Текст книги "Ложные убеждения (СИ)"
Автор книги: Ева Романова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)
Глава 15
Встаю со своего места и иду по проходу под удивленные взгляды пассажиров, а сзади в спину дышит коренастый, загоняя меня в ловушку. Лихорадочно соображаю, что делать дальше. Отключенный телефон в сумке на плече, но его отберут либо сейчас, либо по приезду в отделение в аэропорту.
Странно, что еще сумку не забрали. У меня будет возможность позвонить, но кому? Родителям? Они будут в шоке. А я даже не знаю, за что меня задержали. Может в терминале меня кто-то подставил? Но как? Подложил что-то в чемодан, пока я клевала носом над чашками с кофе?
Меня усаживают в полицейский уазик на заднее сидение, которое отделяется от водителя стеной из металлического пласта с решеткой. Коренастый забирает мою сумку, относит в соседнюю машину. Я даже не сопротивляюсь, понимая, что сделаю этим только хуже. Плешивый полицейский возвращается и садится вперед, рядом с напарником, машина трогается с места.
Только сейчас понимаю, что на меня не надели наручники. Что-то мне данный факт не прибавляет уверенности, а наоборот. Смотрю на свои запястья в растерянности. Какой-то бред. Разве так задерживают людей? Вообще все задержание с самого начала смахивает на фарс. Ни объяснения причины, никаких обычных формальностей, ни наручников. Хрень какая-то. Надо обязательно запомнить все в подробностях, чтобы потом рассказать адвокату задержание в деталях, уверена, что это сможет мне помочь. Черт, никогда не думала, что буду рассуждать о таком!
Пытаюсь отогнать плохие мысли и перевожу взгляд за окно. Понимаю, что мы выезжаем за пределы аэропорта. Если до этого я более-менее держалась и пыталась мыслить рационально, то сейчас страх начинает проникать в каждую клетку тела. Сердце колотится быстрым темпом, отзываясь болью в висках. Разве они не должны были отвезти меня в отделение в аэропорту?
Окончательно срываюсь в истерическую панику, когда машина выезжает на трассу, а затем спустя несколько минут начинает петлять по насыпным дорогам вдоль леса и полей, подпрыгивая на многочисленных кочках и ямах. По спине начинает струиться пот, а в голове лихорадочно мечутся остатки последних тревожных мыслей.
– Куда вы меня везете?! – бью ладонями по решетке, – Какого черта?! Везите меня в отделение! Немедленно! Что происходит?! За что вы меня задержали?!
В ответ на свои крики я слышу лишь тишину, дребезжащий металл перегородки от моих ударов и камни бьющиеся о низ машины, отлетая из-под колес. Сидящие впереди меня мужчины даже и бровью не повели. Казалось, они оглохли. Плешивый закуривает сигарету, не открывая окон, и выпускает дым прямо в салон машины. В горле запершило.
Оказаться за решеткой это один из самых больших страхов многих людей, и я не являюсь исключением. Но кто знал, что оказаться там было бы гораздо спокойнее, чем в машине несущийся по бездорожью в непонятном направление, с людьми, которые могут сделать с тобой все что угодно и им за это ничего не будет.
В критический момент инстинкт самосохранения отключает панику и мозг начинает работать на полную мощность, концентрируясь на поиске хоть малейшего шанса на спасение. Я спокойно откидываюсь на спинку сиденья и начинаю изучать каждый квадратный сантиметр машины, а также напрягая извилины, чтобы вспомнить какой знак с названием населенного пункта был последним перед тем, как машина свернула.
Неожиданно машина резко тормозит и я, не пристегнутая, по инерции лечу вперед, прямо на металлическую решетку. Лоб пробивает яркая вспышка боли. Прикладываю ладонь к месту ушиба, морщась. На пальцах остается густая кровь.
– Блять! – плешивый хлопает себя по ноге ладонью в попытках затушить упавшую на него сигарету.
– Ебать ты лучше на это посмотри, – сдавленным голосом произносит водитель уазика и мы все вместе дружной и синхронной командой смотрим через лобовое стекло, на то, что так привлекло его внимание.
Поперек дороги стоял большой черный тонированный внедорожник, который преграждает нам путь. Это еще кто? Час от часу не легче. Надеюсь, они не привезли меня продавать в рабство местным сутенерам.
– Мужики, что там происходит? – слышится из рации, видимо голос водителя второго уазика, который стоит позади нас в аэропорту. Голову пронзает догадка: эта машина все время ехала за нами, в ней мои вещи! Там есть телефон! Осталось только выбраться. Думай, Лиза, думай как!
Водитель не успевает ответить, как из-за черной машины выезжают еще две такие же. Гигантские, грузные внедорожники, которые скорее всего внушали страх не только здесь и сейчас, но и на дорогах, где машины в потоке моментально расступались перед ними. На таких обычно ездят либо политики, либо представители местных банд.
– Сука, во что ты нас втянул? За какие-то сраные копейки. Они же нас к херам прикончат! На номера посмотри! А если не они, то сверху нас, как мух прихлопнут за просраное задание! – верещит водитель, отчаянно размахивая руками то в сторону машин, то пытаясь ударить плешивого.
Вжимаюсь в сидение, понимая, что сами полицейские не знают, кто эти люди. Страх отдается колющей судорогой в ногах. Пальцы рук похолодели. Твою мать, во что я вляпалась?! Все любовно-сексуальные проблемы показались мне сейчас абсолютно смешными. И я об этом беспокоилась? ХА! Как интересно распоряжается судьба, переворачивая все с ног на голову. Ловкая, хитрая и цепкая дама, однако. Любительница преподать уроки.
– А я говорила, что надо было в отделение ехать, – говорю я и захожусь в истерическом смехе. Не могу остановиться, смеясь до колик в животе. В особенности, когда оба надзирателя оборачиваются в мою сторону, как будто только сейчас вспомнили о моем существовании. Они переглядываются и плешивый крутит пальцем у виска.
– Что делать будем, Василич? – спрашивает водитель, кивая головой в сторону, стоящей впереди машины.
– Да ху… – он не успевает закончить, как из внедорожника выходит широкоплечий силуэт в черном пальто и обходит капот машины. За ним следует бритоголовый амбал в кожаной куртке, обтягивающую его перекаченное тело. У обоих в руках металлические рукоятки со сверкающими в утренних лучах солнца стволами.
Я судорожно сглатываю, всматриваясь в лица мужчин. И мне становится не до смеха.
Глава 16
Марк.
Звонкая трель мобильного телефона наполняет всю комнату, отдаваясь от стен, освещенных рассветными лучами солнца и от моих барабанных перепонок. Шуршу мягкими хлопковыми простынями и тянусь к жужжащему на прикроватной тумбочке смартфону.
– Да, – отвечаю через чур резко, прислонив аппарат к уху. В голосе не слышится ни капли сонливости. Я годами учился владеть собой, своим телом и речью, чтобы всегда быть наготове и не показывать своих истинных эмоций.
– Марк, Вишневскую похитили, – без предисловий говорит мой начальник службы безопасности, – Кажется это вендетта.
От услышанных слов на том конце провода, одним быстрым движением сажусь и смотрю на правую сторону кровати. Она пустует.
«Какого хрена?» – проносится в голове.
– Сергей, жду тебя у себя через пятнадцать минут с полным отчетом произошедшего. Подними всю нашу группу безопасности, пусть готовятся! – рявкаю и направляюсь в душ. Нужно срочно охладиться и привести мысли в порядок.
В голове проносился ворох мыслей, как и накануне вечером. Но в этот раз они были гораздо мрачнее. Мной воспользовались. Нагло, ловко и изощренно. Так со мной не смел поступать никто. Даже самые злостные враги, мечтающие поиметь меня во всех направлениях, не смели и мечтать о том, что сделала маленькая, безрассудная девчонка.
Почему я не понял этого сразу? Почему не ответил на звонки Серого вечером, который прекрасно знал, куда и почему дерзкая брюнетка направляется и хотел предупредить? Почему я выключил телефон, запивая свои эмоции виски, узнав, где на самом деле она будет решать свои «важные вопросы» и увидев откровенные фотографии, которые она посылала не мне? Почему сбежала после?
Слишком много почему. С раздражением тру лицо руками, стоя под душем. Струи прохладной освежающей воды спускались по телу, наполняя его энергией и стирая усталость от недосыпа.
Прислушиваюсь к своим ощущениям и впервые за последние несколько лет недоволен тем, что почувствовал. Мне хочется злиться, планировать как проучить мелкую дрянь, но вместо этого в груди зияла дыра.
Ударяю кулаком о мраморную стену душевой. В последний раз чувствовал себя таким выпотрошенным, когда моя мать сбежала из дома, не написав даже прощальной записки, оставив меня, десятилетнего мальчика, на попечение вечно занятого отца, скупого на эмоции и чувства, но щедрого на деньги, власть и жестокость.
А теперь еще этот пиздец. Сергей разбудил с отличной новостью, что на Лизу объявили охоту. Самую что ни на есть настоящую мать его охоту. Когда же я был стопроцентно уверен, что она лежит в моей кровати. Кому-то она понадобилась. Но кому? Какого хрена я вчера охрану отозвал после ее приезда?!
Как услышал от постового на въезде в ЖК, что она приехала ко мне посреди ночи, так пьяную голову окончательно снесло. А как запах ее ощутил дурманящий даже через порог квартиры, то, как голодный зверь накинулся на свою долгожданную жертву, которую выслеживал сутками на пролет. Лишь потом, когда прижал ее к себе и почувствовал всем телом ее ледяную кожу после улицы, умерил свой пыл, понес в ванную согревать. Огонь страсти в отличии от горячей воды от переохлаждения не спасет. Дурочка в одном платье, которое еле как пятую точку прикрывало и с декольте на выкат, почти по зимним улицам разгуливала. Чем только думала непонятно. Видимо тем же местом, что подсказало ей сбежать сегодня. Именно в тот момент, когда за ней никто из Сергеевских следопытов не следил.
Странное чувство беспокойства за ее жизнь разрывает изнутри, смешиваясь со злостью и желанием прижать к стенке и придушить. То ли от ненависти за то, что натворила, то ли от страсти. Всего за несколько встреч эта ведьма словно приворожила, заставить бегать за собой, как дрессированного пса, и искать с ней встречи используя все мыслимые и не мыслимые поводы. А я велся на это, велся и искусственно создавал ситуации для их встреч, тратя баснословные деньги на то, что мне никогда не было интересным.
Гребаное наваждение! Только этого мне не хватало и в без того запутанной жизни.
Ровно через пятнадцать минут, как и было приказано, Сергей сидел на моей кухне. Он отдавал команды по телефону, отчитываясь строго и по делу, как истинный бывший вояка, одновременно прочитывая сообщения с обновлениями от своих следаков и людей из органов.
– Плохая новость, – говорит бритоголовый, скидывая звонок, – Мною завербованное лицо в структурах, – Серый хмыкает своей же шутке, от чего получает от меня испепеляющий взгляд, – Сообщил, что его начальнику поступил звонок по внутреннему телефону от людей свыше с приказом найти человека с паспортными данными нашей блудной подруги и привезти по указанному адресу. Значит связи у заказчика есть, либо он сам крупная шишка в силовых структурах. Хорошая новость, это то, что бездари полицейские, которых наняли исполнять грязную работу, всему свету план от А до Я рассказали при этом хвастались, какие они крутые, что их самые высокие чины на секретные задания отправляют. Сейчас ждем подтверждения деталей.
Со стуком ставлю кружку с кофе на столешницу островка кухни и тру переносицу пальцами, прикрыв глаза, пытаясь собрать всю картину воедино.
– Кому, блять, она нужна? Мы все ее дело изучили вдоль и поперек, каждый шаг отслеживали. Дорогу она никому не переходила. Те малолетки, с которыми она встречалась, на такое не способны. Как минимум связей таких нет. Так какого черта происходит, Серый? Где твои утырки недоследили?! – почти что рычу, задыхаясь от собственных мыслей.
Телохранитель нахмурился, проматывая в голове все события последних дней.
– Марк, я понимаю твое состояние, но давай без нервов. Надо сейчас дождаться всей информации и как можно быстрее понять, как нам действовать. И на людей моих, а точнее наших, не наезжай. Они профессионалы своего дела и я им доверяю как себе, иначе бы не работал с ними.
Только Сергей мог сказать подобное, смотря прямо мне в глаза, прибывающему в ярости. Мы знали друг друга слишком хорошо и долго, что позволяло быть прямолинейными и не заострять внимание на иногда обидных и задевающих словах.
– Давай по порядку, – выдыхаю и делаю глоток крепкого кофе, которое горечью обжигает горло, – Вчера вечером она была в клубе с этим недоноском. Они напились. Парниша не смог удержать свой член в штанах и решил тыкнуться им в первую попавшуюся доступную дырку прямо там, где ее и нашел. Она видит это, впадает в истерику и едет сюда. Больше она ни с кем не виделась кроме таксиста и охранника на посту?
– Так точно. Мои люди пасли ее и в клубе, и в машине у клуба. Была небольшая стычка с каким-то уродом, который распускал руки, но мы его пробили, после того как надавали парочку подзатыльников, пока тот ссал в туалете. Никакой угрозы не представляет, один из знакомых этого репера недоделанного, вместе в ресторане в первый день были.
Сжимаю кулаки. Хотелось бы лично надрать зад этому уроду. Что ж за девушка то такая. Хоть держи ее взаперти, чтобы больше никогда не попадала в такие ситуации, и только я мог позволять себе подобные вольности.
– Значит это кто-то с нашей стороны. Кто-то узнал о моем новом увлечении и решил воспользоваться этим, решив, что это моя слабость, – хмурюсь, пытаясь поймать в голове хоть какую-то зацепку, пока не натыкаюсь взглядом на кипу бумаг на журнальном столике у дивана, которые изучал накануне, – В филиале одном подворовывают. Уже третью неделю отчеты приходят со слишком явными не состыковками в цифрах. Я послал наших разбираться с ситуацией несколько дней назад, – киваю на документы, – Скажи своим следопытам, чтобы проверили Богатырева, управляющего этим крысятником.
– Думаешь он может мстить?
– Он в последние полгода сидит плотно на веществах. Кормушка прикрылась, деньги не достать, а связи нужные у него есть. Отследи каждый его шаг и телефонный разговор.
Сергей коротко кивнул и сразу же принялся отдавать задания нужным людям.
Провожу ладонью по волосам. Давно надо было уволить этого урода Богатырева. Да только отец его был местным депутатом, с которым МОЙ отец заключил сделку, чтобы тот дал зеленый свет для открытия филиала в его городе, где на тот момент была монополия в банковской отрасли. И конечно же не просто так, а в обмен на хрустящие купюры и работу для сыночка-неуча.
Вот только последний заигрался в успешного управляющего, копируя поведения «топовых менеджеров» из фильмов про столичный образ жизни и подсел на наркоту и шлюх, торча в клубах и барах своего захолустья. Да так сильно, что спустя время даже баснословной зарплаты перестало хватать, чтобы удовлетворять его потребности. Тогда-то он и начал подделывать отчеты, чтобы скрыть сворованные деньги. Сначала по чуть-чуть, а в последнее время совсем разошёлся и суммы, которые он прикарманивал уже ни в какие ворота не лезли.
Сразу же это заметил, но начал наблюдать издалека и выжидать, как хищник, затаившийся в кустах пася свою добычу. И вот наконец на прошлой неделе ловушка захлопнулась, и Богатырев остался без наживы. Обдолбаный нарик мог сделать все что угодно ради новой дозы. А я особо не скрывал свое новое увлечение с блестящими каштановыми волосами. Как минимум пару раз мы точно были замечены вместе. Блюстители светской хроники никогда не дремали и всегда совали свой нос куда его только засунуть можно было. Хрен знает, что может прийти в мозги, которые разъела наркота до состояния сыра с дырками и какой план Богатырев мог придумать.
Раздался звонок телефона Сергея. Тот быстро поднял трубку и внимательно выслушал докладываемую ему информацию.
– У нее билет на самолет. Вылет через полчаса. За ней выехала группа полицейских, которых подкупил наш аноним, и уже направляется в аэропорт, – Сергей постучал пальцами по столу, – Предлагаю дождаться пока ее заберут и перехватить.
Не понимаю от чего больше становится неприятно, от тупости друга или от того, что Лиза не просто сбежала из моей кровати, уехав обратно в отель, а решила сбежать даже из страны. Черт его ногу сломит пока попытаешься разобраться в том, что у нее на уме и какого хрена она так себя ведет. Похоже придется нанимать дезинсекторов, чтобы те тараканов из маленькой головушки вывели.
– Я, конечно, понимаю, что ты контуженный, но вроде бы мои доктора помогли тебе с этим?
– А что, ты предлагаешь поехать прямиком в аэропорт и устроить там вооруженную разборку? Представляю сколько жидкого дерьма ты будешь после этого разгребать. Но это конечно, если мы еще успеем доехать до туда вовремя.
Смачно ругаюсь, твердой рукой беру пистолет со столешницы, который достал из сейфа в кабинете перед приездом Сергея, и вкладываю в кобуру, которую ненавижу надевать. Но когда ты ведешь успешный банковский бизнес, часто приходится отбиваться от шакалов, которые пытаются урвать хотя бы маленький лакомый кусочек. Так учил меня отец.
Сейчас же я должен был забрать свое у тех, кто решил, что сможет отомстить мне, забрав уязвимое место. И с каких пор они у меня числятся? Сам не могу понять. Но четко осознаю, что любого порву, кто хоть дотронуться до нее посмеет.
Глава 17
– Куда они ее везут? – спрашиваю, захлопывая за собой дверь машины.
Сергей заводит мотор и выезжает из двора дома:
– В заброшенную деревню, не так далеко от аэропорта. Интересный выбор. Явно какой-то маньячина. Очень в наркоманском стиле.
– За языком следи, – рычу, сжимая кулаки, – Гони. Они не должны довезти ее до этого места.
«Она не должна увидеть место назначения. Не должна испугаться еще сильнее» – проносится в голове.
Еще около часа назад искорки ненависти мелькали по отношению к ней, а сейчас странные давящие чувство заботы и желание защитить ее затмевали все, выдавливали весь негатив, который только мог быть. Мне было плевать кому она там скидывала свои обнажённые фотографии накануне и ради кого отменила нашу встречу. Эти сопляки получали картинки, мимолетную быстро угасающую страсть, а я получит ее душу, ее сердце, все ее тело. Навсегда.
Телохранитель вдавливает педаль газа, петляя между сонно плетущимися машинами на дороге. На шоссе, ведущему в сторону аэропорта, с нами поравнялись еще несколько таких же внедорожников. Выехав на проселочную дорогу, кортеж разделяется на две группы. Наша машина встала поперек дороги, заняв выжидательную позицию.
Увидев вдалеке два полицейских допотопных уазика, поднимающих облака пыли, Сергей берет рацию:
– Закрываем ловушку, – коротко командует он, как только видит, что машины начали тормозить. Два внедорожника выехали из-за укрытия в лесу и замкнули колонну и еще два встали по бокам, закрывая любые возможности отступления до этого момента ничего не подозревающим полицейским.
– Действуем по плану, – говорит Серый, поворачиваясь в мою сторону, но я уже не слышу его и выхожу из машины, обходя ее спереди с пистолетом в руке.
– Твою мать! Гребаный идиот, придурок недоделанный! – слышу как шипит бритоголовый и выбирается из машины, доставая оружие.
Он дает отмашку бойцам, чтобы те оставались в машинах и не смели двигаться без необходимости, чтобы еще больше не нервировать и так уже взвинченных полицейских. Эти ссыкуны от любого шороха дернуться могут и натворят еще чего не надо.
Приближаюсь к машине, облокачиваюсь на нее, достав пачку сигарет из кармана пальто и стучу рукоятью пистолета по стеклу со стороны водителя. Задерживаю взгляд на сидящей сзади Лизе и видя кровь на ее лице, сжимаю челюсти. Мысленно пытаюсь передать ей слова, чтобы она не боялась. Ярость накатывает океанской волной, о которой серфингисты только мечтать могут. Красный туман застилает взор. Полицейский опускает стекло на пару сантиметров. Возвращаю оружие в кобуру.
– Прикурить не найдется? – будничным тоном, но со стальными нотками в голосе спрашиваю их, изучая серое лицо полицейского, глазенки которого таращились из щелки между стеклом и корпусом машины.
Окно открывается наполовину и мясистые трясущиеся руки протягивают зажигалку.
– А это ты очень опрометчиво сделал, – ухмыляюсь и хватаю водителя за запястье, резко потянув на себя. Тот с хрустом ударяется об потолок машины, расплющив свою рожу и размазывая слюни и кровь, текущую их сломанного носа. Из глубины машины доносится женский вскрик. Бойцы службы безопасности выскакивают из своих машин и принимают оборонительную позицию.
Напарник серолицего с проплешинами на голове, с благим матом выпрыгивает с пассажирского сидения и натыкается прямиком на Сергея.
– Куда-то спешишь? – спрашивает телохранитель, почесав дулом пистолета свою лысину, – Я вот никуда не спешу.
Плешивый судорожно сглатывает и оглядывается, пытаясь найти выход из западни, как крыса пытающаяся спастись с тонущего корабля, кидая своих собратьев. Он бросается в сторону просвета между двух внедорожников. Полицейский не успевает сделать даже нескольких шагов, как слышится выстрел. Мужчина с истошным криком падает в сухую насыпь дороги, держась за свою ногу. Серый смерил бойца, который сделал выстрел, прожигающим взглядом и дал понять, что того ждет взбучка и нагоняй.
Склоняюсь к окну водителя:
– Двери задние разблокировал, живо! Если не хочешь как твой дружок валяться в пыли с дырками от пуль.
Держась за сломанный нос, полицейский с хриплыми стонами, нажимает на кнопку разблокировки, оставаясь на своем месте и трясясь от страха. Открываю дверь и тихо ругаюсь при виде открывшейся передо мной картины.
Лиза сидит, вжавшись в кресло, обхватывая свои ноги руками, которые перепачканы кровью и как запуганный зверек смотрит на меня своими серо-голубыми глазами. В груди что-то сдавило и весь мир, казалось, сжался до нас двоих. Как будто ничего и никого больше не существует, а время остановилось. Хочется стереть это испуганное выражение с ее лица и заменить на счастливую улыбку, которой она всегда улыбалась, находясь рядом со мной. Из-за которой у меня каждый раз перехватывает дыхание.
Тянусь к девушке, но та вздрогивает и лишь еще сильнее вжимается в сиденье. Примиряюще поднимаю руки, давая понять, что я не вооружен и ей ничего не угрожает.
– Это всего лишь я. Все позади. Не бойся, – мягким голосом произношу я, старась успокоить и аккуратно беру женское тело на руки.
Сажусь вместе с Лизой на заднее сидение своего внедорожника и киваю Сергею. Тот раздает какие-то указания своим бойцам и спустя несколько минут садится за руль машины, которая увозит нас как можно дальше.
Бережно убираю, пропитанные кровью волосы, прилипшие к лицу девушки. По ее щекам заструились слезы.
– Тише, тише, маленькая. Все хорошо. Теперь все хорошо, – шепчу я, нежно ловя большими пальцами слезинки срывающиеся с ее ресниц.
В груди щемит от давно забытой нежности, испытываемой в этот момент. Легко целую девушку в висок и кладу ее голову к себе на грудь, поглаживая волосы. Лиза обхватывает меня двумя руками и крепко, до хруста ребер, прижимается, как будто боится, что я ее отпущу. Но я прекрасно понимал, что больше никогда не смогу этого сделать.
