Текст книги "Локи 4 Потомок бога (СИ)"

Автор книги: Евгений Решетов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

– М-да, битва со жрецом выдалась кровавой. Он оказался оборотнем. Настоящим, а не в погонах, – сказал я, проскользнув мимо девушек. – Вы тут не все пиво выпили и не все чипсы съели? А то я страшно проголодался. «Регенерации» пришлось потрудиться на славу.

– Расскажи, как ты убил его, – попросила графиня Белова, уже успевшая где-то начисто отмыть не только руки и лицо, но и волосы.

А вот остальные девушки сейчас были не в своей лучшей форме.

– Наверное, стоит повременить с рассказами. Мы должны помочь зачистить город, – проговорила баронесса и в поисках поддержки посмотрела на Ежову с Плаксой. Те кивнули.

– Да, пойдёмте, – нехотя согласилась Белова, стрельнув на меня взглядом.

Я не стал их отговаривать, а занялся пивом, чипсами и прочими снеками, набивая голодный желудок.

Дворянки ушли, оставив меня одного. А я задумался о своём незавидном положении, потягивая всё ещё холодное пиво. Если смотреть глобально, то у меня теперь только один источник проблем, а именно – боги. Сюда я включил и Одина, и славянских богов, и Безумного бога, и пророчество, и мою сделку с Семарглом. Всё это части одной истории.

А вот среди людей или почти людей у меня после смерти братьев Долматовых врагов не осталось.

О-о-о! Кстати, а ведь слова богини Марены сбылись! Она же в кают-компании судна «Дух водяного» сказала, что на одном из моих спутников лежит печать скорой смерти. Мол, он умрёт от моей руки. Вот капитан Морозов и погиб. Да, не в прямым смысле от моей руки, но именно я приказал Апофису убить его. Так что всё сходится. Капитан ведь и в кают-компании был. Значит, всё-таки речь шла не о Дагре.

– Хренового тебе посмертия капитан Морозов, – поднял я бутылку с пивом и осушил её до дна.

Итак, что дальше? Ну, надо ждать совета. А до этого момента я в относительной безопасности. Вряд ли Один решит ударить раньше, чем получит официальный ответ от славянских богов. Или он проявит хитрость и ударит? Пожри меня Хель, есть о чём подумать!

Я и начал размышлять над этим, попутно ища место, чтобы где-нибудь вздремнуть хотя бы часок. А то моё смертное тело уже порядком охренело от всех этих приключений.

Такой уголок обнаружился. Им оказалась кладовка с обшарпанным диваном и крепкой металлической дверью. Я запер её изнутри и завалился на диван, попутно приказав Громову бдеть. Нет, я, конечно, и сам проснусь, если в дверь кто-то будет ломиться, но всё же стоит подстраховаться.

«Хорошо», – раздался в голове высокий тенор Громова-младшего.

– А ты делаешь успехи. Уже успел освоить мыслеречь, – похвалил я его, закрыв глаза.

«Пока тяжело, но я буду стараться», – заверил он меня.

Часть XII . Боги

Глава 9

Вечерело. Пламя заката накрыло город, освобождённый от зверей Хаос. Нет, наверное, какие-то существа попрятались по подвалам, но их скоро выкурят и оттуда.

Я тоже поучаствовал в истреблении тварей, после того как выспался в баре. А сейчас мой зад вольготно устроился на одной из кованых скамеечек, расположенных на территории академии.

Конечно, учебное заведение порядком пострадало. Некоторые корпуса носили следы пожаров, вызванных молниями. Окна оказались побиты, а двери валялись на земле.

– Когда я вернулся в академию, не прошло и часа, как звери снова атаковали здание, – проговорил Румянцев, восседая рядом со мной. На его лбу поблёскивал пот, а взгляд скользил по кадетам, стаскивающим трупы зверей в одну большую кучу. – Но мы отбились. Причём без потерь. В основном благодаря тому, что к нам присоединились ещё кое-какие местные жители, маги и преподаватели с тренерами. Да и ректор подоспел. Потом и барон Лисов вернулся, приведя каких-то горожан. Крепко мы дали по зубам тварям.

– Каким тварям? Горожанам?

– Вокруг кровь и смерть, а ты шутишь, – укоризненно сказал парень.

– Слушай, у меня для тебя есть идеальная невеста. Мария Ежова. Вы друг другу подходите. Она тоже серьёзна до безобразия.

– У меня уже есть невеста, – отрезал он, намекая на свою хохотушку-толстушку. – Расскажи лучше, что с капитаном Морозовым приключилось и как ты одолел жрецов? А то слухов полно ходит. Одни фантастичнее других. Кто-то даже уверял, что в тебя Перун вселился и защитил город.

– Обидно будет, если именно эта версия станет самой популярной. Получится, что опять всю грязную работу сделал один, то бишь я, а славу получит Перун, который палец о палец не ударил.

– Так расскажи, как всё было на самом деле. Только побыстрее, а то мне людям помогать надо, – бросил он взгляд на кадетов, похожих на трудолюбивых муравьёв.

Тяжело вздохнув, я рассказал парню свою версию событий, только немного покривив душой. Но про бой с оборотнем мне вообще врать не пришлось. Я там не сделал ничего такого, что следовало бы скрывать.

Здоровяка восхитила моя изобретательность и стойкость. Но больше всего его потрясло предательство капитана Морозова.

– Эх, а такой был мужик! Я ведь искренне уважал его, – покачал лысой головой Доброслав. – Никогда бы не подумал, что он хаосит.

– Да, такое сплошь и рядом бывает с глубоко законспирированными саботажниками и диверсантами, – иронично проговорил я, заметив великолепную четвёрку: баронессу Огневу, графиню Белову, Плаксу и Марию Ежову.

Девицы вышли из-за главного корпуса, устало переставляя ноги. Лица бледные, даже у мулатки Огневой. Видать, они хорошо потрудились, убивая зверей Хаоса.

Девушки вяло помахали мне и скрылись в побитом Хаосом женском общежитии.

– Наверное, теперь тебя снова по телевизору показывать будут, – без зависти проговорил здоровяк и встал с облегчённо вздохнувшей скамьи.

– Всяко может быть, – безразлично пожал я плечами, покосившись на включившийся уличный фонарь.

Он каким-то чудом пережил все потрясения. Правда, изрядно гудел и порой моргал.

Румянцев похлопал меня по плечу и удалился.

Я тоже встал и неторопливой походкой двинулся в сторону общежития «элиты». Надо бы проверить, что там с моей комнатой и артефактами.

Снаружи общежитие выглядело прилично, внутри же все стены оказались исцарапаны, словно тут гигантские кошки когти точили, да ещё и на ковровые дорожки наложили вонючие кучи. Ну и даже часть дверей оказалась выломана.

– М-да, – безрадостно протянул я, переступая через очередную разбитую фарфоровую вазу с цветами. Прежде она стояла на подоконнике.

– Громов? – вдруг раздался надтреснутый голос из комнаты и следом высунулась лысая голова Евграфа Петровича Чернова.

Его морщинистое лицо совсем осунулось, а глаза ещё больше запали.

– Громов, – подтвердил я, глядя на старика. – Неприятно изумлены тем, что я выжил?

Тот смущённо отвёл взгляд, кашлянул в кулак и выдавил:

– Знаешь, я был неправ на твой счёт. Признаться, у меня возникла к тебе некая антипатия, но, поразмыслив, я пришёл к мнению, что ты весьма достойный представитель дворянства.

– Надо почаще спасать город. Тогда, возможно, вы назовёте меня выдающимся представителем дворянства, – усмехнулся я и продолжил свой путь.

Без проблем добрался до своего жилища и увидел разгромленную комнату: шкаф повален, кровать изодрана, а вся одежда оказалась разбросана по полу, «украшенному» многочисленными звериными следами и потёками грязи.

Но все артефакты оказались на месте. Я собрал их и сунул в поясную сумку. Снял с себя прокусанные и побитые в боях кожаные доспехи, после чего принял душ, с наслаждением смыв пот, кровь и грязь.

Благо в комнате мне удалось найти более-менее уцелевшую одежду. Я напялил её на себя и услышал торопливые шаги в коридоре. Выглянул и увидел самого ректора в обществе какого-то седовласого мужчины в строгом сером костюме. Бедолага ректор чуть не плакал, глядя на все разрушения.

– Столько лет, столько лет трудов – и всё Хаосу под хвост, – тяжело вздыхал он. – Это ж сколько времени понадобится на восстановление? А денег? Сколько нужно будет денег? И кто мне их даст? Государство? Аркадий Иванович, государство в полном объёме покроет ущерб, нанесённый моей академии?

– Игнат Порфирьевич, ваше сиятельство, голубчик, вы же знаете, что я тут по другой причине. Не в моей компетенции отвечать на такие вопросы. У меня иная сфера деятельности, – ответил седовласый, хмуря брови.

– Но, может, вы там замолвите словечко за академию? Сами же видите, во что её превратили хаоситы, – умоляюще проговорил граф Багряный.

– Замолвлю, обязательно замолвлю, – покивал Аркадий Иванович и заметил меня, выглядывающего из комнаты. – Кадет Громов? Вы-то мне и нужны.

– Зачем? – вскинул я бровь.

– Александр, герой ты мой! – застрекотал ректор, одарив меня доброй улыбкой. – Аркадий Иванович прибыл, дабы уточнить некоторые детали твоей битвы со жрецами и предателем капитаном Морозовым. Эх, как же я не рассмотрел в нём двуличную хаоситскую жабу? Моя вина, признаю. Но с другой стороны, все мы не рассмотрели в нём предателя.

– Верно, – поддакнул я, глядя на Багряного, далеко опередившего седовласого, оставшегося за его спиной.

– Александр, Саша, – настойчиво прошептал граф, чтобы не услышал другой смертный, – настоятельно тебя прошу побольше упоминай, что именно учёба в академии позволила тебе спасти город. А ещё упоминай, что твоё любимое учебное заведение теперь разрушено чуть ли не до основания. Мол, если его не восстановить, то случится катастрофа имперского масштаба.

– Понял, – улыбнулся я краем рта.

– Я на тебя надеюсь.

– Ваше сиятельство, вы бы не могли нас оставить наедине? – попросил графа Аркадий Иванович.

– Конечно, конечно, уже ухожу, – выставил ладони Багряный и пошёл прочь, осматривая разгромленный коридор и громко вздыхая.

– Итак, кадет Громов, постарайтесь рассказать мне всё, что случилось с вами, начиная с самого начала атаки Хаоса.

Я почесал висок и поведал внимательно слушающему меня мужчине о своих приключениях, убрав скользкие моменты, чтоб не выдать того, что внутри Громова сидит далеко не простой смертный.

Всё же Аркадий Иванович испытывающе посмотрел на меня и проговорил как следователь на допросе:

– Кажется, вы во всех своих боях потратили очень много маны. Откуда у вас такой запас магической энергии?

– Её у меня столько же, сколько у других магов-гениев. Просто я трачу её разумно. К примеру, где-то в целях экономии маны я использовал подручные средства, как в битве с оборотнем и вампиром, а где-то избегал прямых боестолкновений.

– А чем вы объясните то, что именно вы стали автором множества догадок, которые потом оказались чистейшей правдой? – подозрительно сощурил глаза седовласый.

– Мой дед долгие годы был охотником на монстров. Он прекрасно знает Пустошь и повадки Хаоса. Вот он меня кое-чему и обучил. А ещё я неплохо узнал Хаос по лекциям в академии. Да и не чурался книг, посвящённых богам Хаоса. Мне же надо знать с кем я сражаюсь.

Смертный пожевал бесцветные губы и задал следующий вопрос:

– Мои коллеги уже осмотрели храм Перуна и выяснили, что капитан Морозов был убит с помощью яда, а вы не владеете подобным атрибутом. Кто убил капитана?

– Какой-то хаосит. Вот он как раз владел ядом магического происхождения. И он так жаждал угостить им меня, что попался на мой простенький трюк. Я встал между капитаном и этим ядовитым хаоситом. Вот он и швырнул в меня свою магию, а я просто телепортировался в сторону, подставив под удар Морозова, – подробно поведал я легенду, согласованную с баронессой Огневой. Она и другим кадетам рассказала её.

– Хм, – хмыкнул Аркадий Иванович. – Вы хотели просто-напросто убить капитана? Вам не пришло в голову взять его живьём? Он же был сосредоточением важной информации, которая могла помочь нам вычислить других агентов Хаоса.

– Признаться, я не думал, что яд убьёт его, – покривил я душой, лишь бы избавиться от назойливого смертного.

– Не думали, что яд убьёт его? – удивился мужчина, вскинув к волосам седые брови. – Мне сообщили, что яд был очень агрессивным. И хаосит кидал его в довольно больших количествах. Яд буквально растворил череп капитана. И вы не думали, что он убьёт его⁈

– Ну что сказать, век живи, век учись, – философски произнес я, позволив себе ироничную улыбку.

– Громов! – громыхнул Аркадий Иванович, строго посмотрев на меня. – Я с вами тут не в бирюльки играю! Извольте быть серьёзным!

– А вы извольте задавать адекватные вопросы! – не остался я в долгу, заиграв желваками. – Вы представляете, какая там битва была в храме, а⁈ Да я там крутился как белка в горящем колесе! Когда мне было думать о том, что, видите ли, капитана Морозова, пожри черви его душу, надо взять живьём, чтобы потом господа в красивых костюмах узнали у него о других хаоситах⁈ А⁈ Что вы молчите⁈ Я там дрался не только за себя, но и за тысячи других жизней. А где, кстати, были вы?

– Под купол нельзя было попасть. Он никого не пропускал, – холодно ответил мужчина, недовольно поглядывая на меня.

– А если бы сквозь купол можно было пройти, то вы бы первым пошли рубить зверей, не так ли? – желчно выдал я.

– Моя профессия предусматривает иные действия. Для рубки зверей есть другие люди.

– Какие действия? Из честного человека, почти героя, лепить ещё более глубоко законспирированного хаоситского агента, чем даже капитан Морозов?

– Я везде, всюду и в каждом человеке должен подозревать пособника Хаоса. Такая уж у меня работа, – произнёс мужчина и развернулся. – Всего хорошего, кадет Громов.

– И вам не хворать.

Аркадий Иванович ушёл, а осадочек остался, хотя я вроде бы вёл себя как вполне адекватный человек. Любой бы на моём месте оскорбился из-за того, что его подозревают в работе на Хаос, когда он только что не позволил Хаосу захватить город. Тут каждый немножко взбесится.

Понять бы ещё, что теперь будет делать седовласый. Не прикрепил ли он ко мне какое-нибудь наружное наблюдение? Не хотелось бы, чтобы за мной кто-то следил. А то они такое увидят…

Надо бы с Семарглом поговорить, чтобы он через свои божественные каналы и жрецов как-то повлиял на людей из соответствующих органов. А то ведь вмешательство смертных может разрушить все наши планы.

Придя к этой мысли, я начал собирать уцелевшие вещи, попутно выкидывая из разбитого окна фрагменты раскуроченной мебели. Они с грохотом падали на вытоптанную клумбу, посему я не сразу услышал очередные шаги, раздавшиеся в коридоре. На сей раз по коридору шло несколько человек.

Я опять выглянул из комнаты и увидел… Огневу с Беловой.

– Вы чего? Заблудились? – спросил я, выйдя в коридор.

– Нет, мы просто хотели с тобой поговорить насчёт отвратительного приказа некоего Аркадия Ивановича, – сказала баронесса, поправив отмытые чёрные волосы.

– Какого приказа? – произнёс я, смахнул с подоконника осколки и уселся на него.

– Он приказал всем кадетам не болтать о том, что произошло, – возмущённо выдала блондинка, уже успевшая надеть сарафан с соблазнительным декольте.

Грудь в нём смотрелась превосходно, даже несмотря на то, что в здании царил сумрак. Электричества не было, поскольку звери оборвали провода.

– Ага, – кивнула Огнева, недовольно хмуря лоб. – Тебе он разве ничего такого не говорил?

– Ну, может, и хотел, но мы с ним поцапались. На редкость дотошный тип. Такой любую победу превратит в поражение. Всю мою чёрную душу перевернул.

– Тогда слушай. Он сказал, что в интересах империи не стоит рассказывать людям правду, а лучше отмалчиваться. Или вовсе поддерживать официальную версию, а она такова, что в Стражград просто пробрался отряд хаоситов-диверсантов со своими зверушками, а наши доблестные стражи совместно с кадетами расколошматили их. Причём стражи вовремя среагировали на появление диверсантов, существенно сократив возможные жертвы среди горожан! – на одном дыхании отбарабанила графиня, возмущённо поправив чёлку.

– Несправедливо, конечно, но логика в этом есть, – потёр я небритый подбородок двумя пальцами. – Граждане империи будут спать спокойнее, зная, что стражи всегда начеку и готовы отразить нападение диверсантов. А представляешь, что было бы, если б по телевизору показали правду? Это же какой прокол властей империи! Но думаю, головы и так полетят. Местные начальники легко отделаются, если их просто снимут с должностей. По мне так многих надо отправить в тюрьму.

– Всё равно обидно, – процедила Белова.

– Ерунда, – отмахнулся я и криво улыбнулся. – Жалеешь, что нам не дадут по медальке и не покажут по телевизору? Да и хрен с ними. Вы-то знаете, что приложили руку к спасению множества людей. Если на этом всё, то я пошёл убираться в своём логове.

– А ты разве не уезжаешь? Ректор же минут пятнадцать назад объявил, что все кадеты могут покинуть академию, если им есть куда идти. Дескать, общежития разгромлены, так что в них особо-то и не поживёшь. Да и занятий пока не будет. Граф сказал, что через пару дней объявит кадетам дальнейшие инструкции, – подала голос баронесса Огнева.

– Вот оно что, – протянул я и услышал за окном бас Румянцева. Он вместе со своей девушкой шёл по дорожке, огибающей общагу «элиты». – Доброслав! Не хочешь пожить в моём доме⁈ Невесту свою тоже бери. У меня просторный дом! И он не пострадал, поскольку купол до него не добрался!

Парень услышал мой крик и поднял голову.

– А почему бы и не пожить? – сразу же решил он.

– Тогда идите собирайте вещи и ступайте к проходной. Я скоро подойду!

Здоровяк кивнул и удалился вместе со своей дамой сердца.

«А ты умеешь делать добрые дела», – вдруг сказал Громов.

«А то», – также мысленно ответил я, подумав, что Румянцев – отличный парень, и его надо держать поближе.

– Может, в твоём доме найдётся место и для меня? – с улыбкой спросила графиня Белова. – А то мне не хочется снимать номер в отеле. Не люблю отели. В них нет уюта.

– Найдётся, – проронил я, решив, что раз уж сгорел сарай, то гори и хата. Засосала меня пучина добродетели.

Правда, Огнева бросила весьма ревнивый взгляд на обрадовавшуюся графиню.

А вот Громов дико запищал от радости, поняв, что будет жить под одной крышей с красоткой Беловой, запавшей в его душу.

– Громов, ну раз уж ты по какой-то неведомой причине проявляешь такое благородство, то, возможно, и меня приютишь? – усмехнулась мулатка.

Александр чуть кони не двинул, осознав, что и вторая красотка вполне возможно будет жить с ним бок о бок. Он страстно начал умолять меня, чтобы я ответил баронессе согласием.

– Огнева, у тебя же есть своя квартира в городе, – напомнила ей графиня, чуть нахмурившись.

– Мы сегодня проходили мимо дома, в котором она находится. В здании не было электричества.

– Огнева, собирайся. Все вместе едем ко мне. Думаю, будет весело.

Глава 10

Возле проходной нас собралось пятеро, плюс чемоданы с уцелевшими вещами. Немудрено, что нам пришлось искать две машины. Благо парочка людей из числа охраны академии согласилась отвезти нас к дому Громовых.

Я оказался в одной машине с Огневой и Беловой. А Румянцев со своей невестой поехал на другом авто.

И как только машины зарычали моторами и тронулись с места, я сквозь заднее стекло увидел Рыльского. Он стоял около проходной и сжимал кулаки, пронзая яростным взором машину, в которой я сидел.

Ревнует Белову? Несомненно.

– М-да, сильно город пострадал, – мрачно проговорил водитель, глядя по сторонам.

– Особенно центру досталось, – подала голос Белова.

– Угу, – подключилась и Огнева к завязавшейся беседе.

Они начали обсуждать испытания, выпавшие на долю Стражграда. А я позвонил Громову и сообщил, что еду домой в компании друзей.

Смертный обрадовался, что я не помер, и пообещал оказать тёплый приём. Только уточнил:

– А что за друзья?

– Да обычные ребята и девчата. Не надо нам накрывать стол с чёрной икрой и вином тысячелетней выдержки.

– Понял, принял, жду, – вколотил он слова и, прежде чем сбросить вызов, крикнул: – Лидия-я-я!

Графиня Белова слышала мой диалог с Громовым, впрочем, как и Огнева, но именно блондинка на миг поджала губы. Мол, где ты увидел обычных ребят и девчат? Нет, Румянцев со своей пассией – обычные. Но вот я…

Однако уже через миг блондинка снова мягко заулыбалась и спросила:

– Громов, а расскажи побольше о твоём дедушке.

– Ну что о нём рассказать? Он бывший охотник на монстров. Убивал, насиловал, пытал. В общем, отличный человек, достойный подражания.

– Гы-гы, – хохотнул водитель.

– Громов-старший радушный хозяин и весьма образованный человек, – неожиданно начала рассказывать Огнева о дедушке Александра.

Белова удивлённо посмотрела на неё, а потом сообразила, откуда баронесса столько знает о Громове-старшем. Видать, блондинка из-за всех этих событий слегка забыла, что мы с Огневой вроде как были парой. Отсюда баронесса кое-чего знает о семье Громовых.

Но почему Огнева начала рассказывать о Громове-старшем? По доброте душевной? Вот уж фигушки. Скорее она хотела показать, что гораздо ближе к Громовым, чем Белова. Дескать, место застолблено.

Графиня Александра Белова, кажется, посыл поняла. По крайней мере, её глаза неукротимо сверкнули, показывая, что она не собирается сдаваться без борьбы.

Может, я свалял дурака, пригласив их всех к себе? Хотя, с другой стороны, время мы точно проведём весело. А мне надо отвлечься. А то я всё думаю о предстоящем совете, Маммоне и Одине. Так и перегореть недолго.

Между тем машины подъехали к отремонтированному высокому забору, «украшенному» острыми пиками. Уличные фонари хорошо освещали улицу, аккуратные деревья и постриженную траву.

– Хороший район, – прогудел Румянцев, выбравшись из авто.

– Сойдёт, – махнул я рукой, тоже покинув машину.

Свежий воздух проник в мои лёгкие, смывая остатки того, чем я дышал в прежде подконтрольной Хаосу части города, где витали запахи крови, горелой проводки и человеческого страха.

– Будто в другой мир попали, – сказала Огнева, тоже мигом проведя сравнение между тем, где мы были, и куда прибыли.

– Добрый вечер, дамы и господа! – радостно прорычал Громов, собственноручно открывший калитку.

Следом за ним на улице показались слуги, ловко цапнувшие наши вещи.

Я быстро сунул водителям несколько купюр и вернулся к своим спутникам и спутницам. А те уже сами начали знакомиться с Громовым, чьё лицо порядком напряглось, ещё когда он только увидел баронессу Огневу. А уж когда Белова назвала свой титул, мужчина так и вовсе потянул пальцем воротник рубашки, словно тот начал душить его.

Глаза Громова нашли меня и буквально заорали: «И это твои простые ребята и девчата⁈»

Вслух же он с улыбкой пропыхтел:

– Прошу в дом, прошу в дом. Мы как раз приготовили для вас скромный ужин.

– Надеюсь, вы не усердствовали, дедушка? – усмехнулся я. – А то для графини любой ужин покажется скромным, если на столе нет вепря царских кровей, запечённого в трюфелях.

– Александр, что ты наговариваешь на меня⁈ – возмутилась Белова и начала что-то успокаивающе сюсюкать Громову. Мол, не переживайте, мне хватит и макового зёрнышка с колодезной водой.

– Отличный особняк, – шепнул мне на ухо Румянцев, топая рядом со мной по брусчатой дорожке, виляющей по приведённому в порядок саду.

Клумбам с цветами тоже вернули отменный вид, как и фонтану. Да и фасад дома в готическом стиле тоже освежили. Даже новых горгулий на карниз поставили. Они наблюдали за нами с неменьшим вниманием, чем кое-где стоящие охранники.

– На первое время сойдёт, – улыбнулся я, почувствовав, как сознание Александра засветилось от гордости, будто это он сам приложил руку к приобретению этих владений.

– А я и не знал, что ты так живёшь, – обвёл рукой сад парень. – Будь у меня такой дом, я бы точно стал задирать нос.

– Тебе это не пойдёт. Никогда не смей так делать, – шутливо погрозила ему пальцем пышечка-хохотушка, сжимая другой рукой лапищу здоровяка.

– Не буду, – пообещал тот и продолжил с толикой восхищения глядеть по сторонам.

Внутри дом тоже понравился здоровяку, как и просторная гостиная с камином, картинами на стенах, зелёными обоями, мягкой резной мебелью и длинным столом, ломящимся от еды. Лидия с Громовым всё же расстарались. Накрыли такую поляну, словно ждали в гости не только всех кадетов академии, но и преподавательский состав во главе с ректором.

Белова и Огнева тут же принялись наперебой нахваливать угощения, но делали они это не как говорливые простолюдинки, а в изысканной аристократической манере. И пока выигрывала баронесса, тепло обнявшая улыбающуюся Лидию. Графиня обниматься не полезла. Всё-таки она впервые увидела мать Александра.

А вот Павлу Белова ласково улыбнулась. Тот чуть не растаял от её улыбки, да и от вида выгодно подчёркнутой платьем груди. Кажется, у них это семейное. Он, как и старший брат, чуть ли не сразу начал смотреть на графиню влюблённым взглядом. Огнева отошла на второй план. Зато Лидия точно тяготела больше к баронессе.

Громов-старший предпочёл общаться с Румянцевым. Они нашли какие-то общие темы.

Но уже минут через пять все разговоры за столом крутились вокруг сегодняшних событий.

Павел сразу же возмущённо запыхтел, стоило ему узнать, что власти хотят все скрыть.

Громов же, напротив, согласился с моим мнением, что в этом для империи есть смысл.

Каждый высказал свою точку зрения, а затем мы вспомнили павших, пожелали им отлично устроиться в царстве Марены и в тягостной атмосфере выпили вина.

И чем больше мы пили, тем быстрее уходила печаль, сменясь задорным блеском в глазах. Снова зазвучали шутки и пока ещё робкий смех.

– Анастасия, тебя ещё не замучил своими остротами мой сынок? – между делом спросила у мулатки улыбающаяся Лидия, явно намекая на наши отношения.

– Нет, что вы, – ответила та с улыбкой, делая вид, что не поняла подтекста.

Но тут встряла Белова, удивлённо выдохнув и округлив глаза:

– А вы разве не знаете, что они расстались? Ой! Или это нельзя было говорить?

Блондинка в притворной растерянности посмотрела на меня, а затем на слегка помрачневшую Огневу.

В гостиной повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь шорохом одежды слуги, который менял опустевшие блюда на полные.

– Давайте выпьем за светлое будущее! Чтоб боги были к нам милостивы! – прервал я молчание, подняв бокал с вином.

Все с наигранным энтузиазмом поддержали мой тост, после чего ужин продолжился. И уже никто больше не касался темы моих с Огневой взаимоотношений. Только я нет-нет да видел, как Лидия осуждающе смотрит на меня и ободряюще жмёт ладошку баронессе.

Не сказать, что это меня раздражало, но немного отвлекало, однако не так сильно, как отвлекал Громов-младший. Тот волком выл, страдая из-за того, что заперт в собственном теле и не может нормально наслаждаться застольем. Он постоянно просил, чтобы я дал ему порулить телом хотя бы на минуточку или на пару секунд, как тогда в канализации, перед тем как сработала ловушка капитана Морозова.

Я подумал-подумал, да и согласился, устав терпеть его нытьё. А может, и алкоголь ударил в голову. Всё-таки не совсем типичный для меня поступок.

Уступив место у «руля», я оказался как бы на задворках общего тела, но всё прекрасно мог видеть и ощущать, а вот управление стало мне недоступно.

Громов пару мгновений ликующе рассматривал свои руки, пару раз потрогал упругий бицепс и широко улыбнулся.

Белова удивлённо покосилась на него. А он тут же робко опустил взгляд и залился краской.

Порви меня Фенрир, что за лох⁈

Александр почувствовал мои эмоции, попыхтел и вскинул голову. И нет чтобы пойти с мамкой обняться, пожать руку деду или, на худой конец, потрепать по волосам младшего брата, он подвинул стул поближе к графине и заикаясь проговорил, ужасаясь собственной смелости:

– Ва-ваше сиятельство, Александра, по-попробуйте этот виноград. Он очень вкусный.

Белова удивлённо вскинула брови. А я мысленно ударил себя ладонью по лбу. Ну дура-а-ак! И непонятно, кто больший. То ли он, то ли я, пустивший за «руль» этого тюфяка.

– Что, прости? – нахмурилась графиня. – Александр, ты как-то странно себя ведёшь.

– Да я… я… – разнервничался паренёк, не зная, что сказать.

Тут уже я без всякого разрешения Громова-младшего лихим кавалерийским наскоком вернул его сознание на задворки, а сам снова вернул себе управление телом.

– Да я… я… дурачусь, – усмехнулся я, подмигнув блондинке. – А то что-то скучно стало. Виноград правда вкусный, как кровь девственницы.

– А-а-а, – понимающе протянула та и улыбнулась краешком рта.

Я тоже улыбнулся и отвернулся, мысленно ругая Александра. Тот что-то пытался вякать, пристыженно забившись в самый уголок, но всё же согласился, что пока из котёнка тигр не вырос.

Рано ему за «руль». Максимум, что ему можно доверить, так это сходить в туалет. И то ещё непонятно, вдруг он член сломает? Хотя вроде до этого как-то семнадцать лет справлялся.

– Пойду воздухом подышу, – проговорил Громов-старший, с сытой ленцой выбираясь из-за стола и многозначительно посматривая на меня.

– Хорошая идея, – поддержал я его и тоже встал со стула.

Мы вышли в сад. Никто другой с нами не пошёл, смекнув, что глава рода хочет с глазу на глаз поговорить со своим внуком.

– Как мой внук перенёс все эти приключения? – спросил Громов, остановившись на брусчатой дорожке, стиснутой деревьями.

Прохладный вечерний воздух щекотал кожу лица, а немного в стороне светил изогнутый буквой «г» фонарь.

– Чуть не помер от страха, – честно сказал я, ощутив протестующее пищание Александра.

Смертный мрачно нахмурился и быстро отвернулся, чтобы я а, соответственно, и Громов-младший не увидел возникшего на его лице разочарования. Мужчина знал, что его внук может наблюдать за ним через наши общие глаза.

– А мне из-за атаки Хаоса, видимо, так и не удастся собрать команду охотников на монстров, – перевёл тему Громов, напустив на свою физиономию каменное выражение. – Даже не знаю, чем теперь заняться, чтобы заработать на жизнь. Этот дом требует больших вложений.

– Как не знаешь, чем заняться? Половина города разрушена: кафе, рестораны, производства, магазины… Быстрее занимай освободившееся место. Только вкладывай деньги в самый прибыльный бизнес, пока другие не смекнули что к чему.

– Да как-то… подло, что ли, – замялся дворянин. – У людей горе, а я быстрее-быстрее займу их место под солнцем.

– А ты как хотел? Хищный оскал капитализма. Сильный и проворный жрёт слабого. Прям как в Пустоши. Ты подумай-подумай над моими словами. Второй такой возможности может и не подвернуться.

– Подумаю, – нехотя проговорил Громов, сцепив руки за спиной.

– А ещё подумай вот над чем. Нам нужно пересмотреть условия нашего договора. Два года – это слишком много. Я за это время с ума сойду. Нужно кое-кого отселить, – заговорщическим шёпотом произнёс я, внимательно оглядевшись. Вроде бы никого.

– Как отселить? – тихо спросил смертный, изогнув бровь.

Громов-младший повторил вопрос деда, только мысленно.

– А вот так. Есть у меня идея, как это провернуть. Только нужно найди подходящее тело.

– А что будет с… э-э-э… оригинальным телом? – просипел Громов, порядком шокированный моим предложением.