Текст книги "Участковый.Компиляция (СИ)"

Автор книги: Галина Гончарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 44 (всего у книги 61 страниц)

Глава 2

Краеведческий музей.

Место, куда чаще всего заглядывают приезжие.

Свои?

А зачем, все равно там ничего интересного нет.

Несколько старых кольчуг, мечи и стрелы, копья и лопаты, или чем там сражались и обрабатывали землю… почему-то так получается.

История у нас в зародышевом состоянии, а рассказать о ней интересно вообще не может почти никто. Обычно половина экскурсоводов в музеях страдают речевым запором или хроническим занудством, и говорят так, что в сон клонит даже самых устойчивых.

В таком-то году случилось наводнение. В этаком – землетрясение. Приезжал царь, воевали, убивали, правили, строили…

И за историческими фактами тихо исчезают люди. А ведь все это делали они.

Ах да!

Иногда еще могут показать какие-нибудь артефакты. Типа пера Радищева, которым тот чесал затылок именно в этом городе. Или миски, из которой кушал лично Кутузов. Стульев помещика Свинкина, столов помещицы Хрюкиной, старой шали, носового платка… Но это такая скука!

Такая мука!

Воспринимать весь этот поток информации всерьез не получается ни у кого. Никак.

А уж у школьников!

Бедным детям отбивают интерес и к истории, и к краеведению. Сразу – и навсегда. Особо чувствительные потом даже рядом с музеем стараются не проходить.

Ирина детей понимала и им сочувствовала. У нее бабушка как раз была из другой стаи учителей – весьма и весьма малочисленной.

Она считала, что история движется по спирали, что за каждым движением исторических лиц стоит политика капитала, что параллели всегда можно найти…. Ищем?

Обязательно!

А если историю еще и разнообразить историческими байками – вообще будет интересно и убедительно.

Надо оживлять для детей исторических личностей, тогда и на уроках никто спать не будет. Но это сложно! Это долго, это готовиться надо, это на вопросы отвечать, а иногда и впросак попадать. Зачем?

Намного проще тупо зачитывать по учебнику, не отклоняясь ни на шаг. И директор всегда одобрит…

Вот и сейчас в музее было кисло-оживленно.

Да, именно так. На экскурсию пришли дети – класс, наверное, пятый или шестой. И вели себя, как и полагается нормальным детям. Но экскурсовод по мере сил портила им жизнь.

Задирала нос, хмурилась, рассказывала всякую ерунду с таким видом, словно делится мудростью веков…

Ирина только вздохнула.

Она рассчитывала узнать, не случалось ли вокруг Кораблика чего-то такого… сверхъестественного, но что можно спросить у этой сушеной воблы? У которой такой вид, словно у нее вся планета до зарплаты денег перехватывает, а обратно не отдает?

Бесполезно.

– Дядя Кир!

Один из мальчишек вдруг пригляделся – и кинулся Кириллу на шею.

Оборотень подхватил его, подкинул вверх и поймал. Пацан радостно завизжал и вцепился оборотню в руку.

– Ты тоже здесь?! Класс!

Кирилл выглядел чуть смущенным.

– Знакомьтесь. Георгий. Ирина.

Мальчишка протянул Ирине руку.

– Привет. Я Гоша.

– Можно просто Ирина – и на ты, – кивнула девушка. – Какими судьбами?

– Мы с классом на экскурсию, вот! А я думал, взрослые сюда не ходят.

– Мы тоже так думали, – согласился Кирилл, – но пришлось. По работе.

Экскурсовод заметила непорядок и поспешила вмешаться.

– Добрый день. Будьте любезны, не мешайте школьникам. Если слушаете лекцию – слушайте ее молча.

Сказано это было с таким видом, что святотатцы должны были устыдиться, пробормотать извинения и улетучиться из музея навсегда.

Ирина не отказала себе в удовольствии.

Достала удостоверение и помахала им в воздухе.

– Участковый уполномоченный, лейтенант полиции Алексеева Ирина Петровна. Надеюсь, вы уделите нам несколько минут вашего внимания?

Кирилл посмотрел с интересом. Такую ситуацию они не обсуждали. Но напарнику стоит доверять.

– Слушаю вас, – отозвалась тетка.

Ирина аккуратно подцепила ее под костлявый локоток.

– Ситуация действительно весьма деликатная. Есть ли место, где нас никто не услышит?

– У нас сейчас экскурсия…

– Дети, вы сами все посмотрите? – обернулась Ирина к детям.

Те закивали головами. Мол, посмотрят, что они – идиоты, что ли?

– Я им сейчас фильм включу, – сдалась экскурсовод. – Пусть смотрят, потом ответят мне на вопросы…

Ирина согласно кивнула и принялась ждать.

Вот включился допотопный телевизор, вот был заправлен в видик потертый диск, и дети уставились на экран.

– Ивеньева Евгения Владимировна, – представилась экскурсовод. – Чем могу быть полезна?

– Евгения Владимировна, у меня есть сведения, что готовится ограбление музея.

– ЧТО?!

Тетка стала похожа на рыбу. Рот она открывала и закрывала точно так же.

А Ирина сочиняла, удивляясь богатству своей фантазии. Хотя у ведьм она так и так равно богатая – и больная.

– Евгения Владимировна, вы в курсе, что недавно были совершены убийства на кладбище, несколько весьма неприятных случаев, под сатанизм…

– Да, я что-то такое слышала. Кажется… это имеет к нам отношение?

– К сожалению. Я получила информацию, что якобы – подчеркиваю – якобы! У вас в музее есть какой-то артефакт века шестнадцатого или еще раньше, когда здесь капище стояло и жертвоприношения проводились. Вот его и хотят выкрасть. А что это и зачем…

Экскурсовод схватилась за голову.

– Капище? Жертвы? Что за чушь!

– Может, вы расскажете, что там есть на самом деле? – вкрадчиво предложила Ирина. – А мы уж все вместе решим, чушь там, не чушь…

Тетка фыркнула.

– Решим… Господи боже мой, кто такое только сочиняет?

– Идиоты, вестимо. А что – никаких предпосылок для таких сочинений – нет?

Евгения Владимировна пожала плечами.

– Это ненаучно.

– Так для идиотов-то разницы не будет. Вы уж расскажите, чтобы мы знали, чего ждать?

Кирилл с восторгом поглядел на свою спутницу. А ведь и верно… поди, выспроси у такой хоть что-то? У таких теток снега зимой не допросишься. Будут фыркать, будут цедить слова через губу, будут снисходить к тебе, в результате, кроме потрепанных нервов и испорченного настроения, ты не приобретешь ничего. А им-то хотелось бы знать.

Спроси Ирина впрямую про какую-либо мистику, ее бы просто заплевали, как безграмотную плебейку, не ценящую историю и культуру своей малой родины. А сейчас, может, что и расскажут?

И верно, экскурсовод поморщилась, но рассказывать начала.

Ирина немного промахнулась по времени – этак на пару-тройку веков. Как оказалось, Кораблик был… тихим омутом, в самом худшем его исполнении. Когда внешне все благолепно, приказы начальства исполняются мигом, а результат…

А вот с результатом – бяда. Именно так. БЯда – и точка.

Вроде и никто не причастен к проблеме, а все, все, за что ни возьмись, идет кверху тормашками. И казнить-то некого…

По преданиям, Кораблик основали потомки жрецов Стрибога. Славянского бога ветров.

Когда они поняли, что христианство пришло всерьез, надолго и бороться не получится, они решили поступить, согласно заветам своего бога – выскользнуть из пальцев.

А то!

Поди, схвати ветер за хвост.

Так что они не стали бороться, ругаться, проводить демонстрации, а удрали в чащу, основали город, обозвали его Корабликом и даже демонстративно построили церковь. Она и сейчас сохранилась, хотя и достроенная, и перестроенная.

Богослужения?

Даже и их проводили. А уж во что верили неофициально? А кому какая разница?

Почему городу дали название «Кораблик»? Хотя до моря здесь, как до Китая.

Так Стрибог же и отвечает за то, чтобы корабль вернулся домой. Вот и Кораблик. Чтобы все благополучно прожили свой век, проплыли между волн и перипетий высокой политики. Это, конечно, версия непроверенная, но есть такие мысли среди краеведов.

Если Кораблик осмотреть с высоты птичьего полета – изначально он и построен в форме знака Стрибога – четырех лопастей. Видимо затем, чтобы защитил Стрибог от переменчивой погоды, судьбы, властей…

И защитил.

Сколько простоял Кораблик – в нем всегда было спокойно. Даже фашисты сюда не дошли. Пытались, даже в область вошли, но до самого города война не докатилась, и город не бывал в руках врага.

Капище?

Не было ничего такого… наверное.

– Так наверное – или точно не было? – вцепилась Ирина.

Евгения Владимировна пожала плечами.

– Да кто ж его знает? Могло и быть, и не быть – равно. Это сколько веков назад было! И в каком загоне у нас сейчас история!

– И все же кто-то и что-то подозревает?

– Если так подумать… могло, конечно, быть и капище, и что угодно. Но Русь крестили огнем и мечом…

– И последователи славянских богов стремились спрятаться.

– Совершенно верно, спрятаться. Но чтобы проводить жертвоприношения – такого раньше не было… хотя, кстати говоря, есть интересное письмо семнадцатого века.

– Подробности? – клещом впилась Ирина.

– В нем купец пишет, что благодарен другу за помощь, проведенный ритуал разрешил его проблему.

– Хм…

– А ритуал тот проводили именно в Кораблике.

– Вопрос на засыпку – что это был за ритуал? – задумалась Ирина.

Евгения Владимировна пожала плечами. Поправила очки и стала похожа на ученую сову Бумбу.

– Даже не представляю.

– А какие вообще функции были у Стрибога? – клещом впилась Ирина. – Я же не знаю… он лечил?

– Нет. Он – бог ветров, можно сказать, бог погоды. Бог стихий воздуха.

Ирина задумалась.

– Для чего это в народном хозяйстве нужно – я понимаю. Урожайность, те же мельницы, те же корабли… тут понятно. Будешь такого бога почитать, или зубы на полку положишь. А какие можно провести ритуалы с его участием?

Задумались все.

А правда?

Для плодородия?

А купцу-то оно зачем? Попутного ветра в горбатую спину? Если только так, но ритуал для этого проводить? Не жирно ли будет? Наверняка ведь жрецы уже тогда тихарились по подпольям!

А он нашел, выкопал, добился, провел ритуал….

Вряд ли все так просто.

– А чему еще он покровительствовал? – задумался Кирилл. – Я знаю, что боги отвечали иногда за несколько функций. Вот, Афина Паллада, к примеру. С одной стороны – воительница, с другой – богиня мудрости. Там что-то про совоокую было… нет?

Евгения Владимировна поставила локти на стол и прикрыла глаза ладонями.

– Было… в том и беда, молодые люди, что – было. Вам не кажется, что эта ситуация ужасно несправедлива?

– Какая?

– А такая. Народ помнит каких-то греков, хотя там и остров с плевок на карте, и к нашим предкам они никакого особого отношения не имеют. Помнит многое о римлянах. Хотя – то же самое. Где Рим, где мы… А свою мифологию – нет! Свою, богатую, красочную, яркую историю подменили какой-то подделкой под Европу и христианство.

Опа?

Ирина даже рот открыла от такого заявления.

– Но…

– Вот именно. Русь крестили огнем и мечом, притащили сюда всякой византийской пакости – и погубили уникальную культуру. В каком-то смысле мы те же индейцы, понимаете? Американцы погубили уникальную индейскую культуру, византийцы – такую же славянскую… православие ведь такая же чуждая нам культура, как индейцам – пресвитерианство, если вы понимаете, о чем я.

– О том, что индейцы еще помнят свои корни, – вздохнула Ирина.

– А мы свои практически забыли. Если что и осталось – по таким углам, куда и хода-то посторонним людям нет. – Кирилл не смог удержаться. Хоть и был он при церкви, но ведь оборотень. Официально – темная тварь.

– Индейцев ломают пятьсот лет. Нас уже больше тысячи лет…

– Князь Владимир Святославович, – процедила Ирина. Если отвлечься от христианства – та еще гадина была, в те времена на троне удерживался самый низкий, подлый и беспринципный правитель, другие не выживали. Чтобы сожрать всех родственников, распихать локтями дядюшек и братиков, перетянуть на свою сторону дружину…

Надо быть такой заразой, что сказать страшно!

Вот даже не сомневалась Ирина – окажись князь Владимир здесь и сейчас – годика через два пролез бы в государственную думу, а еще через пять – и в президенты. Необходимые навыки у него не просто были – они были в такое крокодилье время отточены…

Сейчас-то, придя к власти, хотя бы предшественников не режут. Не впрямую, во всяком случае. Все очень кулуарно и аккуратно. А то весело было бы. Пришел к власти тот же Ельцин – и Горбачева с его кланом под нож пустил.

Дешево, сердито, а главное – как выгодно! И воровать не надо, все, что предшественник… э… накопил, тебе досталось. По праву победителя. Большевики, к примеру, так и поступили.

Кто его знает, о чем Владимир думал, вводя христианство на Руси. Может, и хотел он для страны как лучше, а вышло вот… плюнуть, да и отвернуться. Да и не для страны наверняка старался. Для себя.

Уж очень удобная эта религия – христианство.

Терпи, прощай, не возмущайся, а еще вся власть от Бога. И бунтовать против нее – карается по закону. Божьему, вестимо.

То ли дело у язычников?

Когда свою неправоту даже конунгу могли объяснить быстро и конкретно. На примере. А то еще и добавить. Мечом по темечку и в Вальгаллу. Или в Ирий, куда там направили.

С другой стороны – единобожие и единоначалие.

Да и не выпололи до сих пор всей веры, что очень и очень радует.

– Хорошо хоть кто-то изучает историю, – кивнула Евгения Владимировна уже более благосклонно.

– Изучаю, – согласилась Ирина. – Так что скажете? Про Стрибога? Его как-то в курсе истории не проходили…

– У него тоже была еще одна функция. Которая, может быть, и сейчас небезынтересна. Стрибог покровительствовал знаниям.

– Знаниям?

– Ветер, ветер, ты могуч… – процитировала «Сказку о мертвой царевне» ученая дама.

Ирина схватилась за голову.

– Подождите. Так Пушкин…

– Кто знает? Ходят слухи, что часть наследия Александра Сергеевича так и осталась неопубликованной. Потому что содержала нечто… неудобное для властей.

Ну, такие слухи, считай, про половину писателей ходили, так что Ирина и воспринимать их всерьез не стала. Бывает.

– Можно использовать ритуал, чтобы найти… нечто?

– Нечто весьма удачно спрятанное. Как ту же царевну, к примеру.

– Или?

– Обрести некие знания. Покарать зло… была у Стрибога и такая функция, хоть и не первостепенная.

Ирина покачала головой.

– Кошмар какой-то. Неясно, что хотят сделать, но ясно, что ничего хорошего.

– Да… и что можно искать в нашем музее? – искренне недоумевала дама. – Честно говоря, у нас из старославянского – только вышивки.

– Ни оберегов, ни амулетов, ни…

– Девушка, вы явно фантастику перечитали, – припечатала ученая дама. – Какие амулеты? Скажите еще – артефакты. У нас есть обереги, есть несколько летописей, но и только.

Ирина потерла лоб.

– Евгения Владимировна, в том и беда, что дуракам не объяснишь. Даже если вы на дверях напишете: «Артефактов нет»…

– Понятное дело, дураки скажут, что мы прячем правду от народа, – согласилась экскурсовод. – Но что же делать?

Ирина покачала головой.

– Мне пока сложно сказать. Если я узнаю еще что-то, могу я обратиться к вам за консультацией?

– Разумеется. Вот моя визитка, звоните.

– А вот моя визитка, мало ли что, – кивнула Ирина.

Мало ли идиотов на планете Земля? Очень много…

* * *

Георгий поймал Кирилла и Ирину на выходе из музея.

– Дядя Кир!

– Гошка, я тебе позвоню, хорошо?

– Точно позвонишь?

Мальчишка был симпатичный. И явно переживал. Повод?

А что тут гадать, и так все ясно. Дядя Кир нашел себе женщину, теперь еще как она посмотрит на общение с мальчиком…

Как-как… даже будь она реально девушкой оборотня, она бы ругаться не стала. Жалко парня. Ее бы тоже могли в интернат сдать родные мама и папа, если деда с бабушкой на свете не было, точно сдали бы. Не в смысле в детдом сдать, а в интернат из тех, что пятидневка, а когда и семидневка. На постоянную, в семье Ирина им была не нужна…

Нет, ну какие гады – в крестные ее звать. И вообще!!

Да что вам надо?! Живите вы своей жизнью, забудьте обо мне, и будем счастливы все. Так нет же! Не успокаиваются.

Да, с такой родней, как у нее, будешь понимать мальчика.

Кирилл вернулся через десять минут, чуточку смущенный.

– Ириш, я Гошку пригласил на выходных погулять. В горсад…

– Здорово, – порадовалась Ирина.

– Аттракционы, комната страха, пароходик, потом кафешка, кино… пойдешь с нами?

– Ты уверен, что стоит? – засомневалась ведьма.

– Конечно. Чтобы Гошка не переживал. А то он каждую мою даму подозревает невесть в чем.

Девушке осталось только развести руками.

– Кирилл, но я не твоя дама.

– Очень жаль.

Ирина фыркнула.

– Это смотря кому.

– Вот вредная ты ведьма. А все-таки – пойдешь?

– Ладно, пойду. Заодно объясню ребенку, что мы просто друзья и коллеги.

Кирилл довольно кивнул.

– Договорились. Я за тобой заеду в воскресенье, в десять. Форма одежды – джинсы.

– Так точно, – кисло ответила Ирина.

– Куда теперь?

– В больницу. К Люсе.

* * *

До больницы Кирилл и Ирина так и не доехали. А дело было так…

К выздоравливающим с пустыми руками не приезжают. Одно дело, если человек лежит после операции, если ему показан определенный стол (не дубовый или березовый, а диетический, столом называется предписанное меню), ему, конечно, много чего нельзя. И везти ничего не надо.

А то медики потом лечить замучаются.

Другое дело, если человек лежит не после операции, а после болезни, выздоравливает и ему можно кушать все. Тут что-то привезти даже и необходимо. Человек, который пробовал больничную еду – отлично осведомлен о ее неудобоваримости.

Каша из крупы прошлого века выработки.

Суп из капусты, которая своей смертью на поле померла.

Колбаса крахмально-бумажная, вываренная до потери окраски. Котлеты из непонятной субстанции… замазки оконной? По виду – очень похоже на продукт вторичного употребления.

Вызвать аппетит больничная еда не сможет даже у мазохиста-суицидника.

Принести больному что-то съедобное – акт милосердия.

Так что заехали Ирина и Кирилл в супермаркет.

Данные магазины одинаковы во всех городах. Тележки системы «бомбовоз», рассчитанные на перевозку слона, с колесиками, которые крутятся во все стороны, кроме нужной, камеры хранения и полки, полки, полки…

Везде система одинакова. Надо сделать так, чтобы человек не сразу нашел, что ему нужно. Ну какой интерес, если человек пришел за вазой и уходит с вазой? Ни прибыли, ни радости.

А вот если по дороге он прошел через ряды с конфетами, косметикой и кулинарией, и прикупил того – другого – третьего…

Вот и копеечка.

Кирилл ожидаемо застрял в кулинарии.

– Ириш, подожди.

– Ага.

– Салатик покажите…

Девушка только головой покачала. Оборотень обиделся.

– Ириш, ты зря. У них вполне съедобные салаты.

– Не проще самому нарезать?

– Что-то несложное – проще. А готовить ту же спаржу, или смешивать дюжину ингредиентов я не хочу. Неинтересно время тратить, – пожал плечами Кирилл.

– Ой! Простите!

Девушка, которая налетела на оборотня, была само очарование. Не хуже Маргоши. Тоже блондинка, симпатичная, с шикарной фигуркой, только кареглазая.

– Все в порядке, – улыбнулся оборотень.

– Вам тоже салатик «Королевский» нравится? Он здесь очень свежий….

Девушка защебетала, рассыпая улыбки.

Ирина наблюдала за процессом с улыбкой.

Сначала. Потом ей кое-что не понравилось. Она сделала шаг, второй, и продолжила наблюдение уже «в шаре». Небольшом, зеркальном, такие в супермаркете висели на каждом углу. Очень удобно иногда.

А девушка щебетала, словно птичка.

– А салатик «Летний»? Вы туда кладете копченое мясо?

Голосок у нее был звонкий, улыбка на уровне Голливуда, фигурка, а еще она очень интересно перегибалась через прилавок к продавцу, внимательно осматривая салатики. И кажется, не надела белья под юбку.

Чулки надела, а белье – нет.

На что и смотрели присутствующие. Дамы – с негодованием, мужчины – с неподдельным интересом. А вот один человек… одна – не смотрела. Она работала.

И – сама напросилась.

Ирина сделала шаг вперед. И ловко перехватила худощавое девичье запястье.

– Стоять!

Из разжавшихся пальцев на пол выпал кошелек.

* * *

Классическая схема воровства.

Один человек, «пастух», отвлекает толпу, устраивая спектакль. К примеру, начиная представление подобным образом.

Попробовать салатик, повозмущаться, привлечь лоха, продемонстрировать фигуру…

Первое – для дам, последнее для мужчин.

Второй «щипач» в это время лазит по карманам. Добычу, если что, сбрасывают «пастуху», чтобы были свободны руки, да и меньше улик…

Ирина просто поймала воровок в тот момент, когда кража уже состоялась, а передача еще нет.

– Далеко собралась, детка?

– Ой! Да это мой кошелек! – возмутился один из мужчин.

Ирина махнула в воздухе служебным удостоверением.

– Проверяйте кошельки, граждане. А вы, девушка, пройдемте.

– Пусти!!! – заверещала воровка. – Не крала я его! Он выпал, а я подобрала!

– А по карманам у тебя тоже выпавшие кошельки? – ехидно уточнила Ирина.

– Нет у меня ничего! И прав обыскивать меня у тебя тоже нет!!!

– Есть, – Ирина махнула в воздухе корочками. – Участковый уполномоченный, лейтенант полиции Алексеева.

К месту происшествия уже спешила охрана супермаркета.

Блондинка обернулась от прилавка.

– Ой! А что тут происходит?

– Ворье ловим, – с ухмылкой пояснила Ирина.

– Да вы что! Какие воры! Девушка же сказала – она подняла бумажник! Вы что – с ума сошли?!

Кирилл сделал шаг вперед и навис над блондинкой.

– Девушка, пройдемте-ка тоже с нами.

– Да вы… Я жаловаться буду!!!

– Хоть с утра и до ночи. А на что жаловаться будете?!

– На принуждение!!!

– А на травмы?!

– На… травмы?

Кирилл ухмыльнулся. И принялся вдумчиво так разглядывать свой кулак. Так, что блондинка побледнела, а «кепка» резко задумалась.

* * *

Через полчаса вся компания сидела в кабинете управляющего.

Ирина и Кирилл.

Ирина – как участковый и вообще представитель закона. Кирилл как сопровождающий и представитель мировой общественности (возмущенной, вестимо), он же понятой. Вторым понятым пригласили бухгалтера супермаркета.

Трое пострадавших.

Две дамы средних лет и мужчина, оставшиеся без кошельков. В принципе – сами виноваты.

Ирина не собиралась озвучивать прописные истины, но вообще-то, отправляясь в супермаркет, не надо брать с собой сумку, которая не застегивается.

Или застегивается всего на одну кнопку.

Протяни руку – да и бери кошелек, не особо напрягаясь. Его и видно, и достать легко, а уж если эти сумки через плечо носить – вообще искушение. Или ходить по супермаркету с сумкой, у которой расстегнута молния. Или если сумка свободно висит на плече, и в дополнение – задвинута хозяйкой за спину, чтобы не мешалась при ходьбе.

Сплошная радость карманника.

Да и мужчинам…

Если уж так надо носить кошелек в кармане – носите его на рубашке. Или в переднем кармане брюк, а то из заднего его достать – секунда.

И две воровки.

Одна – супергерл, в красивом красном платье, кареглазая блондинка.

Вторая – неприметная девчушка, в джинсах и майке, бейсболка прикрывает лицо, волосы связаны в конский хвост – мимо пройдешь и не обернешься. Таких – десять на десятку.

Одна отвлекает внимание, вторая крадет.

Управляющий, молодой, но очень полный мужчина лет тридцати – тридцати пяти, был бледен и потел, как банка с компотом, которую вытащили в жару из холодильника. Буквально обтекал крупными каплями пота.

«Семен Иванович» – прочла Ирина на бейджике.

– Значит, происшествие…

– С вашего позволения, – улыбнулась Ирина. – Вот эта мадемуазель успешно поживилась двумя бумажниками, неудачно – третьим. Что вы с ней делать будете?

– Заявление написать! – рявкнула одна из пострадавших, полная дама с «перекисными» волосами, уложенными в «халу». Ирина думала, что так уже никто и не ходит, ан нет!

Очаровательную картину дополняли синие тени, розовая помада и угрожающе-черные брови. Даже жутко-черные. То ли наращивание, то ли татуаж, как это называется…

Брюки в цветочек, широкая блуза с бантом. Дама явно считала себя красоткой.

– Возиться, – скривилась вторая дама.

Эта была помоложе, каштановые волосы коротко подстрижены, яркий макияж, но в коричневых тонах, да и одежда была поскромнее. Тоже коричневые и песочные тона.

– Да уж. Пока в милицию… то есть в полицию, пока провозимся, это сколько ж мы времени потеряем, чтобы этим дурам пальцем погрозили, – согласился мужчина.

– Положим, пальцем им не погрозят, – сообщила Ирина. – До пяти лет.

– Да за что!? Я ни в чем не виновата! – возмутилась блондинка.

– И я не виновата, я просто кошелек с пола подняла!

– Три кошелька.

Управляющий вытер лоб платком.

– Дамы, господа… подождите. Не будем гнать коней…

– Слушаем вас внимательно.

Ирина не собиралась тратить вечер на воровок.

Вот честно – какое бы кто решение ни принял… она уже злилась на себя.

Понятно, поймать их надо было. Но если они еще полчаса провозятся, к Люсе она точно не попадет. А они провозятся. Сейчас потерпевшие быстренько споются, потребуют проводить воришек в отделение, и начнется пляска с бумагами, протоколами, вещественными доказательствами.

– Знаете! – вступила первая дама, «перекисная». – Вам легко говорить. А я премию получила, хотела подарок дочке купить. У нее недавно малыш родился, мультиварка нужна. Вот накрылась бы моя покупка.

Вторая дама призадумалась.

– Ну… вообще-то у меня денег в кошельке немного было. Но правда, придет так человек…

Ирина промолчала.

– Сажать этих гадин надо, – рубанул мужчина воздух рукой. – И то правда… Но у нас полиция мышей не ловит…

– Воришек ловит, – сообщила Ирина. – Вы чем-то недовольны?

Мужчина на секунду смутился.

– Извините… лейтенант?

– Ирина Петровна.

– Извините, Ирина Петровна. Но, допустим, отправим мы этих кукол в ментовку. То есть…

– Да вы не стесняйтесь, говорите, как привыкли, – махнула рукой Ирина. – Я не обижаюсь.

– Отправим мы их. Дальше-то что?

– Заведем дело. Допросим. Поместим в камеру. Выясним, может, они не первый раз и не только в этом магазине промышляют, может, еще где-то фиксировались карманные кражи…

– И?

– Потом суд, – пожала плечами Ирина. – Потом, простите, не моя сфера. Я воришек ловлю – я и поймала.

– Как, если не секрет?

– Секрет, – отрезала Ирина.

Всего-то навсего в шар взглянула. И не в хрустальный, в висящий зеркальный. Он был повешен под очень удобным углом, вот Ирина и заметила, как исчез кошелек из сумки одной женщины.

Потом второй…

Она уже думала поднять тревогу, когда воровка решила разжиться еще и мужским бумажником, для коллекции. Хотя Ирина воровство так и так не одобряла.

– Я не виновата! – взвизгнула «бейсболка». – Я же сказала!

– Есть свидетели, есть ваши пальчики на кошельках, есть записи… есть?

Управляющий медленно кивнул.

– Есть, конечно. Ведется видеонаблюдение…

Девчонка сдулась.

– Мы ничего такого не хотели. Правда…

– А что именно вы хотели? – уточнила Ирина. – Денег? Вы их и крали…

– Ага, хорошо вам говорить. А когда жрать нечего?

– А работать вы не пробовали? – агрессивно вступила вторая дама.

– Кем?! Уборщицей?! Дерьмо чужое выгребать за копейки?!

Дама покривилась.

– И что плохого в такой работе?!

– Сами бы попробовали!

– Пробовала. В девяностые годы. И ничего плохого в этом не видела, – отрезала «каштановая». – Хотя я вас отлично понимаю, воровать легче и приятнее. Девушка, – последнее слово относилось уже к Ирине. – Вы сможете заняться этими воровками?

– Одной – точно, – вздохнула Ирина. – Да и участок мой…

Понесло ее после работы…

Вот покупала б она продукты где-нибудь на окраине Кораблика… на противоположной. А она зарулила в ближайший к работе супермаркет.

– А второй?

– Она утверждает, что не воровала, а кошельки ей подкинули, – Ирина развела руками. – Задержать получится по подозрению в совершении преступления, но это на три часа, разве что протокол составим. И то – если вы не откажетесь.

– Эммм… – управляющий все же вмешался в разговор. – Дамы, господа, может, не будем поднимать шум?

– Простим воришек? – уточнила Ирина. – А завтра они опять что-то утянут.

– Мы их в магазин не пустим, – ничтоже сумняшеся пообещал мужчина.

– У нас по городу хватает и магазинов, и любящих бабушек с деньгами… извините. Не из-за возраста, но если ваша дочь родила, значит, вы бабушка? Хотя и в таком молодом возрасте.

«Перекисная» дама, которая настроилась уже рявкнуть что-то вроде: «В моем возрасте?!» или «Хамы!» прикрыла рот.

Понятное дело, бабушкой быть не хочется. Хочется быть молодой и красивой, но ей это и сказали. Можно не скандалить.

– Не хотелось бы, чтобы о нашем супермаркете шла дурная слава, – нахмурился управляющий.

– А вы загладьте свою вину, – вкрадчиво предложил Кирилл. – Дайте дамам карты на максимальную скидку, или что там им захочется. А воришек предлагаю погрузить в машину и отвезти в отделение.

– Сейчас вызову наряд, – кивнула Ирина.

Управляющий скривился.

– Может… не надо наряд?

– А как тогда? – удивилась девушка.

– Мы вам дадим фургон, вы их довезете. Просто наряд, в магазине…. Не надо, пожалуйста.

Ирина понимающе кивнула.

Репутация-с.

– Потерпевшие могут написать заявление прямо здесь, – согласилась она.

Возиться ей не хотелось. Но не отпускать же воровок по причине своей лени? Рабочий день полицейского – штука ненормированная. Могут и в час ночи дернуть, и после работы оставить, и в шесть утра вызвать…

И вообще.

Вспоминая классика: тебя посадят, а ты не воруй.

Морализаторство? Да на здоровье! Оправдывайте вора, сколько хотите, только учтите: Робин Гуд был не благородный разбойник, а гопник из подворотни. И так же резал, грабил, убивал, и плевать ему было на возраст жертвы, на ее состояние, на моральные страдания.

А красивые слова «делился с бедными»…

Конечно, делился.

Где-то ему надо было прятаться, что-то кушать, сбывать награбленное. Вот и дележка. Не отстегивай он местным крестьянам долю малую – мигом бы вычислили голубчика. А в те времена не сажали – вешали.

Оправдывая преступление – поставь себя на место потерпевшего. Вдруг да не понравится?

– Я могу поехать в участок, – вступила «пергидрольная» дама, – а за мультиваркой приеду позднее. Не надо мне ничего от магазина, дело житейское… вы не виноваты, что эти стервы сюда пришли…

– Да не виноватая я!!! – завизжала блондинка в красном. – Не виновата!!! Что – салатик купить нельзя!? У меня что-то нашли!? Какие ко мне претензии!?

Ирина вздохнула.

Никаких.

В том и беда, что никаких. Перевела взгляд на «бейсболку».

– Девушка, вам хочется сидеть в тюрьме, пока ваша подруга гуляет на свободе?!

Девушка сплюнула на пол.

Что ж, разумно. За преступление, совершенное в составе группы лиц, дают больше. Сейчас девушки действуют грамотно.

Но – обидно.

Ирина прищурилась на блондинку.

– А вы? Не хотите поделиться правдой?

– Иди ты на…! – рявкнула блондинка. – Только попробуйте меня задержать! Менты поганые!

И вылетела за дверь.

Ирина фыркнула вслед.

– Беги-беги, авось ноги переломаешь…

И захлопнула рот.

Дура!!!

Ты же ведьма!!!

Вот уж кому-кому, а ведьме надо быть весьма и весьма осторожной со словами, они могут воплотиться в реальность.

Запросто.

Снаружи донесся слабый вскрик.

Стоит ли говорить, что из кабинета вылетели все, включая управляющего?

Блондинка сидела посреди коридора, обхватив руками ногу. И нога та распухала буквально на глазах.

Точно перелом.

– Суки!!! – завопила «бейсболка». – Гады!!! Да что б вас…!!!