Текст книги "Мой истинный олень (СИ)"

Автор книги: Эвелина Шегай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

34 глава: Истинная пара

Так вот откуда росли ноги у безумных идей Шикаямы. И прежде чем она успела хотя бы попытаться задать ему один-единственный уточняющий вопрос: «Что же случилось с их истинной любовью?», – в кухню заскочил взъерошенный хозяин дома.

– Я… вас искал, – пробормотал он, бросив короткий взгляд на Араи. – Надо кое-что обсудить.

Шикаяма в собственническом жесте схватил Аяку за запястье и потащил за собой. А когда они спустились на первый этаж, то по его сконфуженному виду сразу стало понятно, что главной целью было утащить её как можно дальше от другого мужчины.

– Ну и что же вы хотели обсудить со мной? – спросила она и заломила бровь, чуть выждала, давая ему в полной мере проникнуться её настроением, и перевела взгляд на свежие цветы в вазе.

Первый пышный букет из красных и белых роз появился на следующий день после её заселения в этот дом. Аяка его заметила, но не придала особого значения, посчитав, что, возможно, тут в порядке вещей такое декорирование интерьера. Но через пару дней у неё в комнате появился маленький букетик из колокольчиков. И теперь, когда в мастерской розы сменились ярко-красными и нежно-розовыми хризантемами, у неё не осталось сомнений: Шикаяма продолжал напоминать о своих чувствах посредством языка цветов.

Упорства ему, конечно, не занимать.

– Я хотел узнать, какой расцветки необходимо купить пайетки.

– А у нас уже есть заказ на бельё с пайетками? – она протянула руку к его волосам, забавно примятым с правой стороны, и поправила локон, завернувшийся вокруг рога. Не удержалась и провела кончиком пальца по бархатистой коже пантов. До чего же они приятные на ощупь.

– Нет, пока нет таких заказов, – ответил он, смотря на неё настороженным зверьком.

– Тогда зачем нам сейчас покупать пайетки, если в них нет никакой необходимости?

– Ну… чтобы были.

Под тяжёлый вздох убрав руку, Аяка на мгновение закатила глаза. Первым порывом у неё возникло желание отчитать Шикаяму за то, как грубо он её уволок с кухни. Но тут же пришло осознание всей бессмысленности сей затеи. Ведь им двигали искренние эмоции. Никакого злого умысла – лишь страх и стремление быть взаимно любимым. Странно было за подобное ругать, особенно когда самой приходилось прикладывать нешуточное усилие, чтобы не замечать собственного увлечения.

– Это господин Араи заложил в вашу голову идею о существовании истинных пар у парнокопытных?

– Нет, – Шикаяма, как обычно, не баловал её развёрнутыми ответами.

– Но вы явно находились под впечатлением от его истории любви, когда решили отращивать рога.

– В этом – да.

– Ладно, давайте с другого бока зайдём. Если он встретил свою истинную, то почему они расстались?

– Она умерла.

– О… должно быть, случилось какое-то несчастье, – растерянно пробормотала Аяка, не ожидая услышать о смерти возлюбленной Араи. Если она была его ровесницей, то погибла совсем в молодом возрасте.

– Смертельное проклятье. Кэншину тогда было десять лет.

– Десять?.. О боже, он же только в первый класс пошёл. Какая страшная судьба: в таком возрасте и уже без мамы остаться. И что, всё это время Араи его один тянул? И даже не пробовал с другими женщинами?..

– Да. Один.

– Теперь мне стало чуточку яснее, что у вас в голове происходит, – она понимающе на него посмотрела. – Я бы тоже поверила в существование истинных среди оленей, с малых лет наблюдая за оборотнем, у которого настолько трагичная и в то же время трогательная история за спиной. Но он – редкое исключение из правил. В каком-то смысле аномалия для нашего вида.

– Мои родители – истинная пара. Ещё недавно старший брат женился.

– На своей истинной?..

– Да.

– Что за бред? – Аяка прикрыла глаза и помассировала между бровями. За столько лет она ни разу не встречала истинные пары своего вида, а тут у них какая-то повальная тенденция – новый тренд организовали. Просто в голове не укладывалось, что такое могло существовать на самом деле, поэтому она пробубнила: – Что у вас здесь за нашествие истинных среди парнокопытных? Это какой-то массовый психоз? Должно быть это место находится в аномальной зоне, где все болеют одним и тем же недугом.

– В таком случае заражайтесь побыстрее, пожалуйста.

– Шуточки шутить смеете, Шикаяма? – она вскинула на него сердитый взгляд. – Вы же меня сейчас обманули? Про родителей и своего брата?

– Нет. Хотите, можем им позвонить, они подтвердят мои слова.

– В смысле вы собрались меня с ними познакомить?.. Нет, рано, да и вообще в каком статусе вы меня представите?

– Они давно про вас всё знают, – он достал из кармана телефон, который Аяка с перепугу вырвала у него из рук, и поднял на неё удивлённые глаза. – Я хотел время посмотреть.

– Половина седьмого, – быстро проговорила она, бросив беглый взгляд на экран телефона, после чего взволнованно уточнила: – В каком смысле они «всё про меня знают»?

– Ну, отец наводил справки после того, как я рассказал, что встретил свою истинную пару.

– Зачем?..

– Не знаю. Наверное, ему было интересно.

Молча присев на стул, Аяка взяла со стола бутылку с водой и сделала пару глотков. Выходит, она заочно познакомилась с его родителями? Интересно, когда это было? В то время, когда они впервые столкнулись? То есть, когда ему было чуть за тридцать, а ей под сотню? Они наверняка были в ужасе от происходящего.

– Вы им понравились, – вдруг решил её успокоить Шикаяма.

– Ну да, именно о таком будущем для вас они и мечтали.

– Не знаю, о чём они мечтали, но технически они оставили меня в Никаху из-за вас.

– Чтобы у вас была возможность меня добиться? – неверяще уточнила Аяка.

– Именно.

35 глава: Карасуока Рэн

Его слова не выходили у Аяки из головы весь день, и даже на следующий они подобно назойливым мухам продолжали крутиться где-то неподалёку. Как его родители могли быть не против такого странного союза? Всё-таки она его старше не на десять лет и даже не на двадцать, между ними разрыв в шестьдесят шесть лет – практически в четверть жизни оборотня. Но в чём главный парадокс: в обратную сторону её этот разрыв не смущал. Напротив, казалось естественным и правильным. Но почему?..

Впрочем, всё это глупости. Шикаяма ей нравился – факт. Его родители не против. А вот со стороны родителей Аяки будут сложности, но не такие огромные, чтобы о них беспокоиться. В конце концов, ей решать, как прожить свою жизнь. А для любой матери самое важное, чтобы ребёнок был счастлив. Поэтому рано или поздно мама примет любой её выбор.

Закончив последнюю строчку на трусах, она выпрямилась, повела плечами, размяла затёкшую шею и открыла глаза как раз в тот момент, когда в мастерскую влетела Хина, заявившаяся в нетипичную для неё рань. Обычно она до обеда отсыпалась и потом только приползала сонной квашнёй, чтобы попить у них тут кофе.

Однако сегодня, судя по ультракороткой мини-юбке и яркому макияжу, подруга после ночного клуба не отправилась отсыпаться, а прискакала прямиком в дом Шикаямы.

– У меня для тебя есть великолепная новость, но с рядом оговорок, – объявила она, перекидывая ногу через стул, чтобы положить локти на высокую спинку. – Есть один полезный тип, что может нам помочь быстро вернуться в строй.

– Но?.. – Аяка аккуратно отрезала нитку и подняла на неё взгляд. – Чтобы с ним встретиться, надо пройти огонь, воду и медные трубы?

– Встретиться с ним вообще не проблема. Тем более он сам вроде как ищет встречи с тобой. Одна моя знакомая с работы твой номер спрашивала по его просьбе. Не имею ни малейшего понятия, зачем он тебя ищет, но это наш шанс.

– Замечательно, только ты так и не сказала, кто этот он?

– Тебе что-нибудь говорит имя Карасуока Рэн?

– Не особо. Хотя фамилия звучит знакомо.

– Карасуока Иошихиро – его отец, подмял под себя, по сути, всю металлургическую отрасль в Нихаку, в том числе и золотодобычу. Ещё их семье принадлежит сеть ювелирных магазинов: «Бессмертная птица».

– И его сын искал, как со мной связаться? – она напряглась не на шутку. Такие оборотни с кем попало не общаются. И от мысли, что нечаянно перешла дорогу ещё одному отпрыску влиятельного семейства, её буквально замутило.

– Да не переживай ты так, – усмехнулась Хина и подала ей со стола одну из бутылок с водой без газа. – Рэн славится своими эпатажными выходками. Тот ещё мудак, но в целом незлой тип. И вот в этом заключается наша проблема. Ёси необходимо держать от него как можно дальше. Ты же знаешь её пристрастия, а он как раз относится к тому типу уродов, на которых она вечно западает, а потом страдает.

– Бабник?

– Отморозок. В модельной среде у него кличка Две Сотни, – она на миг замолчала, настороженно оглядываясь на вошедшую в зал Синохару, и продолжила рассказывать. – Короче, это типа его фича. Он спит с девчонкой, а на следующий день оставляет ей на тумбочке деньги и сваливает. И в зависимости от того, понравилась ему ночь или нет, оставляет либо просто две сотни юнов, либо чек на две сотни тысяч юнов.

– Какая мерзость.

– А девчонкам нравится. У них это вызывает что-то вроде соревновательного духа. Да и в постели он неплох.

– Не говори мне, что ты тоже прошла через это приключение, – Аяка посмотрела на неё с осуждением во взгляде.

– Чего? Ты меня сейчас оскорбить пытаешься?

– Нет, но ты так уверенно говорила…

– Меня общественный транспорт не интересует. Мой стиль: находить девственников, учить их под себя и наслаждаться, пока не надоест. А Две Сотни мне так же противен, как и тебе…

Хина не закончила мысль, но была вынуждена прерваться из-за того, что на работу явилась сияющая улыбкой в тридцать два зуба Ёсико. По понятным причинам при ней они не могли продолжить беседу. Да и о чём говорить? И так понятно, раз тот задался целью выйти на Аяку, то рано или поздно объявится. Теперь главное успеть придумать, как уберечь от него их влюбчивую подругу.

– К нам тут ранний клиент, – объявил Шикаяма, первым заходя в зал.

– Ладно, раз у вас уже народ попёр, я отправляюсь на заслуженный покой в твою спальню. Ты же не против, дорогая? – риторически уточнила Хина, поднимаясь со стула, обернулась, после чего громко и грязно выругалась.

– Обычно меня называют сукиным сыном или подонком, на худой конец потаскуном, – с ленивой усмешкой отметил высокий мужчина в тёмно-лиловом плаще с длинными волосами, уложенными влажными локонами. От него за версту несло огромными деньгами и тем, что он вращался в сфере моды. Дело было даже не в стильной одежде или броских аксессуарах, а в том, как он двигался. Шёл, смотрел, замирал на микромгновения в выверенных позах, словно давая собой насладиться. – Но такую экзотическую смесь я впервые услышал. Признаю, впечатлила. Но мне всё же больше по вкусу, когда меня называют по имени: Карасуока Рэн.

– Ты мне, что ли, на хвост сел? – неприятно удивилась она.

– Сложно было устоять после того, как ты всю ночь на меня глазела.

36 глава: Нежданная помощь

– Я на тебя глазела? Да у тебя с глазами серьёзная беда, дружок, – Хина потихоньку начинала входить в своё обычное состояние. – Ты же всю ночь коктейли лакал и за руль потом сел?

– Сел, – равнодушно подтвердил Карасуока и самоуверенно ухмыльнулся: – И что?

– Ая, у меня аллергия на таких ублюдков, я прям не могу с ним в одном помещении находиться, – процедила она и указала глазами на Ёсико, восторженно смотрящую на него. – Тут уже ничего не исправить. Я пойду, чтобы дракой дело не закончилось. Потом расскажешь, что этот конченый отморозок от тебя хотел.

– Какой поразительно грязный ротик, – он сопроводил её взглядом до двери, чтобы бросить на прощание: – Я бы нашёл, чем его заткнуть.

Одним лишь чудом Хина сдержалась и вышла в коридор с перекошенным от злости лицом. А вот оставшиеся не сразу сумели переключиться со скандальной сцены, и какое-то время в мастерской царила неловкая тишина.

– Господин Карасуока, что вас привело к нам? – по-деловому поинтересовалась Аяка, в числе первых справившись с вязким оцепенением.

– Скука, – он присел на край стола и, резко нагнувшись, заглянул в лицо Ёсико, от такого финта пришедшей в дикий экстаз. – Ну, привет.

– Привет, – чирикнула она, а в круглых глазах чуть ли не сердечки запульсировали.

– Поясните подробнее, пожалуйста, – немного громче, чем хотела, произнесла Аяка, стремясь переключить его внимание обратно на себя.

Неохотно выпрямившись, Карасуока посмотрел в её сторону. Из-за резкости черт его лица взгляд глубоко посаженных глаз ощущался тяжёлым, в каком-то смысле даже колючим. По отдельности впалые щёки, густые, но оформленные у косметолога брови, низко нависающие над полуприкрытыми по-рыбьему холодными глазами и широкий рот производили отталкивающее впечатление. Но в собрании, когда смотришь на лицо целиком, сложно остаться равнодушной перед харизмой этого гада. У бедной Ёсико нет ни малейшего шанса с её страстью к плохим парням.

– В курсе, что ваше ателье в чёрном списке у всех журналов и информационных порталов, так или иначе связанных с модой?

– Нет, но я догадывалась, что мои письма не просто так игнорируют вот уже три года.

– Учитывая, сколько сил прикладывает одна особа, чтобы потопить ваш бизнес, я вообще изумлён, как вы ещё на плаву держитесь, – хмыкнул он и достал визитницу из внутреннего кармана плаща. Нормальный, хорошо воспитанный мужчина подошёл бы и передал в руки чёрную матовую карточку, но Карасуока её просто запустил в сторону Аяки.

К его удаче, судя по тому, как напрягся Шикаяма, визитка не прилетела ей в лоб или глаз, а приземлилась на стол неподалёку от рук. Тем не менее вспыхнувшего раздражения в янтарных глазах сложно было не заметить.

– Так вы, значит, креативный директор журнала «Эволюция образа», – подытожила она после того, как ознакомилась с содержанием карточки. – Однако это всё ещё не отвечает на мой вопрос: зачем вы меня искали?

– Хочу вам помочь.

– В обмен на что?

– Просто так. Безвозмездно.

– Я произвожу впечатление наивной дурочки? – Аяка скептически приподняла бровь. Но сколько ни всматривалась в его лицо, не видела признаков обмана. – Вы же сами только что сказали, что я – персона нон грата. Свяжитесь со мной и гарантированно проблем не оберётесь.

– Люблю идти против толпы – это весело, – беспечно пожал плечами Карасуока. – А вообще, я главный акционер журнала. Основатель меня, конечно, просил с вами не связываться, когда узнал, что я еду в Исэгаву с командировкой. Но понимаете, в чём суть… срать я хотел на его просьбы. Я работаю в «Эволюции образа», потому что мне нравится заниматься фотографией. А ей можно заниматься много где, необязательно продолжать работать в журнале, из которого я в любой момент могу вывести деньги.

Сложив руки под грудью, Аяка задумчиво постучала пальцем по плечу. Похоже, он не врёт – в самом деле хочет помочь им. С одной стороны, глупо упускать такой приступ альтруизма, чем бы он ни был мотивирован. Но с другой, безопасно ли с ним вообще связываться? Столь порывистая и беспринципная личность может в любой момент развернуться на сто восемьдесят градусов: сегодня хочет им помогать, а уже завтра перехочет. Слишком хрупкий лёд вокруг него.

Она встретилась взглядом с Шикаямой и почувствовала, что он одобряет нежданную помощь. Будто бы глазами с ней говорил. Предлагал довериться влиятельному гостю и обещал со всем разобраться, если что-то пойдёт не по плану. И этот немой диалог помог ей успокоиться.

– Благодарю, господин Карасуока, мы с большой признательностью примем вашу неоценимую помощь, – выдохнула Аяка, склоняясь перед ним в поклоне.

– Я очень рад, что мы смогли найти общий язык.

– Но как именно вы собираетесь нам помочь?

– Для начала нужно привести ваш сайт в порядок. На фотографии там без слёз не взглянешь. Начнём с них. Тем более у вас в подружках известная топ-модель. Она же не откажет нам попозировать в вашем белье?

– Но у неё контракт…

– Ерунда, мы обрежем её кислую физиономию, а она сделает удивлённое лицо, если ей что-то предъявит агентство, – равнодушно прожевал Карасуока. – Доказать в этом вопросе работу в обход контракта тяжело, тем более если ничего не платить. На каком именно она контракте? Когда арендует тело на время показа или на постоянке? Учитывая её стервозный характер, сомневаюсь, что она сглупила.

– Не думаю, что есть смысл это обсуждать, пока Хина отсутствует. Я не вправе принимать за неё решение о сотрудничестве.

– Ладно, тогда я завтра к вам загляну часиков… в пять вечера. В ваших интересах к тому времени подготовить язвительную подружку к «сотрудничеству», – он встал со стола Ёсико, продолжающей смотреть на него с нескрываемым обожанием. Достал ещё одну визитку, засунул ту прямо в разрез кофты на её груди и коротко бросил: – Позвони мне.

37 глава: Фотосессия

По-кошачьи соблазнительно прогнувшись в пояснице, Хина стояла на четвереньках на диване в длинной полупрозрачной комбинации с провокационно глубоким разрезом, игриво приоткрывающим вид на край комплектных трусиков. Она изящно легла на бок, закинула руку за голову и зарылась пальцами в свои короткие волосы, после чего снова встала на колени и потянулась вверх. Двигалась так естественно, будто не замечала непрекращающихся всполохов ослепляющего света.

Аяка впервые увидела подругу в деле. Нет, правильнее сказать, впервые увидела, как работает высокооплачиваемая профессиональная манекенщица. И теперь в полной мере осознала, какая пропасть между обычной фотомоделью, чей час оценивался в пять тысяч юнов, и моделью уровня Хины.

В прошлом они нанимали молоденькую девушку, на которой отсняли две первые коллекции, выпущенные под брендом «Секрета Глицинии» специально для шемуанок. И те съёмки проходили совсем в иной атмосфере. Фотограф постоянно отвлекался, просил поменять позу, говорил, как ей встать, куда смотреть, что делать с руками, стремящимися вытянуться по-солдатски вдоль швов. Она вроде старалась, но при этом на большинстве снимков выглядела деревянной. Совершенно неестественной. В них не было той воздушности, которую сейчас демонстрировала Хина, самостоятельно сменяющая позы каждые пару минут.

Карасуока вдруг опустил камеру и подошёл к ней. Они схлестнулись взглядами, отчего аж воздух вокруг заискрил.

– А ты гибкая, – с усмешкой отметил он и протянул руку к угрюмому лицу, чтобы поправить прядь волос.

И стоило пальцам коснуться её щеки, как Хина в раздражении ударила по чужой руке и враждебно прошипела, словно из последних сил сопротивлялась неистовому желанию вцепиться ногтями в его самоуверенную физиономию:

– Держи свои грязные руки от меня подальше.

К ним подскочила Ёсико, крутящаяся всю съёмку неподалёку, и поправила волосы подруги.

– Так нормально? – уточнила она у Карасуоке.

– Да, спасибо, – бросил он, не переставая сверлить тяжёлым взглядом Хину.

За пять часов съёмок этот гад изрядно потрепал ей нервы заигрываниями. Притом подчёркнуто грубыми заигрываниями, почти граничащими с оскорблениями. Она же в свою очередь поражала чудесами профессионализма, в мгновение ока переключаясь, стоило ему поднести видоискатель к глазу.

Когда очередь дошла до особенно откровенного комплекта белья из полупрозрачного белого кружева, сквозь которое проступали пикантные контуры интимных мест, Аяка покосилась в сторону своего оленя. Тот с сосредоточенным видом смотрел в ноутбук. Настолько был увлечён этим занятием, что даже головы не повернул, когда Синохара поставила около него на столе кружку чая. Лишь на миг, буквально на долю секунды, Шикаяма вскинул взгляд, проверяя, смотрит ли в его сторону Аяка или нет, и снова уткнулся в экран.

– Соображает, – прокомментировала сбоку Ёсико.

– Было бы чудесно, если бы ты делала то же самое, – проворчала она в ответ. – Ты же не выкинула его визитку?

– Ая, я – взрослая девочка. И я хочу идти навстречу своим чувствам, а не давить их, как это делаешь ты. Даже если обожгусь, значит, так надо. Но, если честно, у меня хорошее предчувствие. Нутром чувствую, он особенный. Вся эта колючесть, она лишь снаружи. А внутри он нежный, как пушок у лебедя под крылом.

– Ёси… он классический мудак.

Конечно, та с ней не согласилась и ещё минут десять доказывала, что Аяка просто не в состоянии разглядеть настоящую личность Карасуоки, которая гораздо сложнее и многограннее, чем могла показаться на первый взгляд.

У всех девушек, падких на плохих парней, одна и та же навязчивая идея: каждая вторая свято верит, что ради них подонок обязательно изменится. Сначала придумывают себе сказки про некую недолюбленность, тяжёлое детство, а потом играют в спасительниц. Кому-то быстро получается скинуть оковы токсичных отношений, а кто-то варится в них годами.

Но больше всего поражало во всей этой ситуации, что они раз за разом продолжали вставать на одни и те же грабли, даже не предпринимая попытки их обойти. Будто получали извращённое удовольствие от эмоциональных качелей, с которых можно слезть, только попутно переломав ноги.

– Ито, – вдруг позвал её Карасуока. – Не хочешь подменить подругу?

– В смысле? – напряглась она.

– Было бы неплохо пару комплектов показать на нормальной груди, а не только на прыщиках, едва дотягивающих до первого размера.

– Сукин сын, – прошипела Хина.

– Прости, не хотел обидеть. У тебя просто очаровательная родинка под левым…

– Заткнись, ублюдок. Думаешь, я ничего не вижу? Ты здесь не единственная птичка.

Уголок его широкого рта дёрнулся, расходясь в издевательской ухмылке.

– Может, лучше мне? – предложила собственную кандидатуру Ёсико, задумчиво изучая своё декольте.

– У тебя там тоже нечего показывать – один пуш-ап, – небрежно отмахнулся он. – Нормальная грудь тут только у Ито и вон той пухловатой девчонки. Но она выглядит, как запуганная девственница. Небось расплачется, если я предложу ей раздеться.

При его словах Синохара сконфуженно сгорбилась. Она постоянно носила балахоны, за которыми толком не понять, что за фигура там прячется. И как только Карасуока смог разглядеть у неё большую грудь? Глазастый гад.

– Не думаю, что привлекать к этому занятию хозяйку ателье уместная идея, – вдруг произнёс сухим тоном Шикаяма. – Если вам необходима ещё одна фотомодель, но с другими пропорциями, я найду её до завтра.

– О, так вы, что ли… понял. Вопрос снят с повестки. Извиняюсь, мужик, на чужое не претендую.

Как же, не претендует. У него поперёк морды написано, что он любую в койку затащит, если случай представится.

– Так вам нужна ещё одна модель? – уточнила Аяка, поймав на себе сразу несколько удивлённых взглядов. – Нам искать девушку?

– Нет, не нужна. Я на тебя поглазеть хотел, – усмехнулся Карасуока и опустил взгляд на маленький экран фотокамеры.