Текст книги "Дед в режиме демона. Том 7 (СИ)"

Автор книги: Евгений Решетов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Дед в режиме демона. Том 7

Глава 1

Люминесцентные лампы под потолком алхимической лаборатории тихонько гудели, а в ноздри забирался насыщенный аромат трав. Пальцы же с силой сжимали мобильник Владлены, пока в моей голове шёл целый консилиум на тему «как попасть в „Руины разбитой головы“ за два часа»?

У меня от напряжения аж капелька пота побежала по виску. Она привлекла внимание магички, уже секунды три изучающей меня тревожным взглядом.

– Игнатий, что стряслось? – негромко проговорила Велимировна, сдвинув брови к тонкой переносице. – У тебя такой вид, словно ты за пять минут должен придумать лекарство от всех болезней, иначе весь мир полетит в тартарары.

– Прекрасное сравнение, – прошептал я и вновь прикусил нижнюю губу. Та уже не была прокушенной. Регенерация подлатала её. Но солоноватый вкус крови всё ещё ощущался.

– Игнатий! – требовательно повторила Владлена, топнув ножкой в тапочке. – Что случилось?

– Открылись временные проходы. Мне нужен один из них. Срочно.

– И?

– Мне не хватает двух уровней. Нужен девяносто первый, а у меня восемьдесят девятый.

– Какой у тебя уровень⁈ – опешила красотка, раскрыв рот так, словно хотела похвастаться всеми тридцатью двумя безукоризненно белыми зубами. – Восемьдесят девятый! Такой же как у меня! Да твой дар никогда не был выше восемьдесят третьего уровня!

– Времена меняются, – усмехнулся я и подскочил к шкафу с открытыми створками.

Взгляд пробежался по стеклянным баночкам с ингредиентами. Хватает на зелье? Вроде бы да.

– А-а-а, поняла, – сощурилась она, криво улыбнувшись. – Ты скрывал свой уровень, как и то, что не совсем человек…

– Молодец, – иронично похвалил я её и заметил, как у меня от волнения подрагивают пальцы.

Нет, так дело не пойдёт. Надо успокоиться.

Закрыв глаза, сделал несколько глубоких вдохов, очищая разум от посторонних мыслей и тревог. У меня получилось даже лучше, чем ожидал. Появилась какая-то злая бесшабашность, как у человека, которого ведут на казнь.

Разлепив веки, увидел задумчивое лицо Владлены, усевшейся на край стола. Она покачивала одной ногой, тревожа подол халата, разошедшегося на обнажённой груди. Но магичку это нисколько не смущало.

Она положила ладони на стол и спросила:

– Что ты намерен делать? Как поднимешь два уровня? И как это вообще возможно? Неужто твой дар всё ещё может расти? Мой, к примеру, уже давно замер, а скоро и вовсе деградировать будет.

– У меня особый случай. Дар и вправду растёт, так что я приготовлю зелье. И ты мне поможешь, – решительно произнёс я, цапнув с полки сразу четыре баночки с ингредиентами.

– Зверев, ты рехнулся! – округлила глаза Владлена, следя за мной ошарашенным взглядом. – Ты разве не понимаешь, что зелье, способное разом поднять твой дар на два уровня, катастрофически опасно? Ты просто-напросто сожжёшь свой дар! Один шанс из ста, что у тебя получится! К тому же ты сегодня уже пил зелье, повышающее уровень. Я чувствую его запах, витающий в воздухе! Ты будто забыл, что нельзя пить больше одного подобного зелья в сутки!

– Риск – дело благородное, – пропыхтел я, торопливо пересыпав несколько веточек кошачьей гвоздики в гранитную ступку.

– Нет! – жарко выдохнула магичка, покачав пальцем. – В этом случае это никакое не благородство, а безумие!

– Повезло, что я спец по безумствам.

– Зверев, всё очень серьёзно! То, что ты обладаешь невероятной регенерацией, не спасёт тебя от потери дара! Одумайся! Ты потеряешь всё, если лишишься дара. Твои враги сотрут тебя в порошок! Разрушат все, чего ты добился!

Она порывисто соскочила со стола и вцепилась в мою руку, возбуждённо дыша. Халат совсем распахнулся, обнажив смуглое тело. Грудь бурно вздымалась, а во взгляде магички злость смешалась с невероятной тревогой.

– Не мешай! – прикрикнул я, сбросив её руку со своего предплечья.

– Да что такого в этом сраном проходе, что ты так стремишься туда попасть, рискуя всем! – выпалила она, сжав пальцы в кулаки.

Её глаза метали молнии, а горячее дыхание едва не поджигало мою рубашку.

– Всё, Владлена, там всё! – яростно выдохнул я в её лицо, схватив за плечи. – Вся моя работа! Жизнь! Всё, к чему я шёл долгие годы! Ты даже не понимаешь, что стоит на кону! Человеческие жизни! Не десятки и сотни, а гораздо больше! Так что ты либо молча помогаешь мне, либо выметаешься отсюда вон!

Та откинула голову, поражённая моим напором. Её взор лихорадочно заскользил по моему лицу, словно не узнавал меня. Язык мелькнул между приоткрытыми губами, а на шее забилась жилка.

– Ты… ты не врёшь? Не шутишь? – пробормотала она, глядя мне прямо в глаза.

– Нет, – тяжело проронил я, отпустил её и отвернулся к столу, продолжив остервенело работать ступкой.

Время! Время поджимало! Оно уходило как вода в засушливую землю! И ежели Владлена не поможет мне, то всё окончательно полетит к чертям.

Магичка отступила на шаг, открыла рот, но потом захлопнула его и повернулась к двери. Ринулась к ней, как разозлённая пчела. Аж волосы затрепетали да заколыхавшийся халат раскрылся, словно крылья.

Но Владлена не выскочила из лаборатории, а схватила с полки несколько колб и побежала к столу, протараторив на бегу:

– Они пригодятся! На тебе ингредиенты, а я подготовлю всё остальное. Где у тебя лежат тигли?

– Там, – кивнул я на шкаф, не сумев подавить благодарную улыбку.

Велимировна заметила её и прошипела:

– Будешь так улыбаться, ежели всё пройдёт хорошо, а если нет… О-о-о, Зверев, я тебе тогда такую жизнь устрою, что ты пожалеешь, что не помер!

Моя улыбка стала шире, а на душе почему-то стало тепло.

Магичка, в свою очередь, фыркнула и поспешила за тиглем.

Вскоре в лаборатории всё завертелось-закрутилось с удвоенной скоростью. Снова усилился запах трав. Застучал нож по доске, мелко рубя цветы вороньего глаза, забулькала вода в ковшике, а чёрный мел с лёгким хрустом крошился в ступке.

Мы в безумном ритме кружили по лаборатории, как в неведомом, диком танце. У Владлены аж заблестел лоб, а я почувствовал, как рубашка неприятно липнет к взмокшей спине.

К счастью, спустя четверть часа мы были вознаграждены зельем насыщенного красного цвета. Над ним поднимался белёсый пар, а терпкий аромат ласкал обоняние.

Я осторожно поставил его в холодильник и уставился на Владлену. Та смахнула пот со лба, нервно переминаясь с ноги на ногу.

– Сработает? – взглянула она на меня снизу вверх. – Скажи, что сработает.

– Пфф, ещё бы!

– Почему на кону стоят человеческие жизни? – вдруг спросила Владлена, запрокинув голову. – Что им угрожает? Демоны?

– А ты действительно догадливая.

– В этом замешана та толстожопая стерва Лара?

В её взгляде вспыхнула толика ревности.

– Отчасти, – усмехнулся я и вытащил зелье. Оно было ещё горячим, но пить его уже можно. – Ну, твоё здоровье…

– Постой, я хочу задать тебе один вопрос, пока есть время. Только ответь на него честно, не думая. Хорошо? Кто самая красивая женщина, которую ты когда-либо видел?

– Актриса Анна Петрова! – выпалил я и увидел злость в глазах Владлены, ожидавшей не такого ответа. – Ой, не то ляпнул. Дай мне ещё один шанс. Молю.

– Хорошо, – нехотя процедила она.

– Певица Кларисса Мун, – с сухим смешком выдал я и под сердитое бурчание магички присосался к зелью.

Оно раскалённой лавой скользнуло по моему пищеводу, оседая в желудке. Сразу же стало жарко. Выступил пот, глаза защипало. Меня скрутило пополам. Владлена что-то закричала, пытаясь удержать меня от падения. Но я всё же грохнулся мордой в пол, не почувствовав никакой боли. Только жар. Страшный жар, разрывающий изнутри.

– Игнатий! Игнатий! – как свозь вату донёсся испуганный голос Владлены, упавшей возле меня на колени. – Игнатий, всё идёт не так!

Она кричала что-то ещё, тряся меня за плечо. Нечто мокрое упало мне на щеку, но я уже плохо соображал, а затем и вовсе погрузился в спасительный мрак.

Не знаю, как долго сознание купалось во тьме, но вернулось оно одним рывком, словно в давно забытую всеми игрушку вставили батарейки. Я сразу открыла глаза. Даже зрение моментально прояснилось.

Передо мной предстал потолок лаборатории, а под спиной сквозь мокрую рубашку ощущался пол. Мышцы между лопатками болели из-за того, что тело лежало на твёрдом.

– М-м-м, – простонал я, приподнявшись на локтях.

Владлена сидела на столе, свесив стройные ножки. Её взгляд мрачно сверлил меня. Глаза же чуть покраснели, а веки слегка припухли.

– Ты… плакала? – изумился я, тряхнув головой, чтобы прогнать остатки тумана.

– Вот ещё! – сердито бросила она, хмуря брови. – Просто в глаз что-то попало. Лучше скажи, получилось?

Я закрыл веки, почти услышав, как заколотилось сердце, вспыхнувшее страстной надеждой.

– Получилось! – выдохнул я, вскочив с пола. – Получилось! Девяносто первый уровень!

Только новый атрибут не открылся. Обидно, вашу мать!

В тот же миг по губам магички скользнула бледная улыбка, а изо рта вылетел вопрос, сочащийся нешуточной тревогой:

– А дар⁈ Что с ним? Ты минуты две катался по полу, словно тебя жарили на адской сковородке, а потом затих. Полежал так ещё пару минут и пришёл в себя.

– Тут он, тут, – постучал я себя кулаком по солнечному сплетению. – Никуда не делся!

Магичка вздохнула с таким облегчением, что чуть не сдула алхимическую посуду с полок.

– Вызови какой-нибудь атрибут. Надо окончательно убедиться, – с энтузиазмом проговорила она, спрыгнув со стола.

Я улыбнулся и попытался нащупать «воздушный щит». Но… но тот не отзывался! Дерьмо, дерьмо, дерьмо! Дар вполне себе ощущался в груди, но ни один из атрибутов не желал проявляться!

Меня мороз продрал по коже, а внутри завозился ёж, словно сотканный из ржавой колючей проволоки.

– Давай. Чего ты ждёшь⁈ – поторопила меня Владлена, недоумевающе вскинув бровь. – Или… ты не можешь?

Её глаза прищурились, загоревшись страшной догадкой.

– Нет, всё в порядке. Просто мне не хочется тратить выносливость. Там, куда я иду, она понадобится в полной мере. Да и время уже поджимает. Надо торопиться! – выпалил я и рванул к выходу, давя волнение, разгорающееся в душе.

Не хотелось даже думать, что дар не восстановится! Нет, нет, нет! Прочь эти мысли. Он снова будет функционировать. Вот только… когда?

Не придётся ли мне идти в «Руины разбитой головы» без магии? Очень бы этого не хотелось. Это же локация десятого ранга, максимального. Там живут такие монстры, которым нага на один укус. Они сделают из неё отбивную, а её шкуру постелют возле порога.

– Зверев, подожди меня! Куда ты так помчался⁈ – ударил меня в спину вопль магички, выскочившей следом за мной из лаборатории. – Я пойду с тобой!

– Нет. Спасибо, что помогла с зельем, но нет! Ты меня будешь тормозить, а на счету каждая минута! – отрезал я и бросил через плечо, смягчив свой тон иронией: – Пока ты оденешься и накрасишься, сутки пройдут.

– Игнатий! – прорычала она, пытаясь на бегу запахнуть халат.

– Даже не пытайся уговорить меня!

Однако магичка всё же попыталась, но наткнулась на глухую стену. И тогда ей пришлось сдаться. Произошёл сей знаменательный инцидент в моей комнате, где я шустро натягивал костюм камуфляжного цвета.

– Ладно, ладно! – оскорблённо вскинула голову Владлена, ткнув меня в грудь пальцем. – Но ты мне будешь должен! Всё расскажешь! Всё!

– Естественно! – выдохнул я, цапнув спортивную сумку, стоявшую в шкафу.

В ней всегда лежало оружие и набор зелий. У каждого, кто ходил в Лабиринт, имелась подобная сумка, как аптечка у водителя в машине.

Закинув её на плечо, поцеловал Владлену в лоб. А та сунула мне два браслета с камнями-артефактами и буркнула:

– Вернёшь. Один повышает скорость, а другой – выносливость. Оба полностью заряжены.

– Спасибо, – улыбнулся я, взял браслеты и выскочил из комнаты.

Промчался по лестнице, а затем миновал холл и выбрался на крыльцо, где позёвывал давешний охранник.

– У кого-то из твоих коллег есть машина⁈ Я видел, чья-то старенькая «ауди» стоит у бывшего зверинца!

– Мо… моя, – судорожно проронил он, поражённый моей яростной тирадой.

– Заводи! Поехали в город! Быстрее! Если успеем, премию дам! Всем вам премию дам!

– Ого! – ахнул охранник и рысью метнулся к машине, бросив мне на бегу: – Не отставайте, господин!

Я припустил за ним, подгоняемый висящей на плече сумкой. Она била по бедру и правой ягодице, словно пыталась пришпорить меня. Но я и сам мчался, как сайгак, огромными прыжками. Даже догнал охранника, хотя ему было лет тридцать, да и выглядел тот спортивно.

Он быстро открыл дверь и уселся за руль, а я шлёпнулся на сиденье справа от него.

«Ауди» взревела потрёпанным мотором и рванула по асфальтированной дорожке в сторону ворот. Подвеска скрежетала, картонная зелёная ёлочка болталась под крышей, как в припадке. Амортизаторы, кажется, не работали. В салоне пахло выхлопными газами и машинной смазкой.

Моё лицо непроизвольно скривилось в скептической гримасе. А доедем ли?

– Ничего, ничего. Моя ласточка ещё ого-го! – заметил моё настроение охранник, похлопав по приборной панели.

Одна из иконок тут же отклеилась и упала возле рычага переключения передач.

– Она всегда отклеивается. Клей плохой, – тотчас сконфуженно заявил мужчина и бросил взгляд на ворота.

Те плавно разошлись в стороны, выпуская автомобиль на свободу. Тот довольно бодро помчался по дороге в сторону шоссе.

Вроде бы машина и вправду не собиралась рассыпаться. Она вполне уверенно выбралась на шоссе и ринулась к городу. За окном замелькали горящие фонари, а автомобилей в такой час практически не было.

– Включи-ка радио, новостную волну, – попросил я водителя, зажавшего сигарету зубами. – И не стесняйся, газуй. Мы жутко торопимся. Все штрафы я возьму на себя.

Тот кивнул и действительно вдавил педаль газа в пол.

У «ауди» едва боковые зеркала не сложились, как уши у собаки, перешедшей на стремительный бег. Со стороны двери засвистел воздух, проникающий в салон.

Впрочем, этот свист перекрыл хорошо поставленный мужской голос, вырвавшийся из хрипящих колонок:

– Как передают наши корреспонденты, временные проходы в Лабиринт на самом деле открылись. Это произошло в нескольких районах города: в Центральном, Невском, Адмиралтейском, Петроградском и Василеостровском. Прямо сейчас множество магов съезжаются к ним, стремясь успеть побывать в той или иной локации, пока она не закрылась. Есть точные сведения, что минимальное время, в течение которого проход остаётся открытым, всего лишь два часа. Напомню нашим слушателям, что многие семьи из золотого списка весь год ждали возможности посетить некоторые локации. Очередь уже давно сформирована, однако в связи со случившимся сбоем в работе проходов мало кто из магов соблюдает очерёдность. Есть информация, что в некоторых башнях с проходами начались беспорядки…

– Весело, – пробормотал я, потирая лоб.

Похоже, придётся прорываться к проходу, ведущему в «Руины разбитой головы». А у меня, мать вашу, до сих пор атрибуты отказываются работать!

Что же делать? Вряд ли кто-то вежливо пропустит меня к проходу. Оружием, что ли, придётся угрожать, тратя драгоценное время? Нет, надо попытаться разбудить атрибуты.

– Едем на перекрёсток улиц Артиллерийской и Короленко, – хмуро бросил я охраннику и откинулся на спинку сиденья, стараясь расслабиться.

Закрыл глаза и попытался расшевелить атрибуты, но мешал рёв мотора. Да и тряска тоже, хотя уже въехали в город, где дороги вполне себе ничего.

Однако я всё-таки сумел настроиться, но буквально через миг меня заставил резко открыть глаза недовольный рык охранника:

– Зараза!

Он рефлекторно опустил взгляд на сигарету, выпавшую изо рта. Она упала на сиденье точно между его ног. Кончик сигареты тлел и багровел, испуская дымок. И Судьба решила воспользоваться этим моментом, чтобы снова испытать меня на прочность.

Откуда-то из боковой, второстепенной, улицы вырвался чёрный внедорожник с золотистыми дворянскими гербами. Раздался истошный визг тормозов и громкий сигнал клаксона, резанувший по ушам. Но уже ничего нельзя было сделать.

Внедорожник с грохотом впечатался прямо в правый бок «ауди», сминая металл с чудовищной силой. Полетели брызги разбитых стёкол и запахло бензином.

Глава 2

«Ауди» от мощного удара внедорожника заскользила по асфальту к тротуару. У меня челюсти громко щёлкнули, ремень безопасности больно впился в грудь, а в лицо полетело крошево разбитого бокового стекла. Дверь и стойка вмялись в салон, разорвав моё плечо до самой кости. Брызнула кровь.

И в этот миг колёса ударились о бордюр, из-за чего «ауди» завалилась набок, а потом с грохотом рухнула на крышу.

Водитель безвольно обмяк, касаясь руками крыши. Ремень безопасности натянулся на его шее, покрывшейся кровью, сбегающей с виска. Глаза мужчины были закрыты. А в воздухе нарастал химический запах бензина, соседствуя с тошнотворной вонью жжёных покрышек.

– М-м-м, – простонал я, пытаясь левой рукой избавиться от ремня безопасности, не дающего выбраться из покорёженного авто.

Правая рука висела плетью, но вдруг регенерация начала латать разорванную плоть и сухожилия. Включилась, мать ее! Как вовремя. Ну хоть один атрибут вышел из спячки! Хотя в целом, конечно, мое положение не ахти какое.

– Да что же мне так не везёт, будто я вовремя не поплевал через левое плечо, – процедил я, заметив в разбитом зеркале заднего вида отблески огня, охватившего заднюю часть машины.

И ещё этот грёбаный ремень безопасности словно желал моей смерти! Он никак не хотел выходить из замка! А у меня не хватало сил, дабы вырвать его! Разорви меня дракон!

Благо я сообразил призвать кинжал-артефакт. Его рифлёная тёплая рукоять оказалась в моей левой ладони, что позволило одним движением разрезать ремень.

Тело тут же полностью соскользнуло с сиденья на крышу. Раненое плечо пронзила боль, заставившая меня зашипеть.

Однако я, не мешкая, перерезал и ремень безопасности водителя. Тот тоже частично распластался по крыше, распахнув рот. Слюна на зубах отразила огонь, пробравшийся в салон. Он принялся жрать заднее сиденье, где ранее лежала сумка с оружием… и гранатами.

И хрен её знает, где она сейчас. Чёрный дым заволок салон, пробираясь в глотку и выжигая глаза. Не было никакой возможности искать сумку, чтобы предотвратить взрыв.

Я надрывно кашлянул и саданул ногой по разбитому лобовому стеклу. Оно выпало, напоминая полоску скотча, к которому прилипли куски битого стекла.

– Давай, давай, – прохрипел я, ухватил водителя левой рукой за плечо и выбрался на асфальт, разрывая одежду об осколки. Кое-какие впились и в ладони с коленями.

К счастью, мне хватило сил вытащить из машины и водителя. А тот весьма вовремя пришёл в сознание. Распахнул глаза и захлопал ими, как новорождённый, впервые очутившийся в этом жестоком мире.

– Мы попали в аварию! – выпалил я, вытащив его из-под нависающего капота. – Вставай! Надо валить! Сейчас гранаты рванут!

– Господин… господин, вы ранены? – просипел он, вставая на ноги.

Его качало из стороны в сторону, а дыхание с шумом вырывалось из груди.

– Нет, просто истекаю кровью для атмосферы! За мной! – махнул я ему пришедшей в норму рукой.

На плече остался лишь десяток вздувшихся шрамов, покрытых поблескивающей красной жижей.

– Может, успеем вытащить сумку с оружием? – прохрипел водитель, закашлявшись из-за чёрного дыма, попавшего в рот.

Уже вся машина была объята радостно ревущим оранжевым пламенем, почти касающимся проводов, натянутых между фонарями. Те освещали улицу, добираясь до стены старинного пятиэтажного особняка. Пара его окон вспыхнула светом, а за стеклом замелькали тени людей, разбуженных аварией.

Они явно уставились на нас, возбуждённо шушукаясь.

А я молча схватил кашляющего водителя за плечо и потащил его за собой в сторону внедорожника, отделавшегося крайне легко. У него только бампер был помят да ещё капот немного. Настоящий танк, а не автомобиль! Вот не могла в нас врезаться какая-нибудь «Ока»!

Да и хозяин у такой машины оказался соответствующим.

Пес его знает, что он делал, пока я выбирался из «ауди», но этот чёрт только сейчас вышел из автомобиля, открыв переднюю пассажирскую дверь. И мне сперва показалось, что это подручный самой Смерти. Он был невероятно худой, костюм на нём висел как на швабре. Серые пакли волос облепили шишкообразный череп. Злые, колючие глаза ввалились, как и щёки.

А изо рта брызнула слюна, когда он прошипел:

– Вы что наделали, смерды⁈ Теперь до конца жизни не расплатитесь, ублюдки! Уроды грёбаные! Если я из-за вас опоздаю в проход, то ещё и всю вашу сраную родню заставлю работать на меня, чтобы покрыть причинённый вами, двумя идиотами, ущерб! Где ты только права купил, морда!

– Дык… виноват ваш шофер. Мы же по главной дороге ехали, – промычал водитель, кивнув на знак.

– Ты мне ещё поговори, собака! – выпалил аристократ и замахнулся кожаными перчатками, стянутыми с болезненно худых рук с синими венами.

Водитель непроизвольно вжал голову в плечи, стоя возле меня.

А я лихорадочно глянул на горящую «ауди» и тряхнул головой, прогоняя мерзкий звон в ушах, а затем выпалил, глянув на окна дома:

– В машине гранаты! Отойдите от окон! Они осколочные! Прячьтесь!

– Пфф, – насмешливо фыркнул дворянин. – За идиота меня держишь? Думаешь, куплюсь на твою детскую уловку, а ты сбежишь?

Я не стал его разубеждать, а молча активировал артефакт скорости и от всей души вмазал кулаком в острую челюсть аристократа, успевшего столько раз оскорбить меня, что хватило бы на пару казней.

Костяшки пальцев обожгло болью, выступили капельки крови. Но зато перекошенное яростью лицо аристократа дёрнулось. Голова откинулась вправо, а изо рта вылетел зуб. Он трагично упал на асфальт и покатился по нему, исчезнув между прутьями решётки ливнёвки.

А его хозяин буквально через миг тоже рухнул на асфальт, глядя мутным глазом, лишённым сознания, на водительскую дверь внедорожника. Из него выскочил поджарый брюнет в чёрном костюме. Брови были решительно сведены, ноздри гневно раздувались, а в руках находился пистолет, холодно отразивший свет от огня, пожирающего «ауди».

Я закричал брюнету, увлекая водителя следом за собой на асфальт:

– Ложись, дебил, сейчас рванёт!

– Я не настолько наивен, – ухмыльнулся тот, блеснув волчьими глазами.

Однако уже через миг он повалился возле машины, прикрыв голову руками, когда внутри «ауди» произошёл взрыв.

Машину аж подбросило. Во все стороны полетели искры. Заднюю дверь вырвало, а мимо меня прокатилась горящая баранка руля. Осколки забарабанили по внедорожнику и стене дома. Жалобно зазвенело разбитое стекло, раздался чей-то вскрик – какого-то умника, решившего, что ему ничего не грозит.

Такие люди из-за любопытства всегда лезут в самое пекло, наплевав на безопасность. А если получают рану, то сразу поднимают вой – убили, покалечили и требуют компенсацию. Они же просто одним глазком, даже не подходили, мимо прогуливались, а тут вон оно что…

Но умника вроде бы поразило не насмерть. Из разбитого окна вылетел вполне живенький мат, приправленный стонами боли.

– Твою мать! – дрожащим голосом выдохнул брюнет, убрав руки с головы и оторвав подбородок от асфальта.

Наши взгляды встретились.

– И на кой хрен ты лёг? Ты же, млять, не наивен, чтобы верить мне! – оскалился я, быстро вскочил на ноги и помог подняться своему водителю.

– Ку… куда? – заикаясь, выдал брюнет, глядя, как я забираюсь на водительское сиденье внедорожника.

– Туда, – кивнул я вдоль дороги, покосившись на моего водителя.

Тот с кряхтением уселся на пассажирское место. Кровь уже не бежала по его виску, а взгляд с жалостью смотрел на догорающие останки ласточки, закончившей жизнь весьма эпично.

– Не… нельзя! – выпалил брюнет и встал на одно колено, направив на меня дуло слегка подрагивающего пистолета.

– Серьёзно? Лучше опусти, иначе глотку тебе перегрызу. А хозяину скажешь, что защищал его имущество как цепной пёс, но не справился, ведь перед тобой во всей своей красе сам Игнатий Николаевич Зверев. Пусть твой господин направляет мне все свои жалкие претензии. Ариведерчи! – выпалил я и нажал на педаль газа.

Внедорожник дёрнулся и заглох, испортив мне эпичное отбытие в закат.

Правда, гораздо страшнее, если он не заведётся, и я потеряю ещё больше времени! До вероятного закрытия прохода, ведущего в «Руины разбитой головы», около часа, а ведь из него ещё вернуться надо!

– Плавно… нажимайте на педаль плавно, – судорожно прохрипел шофер, опустив оружие. Его взгляд изменился, став уважительным. – Удачного вам пути, господин Зверев.

– Благодарю, – кивнул я, сумев завести машину с первого раза.

Внедорожник помчался по ночным улицам Северной Пальмиры.

Фонари замелькали со страшной скоростью. Мотор рычал как безумный. Водитель же закусил нижнюю губу, испуганно вжавшись в сиденье. Его вытаращенные глаза не отрывались от дороги, а страх сыграл роль натурального болеутоляющего. Для меня эту же роль сыграло волнение. Если опоздаю, тогда всему конец! А ежели успею, то придётся как-то без магии прорываться через толпу, жаждущую попасть в проход! Но как? Там же разозлённые сильные маги, доведённые до ручки.

Сердце заколотилось сильнее, а дар так и продолжал вполне нормально ощущаться, но атрибуты даже и не думали выбираться из болота, в которое нырнули с головой. Дерьмо!

– Перекрёсток улиц Артиллерийской и Короленко следующий, – пролепетал водитель, стараясь, чтобы его голос не дрожал.

– Посмотри в бардачке – может там есть какое-то оружие, – быстро проговорил я, хмуря брови.

– Лишь отвёртка.

– Вряд ли она пригодится. Только если в Лабиринте мне встретится монстр с протезом на шурупах.

Мужчина нервно хохотнул, а потом глянул на заднее сиденье и выпалил:

– Так вон сумка лежит на полу за вашим сиденьем, господин! Наверняка в ней оружие! Тот дворянин говорил, что тоже едет к проходу!

– Проверь, что в ней, – произнёс я, почувствовав прилив надежды.

Без оружия никак. Не из рогатки же мне бить монстров, ежели всё-таки попаду в Лабиринт. Правда, ещё есть «Вампир», скрывающийся под драном на плече камуфляжной курткой, но он пьёт души, а они мне и самому нужны. Их в «клетке» осталось всего две. Одна уже потратилась на жизнедеятельность и регенерацию.

– «Калаш», несколько магазинов, охотничий нож, алхимические шарики, фонарик, набор зелий… – принялся перечислять шофер, положив раскрытую сумку на колени.

– Отлично, – довольно улыбнулся я и нажал на тормоз.

Внедорожник со свистом покрышек остановился возле башенки, где скрывался проход в Лабиринт. Снова запахло жжёной резиной, а свет единственной уцелевшей фары упал на десяток-другой роскошных авто с гербами, припаркованных около башенки.

– Да, магов приехало немало, – пробормотал водитель и скривился от боли, видимо, прострелившей висок.

Он аккуратно помассировал его и передал мне металлически звякнувшую сумку.

– Поезжай в больницу. Меня не жди. За машину не волнуйся. Купишь себе новую. Прочие расходы я тоже оплачу. Премия тоже тебя ждёт! – отбарабанил я на одном дыхании, цапнул сумку и выскочил из автомобиля, не став глушить мотор.

Сайгаком промчался по тротуару и подскочил к дверям башенки. Возле них стояли два охранника с красными потными лицами и истерично сверкающими зенками.

– Нет, внутрь нельзя! Больше никого не пускаем, будь вы хоть трижды графом или князем! – жарко выпалил один, держа руку на рукояти короткого автомата, висящего на плече.

– Отойдите, отойдите! Приказ императора! – горячо выдал второй, но не так возбуждённо, как первый, хотя и в его взгляде мелькало нечто намекающее, что оба охранника уже на грани, как парочка продавцов в чёрную пятницу, которых постоянно тормошат, что-то спрашивают и чего-то от них хотят. Ещё миг – и они взорвутся.

– Господа, я прибыл к вам на помощь, спецагент тайной канцелярии Игнатий Николаевич Зверев, – сунул я им корочки под нос.

Слава богу, додумался взять их из дома!

Охранники едва головами не столкнулись, изучая удостоверение. Если и с ними придётся разбираться, тратя время, то я точно не успею!

Один из них перевёл взор на меня, подозрительно сощурил зенки и спросил, глянув на порванную куртку:

– А чего вы в таком виде… спецагент?

– В аварию попал. В городе сейчас творится не пойми что. Надо взять все проходы в Лабиринт под контроль! – отчеканил я и уверенным движением отпихнул одного от дверей.

Сейчас надо действовать нагло и нахраписто, не считаясь ни с чьими чувствами. Так я выгляжу человеком при исполнении, который торопится выполнить приказ.

К счастью, охранники разошлись, поражённые моим напором, но всё же переглянулись, словно не до конца были уверены, что меня следует пропускать.

Впрочем, я воспользовался моментом, открыл двери и проскользнул в круглый зал, освещённый несколькими люстрами и синим табло, где раньше были указаны фамилии тех, кто в определённое время шёл в проход.

Нынче же табло оказалось пустым, зато зал гудел от яростных голосов десятка-другого магов. Они спорили друг с другом до хрипоты, едва бородёнки не трепали и сверкали гневными зенками, как молодые дворянчики, охочие до склок и дуэлей.

Однако здесь в силу того, что проход имел аж десятый ранг, собрались опытные маги. Самому молодому, наверное, было лет сорок.

Он потрясал кулаком и рычал на охранников, закрывающих металлическую дверь, ведущую вглубь башенки, где находился проход.

– Следующий – господин Рыськов и его команда! – прохрипел мужской голос из динамиков, установленных под лепным потолком. – Идём по списку, судари! По списку! Рыськов в нём третий!

– Да к чёрту этот список! – заорал тот самый сорокалетний «юнец».

Ему дружно вторили те, кто толкались рядом с ним.

– В порядке живой очереди! – выдал красный как рак блондин.

– По старшинству! – проскрежетал старик, дышащий так тяжело, будто его вот-вот удар хватит.

Он уже хрипел, держась одной рукой за сердце, но в Лабиринт всё-таки рвался.

– По родовитости! По тому, чей уровень дара выше! – посыпались предложения от других магов, обливающихся потом в душном помещении, где даже стулья возле стены и кадки с декоративными деревьями подрагивали от чудовищного напряжения.

Хватит одной искры, чтобы всё здесь рвануло как пороховая бочка!

Ведь все понимали, что до закрытия прохода осталось минут сорок. А по истечении оных уже никто рисковать не будет, не пойдёт в Лабиринт, поскольку этот проход точно будет открытым два часа, а вот затем… шут его знает. Есть большой шанс остаться в Лабиринте, где ждёт смерть.

– Господа, господа! Вспомните, что вы дворяне! Ведите себя соответствующим образом! – попытался образумить аристократов голос из динамиков.

Ага, как же, вняли они ему! Ещё больше принялись орать, только теперь ещё более сердито, словно голос из динамиков уличил их в чём-то гнусном, а значит, такого персонажа надо заставить заткнуться, чтобы не изрекал слова, неприятные дворянскому уху.