Текст книги "Участковый.Компиляция (СИ)"

Автор книги: Галина Гончарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 61 страниц)

Что ж.

Радует то, что обряд не смертелен. Иначе бы и тряпки какой хватило, или просто Люсю положили бы на пол.

А все-таки, как ее оттуда вытащить?

Зацепить чем-то Люсю?

Раскладушку?

Или сделать еще проще?

Ирина огляделась вокруг. ЭТО должно быть в каждой уважающей себя камере. Конечно, более современные узилища оснащены санузлом, но вряд ли здесь…

Точно!

Ведро, пластиковое, из тех, что закупают некоторые дачники, даже с крышкой…

А есть тут раковина с водой?

Ага, есть. В коридоре… не раковина, а кран на трубе, ну ничего! Ей и того хватит!

Ирина, недолго думая, подхватила ведро и направилась к трубе.

Ведро оказалось с содержимым, но так даже лучше… без всякой брезгливости Ирина долила его доверху водой. У кого огород был, тот знает, что такое компостная яма и чем она пахнет. Ой, не розами…

Девушка помнила, рисунок на полу выполнен чем-то вроде мела. А что у нас мел?

Отлично смывается!

И содержимое ведра полетело в камеру прицельным плевком.

Один раз, второй, третий…

А вода не только точит камень, она еще прекрасно смывает все рисунки. И Ирина с радостью отметила, что черное марево…

Черт!

Оно не рассеивается! Оно словно втягивается в Люсино тело!

Сволочи!!!

Но что бы это ни было, хотя бы подойти можно спокойно. Что Ирина и сделала.

Руки у подруги были ледяные.

Ведьма обернулась, желая позвать на помощь, но этого не понадобилось. Оборотень и так был рядом.

Кирилл сделал два шага в камеру, подхватил Люсю на руки и кивнул Ирине. Следуй за мной.

Ирина послушалась. Вышла из камеры, огляделась – их группа пополнилась еще двумя людьми. Совсем молоденькой девчушкой лет пятнадцати, черноволосой, симпатичной, в которой Ирина почувствовала силу, схожую со своей, но разбираться было некогда. И невысоким мужчиной лет шестидесяти, этакого «профессорского» вида, с благородной сединой, с бородкой. Эти двое были одеты нормально. Девочка – в джинсы и водолазку, мужчина в костюм, некогда дорогой, а сейчас пожеванный и помятый.

Да, в этом плане джинсы более выигрышная одежда, в них можно спать и это не сильно скажется на их внешнем виде.

Обратно шли уже всемером. Шестеро шли сами, Люсю Кирилл перебросил через плечо и так тащил для пущего удобства.

Все молчали до выхода с территории поместья.

По машинам тоже распределились так. Кирилл, Ирина, Люся, один из молодых людей – в первой машине.

Трое молодых людей и двое вызволенных пленных – во второй машине.

Закрыли ворота, чтобы не привлекать к себе внимания лишний раз – и так дали по газам, что на асфальте черные следы остались. Аж шины задымились.

– Ты мне расскажешь потом, кто эти двое? – нарушила молчание Ирина.

– Да. Куда мы сейчас?

Ирина задумалась.

А куда можно сейчас Люсю?

– У меня есть идея.

* * *

Ровно через полчаса какой-то неравнодушный человек вызвал «скорую помощь».

Не мог пройти мимо.

Женщине стало плохо в парке, лежит она на скамейке, в одной ночнушке, мало ли что с ней такое? Позвонил, конечно, и даже подождал, пока приедут. А говорят, у нас уже сочувствующих не осталось!

Врут!

«Скорая» приехала, погрузили женщину, поругались, конечно, наркош пошло – прорва, гоняй за ними, время отрывай, переширялись бы уже все до смерти, паразиты, потом уже в приемном покое начали ее раздевать, а у девушки на животе ручкой написано: «Люся». И номер телефона.

Врачи и позвонили.

В общежитие.

Описали «найденыша», вахтерша тут же поняла, о ком они говорят, связалась с Ириной, и та помчалась в больницу.

А кто нашел Люсю?

Чего хотели?

Где она была?

Это еще предстоит узнавать. Кстати, той же Ирине, нашли-то Люсю на ее территории. Так что никто ведьму от расследования не отстранит.

* * *

– Ничего пока не могу сказать. – Симпатичный врач лет сорока пяти поправил капельницу каким-то очень профессиональным жестом и посмотрел на Ирину. – Вы так здесь и останетесь на ночь?

– Не хотелось бы, – честно призналась Ирина. – Но если надо – останусь.

– Не надо. Это бессмысленно. Лучше вещи какие-нибудь принесите вашей… кто она вам?

– Подруга. Живем в общаге в одной комнате, – в приемном покое Ирина объяснения уже давала, но это там, а здесь было отделение интенсивной терапии. И этого врача она раньше не видела.

Среднего роста, среднего же телосложения, седоватый, усталый, словно ему бетонную плиту на плечи навалили. И при этом – явно хороший специалист. Это видно по всем его движениям, по отношению к больным… да просто чутье срабатывает.

То самое, ведьминское.

Ирина знала, что этот человек сделает для Люси все возможное. Он для любого человека будет стараться, такой уж характер.

– Давно она на наркоте?

– Вообще не употребляла. В нашей профессии, сами понимаете, нельзя. Как и в вашей.

– А реакции странные.

– Вот подождите, придет анализ крови – там наверняка никакого наркотика не будет.

– Есть такие препараты, что за час разлагаются.

– Но ведь вывестись из организма они не успевают за этот час? Верно?

– Смотря какие.

– На такие у нее просто денег не хватит.

– Тоже верно.

– Я оплачу все, что надо. Диализ, или что…

– Медицина у нас бесплатная, – огрызнулся врач.

– Я с этим и не спорю. Но финансирование у нее не настолько хорошее, – Ирина смотрела ему в глаза.

– Вам настолько дорога подруга?

Ирина пожала плечами. Дорога, не дорога… а если подозреваешь, что ее из-за тебя схватили? Что ты ее фактически подставила?

Как с этим жить?

Знать, что виновата именно ты, что ты ничего не предприняла, что ты обрекла человека на смерть. Причем – невиновного.

Нет, такой груз Ирина на себя вешать не хотела. А деньги…

Еще раз клад найдем! Если понадобится – она все старинные здания прочешет с металлоискателем. И вообще…

О!

Надо Чивилихину позвонить. Как раз взаимозачет будет!

* * *

Аркадий Игоревич оказался на проводе. И даже обрадовался.

– И только-то?

– Это для вас только-то. А для меня достаточно сложно.

– Сейчас я главврачу позвоню. Вы уверены, что вам больше ничего не нужно?

– Здоровье за здоровье, – откровенно высказалась Ирина. – Я вам помогла, вы моей подруге поможете…

– А может, вы мне и еще в чем поможете?

– Что смогу, – рассмеялась Ирина. – И что не противоречит требованиям закона. Обращайтесь.

Они дружески распрощались, и Ирина отключилась.

Дома, в общаге, она собрала Люсе вещи, а потом улеглась на кровать. Ей срочно требовалось узнать – что с подругой? Ритуал хоть и был нарушен, но след чужой силы она ощущала так, словно у Люси на коже какая-то грязь была. Вроде лечебной маски – так и стягивает, так и чувствуется пленкой.

Но что с этим делать и как ее снять? Вот вопрос…

Ирине срочно требовалось получить на него ответ. Положительный…

* * *

Утром она встала с такой головной болью, что хотелось собственноручно себе трепанацию сделать. Кажется, болели даже кости черепа.

И было отчего.

Плохие вести всегда причиняют неудобства. Всегда доставляют неприятные ощущения. А наставница Ирину не обрадовала.

Во-первых, руническая магия была не ее стихией. Спору нет, любая ведьма способна зачаровать или отдать приказ, но это не совсем то. А вот провести серьезный ритуал, как это было у Люси – надо быть крайне неординарной личностью. И очень сильным колдуном. И очень образованным. Руны – это вам не баран накашлял, там сотни толкований, тысячи вариаций, расшифровывать их еще и разбираться.

Во-вторых, это не проходит без последствий. Никогда. Даже если удастся снять заклинание, все равно в Люсе что-то необратимо поменяется.

В-третьих, очень может быть, что для снятия необходима или кровь заклинателя, или, что еще интереснее, его смерть.

В-четвертых, если этот колдун способен на такое, кто сказал, что Ирина с ним справится? На ведьм руническая магия тоже действует.

Нравится? А это еще не все. Могут быть намного более разнообразные последствия. И условий может быть много, и нащупать их крайне сложно, и выполнить еще сложнее.

А еще есть вариант с подставой.

Потом-то что собирались делать с Люсей? Вернуть домой? Послать куда-то? Не просто ведь так тратили время и силы? Или на ней просто экспериментировали?

Таких вопросов можно горсть набрать. И опять – минимум два варианта. Первый – положительный, в том смысле, что Люся жива еще как личность. Она там, внутри, под наложенной калькой заклинания, она борется и старается вернуться.

Это хорошо. Тогда ей можно помочь.

Второй – хуже. Намного хуже.

Помочь ей может только тот, кто накладывал заклинание. И тогда стоит вопрос, что этот некто захочет взять с Ирины.

Ирина этот вопрос и задавать себе не хотела. Она точно знала, что ничего хорошего у нее не попросят, а значит, и соглашаться не стоит.

Но почему этот некто не подействовал сразу на нее?

Боится? Ага, очень смешно.

У Ирины был лишь один вариант. Весьма и весьма печальный. Этому колдуну от нее что-то нужно. Но что? И как?

Надо бы поговорить с тем, кто разбирается в этой кухне. Хотя бы и с тем же Петей.

* * *

Петя на звонок ответил сразу же. И согласился встретиться вечером. Ирина решила, что сначала съездит с Кириллом, куда он там планировал, а потом поедет к Пете.

Кирилл заехал вовремя.

Ждал на соседней улице, пока Ирина к нему не подошла, потом вышел, помог девушке загрузиться в машину (ничего личного, элементарная вежливость), закрыл дверь и потихоньку поехал вдоль улицы.

– Кир, а что те двое?

– Обещаю, завтра ты сама с ними побеседуешь, – тут же снял все вопросы Кирилл. – Сегодня они не в состоянии стояния.

– Это как?

– Отсыпаются. Как поняли, что в безопасности… вот ты бы что сделала?

– Вымылась, наелась и отоспалась.

– Вот и они тоже. Получили заверения, что они под защитой церкви, устроились в храме, там уж и утро, пока то да се, уже обед… в общем, когда я уезжал, никто из спасенышей даже не проснулся. А завтра я сам с ними поговорю, и тебя, конечно, приглашаю. Вечером, после работы.

– Спасибо.

– Не за что. Это важно…

– Важно. А куда мы сейчас едем? – поинтересовалась Ирина.

– Неподалеку.

– А если серьезно?

– Ирина, Мишка остался тебе должен?

– Ерунда, – отмахнулась Ирина.

– Это для тебя ерунда, а для него все серьезно. Вот он и решил тебе устроить маленький сюрприз.

– Так!

– Не понравится – откажешься.

Ирина подумала и решила подождать ругаться. Успеет еще.

* * *

Этот дом она знала.

И квартиру знала.

Только вот…

– Не поняла?

Ничего другого Ирине в голову просто не лезло. Дверь коммуналки заменили на металлическую. Не бог весть что, но вполне приличную.

– Ты заходи, заходи… – Кирилл протянул девушке ключи.

– Зачем?

Но пока Ирина недоверчиво смотрела на оборотня и препиралась с ним, дверь распахнулась. На пороге стояла сияющая Светлана Сигизмундовна.

– Ирочка!

Засранная, иначе и не назвать было, коммуналка преобразилась.

Исчез весь старый хлам, стены ободрали и просто покрасили по слою штукатурки в нежно-персиковый цвет. Побелили потолки, постелили новый линолеум – и квартира преобразилась.

Ирина только присвистнула.

– Светлана Сигизмундовна, что случилось?

Пожилая дама и Кирилл переглянулись.

– А Ирочка еще не в курсе?

– Нет пока.

– Тогда… я расскажу?

– Сделайте милость.

– Ирочка, миленькая, пойдемте на кухню, чай пить?

Отказываться Ирина не стала.

* * *

Кухня преобразилась не меньше. Исчезли все холодильники. Теперь на ней господствовал здоровущий «Атлант». Рядом скромной мышкой притулился холодильник Светланы Сигизмундовны.

Исчезли столы и табуреты, по кухне растекся недорогой кухонный гарнитур из ярко-зеленых шкафчиков. В сочетании с желтыми стенами и белым потолком, создавалось впечатление солнечного луга. Уютно так…

Стол, стулья – все было достаточно дешевым, но новеньким. Только посуда осталась старой.

Светлана Сигизмундовна сияла ясным солнышком.

По ее словам – соседям сделали предложение, от которого они не смогли отказаться. Вместо коммуналки они получили по однушке в новостройке. А что на окраине – извините, идеала не бывает. А она осталась.

Ирина только порадовалась за пожилую женщину. Хоть старость доживет спокойно, разве плохо?

Кирилл хитро улыбнулся.

– Ириш, смотри. Квартира эта принадлежит Светлане Сигизмундовне. И мы с ней посоветовались… держи.

Ирина взяла бумагу.

– Не поняла?

– Без тебя это не оформить. Договор ренты.

– Какой договор?

Светлана Сигизмундовна опустила глаза. Потом вздохнула, подняла голову и поглядела в глаза Ирине.

– Ирочка, вы не обижайтесь. Так уж вышло, детей Бог не дал, родственников нет… одинокая я. А если вы согласитесь, меня хоть будет кому похоронить. Я вас не обременю, вы не думайте. Просто будем жить рядом, если вы захотите. Эти две комнаты в действительности ваши, а со мной Кирюша поговорил, я и согласилась. Вам же тяжело будет одной. А так и я о вас позабочусь, и вы обо мне…

Ирина молчала.

Легко ли соглашаться на такое?

А с другой стороны, права Светлана Сигизмундовна – одной не выжить. Никому.

Помните сказку про веник? Который нельзя сломать, можно только прутья поодиночке? И ей тяжело будет в общежитии. А если она замуж выйти решит? Если дети появятся?

Это Ирина и озвучила вслух.

– Тогда им тем более будет нужна бабушка, – махнула рукой пожилая женщина. – Вы ведь работать будете, правильно? А дети и болеют, и в тот же садик их надо отвести – забрать, и продукты купить, и что-то приготовить…

– Светлана Сигизмундовна, вы ведь меня совсем не знаете!

– Главное уже знаю, – пожилая женщина смотрела спокойно и твердо. – Ты – человек порядочный. А кто где родился, кто где учился… разве это важно? Может и с шестью высшими образованиями сволочь быть, и без образования человек хороший. И у английского короля подонок родится, и у африканского бедняка – герой. Всякое бывает, а главное быть просто человеком.

Ирина медленно опустила голову.

Да.

Вот в ее семье – как? Когда она даже не дочь, так, проходная единица, а Викочка любимое и ясное солнышко?

Ну да бог с ними, с ее бывшей семьей. Она их отпустила и зла не держит, просто не существуют для нее больше такие люди. Не нужны они ей. И она им не нужна, и нужна никогда не будет.

Может, и правда настало время обзаводиться новой родней?

Черт с ней, с общей кровью, Каин и Авель братьями были, так это убийству никак не помешало. Родня – не те, кто из одного полового органа появился, а те, кто друг друга в беде не бросят, и никак иначе.

– Кирилл, а в честь чего такие изменения?

– Мишка должен остался. Мы с ним поговорили и решили. Ты ведь квартиру не примешь, знаю я тебя.

Ирина покачала головой. Не приняла бы. Еще и поругались.

– А вот так – против не будешь. И не твое это пока, и тете Свете поможешь, и сама без горячего ужина не останешься…

Ирина подумала немного – и махнула рукой.

– А… пусть так и будет!

– Вот и замечательно! Ирочка, пойдемте, я комнаты покажу?

Две комнаты оказались без мебели. Покрашенные стены, побеленные потолки, неброские тона. Одна комната, побольше, в персиковых тонах, вторая, чуть поменьше – в голубоватых.

– И никаких обоев не надо!

Светлана Сигизмундовна улыбалась. В ее комнате тоже сделали косметический ремонт. Побелили потолки, ободрали старые обои и покрасили стены. Ее все устраивало.

Ирина осмотрелась.

Три комнаты…

– Светлана Сигизмундовна, давайте я поселюсь в голубой комнате, а в большой сделаем гостиную? Чтобы и чайку попить, и посидеть…

– Ирочка, а как же…

– Почему нет? – подмигнула Ирина. – Ваша комната, моя комната, нейтральная территория – в самый раз.

– А если дети пойдут?

– Я в ближайшие лет двадцать замуж не собираюсь, – отрезала Ирина.

И помрачнела.

Вот еще, Женечка… козел! Что он родителям наплел, что они вот так пресмыкаться решили?

Что придумал, что ляпнул?

Неизвестно. Но Ирина подозревала, что ей это не понравится.

Пожилая женщина не стала спорить, только улыбнулась. Двадцать так двадцать, как скажешь, девочка. Но детям все равно нужна будет бабушка.

Ирина задумалась ненадолго.

– Светлана Сигизмундовна… у меня еще один личный вопрос.

– Какой, Ирочка?

– У вас нет аллергии на кошек?

– Нет.

– Просто есть один кот…

Пожилая женщина расцвела в улыбке.

– Ирочка, так это же замечательно!

– Правда? – Ирина не ожидала такой быстрой капитуляции. Она думала, что придется убеждать, разговаривать, просить, объяснять, что коты вообще-то не всегда метят, даже наоборот, что кот в доме – к теплу и уюту, что животные это умные и полезные…

Но чтобы так?

– Я котов люблю, – объяснила женщина. – Завести не могла, животное мигом бы отравили, а чего грех на душу брать? Так, подкармливала, ходила, только подальше от дома, чтобы соседи не видели. И сейчас завести не решилась бы. Мой век короток, сколько мне еще останется? А кота потом на помойку? Тоже не по-человечески. А вот если вы, Ирочка, кота заведете…

– То шерсть по всей квартире будет, – встрял в идиллию оборотень.

Женщины наградили его негодующими взглядами, и Кирилл поднял руки.

– Все-все! Понял, испугался, замолчал. Ирина, хочешь – съездим за твоим клубком для блох?

– Съездите? – предложила Светлана Сигизмундовна. – Все же ночь на улице… пусть уж животное дома переночует, место есть. А завтра и в поликлинику его с утра свожу?

Ирина подумала и кивнула.

Почему бы нет?

Глава 10

Знакомый пустырь.

– Сим, Сим, Сим…

– Мау?

Кот был черен и вальяжен, не хуже булгаковского Бегемота. Разве что ходил на четырех лапах, а не на двух.

– Сим, а я за тобой.

– Мау?

Котяра смотрел серьезными зелеными глазами. Ирина протянула ему руку, и он с достоинством обнюхал пальцы, а потом потерся уголком щеки. Понял, принял, здравствуй.

– Будешь у меня жить?

Кирилл готов был поклясться, кто котяра все понимает. А Ирина продолжала уговаривать.

– У нас теперь свой дом будет. И там еще будет жить хороший человек – Светлана Сигизмундовна. Она тоже будет о тебе заботиться. Правда, мебели там пока, считай, нет, но мы все купим со временем. А тебе так и прямо сейчас. Поедешь?

Несколько минут кот размышлял.

А потом подошел и потерся об Иринину ногу.

– Мау.

– Пошли тогда в машину.

Ирина шла. И рядом с ее ногой скользил привидением большой черный кот. И задранный хвост распушился вдвое.

Кот нашел своего человека. Теперь ему есть за кем приглядывать.

* * *

Лоток и наполнитель.

Миски и корма.

Ошейник и таблетки.

Шампунь и когтеточка. Лежанка и пуходерки разных размеров. И это еще не весь список.

Сколько всего надо котовладельцам? Много… Кирилл только головой покачал, особенно на зеленый ошейник со стразами в цвет глаз. И зачем он, спрашивается, нужен?

Но ведь надели!

И кошак не против, наоборот. С удовольствием подставил шею.

– Мурррм.

– Вот кто у меня красавец? Кто хороший кот?

– Мау.

– Я тоже так думаю.

Светлана Сигизмундовна (зовите меня тетя Света) только руками всплеснула.

– Его купать надо!

– Мурррм!

– Обязательно нужно. У тебя на пузе грязи как у поросенка, – подтвердила Ирина.

Ответный мяв был явно возмущенным. Но в ванную Сим пошел своей волей. И стоял смирно, пока его в четыре руки поливали, мылили и опять поливали. Потом завернули в громадное полотенце и принялись сушить, вычесывать и выстригать колтуны.

И даже когти слегка подровняли. Один вообще держался «на ниточке» – ссадил его кошак обо что-то. Надо было срезать.

Отмытый и вычесанный, котяра распушился втрое, если не вчетверо. Он обошел квартиру, по-хозяйски поточил когти о когтеточку, которую Кирилл успел прикрепить в коридоре, потом устроился на лежанке в комнате Светланы Сигизмундовны – и замурчал так, что заглушил шум за окном.

Тетя Света улыбнулась.

– Как мне этого не хватало! Кто бы знал…

Ирина улыбнулась. Погладила черную лобастую голову.

– Мне тоже. Вот хороший кис, вот умница…

– Мурррм…

– Я поеду в общежитие. А завтра начну собирать вещи для переезда.

Мысленно Ирина подсчитала имеющуюся наличность.

Вот ей придут деньги за квартиру, от съемщиков, и можно будет купить себе диван. Кровать она покупать не будет, это слишком большая роскошь в ее положении, а диван в самый раз.

Компьютер у нее есть, ноутбук, а все остальное…

А что ей еще надо?

Кое-какую мебель, кстати, можно и из того города забрать. Ладно, это она еще обдумает, не хватало еще дрова по трассе возить! Это дороже чугунного моста получится! Лучше уж на месте что-то дешевое купить.

А вот что ей точно надо…

– Кирилл, мы можем заехать в аптеку?

* * *

Трава.

Соль.

Шприц одноразовый, пластырь, бинт.

Зачем все это нужно?

А где взять кровь?

Ирина собиралась защитить свой дом от любого недруга. Только как объяснить это Светлане Сигизмундовне?

– Я ее завтра свожу диван тебе посмотреть. И в гостиную какую-нибудь мебель.

– Кирилл! Это дорого!

– Не дороже денег. И ты плохо представляешь, сколько стоит наша находка.

– Много? – Ирина интересовалась так, мимоходом, без лишней корысти.

Кирилл хмыкнул.

– Мишка клянется, что сумма там восьмизначная. И ближе к девятизначной.

Ирина махнула рукой и успокоилась.

– Тогда пусть будет и мебель. Согласна.

Кирилл хмыкнул.

Он не врал. И собирался завтра купить еще кое-что для старой женщины. К примеру, ту же плазму. И кое-какую кухонную технику. И телефон.

Пусть хоть остаток лет доживет в покое и уюте. Разве она этого не заслужила?

Но Ирине об этом говорить не стоит. Она и так достаточно жестко реагирует на происходящее. А зря. Заслужила ведь…

Действительно заработала.

* * *

Петя сам открыл дверь и приветливо улыбался.

– Добрый вечер! Проходите, гости дорогие!

– Вечер добрый, – поздоровалась Ирина. – Как ваши дела? Как ваша супруга?

– Я их с Ромкой на море отправил. От греха. Пусть мандарины лопают и оздоравливаются. А вы как?

– Пока не жалуюсь, – ответила Ирина. – Но проблема есть, и наверное, по вашей части.

– Слушаю? – подобрался Петя.

Рассказать Люсину историю было несложно. Петя выслушал, кивнул и достал из шкафа в коридоре сумку.

– Не поняла?

– Мой походный набор. Поехали?

– Куда?

– К вашей подруге в больницу.

Ирина только глазами хлопнула.

– Зачем?

– Смотреть буду. Я, как и врачи, по телефону диагноз не ставлю. Вот еще не хватало.

– Спасибо, – от души поблагодарила Ирина.

– Не за что. С меня и так за Томку причитается.

– Не за что. Я свою работу делала.

Петя махнул рукой.

– Вот и отлично. Едем?

– Едем, – подвел итог Кирилл. И первый отправился на улицу.

Все он понимал про ароматические палочки. И антураж, и интерьер, и люди в это почему-то верят, можно подумать, специалист обязательно всю квартиру должен завонять, чтобы в их проблеме разобраться…

Но – воняет же!!!

Людям-то и ничего, а каково бедному оборотню? Хоть ты из дома беги. Вот он и сбегал. И побыстрее…

* * *

В состоянии Люси изменений не было. Она так и лежала, неподвижная.

Пищали какие-то приборы, дремала на посту медсестра, пахло какой-то больничной пакостью – Ирина не знала, чем именно, но запах четко ассоциировался у нее со смертью, болью, угасанием…

– Плохо мне тут, – поежилась она.

– Тут кто-то умирал недавно. Вот ты и чувствуешь, – кивнул Кирилл.

Ирина поежилась еще раз, обхватила себя руками за плечи.

– Неприятно.

– Ничего не поделаешь, времена не выбирают, в них живут и умирают, – процитировал кого-то Кирилл.

Они стояли подальше, у двери, чтобы не мешать Пете. А тот вовсю священнодействовал.

Расставлял свечи, почему-то с голубым воском, и где только взял такие? Доставал блюдечки, лил в них воду из самой обычной пластиковой бутылки, достал пластилин и принялся лепить из него что-то похожее на пирамидки, потом втыкать в их верхушки булавки и расставлять в одном ему ведомом порядке… перехватил взгляд Ирины.

– Ритуальная магия. Вы с ней незнакомы?

– Нет.

– Это достаточно противный раздел, но ознакомиться с ним необходимо хотя бы для общего развития. Вас кто учил?

Ирина покачала головой.

– Самоучка.

– Тогда потом снова заедем ко мне. Я вам дам несколько книг.

– Книг?

– Ирочка, вы еще молоды, – махнул рукой Петр. – А книги по магии были всегда. Правда, не те, что издают, уж вы поверьте, что в них ничего интересного найти нельзя. Настоящую литературу переписывали, переснимали, перепечатывали, кто как мог, так и устраивался. Хотя вы вряд ли с этим сталкивались. Вы дитя своего века, сотовых телефонов и камер на каждом шагу.

Ирина пожала плечами.

– Я знаю, что такое самиздат.

Ага…

Если честно, она у деда как-то видела. Ну не издавали в советское время «Камасутру», а людям интересно было. Может, это и не «Камасутра» была, но там были картинки, подписи и фотографии. Ирина даже в школу отнесла самодельную книжку, чем парализовала весь класс на неделю.

Всем интересно было.

Дед потом узнал, но ругаться не стал. А чего? Рано или поздно все этим заниматься будут. Пусть уж лучше дети знают, что им предстоит. Ирине не драли уши, ей просто прочли лекцию о противозачаточных средствах и последствиях ранней беременности. Судя по тому, что беременность не состоялась, а первым Ирининым мужчиной стал Женя – подействовало хорошо. А чего запрещать?

Объяснил последствия, а дальше все своим умом жить будут. На всю жизнь не назапрещаешься.

– Вот и отлично. Я вам дам книги на неделю, сделаете себе копии.

– Спасибо. Я верну, – пообещала Ирина.

Засядет на ночь на работе и все отснимет. Это дело полезное.

– А пока посмотрим, что не так с вашей подругой. К дверям палаты отойдите.

Ведьма и оборотень переглянулись и послушались. В чужой суп ложками не лезут. А уж в чужую магию – тем более!

Петя выдохнул. Собрался. И…

Никогда Ирина не видела подобного преображениям. Когда они вместе работали, ей не до переглядываний было. А сейчас…

Куда исчез безобидный, в сущности, серый человечишка?

Но блеснули темной прозеленью глаза, скрючились когтями пальцы, и показалось ей – или из-под губ мужчины лезут острые вампирские клыки? Или как-то многовато их для вампира?

Опасность?

Не совсем то слово.

За плечом мужчины словно выросла женщина с косой, сладко улыбнулась… ну, кто ко мне в гости первый? И положила руку на плечо проклятийника, давая свое благословение.

Да, чудо, что Чивилихин вообще выжил. Хотя Петя и работал не в полную силу, это уж наверняка. Зачем ему надрываться?

За идею? Ради личных устремлений?

Это – не то. А уж тем более ради подонков, которые его жену украли…

Мгла сгустилась, обвилась вокруг беспомощной Люси, запустила свои щупальца под одеяло…

И вдруг все кончилось.

Петя съежился, стал меньше ростом, отступил на шаг – и в палату словно бы вернулась жизнь. Зажужжали медицинские приборы, ярко вспыхнули, радуясь свободе, лампочки, даже воздух стал иным. То ли чище, то ли лучше…

А сам проклятийник устало потер руками лицо.

– Не могу. С этим я не справлюсь.

– С чем – с этим?

Ирине было не просто интересно. От этого зависела жизнь ее подруги.

– Подозреваю, что из вашей подруги хотели сделать сосуд.

– Для чего?

– Для вашей магии, Ирочка, для нее.

– Не поняла?

Ирина даже рот открыла от удивления.

– Вы в курсе, что магию можно передать? – прищурился Петя.

– Да. Мне предлагали…

– Только кто-то при этом умрет?

– Ну да.

– А вот теперь представьте. Приходит к вам подруга. И вы рады, вы расслабляетесь, вы можете и не почуять ничего. А она подловит момент и задаст вам ритуальный вопрос.

– Это как?

– Ты отдашь мне свою силу? К примеру… Но можно и другую формулировку подобрать, или просто на японском спросить то же самое.

– А если я ничего не пойму?

– А это неважно, важно согласие.

Ирина хмыкнула.

– В магии достаточно много формализма, – согласился Петя. – Процесс бы в любом случае запустился, тут многокомпонентное заклинание. И сделать из Людмилы… да?

– Да.

– И сделать из Людмилы сосуд, и достаточно покорное существо. Она забирает у вас магию – вы умираете. Она отдает магию – она умирает. И кто-то третий становится ведьмой.

– Козлы.

Кирилл сориентировался первым.

– Почему это нельзя снять? – Ирине было не до оценки действий неизвестных магов. Это уж она потом поругается, а сейчас о деле.

– Сил не хватает, – признался Петя. – Накладывали несколько человек, чтобы с гарантией.

– Я могу помочь?

Ирина даже минуты не колебалась. Если ее подруга из-за нее пострадала, что ж? Это надо исправлять.

– Помочь-то можешь, да толку не будет, – проворчал Петя.

– Почему?

– Там было четыре человека. Не меньше.

– Хм…

– Четыре человека, из которых один накладывал заклинание, а остальные его поддерживали.

– Там был только рунный круг.

– Ага, а его так просто писать, да? Взял мелок и пошел черкать, как классики, – огрызнулся Петя. – Там каждую руну силой напитывать надо.

– А почерк вам незнаком? – Кирилл подумал еще и об этом.

Петя пожал плечами.

– Кажется, знаком. Сами понимаете, проклятийников по городу… да что там! По стране нас и то мало!

– Зато проклятий много, – грустно пошутила Ирина.

Петя собирал свое снаряжение в сумку.

– Проклясть-то каждый может. А вот сделать это грамотно, не подставиться самому, не накликать на себя проблем… а то так бросишь человеку – чтоб ты сдох, гадина, и себе жизнь укоротишь.

– И ведь не проверишь ничего, – Кирилл думал о чем-то своем.

– Почему же? Проверить можно, только это должен быть специалист, – отмахнулся Петр.

– А сам человек? Никак не проверит?

– Ты себе сам диагнозы ставишь, или идешь, анализы сдаешь? К врачу ходишь?

– Не хожу, но смысл мне ясен. Жаль, что вы, специалисты, рекламы не даете.

– Не даем. Кому надо – тот нас найдет и так. Хотя… грамотное проклятие, если что, жертву не отпускает. Человек помрет от стечения обстоятельств, ему и в голову не придет, что он проклят. Или счастья в жизни всей семье не будет…

– Церковь-то справится, – Кирилл был в этом абсолютно уверен.

Петя фыркнул весьма ехидно.

– Ты сюда хоть роту попов нагони – дела не сделаете. И знаешь, почему?

– По вере?

– Именно. В любой структуре есть те, кто верит и верует, искренне и истово. И есть те, кто свечками и водкой торгует. Если первых можно позвать и польза будет немалая, то вторых… хоть ты армию нагони! И у вас таких найти не легче, чем белого слона в Сиаме.

– Суть ясна. А как все же можно помочь подруге?

– Советую встретиться с магистром. И поговорить по-человечески. Ведьмы, как правило, вне ковена. Разве что сотрудничают, по своему желанию.

– Почему такая дискриминация?

– Потому что вас, баб, в структуру встраивать – отдача замучает. Слишком уж вы непредсказуемы. Так что это не дискриминация, а разумная предосторожность.

Ирина потерла нос.

– Ладно. А как я могу встретиться с магистром?

– Я тебе телефончик напишу.

– И последнее. Так чей почерк тебе, кажется, знаком? – Ирина не пропускала нужное ей мимо ушей.

Петя замялся.

– Знаешь, проверить бы надо.

– А потом, по результатам проверки, найдут тебя, как всадника – без головы? И знания при тебе останутся? Лучше делись сейчас, – Ирина свято помнила принцип: чем меньше народа посвящено в тайну, тем легче ее утратить.

– Логично. Темка это, Михайлов.

– Кто такой?

– Тоже проклятийник, и не из худших. Но до меня не дотягивает, – приосанился Петя. – Числом берет, силой его Бог не особо наделил. А вот объединять нескольких людей, сосать силу, как пиявка, это он может. Это ему всегда хорошо удавалось. И я не удивлюсь, если трое из четверых, которые сейчас это проклятие накладывали, или болеют, или еще что…