Текст книги "Возвращение (СИ)"

Автор книги: Евгений Аверьянов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Вот эта информация многое меняла. Возможно, даже мне стоило объяснить свои возможности той же церкви и попытаться договориться. Всё же они не похожи на слепых фанатиков, ну если судить по Брауну. Однако мне никто не давал гарантий свободы и спокойной жизни, скорее даже наоборот – запрут в лаборатории и будут ставить опыты.

– Насколько я понимаю, официальная версия разрушения столицы звучит иначе, – улыбнулся я.

– Да, если ты попытаешься рассказать услышанную версию, тебя выставят на смех как фантазёра, – ответил мне Браун.

Получалось, если верить церковнику, то большая часть моих опасений оказалась бессмысленной. Мне не стоило показывать возможность управления конструктами, так я ими и не управлял. Запуск дирижабля и машины, как оказалось, считался необычным, но не запрещался. Всё-таки непросто жить в мире, законов которого ты толком не знаешь.

Тем временем подъём оказался длиннее, чем мне хотелось бы. Никаких отвесных стен и героического карабканья по скалам, просто упрямая тропа, которая раз за разом делала вид, что вот за следующим поворотом станет легче.

Камни под ногами сыпались, кусты цеплялись за одежду, а солнце поднималось всё выше и начинало припекать. После вчерашнего боя и ночной возни с древним железом тело недвусмысленно намекало, что ему бы полежать пару дней в тени, а не изображать горного козла в самом расцвете сил.

Саид, кстати, страдал эмоциональнее всех.

– Я всё больше убеждаюсь, что торговые пути придумывали люди, ненавидящие торговцев, – сообщил он, остановившись перевести дух.

– Торговые пути идут там, где можно пройти с грузом, – ответил Браун.

– Вот именно. А мы сейчас идём там, где сами-то еле протискиваемся.

Лиса обернулась, посмотрела на него и усмехнулась.

– Ты собираешься воплотить в жизнь свою мечту, а это редко бывает просто, так что меньше жалуйся – больше делай.

– Хозяин таверны должен стоять за стойкой, а не ползти на гору, – вздохнул торговец с видом человека, которого жизнь обманула ещё до старта.

– Зато вид красивый, – заметил Булат.

Саид поднял на него тяжёлый взгляд.

– Если я умру до вершины, обязательно скажите моим потомкам, что я шёл к мечте.

До вершины он всё же дожил. Как и остальные. Последние несколько десятков шагов дались тяжелее всего. Склон стал пологим, деревья расступились, и тропа вывела нас на каменистый гребень.

Позади открывался весь пройденный путь. Я обернулся и неожиданно понял, что за последние дни ушёл куда дальше, чем казалось. Внизу, среди зелени и серых пятен скал, терялась знакомая дорога. Лес простирался широким тёмным массивом, местами прорезанный просеками и ручьями. Чуть в стороне угадывались руины башни – отсюда они выглядели совсем небольшими, будто обычный сломанный зуб на краю холма. Ещё дальше, за складками местности, пряталось Предгорное. Странно было смотреть на него сверху. Там остались люди, которые когда-то считали меня почти никем. Там же началась вся эта история с аномалиями, чужими тайнами и древними механизмами, которые почему-то постоянно пытались меня убить или хотя бы испортить настроение.

С такого расстояния всё выглядело мирно. Леса, поля, крыши, дымки над домами. Ни тебе големов, ни утечек эфира, ни церковников с вопросами, на которые лучше не отвечать.

– Ностальгируешь? – тихо спросила Лиса, оказавшись рядом.

– Проверяю, не бежит ли за нами очередная неприятность, – ответил я.

– И как?

– С этой стороны пока только воспоминания. Тоже сомнительное удовольствие, но хотя бы не пытаются меня грохнуть.

Она коротко улыбнулась и отошла к остальным. Я ещё несколько секунд смотрел назад. Часть пути оставалась позади.

Отбросив ностальгические мысли, я вернулся к картине впереди маршрута. И там картина оказалась куда интереснее. За перевалом земля уходила вниз широкими уступами. Склоны были мягче, чем с нашей стороны, но местами из зелени торчали серые пятна камня и старых стен. Даже отсюда я различил несколько полуразрушенных строений. Слишком ровные линии, слишком неправильные для обычных пастушьих построек.

Я прищурился.

– Похоже, у нас там целая коллекция старья.

Браун подошёл ближе и тоже посмотрел вниз.

– Да. Именно поэтому мы идём этим маршрутом.

– Я так и понял. Просто надеялся, что слово «обойти древние руины» в твоём исполнении означает «пройти мимо», а не «залезть в каждую дыру, где может жить древняя смерть».

– Сначала осмотрим снаружи, используя анализатор, – попытался улыбнуться он.

– Вчера тоже снаружи начиналось, – напомнил я.

Браун ничего не ответил. Видимо, аргументов против не нашёл, а признавать мою правоту второй раз за сутки его внутренняя система ценностей не позволяла.

Вдалеке виднелась деревня. Она была заметно крупнее Предгорного, раза в два, а может и больше. Дома стояли плотнее, возле них тянулись огороды и полосы полей. Отсюда всё казалось маленьким и аккуратным, почти игрушечным. Дым от очагов поднимался тонкими столбиками и сразу растаскивался ветром.

Ещё дальше, почти у самой линии горизонта, темнела невысокая стена, именно она отделяла владения Зака от соседнего баронства. Очередная условная черта, после которой проблемы не исчезали, а просто меняли владельца.

– Мы туда идём? – спросил я, кивнув в сторону стены.

– В итоге да, – сказал Браун. – Но сначала проверим строения на склоне.

Саид подошёл, посмотрел вниз и тяжело вздохнул.

– Я правильно понимаю, что вон та деревня, где можно поесть, поспать и поговорить с нормальными людьми, подождёт, пока мы обойдём несколько подозрительных развалин?

– Всё именно так, – ответил я.

– Дорогой командир, мне не нравится, как быстро я начал понимать логику нашего отряда.

Матвей, услышав про развалины, заметно скис. Лиса же уже изучала склон, выбирая, наверное, самый безопасный спуск.

Я поправил ремень сумки и ещё раз посмотрел на полуразрушенные строения впереди. Мы, конечно же, снова полезем туда, где нормальные люди поставили бы табличку «не трогать» и ушли бы пить чай.

– Смотри, Серж, – тоном опытного наставника начал вещать Браун. – На периферии артефакты вроде очков или фонариков кажутся чудом, в столице же этим обладает каждый второй.

– Интересная информация, – кивнул я. – Почему же не распространить эти возможности на всё королевство?

– А зачем? – спросил церковник. – Да и на окраинах ещё много людей без иммунитета к эфиру, а это большая проблема.

– В городах подобных меньше? – уточнил я.

– Там люди постоянно контактируют с эфиром в том или ином виде и постепенно привыкают, – пояснил Браун. – Однако среди городских иммунных сложно вычислить природные таланты, такие как у тебя и Матвея.

– А чем так важны именно таланты?

– Обычный иммунный не переживёт и пары дней в аномалии, она его сожжёт.

Так, переговариваясь между собой, мы потихоньку приближались к первому строению. Ещё метров за двести Лиса заметила неладное и подала сигнал двигаться аккуратнее. Потому дальше мы шли молча, вплоть до полуразрушенной башни.

– Ну как же так, Саймон, – наконец удалось разобрать мужской голос. – Зачем ты туда полез?

Выглянув из-за полуобвалившейся стены, я увидел обычного мужика, который стоял напротив входа в подвал и держал в руке уздечку. Он уже собирался шагнуть в проём, когда я заметил в темноте ещё одну фигуру. Приглядевшись, я понял, что это лошадь. Конь стоял и не шевелился, а рядом с ним было воткнуто в камень несколько копий.

Первым на происходящее среагировал Браун.

– Стойте, не ходите туда, – крикнул он мужику.

Тот развернулся в нашу сторону, пытаясь понять, кто мы и откуда тут взялись.

– Вы не понимаете, – всхлипнул он. – Саймон – единственная память о моём сыне, я не могу его бросить здесь.

– Но вы же погибнете вместе с конём, – попытался вразумить его церковник. – Не стоит память подобных жертв.

– Пусть так, – махнул рукой мужчина. – Всё равно, кроме Саймона, у меня никого не осталось.

– Погодите, – Браун снова попытался его остановить. – С нами инженер, он попытается разобраться с ловушками.

Я уже хотел возмутиться, потому что за меня снова пытаются принять решение, ещё и способное сильно сократить мою жизнь. Однако в этот момент бедолага повернулся в мою сторону, и впервые за весь разговор в его глазах загорелся огонёк надежды. Мне сразу же расхотелось спорить.

– Я попробую, – кивнул я. – Но ничего не обещаю.

Надев очки, я заметил яркие эфирные линии, которые, кажется, не планировали иссякать. Они проходили по обеим стенам и в восьми местах формировались в более крупные узлы. Скорее всего, это и были ловушки.

Лучшим вариантом было выпустить птицу и проверить каждый узел поближе. Возможно, даже стоило заморозить блоки, попытавшись снизить скорость реакции системы. Только я не был уверен, что это поможет, а управление големом автоматически вешало на меня ярлык опасного преступника. Пусть птица и была создана мной.

В итоге я отказался от идеи с птицей, посчитав, что моя жизнь важнее, чем чья-то лошадь, пусть и очень ценная для владельца.

– Самый простой вариант – это сформировать щиты и закрыть ими коня от снарядов. Данный трюк даст время вывести животное, – предложил я первую идею.

– Не забывай, что ты инженер, а не деревенский подмастерье, – наставительным тоном ответил мне Браун. – Найди способ отключить ловушки, а не пытаться от них укрыться. Обычные щиты не выдержат удар копья из метателя, а на укреплённые нет ни времени, ни ресурсов.

В этот момент я заметил, что от коня исходит знакомое свечение. Подобных животных мне уже доводилось видеть. Конь явно хапнул приличную порцию эфира, однако безумия в его глазах не наблюдалось. Но я не знал, как быстро заражённое животное становится монстром.

– Ваш конь иммунный к эфиру? – уточнил я.

– Да, так и есть, – кивнул мужчина. – Он уже несколько лет как стал магическим зверем и с каждым днём становится всё умнее.

– Потому и полез в ловушку, – хмыкнул Матвей.

Конь недовольно фыркнул и презрительно посмотрел в сторону сына старосты.

– Он меня вытолкнул, – тяжело вздохнул местный.

– А ты чего туда полез? – вмешался Саид. – Неужели сказки про богатства, спрятанные в древних комплексах, не дают спокойно жить?

– Да поскользнулся я и едва не упал туда, – ответил мужчина. – Саймон же каким-то чудом успел меня вытолкнуть и сам попал в ловушку.

Я же тем временем изучал сами ловушки. В принципе добраться до крайней было можно, но чем это поможет мне? Блок управления метателем располагался с той стороны.

– Браун, а в подобные комплексы какая-нибудь вентиляция не ведёт? – уточнил я.

– Хочешь обесточить ловушки? – улыбнулся церковник. – Уже более инженерный подход, но даже если эта вентиляция существует, попробуй её найди.

– Ладно, похоже, мы здесь надолго. Занимайтесь лагерем, а я попробую разобраться, – вздохнул я и сделал шаг к спуску.

Браслет получил команду и активировал анализатор. Яркий луч ударил в стену, более подробно показывая структуру энергетических линий.

Краем глаза я заметил Брауна, который всё ещё стоял у входа и внимательно наблюдал за каждым моим движением. С таким надзором нормально не поработаешь, не люблю, когда у меня над душой стоят.

Интерлюдия.

От дирижабля в сторону города тянулась уже основательно утрамбованная дорога. Артём чуть ли не каждый день ездил за новыми материалами. Была мысль нанять пару бригад рабочих и завершить ремонт за несколько дней, но он отмёл этот путь. Где гарантии, что народ не проболтается? И так на него косятся подозрительно, а стражи периодически задают вопросы про машину и сколько она потребляет кристаллов на ежедневные прогулки.

Артём отшучивается, что у них всё равно нет таких запасов, однако до него дошли слухи, что барон собирается проверить его дом на наличие контрабанды. В итоге последние несколько рейсов мужчина вывозил из дома всё самое ценное и больше не собирался туда возвращаться. Зачем испытывать судьбу лишний раз?

– Ты не видел этого монстра? – Аркадий выглянул из гондолы и боязливо осмотрелся по сторонам.

– Чего ты не поделил с Барсиком? – удивился Артём. – Сколько его знаю, питомец Сержа всегда был довольно мирным существом.

В этот момент на поляну вышел сам виновник обсуждения. Артём сразу же улыбнулся и полез в машину, а через несколько секунд вытащил оттуда внушительный кусок мяса.

– Держи, Барсик, – протянул он питомцу угощение.

Хищник не чувствовал себя голодным, но отказаться от подобного было выше его сил. Он взял мясо и снова скрылся в зарослях.

– Вот, ты его подкармливаешь, а он потом ещё и на меня как на закуску смотрит! – пожаловался Аркадий.

– Да не съест он тебя, – отмахнулся Артём. – Лучше скажи, хватает ли нам ресурсов и можем ли мы начинать ремонт?

– Да, того, что ты натащил, вполне достаточно, – кивнул Аркадий. – Дорогое удовольствие этот ремонт. Не выжали твой бюджет досуха?

– Нет, – покачал головой бывший начальник порта. – Серж оставил достаточно ресурсов, чтобы купить пару подобных дирижаблей.

На самом деле подарки Сержа были второй причиной, после слухов об обыске, по которой мужчина решил перестать появляться в городе. Вчера он продал местным торговцам несколько плиток шоколада и десяток сухих пайков. Найденные ресурсы были настолько редкими, что этого хватило, чтобы оплатить все материалы. И с этой стороны всё хорошо, пока слухи о качестве добычи Сержа не добрались до барона.

– Нужно поторопиться с ремонтом дирижабля, – сказал Артём, закатывая рукава.

Глава 17

Первой идеей было расковырять ближайший кусок провода и банально замкнуть его, только где гарантии, что это приведёт к отключению систем? Нет. Была вероятность сделать только хуже. Потому пришлось подбираться вплотную к первой ловушке и надеяться, что она не выберет меня следующей целью.

Конь стоял на месте и практически не двигался. Реально умное животное. Если бы он попытался сбежать, то несколько копий пронзили бы его на прощание. Сейчас же каким-то чудом снаряды в него не попали.

Очки вместе с анализатором позволяли мне видеть всю систему питания буквально сквозь стену. Тем не менее, чтобы подобраться к метателю, пришлось проползти непосредственно под ним и только после этого приступать к работе.

– Чёрт, – выдохнул я, понимая, что стена не планирует открываться, а ломика я с собой не взял. Да и не стоит здесь слишком сильно расслабляться. Напротив тоже метатель, и если я шагну немного в сторону от безопасного пятачка, то будет не очень приятно.

– Что-то не так? – послышался голос Брауна.

– Оказывается, блок управления здесь скрыт под камнем и нужно ковырять стену, – ответил я. – А я инструмент не взял.

– А я уж думал, что ты руками стену разбивать собрался, – усмехнулся церковник. – Сейчас всё принесу, сиди там и никуда не уходи.

Вот же жук. Он явно понимал, что без инструмента здесь делать нечего, и всё же решил не вмешиваться.

Пока Браун ходил за инструментом, я осмотрел расположение ловушек, надеясь, что можно не заморачиваться с каждой, а просто доползти до центра управления. Однако древние решили не дарить подобных подарков своим потомкам. Все восемь метателей располагались в шахматном порядке, и безопасными были лишь небольшие участки возле них. То есть если попытаться прикинуться ползучим инженером, то есть ненулевая вероятность недоползти.

Церковник подошёл вплотную к ловушке и перебросил мне молоток с зубилом. Сразу видно опытного человека, он остановился в сантиметрах двадцати от опасной границы, а ведь без очков её практически не видно. Да и зубило с молотком здесь были лучшим вариантом, пусть и медленнее ломика.

Дальше началась самая нудная работа – археологические раскопки. Стена пыталась сопротивляться и откалывалась мелкими фрагментами, однако через час она не вынесла подобного издевательства и откололась приличным куском, открыв мне вид на металлическую стенку блока. Воодушевившись успехом, я расковырял весь доступный объём и едва не выкинул молоток, выплюнув несколько нецензурных слов.

– Ты чего там ругаешься? – поинтересовался Браун. – По пальцу попал молотком?

– Нет, – ответил я, возвращая самообладание. – Блок открывается с другой стороны! Получается, я зря долбил стену!

– А ты думал, тебе там дверцу оставили, чтобы ты смог отключить ловушки? – хохотнул церковник. – Думай, как решить проблему, на то ты и инженер.

Вот же зануда. Тем не менее он был прав. Никто не обязан был мне подыгрывать, и я прекрасно помнил, что обслуживание ловушек происходит с той стороны.

Пришлось раскрывать ещё один секрет, надеюсь, подобные способности законом не преследуются. Я дал мысленную команду, и в руке сформировался резак. Пламя настроилось довольно быстро, и я почувствовал лёгкий отток энергии. Стоило поторопиться, чтобы не упасть без сил.

Браун хмыкнул, увидев, что я делаю. Сто процентов этот товарищ подозревал о моих возможностях, но не знал, как они выглядят.

Резак, конечно, штука удобная. Особенно когда ты лежишь рядом с древним метателем и вокруг тебя не так уж много безопасных мест. Я аккуратно провёл пламенем по краю металлической стенки. Та сначала только потемнела, но потом пошла красным и нехотя начала поддаваться. Металл оказался довольно толстым. Не броня Хищника, конечно, но древние явно не экономили на защите блоков управления.

– Как успехи? – спросил Браун.

– Замечательно, – ответил я, не отрывая взгляда от разреза. – Не хватает только сварочных перчаток и таблички «работай быстрее».

– Сварочных чего?

– Перчаток, – буркнул я. – Чтобы не обжечься, когда раскалённый металл решит добраться до твоих пальцев.

Браун ничего не ответил. То ли не понял, что я ворчу не ради спора, то ли решил не отвлекать человека, который занят крайне важным делом. Второй вариант был почти разумным, так что я даже немного удивился.

Я провёл резаком ещё раз, увеличивая щель. От металла потянуло жаром, и пришлось отвернуть лицо. Несколько капель расплава сорвались вниз. Одна упала рядом с рукой и прожгла ткань на рукаве.

– Да чтоб тебя, – прошипел я и быстро отдёрнул руку.

– Тебя ранило? – сразу спросил Браун.

– Нет, но было близко.

Я подождал пару секунд, пока край перестанет светиться совсем уж угрожающе, потом поддел вырезанный кусок зубилом. Металл не хотел выходить, цепляясь неровными краями. Пришлось осторожно расшатать его, стараясь не задеть ничего внутри. Последнее, чего мне не хватало, – случайно ткнуть в управляющую пластину и получить копьё в бок. Наконец кусок поддался. Я поймал его, едва не выронив, и положил рядом на камень.

– Есть, – выдохнул я, отряхивая тряпку от искр.

За металлической стенкой располагался силовой узел из нескольких тонких пластин, вставленных в пазы, и целого пучка кабельных линий. Часть уходила вниз, к плитам под полом, другие тянулись вверх и в сторону, к самому метателю. Ещё несколько тонких жил проходили через маленький кристалл, закреплённый в центре блока. Я пару секунд просто смотрел на это хозяйство, пытаясь понять, зачем было настолько всё усложнять.

– Ну разумеется, – сказал я. – Простых решений древние не признавали из принципа.

– Что там? – спросил Браун.

– Узел управления. И не самый примитивный. От нажимных плит идут линии к блоку, отсюда команда уходит на метатель. Нажал не туда, и система проснулась, получила разрешение и выплюнула железку в нарушителя.

– Можешь отключить? – уточнил церковник.

– Могу сломать, – ответил я. – А вот с отключением пока не уверен.

Разница была огромной: сломать можно почти всё, особенно если не думать о последствиях. Но в данном случае рядом стоял конь, из-за которого началась вся эта история, а за моей спиной Браун наверняка уже мысленно писал доклад о молодом инженере, который героически погиб, потому что решил проверить, что будет, если выдернуть непонятную пластину.

Я включил анализатор и заставил себя не торопиться. Сначала перед глазами появилась каша из тонких светящихся нитей, и только спустя несколько секунд я начал отделять одно от другого. Толстая жила снизу, скорее всего, питала привод. Две тонкие шли от нажимных плит. Ещё одна возвращалась обратно, наверное, проверяла положение механизма или готовность метателя. Кристалл в центре светился слабо, но равномерно. Вот это мне уже не понравилось.

В прошлой башне всё было проще. Там принцип напоминал грубую механическую связку. Здесь же кто-то сделал систему умнее. Плиты не просто замыкали цепь, а передавали её состояние в управляющий блок, тот проверял сигнал, активировал метатель и, судя по тонким линиям, ещё следил, чтобы механизм не сработал случайно от каждого камешка. То есть если я сейчас просто выдерну первую попавшуюся пластину, блок может решить, что его вскрывают. А если древние заложили защиту от вандализма, то ближайший метатель с радостью объяснит мне, где именно я ошибся.

– Не нравится мне твоё молчание, – заметил Браун.

– Мне тоже, – признал я. – Тут не одна ловушка, а маленький совет древних вредителей, и все участники процесса завязаны вместе.

– Значит, действуй осторожно, – посоветовал церковник.

– Спасибо. Без этого совета я бы обязательно начал бить по блоку молотком.

Я осторожно поднёс палец к краю блока, но касаться не стал. Прямой контакт сейчас казался плохой идеей. Вместо этого ещё раз прогнал анализатором по линиям, пытаясь понять, какая пластина отвечает за питание, какая за команду на выстрел, а какая просто делает вид, что нужна, пока на самом деле ждёт удобного момента испортить мне жизнь.

Плохая новость: пластин было много. Хорошая: при вскрытии я, кажется, ничего не повредил. Линии светились равномерно, кристалл не мигал, метатель не шевелился.

Первым желанием было просто перерубить главный кабель, питающий блок, и посмотреть, как ловушка превращается в бесполезный кусок древнего металлолома.

Очень приятная и простая мысль, жаль, что идиотская. Я уже видел, что происходит с повреждёнными эфирными линиями. Утечка эфира заразит округу, из комплекса вылезет очередная железная гадость, и день окончательно перестанет быть томным. Если я сейчас просто разорву силовую жилу, то получу новую утечку прямо здесь. А дальше придётся обезвреживать все восемь ловушек, искать главный питающий контур, лезть в самое сердце комплекса и выковыривать основной кристалл, пока Браун стоит рядом и очень духовно хмурится. Нет уж, недавно я уже играл в «сломай древнюю систему и угадай последствия». Повторять не хотелось.

– Что решил? – спросил Браун.

– Решил не делать глупостей, – ответил я.

Церковник одобрительно хмыкнул, но промолчал.

Я снова уставился на линии: толстая жила снизу шла к приводу метателя. Если отключить его первым, ловушка, возможно, останется активной, но безопасной. Я осторожно поддел край ближайшей пластины тонкой отвёрткой и замер. Ничего не щёлкнуло. Метатель над головой не шевельнулся. Конь за спиной тоже стоял тихо, будто решил не мешать человеку, который возится с причиной его текущих жизненных сложностей.

– Сейчас отключаю питание самого метателя, – сказал я больше для Брауна, чем для себя.

– Вижу, – ответил церковник.

Вот это «вижу» мне не понравилось. Без инженерных очков он многого видеть не мог, значит, опять делал выводы по моим движениям и своим приборам. Наблюдательный зараза.

Я медленно отвёл фиксатор, которым кабель прижимался к контактной площадке. Металл сопротивлялся, но без фанатизма. Потом взялся за сам кабель и потянул в сторону. Жила вышла из гнезда с тихим сухим щелчком.

Я замер, ожидая финальный сюрприз от древних, но метатель молчал, а линия на анализаторе погасла.

– Первый готов, – выдохнул я.

– Ловушки отключены? – спросил местный где-то снаружи.

– Нет, – крикнул я, не оборачиваясь. – Твой конь в зоне поражения ещё одной, потому жди.

Саид где-то позади негромко хмыкнул.

– Звучит не очень обнадёживающе.

Дальше стало проще, но не быстрее. Я уже понимал общий принцип и начал отключать остальные линии в правильном порядке. Сначала снял обратную связь с привода. Потом аккуратно отвёл линии от нажимных плит. После этого добрался до маленького кристалла в центре блока и обесточил весь контур. Каждый раз приходилось ждать подлянки, надеясь, что моя биография не закончится примечанием «не рассчитал».

Когда блок окончательно погас, я позволил себе заняться тем, ради чего любой приличный инженер полез бы в древнюю ловушку, то есть трофеями. Часть пластин сидела в пазах намертво, другие были залиты каким-то старым составом, который крошился, но при этом держал конструкцию лучше хорошего клея. Пришлось снова использовать резак, только короткими касаниями, чтобы не перегреть весь узел.

Основу составлял кинет. Логично: привод, метание копья, возврат механизма. Несколько тонких вставок абсорба стояли возле силовой линии, видимо, гасили лишний выброс энергии. Нашлось и немного криона – я сначала удивился, потом понял, что он, скорее всего, охлаждал узел после выстрела, чтобы метатель мог работать серией и не заклинить после нескольких срабатываний. Сигнума было совсем мало. Тонкие жилки, почти волоски, отвечающие за передачу команды. Статера – ещё меньше. Но я забрал всё.

– Ты там не слишком увлёкся? – уточнил Браун.

– Я обезвреживаю устройство.

– Больше похоже, что ты его разбираешь.

– Полное обезвреживание, – сказал я. – Надёжнее не бывает.

Закончив с первым блоком, я осторожно выбрался из-под метателя и перебрался к противоположной стене. Вот вроде нужно было пройти немного, но безопасные участки между ловушками были такими маленькими, что каждый шаг хотелось согласовывать с высшими силами. Желательно с теми, кто не имел отношения к местной церкви. Да ещё и лошадь стоит посреди дороги. В общем, пришлось практически выбираться наружу и обходить животное.

Второй метатель я вскрывал уже по проверенной схеме. Камень, правда, оказался ещё упрямее, зато теперь я знал, где искать металлическую стенку и как не тратить час на бесполезные ругательства. Хотя без них всё равно не обошлось. Вырезанное окошко получилось кривым, но достаточно крупным, чтобы добраться до узла.

Внутри всё оказалось почти таким же. Разве что пластины стояли в другом порядке, кабели были уложены чуть иначе, а кристалл сместили в сторону. Зато общий принцип сохранился. Каждый раз я ждал, не решит ли система, что стоит вызвать подмогу в виде парочки големов, но темнота внизу пока оставалась мёртвой.

Когда последняя линия погасла, я позволил себе прислониться к стене и выдохнуть. Руки дрожали уже не от волнения, а от усталости. Работа в постоянном напряжении выжрала сил больше, чем хотелось признавать.

– Всё, – сказал я. – Эти два больше не стреляют.

– Коня можно выводить? – крикнул хозяин.

Я ещё раз проверил линии. Метатели по обе стороны от прохода молчали. Плиты возле животного больше не светились. Остальные ловушки оставались активны, но они расположились ниже животного.

– Выводи, только медленно! – предупредил я. – Главное, чтобы он не спустился вниз. Если твой умник решит прогуляться по соседним плитам, я за последствия не отвечаю.

Местный тут же оживился.

– Саймон! Давай, мальчик! Ко мне! Тихо, тихо, хороший мой!

Конь повернул голову на голос хозяина. Я напрягся, ожидая, что животное сейчас начнёт паниковать, но Саймон оказался умнее половины людей, с которыми мне приходилось иметь дело. Он осторожно шагнул вперёд, покрутил головой и, видимо, поняв, что опасности нет, шагнул дальше. Хозяин заговорил с ним мягче, почти шёпотом.

– Тихо, родной. Ещё шаг. Вот так. Ещё.

Саймон сделал ещё несколько шагов и наконец выбрался на поверхность. Крестьянин едва не повис у него на шее. Конь фыркнул и ткнулся мордой ему в плечо.

Я выбрался следом, стараясь не показывать, насколько приятно снова стоять на нормальной земле.

Саид встретил меня выразительным взглядом.

– Дорогой командир, поздравляю. Ты спас коня и снова доказал, что руины – плохое место для прогулок.

Крестьянин подскочил ко мне, всё ещё держа Саймона за повод.

– Господин, спасибо! Я уж думал, всё, пропал он. Да я… я отблагодарю! У меня денег немного, но…

– Не стоит, – отмахнулся я. – Лучше отведи его подальше от этих плит. И сам туда больше не лезь.

– Да чтоб я ещё раз…

Он не договорил, но по лицу было видно: зарок искренний. Правда, опыт подсказывал, что у людей память сильно сокращает срок хранения важных данных, когда рядом лежит что-нибудь ценное или кажется, что лежит.

Я уже почти решил, что на этом приключение можно считать завершённым, но заметил Брауна. Церковник стоял чуть в стороне, держа свой прибор. Металл на анализаторе мигал неярко, но упрямо. Лицо у Брауна было таким, словно он только что увидел нечто крайне неприятное. Он поднял голову и посмотрел на меня.

– Эфирный фон выше нормы. Где-то утечка.

Я медленно закрыл глаза, ругая себя, что слишком рано обрадовался.

– Может, это от ловушек? – с надеждой спросил Саид. – Ну, они стреляли недавно…

– Нет, – покачал головой Браун. – Фонит снизу. Придётся добираться до зала управления.

Глава 18

Оставалось обезвредить ещё шесть ловушек, и этот факт меня совершенно не радовал. Я попытался прислушаться к собственным ощущениям, чтобы понять, сколько энергии ещё осталось. К сожалению, интерфейс не спешил показывать точное количество, а ориентироваться приходилось исключительно на самочувствие. И сейчас оно было не самым лучшим.

По ощущениям, мне могло хватить сил ещё на одно отверстие в металле. Правда, после подобной работы я рисковал свалиться без сознания прямо здесь, что совершенно не входило в мои планы. Да и это решало проблему только одной ловушки, а оставшиеся пять пришлось бы отложить как минимум до завтра. И то не факт, что за следующий день получится справиться со всеми. Я пока не очень понимал, насколько быстро восстанавливается мой энергетический резерв. Может, к утру он полностью заполнится, а может, придётся потратить на это несколько суток. Выходило, что даже при самом благоприятном раскладе нам потребуется ещё минимум два дня, а в худшем случае можно и на неделю здесь застрять. И кто сказал, что это последние ловушки? Внизу может оказаться ещё десяток подобных сюрпризов, а то и чего похуже. В общем, использовать резак для обезвреживания всего подряд было не самой удачной идеей. Хороший инструмент, но пока слишком дорогой в эксплуатации.

– Фон продолжает расти, – нахмурился Браун, в очередной раз проверяя показания своего прибора. – Мне это совершенно не нравится.

– Ты понял, откуда именно идёт эфир? – спросил я.

– Пока нет, – покачал головой церковник. – Но других источников поблизости я не вижу. Скорее всего, дело в этом комплексе.

– Может, тогда стоит немного подождать и проверить округу?

– Мы уже потеряли достаточно времени, – возразил Браун. – Если источник действительно здесь, его необходимо найти как можно быстрее.

Спорить было сложно, особенно учитывая, что я сам не видел других вариантов. Вот только церковнику не приходилось тратить собственную энергию на прожигание металла, потому он мог позволить себе подобную спешку.