Текст книги "Повелитель крови"

Автор книги: Эва Баш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Глава 43

Часы на приборной панели взятого напрокат автомобиля показывали без двадцати минут одиннадцать. Марк сделал очередной круг по кварталу и припарковался на соседней улице, в стороне от заброшенного дома, под раскидистым дубом, который рос прямо у дороги и не спешил сбрасывать листья. Дома, спрятавшиеся за заборами и кустарниками, были тихи и безмолвны. Лишь в некоторых окнах горел свет, и можно было разглядеть, как кто-то ужинает, смотрит телевизор или занимается какими-то обыденными повседневными делами.

– Ну что, пошли?

Марк заглушил двигатель и вытащил ключ. Эмма посмотрела на него и прикусила ноготь.

– Я в туалет хочу, – жалостливо сказала она.

Марк цокнул языком и шумно выдохнул.

– Вот прямо сейчас? Раньше ты сказать не могла?

– Я раньше не хотела, – попыталась оправдаться девушка.

– Зайди за машину, я не буду смотреть, – предложил Марк.

– Я так не могу…

– Ну что с тобой делать?

Он посмотрел на часы, потом на Эмму и завел двигатель. Хорошо, что недалеко Марк видел заправку. Времени все равно было достаточно. До запланированной встречи оставалось еще более часа.

Эмма волновалась. Умиротворение и отрешенность, не отпускавшие ее со вчерашнего дня, уступили место панике. Первая волна накатила, когда они проезжали мимо какого-то заброшенного дома. Марк притормозил и долго вглядывался в его темные и пыльные окна. Когда спустя две минуты они снова остановились у этого же дома, Эмма почувствовала, что у нее дрожат колени, а когда они подъехали к нему в третий раз, ей осталось только дышать глубже, чтобы не упасть в обморок.

Зачем Марк назначил встречу Штефану в каком-то старом заброшенном доме?

В туалете на заправке было чисто и пахло ванильным освежителем. Эмма стояла у зеркала и хлопала себя мокрыми ладонями по щекам.

– Я слишком молода для этого всего, – шептала она. – Я должна ехать домой… Домой… Точно, надо попросить кого-нибудь отвезти меня домой.

Эмма выключила воду и вытерла лицо и руки бумажной салфеткой.

Домой.

Она посмотрела на себя еще раз и дернула дверь за ручку, но тут же была оттеснена назад Марком. Не дав девушке опомниться, он затащил ее в кабинку и, усевшись на крышку унитаза, заставил сесть к себе на колени.

– Ты что делаешь? – возмутилась она.

– Тихо!

Он приложил палец к ее губам и прислушался. Скрипнула дверь. Раздались шаги. Кто-то зашел в соседнюю кабинку и щелкнул задвижкой.

Две минуты они провели в полном молчании. Она созерцала в отражении на кнопке слива коротко стриженный затылок спутника и свое лицо с потеками туши и растрепанной прической. Он разглядывал рекламу всемирно известного ресторана быстрого питания на дверце кабинки и размышлял, о чем думали маркетологи, если вообще думали, размещая свою рекламу в таком месте. Хотя на самом деле следовало размышлять совсем о другом – план, в котором и без того хватает дыр, похоже, катится ко всем чертям.

Соседка тем временем закончила свои дела и ушла, стукнув дверью. Теперь можно немного выдохнуть. Девушка поменяла положение и вытянула правую ногу, насколько позволяло тесное пространство кабинки.

– У меня нога затекла, – пожаловалась она, пытаясь устроиться.

– Терпи, – сквозь зубы прошипел парень. – Там твои дружки рыщут.

Девушка чуть слышно вздохнула и прикусила губу.

– Я домой хочу, – шепотом сказала она.

– Раньше надо было думать… Слушай, закинь мне ее на плечо, – нервно усмехнулся парень, когда девушка продолжила возиться, пытаясь занять удобное положение.

Он пошевелил коленками.

– Какая же у тебя костлявая задница! Сколько ты весишь?

– Сколько претензий! – возмутилась она. – А кто придумал спрятаться в туалете?

– У тебя есть идеи получше?

Он достал из кобуры, спрятанной под кожаной курткой, пистолет.

– Нет! – огрызнулась она.

– Тогда сидим и ждем.

Он прислонился спиной к сливному бачку и закрыл глаза. И во что они друг друга втянули?..

Пару месяцев назад он, несомненно, обрадовался бы перспективе застрять в туалете с хорошенькой брюнеткой, может быть, даже с этой самой, которая ерзала у него на коленях, кусая губки и разглядывая потолок. Но сейчас в нем осталось только одно желание – покончить с этим запутанным делом, а потом послать всех подальше, напиться виски и завалиться спать в каком-нибудь дешевом мотеле, и пускай там будет вонять сыростью, канализацией и, возможно, мышами, зато его там никто не будет тревожить.

Дверь хлопнула, и чуть слышно провернулся ключ в замке. Парень напрягся и прислушался. Девушка отгрызла ноготь на безымянном пальце и принялась за средний. Чьи-то шаги, сопровождаемые едва различимым скрипом металла по кафельному полу, приблизились и вскоре замерли прямо возле их кабинки. Парень поднял пистолет и снял предохранитель. В этот момент дверца распахнулась.

– Не ждали?

Мужчина поднял катану и громко рассмеялся, но тут же затих.

– Н-да, над адским смехом мне еще надо поработать…

Он снял капюшон и пригладил волосы.

– Аксель…

Марк встал на ноги и вышел вперед, закрыв собой Эмму. Пистолет опускать он не стал.

– Так меня тоже называют, – улыбнулся Аксель.

– Так это ты тот самый псих, который разгуливает по городу с катаной.

Марк пригляделся к рукояти.

– С моей катаной, между прочим, – сказал он, заметив характерное переплетение и то, как кожа поистерлась в нескольких местах.

– Не с твоей, а с той, которую ты позаимствовал в отделе улик, – поправил его Аксель, поигрывая катаной. – Тебе она все равно без нужды.

– Зато тебе, я смотрю, пригодилась.

– Не даю скучать малышке, – усмехнулся Аксель и погладил лезвие большим пальцем.

– Как ты нас нашел?

– Я всегда знаю, где ты. Мы с тобой связаны, хоть ты и пытаешься отрицать это. Думаешь, без меня ты станешь нормальным? – поднял он бровь. – Подержи, милая, – протянул он катану Эмме и прошелся взад-вперед, насколько позволяло небольшое пространство туалетной комнаты.

Марк опустил пистолет и спрятал его за пояс. Эмма неуклюже взяла протянутую ей катану двумя руками, наблюдая за ним, широко раскрыв глаза.

– Я и так нормальный, – ответил Марк, выходя на середину. – И ты мне больше не нужен.

Аксель вдруг остановился и наклонил голову. Глаза его блестели.

– Да неужели? Тогда почему же я здесь?.. Ну ладно. Зато ты мне нужен.

Аксель подался к Марку и схватил его за воротник.

– Впусти меня в свой мир, – прошептал он, глядя ему прямо в лицо.

– Оставь меня в покое, – прошипел Марк и что было силы оттолкнул от себя Акселя.

Тот лишь слегка отклонился назад, но устоял на ногах.

– Значит, хочешь так, – улыбнулся он и, схватив Марка, швырнул его в стену.

Что-то хрустнуло. Раковина, которую Марк задел, или его суставы – некогда было размышлять.

Тряхнув головой, он с лету бросился в контратаку. Аксель пытался парировать удар, но вместо этого получил кулаком в подбородок, отлетел на добрые полметра и стукнулся о кафельный пол. Марк бросился на него, но Аксель оттолкнул его ногами, вскочил легко, словно кошка, и, не дав оппоненту опомниться, обрушил на него такой град ударов, что тому осталось только закрыться и прижаться лопатками к пластиковой дверце кабинки. Дверца угрожающе скрипела, грозя обрушить всю шаткую конструкцию, которая отделяла кабинки от всего остального туалета. Аксель силой заставил Марка убрать руки.

– Ну что? Посмотри мне в глаза! Впусти меня!

Марк дернулся, но Аксель изо всех сил ударил его головой в лоб. Затылок Марка сделал небольшую вмятину в дверце, и он медленно сполз на пол.

Аксель исчез… Вернее, не так. Аксель стал частью его… Нет, снова не так. Аксель всегда был частью его.

С этим осознанием Марк провалился в темноту.

Глава 44

Тезер спешил как мог. Что-то в голосе Дианы встревожило его, но он никак не мог понять, что именно. Вроде и говорила она спокойно, и просила просто заехать, когда появится время. Вот только каким ветром ее занесло в Lion’s Court? Может быть, именно это и заставило его сорваться из дома, где его малолетние разбойники оказывали последнее сопротивление и никак не хотели ложиться спать, и ехать через полгорода, а потом бежать, перепрыгивая через две ступеньки к кабинету господина Лиона.

Хозяин кабинета вышел ему навстречу, застегивая белоснежную рубашку.

– Добрый вечер, господин Аталик, – приветливо поздоровался он, протягивая руку.

– Добрый вечер, – произнес в ответ Тезер, но пожимать протянутую ему руку не стал. – Комиссар Кройц просила меня приехать.

– Ты быстро.

Диана вышла из смежной комнаты. Не нужно быть сыщиком, чтобы сложить два и два. Тезер неодобрительно посмотрел на ее бордовые бриджи, свободно ниспадающую блузу и мокрые концы волос, тихонько цокнул языком и покачал головой. В его взгляде так и читалось: «Лучше бы ты ковырялась в своей машине, Диана».

– Зачем ты меня позвала?

Диана прошла по мягкому ковру босыми ногами и забралась на тахту, обитую красным атласом. Лион устроился рядом с ней, обнял одной рукой за плечи, а второй указал Тезеру на тахту напротив. Тезер скрестил руки на груди и выжидающе посмотрел на Диану.

– Спасибо, я постою.

– Расскажи ему то, что рассказал мне, – попросила она, склонив голову на плечо Лиона.

Тот провел ладонью по ее колену и заговорил:

– До смерти Марии Шнайдер я считал, что «Ангелы ночи» – это обычная банда. Они ездили на мотоциклах, промышляли мелкими грабежами, торговали наркотиками, угоняли автомобили. В общем-то, ничего особенного. Они собирались здесь, – показал Лион указательным пальцем вниз, в пол. – В середине девяностых здесь был бар – «Ястребиный коготь» или «Ястребиный глаз», что-то вроде того, я уже и не помню. Он перешел ко мне по наследству от дяди. Потом, когда началось расследование, многие стали думать, что я их крышую, но на самом деле мы просто мирно сосуществовали. Я не лез в их дела, а они платили за выпивку и не портили мне мебель. В конце концов, я не знал другого способа выживать в те годы, когда либо ты молчал, либо тебя съедали, а всех моралистов я посылал и буду посылать по одному всем известному адресу.

Он погладил Диану по голове и продолжил:

– Уже потом я узнал, что они называют себя вампирами и пьют кровь, чтобы жить вечно. В конечном итоге им это не очень-то и помогло – насколько я знаю, большинства из них уже нет в живых. Конечно, до настоящих вампиров им было далеко.

Лион замолчал и облизнул пересохшие губы.

– Я тоже не верил Марку, когда он говорил, что его папа вампир и что он убил его маму. Не верил, пока десять лет назад ко мне не приехал один мой друг, с которым мы учились вместе в университете и которого давным-давно похоронили… а он ничуть не изменился и даже, кажется, еще помолодел. Я говорю о Берни Ульмане.

– Я догадался, – хрипло ответил Тезер.

Диана закрыла глаза и, кажется, задремала.

– Берни был моим другом, одним из самых близких, а по сути, наверное, единственным. И сейчас это по-прежнему так, хотя мы находимся по разные стороны баррикад… Этот имидж… – провел он рукой по все еще влажным волосам. – Этот имидж придумал Марк. Так мы хотели привлечь внимание вампиров – настоящих вампиров, – но они не спешили раскрываться, хотя теперь мне доподлинно известно, что они знают о моем заведении. На самом деле, может быть, их и правда очень и очень мало. Но все эти годы Берни был практически единственным вампиром, которого я знал. А имидж… он стал частью меня, моего образа жизни. Я превратил третьесортный бар в элитный клуб, стал проводить вампирские вечеринки и понял, что мне все равно, что происходит за этими стенами. Моя жизнь отныне была здесь… Марк приходил ко мне постоянно и сейчас приходит. Только вот… он не знает об этом, – взглянул Лион на Тезера. – Кто бы мог подумать, что его воображаемый друг выльется в расстройство личности.

Аталик напряг скулы и осторожно присел на край тахты.

– Ему было около четырнадцати, когда он пришел ко мне и сказал, что теперь его зовут Аксель. Ну Аксель так Аксель. Такой уж возраст. Пускай паренек ищет себя и свое место под солнцем. Хотя бы так. Бывает и хуже.

– Хотите сказать, что у него раздвоение личности? – недоверчиво нахмурился Тезер и погладил бородку. – Сколько уже лет? Пятнадцать?

– Примерно так, – прикинул Лион.

– И это что, клинически подтвержденный диагноз? Как он живет с этим? Как его взяли в полицию? Почему вы об этом знали и… молчали?

– Я не знал, – почти шепотом ответил Лион, – пока вы не пришли ко мне и не сказали, что Марк Шнайдер – член вашей команды. Я не знал, что он стал полицейским. Для меня он немного балбес, конечно, но довольно успешный художник, хотя я и не слишком ценю и понимаю современное искусство.

– И вдобавок ко всему охотник на вампиров, – добавила Диана, не открывая глаз.

– Об этом он мечтал всю сознательную жизнь – найти того, кто сделал его отца, таким и свести с ним счеты. И он достаточно далеко продвинулся в этом.

– А теперь самое интересное…

Диана села ровно и посмотрела на Лиона, потом на Тезера. Лион покачал головой и усмехнулся.

– У него есть катана.

Тезер откинулся на спинку тахты и схватился за голову.

– Так это что, он тот самый парень, которого мы ищем? – выдохнул он. – Это что же, он отрубил голову Ребекке Хеллер? Тогда он опасен!

Лион поморщился и почесал кончик носа.

– Ну чисто технически она была уже мертва к тому моменту, – сказал он.

Тезер вскочил на ноги.

– Все равно, мы должны его найти! Где он может быть?

– У меня есть предположение, но я не могу утверждать со стопроцентной…

– Ну найдем мы его, – перебила Диана, – и что дальше, Тезер? Арестуем? Это же Марк! Черт, – она качнулась вперед и назад, – комиссар Дамен был прав насчет него.

– Хотя бы поговорим с ним. Он там один, и кто знает, насколько вообще стабилен.

– Он не один, – сквозь зубы сказала Диана и опустила голову. – С ним Эмма Бишоф.

Аталик сжал кулаки и выругался, потом выругался еще раз.

– Говорите, где его искать, Лион. Если он что-нибудь с ней сделает, клянусь, я сам его убью.

Диана встала с тахты.

– Тезер, подожди, я поеду с тобой, дай мне только одеться.

Аталик шумно выдохнул через нос и махнул рукой, мол, иди, я жду.

Когда Диана ушла, он пристально посмотрел на Лиона и спросил:

– Он знает о том, что он…

Тезер замешкался, подбирая нужное слово, хотя на языке вертелось только «сумасшедший».

– Не уверен, но он переживает трудный период. Он готовился, но не смог предотвратить ни одного убийства, а я ничем не смог ему помочь.

Лион помолчал, а потом посмотрел на Тезера так, что у того по рукам побежали мурашки.

– Я хочу, чтобы вы знали, господин Аталик. Я не говорил бы вам всего этого, если бы Берни не рассказал мне сегодня вечером, как едва не лишился головы, и если бы я не видел, как Диана беспокоится о нем.

Диана вошла в комнату, застегивая на ходу кожаную куртку.

– Я готова. Позвонила Хуберу, чтобы он отследил номер, с которого звонил Марк. Идем?

Она остановилась и вопросительно посмотрела на Тезера.

– Мы как семья, господин Лион, – произнес он, не обращая на нее внимания. – И Марк мне как брат. Но иногда и братьев нужно ставить на место.

Глава 45

Сознание возвращалось постепенно, словно нарезка из разных фильмов, которая постепенно складывалась в общую картину. Затылок болел, и боль от него разливалась по всей голове.

– Господи, какой же я идиот, – произнес Марк вслух и открыл наконец глаза.

Из трубы под перекосившейся раковиной капала вода, и на кафельном полу уже собралась небольшая лужа. По зеркалу пошла небольшая трещина. Он устроил такой погром! Странно, почему до сих пор никто не пришел?

Эмма сидела, забившись в противоположный угол и подтянув к себе колени. Между колен виднелось дуло пистолета.

– Ты хоть знаешь, как им пользоваться? – спросил Марк и поднялся на ноги.

Левое плечо неприятно ныло.

Эмма прикусила губу и только сильнее сжала пистолет, все еще пытаясь осознать то, что она только что видела. Катана лежала рядом с ней на полу.

В дверь постучали. Настойчиво и требовательно.

– Минутку!

Марк глянул на себя в зеркало и протянул руку Эмме. Девушка посмотрела на него снизу вверх. Грудь ее поднималась часто-часто. Он опустился на пол рядом с ней.

– Наверное, я тебя здорово напугал. Знаешь, я и сам испугался.

В дверь постучали еще раз.

– Открывайте!

– Идем, идем! – крикнул Марк и повернулся к Эмме. – Пойдем.

Он поднял с пола катану и забрал из ее дрожащих пальцев свой пистолет, а потом вдруг потрепал Эмму по щеке.

– Извини, не смог удержаться, – усмехнулся он, помогая ей встать.

В дверь колотили уже не переставая. Марк надел валявшуюся на полу куртку, спрятал катану в заплечный чехол, а пистолет – во внутренний карман и, обняв Эмму за плечи, щелкнул замком. Рассерженный охранник едва успел остановить занесенный кулак.

– Ну не дадут уже с девушкой уединиться, – недовольно проворчал Марк, проходя мимо него.

Эмма, чьи щеки и так горели, вспыхнула еще больше и опустила глаза. Марк обнял ее покрепче и прибавил шаг. Услышав за спиной окрик охранника, который, вероятно, заглянул в туалет и увидел царящий там беспорядок, они побежали.

Машина была припаркована почти у входа, поэтому, когда охранник выбежал на улицу, Марк уже успел сдать назад и надавить на газ. Болгарских головорезов он не заметил, похоже, они уже успели уехать.

– Если ты все еще хочешь домой…

Марк вытащил из кармана телефон и помахал перед лицом Эммы, которая пыталась пристегнуться, но ремень безопасности никак не хотел защелкиваться. Увидев телефон, она замерла, но ничего не ответила. Так и не дождавшись от нее ни звука, Марк бросил его ей на колени.

Эмма дернулась и откинулась на сиденье. Похоже, что она сделала свой выбор. Она не знала, что держит ее рядом с этим человеком, но чувствовала, что если уйти сейчас, то она пропустит все самое интересное. Это словно уйти с вечеринки до того, как она начнется.

Марк бросил на нее короткий взгляд. Теперь он точно понимал, зачем таскал ее с собой эти два дня – ему не хотелось оставаться одному. Конечно, в этом деле кто-нибудь вроде Дианы оказался бы ему более полезным, но Диане он задолжал слишком много объяснений. Он и себе-то с трудом мог объяснить все то, что сейчас творилось в его голове. Столько новых мыслей и эмоций, они толкались и перебивали друг друга, а перед глазами скакали образы один ярче другого.

Но вскоре один из них заставил все остальные померкнуть.

Ребекка Хеллер… Она сидела на скамье, чуть склонив голову, и казалось, что она просто задумалась о чем-то. Он подошел к ней, пригляделся и тут же подался назад. На ее бледном безжизненном лице застыла счастливая улыбка. Опоздал. Снова опоздал. Он впился зубами в кулак, а потом выхватил катану и что было силы рубанул. Маленькая собака, которая копошилась неподалеку в осенней листве, подняла уши и залилась лаем…

Марк тряхнул головой, пытаясь сбросить наваждение, но злость, закипевшая в груди, и ощущение бессилия только стали острее.

Он остановил машину под тем же самым дубом, заглушил двигатель и повернулся к Эмме.

– Телефон оставляю тебе. Если что, позвонишь Диане, то есть комиссару Кройц, ее номер там записан. Вот это, – он достал пистолет и показал, как с ним обращаться, – тоже будет у тебя. Целься в колени и постарайся не убить кого-нибудь насмерть, – улыбнулся он и протянул ей оружие. – Водить умеешь?

Эмма неопределенно кивнула.

– Ключи оставлю в замке. В общем, я думаю, справишься.

Он хлопнул ее по плечу и открыл дверь.

– А… а ты?

Марк коснулся пальцами ее щеки, взял с заднего сиденья катану и вылез из машины.

– Не поминай лихом, – усмехнулся он и, перекинув чехол с катаной через плечо, пошел прочь, и лишь когда его темный силуэт скрылся за поворотом, она посмотрела на оставленное ей богатство.

Дунул ветер, несколько листьев мокро шлепнулись на лобовое стекло, и Эмма вздрогнула.

* * *

Марк вошел в дом и остановился на пороге, привыкая к темноте. Свет уличных фонарей сюда почти не проникал, но он в нем и не нуждался. Он мог идти даже с закрытыми глазами, хоть и не приходил сюда уже почти восемнадцать лет, если не считать прошлой пятницы.

Он сделал несколько шагов вперед, ведя ладонью по стене, и, коснувшись двери, толкнул ее. Детская комната стала меньше, а потолок – ниже. Марк взял с полки одноглазого жирафа и присел на кровать. Бабушка сказала, что он потерялся во время переезда, а он все эти годы лежал здесь и ждал его. Марк помнил, как тот у него появился.

В тот день ему исполнилось семь. Мама повезла его в город, что само по себе уже было большим приключением, и они целый день провели в парке развлечений. Он до сих пор помнил сладкий аромат цветущих лип, вкус сахарной ваты, мамино платье с красивыми белыми лилиями, ее любимыми, и ее смех, уносимый ветром. В одном из шатров они увидели большого красного тигра и потратили целую кучу мелких монеток, чтобы его получить. Они так старались сбить все шарики, но смогли выиграть только желтого жирафа. Марк назвал его Акселем, потому что так было написано на этикетке, и не расставался с ним, пока не случилось это.

Марк вздохнул и закрыл глаза. Ему казалось, что его голова сейчас взорвется от воспоминаний, о которых он уже давно успел позабыть. Он положил жирафа на кровать и заботливо укрыл покрывалом.

– Прощай, Аксель, – тихо произнес он и поднялся на ноги.

Черт, кажется, он будет скучать по этому придурку.

Из комнаты Марк отправился в кухню, где открыл один из ящиков и, не глядя, пошарил рукой. Среди вилок, ложек и прочей кухонной дребедени он нащупал картонный коробок. Поигрывая им, он пошел в гостиную. Здесь практически ничего не изменилось с его прошлого визита. Так же посреди комнаты угадывались очертания кушетки, а по стенам виднелись белые полотна, закрывающие мебель.

Марк открыл коробок и достал спичку. Чиркнул о край, но головка рассыпалась, не дав даже искры. То же самое произошло и со второй, и с третьей. Коробок уже почти опустел, когда ему удалось получить слабый огонек, но этого хватило, чтобы зажечь свечку. От нее он принялся зажигать все остальные.

Услышав шорох, Марк обернулся.

– Я не говорил тебе оставаться в машине?

– Там страшно, – тихо сказала Эмма и замерла, увидев кушетку и растекшееся по ней пятно крови.

– Ну здесь-то тебе, конечно, нечего бояться, – усмехнулся Марк и сдвинул кушетку к окну, оставив на полу длинную царапину. – Помнишь, ты уже бывала здесь?

Эмма отрицательно покачала головой.

– И это хорошо, – кашлянул Марк.

Он бы тоже предпочел не помнить, как ворвался сюда два дня назад с катаной наперевес и увидел ее в этом почти прозрачном платье, непонятно, живую или нет, и этих двух уродов, склонившихся над ней. Одному он снес голову сразу, а со вторым пришлось повозиться, потому что тот никак не хотел умирать. Впрочем, вряд ли он теперь срастется, хотя жить, скорее всего, будет. И надо же было так совпасть, что это был тот самый Берни, которого с таким упорством ищут Тезер и Диана.

Крошка Мари… Какой же Лион выдумщик.

– А вот и гости, – вдруг хищно улыбнулся Марк, глядя куда-то поверх плеча Эммы. – Ну здравствуй… папа.