![](/files/books/160/oblozhka-knigi-otkrovennyy-eksperiment-si-349140.jpg)
Текст книги "Откровенный эксперимент (СИ)"
Автор книги: Ева Бран
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)
Глава 34
Моника
Прижимаю одеяло к себе, намертво вцепившись в него задеревеневшими пальцами. Слёзы льются по щекам от обиды и боли. Рома только что оставил меня одну в огромной, холодной постели. Сам пошёл в душ. Перед уходом бросил:
– Ник, ты мне рыбу напоминаешь. Такая же хладнокровная. Я тебя совсем не возбуждаю что ли? Нет, ну я понимаю в первый раз. Ты была напугана, все дела. Но чего сейчас бревном лежала?
Я не ответила, смотря на парня большими глазами, которые начали наполняться слезами.
– Ты ещё поплачь. Досталась, блин, фригидная, – скривился он и вышел из спальни. А я натянула одеяло до самого подбородка, вцепившись в него пальцами, и рыдала. Мне было стыдно признаться, что сегодня я тоже испытывала боль от близости. Терпела, чтобы не портить Ромке настроение. Я его любила и не хотела расстраивать.
После этой ночи наши отношения разладились, и я ещё долго ни с кем не встречалась из страха повторения той картины.
– Моника, ты чего? – Марк поднял меня на руки, перенося на постель. Я уткнулась ему носом в грудь и рыдала. Воспоминания наполнили всю меня невыносимой болью, но я чувствовала, что сейчас освобождаюсь от неё. Моё тело способно испытать оргазм! Теперь я знаю, что не фригидна! – Ник, посмотри на меня. Что случилось? – Марк навис надо мной, убирая налипшие пряди с лица.
– Плохие воспоминания, – прогундосила, вытирая ладошкой поток слёз.
– Расскажи, что случилось, – Марк лёг рядом, накидывая на нас одеяло.
И я поделилась. Знала, что ему можно, даже нужно! Что он не обидит, поддержит, поймёт. Он же врач и мой любимый мужчина.
– Малолетний дурной засранец, – вздохнул Марк, укутывая меня своими тёплыми объятиями. – Пусть ему будет хуже.
– Почему?
– Потому что, этот дурачок остался без такой потрясающей девушки.
Мне сейчас было невыносимо хорошо. Я полностью расслабилась в руках Марка и незаметно провалилась в сон. Проснулась среди ночи от странного шума. Я привыкла жить одна, поэтому остро реагировала на малейший звук. В ванной лилась вода. Видимо, мужчина решил принять душ. Улыбнулась, поднялась, накинула халатик и пошла на кухню, чтобы попить воды.
Тут же под ногами нарисовалась Лялька, требуя еды.
– Прости, моя хорошая. Плохая у тебя мамка, – насыпала кошке корм в мисочку и потянулась за кружкой. Внезапно меня резко схватили сзади, прижимая к сильному, мокрому телу.
– Ай! – взвизгнула от неожиданности.
– Почему не спишь? – меня повернули к себе лицом. На груди мужчины россыпью блестели капельки воды. Подняла глаза, встречаясь с ним взглядом. Почему-то на ум пришла единственная ассоциация. Взгляд, которым меня прожигал сейчас Марк, был голодным. Нет, не страсть, не вожделение. Голод. Невольно поёжилась, попытавшись высвободиться из его объятий.
Мужчина нехотя разжал руки и улыбнулся.
– Что-то не так? – уселся на стул, продолжая пристально на меня смотреть.
– Всё нормально. Просто… – отвела глаза. На Марке сейчас было только моё полотенце, обмотанное вокруг бёдер. – Неловко, – открыла частичную правду. Мне нравилось, что я могу ему вот так запросто говорить о своих эмоциях и потаённых страхах. И с каждым разом это было делать всё легче.
– Знаю, что не только в этом причина, но настаивать не буду, – хмыкнул он, запуская пятерню во влажные волосы. – Пойдём обратно в спальню? – взял меня за руку и потянул за собой.
Честно говоря, мне думалось, что сейчас между нами случится настоящая близость, но Марк меня удивил. Он, практически невинно обнял меня, мягко целуя в макушку, и приказал хорошенько выспаться.
– Завтра у нас культпоход. Не забыла?
– Нет. А что это за спектакль? В театр ведь надо одеваться нарядно… или как там положено?.. У меня нет подходящего платья, – вздохнула. – Даже не так. Нет платья, подходящего к твоему дорогому виду.
Марк рассмеялся, крепче вжимая меня в своё тело.
– Здесь есть два выхода. Я могу одеться скромнее или мы купим тебе платье. Второй вариант мне нравится больше, но зная тебя, ты выберешь первый вариант.
– Да, – губы невольно тронула улыбка. – Мне начинает казаться, что скоро ты будешь знать меня лучше меня самой. Хочу сказать, это немного пугает.
Марк хмыкнул.
– Спи, давай, – чмокнул он меня в макушку, вызывая мурашки.
Утро для меня выдалось немного нервозным. То, что происходит ночью, ощущается по-другому. При свете дня всё иначе. Марк ещё спал, раскинувшись на кровати. Осторожно вылезла из-под его руки и пошла на кухню ставить чайник. Потом приняла душ и вернулась в спальню.
Марк даже во сне умудрялся быть просто ошеломляюще красивым. Опустилась на край кровати и мягко коснулась кончиками пальцев его виска. Веки мужчины дрогнули, и он распахнул глаза, пьяным взглядом упираясь мне в район декольте.
– Спусти халат, – попросил хриплым ото сна голосом.
Я напряглась и не торопилась выполнять его просьбу. Было неловко. Но в тоже время, невероятно возбуждающе.
– Ник, хочу видеть твою грудь. Прямо сейчас.
Я залилась румянцем, но начала медленно стягивать шёлковый халатик с плеч. Поняла, что мужчина уже не спал, когда я зашла в комнату. Марк жадным взглядом ловил каждое моё движение. Как только ткань упала на пояс, оголяя мою грудь, он издал сдавленный вздох.
– Потрогай себя. Проведи пальчиком по соску, – выдал очередную просьбу.
– Нет… я не могу… мне стыдно!
Марк издал лёгкий смешок.
– Ты в трусиках?
Вспыхнула пуще прежнего и кивнула.
– Жаль, – простонал он, а потом резко поднялся и начал одеваться, стоя ко мне спиной.
От внезапной смены его поведения, я растерялась. Честно говоря, между ног было уже влажно, и мне хотелось продолжить игру, но я промолчала, наблюдая, как мужчина застёгивает пуговицы на манжетах.
– Кофе, – улыбнулся он, как ни в чём не бывало, но я снова поймала этот голодный взгляд, пробирающий до костей. Взгляд настоящего хищника…
Глава 35
Марк
Первый прорыв плотины у Моники. Взлом системных настроек. Большой шаг вперёд. Она научилась чувствовать меня, доверять. Не как лечащему врачу, а как своему партнёру. Как мужчине. И её саму ошеломило новое умение.
А меня ввергла в новый шок острая реакция тела на неё. Ощущение, как будто по голове молотом приложили, и внутри образовалась гулкая вибрация. Каждое прикосновение до искр из глаз. Ещё и моя дикарка подлила масла в огонь. Начала проявлять инициативу. Робко, неумело и от того до одури пьяняще.
Сколько я ещё смогу держать себя на грани? Риторический вопрос…
Я должен. Ради неё, ради своего эксперимента…
Специально отправил Монику на день рождения одну. Задержался умышленно, чтобы по максимуму ошеломляющий эффект произвести. Заодно и на реакцию Моники посмотреть. Стесняется моей профессии. Даже не так… Боится реакции родни на столь откровенную специальность.
Напряглась вся, сжалась. Как же она зависима от мнения окружающих. Хотя, надо отдать ей должное, борется с ним, но пока что проигрывает, сама того не осознавая. Да, ершится, пытается отстоять свою точку зрения, но в глубине души примеряет на себя каждое сказанное в свой адрес слово. И как ни печально, соглашается. Подсознанием, что самое опасное для психики.
Кучка закомплексованных неудачников, считающих себя умнее и достойнее её. Не скрою, было приятно ткнуть их носом в собственную несостоятельность. Каюсь, в этой ситуации врачебная этика отошла на второе место. Я защищал свою женщину.
А потом состоялся очень познавательный разговор с мамой. Мягко намекаю женщине на то, что она давит на свою дочь. Ничего сверхъестественного или обидного не произношу, но в ответ получаю настолько бурную реакцию, что даже не по себе становится. От осознания, с чем пришлось жить и сражаться Монике всю сознательную жизнь.
Нет, я не лез в личное. Просто попросил быть немного мягче с дочерью. Сказал, что вижу, как она страдает от постоянных конфликтов. Но женщина изначально была настроена против. Она уже сформировала своё мнение обо всей ситуации, обо мне и о своей дочери в данном случае. Мои слова разбивались о глухую стену, не достигнув конечной цели.
Отторжение и враждебность. Татьяна слышит только себя. У женщины есть её мнение и неправильное. Она замкнулась в своём выдуманном мире. Создала в голове картинку идеальной семьи, расставив всё по полочкам. Но реальность и картинка не совместимы. Это вызывает в её душе негодование, которое она выплёскивает на самых близких людей.
А тут ещё я посмел лезть со своими советами. Ну и что, что психолог её дочери и пытаюсь помочь. Это немыслимо! Недопустимо! Не вяжется с её шаблонами и идеальным миром в голове.
Татьяна очень несчастна. Сама загнала себя в угол и даже не пытается выбраться, сваливая всю вину за несоответствие её идеальному миру на других. Сама страдает, и дочь заставляет страдать. Резкая, обидчивая, бескомпромиссная.
Посоветовал ей отличного психолога, но есть подозрения, что она к нему не пойдёт. Что ж… это её выбор, хотя она опять найдёт виноватых.
Монику очень жалко. Она реально чувствует свою вину. Мать отлично поработала с её психикой, манипулируя и упиваясь ролью жертвы. Не понимает моя маленькая дикарка, что она ни в чём не виновата. Но постепенно я ей это донесу.
Следующий мой шаг был даже для меня неожиданным. Напросился к Монике домой. Видел её настрой – смятение и страх и постарался по максимуму разрядить атмосферу. Мы сидели на её маленькой, но такой уютной кухоньке и просто пили чай. Болтали о ничего не значащих вещах и, как ни странно, мне понравилось. Хотя раньше ни с кем не вёл подобных бесед.
Было мило, тепло, по-домашнему. Никогда не ощущал ничего подобного. За пару столетий привык жить сам по себе.
Когда понимаю, что девушка немного расслабилась, сразу перехожу к делу, не давая ей времени, чтобы снова накрутить себя и зажаться. Меня колошматит изнутри, но я пытаюсь контролировать процесс, заставляя мозг не отключаться.
Каждый сантиметр её тела вызывает дикий восторг. Кожа мягкая, нежная, идеально гладкая. Обычно к этому возрасту у женщин уже наблюдаются первые признаки увядания, но у Моники в жилах течёт африканская кровь, которая сохраняет её молодость.
Вдыхаю-вдыхаю запах её тела и надышаться не могу. Лёгкий, сладкий, похожий на аромат свежей выпечки. В штанах мгновенно становится тесно и больно, а внутренняя сущность, буквально беснуется от желания, но я сдерживаюсь. Всё для неё, для моей дикарки. Исследую её тело пальцами и губами, приходя просто в дикий восторг.
Когда взгляд упирается в налитую полную грудь без нижнего белья, тяжело сглатываю, прежде чем провести по соскам языком. Она идеальна, мать её! Совершенна. Даже в руку не помещается, хотя при этом торчком стоит.
Моника по инерции пытается закрыться, но не даю ей этого сделать. Я должен её видеть, чувствовать, знать, что она моя. И мысленно и физически. Девушка, наконец, отдаётся своим ощущениям. Они для неё непривычны. Я вижу, как Моника теряется, пытается осознать, отодвинутся, но снова не даю ей этого сделать. Интуитивно чувствую, с какой силой надо надавить на заветную горошинку, чтобы она кончила.
Впервые в жизни Моника содрогается от оргазма в моих руках. Сам чуть в штаны не спускаю, чувствуя пульсацию под своими пальцами. Задыхаюсь, балансируя на грани. В глазах темно от её стонов, разрывающих тишину ночи и энергии, которую транслирует в пространство.
Моя! Моя дикарка!
Прижимаю к себе максимально осторожно, чтобы ненароком не сделать больно. Знаю, что могу, потому что моя сила для хрупких человеческих женщин опасна.
Слышу, как она засыпает, выравнивая дыхание. Жар тела и запах только что испытавшей удовольствие женщины, лишают рассудка. В голове яркими параноидальными вспышками образы проносятся. Хочу погрузиться в её тело, ощутить горячую влагу, обхватывающую член.
Про себя матерюсь и, наконец, не выдерживая, иду принимать холодный душ. В ванной пару раз дрочу, прежде чем прийти в мало-мальски адекватное состояние. Слышу, как Моника на кухне копошится. Делаю несколько глубоких вдохов и выхожу.
Отдельное удовольствие наблюдать за её смущением. Но в её взгляде проскальзывает что-то ещё. Страх? Но почему? Даже как психолог не могу сейчас понять причину этой эмоции. Снова забираюсь с ней в тёплую кровать и, наконец, проваливаюсь в сон под её мерное дыхание.
Глава 36
Моника
Половину дня провела в лихорадочных метаниях по дому. Не могу взять себя в руки и привести мысли в порядок. Мне понятно, что Марк что-то задумал. Это будет не обычный поход на спектакль. И это меня сильно беспокоит. Надела самое своё элегантное платье и посмотрела на своё отражение.
Когда-то совсем неожиданно купила его на распродаже. Оно мне просто понравилось. Тёмно-бордовое платье из мягкой ткани сидело на мне идеально. Кокетливый разрез на ноге был призван будоражить мужскую фантазию. Учитывая то, что я никуда раньше не ходила, эта покупка для меня была немного странной. Сексуальный, смелый наряд никак не вписывался в мою серую забитую жизнь. Ума не приложу, зачем я его тогда купила. Но теперь оно оказалось как нельзя кстати.
С трудом уложила волосы, чтобы соответствовать образу, и сделала лёгкий макияж. Марк уехал утром, дав мне возможность побыть наедине со своими думами, за что я была ему благодарна. Поняла, что уже не испытываю такого панического страха при мысли, что окажусь в толпе людей.
Когда спускалась к машине, осознала, что впервые испытываю предвкушение. Эта эмоция была для меня в новинку. Постаралась на ней сосредоточиться.
Когда увидела Марка, буквально задохнулась от восторга. Могу смотреть на него вечно. Ореховые глаза жадно следили за каждым моим движением. Хотелось плыть по дорожке, гордо выпрямив спину и соблазнительно покачивая бёдрами, но это искусство пока что мне было неподвластно. Чувствовала себя скованно и зажато.
Подошла и застенчиво улыбнулась, купаясь в настоящем похотливом взгляде Марка, от которого кровь в венах закипала. Теперь я знаю, как выглядит эта эмоция. С каждым днём происходит всё больше открытий для меня в чувственной сфере и это удивительно!
– Ты прекрасна, – Марк мягко меня обнял, притягивая к себе и нежно целуя в висок. – Тебе очень идёт это платье.
– Спасибо, – пролепетала, чувствуя, как по телу волнами проходит блаженство от такой острой реакции Марка на меня.
Когда подъехали к театру, мне в глаза сразу бросилась огромная вывеска с полуобнажёнными мужчинами. Внизу красовалась надпись: Театр танца «Искушение». Я ожидала чего угодно от спектакля для взрослых до какого-нибудь андеграунда, но к такому не была готова.
Среди желающих посмотреть представление были в основном женщины и за редким исключением мужчины. Мой спутник сразу вызвал интерес расфуфыренных дамочек. Они смотрели на Марка с явным вожделением. Элегантный, красивый, харизматичный. Я их понимала…
А вот на меня были обращены не совсем доброжелательные взгляды. Они полосовали лезвием по моей и так хрупкой самооценке. Сразу захотелось сбежать, спрятаться в уютный мирок, чтобы не видеть этих оценивающих скептических взглядов.
– Ты здесь самая красивая, – Марк наклонился к моему ушку, щекоча его горячим дыханием. – Неси себя соответственно.
– Легко сказать. А если я этого не ощущаю? Мне сейчас хочется провалиться сквозь землю. Барышни явно в недоумении, как такой мужчина может находиться рядом, с такой как я…
Марк устало прикрыл глаза и покачал головой.
– Зависимость от чужого мнения. Избавляйся от неё. Знаешь, почему они одни пришли на такой концерт?
Я мотнула головой, вцепляясь в руку Марка мёртвой хваткой. Как будто он был моим плотом в бушующем океане.
– Потому что у них хроническая нехватка мужика в организме, – ухмыльнулся Марк.
– Может они пришли посмотреть на искусство, – высказала сомнение.
– Есть и такие, но их единицы. Девяносто процентов остро нуждаются в мужском внимании. Этот концерт попытка этот дефицит возместить.
Тяжело вздохнула, рассудив, что психологу виднее. И даже услышав от Марка анализ окружающих и ситуации в целом, всё равно чувствовала себя ущербно. Страшила мысль, что я сейчас шагну в самую толпу недоброжелателей. Страх наяву.
– Вспомни самое первое упражнение, – Марк сжал мою холодную ладошку. – Хоть один человек нашёл в тебе внешние недостатки? Эти женщины также видят твою красоту, но ты для них конкурентка. Всё просто. Отсюда и жалящие взгляды.
Вопреки моим страхам, мы пошли не в общий зал, а на второй этаж. Марк завёл меня на балкончик, с которого был самый хороший вид на сцену.
– Я снял его весь, – мужчина приподнял один уголок губ в лукавой улыбке, а меня бросило в дрожь. И опять я отметила, что испытываю доселе неизвестные мне острые реакции организма. Происходила непонятная и незнакомая для меня химия отношений между мужчиной и женщиной.
Марк отодвинул стул и помог мне сесть. Кинула на него взгляд из-под опущенных ресниц. Мимолётный, краткий, воровской. Мужчина же не стеснялся и буквально пожирал меня взглядом.
– Мне нравится, как ты собрала волосы, – он нежно коснулся шеи под причёской, играя с выбившимся локоном и проводя пальцами вдоль позвоночника. Вздрогнула, как будто по мне пропустили ток. Вся кожа покрылась мурашками. – Подбери немного юбку, – попросил, наклоняясь к моему уху.
– Зачем? – напряглась и затравленно на него посмотрела. Не собирается же он?..
– Подбери, – уже в более приказном тоне.
Меня обдало волной жара, а сердце зашлось в лихорадочном ритме. Краснея, приподнялась со стула и немного подобрала платье. Теперь юбка едва доходила мне до середины бедра. Хоть в ложе больше никого не было, и я была закрыта от посторонних взглядов, но ощутила себя голой. Сразу закинула ногу на ногу, чтобы хоть немного прикрыться.
– Не-а, – Марк покачал головой, одаривая меня новым горящим, голодным взглядом. – Ножки чуть раздвинь.
– Яяя… – почувствовала, как в горле пересохло.
– Дааа?..
– Мы же в общественном месте!
– Но как ты могла заметить, нас здесь никто не увидит.
Пока мы препирались, свет в зале погас, и зазвучали первые аккорды музыки. На сцену вышло несколько полуобнажённых парней, и замерли в красивых позах. Послышался раскат грома, и пошёл настоящий дождь! Замерла, завороженно глядя, как по мускулистым телам стекает вода.
Марк от меня отстал, давая насладиться зрелищем. Парни двигались пластично и очень красиво. В свете сафитов было видно, как перекатывается каждая мышца. Непроизвольно издала вздох восхищения.
– А ты знаешь, что на танцорах нет нижнего белья под брюками? – прошептал Марк, заставляя меня вздрогнуть. – Тебе нравится мужское обнажённое тело, Моника? – его рука начала плавное путешествие от коленки к, укоротившейся юбки, обжигая жаром внутреннюю сторону бедра.
– Не полностью. Торсы нравятся, а ниже… Ты только не обижайся.
Марк хмыкнул, мягко поглаживая нежную кожу под юбкой.
– То есть, мужские гениталии не вызывают в тебе восторгов.
– Нет.
– А отторжения?
– Тоже нет. Я отношусь к этой части тела безразлично.
– Хорошо, хоть отторжения нет. А то я бы побоялся перед тобой раздеться.
Марк снова замолк, оставив мою ногу в покое. Я сделала несколько глубоких вдохов, приходя в себя, и снова погрузилась в созерцание. На этот раз мужчина затих надолго. Мне казалось, он тоже увлечён действом на сцене, но я ошиблась. Видимо, Марк скрупулёзно занимался анализом меня и моих реакций.
Глава 37
Моника
– Раздвинь ножки, – прозвучал неожиданный приказ, заставивший меня судорожно втянуть воздух. – Ну, же.
Я медленно развела коленки, не зная, куда деть глаза от стыда.
– Тебя возбуждает то, что происходит на сцене? – поинтересовался он, не предпринимая никаких действий.
– Ну… это танец. Очень красиво.
– Возбуждает?
– Не знаю… – пролепетала еле слышно. Мне показалось, что мой ответ невозможно было различить в громкой музыке, но Марк каким-то чудом умудрился его услышать.
– Сейчас проверим, – коварно улыбнулся он и нырнул рукой мне под юбку. Я вздрогнула, ощутив касание пальцев в самом интимном месте.
Марк отодвинул край трусиков и провёл пальцами по моей плоти.
– Влажная, – промурлыкал, мягко лаская. – Научись не врать себе, и открыто говорить о таком мне. Я должен знать твои реакции, желания, мысли. – Его пальцы продолжили бесстыдную игру. – Посмотри мне в глаза, Моника, – попросил он, заставляя меня покрыться румянцем стыда.
Несмело подняла взгляд и забыла, как дышать. Мне показалось, что в темноте зала глаза Марка светились, как у хищника. Стало не по себе, но списала всё на игру освещения.
– Смотри на меня. Хочу чувствовать твоё возбуждение, видеть его в жестах, в выражении лица. Тебе нравится, то, что я сейчас делаю?
Закусила губу и кивнула, ощущая, как между ног разгорается настоящий пожар. И вновь я поразилась остроте реакций своего организма. Мне стало даже больно от возбуждения. Дыхание участилось, сердце пустилось галопом, а мир словно перестал существовать. Разве такое возможно?
Только ласки Марка и его глаза…
Я находилась как будто под гипнозом, не в силах отвести взгляд или переместить его на другую часть его тела. Марк резко подвинул мой стул к себе вплотную и закинул одну мою ногу на своё колено. Свободной рукой, провёл по шее, заставляя меня наклониться к нему. Мужчина сам дышал очень часто, обдавая мою кожу жаркими воздушными волнами.
Он надавил на мой затылок, прижимая меня лбом к своему лбу. Не разрывая зрительный контакт…
Наше дыхание смешалось. Его движения стали более агрессивными. А я с удивлением поняла, что сама подаюсь бёдрами навстречу его пальцам. С моих губ сорвался первый стон. Марк тут же заглушил его, накрыв их поцелуем и двигая пальцами ещё быстрее. Мгновение, и меня затрясло в его руках, накрывая волной блаженства.
– Хочу тебя, – прошептал Марк мне в губы. – Давай сегодня попробуем?
Нашла в себе силы только кивнуть в знак согласия на его предложение. Да, я хочу его! С ним не страшно, не стыдно и очень хорошо…
Прикрыла глаза, ловя в теле последние всполохи пережитого удовольствия.
Домой ехала как в дурмане. Мысли крутились вокруг одного. Оно и не мудрено… В животе порхали бабочки, а лицо то и дело обдавало волной жара. Марк подливал масла в огонь, прикасаясь ко мне каждую удобную минуту, пока мы стояли в пробке или на светофоре.
Мужчина озвучил свои желания относительно меня, но я видела, что с ним что-то не так. Марк старался быть со мной мягким и терпеливым, но то и дело из него вырывалась будто бы другая сущность. Внезапно он становился резким и порывистым. Машину вёл агрессивно, сжимая рукоять рычага переключения передач до побелевших костяшек.
– Что с тобой? – наконец, решилась поинтересоваться.
Он приподнял одну бровь и с непониманием уставился на меня.
– Что ты имеешь в виду?
– Мне кажется, ты нервничаешь, – поделилась своими наблюдениями. Мы как раз парковались возле моего подъезда.
– Нервничаю… – хмыкнул он, заглушая мотор, и резко повернулся ко мне. – Моника, я от тебя требую откровенности, но сам… – тяжёлый вздох и какой-то виноватый взгляд, который тут же сменился на голодный. Он сейчас выдавал такую бурю эмоций, что мне стало тесно в одном с ним пространстве.
– Что? – прошептала, сцепляя пальцы в замок.
– Я привык брать от жизни всё. Любой ценой. Это не самая моя хорошая черта.
– Не понимаю, к чему ты ведёшь… – флёр интима и лёгкого возбуждения от предстоящей близости начал сходить на нет.
– К тому, что с женщинами я обычно не сдержан. Иногда даже груб… Боюсь, что потеряю контроль над собой. Ты просто сносишь мне крышу. Никогда такого не было. Безумие какое-то, – Марк порывисто потёр себе лоб и нервно хмыкнул.
– Всё хорошо, – коснулась его руки. – Делай так, как тебе нравится.
– Моника! Как ты не поймёшь, что не должна приносить себя в жертву. Никогда! А ты сейчас снова пытаешься войти в эту роль. Сейчас главное – ты. Твоё удовольствие. Моя задача научить тебя, а не испугать.
– Но сейчас ты меня пугаешь… – поёжилась.
Марк издал нервный смешок и притянул меня к себе, тут же становясь до умопомрачения нежным. Он провёл кончиками пальцев по моей скуле и мягко поцеловал. Очень чувственно, тягуче, сладко… О таких поцелуях я только в книгах читала. Он буквально пил моё дыхание, мягко прикусывал губы, проводя после этого по ним кончиком языка, даря жаркие взгляды и обжигающие прикосновения.
Обхватила его лицо руками, погладила большими пальцами щёки с лёгкой небритостью и попыталась проявить инициативу, лаская языком его рот. Особого опыта в поцелуях у меня не было. Я действовала инстинктивно. Не знала, понравится ли Марку то, что я делаю.
Он хрипло застонал и отстранился, шумно дыша.
– Пошли к тебе, – поговорил он севшим голосом и тут же покинул салон авто, открывая дверцу с моей стороны.
В лифте продолжились чувственные поцелуи, пока что не переходящие за грань приличия.
И вот мы одни в моей квартире. Только я и он… и электрические разряды между нами. Взгляд глаза в глаза, лёгкое касание. Мы исследуем друг друга. Снова…
Знакомимся на уровне инстинктов, чувств, ощущений. Энергетика бешенная. Все внутренности узлом скручивает, заставляя выдавать рваные стоны. Он сам скидывает пиджак, а дальше даёт мне возможность действовать самостоятельно. Я принимаю правила игры. Медленно расстёгиваю его рубашку и тут же провожу пальцами по участкам оголившегося тела. Мне нравится его кожа. Горячая, гладкая и мягкая. Оглаживаю его плечи, спускаюсь вниз по рукам… Стягиваю рубашку, оставляя его по пояс обнажённым.
Исследую грудь, рёбра пресс, спину. Внезапно понимаю, что мы уже находимся возле моей кровати. Марк садится в кресло и жестом просит продолжать, кладя мои ладошки к себе на живот. Чувствую себя первооткрывателем. Не его – себя. Касаюсь Марка, а сама прислушиваюсь к своим эмоциям, реакциям организма. Веду пальцами от пупка вниз по плоскому животу и упираюсь в ремень брюк. Марк наблюдает за мной, и это возбуждает не хуже его ласк. И в тоже время мне неловко. Чувствую стыд. Знаю, что мы оба взрослые люди, но ничего с собой не могу поделать.
Пальцы начинают подрагивать, когда я сражаюсь с пряжкой. Он вскидывает свою руку и касается моей кожи на запястье, смотрит потемневшим взглядом в глаза, опускается на губы, шею, грудь. Я буквально физически ощущаю его касания. Невозможно? Странно? Но тем не менее. Кожа под его взглядом буквально воспламеняется.
– Ты невероятно красивая, – шепчет хрипло и приподнимает подол платья. Мастерски оставляет меня без трусиков, откидывая их в сторону. Приподнимается, помогая мне снять с него брюки. Меня уже нехило трясёт от переполняющих эмоций. Такую дрожь выдаю, что самой неловко.
Усаживает к себе на колени. Он ещё в белье, но я чувствую, что член его буквально стоит колом. Ёрзаю, чтобы удобней устроиться и слышу, как Марк судорожно втягивает воздух. Ведёт пальцами по моей спине, медленно расстёгивая молнию. Платье падает на талию, лифчик отправляется вслед за трусиками на пол.
Не могу выдержать откровенный взгляд ореховых глаз на своей груди и сбегаю от него своеобразным способом. Прижимаюсь к Марку и трусь о его грудь носом, вдыхая потрясающий аромат.