Текст книги "Дед в режиме демона. Том 7 (СИ)"

Автор книги: Евгений Решетов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

– Вряд ли, – буркнула она, небрежным движением поправив блестящие чёрные волосы, касающиеся наплечников.

Я пожал плечами и серьёзно сказал, пробежав взглядом по её притягательным пухлым губам:

– Так, ладно, достаточно предварительных ласк. Перейдём к делу.

– Мой отец будет послезавтра на охоте за душами в локации «Каменный лес», – произнесла Лара, подойдя ко мне вплотную. От неё пахло переспелой вишней, недовольством и… похотью. – Это идеальное место, чтобы разделаться с ним!

Её жаркое дыхание коснулось моих ноздрей. Карие глаза мстительно блеснули, а к затрепетавшим длинным ресницам прилипло несколько серых пылинок.

– Считай, что отца у тебя нет. Готовь пир горой, будешь отмечать до утра, – усмехнулся я, проведя рукой по взъерошенным грязным коротким волосам.

– Ежели честно, ты сейчас не похож на того, кто способен его убить, – сморщила она носик.

– Ты уже забыла, что твоя жизнь и задница были в моей власти?

Она гневно запыхтела, раздувая крылья носа. Уязвлённая гордость заставила её вскинуть подбородок, но Лара сумела сдержать себя.

Она проглотила колкие слова и чуть хрипло произнесла:

– Убей его так, чтобы он мучился, и принеси мне его глаза. Я заспиртую их в баночке и буду смотреть в них каждое утро.

Её мордашку распорола полубезумная улыбка, а пальцы сжались в кулаки. Мне аж стало слегка не по себе.

– Без проблем, – всё же спокойной ответил я, склонил голову к плечу и задумчиво посмотрел на неё. – А что потом? После смерти твоего отца?

– Как что? Мы уже обговаривали это. Я стану главой рода и войду в совет клана Каас. Отплачу тебе, чем смогу. Или ты хочешь изменить условия нашего договора⁈ – повысила она голос, сжав губы в тонкую злую линию.

– Нет. Меня устраивает наш договор. Но я думаю о будущем… Мы ведь можем и дальше сотрудничать. Насколько ты амбициозна?

– Что ты предлагаешь? – сощурилась она.

– Как ты относишься к клану Хаас?

– Ненавижу их! – не задумываясь, жарко выпалила темпераментная демоница.

– Отлично. У меня есть одно предложение. Предлагаю присесть и обсудить его. Но сперва ответь на вопрос – ты уже выяснила, что за мразь из совета клана Каас хочет убить меня?

– Пока нет, – мрачно ответила она. – Но я работаю над этим. И уже знаю, что за твою голову назначили награду в три артефакта седьмого ранга.

– Охренеть! Что за произвол⁈ Как такое могло произойти? Они не знают, кто я такой? Моя голова стоит минимум четыре артефакта девятого ранга! – возмутился я, внутренне напрягшись. Новость-то хреновая. – Ладно, переживу это неуважение. Ещё что-то узнала?

– Нет, – проронила Лара и уселась на одну из ступеней.

Я присел рядом с ней, собрался с мыслями и начал излагать ей свою идею в отношении клана Хаас.

Лара хмурилась, потирая подбородок. Тяжело вздыхала и покусывала нижнюю губу.

– Опасно. Очень опасно. Такого в истории ещё не было, – глухо проговорила она, когда я закончил.

– Значит, мы будем первыми.

– Нет, такое никому не провернуть.

– А кто-то пробовал? Не бойся. Всё получится.

– Я не боюсь! – пропыхтела она, недовольно дёрнув щекой. – Просто то, что ты предлагаешь… кхем… поистине грандиозно.

– Ага. Ты станешь легендой среди демонов, – вкрадчиво проговорил я, пытаясь надавить на честолюбие демонессы.

Та сглотнула и уставилась на пруд мечтательным взглядом, будто видела там, как демоны уважительно склоняются перед ней в поклонах, а за спинами шепчут всякие гадости, потому что бояться сказать их ей в лицо.

На её губах появилась улыбка, ресницы затрепетали. Казалось, она уже видит, как карает и милует по собственной прихоти.

Наверное, она бы сказала «да», ежели бы я ещё чуть-чуть надавил, но моим планам помешал звук от хрустнувшего под металлическим ботинком камешка. Он донёсся из полумрака храма, стоящего слева от нас.

Мы с Ларой вскочили одновременно, узрев, как из храма вырвались сразу пять демонов в рыцарских доспехах. Ещё по столько же демонов выбежали из остальных трёх храмов. Все, кроме одного, были в шлемах.

И тот, чью рожу не закрывал металл, сразу же заставил задрожавшую Лару испустить протяжный стон, а затем в ужасе пробормотать всего одно слово:

– Отец…

Глава 16

Наверное, даже мраморное изваяние четырехкрылого дракона, стоящего в середине зелёного пруда, охренело, когда поняло, кто был во главе двух десятков демонов, прижавших нас к уже упомянутому водоёму, поблескивающему в центре площади с четырьмя храмами.

– Отец, лорд Груфус, – еле слышно повторил я, глядя на родителя стучащей зубами Лары.

Короткие тёмные с сединой волосы яростно топорщились на его голове, а смуглое лицо с впалыми щеками наискосок пересекал шрам. Глаза горели презрением и насмешкой. Тонкие губы кривились. А единственная рука лежала на рукояти меча, торчащей из ножен.

– Хочешь моей смерти, мелкая тварь? – тихо проговорил он, пристально глядя на дочь.

Лорд Груфус возвышался на целую голову над своими рыцарями, растянувшимися цепочкой, чтобы отрезать нам путь к побегу. Нашему дуэту оставалось только броситься в пруд, а там наверняка водится какая-то гадость.

– Отец. Ты… ты всё неправильно понял, – произнесла подрагивающим голосом Лара, нервно улыбнувшись.

Кончики её пальцев тряслись, а на шее билась жилка. Она никак не могла взять себя в руки из-за того, что страшно боялась отца, да и понимала, что за предательство тот её по головке не погладит, разве что мечом.

– Я всё слышал, дрянь! – выпалил тот, ударив мечом по идеально подогнанным друг к другу мраморным плитам площади.

Из-под кончика клинка брызнула светлая крошка, а на плите осталась трещина. Прокатившийся звон заставил Лару вздрогнуть всем телом и громко всосать воздух, едва ли не гудящий от напряжения.

Всё же демонесса сумела пробормотать:

– Как… как ты меня нашёл?

– У меня есть свои методы, – усмехнулся тот и бросил взгляд в мою сторону.

Лара тоже посмотрела на меня и жарко прошипела, скаля зубы:

– Предатель!

– Тпру, тормози. Твой папанька жаждет нас рассорить. Не поддавайся на его провокации, – расслабленно выдал я, словно ничего страшного и не происходило. Простая семейная ссора.

Даже вон на солнышко поглядел, точнее на светящиеся облака, под которыми кружило несколько десятков метровых крылатых ящеров, издающих смесь звуков из клёкота и шипения.

– А твой зверёк сообразителен, – насмешливо вставил лорд Груфус, оценивающе глядя на меня. – Но как же ты глупа, дочь, раз думала, что он способен одолеть меня. Ты посмотри на него… изорванный, побитый, с обрывками кандалов на руках и ногах. А лет ему сколько? Пятьдесят? По человеческим меркам он почти старик. И ты дала ему задание убить меня. Ему! Ха-ха-ха!

Демон запрокинул голову и залился хриплым злым смехом, подобным вороньему карканью. Его подхватили остальные демоны, держащие клинки наготове. Думаю, и магию они применят на счёт раз, ежели кто-то из нас с Ларой хотя бы дёрнется.

Демонесса залилась краской, глядя исподлобья на смеющегося отца. В её взгляде появилась злость, а зубы отчётливо скрипнули.

– Он уже убил одного лорда! Убил бы и тебя! – в ярости выпалила она. – Отрубил бы твою мерзкую голову и вырвал глаза! Те самые глаза, что с наслаждением смотрели на смерть моей матери! Ты убил её, подонок! А теперь хочешь выдать меня замуж за это животное, словно я – какой-то бесправный кусок мяса!

Лорд Груфус резко оборвал хохот и прошипел:

– Ты принадлежишь мне, дрянь! Я твой отец! Твоя жизнь – мой дар! И я его могу отобрать в любой миг. А ты, человечек, – перевёл на меня взгляд лорд и изобразил дурашливый полупоклон. – Прими мою благодарность. Ежели ты и вправду убил лорда замка, который теперь перешёл ко мне, то ты мне очень помог.

– Не за что. Мне было приятно убить его. А что до благодарности… Может, мы с Ларой просто уйдём, не будем убивать твою свиту? Вы вон лучше рыбу в пруду половите. Говорят, в это время года карась хорошо идёт. Правда, это не точно. Я отвратительный рыбак.

Груфус прищурился и как-то странно посмотрел на меня, а затем покачал головой и сплюнул:

– Да ты просто сумасшедший. Умалишённый.

– Истину говорите, лорд, – прогудел из-под забрала стоящий рядом с ним демон. – Человечек не осознаёт реальность. Он бродит в своих грёзах. Помните Урмаса? Ему было двадцать лет, а он скакал на метле и размахивал палочкой, громко крича, что воюет с невидимыми тварями. Вот и этот такой же… ушибленный на всю голову. Никакого лорда он не убивал. Брешет, собака.

– Тогда, может, ваш храбрый лорд выйдет на честный бой против меня? – усмехнулся я, сложив руки на груди. – Или вы, Груфус, струсите?

– На что ты рассчитываешь, безумец? – снисходительно вздохнул лорд. – Думаешь, раз у меня одна рука – значит, я немощный калека?

– Почему же? Одна рука – это в своём роде даже полезно. Вы никогда не ударите себя молотком по пальцу.

Один из демонов глухо хохотнул под шлемом и тут же испуганно затих, втянув голову в плечи. Но лорд Груфус то ли не услышал его, то ли пообещал себе наказать демона потом.

В любом случае он даже голову не повернул в сторону хохотнувшего, а уничижительно процедил:

– Ты слишком многого хочешь, человечек. Ты всего лишь грязь. Сразиться с тобой – значит, унизить свою честь. Это как если бы рыцарь из твоей расы на полном серьёзе вышел на бой со свиньёй. Ты никто, насекомое. Твой максимум – мой сапог, давящий тебя. И даже то, что я с тобой разговариваю на твоём мерзком языке, уже большая честь для тебя.

Он громко сплюнул на плиты площади и повёл плечами. Слегка скрежетнули его латы из кроваво-красного сплава.

– Я не понимаю, почему вы ещё не покончили жизнь самоубийством, Груфус. У вас же есть доступ к оружию и явное желание умереть, раз вы в подобном тоне разговариваете со мной, – насмешливо усмехнулся я, откинув голову назад, чтобы свысока смотреть на демона.

Тот пронзил меня гневным взглядом и выпалил:

– Ты сдохнешь, грязное животное, но не от моей руки, а от её…

Его взлетевший клинок указал на Лару, словно превратившуюся в камень, сверкающий обречённо-гордыми глазами принцессы, взошедшей на эшафот.

– Я не стану убивать его, – процедила она, вскинув подбородок.

– Станешь, ещё как станешь, иначе всю твою свадьбу ты проведёшь с густой фатой, скрывающей твоё изорванное ржавыми крючьями лицо, – прошипел лорд, раздувая ноздри, как истинный садист. – Да, я не убью тебя за предательство и выдам замуж. Но каждый твой день перед замужеством превратится в ежесекундную пытку, если ты не отсечёшь голову своей ручной блохе.

– Нет! – выплюнула она, гордо выпятив грудь.

Правда, отказывалась Лара не потому, что ценила меня, а из-за нежелания подчиниться ненавистному отцу. У неё аж глаза помутнели от злости, а жаркое дыхание с хрипами вырывалось из приоткрытого рта. Она снова плохо контролировала себя. И если поначалу её пожирал холодный страх, то теперь она упала в объятия неконтролируемого гнева.

– Нет, ты сделаешь это! – выпалил Груфус, ломая её тяжёлым взглядом. – Иначе клянусь, я уничтожу всё, что тебе дорого! Выпотрошу каждую служанку, получившую твой одобрительный взгляд! Отрежу мошонку каждому твоему любовнику!

Один из демонов вдруг еле заметно вздрогнул, переступив ногами. А над крышей храма промелькнула тень ящера, спустившегося из-под облаков, дабы проверить, что тут творится, есть ли чем поживиться.

Я скользнул по нему взором и посмотрел на Лару, скрестившую взгляд со взглядом отца.

Сейчас они действительно отчётливо внешне походили друг на друга. Такие же скулы, похожие лбы, даже форма лица и ярость. Она полыхала в обоих подобно вулкану. Никто из них не хотел уступать и каждый считал себя правым.

Остальные демоны замерли, косясь на эту парочку.

А я прикинул, что противников слишком много для одного во всех отношениях замечательного ведьмака. Да, Лара, скорее всего, в бою мне поможет, но даже вдвоём мы ничего с ними сделать не сможем. Всё-таки два десятка высокоуровневых демонов – это вам не мухи, облепившие кусок навоза.

Даже если я убью одного из них, толку почти не будет. Душа седьмого ранга всё равно не влезет в мою «клетку». А без душ мои атрибуты бесполезны. Кажется, есть только один выход, один шанс.

Мне нужно умереть…

Внезапно мои мысли самым грубым образом прервал яростный рык лорда Груфуса:

– Ты убьёшь его! Иначе я отрублю тебе ноги и руки, превращу в живую подушку и брошу нашим рабам, чтобы они измывались над тобой, насиловали изо дня в день. Ты будешь их послушной игрушкой, и плевать мне на твою свадьбу. Поняла, дрянь⁈

Лара вздрогнула как от пощёчины. Даже до её объятого гневом разума дошёл весь ужас, заложенный в словах отца. И пусть они были брошены в гневе, но его угрозу услышали два десятка демонов, потому он точно на попятную не пойдёт, не откажется от своих слов.

Однако демонесса удивила меня, проявив смелость, кою мне редко приходилось видеть. Она презрительно сплюнула, расправила плечи и хотела что-то процедить, но не успела, поскольку я шепнул ей:

– Убей меня. Убей…

Лара покосилась на меня недоумевающим взором и едва слышно с презрением проронила:

– Хочешь лёгкой смерти, трус?

– Делай, что говорю. Убей меня, воткни клинок прямо в сердце, и не дай отрубить голову, а потом сдайся отцу.

– Что ты задумал? У тебя есть какой-то артефакт? Нет, не существует такого артефакта, который способен был бы воскресить человека с пронзённым сердцем.

– Верь мне, Лара, иначе мы оба сдохнем. Клянусь, я спасу нас, – жарко процедил я, метнув взор на лорда.

Тот подозрительно прохрипел, раздувая ноздри:

– О чём вы шепчетесь? Немедленно захлопните рты!

– Лара, действуй, разорви тебя дракон, перестань быть ссаной тряпкой, пора стать большой девочкой, – горячо выдал я, уставившись ей прямо в глаза, где рядом с отчаянием вспыхнула страстная надежда.

Но она колебалась. По её лбу покатилась капелька пота, а язык лихорадочно облизал губы. Демонесса уже видела, на что я способен, и хотела верить, что мне удастся вытащить нас из этого дерьма. Но вся её природа восставала против того, чтобы довериться кому-то, особенно мне – существу странному, лишённому души и жалости.

– Я поверю… тебе, – наконец просипела взбудораженная демонесса, дыша часто-часто, будто готовилась прыгнуть в омут. – Но если ты обманываешь меня, пусть Бездна пожрёт твою душу, а твоё тело отправится на корм червям. Сдохни!

Её яростный вопль заметался между храмами. Клинок же сверкнул в свете, испускаемом облаками, а затем понёсся к моему сердцу. Он с хрустом распарываемой плоти вошёл в него быстрее, чем я сделал вдох.

Боль разорвала левую часть груди, а в уши ворвался полный ликования смех лорда Груфуса, упивающегося своей победой, тем, что сломил дочь, заставил её сделать то, что он хотел.

– Может, ты и не такая дрянь, – сквозь хохот выдал лорд, скаля зубы.

Мои ноги подогнулись, и я упал на колени, успев мутным взором увидеть, как из груди выскользнул окровавленный клинок. С него сорвалось несколько капель, и я завалился вперёд, ткнувшись в них лицом, но боли не почувствовал. Она как-то резко ушла, а вместо неё появился холод, сковавший всё моё тело, ставшее таким же неподвижным, как прошлогоднее бревно.

Причём сознание не покидало меня. Удивительно! Как функционирует тело с распоротым сердцем? Хотя, с другой стороны, а как оно функционирует без души? Ответ всему – регенерация?

Я отогнал непрошеные мысли, левым глазом наблюдая за лордом, пока правый касался плиты площади.

– А теперь сдавайся, – самодовольно проронил Груфус, усмехаясь краем рта.

Лара шумно сглотнула и, помедлив, бросила клинок. Тот со звоном упал на мрамор.

Прихвостни лорда будто бы облегчённо выдохнули, поняв, что им не придётся сражаться с Ларой, дабы спеленать её и отправить в замок отца.

– Ты поступила правильно, – усмехнулся лорд Груфус и слегка кивнул своим бойцам.

Четверо из них подбежали к опустившей голову демонессе. Один сразу же приставил кончик клинка к её горлу: мол, дёрнешься – сразу пропорю. Остальные принялись обыскивать её, чтобы отыскать артефакты.

– Что меня ждёт? – негромко спросила она.

– Как что? Наказание и счастливое замужество, – ехидно ответил лорд, опираясь на длинный меч.

– Наказание? Я думала, ты простишь меня после того, как я убила человека.

– Ты что, мне поверила, дурочка? Ты такая же слабовольная и доверчивая, как твоя тупая мать, – усмехнулся демон, блеснув ослепительно-белыми зубами.

Лара дёрнулась, сжав пальцы в кулаки, но её тут же схватили за руки, а клинок ещё сильнее надавил на кожу. По её грациозной шее побежала струйка крови, привлёкшая внимание лорда.

Тот едва заметно облизал губы и перевёл взгляд на меня.

– Бросьте эту падаль в пруд. Пусть его сожрут плотоядные угри.

– Нет! – вскричала Лара, делая ситуацию ещё хуже.

Ей бы надо было смолчать и как-то хитростью заставить лорда не трогать меня. Но она, объятая эмоциями, сразу же выдала то, что дорожит мной. А это в глазах Груфуса был невероятный повод, чтобы лишний раз потоптаться по душе дочери.

– Бросайте, – с широкой улыбкой сказал он, наслаждаясь ситуацией.

Тут же двое бойцов подскочили ко мне и взяли за руки. Они потащили мою безвольную тушку к пруду под шелест моих ног, волочащихся по плитам площади. Кровь капала из раны на груди, оставляя после меня заметную алую дорожку.

К сожалению, грёбаная регенерация ещё не восстановила моё сердце, да и тело отказывалось слушаться хозяина! Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо!

Если моё тело в таком состоянии бросят в пруд, то меня там с азартом схарчат те самые плотоядные угри, мигом поставив жирную точку на всём моём плане. Да какой там план – на жизни!

В душе мигом вспыхнула злость, а по венам заструилась ярость. Но ничто не смогло пробудить от оцепенения мой организм. Даже гнилостный запах, исходящий от зелёной воды, оказавшейся всего в метре от меня.

Рыцари, скрежеща доспехами, подняли моё тело и принялись раскачивать, чтобы швырнуть в пруд.

– Нет! – снова закричала Лара, умоляюще сложив руки у груди. – Отец, не делай этого.

Груфус усмехнулся и вдруг повелительно бросил раскачивающим меня бойцам:

– Стойте!

Те сразу замерли, держа меня на весу, а один спросил:

– Нам отпустить его?

Лорд проигнорировал его вопрос и перевёл взор на бледную демонессу:

– Что же ты, дочь моя, готова сделать ради того, чтобы я дал этому куску мяса достойное послесмертие? Не желаешь ли ты встать на колени и назвать меня самым лучшим отцом в истории?

Лара сглотнула и до крови закусила нижнюю губу. Помедлила, а потом сломлено опустила плечи. Её колени со стуком ударились о мраморную плиту площади.

– Лорд Груфус, – еле слышно прошептала она, явно выдавливая из себя каждое слово, – вы самый лучший отец.

– Громче! – крикнул лорд, довольно скаля зубы, словно в миг своего величайшего триумфа.

– Лорд Груфус – самый замечательный отец во всех мирах! – пронзительно закричала Лара, вскинув голову.

Она уставилась в глаза отцу. Её взгляд сочился непокорностью, а злая гримаса исказила лицо.

– Нет, ты это говоришь не от чистого сердца. А даже если бы сказала именно так, то я бы всё равно приказал бросить этого червя в воду. Ты ничему не учишься, дочь моя. Ты продолжаешь верить! – захохотал он и шевельнул кончиком клинка, показывая своим бойцам, чтобы те швырнули меня в воду.

Они пару раз туда-сюда качнули моё тело и бросили его в пруд под вопль Лары. Я пролетел метра два, а затем холодные воды приняли меня, утаскивая на дно.

Перед глазами появилась зелёная муть и извивающиеся метровые змееподобные тени. Они рванули за моим телом, погружающимся на дно. А оно оказалось совсем рядом. Я ударился об него грудью, чувствуя, как вода пробирается в ноздри, а лёгкие начинают гореть огнём от недостатка кислорода. Тело же продолжало оставаться каменным, как статуя.

Глава 17

Вода душила меня, проникала в нос, пробиралась в горло и лёгкие. А в голове лихорадочно метались мысли.

Но буквально через миг их смыла звериная жажда жизни – самое древнее чувство. Оно разгорелось в душе, охватывая каждый её клочок.

Жить! Жить! Я хочу жить!

Внезапно перед мысленным взором возникло видение самой Смерти, стоящей под дождём на кладбище, усыпанном холмами могил. Она обещала, что скоро я умру. Может быть, время пришло?..

Да хрен вам всем, хрен!

Тотчас гнев, этот мой старинный друг, который был со мной ещё с самого детства, воспылал в душе, будто подстегнув регенерацию. Или это просто совпадение?

В любом случае сердце стукнуло в моей груди – робко и слабо. Второй удар уже был более сильным. А затем оно заколотилось как мотор!

Руки снова стали подчиняться мне, и я сделал первый гребок, потом следующий, а затем ещё один. Во время третьего что-то больно вцепилось мне в ногу, скользнув мимо бедра, как липкая змея.

Я дёрнул стопой, извернулся, сделал ещё один гребок и схватился руками за каменный край пруда, подтянулся и чуть ли не пулей выскочил из воды.

Демоны стояли метрах в трёх от водоёма. Они сгрудились в толпу, в середине которой с поникшей головой обвисла Лара. Её уже успели избавить от доспехов. И теперь она стояла лишь в толстых поддоспешных штанах и рубахе с тёмными пятнами пота. Крупная грудь бурно вздымалась, а слипшиеся волосы скрывали лицо. Хрупкая, сломленная, объятая ужасом. Со связанными руками.

Никто из бойцов не смотрел на неё. Некоторые из них, к слову, успели снять шлемы, чтобы во всех подробностях увидеть, как кипит зелёная вода, окрашиваясь моей кровью.

И сейчас на этих не скрытых забралами смуглых, красивых лицах возникла гримаса неимоверного изумления. Челюсти упали на панцири, глаза выпучились, а над площадью пролетели шокированные шепотки.

Даже Груфус обомлел, скользя ошеломлённым взглядом по моему побитому, мокрому телу с вцепившемся в щиколотку угрём, вооружённым мелкими зубами. Он дико извивался, но не собирался отпускать свою добычу.

Я проигнорировал его и хрипло произнёс, дыша тяжело и с присвистом:

– Пришла пора умирать…

Выбросил вперёд руки и призвал «багровый луч», влив в него остатки второй души, уже порядком пожранной регенерацией, требовавшей энергии.

Тут же из моих ладоней ударил луч ошеломительно высокой температуры, подобный лазеру. Он скользнул по головам демонов. И те, что не были закрыты шлемами, сполна познали мою ярость.

«Багровый луч» превратил лица в обугленные дочерна головешки. Глаза изжарились, волосы вспыхнули, а истошные вопли не успели вырваться из глоток.

Три демона замертво упали на мраморные плиты площади. Их головы дымились. Запахло жжёной плотью и горелыми волосами.

Один труп валялся прямо у ног лорда Груфуса, успевшего скрыться от «багрового луча» за спиной воина в шлеме.

Лорд заорал вне себя от гнева:

– Убейте эту падаль!

Но прежде чем ошеломлённые демоны воспользовались артефактами, я вскинул руку и хрипло закричал, устремив взор вверх:

– В атаку, дети мои! Сыны Ада!

Над площадью носились крылатые ящеры, привлечённые запахом моей крови, пролившейся полминуты назад из раны на груди, оставленной клинком Лары. А сейчас они буквально обезумели от аромата жареной плоти.

Издавая яростные пронзительнее вопли, царапающие барабанные перепонки словно стекло, твари громадной стаей обрушились на демонов, пытаясь добраться до их тел.

Те с гневными криками принялись отбиваться, орудуя клинками и магией.

Всё, всё, как я и рассчитывал, убеждая Лару убить меня! Как я и говорил, мне хорошо известны эта локация и повадки местных тварей, благодаря коим воцарились неразбериха и хаос!

Мне даже удалось рассчитать момент атаки монстров, из-за чего показалось, что они напали по моему приказу!

Под мой дьявольский хохот некоторые ящеры спикировали на трупы, начав жрать головы, торчащие из лат. Когти скользили и скрежетали по кроваво-красному сплаву, не в силах вспороть его. Черепа хрустели в чудовищных пастях, набитых кривыми жёлтыми зубами. Яркая кровь полилась по белому мрамору площади…

Воздух мигом пропах характерным металлическим ароматом и мускусом, коим пахли ящеры, заполонившие всё вокруг. Их кожистые громко хлопающие крылья были повсюду, мелькали жёлтые зенки с вертикальными зрачками, а из пастей летела слюна.

Двое напали на меня, громко вереща.

Я швырнул в одного кинжал-артефакт, а в другого – гадского угря, оторванного от щиколотки. Ящер схватил его вытянутыми крокодильими челюстями и взлетел к облакам, как довольный пеликан. А вот второй грохнулся к моим ногам, превратившись в мумию.

Я торопливо выдернул из него «Вампира» и вытянул руку с «клеткой», пытаясь поймать души ящеров, убитых демонами, вставшими в круг. В центре него сверкал зенками лорд Груфус, крепко держащий за шею дочь.

Души потекли в «клетку», оказавшись первого либо второго ранга! Как раз то, что нужно!

Следом я обратился к своей способности читать души, применив её ровно так, как и в случае со склизом в «Руинах разбитой головы» – попытался создать ощущение того, что меня лучше не трогать, я ядовитый и опасный. Ежели вожак стаи действительно посчитает меня таким, то никто из ящеров не станет нападать на мою тушку.

Площадь четырёх храмов

Пальцы лорда Груфуса больно впились в шею дочери, запрокинувшей голову. Её глаза яростно блестели, а губы кривились в безумной улыбке.

В ней ничего не осталось от сломленной тряпки, покорившейся судьбе. Появление человеческого выродка напитало её такой энергий, что она едва не светилась, скользя мстительным взглядом по демонам, отражающим нападение ящеров, чьи разрезающие воздух силуэты аж закрывали облака.

Каждая смерть, каждый хрип демона, павшего от когтей и яда ящеров, звучали для неё как музыка. Она улыбалась всё шире и шире, обнажая безукоризненно белые зубы.

Её отец тоже оскалился, яростно выпалив:

– Кто этот урод⁈ Почему он не сдох⁈ Я же видел, как клинок насквозь прошил его тело! Он должен был сдохнуть!

Пальцы лорда ещё сильнее впились в её горло, а разъярённый взгляд скользнул по безумно хохочущему человеку, мечущемуся по площади. Ящеры шарахались от него как от чумного, а он швырял в демонов «багровый луч». А когда те пытались достать его магией, закрывался «воздушным щитом».

– Он… он убьёт тебя, отец, – ликующе прохрипела Лара, раздувая крылья носа. – Он чудовище из Бездны… Монстр, коих ты не… встречал. Бессмертный кошмар, который вырвет твою душу… и пожрёт её! Ах-х-ха!

Она захохотала, запрокинув голову.

– Тварь! – выпалил лорд, отпустил её и ударил ладонью по щеке.

Демонесса не удержалась на ногах и упала на колени, а из её рта скатилась струйка крови.

Она бросила на отца огненный взор и завопила:

– Убьёт! Тебе не жить! Ты сдохнешь! Он прикончит тебя!

Груфус выхватил клинок из ножен и скользнул взглядом над головами своих сражающихся бойцов. Человека нигде не было видно. Он пропал из виду.

У лорда неприятно засосало под ложечкой, а предательский вкрадчивый голосок в голове зашептал, что Лара не лжёт. Никакой это не человек, у людей нет такой магии. Никто из них не может повелевать монстрами и изрыгать «багровый луч». И люди прекрасно дохнут, когда пронзают их сердца. Уж Груфус знал это просто прекрасно.

Лорд облизал губы и впервые за долгие годы ощутил холодную иглу страха, вонзившуюся в душу.

Он вскинул клинок и приказал сильным, уверенным голосом, дабы не сеять панику:

– Отступаем к проходу, ведущему из Лабиринта! Живее, живее!

Рыцари, продолжая держать круг, попятились к узкой, всего три метра дорожке, пролегающей между углами соседних храмов.

Груфус готов был поклясться, что часть из бойцов изрядно нервничает, столкнувшись с существом, коего до сих пор никто из них не встречал. Хохочущий человечек пугал их гораздо больше, чем стая ящеров.

– Как его убить, дрянь⁈ – выпалил лорд в лицо дочери, которую тащил за собой, впившись пальцами в плечо.

– Никак! – выплюнула она и снова захохотала.

Один из храмов на площади

Я наблюдал за отступающими демонами с каменной храмовой крыши, подпираемой колоннами. Как мне и думалось, лорд решил покинуть площадь. Логично. Что ему там ловить, кроме потерь?

Прямо на моих глазах четвёрка ящеров вцепилась в отставшего демона и подняла его к облакам, натужно работая крыльями. Тот что-то орал, выронив меч. А затем заорал ещё сильнее, когда отправился в свободное падение. Он ударился об плиты площади с такой силой, что расколол одну, и неподвижно застыл.

На него тотчас спикировал монстр, ухватился когтями за забрало и потянул шлем. Удерживающие его ремешки лопнули, и он слетел с головы, вызвав довольный клёкот чудовища, сразу же сомкнувшего челюсти на черепе. Тот лопнул, брызнула кровь и в разные стороны полетели серые комочки.

В это же время другие ящеры атаковали демонов, так же пытаясь либо поднять их в воздух, либо сорвать шлем.

– А они сообразительные ребята, – подивился я и заметил монстра, закружившегося метрах в пяти надо мной. – Кыш, пошёл, дебил тупой! Меня жрать нельзя.

Я усилил свою связь с вожаком, наблюдающим за битвой свысока. И тот предостерегающе прошипел, мол, этот гад на крыше несъедобный.

Его соплеменник тотчас разочарованно заклекотал и спикировал на демонов, отступающих в сторону приютившего меня храма.

К сожалению, ящеры не перебьют всех демонов, пусть их и огромная стая. Они к сему моменту убили лишь шестерых рыцарей, да ещё трое пали от моей руки.

Самих же монстров погибло столько, что их телами можно было покрыть всю площадь, где поблёскивали лужи светло-зелёной крови и яростно били крыльями извивающиеся раненые чудовища, издающие жалобные свистящие звуки.

Ящеры вот-вот отступят, умывшись своей же кровью. А демоны спокойно дойдут до выхода из Лабиринта, утащив у меня из-под носа Лару, один из главных винтиков моего очередного гениального плана.

И как мне её потом выручать? Отец же запрет её в самом глубоком подвале, да ещё наверняка выпытает у неё всё об одном чудесном Звереве, обитающем в известном мире. Месть лорда будет страшна! Мне нельзя выпустить его живым из этой локации!

Потому я и забрался на этот храм, смекнув, что здесь пролегает наиболее удобная для отступления дорога. Ею-то демоны и решили воспользоваться.

– Идиоты, – прошипел я, торопливо расширяя «Вампиром» трещины в крыше. Они густо испещряли её, красуясь и на колоннах. Но дело всё равно шло небыстро.

И хоть демоны двигались медленно, постоянно орудуя мечами и атакующими артефактами, они пройдут мимо храма быстрее, чем мне удастся обрушить его часть прямо на их головы.

– Зараза, – процедил я сквозь зубы, смахнув пот, заливающий глаза.

Кинжал снова с каменным хрустом вошёл в тонкую щель, а затем я ухватился за него обеими руками и принялся двигать в сторону так, будто резал пирог. Попутно косился на битву, идущую внизу.

Один из демонов выпустил из руки «шаровую молнию». Та с грозным треском угодила в ящера, превратившись в голубую вспышку. Её свет отразили доспехи рыцарей, забрызганных кровью монстров с головы до ног. А сам ящер упал под ноги демонам, дымясь, как забытая на углях летучая мышь.