Текст книги "Дед в режиме демона. Том 7 (СИ)"

Автор книги: Евгений Решетов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Зарычав, я принялся исступлённо копать кинжалом. Из-под его кончика брызнули искры, посыпалась каменная крошка, а затем с треском раскололась тонкая плита.

Я раздвинул её обломки кинжалом, отбросил «Вампира», сунул под плиту деревенеющие пальцы и вытащил ничем не примечательный тёмный камушек, похожий на грязный грецкий орех.

Есть! Вот он!

Его появление заставило Ириса в шоке вытаращить туманные зенки.

Тело демона пошло рябью, а изо рта вырвался совершенно ошарашенный хрип:

– Не может быть… Артефакт…

– Артефакт, – злорадно оскалился я, сунув камень в холодную ладонь левой руки. – Именно он. А ты, Ирис, как был идиотом, так им и остался. Неужели до сих пор не понял, что у меня есть планы на все случаи жизни? Ты такой же придурок, как и те, кто забрал серебряные монеты из ларца. Он служил лишь отвлекающим фактором, призванным утолить жадность тех, кто наткнулся на тайник. Настоящее сокровище скрывалось гораздо глубже!

Я усмехнулся и перевёл горящий взгляд на левую руку. Вены на ней слегка запульсировали, а татуировка «клетки» загорелась красноватым огнём. Артефакт начал наливаться сердитым оранжевым свечением.

Душа Ириса стала тяжело и нехотя перемещаться из «клетки» в артефакт. Боль при этом оказалась такой, что я до крови закусил нижнюю губу, лишь бы не закричать.

Ирис же молчать не стал. Он истошно заорал, протянув ко мне руки:

– Нет! Нет! Не хочу! Остановись, брат! Я молю тебя! Не делай этого! Я отдам тебе все свои сокровища! Они в моём тайнике, что в Роковой горе. Там артефакты, золото, оружие… Я поделюсь с тобой знаниями о нашем отце Баале, его привычках. Ты сможешь убить его и без зелья «Кровь Смерти»! Он любит истязать пленников в подвале замка. Я знаю, как туда проникнуть по тайному ходу. Он скрыт за бочками…

Ирис кричал и кричал, выкладывая все больше информации, кою мне никогда не доводилось слышать. И у меня возникла мысль – а может он настоящий? Вдруг это действительно его душа, сохранившая какое-то подобие разума? Может он перешёл на иной план бытия? Сохранил какие-то знания? Не мог же я сам всё это выдумать! Мне банально ничего не известно о Роковой горе и тайном ходе!

– Я буду служить тебе верой и правдой! – продолжал вопить демон, пока его душа медленно-медленно перетекала в артефакт. – С моей помощью ты свернёшь горы! Я могу стать лучшим шпионом, буду проникать туда, куда ты не сможешь! Прошу тебя, брат…

Он мигнул и возник прямо передо мной. Его перекошенное лицо оказалось всего в десятке сантиметров от моего.

А я нахмурился и сипло проронил, лёжа грудью на холодном полу:

– Может, ты и прав… Шпион, артефакты, знания.

– Да, да! Много знаний!

– Хм, – заколебался я. – Ладно, уговорил.

– Ты сделал правильный выбор! – ликующе завопил Ирис, распахнув рот в широкой улыбке.

Он едва не засветился от счастья, весь дрожа, как лист на ветру.

– Ещё бы, – подмигнул я ему и усилием воли «перелил» остатки его души в артефакт.

Демон лишь успел вскричать, поняв, что его обманули в тот миг, когда он уже поверит, что ему оставят жизнь:

– Не-е-ет! Будь ты проклят!

У меня в груди стало тепло от того, что мне даже напоследок удалось накуканить Ириса по самые гланды. Устроить ему дичайшие эмоциональные качели! Он теперь точно навсегда запомнит меня и будет вспоминать в загробном мире!

Вот только сполна насладиться победой я не смог. Сознание покинуло меня.

Глава 25

Не знаю, через сколько времени я очнулся, но, слава богу, никто меня не сожрал.

Вокруг был всё тот же тупик коридора. В ноздри забивался запах свежей земли, а сверху падал голубоватый свет от кристалла, торчащего из потолка.

До ушей же доносился еле слышный визгливый хохот, а на стенах продолжали танцевать тени, похожие на чертей.

– Мать твою… Мать твою… – еле слышно прохрипел я, лёжа пластом на холодном полу.

Всё тело будто одеревенело, не желая двигаться. Даже веки с трудом ползали по глазным яблокам.

Неужто всё? Мою тушку парализовало, и теперь осталось только ждать, когда какая-нибудь тварь припрётся и схарчит меня заживо?

Сердце чуть быстрее заколотилось в груди, а язык облизал пересохшие губы, к которым прилипла пыль.

В висках же яростно застучал пульс, подгоняемый злостью.

Я изо всех сил попытался пошевелить правой рукой… и у меня получилось! Она хоть и нехотя, но согнулась чуть ли не со скрипом. То же самое проделал с левой рукой, и она тоже поддалась!

Вне себя от радости упёрся ладонями в пол и сумел приподняться. Даже принял сидячее положение, только сейчас догадавшись, что за время лежания на полу моё тело настолько пропиталось холодом, идущим от него, что мышцы словно окаменели. Теперь же они с неприятным покалыванием начали приходить в себя.

Я принялся их растирать, чтобы кровь быстрее побежала по организму.

Вскоре тело начало вполне сносно подчиняться мне, отчего я испытал искреннюю радость. Мне снова удалось выскользнуть из холодных лап Смерти! Более того, душа Ириса отправилась в артефакт!

Я поднял его с пола и поднёс к глазам. Нет, я не увидел внутри девяносто девять душ, однако знал, что они там. Значит, очередная вершина взята! Цель моего плана стала ещё ближе.

Теперь надо сварить зелье «Кровь Смерти», но естественно, тут не получится. Следует выбраться из Лабиринта. Как? Черныша звать не хочется. Он и так превратился в маршрутку между миром Зверева и Лабиринтом. Благо мне известно, где находится постоянный проход, ведущий в мир Игнатия Николаевича.

Поднявшись с пола, побрёл прочь.

Ноги двигались нехотя, связки под коленями болели, а в поясницу словно нож воткнули. Но я упорно шёл по залитым сумраком коридорам бывшей темницы.

Из-за ржавых решёток на меня смотрели скелеты, скаля жёлтые зубы и клыки. Некоторые начали подниматься со стуком костей и хвататься костяными пальцами за металлические прутья. В пустых глазницах загорелись красные огоньки, а руки принялись раскачивать решётки. Те заскрежетали и грозились рухнуть. Летали хлопья ржавчины, падая мне под ноги.

А я ускорил шаг, расслышав несущиеся из камер едва уловимые стоны боли и колдовской шёпот, похожий на речитатив культистов, пытающихся разбудить Ктулху.

Один из голосов стал сильнее, прорезались слова:

– Голод… есть… набить брюхо. Хочу сожрать твои… ноги.

Кажется, говорил крупный скелет, щёлкающий зубами за прутьями решётки.

– Решительно возражаю. Ноги мне самому нужны. Пересмотри свои членовредительские желания. Лучше стань вегетарианцем, – посоветовал я ему, идя по узкому проходу между камерами.

– Голодно… больно…

– Больно? Гастрит, наверное, – усмехнулся я и краем глаза заметил, как хитрый скелет резко просунул руку через решётку, жаждая схватить меня.

Я едва успел развернуть плечи, избежав крепких костяных пальцев. Те сжались буквально в паре сантиметров от моей кожи.

Скелет разочарованно щёлкнул зубами. Но с другой стороны коридора его соплеменник тоже решил попытать счастья – прижался к решётке и просунул руку между прутьями. Однако я уже был настороже, так что он схватил лишь воздух.

К сожалению, дурной пример оказался заразителен…

Остальные скелеты тоже стали пытаться схватить меня, вытягивая руки и приникая к решёткам. Последние надсадно скрипели, а с потолка над ними летела пыль.

Эдак недолго и до какого-то обрушения! Или же десяток-другой скелетов может вырваться на свободу!

Мои потрёпанные нервы натянулись, а сам я припустил по коридору, уклоняясь от тянущихся ко мне рук.

Сумрак же, казалось, вибрировал от желания скелетов насладиться вкусом моей плоти. Твари стучали зубами и щёлкали пальцами.

Вдруг позади меня раздался душераздирающий скрежет и грохот. Одна из решёток пала-таки под натиском аж пятерых скелетов, оказавшихся в одном узилище. Они вырвались из него в клубах пыли и проворно ринулись за мной.

– Мать вашу! – выхаркнул я, заметно ускорившись.

Ветер засвистел в ушах, а во рту всё пересохло.

Ежели догонят, то разорвут на части, как бешеные собаки! И даже «Вампир» не поможет. Он же пьёт души, а у скелетов их нет! Они просто голые костяки, скреплённые не пойми какой силой. И ею же, видимо, оживлённые, чтобы творить злодеяния и кровавые пиршества.

И что-то мне подсказывало, что эта злая сила до сих пор живёт в бывшей тюрьме, иначе как объяснить, что ещё три решётки упали на пол, взметнув облака пыли, и в коридор повалили очередные скелеты⁈

Теперь за мной мчался целый отряд, полыхая в сумраке красным огнём в пустых глазницах. А у меня уже грудь вздымалась так, словно вот-вот лопнет, расплескавшись красной жижей и осколками рёбер. Уж слишком много приключений выпало на долю немолодого ведьмака!

К счастью, впереди забрезжил свет в конце тоннеля – жёлтый, яркий, будто там лежала полуденная пустыня.

Всё внутри меня воспылало надеждой на благополучный исход. Даже ноги помчались быстрее. Дело-то налаживается!

Но тут же жизнь ударила меня пальцем по носу…

Впереди грохнулась на пол решётка и взметнулась вековая пыль, а из камеры высыпалась троица скелетов. Один оказался тонкокостным и мелким, второй наоборот – крупным, массивным, а третий был каким-то переломанным и скособоченным, будто прошёл сотню битв.

Я их сразу окрестил Трусом, Балбесом и Бывалым. Они, конечно, не взялись за руки, перегораживая мне путь, но весьма бодро ринулись на меня по узкому, в пару метров шириной, коридору.

И ведь мимо них не проскользнуть! Через решётки тянулись руки других скелетов, ещё не выбравшихся из своих узилищ. Ежели к ним приблизиться, то схватят так, что хрен отпустят! Придётся пойти на риск…

Троица уже была в паре метров от меня. И я прямо на бегу швырнул кинжал в бегущего посередине скелета. «Вампир» с костяным хрустом вошёл ему в лоб по самую рукоять. Кончик клинка вышел из затылка. А сам скелет завалился на спину, но не подох. Однако я всё равно оттолкнулся ногами от пола и попытался перепрыгнуть его.

Руки его соплеменников взметнулись, стараясь ухватить мою тушку, летящую между ними. Холодные костяные пальцы левого монстра скользнули по моему плечу, оставляя на нём ссадины. Правый же умудрился цапнуть остатки рукава рубашки. Ткань порвалась. И в руке монстра остался приличный клок, уже давно пропитавшийся потом и кровью.

Скелет жадно сунул его в рот и принялся жевать, но материал выпал из пустого черепа, упав рядом с дрыгающейся ногой третьего монстра, лежащего на спине. Он вытянул руки, пытаясь ухватить пролетающие над ним босые ноги. И у него получилось! Пальцы вцепились в мою грязную пятку, из-за чего я пусть и перелетел гада, но упал на пол и пару раз перекатился.

Боль вспыхнула в плече и пятке, где до сих пор горели огнём те места, за которые ранее хватались пальцы скелета, не сумевшего удержать мою ногу. Зато сейчас он резко перевернулся на грудь и снова потянулся к моей ноге. А два его товарища ринулись ко мне. И за их спинами маячили уже полтора десятка других скелетов.

– Хренушки! – выпалил я, отдёрнул ногу от пальцев монстра, вскочил и помчался к свету.

Лабиринт, локация «Мёртвые пески»

Клубящиеся под потолком чудовищно огромной пещеры облака испускали жаркий жёлтый свет. Тот буквально жаждал испепелить всё живое, сплавить в единое целое целый океан песка, раскинувшийся волнами до самой стены пещеры.

Неподалёку от стены доживали свой век седые от древности руины, когда-то бывшие небольшой башней. Сейчас за её невысокими стенами прятались двое…

– Нам конец, нам конец! – истерично провыла юная блондинка лет двадцати, уткнувшись в колени.

Она прижалась спиной к горячим булыжникам стены, сидя на песке, а подле неё лежал труп мужчины с благородными чертами и короткими седыми волосами. Его песочного цвета камуфляжный костюм пропитался кровью, а из груди торчала грубо сделанная гоблинская стрела. Ровно такая же свистнула мимо смуглокожего юного брюнета, выглянувшего из-за стены.

– Иван, не рискуй! – лихорадочно бросила ему блондинка.

Её миловидное лицо украшали дорожки слёз, пролегающие по грязным щекам. Большие голубые глаза нервно блестели, губы дрожали.

– Если не рисковать, не выберемся отсюда, – процедил брюнет, поведя мускулистыми плечами, скрытыми такой же, как у трупа, песочного цвета камуфляжной курткой.

На девице красовалась ровно такая же одежда, а на поясе висели пистолеты, фляжка с водой и поясная сумка, где уже не осталось зелий.

Парень тоже был пуст. Лишь в магазине «калашникова» осталось ровно двадцать патронов. Выносливость же они оба потратили, отбиваясь от внезапно напавших гоблинов. Сейчас монстры прятались за барханами, окружив руины.

– Почему? Почему⁈ – запричитала блондинка, бросив сердитый взгляд в небо. – Это же локация третьего ранга! Откуда здесь столько чудовищ⁈ Наставник сказал, что тут безопасно, а теперь он мёртв, и мы скоро присоединимся к нему!

– В Лабиринте никогда не бывает безопасно, – процедил Иван, прижав приклад к плечу.

Раздался выстрел, и следом прозвучал досадливый вздох парня.

– Промахнулся? – разочарованно спросила девица, не сумев скрыть презрительного взгляда. – Надо было лучше тренироваться, а не гулять с девками по кабакам.

– Почти попал, – огрызнулся тот. – Гоблин просто слишком вёртким оказался, подлец. Нет, так нам их не перестрелять. Нужна… нужна приманка.

Он украдкой бросил задумчивый взгляд на блондинку. А та вдруг молитвенно сложила руки возле вздымающейся крепенькой груди и жарко затараторила, встав на колени:

– Господи, прошу тебя, помоги! Будь снисходителен! Я никогда больше не буду врать папеньке, стану хорошей дочерью, буду подавать нищим и ухаживать за больными. Только не дай мне умереть! Прошу! Взываю к тебе, Отец Небесный! Не для того же ты меня создал, чтобы мою плоть пожрали какие-то гребанные монстры⁈

Её голос сорвался на пронзительный крик, а из глаз снова брызнули слёзы, похожие на драгоценные камни.

– Никто тебе не поможет. Бог забыл о нас! – зло сплюнул брюнет и глянул поверх остатков стены башенки. – А это ещё кто?

Его глаза прищурились, а дыхание замерло в груди.

Блондинка перестала шептать, судорожно встала на ноги и тоже посмотрела туда, куда глядел парень. А там из прохода в стене пещеры выбежал… какой-то зомби. Грязный, с короткими светлыми волосами и в рванье. Он прикрыл глаза рукой, будто его ослепил свет, а потом помчался в эту сторону. За ним из прохода вырвались десятки скелетов.

– Мать твою, Мария! – яростно прошипел Иван, бросив на девушку гневный взор. – Ты сделала только хуже. На твою молитву ответил сам Сатана, натравив на нас ещё кучу монстров! Мертвеца во главе скелетов!

Блондинка пугливо поёжилась, а затем удивлённо проговорила, навострив уши:

– Так это не мертвец! Слышишь, как матерится? Причём на русском языке. Даже папенька так не умеет, а уж он-то всякое говаривал, особенно когда застал маменьку в постели с бароном.

– И вправду… – изумлённо сглотнул парень.

Лабиринт

Песок жёг босые ступни почти как поверхность раскалённой сковороды, заставляя меня материть его на чём свет стоит. Я даже выдумал пару новых проклятий и сквернословий.

Нужно срочно обмотать ноги хотя бы остатками одежды. Но кто мне даст на это время⁈

Хреновы скелеты весёлой толпой мчались за мной, хрустя костями. Им-то песок нипочём! Зараза, они ведь не отстанут. И у них есть все шансы догнать меня.

Я бросил в их сторону злой взгляд, а затем устремил взор к руинам башенки. Мимо неё лежал путь к проходу, ведущему в мир Зверева. Однако руины оказались окружены гоблинами. Они радостно улюлюкали и завывали, явно предвкушая, как сожрут тех, кто прятался в остатках башенки.

Узрев гоблинов, я едва захлопал в ладоши от радости! Повезло так повезло! Появился шанс избавиться от хвоста из скелетов. Да, хотя они тупые как пробки, но всё же могут понять, что один худосочный дедушка явно уступает в привлекательности целой толпе гоблинов, которые к тому же бегают не так быстро, как я.

– За мной, братва! – махнул я рукой скелетам и рванул ещё быстрее.

Гоблины стали оборачиваться, услышав постукивание костей. Их бравые вопли сразу стихли, сменившись страхом. Теперь они имели все шансы из охотников стать дичью. Скелетам плевать, кого жрать: гоблинов, людей, почти святых дедушек или иных живых существ.

Гоблины понимали это не хуже меня, а также осознавали, что битва с костяными монстрами не несёт им никакой прибыли, так что они шустро рванули прочь, огибая руины с левой стороны и двигаясь на северо-запад пустыни.

А я рванул на северо-восток, решив обогнуть руины справа, чтобы не пересечься с гоблинами.

К моей вящей радости, скелеты по большей части переориентировались на гоблинов и ломанулись за ними. А за мной побежали лишь четыре особо тупых скелета, которые даже среди своих наверняка считались кончеными имбецилами.

Впрочем, они явно повеселели, увидев, как из руин башни выскочили брюнет лет двадцати и заплаканная блондинка. Они рванули по песку параллельно моему курсу буквально в пяти-шести метрах слева. И оба косились на меня так, словно увидели демона, вырвавшегося из преисподней.

Я подмигнул им и прохрипел на бегу:

– Добрейшего утра, молодые люди! Тоже вышли на пробежку? А почему бы и нет, да? Погоды-то нынче какие стоят прелестные, да? Только вы бегите побыстрее, а то группа вон тех бегунов, кажется, не завтракала.

– Кто ты такой⁈ – взбудораженно выпалил парень, придерживая автомат, висящий на плече.

Казалось, он в любой момент может сорвать огнестрел и нажать на спусковой крючок. Одновременно с этим его глаза подозрительно шарили по моему телу.

Девчонка же с явной благодарностью во взгляде ошарашенно смотрела на меня и порой мрачно косилась на своего спутника, словно тот чем-то обидел её.

А он требовательно выпалил, приблизившись ко мне:

– Отвечай!

– Побольше уважения, я спас вас.

– Пфф! – фыркнул тот, высокомерно задрав нос. – Нам не нужна была помощью! Я всё контролировал!

– Иван, не мели чушь! – яростно бросила блондинка, чьи светлые волосы развевались во время стремительного бега. – Мы были на краю гибели! Этот мужчина и вправду спас нас!

– Ничего подобного! – выпалил брюнет, рассерженно раздувая крылья носа.

Он бросил на девушку испепеляющий взор, а та ответила не менее жёстким взглядом.

Да, между ними точно пробежала кошка размером с эго Владлены Велимировны.

– Ладно, ладно, не ссорьтесь! – прохрипел я и сплюнул песок, попавший в рот. – Потом выясните свои отношения, когда всё будет располагать к этому: под рукой окажутся колюще-режущие предметы, а свидетелей не будет.

– За кого ты нас принимаешь⁈ – прорычал парень. – Мы аристократы и умеем вести себя достойно. А вот ты кто такой, мы так и не узнали!

– Такой же человек, как и вы. Просто из-за служебного долга оказался в Лабиринте.

– А почему на вас браслеты от кандалов, как на каком-то беглом каторжнике⁈

– Нынче так модно, – усмехнулся я и следом добавил: – На самом деле это результат моих приключений, но рассказывать о них не буду, поскольку сейчас не та ситуация. Да и времени они займут столько, что проще написать двенадцать томов.

– Как твоё имя⁈ Откуда ты? Как попал в Лабиринт? Кто пропустил тебя в него? Ты маг или нет⁈ – не унимался брюнет, вместе с девчонкой приблизившись ко мне настолько, что мы побежали чуть ли не бок о бок.

Скелеты же продолжали преследовать нас, а от моих ног уже отчётливо пахло жареным героем.

– Да уймись ты! – рыкнул я на парня. – Жужжишь как назойливая муха.

Блондинка злорадно хохотнула, а брюнет нехорошо прищурился, вскинул автомат и выстрелил.

Глава 26

Пули с треском вылетели из дула автомата в сторону преследующих нас скелетов. Часть прошла мимо, а кое-какие попали в монстров. Раздался хруст костей.

Все твари упали, поскольку брюнет стрелял по ногам, словно не надеялся попасть в головы. Однако и так скелеты теперь нам были совсем не страшны.

Да, они поползли за нами по раскалённому песку, щёлкая зубами. Но быстрее черепаха догонит Ахиллеса, чем покалеченные скелеты нас.

Иван бросил на них довольный взгляд, а затем на бегу процедил, угрожающе зыркнув на меня:

– Не смей так разговаривать со мной, смерд!

– Да у тебя совсем с головой плохо. Ты сын императора, что ли? – насмешливо выдал я, пытаясь отрешиться от боли, снедающей подгорающие пятки.

– Я сын барона Рассказова! – гордо вскинул он подбородок. – Нам принадлежит половина Светлолесенска!

– Светлолесенск? В нём эльфы живут, что ли? – хрипло хохотнул я и сплюнул песок, попавший в горло.

Младший Рассказов стиснул крупные лошадиные зубы так, словно хотел перекусить удила. Он, кстати, лицом действительно напоминал коня.

– Зря, ох зря ты не выказываешь мне должного уважения, – опасно блеснул он глазами.

– Иван, перестань! – сердито бросила ему блондинка, устало перешедшая с бега на быстрый шаг. – Ты ведёшь себя как какой-то неотёсанный мужлан, провинциальный дворянчик, думающий, что он пуп земли.

– Молчи! – рыкнул на неё брюнет, тоже пойдя по пустыне энергичным шагом. – Я защищаю свою честь!

– Надо было защищать её от гоблинов, едва не сожравших нас, а не от этого человека, – благодарно посмотрела она на меня. – Приношу вам искреннюю благодарность от своего лица и лица моего… жениха.

Последнее слово она едва ли не выплюнула, мрачно глянув на брюнета.

А тот процедил, хмуря брови:

– Мы бы и сами справились.

– Не за что, – улыбнулся я, пробежавшись пристальным взглядом по барханам.

Среди них виднелся остов древнего корабля. Паруса давно изорваны, в борту зиял пролом в человеческий рост, а часть передней обшивки пропала, обнажив шпангоуты – изогнутые балки, похожие на человеческие рёбра.

– Так кто ты такой⁈ – рявкну брюнет, вызывающий у меня жуткое желание свернуть его шею. Но нельзя, нельзя… И кодекс ведьмаков не велит, да и ситуация не располагает.

– Боже! – вдруг ахнула блондинка, округлив глаза, лихорадочно сверкающие на осунувшемся лице. – Да это же… Игнатий Николаевич Зверев!

– Ага, как же, – саркастично ухмыльнулся Иван, пробежавшись по мне презрительным взглядом. – А я тогда Железный Пётр. Тебе голову напекло, Мария. Зверев старик, а этому едва за пятьдесят перевалило.

– Это точно Зверев! Я видела его фотографии и видео с ним в интернете! – убеждённо протараторила девчонка и вдруг подскочила ко мне, схватив за руку. – Я ваша большая фанатка, сударь Зверев! Что же вы молчите⁈

– Да не Зверев он никакой, – фыркнул Рассказов, но уже не так уверенно.

Его взор стал острым, а между бровями пролегла напряжённая складка. Теперь он тщательнее вглядывался в моё лицо и, кажется, тоже начал узнавать мой благородный лик.

Паренёк тревожно облизал губы, а в его глазах забрезжила толика страха. Он ведь весьма нелестно отзывался обо мне с самого начала нашего вынужденного знакомства и теперь опасался, что ему придётся унижаться, рассыпаясь в извинениях, а для такого провинциального королька, первого парня на деревне, подобный процесс хуже всего, как серпом по яйцам.

Впрочем, Иван всё же не особо верил, что перед ним Зверев.

И вот что мне делать? Раскрыть своё инкогнито? В таком случае мало у кого повернётся язык хоть о чём-то расспрашивать самого Зверева, а ведь мне нужно выйти из прохода, а потом и из башенки. В роли Зверева, наверное, всё будет гораздо проще. А вот непонятно кого хрен выпустят, будут допрашивать.

Правда, Зверева ищут по всей империи, но тишком, без широкой огласки, так что есть шанс, что до служивых из башенки приказ не добрался. Насколько я знаю, проход меня выведет в тот самый Светлолесенск, а он у чёрта на рогах.

– Не молчите, скажите, кто вы, – чуть ли не умоляюще прошептала девушка, жалобно заглядывая мне в глаза.

– Я и вправду Зверев, но никому ни слова об этом. Мне пришлось выполнять тайную миссию в Лабиринте ради блага всей империи, – отчеканил я, закаменев лицом, дабы показать всю серьёзность своих слов.

– У-и-и! – запищала от восторга блондинка, прижав руки к бурно вздымающейся груди.

Наверное, я был самым известным человеком в её жизни, ежели она не покидала свой провинциальный городок. Да и не просто человеком, а человеком из телика и интернета! Героем!

Мне понятен её почти детский восторг, как понятна и гримаса ужаса, исказившая лицо Рассказова, будто он увидел дьявола, пришедшего за его душонкой.

Паренёк теперь точно поверил, что перед ним Зверев. Видимо, он и вправду видел мои фото, пусть и устаревшие, но черты лица распознал, а также только сейчас смекнул, что обычный маг не будет бегать по Лабиринту в остатках кандалов на руках и с толпой скелетов на хвосте.

Опять же смею утверждать, что моя харизма и поведение намекали ему, что вот этот прекрасноликий и босоногий мужчина – кто-то очень важный, раз смеет так разговаривать с сыном барона.

Иван стал болезненно хмуриться, картинно потирать лоб. Его ноги начали заплетаться, как у больного.

– М-м-м, – жалобно промычал он. – Что-то мне дурно стало. Кажется, это мне голову напекло, Мария, ещё там, в руинах башни. Прямо помутнение какое-то…

Блондинка с кривой, презрительной улыбкой глянула на него, мигом раскусив глупейший план парня.

А тот продолжил представление:

– Вы уж простите меня, сударь Зверев, – промычал он, не поднимая головы. – Лабиринт помутил моё сознание, заставил вести себя непочтительно. И благодарю вас за наше с Марией спасение. Надеюсь, вы найдёте в себе силы простить меня.

В нём не осталось ничего от былого высокомерия. Плечи опустились, спина сгорбилась, а когда он поднял голову, на губах играла виноватая улыбка. Правда, в глазах… в них таилась злость, густо замешенная на страхе.

Да, будь его воля, хрен бы он извинился, а ещё бы с удовольствием вылил ушат говна на мою голову. Но страх заставлял его канючить и лебезить, краснея от стыда. На него ведь ещё и невеста смотрит.

К счастью для него, я был человеком во всех отношениях прекрасным, так что холодно проговорил, не желая тратить силы и время на наказание этого придурка, коего наверняка больше никогда не увижу в своей жизни:

– Твои извинения приняты, но впредь веди себя достойно, чтобы мне не пришлось возвращаться в Светлолесенск…

– Да, да, конечно. Даю слово. Вы так добры, сударь, – затараторил он, уловив угрозу в моём голосе.

– Я прослежу за этим, – тут же вклинилась блондинка, хитро прищурившись. – Ежели вы оставите мне номер вашего телефона, Игнатий Николаевич, то я всегда смогу позвонить вам, ежели Иван нарушит своё слово.

Тот кисло глянул на неё. А я решил подыграть девице, потому и кивнул, после чего чуть ли не рысью проскочил через пролом в тёмный трюм корабля. Там хоть и лежал песок, но он был не таким горячим. Мои ноги едва не взвыли от облегчения.

Глаза же сперва ничего не могли разобрать в полумраке, а потом привыкли и начали распознавать различные детали. Даже удалось разглядеть накарябанную ножом надпись «Тут был маг Василий». Правда, на неё частично падал свет, проникающий внутрь через пролом, возле которого стояли Мария и Иван.

Мы дружно двинулись вглубь трюма, шурша песком и древесной трухой. Сквозь щели внутрь проникали узкие, как лезвие кинжала, лучи жёлтого света, полосующие полумрак, скрывающий проход, таящийся в самой дальней части кормы.

До цели оставалось ещё метров десять, когда температура внезапно начала падать. Изо рта вылетело облачко пара, а по коже побежали мурашки. Свет будто бы померк, став мёртвым и холодным. Полумрак налился густотой, зашевелился, как живое аморфное существо.

– Что… что происходит? – прошептала перепуганная блондинка, прижавшись ко мне плечом.

Её зубы стучали, а в руке появился кинжал. Его лезвие быстро покрылось изморозью.

– Тихо, – прошипел я, замерев, как столб. – Ни звука. Где-то рядом чудовище десятого ранга.

– Откуда такой сильный монстр в этой локации? – изумлённо прохрипел Иван, дрожащими пальцами сжимая автомат.

Я промолчал, не став объяснять, что в настоящее время Лабиринт сходит с ума. Все локации, имеющие проходы в мир Зверева, начинают мутировать, поскольку грядёт столетие Лабиринта.

Благо парень сообразил, что больше не стоит меня расспрашивать, и замолчал.

Теперь лишь наше едва слышное сиплое дыхание разносилось внутри корабля.

Впрочем, через миг из-за холода стали потрескивать доски, быстро покрывающиеся морозными узорами. Страх начал забираться под кожу, играя на нервах костлявыми пальцами.

Блондинка стала тихонько поскуливать от ужаса, вцепившись в моё левое предплечье. Наманикюренные ногти больно впивались в мою кожу.

– Расслабься, отрешись от страха. Он не твой, его тебе посылает монстр. Главное, не беги – и тогда он не учует нас, – прошептал я ей в ухо и покосился в сторону прохода из Лабиринта.

Он где-то там, в полумраке трюма. До него около десятка метров. Бегом – всего несколько секунд. Но чудовищу их может вполне хватить, дабы почуять наши движения, поймать нас и убить.

Десятый ранг – это серьёзно. Даже «Вампир» не справится. Тем более я знаю, что за монстр летает рядом с кораблём, просто не хочу говорить людям, чтобы не пугать их, ведь считается, что с ним нельзя справиться. Даже ведьмаки предпочитали не сражаться с таким, а драпать от него. Лучше подождать, так больше шансов выжить.

– Нам… конец. Он найдёт нас, – простонал Иван, кусая губы.

Он трясся как осиновый лист, лихорадочно водя автоматом во все стороны. Его палец дрожал на спусковом крючке, а дыхание участилось.

– Успокойся. Медленно положи оружие и закрой глаза, – вкрадчиво прошептал я и потянул руку к его «калашу».

Тот шумно задышал раскрытым ртом, резко шагнул в сторону и с диким воплем выпустил очередь в обшивку корабля. Свинец пробил в ней несколько отверстий, а звуки выстрелов разорвали нутро трюма, заметавшись по нему.

– Бежим! – крикнул я и рванул к проходу, потащив за собой блондинку.

Мы пулей промчались несколько метров, разглядев выход из Лабиринта. Он дрожал в полумраке, как жаркое марево над раскалённым песком. И вдруг прямо перед ним из воздуха соткался серый человеческий силуэт – вытянутый, плоский, туманный, с узкими плечами, овальной головой и длинными руками до самого пола. На месте рта и глаз чернели точки, а волна холода и страха, внушаемого им, заставили Марию буквально оцепенеть. Она раскрывала рот, как выброшенная на берег рыба.

Зато хренов Иван перепугано пропищал за нашими спинами, сорвавшись на фальцет:

– Призрак… матерь Божья… призрак. Мы все умрём… от него нет защиты. Разве что… соль! Зверев, у вас есть соль⁈

– Думаешь, он по-соседски заглянул за солью? – саркастично процедил я и следом добавил: – Всё это ложь, что призраки боятся соли. Да и где нам её взять? Выпарить из твоих слёз, герой?

Рассказов замычал, закусив нижнюю губу. Все его существо жаждало в ужасе рвануть прочь, но сила призрака сделала его ноги ватными.

Резко запахло мочой. Кажется, он обдулся, глядя на монстра. А тот даже мне внушал ужас, пробирался в голову, подавляя волю к сопротивлению. Всё тело одеревенело, отказавшись подчиняться.