Текст книги "Ученица мага. Моя жизнь с Карлосом Кастанедой"

Автор книги: Эйми Уоллес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 29 страниц)

глава 3
ВСТРЕЧА С ФЛОРИНДОЙ ГОДЫ СПУСТЯ

Спокойно уйди в тень, опасаясь как зла, так и добра.

Слишком часто они являются одним и тем же.

Дуглас Э. Винтер «Бег»

Одним холодным вечером 1991 года, я раскрыла газету и заметила объявление, что этой ночью в «Гайа Букс» выступит с речью Флоринда Доннер. Это был нью-эйджевский, феминистский книжный магазин в нескольких кварталах от моего дома в Беркли.

У меня болела голова, и мне хотелось оставаться дома. И в то же время, прошло уже десять лет с тех пор, когда я последний раз видела мою любимую энергичную подругу, Флоринду. Я приняла аспирин и, пройдя четыре квартала, пришла на лекцию. Этот поступок изменил всю мою жизнь. У Карлоса была любимая присказка, популяризированная в его бестселлерах – «Всем нам дается один кубический сантиметр шанса, хотя бы раз в жизни. Это подарок, который предоставляется через Дух». За медное кольцо берется авантюризм – иногда случайно, как у меня, когда я потянулась за баночке с аспирином – хотя большинство как правило игнорирует его, и направление наших жизней никогда не отклоняется от скучных норм социальной рутины. Магия, всегда говорил Карлос, находится повсюду, но мы носим шоры, которые мы нацепляем на себя, боясь неизвестности. Если бы, призывал он, мы смогли бы жить как пираты, захватывая сокровища жизни и направляли паруса вперед к открытому морю, мы могли бы гордиться подарком, который является нашей жизнью.

«Я живу в первом вагонепоезда, поэтому все, что я вижу, – ново для меня, – часто говорил он мне. – В это время остальные проживают свои жизни в безопасном вагоне».

Для лекции Флоринды было арендовано помещение в магазине, но двери были еще закрыты. Я попыталась что-нибудь рассмотреть через щелку и сразу же увидела миниатюрную, очаровательную Флоринду, рядом с ней была дама повыше, с удивительно женственной фигурой, с миндалевидными глазами и волосами с проседью. Они смеялись и дурачились с игрушками магазина «Нью эйдж» – били в шаманские барабаны, смотрели сквозь кристаллы. Они не видели меня. Я почему-то стеснялась показаться им.

Когда открылись двери в лекционный зал, я собрала всю свою смелость и приблизилась к Флоринде.

Она была такой, какой я ее помнила, – невероятно живой. При росте пять футов и два дюйма она весила около ста фунтов [14]14
  Около 40 кг. – Примеч. ред.


[Закрыть]. Флоринда была потрясающей – тонкокостная и мускулистая, со сверкающими голубыми глазами и светлыми волосами ежиком длиной в дюйм. Она выглядела как эльф-панк.

– Привет, Флоринда, я – Эйми Уоллес, ты пом…

– Эйми! – она порывисто схватила меня и горячо обняла. – Ты прекрасно выглядишь. Карлос будет так счастлив, что я нашла тебя.

– Почему у тебя такая короткая стрижка, Фло?

Она усмехнулась, сверкнув улыбкой кинозвезды:

– Я только что вернулась из племени янамомо на Амазонке, где подхватила вшей. Мне пришлось остричься наголо. Теперь я хочу представить тебе мою спутницу. Это Кэрол Тиггс. Она – женщина– нагваль.

Флоринда торопливо объяснила мне, что женщина– нагваль– это женский эквивалент Карлоса, так сказать, его сестра-близнец и лидер группы. Кэрол ответила смешной песней, сфальшивив:

« Нагваль-ву-у-умен…» – и издала пронзительный вопль в стиле Джони Митчелла и Роберта Планта.

Если не принимать во внимание эту выходку, Кэрол с ее темно-голубыми глазами, отстраненная, таинственная и немногословная, показалась мне полной противоположностью Флоринды, – солнце и луна. Я сразу же невзлюбила Кэрол, решив, что она холодна и без чувства юмора, несмотря на ее выходку с «песней». В ней не хватало грации, чем особенно отличались Карлос, Анна-Мари и Флоринда. Она неожиданно спросила:

– Вы дочь Ирвинга Уоллеса?

– Да.

– Я слышала о вас.

Мы сидели вместе во время лекции. Флоринда была резкой и острой, многих в аудитории задевали ее дерзкие рассказы. Она представляла свою последнюю книгу « Жизнь в сновидении». Ее первая книга, « Шабоно», была репортажем о жизни среди индейцев янамомо и оказалась плагиатом – вероятно, она заимствовала эту историю из опубликованного отчета итальянского автора, но «потеряла» ссылки (как Карлос), и ей было отказано в дипломе UCLA. Вторая книга, « Сон ведьмы», была серией анекдотов в художественной обработке об обучении традиционной curanderaв ее родной Венесуэле. Она была дочерью немецких эмигрантов и выросла в Каракасе. За годы, проведенные с Карлосом, она, как и другие ведьмы, не бывала в тех местах, о которых говорила, хотя в то время я ничего не знала об этом.

Ее речь, когда она рассказывала о принципах магии, захватила приверженцев «Нью эйдж» – таких же феминисток, как и она сама. Она была «проницательной, как рентген», ироничной, полной фантазии и невероятно харизматичной. Она произносила сто слов в минуту, как и я, но была более стремительной и дерзкой. Меня сильно влекло к ней.

Она призналась аудитории, что ее редактор в «Харпэр энд Роу» убрал из книги «настоящий язык дона Хуана», утверждая, что «так не говорят». Флоринда передала нам рассказ дона Хуана о различных путях получения знаний у двух полов: «У мужчины есть его pincho, который становится твердым и указывает на небо, поэтому мужчины направляют свой „ конус“ к небесам и получают свои знания путем „ конического сканирования“ при помощи гениталий. Женщины имеют отверстие, которое смотрит вниз, в землю, – мы получаем наше знание прямо из земли. Половые органы – „ органы восприятия“».

– Мы, женщины, всегда учимся, даже не замечая этого, – это естественно для нас. Но мужчинам приходится прокладывать путь наверх, шаг за шагом, как будто поднимаясь по лестнице. Они дотошные и более здравомыслящие, а мы – нет. Ведь им приходится бороться там, где нам не нужна. Поэтому лидер нашей группы, нагваль, – всегда мужчина. Мужчина рационален, а женщина нет. Я хотела, чтобы дон Хуан дал мне психоделические вещества, – умоляла его!– но он отказывался: «Вам, женщинам, не нужны растения силы, вы уже там». – Она щелкнула пальцами. – Для нас не составляет трудаосуществлять дриминг, путешествие по другим мирам, – мы просто слишком ленивы, чтобы делать это. А социум ловит женщин в сети, крадет их для эксплуатации, связывает тем, что им приходится вынашивать и растить детей, нянчиться с мужем.

– Мы – рабыни для мужчин из-за того, что безразличны. Мы принимаем способность к творчеству как данность – мы создаем человеческие существа! Каждый раз, когда женщина дает начало новой жизни, это оставляет дыру в ее энергетическом теле и истощает ее так, что она отбрасывается назад в своем стремлении к свободе. Я не советую рожать. Женщины не знают, что наша матка – это второй мозг, матка имеет двойную функцию! Чем больше мы позволяем мужчинам входить в нашу матку, там более мы разрушаем наш второй мозг.

Эта информация, казалось, утомила аудиторию. Задавались вопросы о менструации и гистерэктомии [15]15
  Гистерэктомия – ампутация шейки и тела матки при некоторых заболеваниях – Примеч. ред.


[Закрыть].

– Трехдневный период накануне наступления менструаций – важнейшее время для осуществления дриминга; мы можем попасть в различные миры во сне просто так! Мы можем исследовать различные «слои луковицы», так сказать, без особых усилий! Мы даже можем делать это и не во сне.

Но мы так порабощены, так носимся с этим менструальным синдромом! Женщины-ведьмы из нашей команды не страдают от менопаузы, как остальные. Магические динамические практики и медитации избавляют нас от этого. Мы контролируем наш менструальный цикл при помощи нашего намерения. Намерение, как верят маги, движет вселенной. Мы не молим – это для нищих – вместо этого мы управляем намерениями. Одной из ведьм в нашей группе (позже я узнала, что это Анна-Мари) не нравились циклы, поэтому она их остановила по своему желанию. Но мне нравится ощущение освобождения, поэтому я продлеваю циклы своим намерением.

– Что касается женщин без матки, что ж, им приходится сражаться за свободу познания также, как мужчине, взбираясь по лестнице шаг за шагом. Это трудно, но это возможно! А если у вас появляется энергетическая дыра из-за родов, вам приходится бежать за свободой в два раза быстрее.

Кто-то спросил, имел ли дон Хуан сексуальные отношения. Флоринда вспыхнула:

– Я могу вам сказать точно. Он их имел! Поверьте мне. А ему было девяносто лет!

Затем Флоринда представила группе в качестве женщины– нагваляКэрол, которая на десять лет исчезла в Бесконечном телесно и ментально, перейдя ко второму вниманию. Путешествие, рассказывала Флоринда, показалось Кэрол очень коротким и длилось секунду, – она потеряла ощущение времени.

– Когда бегущая в спортивном костюме Кэрол вновь чудесным образом появилась перед нами, – продолжала нести околесицу Флоринда, – она открыла магическую «дверь», которая позволила Карлосу начать публичные выступления.

Я представила заголовок в газете – «ЖЕНЩИНА, БЕГУЩАЯ В СПОРТИВНОМ КОСТЮМЕ, ВОЗВРАЩАЕТСЯ ИЗ БЕСКОНЕЧНОГО ЦЕЛОЙ И НЕВРЕДИМОЙ». Если абсурд может убивать, подумалось мне, то я сегодня умру.

После лекции я наблюдала, как одна из моих приятельниц, страстная почитательница Кастанеды, пристала к Кэрол с расспросами о годах, проведенных в другом измерении. Реакция Кэрол всех потрясла. Она стала пятиться назад, начала заикаться и сильно вспотела. Вокруг нее собралась толпа.

– Я… э… не помню… Я не могу…

Она пятилась до тех пор, пока не уперлась в стену, потом опустила голову, как пойманный мул, и стала яростно продираться через толпу, спотыкаясь по дороге, пока не добралась до безопасного места рядом с Флориндой. Толпа была озадачена ее столь нервным уклонением от вопроса, я тоже.

Флоринда также была окружена толпой. Но в отличие от Кэрол она купалась в восхищении окружающих, отвечая на вопросы с очаровательной дерзостью, пока та не стала дергать ее за рукав.

Снаружи их ждал лимузин, чтобы повезти их в аэропорт. Они, как было сказано, – по необъяснимой и таинственной причине окажутся в опасности, если проведут ночь в отеле Сан-Франциско, где остановились этим утром.

Выйдя из зала, мы крепко обнялись и обменялись телефонами. Флоринда дала мне номер почтового ящика и попросила писать и присылать свои книги. Всем своим видом она давала понять, что наша встреча была очень важной и мы должны обязательно скоро встретиться. Кэрол, очевидно все еще находясь под впечатлением от допроса, вяло помахала на прощание.

Я была ошеломлена нашей встречей. Я всегда обожала Флоринду, но я забыла ее блеск, ее сокрушительную энергию. Тогда она показалась мне привлекательной, и я хотела возобновить наши взаимоотношения. После смерти моего отца образовался вакуум, и, казалось, ничто не могло утешить меня, даже часы цигун-медитации и одобрительные рецензии на мой первый роман « Вожделение».

Что-то подталкивало меня к ней, что-то большее, чем мое одиночество. Мне казалось, что это была таинственная энергия. Я немедленно прочитала новую книгу Флоринды – живописный отчет об обучении у дона Хуана, Кастанеды и в «группе женщин-ведьм, возглавляемой моим учителем Большой Флориндой». Я написала ей, что книга мне понравилась, и послала свой недавно опубликованный первый роман и предыдущую книгу, « Вундеркинд» – биографию одного гениального ребенка.

Она незамедлительно откликнулась, позвонив по телефону, и сказала, что книги, особенно роман, произвели на нее сильное впечатление. Флоринда была настоящей поклонницей романов, часто проглатывала книгу за день. Мы запланировали встретиться в следующий раз в Лос-Анджелесе. Она небрежно заметила, что когда они с Кэрол покидали Сан-Франциско и остановились у отеля, чтобы забрать забытый багаж, то увидели дона Хуана, сидевшего в холле. Они прошли мимо и не поздоровались. Я была в шоке. Это был призрак? Что это может означать? Она пожала плечами и переменила тему разговора, начав болтовню о современных фантастических бестселлерах.

Я пришла в себя и решилась спросить:

– Видишься ли ты с Анной-Мари?

Она рассмеялась. Я расценила это как «да». – Пожалуйста, передай ей от меня привет. А кто эта женщина, Тайша Абеляр, я читала ее издательскую аннотацию на книгу Карлоса, которая будет продаваться в следующем месяце в «Гайа Букс»…

Флоринда разразилась смехом:

– Тайша – это Анна-Мари!

– Да ты что! Я могу с ней увидеться? Могу я называть ее Анна?

– Ну, Эйми, тыможешь, – у Флоринды была чудесная способность говорить так, что все звучало весьма таинственно. Тут же она поделилась со мной другим секретом: наша встреча и то, что я понравилась женщине– нагваль, были событием огромной важности. Потом Флоринда стала говорить о телесном исчезновении Кэрол в альтернативной реальности.

– Карлос, Тайша и я чуть не умерли, когда Кэрол ушла – мы были на грани истерики! Она – женщина– нагваль, энергетическая сестра Карлоса. Мы считали ее маяком, освещающим нам путь на оборотную сторону. Мы не могли ее отыскать даже в наших снах. Мы были опустошены, боролись, чтобы выжить. Когда Карлос увидел Кэрол бегущей, он попытался нагнать ее, но она убежала. Через некоторое время – оп! – он увидел ее лицо среди слушателей во время чтения лекций в книжном магазине «Феникс» в Санта-Монике. О-о-о! Он самрасскажет тебе об этом! Его сердце было готово выскочить? Он едва мог говорить!

– Эйми, у нее была полная амнезия! Уйти из мира на десять лет! Исчезнугь!Все, что она помнит, – это то, как она очнулась в Аризоне, удивилась окружающему и заметила только, что здания стали более высокими. Она сказала, что выкопала зарытый клад с деньгами, который дон Хуан велел ей спрятать… Да, это было предзнаменование! Это означало, что мы теперь могли выйти к людям, после двадцати лет тайны! Кастанеда теперь мог общаться со своими читателями и мог рассказать миру о нас троих, – мы были самой большой тайной двадцать лет! Поэтому я написала об обучении у дона Хуана; женский путь – другой путь, и потом, тренинг Тайшы совершенно отличается от моего опыта.

– А теперь мы нашли тебя, Эйми, – это знамение, – и он расскажет тебе все сам. Я очень многого не могу сказать. В нашем мире не существует перекрестных ссылокдруг на друга – ведь это лишь оправдывает сплетни, потерю энергии – все свойственное человеку. Онрасскажет, что это значит. А твои красивые романы… ты такой же дримингер, как и я… – хорошие романисты – всегда дримингеры.

Я попробовала вспомнить, что значило «дриминг» в книгах Карлоса, но я не читала их уже сто лет.

– Что это означает, Фло, быть дримингером?

– Существуют два типа магов, Эйми, – сталкерыи дримингеры. Об этом написано во всех книгах Карлоса. Мы – дримингеры, – мы попадаем в другие миры просто так, – проходим через шлюз в наших снах и в итоге, когда наше эго умирает, становимся такими текучими, что для нас уже нет различия между состоянием дримингаи бодрствованием. Моя книга как раз об этом – о дриминге наяву. Это не то же самое, что «ясновидение». Это ничто, нереальная вещь. Мы находим шлюз, воротав другие миры.

– А сталкер?

– Тайша – совершенный сталкер. Когда настоящий сталкерстановится свободным от эго, он или она могут принимать различные облики, один реальнее другого. Сталкерпроживает их в «театре реальности», будучи абсолютно одиноким. Это не игра, принять такую роль – вопрос жизни и смерти.

Тайша расскажет об этом во время лекции.

–  Сталкинг– это один из способов понять, что нет никакого «Я». « Я» не существует. Карлос говорит нам, истина – это когда мы выкладываем карты на стол, а не истории, чтобы вызвать жалость или потешить эго. Сталкериспользует мир как поле битвы, потому что битва против эго бесконечна. Я помню, что дон Хуан сказал мне, и я повторю это тебе. Пожалуйста, выслушай, carajo!

Это истина, но никто из нас не желает это слушать! Дон Хуан сказал: «Флориндита, думай о своем эго как о большом, лохматом, ленивом псе. Прикажи ему лежать на заднем крыльце, обойди его, потому что ты никогда не убьешь его. Эго – это тысячеголовая гидра. Обойди уставшую, старую собаку на пороге». Ты поняла, что я говорю?

– Думаю, что да…

–  Chau, mi amor.Мы скоро снова поговорим! Позвони мне!

глава 4
ЛЕТУЧИЕ МЫШИ

Иногда я склонна думать, что мы все привидения, пастор Мандерс. От своих отцов мы наследуем не только то, что воспроизведено в нашем организме, но и всевозможные древние мертвые идеи, и все формы старых умерших верований… Они не действуют на нас – они скрыты, но мы не можем избавиться от них. Когда бы я ни взяла почитать газету, мне кажется, я вижу привидений, крадущихся меж строк. Должно быть, они расселены по всему миру. Кажется, они бесчисленны, как песчинки. А мы так страшимся света – каждый из нас…

Генрик Ибсен «Привидения»

Неделю спустя в моем доме случилась досадная неприятность. На стропилах этого лесного дворца жили летучие мыши, которые стали иногда пробираться внутрь дома. Мои коты гонялись за ними как безумные и ловили их. Избавиться от летучих мышей очень трудно, а у меня больше не было мужа, чтобы сделать это. Я позвонила в городское управление здравоохранения, и они послали своего специалиста.

Среди всей этой суматохи раздался телефонный звонок. Это была Флоринда.

Строго и торопливо она сообщила:

– С тобой хочет говорить Карлос.

– О, здорово!

У телефона был он.

–  Hola, Эйми! Соболезную! Мне так жальтвоего отца! Фло только что сказала, что он умер год назад, – я не знал, я был в Тимбукту. Эй!Как ты?

– Хорошо. Э… извини меня, сейчас в дом залетела летучая мышь и…

– Ты хочешь, чтобы я перезвонил?

В голове промелькнула тревожная мысль. Я знала, что, если повешу трубку, он никогда не перезвонит.

– Нет, нет.

В дверь позвонили. Это был ловец летучих мышей с сеткой и банкой. Я помахала, чтобы он вошел.

–  Выгони летучих мышей прочь, Эйми!– сказал Карлос, как будто отдавал секретный военный приказ. – Выгони их прочь!

Я засмеялась.

– Ты – Карлос Кастанеда, – возразила я, – тыи выгоняй!

Когда мышей начали ловить, Карлос стал еще более настойчивым.

– Эйми, это невероятно, что Фло нашла тебя. Я пытался связаться с тобой! То, что я тебе скажу, может показаться нелепостью, но попытайся отложить свой привычный приговор и, пожалуйста, выслушай меня. Пожалуйста, послушай. Это в высшей степени важно. Ты, только ты, имеешь достаточно ума, чтобы понять метафору. Остальные. – Он издал презрительный звук, вероятно характеризуя свою маленькую группу учеников. Я знала от Флоринды, что у него есть дюжина учеников в Лос-Анджелесе и, возможно, несколько в Мексике, но в этом она не была уверена. – Онине способны. Они не понимают, что мы как цыплята, загнанные в курятник, – некое неземное существо пожираетнас… Да, мы – ПИЩА! Почему бы нет! Не суди строго. Это – вселенная хищников, и нас едят. Ты слушаешь?

– Да.

– У колдунов есть две притчи. Одна – про ученого, который отправился на Амазонку, чтобы «изучать местных жителей». И когда они попытались съестьего, он записал: «На мгновение антропология была забыта!»

– Эйми, некто пожирает нас, поэтому я говорю тебе – забудь антропологию!

– Другую притчу я взял в « Эсквайре», увидев заголовок статьи о Ли Марвине. Ты помнишь Ли Марвина? « Мятеж Каина»? « Чертова дюжина»? Ладно, название было таким: «Ли Марвин напуган!» Когда бы я ни переносился в другие миры, bona fide [16]16
  Добросовестно, честно (лат.) – Примеч. ред.


[Закрыть] в другие миры, поверь мне, chica, – « Ли Марвин напуган!» Ты слушаешь?

– Да.

– Месяц назад я занимался дримингом, и тогда я столкнулся с Ирвингом. Он в ловушке– что-то вроде ползучего плюща в зарослях ежевики, как в тюрьме. Я приблизился к нему, пытаясь освободить его. Он оттолкнул меня: «Нет! Нет! Не подходи. Просто позаботься о моей дочери. Пообещай мне.Позаботься о моей Эйми. Она в опасности!»

– Карлос, что это значит? В какой опасности?

– Я не знаю.

– Ты не знаешь? А мой брат? Он в опасности? Мой отец говорил о нем?

– Нет, только о тебе. А теперь его призрак ищет дом, где живет твоя мать.

– Его призрак?

Ловец летучих мышей был в дверях моего кабинета. Он победно продемонстрировал летучую мышь, посаженную в банку. Я улыбнулась и помахала рукой в знак благодарности.

– Карлос, что же нам нужно делать?

– Я не знаю. Может, поехать в дом и попытаться освободиться от призрака.

Сначала я отнеслась к этому скептически, но страх от того, что отец страдает, пересилил мои сомнения.

– Хорошо, хорошо, – ответила я, – когда мамы не будет дома. Я буду в Лос-Анджелесе через две недели.

– Ах, чудесно! Тогда мы и увидимся. Позвони Фло, когда приедешь. Прекрасно. Adios. И, Эйми, еще одна вещь. СЛУШАЙ! Слушай внимательно. Я говорил это однажды, и я повторю. Ты, Эйми Уоллес, только ты имеешь достаточно ума, чтобы понять метафору. Ты единственная. Никогда не забывай то, что я только что сказал тебе. От этого многое зависит. До свидания.

Ирвинг Уоллес говорил с Карлосом Кастанедой из могилы. И я была в какой-то ужасной опасности.

Я пыталась сохранить скептический настрой, но это не помогало – «Ли Марвин напуган!»