Текст книги "Ты любила мою тьму (ЛП)"

Автор книги: Эви Харпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

– Мне жаль, ― его голос хриплый. ― Бл*дь, ― он снова замолкает. ― Всё, садись в машину, Лили. Тебе не сбежать из этого дома, и я ничего не могу с этим поделать.

Джейк подталкивает меня к машине, и я сажусь, потому что понимаю, что, хоть в его голове и идет борьба, он не собирается менять свое решение. Он хочет что-то большее. Что-то более важное, чем спасение двух попавших в ловушку девушек.

Джейк наклоняется ко мне, его лицо ничего не выражает, но в глазах светится страдание.

– Мне так чертовски жаль, ― его голос излучает убежденность и честность.

С этими словами он отходит от машины. Дверь закрывается, и замки защелкиваются. Когда машина начинает движение, я выглядываю в окно, и вижу, что Джейк провожает автомобиль взглядом. Я наблюдаю за ним до тех пор, пока лимузин не поворачивает, и Джейк не исчезает из моего поля зрения. После этого, всё, что вижу ― черные кованые ворота, мужчины с автоматами и исчезающий вдалеке особняк, внутри которого заперта моя младшая сестренка.

8 ГЛАВА

Коллекция.

Меня везут примерно двадцать минут, перед тем как машина останавливается. Какое-то время ничего не происходит, поэтому я отстегиваю ремень и дергаю за ручку, но дверь оказывается запертой, и от расстройства я ударяю по ней кулаком.

– Дерьмо, ― может, мне просто разбить чем-нибудь окно, вылезти и убежать? Но, черт возьми, я не представляю, где находится особняк, а без Саши нет смысла сбегать куда-то.

Внезапно дверь открывается, возвращая меня в реальность, и ледяные руки выдергивают меня из машины. Огромный лысый мужчина в черном костюме с белой рубашкой удерживает меня за плечи, пока я пытаюсь вырваться. От этих попыток мне начинает казаться, что мои руки горят от боли, поэтому я сдаюсь. Поднимаю взгляд, и вижу на лице мужчины такое выражение, как будто он видел сотни сопротивляющихся девушек, и у него нет времени на мои истерики. Для него я не более чем крошечная надоедливая муха.

Решаю осмотреться вокруг и вижу перед собой оранжевую с белым виллу с арками, тянущимися вокруг дома. Она намного меньше особняка, но все равно значительных размеров. Я понимаю, что поблизости находится океан, когда слышу шум волн и замечаю начало песчаного пляжа справа от виллы.

Огромный мужчина начинает идти, удерживая меня, и мне приходится бежать, чтобы не отставать от него. Я бы сказала ему замедлиться, но он не тот человек, которого мне хочется разозлить. Мы проходим под аркой через открытую стеклянную дверь, и он ведет меня по коридору. Смотрю вправо и вижу зону отдыха. Она выглядит, как в обычном пляжном доме: раскрашена в голубой и белый цвета, а на стенах изображения лодок и океана. Я пытаюсь посмотреть влево, но Халк двигается так быстро, что мне это не удается.

Он тянет меня дальше, внутрь виллы, и останавливается перед двойными деревянными дверьми. Я потираю свои влажные от волнения и страха ладони пальцами, пока он вводит код для открытия двери на клавиатуре. Дверь открывается, и мужчина надавливает своей холодной рукой мне на шею, запихивая в комнату.

Я кричу, спотыкаясь о свое платье. Поднявшись, поворачиваюсь, чтобы удержать дверь, но она закрывается у меня перед носом. Я начинаю долбить по ней кулаками и трясти ручку:

– Проклятье!

– Это бесполезно. Они не откроют дверь, пока не начнется вечеринка.

Когда слышу женский голос, я разворачиваюсь так резко, что моя шея чуть хрустит.

Сконцентрировавшись на попытке покинуть это место, я даже не заметила, что в комнате есть кто-то еще.

Передо мной стоит ошеломительная брюнетка. У нее светлая кожа, и ее темно-каштановые волосы, с несколькими прядями карамельного цвета, спускаются до талии. Одета она в темно-голубое роскошное платье с лямкой через одно плечо.

Девушка протягивает мне руку и говорит уверенным деловым голосом:

– Меня зовут Эмили.

Пожимаю ее протянутую руку и представляюсь:

– Лили.

Она отпускает мою руку и проходит в гостиную, где я вижу четырех пристально смотрящих на меня девушек.

Эмили указывает рукой в сторону девушки-китаянки. У нее самые голубые глаза, которые я когда-либо видела, смуглая кожа и короткие черные как смоль волосы до подбородка. Ее платье, изготовленное в китайском стиле, ярко-розового цвета с кружевной вышивкой и русалочьим хвостом.

Она улыбается и говорит:

– Nin hao.

Я нахожусь в недоумении от того, что это значит, но Эмили спасает меня, объясняя:

– Так она здоровается с тобой. Ее зовут Чо.

Улыбаюсь и мягко говорю:

– Здравствуй, Чо.

Она кивает и садится в гостиной.

Эмили продолжает:

– А это ― Наталия.

У Наталии загорелая кожа и потрясающие волнистые ярко-рыжие волосы. Ее глаза сверкают, и этот блеск подчеркивается ее расшитым блестками верхом, который крепится к длинной светло-зеленой струящейся юбке.

– Привет, ― говорю я.

– Hola, ― отвечает она с небольшой улыбкой. По ее акценту я понимаю, что она из Колумбии.

– Наталия тоже здоровается, ― информирует меня Эмили.

Из-за Наталии выходит женщина и протягивает мне руку.

– Привет, я ― Меган, ― она хватает меня за руку и пожимает ее, ярко улыбаясь. Ее улыбка очень дружественная и успокаивающая.

– Привет, Меган, ― я улыбаюсь ей в ответ также широко, потому что ее дружелюбие заразительно. У Меган светло-карие глаза, которые сочетаются с ее светло-каштановыми волнистыми волосами, доходящими ей до плеч, и на ней надето красное платье без рукавов.

Я отпускаю руку Меган и поворачиваюсь к последней девушке.

На этот раз нас представляет Меган:

– Знакомься, это ― Эдания.

Эдания встает и обнимает меня. Ее леопардовое платье с вырезом ― шелковое на ощупь. Она обнимает меня так крепко, как будто никогда не отпустит, и, когда она отстраняется, я вижу, как по ее щеке стекает слеза.

– Jambo, ― говорит она почти шепотом. Думаю, она из Африки. Ее длинные черные волосы заплетены в косы, а кожа темная и гладкая.

– Jambo, Эдания, ― отвечаю я.

Она грустно улыбается и обнимает меня снова. Я так же сильно обнимаю ее в ответ, наконец-то чувствуя, что кто-то меня понимает.

Спустя время я отпускаю Эданию, потому что мне нужно получить от девушек кое-какие ответы. Я осматриваю комнату, и мой рот широко открывается, когда на меня доходит, кто все эти женщины.

«Святое дерьмо. Это и есть коллекция Марко ― девушки со всех концов света».

Эмили видит шок на моем лице и спрашивает:

– Ты из Австралии, верно? У тебя сильный акцент.

Я киваю:

– Мы с сестрой путешествовали, когда нас схватили в Нью-Йорке и запихнули в разные фургоны.

Эмили кивает и говорит:

– Эдания присоединилась к нам месяц назад. Она поймет всё, через что тебе придется пройти.

Бросаю взгляд на Эданию, которая следит за нашим разговором. Эмили говорит снова, на этот раз тише:

– Те из нас, кто пробыл здесь долгое время, стали в какой-то степени бесчувственными.

Я проглатываю комок в горле.

– Долгое время, ― повторяю я. ― Как долго?

Эмили отвечает, не обращая внимания на мои эмоции:

– Ну, я у Марко уже пять лет.

Мои глаза расширяются.

– Пять лет, ― кричу я, шокированная.

От моих слов голова Эмили поднимается, и я вижу боль в ее глазах.

– Звучит, как очень долго, ― она заканчивает фразу шепотом.

Спустя несколько секунд молчания, Эмили скрывает боль в глазах и продолжает:

– Чо с Марко четыре года, Меган и Наталия по три, и, как я сказала, Эдания находится здесь всего месяц. В коллекции были и другие, но…― Эмили останавливается на середине предложения, произнесенного приглушенным голосом. Эмили отворачивается, и, кажется, что она засмотрелась в окно, в то время как я чувствую, что она борется с нежелательными воспоминаниями.

Поворачиваясь к остальным, я спрашиваю:

– Что произошло с другими женщинами?

– Они плохо себя вели, поэтому Марко убрал их из коллекции. Мы понятия не имеем, что это значит, но больше никогда их не видели, ― отвечает Меган.

– Что значит плохо себя вести? ― я кусаю ногти, понимая, что ответ мне не понравится.

– Поступать по своему желанию или делать то, чего эти ублюдки не приказывали, ― она со злостью указывает на дверь.

– Меган, ― сурово обрывает ее Эмили.

Меган сужает глаза.

– То, что ты прекрасно умеешь отключать свои эмоции, Эмили, не означает, что и остальные тоже могут это делать, ― бросает она.

– Ты пугаешь ее, ― Эмили почти кричит.

Меган поднимает брови.

– А ты не думаешь, что она и должна бояться того, что ей придется вытерпеть сегодня ночью? ― отвечает она повышенным тоном, ошеломленная словами Эмили.

Я со злостью провожу руками по заплетенным волосам и качаю головой.

– Извините, но я вообще-то в этой комнате, ― глаза обоих женщин устремляются ко мне. Делаю глубокий вдох и стараюсь сохранять спокойствие. ― Я устала от остающихся без ответа вопросов и загадочных разговоров. Кто-нибудь может просто выложить мне всё? Потому что мне нужно знать, что здесь, черт возьми, происходит.

Я нахожусь на грани срыва, но мне как-то удается оставаться несколько спокойной.

– На вечеринке Марко продает наше тело тому, кто предложит самую большую цену, ― отвечает Эмили. В ее голосе отсутствуют эмоции, но по ее глазам я вижу, что ее беспокоит то, как я могу отреагировать. Но я слишком поражена, чтобы сказать что-то. Ее слова прокручиваются в моей голове снова и снова, до тех пор, пока я не понимаю их смысл.

Эмили продолжает:

– Сегодня вечером должна была быть приватная вечеринка ― это когда тебя показывают, но никто не может купить. Однако Марко абсолютно непредсказуем и решил, что хочет, чтобы на вечеринке присутствовала вся коллекция, ― Эмили указывает на дверь. ― Когда начнется вечеринка, мы будем стоять на небольшой сцене, окруженные мужчинами, от которых кожа покрывается мурашками. Тебе сразу же захочется сбежать, но тебе не будет позволено двигаться. На сцене будут пять кругов, и ты должна будешь стоять в одном из них, ни в коем случае не выходя из него и не отворачиваясь от мужчин, ― я начинаю понимать, о чем она говорит, и мое зрение становится размытым. Кажется, у меня головокружение. Я хватаюсь за диван, чтобы остаться в вертикальном положении, в то время как Эмили продолжает механическим голосом: ― Мужчины будут говорить между собой и есть закуски, как будто тебя там нет. Они будут открыто обсуждать, какую из нас хотят трахнуть сегодня, а некоторые даже будут рассуждать, как именно они это сделают. ― По моему лицу начинают каскадом литься слезы, но я не шевелюсь и продолжаю слушать. ― Мужчины напишут предлагаемую цену, и в конце вечера один из охранников отведет тебя в комнату, где ты встретишь мужчину, который предложил за твое тело больше всех.

Эмили замирает, замечая, что мне становится трудно стоять. Я глубоко вдыхаю и в то же время молюсь, чтобы меня не стошнило:

– Мужчина, заплативший самую высокую цену, может делать с тобой всё, что хочет, если это не оставит отметин на твоем теле.

Мой рот наполняется слюной, и желчь поднимается по моему горлу. Я опускаюсь на колени, по-прежнему держась за диван. После всех этих загадочных слов Марко и Джейка, я ведь именно этого и ожидала? Ожидала, что меня будут брать против воли? О боже, меня будут насиловать.

«Держись, Лили».

Я могу пройти через это. Я должна пройти через это, чтобы вернуться к Саше.

Меган подходит ко мне, садится на ковер и гладит меня по спине, пытаясь утешить меня. Я, в свою очередь, сижу, молча уставившись на ковер, и мысленно повторяя слова Эмили.

Постепенно я проглатываю слюну и поднимаю голову, обнаруживая, что Эмили наблюдает за мной с беспокойством во взгляде. Впрочем, как и остальные женщины.

Тихий голос Меган притягивает мое внимание к ней:

– Лили, чтобы выжить в коллекции, тебе нужно будет найти способ отключать свои эмоции и неметь. Мы просто игрушки, с которыми они играют, и им абсолютно плевать на нас. Они прихорашивают нас, чтобы мы чувствовали себя грязью под их ботинками. Так они и действуют ― забирают контроль над тобой и играют с твоими эмоциями. Они хотят видеть, как ты плачешь, и они хотят видеть, что ты бессильна, ― Меган вытирает мои слезы и сообщает проникающим голосом. ― Если ты будешь сдерживать свои эмоции и не позволишь им увидеть твои слабые места, тогда у тебя будет власть. Выбери себе счастливое место, перенесись туда и оставайся там до тех пор, пока всё это не закончится.

Внезапно дверь открывается, и внутрь заходят четыре охранника. Они встают по два с каждой стороны, и через центр проходит Марко в своем дорогом костюме и с самодовольной ухмылкой на лице.

Меган быстро поднимает меня вверх за локоть, в то время как остальные женщины встают в линию и опускают головы. Стоя рядом с Меган, я осматриваю комнату с растерянностью и страхом. Я должна сделать то же самое? Опустить голову? Мое сердце сжимается при мысли о подчинении этому монстру.

– Мои сокровища, ― хриплый голос Марко разносится по комнате. ― Вы уже все познакомились с новой частью вашей коллекции?

Эмили отвечает, не поднимая головы:

– Да, сэр, мы познакомились. Лили ― прекрасное дополнение к нам. ― Я в изумлении смотрю на Эмили. Она говорит тихо, послушным тоном, так и не поднимая головы.

– Прекрасно. Лили, ты выглядишь растерянной, ― говорит Марко, вставая передо мной. Я отрываю взгляд от Эмили и со злостью гляжу на него.

– Когда я вхожу в комнату, ты должна опустить голову и ждать до тех пор, пока я не разрешу тебе говорить. Ясно?

От его слов мои глаза расширяются, и меня охватывает гнев. По его голосу понятно, что спорить нельзя, но это же я ― мой рот открывается до того, как я успеваю подумать.

– Я не собака и буду говорить тогда, когда посчитаю нужным.

Замечаю, что Меган напрягается рядом со мной, в то время как Марко сужает глаза и подходит ко мне ближе.

– Правильно, девочка моя. Все девушки поначалу были смелыми и саркастичными. Будет весело наблюдать, как ты борешься, пытаясь сохранить эту часть себя, ― его губы формируют зловещую ухмылку. ― Мужчины заплатят за тебя огромное количество денег. Надеюсь, хотя бы в течение года твой боевой дух будет наполнять мои карманы, ― от его слов я бледнею. ― Только предупреждаю, Лили: я, может быть, и жду, что мужчины посмотрят на тебя, как на испытание, и щедро заплатят за тебя, ― его глаза сужаются, а лицо становится злым. ― Но, когда дело доходит до меня, ты будешь повиноваться! ― рычит он.

От его громкого и яростного голоса мое тело инстинктивно напрягается, и я немедленно опускаю голову.

– Если ты упорно собираешься быть непослушной дрянью, то страдать от этого будет твоя сестра. Ясно? ― его низкие и зловещие слова ощущаются как пощечина. Я быстро киваю, давая ему понять, что всё уяснила.

– Хорошая девочка, ― его голос снова становится нормальным с намеком на самодовольство. Он гладит меня по голове, и мое достоинство разбивается об пол. Молчаливые слезы злости начинают литься по моему лицу.

– Эмили, Лили знает правила на сегодняшний вечер? ― спрашивает Марко.

– Да, сэр.

Марко еще больше вторгается в мое личное пространство. Он поднимает мою голову, положив палец под подбородок, и я оказываюсь лицом к нему. Тихим голосом он говорит:

– Если ты будешь следовать правилам, Лили, то не пожалеешь. Я дам тебе всё, о чем ты когда-либо мечтала: роскошный дом, прекрасную одежду и драгоценности, ― мое сердце бьется как отбойный молоток, дрожь проходит по моему телу, и я киваю. Марко улыбается. ― Великолепно, Лили. Я знал, что ты мне идеально подойдешь. Должен сказать, что ты самая красивая и исключительная девушка, которая когда-либо была в моей коллекции, ― он хлопает в ладоши, заставляя всех женщин поднять головы и посмотреть на него. ― Хорошо, вечеринка почти готова для вас. Через десять минут охранники придут за вами. Не могу дождаться того момента, когда увижу все свои сокровища на одной сцене.

Марко вместе с охранниками выходит за дверь, и я слышу, как защелкиваются замки.

Все женщины смотрят на меня с удивлением в глазах, а Чо указывает на меня, что-то крича на своем языке.

Эмили кивает Чо и успокаивает ее рукой, как будто говоря «я знаю».

– О боже, Лили. Ты хоть представляешь, как тебе повезло? ― Эмили кипит от злости. Это первая настоящая эмоция, исходящая от нее. ― Я видела, как Марко избивает девушек и за более мелкие провинности. Ты должна быть более осторожна.

Я закрываю глаза и начинаю глубоко дышать, чтобы замедлить сердцебиение.

– Я понимаю, что это было глупо. Мне просто трудно прогибаться под него. Ни один мужчина никогда не обращался так со мной. Я к такому не готова, ― объясняю я.

Наталия, Чо и Эмили подходят к нам с Меган, и мы формируем маленький кружок, держась за руки.

– Никто из нас не был готов, Лили, ― констатирует Меган. ― Это физически и эмоционально вбивали в нас, пока мы не поняли, что выбора у нас нет. Не повторяй наших ошибок и избавь себя от лишней боли.

Я смотрю на всех девушек и киваю, понимая, что они по-настоящему заботятся о том, что происходит со мной.

– Ты теперь одна из нас. Мы будем присматривать за тобой так, как только можем, ― добавляет Эмили.

– Спасибо, ― благодарю я всех женщин.

9 ГЛАВА

Покупатель.

Чуть позже нас выводят из комнаты, построив в линию. Эмили идет первой, а остальные девушки следуют за ней, и по тому, какую идеальную линию они формируют, становится понятно, что они делали это уже множество раз. Охранники формируют вокруг нас круг: один идет перед Эмили, другой следует за нами, два находятся в середине линии и два по бокам с каждой стороны. Они не прикасаются к нам, но направляют в нужную им сторону.

Мы оказываемся в темной комнате с опущенными кулисами, через щель между которыми проникает полоса света.

Первой за кулисами исчезает Эмили, за ней следуют Эдания, Наталия, Меган и Чо.

Как только все женщины выходят, мои руки начинают трястись, и я шаг за шагом отхожу всё дальше от кулис. Внезапно я врезаюсь спиной в одного из охранников и взвизгиваю, отпрыгнув от него. Это Халк, и на его лице по-прежнему выражение абсолютной скуки.

Он хватает меня за руку и тянет в сторону черных кулис, в то время как я качаю головой, пытаясь отодвинуться от него.

«Я не готова».

Из-за яркого света мне приходится прикрыть глаза рукой. Я прищуриваюсь и вижу, что на каждую женщину направлен прожектор. Осматривая комнату, я нахожу, что она погружена в темноту. Мужчины перемешиваются друг с другом около бара и прохода. Все женщины из коллекции стоят в своих кругах и смотрят в толпу мужчин; Эдания поворачивает голову ко мне, наши взгляды встречаются, и я вижу, как из ее глаз капают слезы. Мужчины собрались в круг рядом с ней, обсуждая ее сокрушительный внешний вид.

Халк с легкостью тянет меня по проходу, и я наблюдаю за тем, что происходит вокруг. Мы проходим Эмили, Наталию и Чо, и меня ставят между Меган и Эданией. Смотрю вниз, и вижу перед собой светлый круг. Халк помещает меня в него, и покидает сцену так же быстро, как и привел меня сюда.

Сцена длинная, но не высокая, и возвышается над полом примерно на полметра. По комнате ходят мужчины и женщины в униформах, держа перед собой большие пластиковые блюда с едой. При виде еды мой желудок урчит: я не ела ничего с тех пор, как мы последний раз перекусывали с Сашей, перед тем, как отправиться на вечеринку.

Я изучаю комнату и мужчин, находящихся в ней; все они одеты в костюмы, и каждый из них выглядит изысканным и респектабельным. Как они могут делать это с нами?

Я вытираю вспотевшие руки о платье, когда какой-то мужчина встает передо мной и начинает в открытую на меня пялиться. Он слишком близко ― стоит ему протянуть руку, и он меня коснется. Я чувствую себя уязвимой и загнанной в угол, поэтому сужаю глаза, смотря на него, надеясь, что мое плохое настроение его отпугнет, в ответ он широко мне улыбается. В моей голове всплывают слова Марко о том, что мой пылкий нрав принесет ему множество покупателей, и я мысленно делаю себе выговор за то, что поступаю как раз так, как он того хочет.

Кажется, что мы стоим в наших кругах часами. Мужчина, пялившийся на меня, оказался не последним ― передо мной стоят множество таких же мужчин, которые рассматривают меня, разговаривают, едят и указывают на меня пальцами. Никто не признает во мне человеческое существо, тем самым запугивая и устрашая. Их плотоядные взгляды и непристойные улыбки вызывают у меня озноб. Мой первый инстинкт ― отойти от них и сбежать отсюда, однако предупреждение Марко о том, что из-за моих действий пострадает Саша, приклеило меня к полу.

В течение ночи, я слышу, как мужчины обсуждают, кого они уже имели, кто, по их мнению, был лучшим, и кого они хотели бы купить сегодня. Тихие слезы начинают катиться из моих глаз, когда я слышу, что один из мужчин говорит об Эмили.

– О, как она боролась. Я привязал ее к кровати, душил, пока она не побледнела, а потом снова позволил дышать. Потом повторял всё это снова и снова, пока не решил, что она близка к смерти. После этого я трахал ее, пока она не отключилась, и оставил там голой. На следующий день Марко прислал ко мне Джозефа; он выбил из меня всё дерьмо, за то, что я оставил на ней следы, и это было чертовски больно, ― он облизывает губы и смотрит на Эмили. ― Хотя оно того стоило.

Теперь я понимаю, почему Эмили ко всему так холодно относится. После пяти лет этого ада, она не онемела, она просто умерла внутри.

Позже ночью, охранник забирает Эмили, и она следует за ним на выход со сцены. Несколько минут спустя забирают Наталию, и за ней и Чо. Чо оглядывается на нас, и ее лицо абсолютно пустое. Вообще никаких эмоций. Другой охранник приходит за Меган, и еще один за Эданией. Все женщины уходят с одним и тем же отчужденным выражением лица. Я остаюсь одна на сцене в комнате, заполненной разговаривающими и пьющими мужчинами.

Я сильно тру ладони друг об друга, с опаской осматривая всё вокруг и ожидая охранника, который придет за мной и предоставит меня на растерзание моей ужасающей судьбе. Чуть позже, один из охранников направляется в мою сторону. Он хватает меня за плечо и выводит со сцены.

Мы проходим темную комнату и идем по тому же коридору, через который попали на сцену. От паники мое тело начинает трястись.

«Я могу это сделать».

Это же просто как случайный секс. Именно с такой точки зрения и буду смотреть на это. Нежелательный случайный секс, но я должна рационализировать это, чтобы не сломаться. Истерика готова поглотить меня, когда я пойму, что не убеждаю себя.

Охранник распахивает дверь, находящуюся слева от меня, и первое, что я вижу ― спина какого-то мужчины. Он стоит лицом к кровати, застеленной черными простынями, выделяющимися на фоне белых стен. Черный. Именно такой цвет приобретет мое сердце после сегодняшней ночи. Больше в комнате нет ничего, кроме этой единственной кровати.

Когда мы входим в комнату, мужчина быстро поворачивается и улыбается мне, но я игнорирую его улыбку. Не помню, чтобы видела его в той комнате. Выглядит он так же, как и остальные: одет в дорогой костюм, а волосы зачесаны назад. Взглянув на его лицо, любая женщина решила бы, что может доверять ему.

– Мистер Смит, ― охранник обращается к мужчине.

Мистер Смит кивает, но не отрывает от меня глаз.

Я чувствую спиной дуновение холодного ветерка, и оборачиваюсь, обнаруживая перед собой захлопнутую дверь, и слыша безошибочный звук закрывающегося замка. Еще одна закрытая комната, но в этот раз в ней находится мужчина, купивший меня, чтобы изнасиловать.

Мистер Смит подходит ко мне и, с каждым шагом, который он делает в мою сторону, я отодвигаюсь на шаг назад, пока не врезаюсь в дверь.

– Не бойся. Я не причиню тебе вреда, ― его медовый голос и самодовольная улыбка указывают мне на то, что он врет.

Слезы обжигают мои глаза.

– Лили, верно? ― задавая вопрос, мистер Смит изгибает бровь.

– Да, ― отвечаю я сдавленным голосом, пока мышцы моего горла сжимаются с невероятной силой. Я не хочу показаться слабой, однако страх крепко стягивает мои голосовые связки.

– Ты знаешь, что ты самая ошеломительная женщина, которую я когда-либо встречал? ― его глаза исследуют мое тело с головы до кончиков пальцев и показывают мне его беззастенчивую похоть.

Я молчу и не шевелюсь, следя за каждым его движением.

Он делает ко мне еще два шага, и мне приходится запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним глазами. Он прижимает свое тело к моему и грубо хватает меня за талию. Когда я чувствую, как его эрекция врезается в мой живот, по моему горлу начинает подниматься желчь. Я поднимаю трясущуюся руку, чтобы оттолкнуть его, но он болезненно сильно хватает меня за запястье и прижимает его к двери над моей головой. С моих губ срывается всхлип, и каждая мышца в моем теле кричит мне, чтобы я боролась, но я не сдвигаюсь с места.

У меня в голове проносятся мысли о том, как выбраться из этой ситуации, но я не могу отсюда сбежать. Мне нужно остаться здесь, чтобы выжить и вернуться к Саше. Я уже сделала одну глупую вещь сегодня, из-за которой Саша может пострадать, и я не могу допустить этого снова. Борьба оставляет мое тело, когда я понимаю, что у меня нет выбора. Это произойдет.

Когда я перестаю бороться, мистер Смит замечает это и заключает меня в свои объятия, отчего мое тело напрягается.

– Боже, ты удивительно пахнешь. Скорей бы трахнуть тебя, ― от его слов из моих глаз начинают капать слезы.

Мистер Смит отодвигается и хватает меня за лицо, со злобой вытирая их.

– Никаких слез, ― приказывает он сурово. ― Иди к кровати.

На подгибающихся ногах я подхожу к кровати, смотрю вниз на покрывало и пытаюсь затеряться в узорах, изображенных на нем.

Он проводит холодной рукой по моей ключице. Затем крепко хватает меня за затылок, чтобы я не смогла отодвинуться, и начинает расстегивать платье. Мой дух разлетается на осколки, когда он стягивает рукава вниз по моим рукам, и платье падает на пол.

Я чувствую его руки на внутренней части своих бедер, и из моего горла вырывается плач. Медленно его пальцы стягивают мое нижнее белье к лодыжкам, и я остаюсь голой и лишенной собственного достоинства. В этот момент моя грудь сжимается, и я начинаю мысленно строить стены, защищая себя.

Он разворачивает меня, я слышу, что он глубоко вдыхает, но удерживаю свой взгляд на его шее. Мистер Смит грубо обхватывает мою грудь и начинает сжимать, из-за чего я шиплю от боли.

– Я ведь знаю, что тебе это нравится, ― шепчет он мне в ухо. Я отворачиваю голову от него и его высокомерных слов. Он хватает меня за подбородок и заставляет повернуться к нему лицом. ― Не смей отворачиваться от меня! ― кричит он голосом, пронизанным гневом.

Я тверже встаю на ноги и поднимаю подбородок, смотря ему прямо в глаза. Всё, что я вижу ― злую, отвратительную пародию на человека с блестящими от возбуждения глазами.

– Ложись на кровать, ― указывает он.

Я делаю, как сказано, и забираюсь на кровать, устраиваясь на спине и положив голову на подушку. Скрещиваю ноги и кладу руки на грудь, чтобы прикрыть ее.

Мистер Смит начинает раздеваться, и, хотя я знаю, что произойдет дальше, мое сердце неистово бьется в груди. Он показывает мне свой ремень и кладет его на край кровати.

– Оставлю его здесь, на случай, если придется связать тебя, ― говорит он.

Мое тело яростно дрожит, страх выходит из-под контроля, а дыхание становится быстрым и тяжелым.

Я наблюдаю, как мистер Смит снимает штаны и начинает ласкать себя, отчего мой желудок скручивается, и я прикрываю рот рукой, боясь, что меня вырвет прямо на кровать.

Слышу, как разрывается фольга, и радуюсь единственной удаче за весь день ― он надел презерватив.

Он становится на коленях на кровать и забирается на меня. Вот теперь я уже не могу контролировать слезы; даже если бы он угрожал убить меня, я не смогла бы их остановить.

– Почему ты плачешь? Я не причинил тебе боль, ― он пытается вытереть мои слезы, и его нежное прикосновение удивляет меня.

– Я не хочу этого, ― шепчу я, рыдая.

– Не волнуйся. Тебе понравится, ― говорит он, начиная покрывать поцелуями мою шею. Я отодвигаюсь в сторону, и сердито стону от того, как беспомощно себя чувствую.

Мои инстинкты кричат мне, чтобы я попыталась оттолкнуть его и сбежать, и именно это я и делаю. Но его руки быстро перехватывают мои запястья, удерживая их над головой.

Я изгибаюсь и ворочаюсь, пытаясь вылезти из-под него, но он слишком тяжелый, чтобы я смогла это сделать. Задыхаясь, я поднимаю взгляд и со злостью смотрю на него остекленевшими глазами.

Он фыркает, смеясь:

– Марко был прав. Ты, определенно, стоишь каждого потраченного на тебя цента.

Он использует свою другую руку, чтобы раздвинуть мне ноги. Я напрягаю их и со всей силы сжимаю лодыжки вместе.

Его пальцы впиваются в мои бедра, и ему удается раздвинуть их. После этого он устраивается между моих ног, и я чувствую его омерзительную твердость у своего входа.

– Пожалуйста, умоляю, не делайте этого, ― я чувствую соль на своих губах с каждой мольбой, вылетающей из меня.

Его тело трясется от смеха.

Я отодвигаю голову так далеко от него, как только могу, и рыдание вырывается из моего горла от осознания того, что сейчас произойдет.

«Выбери себе счастливое место, перенесись туда и оставайся там до тех пор, пока всё это не закончится».

Начинаю перебирать свои воспоминания, пытаясь найти что-то подходящее.

Внезапно он резко входит в меня, и я кричу от жжения и грубости его толчка. Он толкается внутрь и наружу, и я не могу вырваться из этого момента, потому что испытываю слишком сильную боль. Он стонет надо мной, в то время как его хватка на моих запястьях становится всё сильнее и сильнее с каждым принудительным толчком внутри меня.

Мистер Смит замедляется и целует меня в шею и челюсть, отчего мне кажется, что по всему моему телу ползают жуки. Он перемещает губы к моему рту, и как только я чувствую его рот там, кричу и дико мотаю головой из стороны в сторону, пытаясь оттолкнуть его как можно дальше от своих губ. Готовясь укусить его, если он попытается снова, я слышу его смех, и он снова возвращается к моей шее.

Мистер Смит громко стонет, и его толчки становятся свирепыми, а от стен отражаются звуки наших ударяющихся тел и его тяжелого дыхания. Мое сердце болезненно ударяется о грудную клетку от несправедливости того, что происходит со мной.

Внезапно он низко и глубоко стонет, прежде чем вяло падает на меня. Льющиеся слезы прожигают дорожки по моему лицу, когда я чувствую его тяжелое противное тело на своём и болезненный огонь между ног. В этот момент я умоляю Бога просто прекратить это, прекратить мою жизнь.

Тяжело дыша, мистер Смит скатывается с меня, а мой разум отключается, и тело немеет. Я поворачиваюсь на своей стороне спиной к нему и начинаю пялиться в стену. Чувствую, что он встает с кровати и молчит несколько минут, прежде чем подойти ко мне.

Полностью одетый, он наклоняется ко мне и тянет мой подбородок, чтобы я посмотрела на него, и я вижу улыбку на его лице.