Текст книги "Группа Авансюр (СИ)"

Автор книги: Евгений Румянцев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)

Глава 4

Как же хорошо пробежаться по парку в солнечный не очень морозный денек, я вам скажу. Свежий воздух, хоть и запах еще не весенний, но мелкие птахи уже вовсю весело щебечут, радостно прыгая по веткам и готовясь к брачному периоду. Жаль, что у людей он происходит совершенно по-другому. Человечество, как высшая степень разума, давно уже перешло от прочных брачных уз к многочисленным круглогодичным кратковременным связям, ставя во главу угла либо похоть, либо квартирно-денежные привилегии партнера. О любви же вспоминают только после определенного возрастного этапа, поплакивая поздними вечерами за прочтением определенного рода романов или просматривая телесериалы, коих тоже в последнее время стало необычайно много и некоторые даже переживают своих благодарных зрителей за счет количества серий.

О чем это я? Задумался, слушая «Пинк Флойд», передышал кислородом, вот мозг и понесся выдавать остальным частям организма всякий лирическо-прозаический бессвязный бред. У того же пока все хорошо: на паркете редактора хоть и в очередной раз пытались вставить в задницу много нехороших предметов, но попытка была настолько вялой, что даже штаны не удалось снять. Очередную партию книг в игрушке продал, причем гораздо выгоднее, чем предыдущую, даже система похвалила, расщедрившись на четвертый уровень торговли. Старичок коллекционер, конечно, неслабо попил кровушки во время нашей беседы. Вот зачем ему, спрашивается, подробности поиска и нахождения старинной библиотеки в замке Канамо? И причем здесь неуместные вопросы о качественном состоянии отряда? Мы в то время вообще вдвоем с Гномом орудовали. Торговался он тоже знатно, в Турции на отдыхе что ли такой опыт получил, или вообще челночил по молодости в лихие девяностые?

Что бы то ни было, купил он все книжки почти за десять тыщ с учетом комиссионных Вифании, разом погасив покупкой траты за тренировки с обновками и расходами на будущую экспедицию к таинственному острову, подготовка к которой велась с недавних пор полным ходом. За ядом на змеиный остров мы тоже успели съездить, причем вполне успешно. Вначале девчонки повизжали, разом завидев несметное количество гадов, перекрывавших путь к данжу за хребтом, но вскоре опомнились и с азартом принялись геноцидить, а парни, вооруженные простыми вилами, ловко забрасывали источники яда в мешки, относя их на причал. Вифания, конечно, сильно помогла, выбив нам одно из первых мест в очереди на прохождение данжа, а то бы пришлось, как в прошлый раз, тайком пробираться на остров и собирать ништяки после очередной группы игровых туристов. А так все прошло почти чин-чинарем: почистив от змеюк тропинку наверх, мы подошли к пещере входа в данж и даже умудрились набрать внутри гуано летучих мышей. Заодно и проверили нашу обороноспособность, летающих и ползающих гадов оказалось неприлично много. На этот раз женская часть нашего обчества занималась сбором дерьма, а мужская в это время с усердием отбивалась от полчищ местной живности. Иоланду, правда, вскоре пришлось заменить Гномом, летучие мыши величиной с комнатную собаку едва не завалили Монаха. В пещере, как оказалось, меткость лучников имела решающее значение и зря я лучницу вначале направил на сбор помета. Но ничего, выстояли, хотя многих знатно покусали, хорошо, что запаслись приличным количеством зелья и противоядий. В глубину пещеры не пошли, хотя Монах с раздухаревшей от возможности пострелять Иоландой рвались в темную глубину с отчаянной яростью берсерков, все-таки, по моему мнению, группа еще не доросла до прохождения таких вещей. Вроде данж достаточно простой, но зашкаливающее количество ядовитой живности быстро охладило мой пыл.

Выйдя наружу с набитыми бездонными мешками, мы устало спустились к причалу, продолжая отбиваться от змей и уже внизу, к своему удивлению, увидели чужие лодки. Оказалось, Вифания нашла в толкучке очереди на прохождение данжа слабенький клан и предложила тем почистить дорогу до пещеры за определенную мзду. Вот хитрая тетка, нигде своего не упустит. Коня на скаку не остановит, зато уже горящую избу продаст, не задумываясь. Наверно, такие персонажи и выигрывают в госконтрактах, пообещав чиновникам золотые горы, лишь бы прислониться к государственной кормушке. А потом пропади все пропадом, дай только прибыль получить. Вот я и погорел в своих безуспешных журналистских расследованиях, встретив одного из многочисленных представителей этого племени мелких расхитителей государственного амбара. За что и сослан в игрушку, распугивая в настоящее время гадюк перед хитрецами, готовящимися получить трофеи с данжа.

На обратной дороге пришлось долго успокаивать возмущенную хитрожопым поведением чужого клана мужское население группы, девчонки были вполне удовлетворены таким исходом. Иоланде прилетел следующий уровень, а магичка проверила в действии новое открытое заклинание, до этого считавшееся ею бессмысленным. Называлось оно «Месть богов воздуха» и предполагало ущерб, нанесенный противнику от воздушной волны, но беда в том, что первая ступень заклинания была слишком слаба и вместо массового опрокидывания шеренги врагов на землю проходилась ласковым ветерком по строю, заставляя лыбиться тех над магическими потугами Майки. Вот со змеями вышло все гораздо круче – заклинанием их просто сметало с дороги и на некоторое время лишало ориентировки в пространстве, чем и пользовались наши танки, запускающие вилы в застывшую в коме кучу гадов, затем отправлявшуюся в подготовленный для этого случая мешок.

Итак, к экспедиции почти все подготовлено. Иоланда после недолгих уговоров варит зелье в околокосмических масштабах, Старшина согласно договоренности нашел кораблик, на котором мы поплывем к острову и подготовил кожаные мешки, держась за которые, мы вплавь преодолеем последнюю сотню метров до берега, а я подыскал и нанял двух персонажей, играющих роль приманки. К слову, эта мысль пришла мне в голову, когда перечитывал Ильфа и Петрова, натолкнувшись на строки про зиц-председателя, вот и толкнул идею, как нам заставить открыться злополучный данж. Все просто и незатейливо – берем с собой двух игроков, вписывая их на время в наш отряд, щедро оплачивая будущее перерождение, они топают в деревню оборотней и ночью героически гибнут смертью храбрых. Данж открывается, дальше дело техники. Деревня в назидание поголовно вырезается, забираем трофеи и возвращаемся в Лариссу, вызвав наш кораблик, околачивающийся на рейде у соседнего острова. Единственный минус задумки в том, что папаше Дорсету это обойдется в очередную нескромную сумму, а его жабе придется отрастить волосы, чтобы прилюдно их из себя с отчаянными криками выдрать. Надежда на окупаемость проекта с каждым днем таяла, как съедаемый туманом снег во время оттепели. Ничего, прорвемся.

Начало экспедиции вышло скромным. Пройдя нагруженными, как лошади по трапу, мы разместились на высокой корме и, отдышавшись, стали дружно обозревать наш морской домик. Это была относительно небольшая галера, сконструированная еще римлянами для всякого рода разведки. В Ларисском порту она выполняла функции посыльного корабля, ловко лавируя между массивными, по сравнению с ней, торговыми судами всех мастей. Нас со старшиной она привлекла относительно небольшим, в двадцать человек, количеством гребцов, быстроходностью и высокой маневренностью. Ну и ценой, разумеется. Единственное, что не на шутку напрягало, как скромных размеров и высотой бортов лодка себя поведет вдали от берега, все-таки посудина не совсем предназначена для открытого моря. Конечно, ее капитан, расхваливая галеру на все лады и всячески себе помогая эффектными жестами длинных волосатых рук, убеждал нас, что это то самое, что нужно для цели нашей экспедиции, но я несколько скептически относился к его словам, отмечая при осмотре кораблика некоторую его ветхость. Одно успокаивало: утонуть в игре – неплохая смерть, безболезненная.

Море… Как оно прекрасно, ежели нежиться под солнышком с кружкою винца, поглядывая свысока на гребцов, ворочающих тяжеленые весла, несущие тебя в неведомые дали. Не повезло им, сегодня на небе ни облачка, ни ветра. Ничего, не надорвутся, утром уже должны увидеть далекие очертания, со слов капитана, нужного нам острова. Я лениво перевел свой взгляд в сторону балдевшего отряда и неожиданно наткнулся на пристально смотревшую в мою сторону Майку.

– Что тебе?

– Да так, ничего. – протянула она в ответ, не переставая укоризненно пялиться в мой лоб.

– Если ничего, то зачем смотришь, как на обманщика, обещавшего купить новый смартфон?

– Просто задумалась, есть у тебя совесть или она отсутствует, как класс.

– Так, это уже лучше, – оживился я, радуясь неожиданному проявлению извечных женских игр под названием: «угадай мелодию, и я скажу, кто ты». – Что нас теперь не устраивает? Медленно плывем? Солнце слишком жаркое? Или заведомо раньше жалеешь оборотней, принявших мучительную смерть от наших мечей? А может просто скучно и сойти с корабля захотела? – принялся угадывать я, повинуясь ходу течению таких игр.

– Помнится, кто-то обещал круиз с системой «все включено», – быстро сдалась Майка, явно еще не научившаяся играть по всем правилам, доводя собеседника мужского пола до отчаяния, часами дуясь неизвестно на что. – И что я вижу? – продолжила она громче, явно затевая небольшой скандальчик и обращая на нас внимание всего отряда, до этого в приступе вселенской лени бессмысленно глазеющего на сопровождавших галеру небольшую стаю дельфинов. – Обещанная палуба – всего лишь небольшой пятачок в десяток квадратных метров кормовой надстройки, как ты ее обозвал, все остальное пространство забито вещами и мешками. Вместо музыки грохот по ушам этого несносного барабана. Туалет отсутствует. – сделав перед последней фразой эффектную паузу, она негодующе уставилась в мои, по ее мнению, бесстыжие глаза.

– Так ведро же есть, – удивленно воскликнул Гном.

– Сам в это ведро ходи! – раздраженно ответила магичка.

– Ах вот в чем дело! – догадался я. – Ну извини, в этом средневековом захолустье не то б что до «олл-клюзива», до полноценного сортира на борту еще не додумались. Барабан вместо ансамбля народной музыки Древнего Рима? Можешь за свой счет заказать, гребцы откликнутся с радостью, заколебались уже в штиль веслами махать. Тесно тебе? Так, вот оно – бескрайнее море. Прыгни за борт и пообщайся с дельфинами. Они утешат, может даже помогут добраться до ближайшего берега. Только учти, эти большие рыбки не всегда в нужную сторону подталкивают. Просто слов тех несчастных, которых они относили дальше в открытое море, мы никогда не услышим.

Майка надулась и молча ушла в угол, где за шторкой стояло пресловутое ведро.

– Чего она взбеленилась? – спросил Гном, провожая ее взглядом.

– Третий час плывем, скучно, непьющая женщина, – коротко объяснил я, не вдаваясь в подробности. Не рассказывать же, что в редакции был большей частью женский коллектив и вживую настрадался из-за их выкаблучиваний, пока отбиваться не научился.

Ближе к вечеру задул попутный свежий ветерок и стало значительно легче. Теперь гребцы, натянув оба паруса, блаженно развалились на своих лавках, радуясь долгожданному отдыху. Народ с увлечением резался в «бур-козла», а я со скуки принялся прикидывать, с какой скоростью мы идем и насколько уже отдалились от берега. После недолгих минут подсчетов позорно сдался, и пришлось приставать с этими глупыми вопросами к капитану. Тот, следя за ветром и постоянно выкрикивая команды работающим с парусами моряков, ответил, что средняя скорость нашей галеры составляет порядка семи узлов. Если я хочу точно ее определить, то надо бросать лаг. Вот где мы находимся, определить сложнее. Но скорее всего, сейчас проплываем возле острова Лагос. Это его слабые очертания видны на горизонте. Значит, за эти семь часов, мы прошли порядка пятидесяти километров, насколько я понимал. Отойдя от капитана, уставился на карту смартфона и стал искать этот остров. Ну так оно и есть, карта исправно выдала название в нескольких километрах восточнее нашего складывающего маршрута. Стоило, конечно прикупить другую, со всеми подробностями, но ее стоимость ввела меня в депрессию, и так расходы на нашу скромную, по меркам Гондваны экспедицию, зашкаливали, придется довольствоваться десятикилометровой полосой открывающегося морского пространства.

Ветер, тем временем, потихоньку крепчал, на небе появились первые перистые облачка, предвещавшие скорую смену погоды и началась небольшая качка, приведшая меня к нехорошим воспоминаниям прошлого. Не меня одного, кстати, тех из отряда, кто был наиболее подвержен морской болезни, стало мутить, и, забросив карты, народ резко погрустнел, прислушиваясь к своим новым неприятным ощущениям морского путешествия. Я обеспокоенно подошел к капитану и спросил его, не пора ли завернуть в ближайшую бухту отсидеться, пока волнение стихнет, но тот отказался, пояснив, что об этом рано думать, а крепчающий попутный ветер нам только на пользу, быстрее прибудем в пункт назначения. Не видя смысла спорить со старым морским волком, я на время от него отстал.

К семи часам вечера волнение заметно усилилось, по небу тянулись уже многочисленные перистые облака и, рассмотрев на карте впереди нас очертания достаточно большого острова, я опять пристал капитану с мыслями укрыться в ближайшей бухте, не дай Господь, нас накроет штормом. Капитан посмотрел на раздутый от ветра парус, и нехотя согласился, заявив, что все равно скоро стемнеет, и мы заночуем там, подойдя к острову примерно через две склянки с подветренной стороны. Все, кроме Иоланды и Монаха, уже вовсю, обхватив головы, мучились от морской болезни. Меня тоже начинало штормить, внутри черепной коробки мутнело, и она начинала конкретно побаливать, заставляя меня все больше нервничать, то и дело открывая карту, отмечая малейшее продвижение к заветной спасительной суше.

К острову мы подошли, как и говорил капитан, буквально через час, и стали его огибать, ища подходящую бухту. Покрывшееся пенными барашками на загривках волн море протестовало, обдавая нас солеными брызгами. Наконец галера обогнула мыс и стало немного спокойнее. От души отлегло и, вспомнив про наши вещи, я стал осматривать их, проверяя крепления ремней, которыми они были привязаны к брусьям нашей надстройки. Занимаясь этим делом, я вдруг услышал яростную брань капитана и поспешил к нему узнать, в чем дело. Тот вместо ответа указал на приткнутые к берегу два небольших суденышка, размером с нашу галеру, возле которых копошились крохотные фигурки людей, до берега было еще метров двести. Судя по ругани, прозвучавшей вслед за указкой, было понятно, что нам эта встреча не сулила ничего хорошего. Отряд, тоже услышавший вопли капитана, высыпал к борту поглазеть, кого на берегу капитан осыпает проклятиями.

– Кто на берегу? Чего кэп развопился? – посыпались со всех сторон вопросы.

– Предполагает, что могут оказаться пираты. Да и рыбаки в этих местах не брезгуют баловаться грабежами, вот и опасается приставать к берегу на этом острове.

– Мы их порвем, как Тузик грелку! – решительно заявил Гном.

– Если это рыбаки, то, пожалуй, соглашусь. А вот если пираты… Две лодки – это человек 40–50, не меньше, стольких нам не одолеть. Даже если сможем, самое неприятное заключается в том, что со стопроцентной вероятностью угробим экспедицию, а это, между прочим, почти месяц подготовки коту под хвост. Вот и прикидывайте, а я со Старшиной покашляю с капитаном, может что дельное предложит.

Кэп мрачно смотрел на берег, велев пока идти вдоль него, не приближаясь к острову. Увидев меня, он кивнул в сторону своей комнатушки, отделенной от всего остального пространства кормовой палубы тонкой, в одну доску, перегородкой. Там он расстелил на небольшом изящном столике свою карту и принялся в нее тыкать, попутно объясняя значение непонятных мне символов.

– Значит так, парень. Мы сейчас находимся примерно вот здесь. – он ткнул пальцем в один из островов. Я, в свою очередь, открыл карту на смартфоне и, рассмотрев очертания предполагаемого острова, согласно кивнул.

– Я не уверен, что нам удастся отбиться от тех уродов на берегу, поэтому могу тебе предложить следующий вариант наших действий. Хотя волнение и серьезное, но до шторма пока дело не дошло. Наша скорость при таком ветре порядка девяти узлов. Дальше по направлению ветра, он дует немного влево, чем нам надо, в трех склянках пути при такой скорости мы сможем добраться до следующего острова. Он маленький и не такой удобный, без бухты, зато с обратной стороны песчаный пляж, я там разок останавливался. Вот этот островок. – капитан ткнул на маленькое пятнышко.

– Там уж не так далеко получается до цели… – заметил Старшина, отыскав на карте знакомое ему название, которое он до этой поры предпочитал держать в секрете. – Наш остров вот этот.

– Это другой! – возразил капитан. Ваш…

– Я солгал, – перебил его Старшина спокойным тоном. – Хотел, чтоб объект до последней минуты оставался в тайне.

– Это несколько меняет дело… – пробормотал капитан, разглядывая карту. – Но все равно, если ветер усилится, я буду вынужден скомандовать снять основной парус. Артемон на носу останется, но он больше для маневра, да и то не всякого.

– Мы вообще до вашего маленького острова доберемся отсюда? – задал я столь мучающий меня вопрос.

– Если ветер не усилится, да.

– А если усилится?

– Если начнется шторм, спускаем паруса и отдаем бразды в руки Господа. Он рассудит, достойна ли эта галера продолжить плаванье или отправимся в лапы Нептуна. – спокойно ответил капитан.

Глава 5

Несмотря на усилившуюся с новой энергией качку, когда галера вышла из-под защиты острова в открытое море, я в возбуждении ходил по надстройке и с отчаяньем думал, как выпутаться из угрожающей ситуации. Дело было совсем не в шторме, вернее, из-за возрастающих шансов пойти ко дну у отряда возникла новая проблема. Она заключалась в том, что система самостоятельно определяла место респауна, находя ближайшую точку в радиусе порядка 20–30 километров. Пока мы приключались на суше, это особо не волновало, попросту я частенько о сей ситуации забывал. Но вот сейчас…

И напомнила мне об этом Иоланда. Одна из немногих, кому не доставляла неприятностей морская болезнь, она вспомнила про этот игровой аспект и задала насчет него соответствующий вопрос. Вот и бегаю, рвя волосы, по палубе, не зная, как выпутываться из сложившейся ситуации. Да уж, интригующе уныло начинается рейд, ничего не скажешь. Начинающийся шторм, пираты, красная точка респауна в смартфоне на том острове, где мы их заметили. Куда не ткни, везде всплывающие рифы. Первый раз после Песочницы чувствую себя беспомощным ребенком, глядя на растоптанные куличики и, не зная, что предпринять, готов разрыдаться горькими слезами. Еще эта проклятая качка, тошнота так и подкатывает волнами, грозя залить палубу выпитым накануне вином. Команда тоже приуныла, сидят, держась за мешки с кожаными пакетиками и в глазах такая вселенская мука, будто подходит их очередь на Голгофу совсем не качестве паломников.

Тем временем начинающийся шторм продолжал набирать силу. Небо затянуло серыми тучами, ветер стал пронзительно холодным, а брызги от разбивающихся о борта волн грозились заливать нижнюю палубу. Капитан сквозь ветер крикнул, что скоро придется снимать основной парус, его мачта и так уже стонала под напором стихии. Я, пытаясь преодолеть приступы рвоты, уставился в смартфон, как в единственную надежду, дожидаясь появления очертаний спасительного острова, указанного капитаном, но карта впереди показывала одну сплошную черноту. Мало того, настроив на ней курс судна, заметил, что нас начало отклонять на север. Срочно сообщив неприятную новость капитану, в ответ получил полное равнодушия пожатие плеч, мол, сам видишь, что творится, не до рулежки. Ну да, его демонические прогнозы насчет объятий Нептуна начинают сбываться. Скоро спустят парус, и мы полностью отдадимся на милость природе. Интересно, кто из романтиков, с восторгом описывающих их с ней единение, попадал в ситуации, когда собственная жизнь видится, как готовая сломаться спичка? А ты, вместо того, чтобы бороться, равнодушно блюешь в мешок и мечтаешь только об одном – поскорей бы все кончилось, причем неважно как.

Стемнело. Паруса спущены, галера кряхтит, подрагивая под ударами уже двухметровых волн. Начавшийся мелкий дождик грозит перерасти в полноценный ливень и неприятно сечет лицо. Наверху тоже все предсказывает начинающийся Армагеддон, в финале уносящий бравую, но глупую группу «Авансюр» на морское дно, чтоб их кости случайно отыскали через тысячу лет охотники за сокровищами. На карте смартфона, если ее оттереть от брызг постоянно извергающегося желудка, уже вплотную подступившего к горлу, по-прежнему одна чернота. Вот это, блин, романтика, это я понимаю. Хорошо, Старшина не вякает, как обещал. Счастливчик, как и Иоланда не подвержен морской болезни, сидит, прислонившись к мешку и с прищуром оглядывает корчившееся в рвотных муках войско. Если рот откроет, быстро останется без языка, к гадалке не ходи. Как я сдуру повелся на его сладкие обещания, не знаю. Действительно Тупик, не зря меня так сука редактор вписал в игру.

С наступившей темнотой стало еще тоскливее, я был готов уже научиться выть на луну, но ее надежно скрыли невидимые в темноте тучи. Знаковый остров, на котором хотели укрыться от бури, прошел мимо, ветер нас тащил мимо него в неведомые дали морского космоса и спасти черпающий сосудами воду со дна галеры экипаж, могло, пожалуй, только провидение. Все остальные заискрившиеся надежды в последнее время умирали, едва зародившись, даже без помощи гинеколога. «Эх, мой любимый, недавно приобретенный новенький Йотафончик, возникший, как птица Феникс, из пепла в цифровой игрушке после полного провала продаж на родине, пойдешь ты со мной показывать новые ролики на Рутубе проплывающим мимо морским карасикам?» – приходили в голову горькие мысли. «Не видит наши мучения боженька, скрыты они от него могучими черными тучами и мраком, охватившим галеру, спешащую навстречу своей гибели». Внезапно карта перезагрузилась, получив обновление и на ее горизонте появилась полоска неведомой суши.

– Отряд, все ко мне! – завопил я радостно. Народ непонимающе уставился в мою сторону.

– Земля на карте появилась! – продолжал я орать. – Читайте по губам: Я. На. Карте. Вижу. Сушу!

– Чего ты взбесился? – первой подползла на карачках ко мне Иоланда.

Я в ответ показал карту. Название полоски суши еще не выплыло, но сама она ясно была видна наверху экрана.

– Прикольно, – пересохшими губами выдавила из себя лучница и мучительно закашлялась.

– Ну-ка, дай взглянуть! – в нетерпении попросил Старшина, напряженно уставившись в смартфон. Через несколько секунд он разочарованно отдал девайс. – Название не пишет, сволочь.

– Так обновление через три минуты. Ждем.

Томительные минуты ожидания закончились бурными эмоциями восторга сползшихся ко мне из всех углов бойцов. Полоска суши приблизилась и галеру несло прямо на нее. Хоть название острова по-прежнему не показывало, это был появившийся шанс остаться целехонькими. Старшина оглядел полуживую от шторма группу и скомандовал надувать кожаные мешки и закреплять на них личные баулы. Все разом бросились исполнять приказ, предчувствуя скорое избавление от романтики морских приключений. Только Майка еще неверяще смотрела в карту.

– Мы спасены? – недоверчиво спросила она, облизывая растрескавшиеся губы, обезвоженные постоянной рвотой.

– Да! – торжественно заявил я, расправляя свой мешок. – Теперь неважно, что за остров, и кто там нас встретит. Галере осталось, судя по всему немного, главное, чтоб не ушла на дно до прибытия на берег. Собирай вещички и готовься к просмотру нового домика, этот скоро пропадет в пучине. Святой отец! Помоги даме надуть ее спасательный круг, она еще толком не отошла от депрессивных мыслей по поводу своей безрадостной кончины!

Монах, не произнеся ни слова, заткнул свой почти надутый мощными легкими мешок и стал помогать магичке. Гном, приплясывая от возбуждения по поводу окончания страданий, надувал свой, одновременно поглядывая за борт в сторону невидимого в черноте бури берега. Весь экипаж галеры охватила безумная надежда, из темноты доносились восторженные вопли матросов, тоже услышавших радостную новость, распространившуюся по судну со скоростью света.

Вдруг раздался ужасный грохот и тут же зазвучали, перебивая свист ветра, крики раненых.

– Что случилось? – крикнул я в темноту.

– Носовая мачта рухнула, мы без «артемона» остались – донеслось оттуда в ответ.

– Твою-то мать, – выругался я, привязывая свою «бездонку» к мешку. – Ни минуты без плохих известий. Звиздец тебе настанет, Старшина, когда прибудем на берег. Я тебе все припомню, кто сказал, чего сказал.

– Лютого звиздеца ты, сынок, еще не наблюдал! Вот когда в Чечне… – начал Старшина петь излюбленную песню.

– Слышь, служивый! Помолчи ради Христа, иначе я тебя кадилом отоварю. – раздался сбоку голос Монаха.

Старшина, недоговорив, умолк и принялся с ожесточением завязывать узлы на мешке. С грехом пополам надув свой, я снова открыл карту. Есть название острова, он уже ближе пяти километров! Через полчасика можно смело мочить штанишки, не опасаясь, что тебя из глубины схватит за задницу какой-нибудь гигантский кальмар.

– Эй, доморощенный путеводитель! – крикнул я Старшине. – Случайно, твой остров не Нисигульф называется?

– Все верно! Так он впереди нас? – заорал он в ответ, стараясь перекричать бурю.

– Кажется, да! Надо отвязывать деревянный хлам имитировать кораблекрушение!

– Не стоит! Если нарвемся на камни, хлама и так будет предостаточно! Что впереди по курсу на карте видишь?

– Пляж, пальмы и стаю намокших оборотней! – внезапно развеселился я.

– Смотри внимательней, сынок, перед островом галеру может повести в сторону, если там сильное подводное течение!

– Ветер нам в помощь, похер на течение!

Все же накаркал, вояка штопанный. Примерно в километре от берега галеру стало относить от острова. Его очертания на карте потихоньку принялась смещаться, уходя вправо. И хотя пока наш захлебывающийся от волн авианосец со стоном трещавших от напряжения всех деревяшек его конструкции настойчиво пер в сторону берега, фортуна отряда в который раз поворачивалась от нас к лесу, в данном случае, к морю.

Восемьсот метров до берега. За бортом по-прежнему не видно ни зги, карта упорно показывает, что мы сворачиваем влево от острова. Семьсот метров. Покончив с мешками, вся наша команда собирается у меня за спиной и напряженно смотрит, как курс галеры, обозначенный красной линией на смартфоне уже смотрит не на центр острова, а на полукругом вогнутый вглубь острова берег ближе к левому краю. Пятьсот метров. Скорость галеры падает, в нее попало уже приличное количество воды, ее внизу матросы черпают уже бочонками. Четыреста метров. Надежда не промахнуться мимо берега тает с каждой секундой. Гном предлагает прыгнуть за борт, я отрицательно машу головой. У корабля, в отличие от человека, инерция на порядок больше. Если прыгнем, нас неминуемо утащит мимо острова в открытое море. Триста метров. Внизу отчерпывать перестали, команда вся у борта. Где-то впереди слышен шум прибоя о скалы. Это плохо. Если галеру ударит в них, шансов выбраться живыми на берег практически нет. Двести метров. Полное фиаско. Мы проходим мимо. Убираю смартик подальше внутрь и смотрю в темноту, включив ночное зрение в сторону грохочущего прибоя. Где же тут скалы? Сто пятьдесят метров. Раздается страшный треск, от которого корабль содрогается, застонав всеми своими деревянными фибрами. Буквально за несколько секунд до удара успеваю рассмотреть перед носом галеры злополучные каменные надгробия для всей нашей команды в виде двух небольших утесов, выросших над водой и успеваю своих предупредить об опасности.

Нам повезло, судно врезалось ровно посередине утесов и не пошло сразу ко дну, застряв между ними. Матросам и гребцам больше всех не повезло, мощным ударом их сразу разметало в разные стороны и большая часть погибла в первые минуты столкновения со скалами. Наша надстройка до встречи с ними не дошла, а благодаря моему предупреждению все вцепились перед ударом, кто во что смог, и умудрились не свалиться на нижнюю палубу после удара. Галера начала стремительно заполняться водой и под своей тяжестью проседать глубже под воду.

– Все за борт! – отчаянно закричал я и, схватив мешок, сиганул вниз, стараясь прыгнуть как можно дальше от галеры. Уф, цел кажется. Огромная волна в момент накрыла меня с головой и потащила на дымящиеся от пены скалы. Нет! Нет! Только не это! Я освободил одну руку от мешка и стал яростно отгребать в противоположную от скал сторону. Гребни волн перекатывались через голову, заставляя захлебываться, но я, миновав смертельные скалы, и не помышляя сдаваться, упорно отгребал от небольшого утеса, торчавшего на краю острова. Не знаю, сколько времени прошло, но когда силы уже были на исходе, мне показалось, что грести стало заметно легче. Как можно выше высунув голову из воды, оглянулся вокруг. Никого не видно, зато понятно, что встречи со скалами удалось избежать. Сейчас волны несли меня мимо них к темнеющему берегу. Черт! Там тоже камни. Это не скалы, конечно, но при встрече мало не покажется, долбанет головой и привет крабам. Надо, во что бы то не стало, отгребать дальше, и я снова отчаянно задрыгал ногами, помогая им свободной рукой.

Теперь волны сочувствовали мне, подхватывая и приближая к берегу на несколько метров. Но грести становилось все труднее, силы стремительно покидали после рывков в сторону от скал. Вот он, берег, чуть-чуть осталось… Огромная, по сравнению с предыдущими волна, подхватила меня и на этот раз швырнула о дно. Боже, как больно! Из последних сил я рванулся на поверхность и только успел вздохнуть, как следующая, взорвавшись с грохотом сзади, потащила меня по песку с камнями, заставив заорать от боли. Последняя же добавила смаку, залив с головой в процессе вздоха. В результате я выпустил из рук мешок и смог только проползти несколько метров вперед, как потерял сознание, ударившись головой об очередной булыжник, выросший на моем пути.

Не знаю, сколько времени провалялся в отключке, но очнулся от снова наполнившей рот воды. Мигом оценил красоту происходящего в фильмах; там героя выкидывает на берег и приходит в себя он только утром. Смею не верить, попав в такую ситуацию, я бы неминуемо утонул на берегу. А так, прокашлявшись, как старый дед после любимого самосада, нашел в себе силы проползти еще с десяток метров и вновь отрубился, на этот раз надолго.