставалось, Марк попробовал ее поддразнить, так она ему чуть голову не оторвала.

– Я бы тоже оторвала.

– И я еще добавила. Кирилл, Ерофей, Андрей, Михаил, Александр… какой там твари только ни было!

– И никто не нравился?

– Не-а. Кто старый, кто занудный, кто… Маргарита вообще не знала, как от них отделываться. И впрямую нельзя, отец рассердится, и окольными путями… там только что Кирилл оказался понятливым. Пару раз прогулялся с ней, да и сам Пете сказал, что девочка для него еще молода. И Михаил, кстати говоря. Сказал, что не может сейчас жениться, якобы что-то у него нашли, какую-то хворь, а девку на привязи держать – тоже плохо.

– А остальные?

– Вот Петя и выбирал.

– А где Маргарита познакомилась с Виталием?

Имя вампира упало гранатой.

Мария повернулась к Ирине всем телом, глаза – словно два провала, зрачки расширены, радужки почти не видно.

– Откуда ты о нем знаешь?!

Глава 4

Бинго!

Ирина и не знала, она просто предполагала. И попала – в десятку.

Сама не ожидала, что так будет. Что Маргарита должна была с кем-то делиться – обязательно. Что с матерью – да, скорее всего.

Будь мамаша здесь другой, и Маргарита искала бы конфидента на стороне. А она…

Марию саму это все давит.

Вот Ирина на что угодно готова была спорить – если она с мужем разведется, мигом и к детям лучше относиться начнет, и двадцать лет с плеч сбросит. Только вот ей развода не дадут. В той структуре разводы не приветствуются.

Заморочат бабе голову, заговорят, задолбают – и останется она сидеть на камушке. Или лежать – под камушком.

Обидно. Хотя это ее выбор.

Как говорил один знакомый – если тебе вешают лапшу, ты можешь ткнуть вилкой или в лапшу – или в ее развешивателя.

– Давно она с ним познакомилась?

– Да уж месяца два, если не три.

– Просто он у нас в разработке как раз по похищениям, – не моргнув глазом соврала Ирина. Хотя даже не соврала. Преуменьшила.

Не у нас – а лично у нее. И совсем недавно. Но ведь в разработке же?

– Ой, мамочки…

– Морочит голову дурочкам, потом продает их.

– Куда?!

– Клиент всегда есть. Типа садо-мазо и прочих развлекалочек. Девушки всегда в цене. Иногда и добровольно туда идут, кстати говоря.

– Ох…

– Маргарита могла добровольно согласиться?

По щекам женщины покатились слезы.

– Могла. Я виновата, из-за меня все…

Платок пострадал снова. Ну и плевать, все одно – тряпка гадкая, а ткань, как наждак. Такой носить – садизм. Выкинуть его надо просто из милосердия. Даже полы таким мыть страшно – до бетона протрешь.

– Что именно?

– Маргошка хотела, чтобы мы ушли от отца. И она, и я…

– И?

– Она заработать хотела. Чтобы мы уехали, чтобы нас никто не нашел…

– Черт побери.

А что Ирина еще могла сказать?

Заработать?

Вляпаться!

Она вцепилась в плечи Марии, как следует тряханула.

– Давай рассказывай! Выкладывай все, что знаешь! Мне ее найти надо, пока самого страшного не случилось! Ну!!!

* * *

Родителей надо любить?

А они это заслужили?

Ребенку всегда мало, что его родили, ему еще кое-что надо.

Его надо выкормить, вырастить, желательно здоровым, а еще…

Почему у Пети есть айпад, а у меня только старый кнопочный телефон?

Почему Таня одевается от кутюр, а я от секонд-хенда?

Почему Васю возят на машине, а мне отец купил единый проездной и заявляет: я в твои годы…

Да в твои годы, когда ты был в моих годах, и слова-то такого не было – айпад! Небось, сам до сих пор гаджет с гадом путаешь, и не знаешь о перепрошивках…

Маргарита знала.

И завидовала. И…

Что она – не человек, что ли?

Молодая девушка, которой хочется и одеться, и в салон красоты сходить, и из сумочки модный аксессуар достать, и личико подкрасить… а нельзя!

Ничего нельзя.

Краситься? Беса тешить!

Модные платья под запретом, косметика – любая, кроме самого дешевого крема для рук, ну еще, средств гигиены, подвергается остракизму и изгнанию, сумка еще советских времен, обувь породы «говнодав»… и кто тут не взбунтуется?

Маргарита явно пошла в свою бабушку, личность сильную и незаурядную.

Поругавшись пару раз с отцом и получив по заднице, она не стала напрашиваться на продолжение. Больно. И сидеть, и вообще…

Она принялась последовательно проводить в жизнь свой план.

Первым делом она записалась к гинекологу. Вот на врачей отец денег давал. А Маргарита специально выбрала гинеколога советских времен, атеистку и язву, которая не боялась никого и ничего.

Сколько можно услышать в поликлинике, пока сидишь в очереди! Одна баба жаловалась другой на гинеколога. Та помочь – помогла, но увидев, что клиентка тащит с собой в родзал здоровущую икону – едва не приложила «умницу» доской по башке. Ругаться не стала, поняла, что человек в психозе, но решительно заявила, что подобное – только после санобработки. Кстати – была права целиком и полностью. Мало ли что и откуда налипло? Может, икону по улице тащили или еще где?

Клиентка попробовала показать зубы, мол, с благословением батюшки и рожать легче…

Гинеколог оказалась с чувством юмора. И сказала, что замачивать икону в хлорке будут исключительно с молитвами. Заупокойными, за всех микробов… за каждого прочтут, не поленятся[27].

Маргарита поняла, что это – ее шанс. И отправилась к гинекологу.

Опустив глазки, поведала, что она из семьи священника, так и так, отец ее собирается выдать замуж… а если у нее будет какая-нибудь болячка, то не выдаст, точно…

Болячка нашлась.

Гинекологу даже душой кривить не пришлось, есть болячки, которых ни одна женщина не минует. Какой-нибудь воспалительный процесс в организме можно найти у каждого.

Маргарита хотела протянуть до восемнадцати лет.

Потом – потом ей будет легче. И на работу устроиться, и аттестат будет, можно в институт поступить (отец не одобрял, максимум – кулинарный техникум, чтобы мужа кормить), и уехать куда. Можно.

Мария не хотела расставаться с дочерью, но понимала, что это единственный для нее шанс.

А Маргарита…

Она не хотела оставлять мать.

Братья-сестры?

Другие ее волновали мало. Ей было жалко мать, но и только. Маргарита хотела снять для себя квартиру и забрать маму. Пусть подает на развод, разберемся! Наймем хорошего юриста…

На это нужны были деньги.

Много денег.

Оптимальным вариантом было уехать в другой город или вообще в деревню, выдать юристу доверенность на развод, учиться заочно…

Деньги, деньги, деньги…

Маргарите неоткуда их было взять.

И тут ей предложили…

– Кто предложил?!

Соседка Юля, оказывается, сидела в интернете, на сайтах знакомств. А что? Мужа ловить надо, а чтобы найти одного принца в нашей жизни приходится перецеловать триста жаб. Спасибо еще – не крыс.

Там она и встретилась с симпатичным молодым человеком.

Познакомились, погуляли… ни во что большее их отношения не переросли – не получилось. Но вот с Маргаритой Юля парня познакомила.

И тот заинтересовался Ритой.

Не как девушкой.

То есть, как девушкой, но…

– НО?! – рявкнула выведенная из себя Ирина.

Маргарите предложили должность прислуги.

– Прислуги? – прищурилась Ирина.

– Да. В загородном доме. Обязательное условие – чтобы не смела крутить хвостом ни перед кем. Если хоть чуточку, хоть что-то – вылетит без выходного пособия.

– Бред! – рявкнула ведьма.

– Так сейчас ведь… и пишут, и снимают…

Ирина зашипела сквозь зубы.

Убить бы и режиссеров, и сценаристов, а некоторым писателям их произведение засунуть… да-да, именно туда!

И сводить их в морг!!!

Туда, куда поступают мальчишки и девчонки, начитавшиеся про работу элитной проститутки, главаря бандитов, или, того хуже, милые миллионерско-извращенские шалости.

А что?

Это у них не извращения, а психическая травма… человека понять и пожалеть надо.

То, что остается от «жалельщиков», иногда заставляет блевать даже патологоанатомов. Тем не менее дурачки и дурочки не переводятся.

Маргарита согласилась, кто бы сомневался.

И – уехала.

Восемнадцать ей есть, отец ее, конечно, будет искать, но…

Ирина проглотила все, что хотела сказать.

И про идиоток-мамаш, которые, вместо воспитания мужа сковородкой, жарят на полезном воспитательном предмете котлеты.

И про соплюшек-дочерей, которые знают жизнь по Псалтырю и дамским романам, а туда же.

И про соседок, которых за уши на дверях бы подвешивать… вот мать ее рыбой белугой! Конечно, на сайтах знакомств у нас сидят сплошь прынцевичи и королевичи. И все нормальные, добрые, белые, пушистые и на «мерседесах». И только вот мечтают о НЕЙ.

Которая придет и ка-ак осчастливит!

Усех!

И разом!

Ирония?

К сожалению, нет. Наблюдения. На эти сайты половина полиции зубы точила. Остальные уже миновали эту стадию, и перешли к общему озверению организма.

Ирине оставалось только зубы стиснуть.

Как ведьма….

И ведь понятно, что администрация сайта не виновата. Они работают, деньги зарабатывают.

Девчонки не виноваты, они глупые.

Парни не виноваты, они ищут счастье.

Но на один косяк кефали всегда есть одна акула. И этого хватает.

А потом Ирина крепче стиснула губы – и подхватила Марию под локоть.

– Пошли.

– К-куда?

– К соседке. Представлять меня будете, чтобы с порога скалкой не встретили.

Или еще чем, потяжелее. Она бы точно встретила.

* * *

Соседка Юля оказалась милейшим существом.

Молодой девушкой лет восемнадцати – двадцати, темноволосой, стройной, в халате из «шелка». Из такого, который продается по дешевке, а после первой стирки напоминает то ли марлю, то ли полиэтилен.

Но смотрится до стирки красиво, надо отдать ему должное.

Сама Юля тоже смотрелась.

Волосы густые, темно-каштановые, завиты в локоны. Глаза не слишком большие, лоб невысокий, но подбородок упрямый и носик аккуратный…

Интересное лицо.

Яркое, умное… Маргарита красивее, но Юля – намного ярче. Это как поставить рядом картину и телевизор.

Картина, конечно, прелесть, но телевизор ты точно будешь смотреть чаще.

– Добрый день, Мария Ивановна…

– Юлечка, добрый день. Знакомься, это Ирина…

– Ирина Петровна Алексеева, участковый уполномоченный, – представилась Ирина. И помахала удостоверением.

– И что вам надо, участковый? – Юля прищурилась на красные корочки, потом на Ирину. – Я свои права знаю.

– А обязанности? – не удержалась Ирина.

Права-то у нас каждая собака знает. А ваши обязанности?

Мои обязанности? Это вы мне все обязаны!

Юля захлопала глазами.

– Обязанности? А…

– Ага, – кивнула Ирина. – Вы к кому Маргариту Кравцову отправили?

– Ваше какое дело? – ощетинилась Юля. – И уйдите из моего дома! Немедленно, а то я на вас жалобу напишу!

– Пишите. Хоть три штуки, – согласилась Ирина.

– И напишу. Какое вы имеете право…

Ирине это надоело на второй фразе.

Право, лево…

Она достала лично скачанные и распечатанные фотографии предыдущих «подснежников», вариант «до» и «после», и помахала ими в воздухе.

– Вот это. Видели? Сейчас еще увидите…

Юля побелела, как снег. Икнула.

И осела на пол в глубоком обмороке. Очень трепетная девушка оказалась.

– Чтоб тебя, – с чувством выругалась Ирина, не желая ничего конкретного. И обернулась.

Сзади, приглядевшись к фотографиям, так же оседала на пол Мария. Видимо, представила на месте этого свою дочку.

– Чтоб вам обеим не хворать, – с чувством сказала Ирина.

И потащила обеих «нежных орхидеев» в комнату.

А весят-то они как целая оранжерея. Или этот… гигантский аморфофаллус[28].

Фуууу…

* * *

Квартирка у Юли была однокомнатной. И – гламурной до полного беспредела.

Ее явно декорировали под секс-аул.

Розовые с золотом обои, такой же потолок, огромная кровать, которая заняла полкомнаты, шкаф-купе на всю стену – полностью зеркальный, зеркало и напротив кровати, телевизор на стене…

На лоджии столик и два кресла.

Цвета – розовый, красный, золотой, белый.

Симпатично. Но Ирина в таком бы жить точно не смогла.

Да, еще гравюры на стенах.

Эротического содержания. Симпатичные, кстати.

Дам пришлось сгрузить на кровать и отправиться на кухню. Стакан с водой, вылитый на голову одной истеричке, стакан на голову второй…

Процедуру повторить при необходимости.

Повторять пришлось два раза, но наконец, дамы ожили.

– Что…

Разойтись Ирина Юлии не дала.

– Поговорим – и я ухожу. Быстро!

Юля икнула.

– Хочешь, чтобы с твоей подругой случилось то же самое? – окончательно потеряла терпение Ирина. – Давай рассказывай!

Юля засопела, но говорить начала.

Ирина только зубами скрипела. Бывают же… индивидуальности.

* * *

Юля очень хотела замуж.

Но не замуж-замуж и все равно за кого.

Нет, Юля хотела замуж за богатого, красивого и умного. Ладно, последнее не обязательно, у нее ума на троих хватит.

Но – где его найти?

На дороге миллионеры не валяются.

В ресторане?

В баре?

В спортзале?

Юля исследовала все три варианта и поняла – что это провал. В ресторане мужчинам было не до того, в баре снимали сговорчивых девушек, а в спортзале была такая конкуренция, что подойти было без вариантов. Не то что поговорить…

Но был еще и интернет!

Юля зарегистрировалась на всех сайтах, до которых дошли руки, и смело пустилась в плавание по электронным волнам.

Вскоре ей стало ясно, что даже в интернете миллионеры не пасутся.

Но!

Есть такая теория пяти рукопожатий. Которая гласит, что за пять рукопожатий вы можете выйти даже на президента России, главное знать, чьи руки пожимать.

К примеру, у вас есть соседка – первый шаг.

У соседки племянница работает в администрации города – два.

Племянница знакома с губернатором – три.

Губернатор с министром – четыре.

Министр с президентом – пять.

Оказывается, вы знакомы с президентом? Только через несколько звеньев… ну а что вы им предложите, чтобы пообщаться с главой государства, это уже ваша проблема.

Юля решила, что где-нибудь она обязательно найдет подходящего мужчину, и принялась регистрироваться на сайтах знакомств.

Но не для знакомства!

Она искала мужчин для – внимание! – психологической помощи!

И внятно объясняла, что недавно рассталась с любимым человеком, очень несчастна и не может думать о новых отношениях. Но хотелось бы не разочароваться во всех мужчинах.

Поэтому, если кто-то хочет получить на вечер симпатичную спутницу, которая пребывает в хорошем настроении, красива, обаятельна и платит за себя сама…

Последнее – обязательно.

Как известно, кто девушку кормит, тот ее и танцует, а Юля собиралась выбирать сама. Так что – ноги в руки и вперед. Зарабатывать. И на развлечения, и на жизнь.

Зарабатывала Юля так, чтобы ее потом не могли упрекнуть.

После школы она пошла на филфак, потом отправила свои резюме в издательства, агентства, и сейчас трудилась корректором. Даже в нескольких местах.

Читала она быстро, читать любила, была расторопна и обязательна. Так что деньги были.

Мужчины находились.

Не те, что хотелось Юле, но лиха беда – начало?

Она приятно проводила время, ее возили по разным городам и областям, она старалась быть этакой «девочкой-праздником», она дружила, развлекала, становилась «своим парнем», искала не покладая рук… и – добилась своего!

Владимир, мужчина, который с ней встречался, рассказал про своего друга.

Друг недавно развелся с женой, застав ее с любовником, и пребывал в печали. Юля предложила взять приятеля с собой и развеселить.

Оценила загородный дом, квартиру, машину, навела справки…

И сейчас готовилась к свадьбе. А Владимир, который их познакомил, обещал быть крестным у первого ребенка.

Юля собиралась быть хорошей женой и матерью, не изменять и не наглеть сверх меры. Так, чуть-чуть… Она своего добилась и была закономерно горда собой.

И кстати говоря, она ни с кем не спала. С сайтов – ни с кем. Встречалась, веселилась, но и только. Так что не проститутка. Это гнусный сосед волну гонит… чтоб его самого – того!

Ирина даже в ладоши похлопала, слушая рассказ бедной девочки.

– Замечательно! А Маргариту вы куда подставили?

Юля и не подумала смущаться.

История была изложена именно таким образом.

Виктор, милый молодой человек, с которым Юля ездила на шоу в соседний город, была на концерте в Москве, и даже участвовала в ралли, как-то сказал, что знакомому требуется прислуга.

Не в Кораблике.

Молодая, симпатичная – и чтобы не вертела хвостом. Условия обязательны, человек требовательный и привередливый, крокодила лицезреть не желает, но и тащить в постель не будет. Жена есть, любовница…

Юле, конечно, не предлагают, но если у нее есть подруги…

Тут она про Маргариту и вспомнила.

А что?

Самая та кандидатура!

Ирина только головой покачала.

И ведь не врет.

– Давай рассказывай о Виталике. Или Викторе, как его там…

– Викторе?

Ирина покачала головой.

Фото вампира она сделать не удосужилась, но…

Вряд ли это был кто-то другой.

– Внешность мне его опиши.

Юля послушно кивнула. По ее словам – было похоже, что да. Тот самый вампирюга.

Но что она могла рассказать?

Молодой, симпатичный, чтоб у него клыки не наружу, а внутрь выдвигались, с-сволочь…

Где бывали?

Юля послушно перечисляла адреса, пароли, явки…

Ирина записывала. Память – хорошо, но диктофон поможет.

Поблагодарила за сотрудничество, попрощалась… и не удержалась.

– Юля, вам действительно нравилось проводить с ним время?

Юля тряхнула темными волосами, уложенными в прихотливые локоны.

– Да. Он умный, интересный собеседник, с юмором, придумывает массу всего интересного… на моей памяти он только один раз отказался резко…

– От чего?

– Мы мимо старинной церкви проезжали. На машине. Я захотела зайти, но он не разрешил и даже скорость прибавил.

Ирина кивнула. Штрих к портрету, но похоже, это он…

– Ясно.

– Он правда… того? Маньяк? И тех девушек… он? Да?

– Да.

– Ох…

– Юля, еще один вопрос. Вы не девушка, верно?

Юля покраснела. Ирина подняла руку.

– Это не для протокола. Просто сатанистам требовались именно что девушки…

Юля вернулась к естественному цвету лица.

– Я – девственница. А остальное… кому какое дело?

Ирина кивнула.

Так она и подозревала. Есть такое явление, называется «техническая девственница». Это когда с нормальным сексом до свадьбы ни-ни, а вот все остальное… хоть в каких позах и хоть с кем.

Потому она и не подошла Виталику. Но…

– Скажите, а не бывало так, что вы где-то ночевали…

– Да. И что? Мы врозь ночевали!

– А слабости у вас после таких ночей не бывало? Разбитости?

Юля задумалась.

– Да, пару раз меня продуло в гостиницах. Было…

Ирина кивнула еще раз.

Вот и ответ.

Чем-то Юля вампиру понравилась. Не подошла как жертва, но как донор – вполне. Убивать он девушку не захотел, кусал несколько раз – и оставил.

– Он вас бросил – или вы его?

– Виктор уехал в командировку. А что?

– Ничего… просто пока все укладывается в версию… значит так. Юлия…

– Игоревна.

– Юлия Игоревна, эта беседа не для протокола, вам, я полагаю, не хочется в полицию?

– Не хочется.

– Даже в качестве свидетеля.

Юля пожала плечами, как бы говоря, что ложки-то найдутся, но осадок останется.

– Вот. Поэтому мы просто побеседовали. Вы ничего не знаете, вас ничего не интересует… у вас когда свадьба?

– Через два дня.

– Отлично. Выходите замуж – и в свадебное путешествие.

Юля кивнула.

– Мы так и собирались.

Ирина кивнула.

– Есть у вас, к кому поехать? На эти два дня, чтобы не оставаться одной?

Юля побледнела.

– Вы думаете…

– Сейчас уже, наверное, и ни к чему вас убивать, – честно сказала ведьма. – Но мало ли что…

– Есть…

– Лучше не к родителям. Там вас будут в первую очередь искать.

– Да… я поняла.

– Раз поняли – действуйте, – благословила Ирина. И отправилась назад.

* * *

В квартире священника она уселась в кресло и задумалась.

Мария посмотрела на это – и отправилась на кухню. Через минуту перед Ириной оказался стакан с чаем и пирожки. Первый был слишком жидким, а вторыми можно было гвозди заколачивать, но ведьма не растерялась и замочила пирожок в чае. Так они оба только выиграли. И чай привкус приобрел…

Хоть что-то хорошее.

– Что я могу сказать, – подвела она итог и пирожку, и мыслям… – Молитесь.

– ЧТО?!

– Вы – молитесь, а я искать буду. Может, и найдем, живую…

– Господи…

– Вот и правильно, можете приступать, – кивнула Ирина.

И отправилась домой.

Ей нужно было все серьезно обдумать.

* * *

– Кирилл, у меня к тебе есть серьезный вопрос.

– Слушаю?

– Можем мы поездить по городу?

– Можем… куда и зачем?

– Есть у меня идеи по поводу вашей Маргариты, – призналась Ирина. – И к другим девушкам надо бы заехать.

– Зачем?

– За образцами запаха, – грустно вздохнула Ирина.

– ЧТО?!

Оборотень уже догадывался, кому предстоит быть ищейкой.

Ирина развела руками.

– А что поделать? Жизнь…

Все фамилии Ирина помнила.

Сухаревы, Лямины, Шорниковы…

Фамилии и адреса.

Ей надо было проехаться по всем адресам, и везде – везде! – взять образцы запаха.

Маечку, расческу, да хоть бы и трусы, лишь бы ношеные!

Кирилл ворчал, но смысл был ясен.

Места, в которых Юля бывала с вампиром, он записал. Так, на всякий случай, вдруг да пригодятся. И Юля своего знакомого там иногда видела… вопрос.

Приводили туда остальных девчонок – или нет?

Пили их кровь – или нет?

Скорее всего, пили, иначе никак не распознать. Тут и гипноз не поможет…

Допустим, спрашиваешь ты девушку – девственна?

Да.

А что там было, как там было… да такое может быть в ее прошлом, о чем она и сама не догадывается! Не зная, о чем спрашивать, не получишь правильных ответов.

Иринин дед рассказывал ей об одной милой девушке, которая убегала из дома.

Раздвоение личности. Как там оно по-научному называется – неважно. Но допустим, в марте это была Маня. Милая, хорошая, домашняя девочка, обожающая вышивание. А в апреле – уже Таня. Которая все перепробовала, разве что на наркотики еще не подсела. И друг о друге они не знали. Две личности в одном теле, доктор Джекилл и мистер Хайд.

Случается и такое в практике, случается и не такое…

Поэтому логично было бы проводить краш-тест. На месте вампира Ирина бы так и сделала.

Пригласить куда-то на ночь, укусить во сне…

Кровь несет информацию о человеке.

Девочки не могли бы отлучиться из дома? Да ладно! Никто и никогда не ездил в паломнические или экскурсионные поездки, не ночевал у подруги, не ходил в походы с классом? Это только то, что первым на ум приходит. А может быть и еще дюжина вариантов.

А если есть место, где проводился «отбор», то…

Почему – это место? Может, там и вампирский хвост найдется?

Безнадега?

Так больше никакого варианта и не было. Увы.

Решили начать с утра в выходные…

* * *

Вечером Ирина долго сидела перед компьютером.

Крутила в пальцах визитку, не могла решиться…

– Что случилось?

Тетя Света не могла проигнорировать душевное состояние своей… внучки?

Да, пожалуй, что уже и внучки.

– Ничего, – вздохнула Ирина. – То есть случилось, но… оно уже случилось.

– Теперь будем бороться с последствиями?

– Сначала будем искать. Потом бороться.

– А визитка?

Ирина положила ее на стол, «мордой вниз». Напрасно, она и так могла бы воспроизвести всю написанную на картонном прямоугольничке информацию. Память у ведьмы работала все лучше и лучше с каждым днем.