Текст книги "Волчий хребет (СИ)"
Автор книги: Ева Алатон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)
Annotation
Что делать бесправной вдове, когда твою жизнь рушит опекун, заставляя выйти замуж за садиста и мучителя? Правильно, бежать! А куда бежать, если ты даже вздохнуть без его разрешения не можешь? Туда, где у него не будет власти над тобой – в резервацию, носящую в народе название "Хребет Волка".
Ева Алатон
Глава 1. Побег
Ева Алатон
Волчий хребет
Пролог
Ночь уже давно вступила в свои права, но я не спала, не могла, сегодня ко мне снова заявлялся брат моего покойного мужа требовать то, чего я дать ему не смогу даже при всем моем искреннем желании. Он всегда приходил под покровом темноты, ближе к полуночи, наверное, чтобы его ни кто не увидел, или же застать меня спящей, которую легко убить и не будет нужды выделять содержание, или чтобы заставить меня чувствовать себя беззащитной. Я терялась в догадках и предположениях по этому поводу.
Каждый его приход ознаменовался болью. Как в физическом плане, так и в моральном. Не смотря на то, что я была уважаемая донна* из благородного семейства, я была бессильна здесь, а мое семейство предпочло не заметить проблему, когда я к ним обратилась за помощью. Закон обходил вдов стороной, как будто мы и не люди вовсе! Нет нас – и все тут! Не числимся мы в дисгарме*. Империи мы били, как кость в горле, особенно после войны. Ни толку от нас, ни прибыли, а растраты на нас были в виде десятой части от содержания, выделенного опекуном. Да были прописаны определенные истины, но не более того.
Мейдон заявлялся раз в три дня, чтобы узнать, где все деньги, якобы завещанные мне мужем, но я понятия не имела ни о каких деньгах и, по-моему, это был всего лишь предлог. Я не имела ни малейшего понятия, куда дел семейные сбережения Генри, в том числе и мое приданное. Так же, как и не знала, были ли они вообще, эти самые сбережения, или же это уловка Мейдона, чтобы еще больше склонить меня к новому замужеству. Он и так отнял у меня дом, в который привел меня Генри, назвав в храме женой. Хотя по закону Мейдон мог оставить дом за мной и финансы ему это позволяли! Но, он не сделал этого. Демонова скотина! Будь проклят он! Теперь я ютилась небольшом домике, выделяемом для таких, как я вдов, бургманом* нашего городка в аренду, на две комнатки и пыталась выжить.
Деверь не сразу стал таким чудовищем. Сначала он был милым и добрым, даже, когда я спросила его, дозволит ли он оставить этот дом за мной? На что он тогда тогда ответил:
– Инге, ты же понимаешь, когда я узнал о смерти брата, я выставил все свое имущество на торги, чтобы покрыть его долги. И теперь, моя дорогая невестка, этот дом у меня единственный. Но ты не волнуйся, я позабочусь о тебе! – Ласково улыбнулся он мне тогда. Эх, видеть бы мне тогда за его улыбками волчий оскал и заподозрив неладное, в тот же миг бежать от Мейдона подальше, да хоть бы к своей семье, ведь они обязаны были принять меня, если я обращусь к ним в течении десяти дней после смерти мужа. Но я была слишком разбита из-за того, что Генри умер и пустила все на самотек. Глупая идиотка! Я корила себя на все лады, но что толку посыпать голову пеплом, когда уже все случилось?
Вчера, когда я в очередной раз отказалась выходить второй раз замуж за Мэйдона, он разозлися сильнее обычного. И после череды побоев я поняла, что если я не сбегу, то умру здесь или же окажусь связанной у алтаря с кляпом во рту.
Но проблема была вот в чем, без его согласия я не могла уехать. Он являлся моим попечителем*. Да-да, вдова в Растголе была практически бесправной скотиной, если не имела наследников. Я была бездетной. И Мейдон взял меня под свою опеку отказавшись вернуть родне, раз я не обратилась сама. Он даже мог выдать меня замуж по своему усмотрению. Чем и занимался последние недели, сватая меня то за одного ублюдка, то за другого, пока не додумался до собственной кандидатуры.
Деверь силой склонял меня к неприемлемому замужеству, пытаясь выправить таким способом свое пошатнувшееся состояние, как он сказал из-за долгов мужа, но я в это не верила, хоть убейте! Генри не был идиотом и долги, скорее всего, принадлежали самому Мэйдону, а деньги, якобы сбережения, может он надеялся, что я знаю где они, поэтому и спешил жениться на мне. Вот только я не знала! Не знала! Ни о деньгах, ни о сбережениях! И вообще, согласись я на повторное замужество, то и дня бы не прожила. Он бы понял, что я действительно не знаю, а не ломаю комедию, как он думает, то убил бы меня.
Пару недель назад, когда я впервые отказалась выходить замуж за него, он ударил меня по щеке и рассек губу.
А стоило мне только заявиться в управление в таком виде в надежде на то, что его лишат попечительства, как все пошло наперекосяк. Его не только не лишили попечительства, его еще и оправдали, поверив в наглую ложь, о том, что я помешалась из-за смерти мужа и отказавшись выходить замуж за порядочного человека нанесла эти травмы себе сама! Вот же мерзкая скотина, все вывернул наизнанку!
Он и порядочный? Ха-ха и еще раз ха! Каждая собака знает, какой проходимец и подлец этот дон Мэйдон Макрей! Жаль, что я узнала обо всем уже после смерти Генри.
Элис, его первая жена, не выдержала и покончила с собой и говорят, что его любовницы сбегают от него, но их так ни кто и не нашел, чтобы расспросить, а слухи ходят разные. Говорят, что он любит причинять боль женщинам, таким образом, получая удовольствие. Вот в это я могла бы поверить, испытав на собственной шкуре его удары. Но, что взять со слуг, которые шепчутся по углам? Правильно, ни-че-го! Это всего лишь слуги и кто им поверит? А то, что женская прислуга бежит из моего бывшего дома, как крысы с тонущего корабля, так это ерунда, сами виноваты!
Так все это и осталось на уровне слухов. И боюсь, что Мэйдону скоро надоест терпеть мои взбрыкивания, и он силой отведет меня в храм. Или опоит чем-то, что еще хуже.
Я резко вскочила с кровати, морщась от боли и пронизывающего холода обжигающего ступни. Я сейчас жила в арендованном домике на те жалкие крохи, которые мне удавалось заработать вышивкой и кружевами, что еще могла уметь делать благородная донна только шить и вышивать! Мэйдон, скотина, так и не назначил мне содержания, вот и вертелась, как могла. Точнее содержание на бумаге то есть, а вот в руках я его не держала. На вопрос, где мое содержание, Мэйдон просто рассмеялся, сказав, что выделит мне его сразу же, как только я проявлю благоразумие и соглашусь на брак, а еще лучше отдам ему деньги Генри.
Я не согласилась.
Домик был ужасно мал, всего два этажа и на каждом по одной комнатке, с низкими потолками – протяни руку и достанешь. Если убрать перегородку между первым и вторым этажом, вышел бы полноценный одноэтажный домик, только однокомнатный.
Идея бежать пришла внезапно, и я не хотела ее упускать. Есть в нашем мире одно место, где я смогу, если не затеряться, то хотя бы скрыться, пока не придумаю, как мне быть дальше. Или остаться навсегда.
Резервация оборотней! Или, как говорят в народе, Хребет Волка.
Когда-то давно, этот мир принадлежал оборотням или двуликим, как написано в Первых книгах. Но люди оказались куда более жестокими, чем те, кто обладал животной сутью. Оборотней стали истреблять за то, что считали их чудовищами, способными стать монстрами, утратив разум и выпустив зверя на свободу. И да, к этому были прецеденты. Но не все же оборотни такие! Люди вон тоже могут быть чудовищами, скрытыми под маской добродетели, но ведь за это же их не убивают? Та война была безжалостной. Двуликих убивали без разбора и разбирательства лишь только заметив первые признаки изменения. Убивали всех: женщин, детей, калек и даже стариков, которые уже не в силах держать оборот. Потом к власти пришел король Эрдлан из династии Ковенгардов, он первым понял, что оборотней можно использовать по-другому. Им предоставили выбор уйти в добровольное заточение в резервацию или поступить на службу к королю.
Эрдлан мечтал о несокрушимой армии чудовищ, по щелчку его пальцев шедшей убивать, но он просчитался. Оборотни, выбрали закрытую резервацию. Эрдлан отправил их в самое неприступное место – Ристорский хребет. Он думал, что таким образом накажет зарвавшихся тварей.
Ристорский хребет – северная часть королевства, где очень суровый климат. Людям там слишком трудно. Зима длится девять месяцев в году, там ветра, бураны и морозы. Остальное – это быстрая весна и короткое лето, затем резко наступает снова зима. Осень даже не успевает туда и глазом заглянуть.
Король хотел наказать непослушных, обрекая их на вымирание, он ждал, что непокорные взмолятся, чтобы он вернул их, но все вышло наоборот. Оборотни не только не подохли, но и наладили свой быт в этом суровом месте добычей редких горных пород, минералов и драгоценных камней, которые сбывали в Ладвию. Ристорский хребет граничит с Ладвийской империей и они проложили горный проход, торопу, на территорию Ладвии. Со временем между резервацией и королевством наладились отношения, но оборотни так и остались обособленным народом на своей территории и со своими законами, не пускавшим на свою территорию чужаков, кем бы они ни были. Но порой были исключения, и даже если это исключение было преступником, убийцей или вором оборотни не выдавали их. Как туда попадали такие, спросите вы? Раз в году, на территории Лизинбурга, самого близкого городка к резервации проходила ярмарка, куда стекались многие жители королевства. Там люди могли показать свои умения, заодно неплохо заработать. Оборотни платили щедро. Умелых мастеров они приглашали к себе погостить, предоставив все необходимое. Как оказалось, многое они все же не умели или не хотели браться за кропотливую работу. Например, резьба по дереву. Уже не один умелец перебрался в резервацию, а так же музыканты, ювелиры, гончары, стекольщики и прочие. Оборотни неохотно работают с огнем и мелкими деталями. Поэтому и я ничего не теряла, отправляясь на эту ярмарку. Даже если меня вернут опекуну, я вернусь к тому с чего начала и буду искать другие пути. Если не подохну от рук Мэйдона конечно. Но если мне все же удастся убедить оборотней, что я не плохая мастерица и смогу приносить пользу общине, то мне повезет остаться, пусть и в долине Чужаков, но зато живой и невредимой. Я старалась аккуратно складывать свои готовые кружева и вышивки, упакованные в кальку и старую газету. Вышивка была сделана на отрезах шелка и бархата не самого лучшего качества, но я могла позволить себе лишь не дорогую ткань и нитки. Была еще на коже одна, которая далась мне с трудом, чем я очень гордилась и почему-то никому не показывала ее для продажи.
И если я успею на паром, то у меня появится шанс, если не остаться в резервации, то хотя-бы заработать на откуп от опекунства. Да, был такой мерзкий закон в нашем королевстве, гласивший, что вдова, которую не устраивает опекун, назначенный ей короной, должна уплатить пошлину в размере сотни золотых и получить в городской канцелярии бумагу с королевской печатью о присвоении ей статуса «свободной вдовы». О, это был предел мечтания многих вдов! Но, где взять эти проклятые сто золотых бедной вдове? Король не давал ответа на эти вопросы, конечно, потому, что ему не выгодно было, чтобы вдовы стали свободными, так как, он получал свои десять процентов от имущества покойного в казну, только при наличии опекуна и поверьте это окупало те жалкие крохи, что выделялись императором на наше содержание.
Дисгарма* – книга с численностью населения. Такая своеобразная перепись населения в империи Эрнеин.
Попечитель* – (здесь этот термин будет несколько изменен в пользу законодательства империи.) Попечительство отличается от опеки тем, что попечитель не совершает от имени подопечного сделки, а лишь даёт согласие или не согласие на их совершение. Остальные обязанности попечителя вдовы– содержание и помощь в тех или иных делах. Но, большинство трактует последний пункт в свою пользу.
Донна* – дама благородного сословия. Соответственно дон – господин благородного сословия.
Глава 1. Побег
Так, нужно успокоится и поторопиться если я хочу успеть на паром, что отходит от Иренбурга в Лизинбург. Он ходит только на рассвете и уменя есть всего несколько часов, чтобы успеть и потому времени нет на воления, ведь до прихода Мейдона всего двое суток и если он обнаружит пропажу, то поднимет на уши весь Растгол. И когда это произойдет, я должна уже быть в Лизинбурге. Значит я успею добраться только до южного портала, который и перенесет меня в Иренбург. Собрав все свои вещи и распоров подклад корсета, в котором я сделала тайник, и куда откладывала большую часть от вырученых денег за вышивку и кружева, копя эти пресловутые сто золотых на свою свободу. Мэйдон знал, чем я зарабатываю себе на жизнь, но я не шиковала и поэтому мне удавалось водить его за нос. Но, узнай мой деверь, что я мечтаю освободиться от его гнета, он бы отнял у меня и эти жалкие гроши не побрезговав залезть в мое бельё. Лишь бы я не сбежала и вышла за него или же того, кто пожелает меня купить. Я передернулась от мысли о торгах. О да, это тоже было в чести нашей аристократии! Прожажа вдов! Порой мне казалось, что оборотни куда честнее, чем люди, даже в своей жестокости.
Денег на диллижанс до южного портала хватило впритык, благо стояли эти ребята круглосуточно у таверны " Лисий хвост", что по счастливой случайности была в паре кварталов от моего дома. И я быстро, и что не маловажно, без приключений, добралась до таверны, купила билет и села в диллижанс, готовая ступить в новую судьбу. Денег у меня осталось только на портал и паром и пара медяков на кружку горячего сбитня и может быть булочку. И я очень надеялась на ярмарку, ведь мне даже не где будет переночевать, так как я останусь без средств. Но в данный момент это меня волновало меньше всего. Я больше переживала, чтобы Мэйдон не изменил своим привычками не заявился раньше срока.
***
Небо на горизонте начало сереть, скоро рассвет поняла я, а значит в пути мы уже несколько часов. Но я не чувствовала себя в безопасности, нервничала, ерзала, чем явно доставляла неудовольствие дородной соседке, сидящей рядом со мной и то и дело хмуро поглядывающую на меня. Порой эта дама окидывала меня такой волной презрения, словно я виновата была во всех ее бедах.
Но все это была сущая ерунда. Скоро портал, осталось проехать еще каких-то пол часа и мы окажемся на площади Семи Ветров. Извозчик неутомимо погонял лошадей, за что я ему была безмерно благодарна. Но, чем ближе портал, тем я отчетливее ощущалась моя неуверенность.
Причин необоснованной нервозности я понять не могла, как бы не пыталсь. Наверное я порсто боялась, что Мэйдон настигнет меня. Я перестала накручивать себя и стала смотреть по сторонам пытаясь отвлечься.
Наконец впереди между холмами появились первые дома из серого Лизинбургского камня, и я почувствовала, что настроение мое улучшается. Через час мы были уже на площади в очереди для прохода. Мой вдовий наряд привлек внимание двух стражей, но я старалась не показывать страха, скзала, что еду на ярмарку и чтобы купить подарки, первый спросил про разрешение и я показала. Меня пропустили. Если вы думаете, что у меня было настоящее разрешение, то вы ошибаетесь. Я слабенький маг иллюзий. Мой дар даже камень не зафиксировал. Он показал, что он есть и к какой категории принадлежит, но колдовать я не могу. Зря они так! Оказалось могу, особенно после очередного потрясения. Так я и подделала почерк Мэйдона для трехдневного пропуска на ярмарку. Если это вскроется меня накажут работами в руднике и запечатают те крупицы магии, что я смогла развить.
Портал полыхнул синим светом и я пошатываясь от головокружения и тошноты отошла в сторону пропуская следующих.
Ветер швырнул мне пригоршню ледяной воды и это взбодрило меня. Я с легкимм аллюром в лево поплелась на паром, хорошо, что портал выбрасывал в относительной близости от требуемого тебе места.
Паромщику тоже пришлось показать разрешение и если бы он еще хоть пару мгновений бы в него посмотрел прежде чем вернуть мне, чары бы развеились и меня бы заковали в антимагические кандалы и под конвоем отправили бы обратно. Но и здесь Удача была на моей стороне.
К обеду мы все будем в Лизинбурге.
Лизинбург встретил нас всех шумом. Носильщики сновали туда-сюда, таская тяжёлые вещи пассажиров с парома, я скромно отошла в сторонку пытаясь прикинуть маршрут до места где будет ярмарка.
Не подалеку стайка восторженных девиц обменивалсь впечатлениями и сноровисто спешила туда же, куда и нужно было мне. Я тихонечко пристроилась в хвосте, кутаясь в свой плащ, не смотря на то, он был подбит мехом лисицы, тепла давал все равно не много. Я прятала озябшие руки в рукава, а сумка с вышивками болталась через плечо, как-то я не подумала о том, что здесь будет холоднее.
Глава 2. Ярмарка
Ярмарка еще только-только собиралась, кое-где были полностью заваленые товарами лотки, где-то их было не много, но посмотреть там было на что. Я медленно шла к цетру не слишком большой торговой площади, где стоял распределитель и раздвал номера по которым можно было найти место, естественно за плату. Причем приличную по моим меркам.
Небольшой прилавок, как раз между продавцами шерстью и тканями встретил меня унылой пустотой. Маленький, шириной чуть больше метра, но зато участок под ним был устлан слоем соломы и снабженный обогревателем, большим глиняным кувшином, наплненный горячей водой. На него можно будет поставить ноги когда товар будет разложен. Да, не зря я отдала последние деньги за это место.
Ярмарка уже давно началась и у тех, кто был рядом со мной, бойко шла торговля. Ко мне тоже подходили, но вышивки на дешевых тканях мало кого привлекали. Хотя одну мне все же удалось продать.
– Какая удивительная работа! – Воскликнули рядом и я вскинула взгляд, отвлекаясь от незаконченной работы. – Вы позволите взглянуть? – Спросил меня молодой мужчина со светлыми, нет, скорее с белыми волосами, его золотисто-карии глаза выдавали в нем жителя резервации и я с удовольствием развернула вышивку на коже, которая привлекла внимание парня. Она была парной и могла пойти как на перчатки, так и на туфельки или сапожки. Этот кусок мне достался вместе с домом, уж не знаю почему его забыли в старом сундуке, но сейчас он возможно решит мою судьбу.
Мужчина едва-едва прошелся по крям вышитых в танце волков.
– Потрясающая работа! – Похвалил он меня, продолжая рассматривать вышивку едва касаясь ее пальцами.
– Инлинг! – Звонкий девичий голосок заставил вздрогнуть меня, отвлекаясь от созерцания одного из волков. – Ну что ты тут застрял! Идем, нам еще нужно мастеров найти. – Красавица быстро подбежала к нам и заглянув мужчине за плечо тоже замерла на миг. – О-о-о – протянула она восхищенно, – Инлинг, купи уже ее, из этого выйдут потрясающие туфельки, Фара от зависти умрёт!
– Э-нет Ивва, из этого выйдут идеальные охотничьи перчатки. – Выдохнул он удовлетворенно. – Сколько вы хотите за них?
Вот он мой шанс! Неужели Боги были сегодня милостивы ко мне?
– Я ..., – я запнулась незная как начать, а потом на одном дыхании выпалила зажмурив глаза, – Я отдам вам эту вышивку взамен на договор.
Тишина была мне ответом. Я медленно, страшась увидеть, что никого рядом уже нет, открыла глаза.
Девушка внимательно меня осматривала, а мужчина так и стоял, словно громом пораженный.
– Инлинг ты же тоже чувствуешь, да? – Спросила она слегка повернув голову к мужчине, но при этом неотрывая от меня тяжелого взгляда. Признаться честно, этот взгляд заставил меня вздрогнуть. Было ощущение, что она меня хочет убить.
Мужчина кивнул. А потом с яростью выдал:
– И они еще нас зверьми считают? Ивва дай ей договор. Донна, – Обратился он ко мне, – Собирайтесь, мы дадим вам то, что вы ищите. – Страясь скрыть ярость за улыбкой проговорил он, ловко убирая растрепавштеся волосы.
Ивва положила мне на стол бумагу, даже не спросив, что я могу им предложить взамен, но не в моем случае было пререкаться. Я взглянула в бумаги, это был обычный типовой договор обещающий мне жилье и работу в деревне, где проживают люди.
Стоило мне только поставить подпись на документе, как началсь какая-то суматоха. Продавцы начали возбужденно переговариваться косясь в сторону распределителя, возле которго столпились стражи.
Мое сердце пропустило удар. Я узнала среди них Мейдона.
– Это за мной. – Прошептала я одними губами, холодея от страха, и пятясь в глубь ниши. Но меня услышали.
– Не переживайте, донна. Вы теперь часть резервации, договор, который вы только что заключили – это ваша защита. Идёмте.– Он протянул мне руку за которую я ухватилась, как за спасательный канат. Меня буквально колотило от страха. – Ивва забери все, пока я уведу донну на паром. – Броил он беловолосой красавице.
Ловко лавируя среди гомонящей толпы Инлинг уверенно вел меня на небольшой крытый паром, за нами спешила девушка с моими вещами, и стоило нам отплыть, как на пристать высыпали стражи во главе с Мейдоном.
Я все это время судорожно сжимала вязаный шарф и только когда мы отплыли, я вздохнуда с облегчением. Пальцы не хотели разжиматься от холода и пережитого напряжения.
– Что случилось? – Ивва легонько коснулась моего плеча заставляя оторвать взгляд от удаляющегося берега.
– Это... это мой деверь. Брат моего покойного мужа. Он... он хотел забрать деньги, которые Генри, якобы, оставил. Но Генри был игрок, он ничего мне не оставил, кроме дома, который забрал Мейдон. Потом он пожелал, чтобы я второй раз вышла замуж, за него или же того, на кого укажет он. – Я говорила продолжая смотреть на удаляющийся берег. Кажется я даже не моргала, я еще не до конца поверила в то, что теперь я почти свободна.
– И поэтому ты пахнешь болью? – Ивва кажется была потрясена.
В ответ я горько усмехнулась:
– У вдов в империи нет прав, мы даже в дисгарму не входим. У нас у всех есть попечители. Повезло лишь тем, кто имеет детей в браке или статус свободной вдовы, но на это нужны деньги. Большие деньги. Я не имела. – Врать я не видела смысла. Двуликие все чувствуют ложь.
– Дурацкие законы! – Выплюнул Инлинг накидывая мне на плечи меховой плащ. – В резервации холоднее. – Объяснил он свой поступок. – Как вас зовут донна? – Спросил он, тоже взглянув куда-то туда, откуда мы уже отплыли.
– Инге Мейбрик, в девичестве Луадлив. – Проговорила я наконец-то отцепив озябшие руки от шарфа и тоже снова взглянула туда, в свое прошлое.
– Приятно познакомиться донна Инге. – Он учтиво склонился предо мной и ушел куда-то на корму.
Стоявшая рядом со моной девушка мякго улыбнулась мне:
– Не переживайте донна Инге, теперь вы в безопасности. – Проговрила она, кутаясь в меховую накидку.
И мне так отчаянно хотелось поверить в ее слова, что все действительно теперь будет хорошо. Но, увы, горький опыт стоял барьером, не давая ни мыслям, ни чувствам открыться и поверить, на это нужно время.
Глава 3. Ристор или Волчий хребет
Через час бурной качки по волнам Ледяного моря паром причалил к пристани, где нас уже встречали.
Бегали и суетились носильшики и матросы вынося груз: мешки, большие тюки перетянутые веревкой, какие-то скатки и огромные ящики. Что там было я не знала. Сейчас мне было не до этого. Я переживала и нервничала, как меня встретят, есть ли у них еще мастерицы, примут ли меня и будет ли моя работа на уровне, чтобы меня не попросили покинуть это место.
Такие мысли не давали мне покоя, перемежаясь с мыслями о Мейдоне. О том, почему он так рано заявился в мой дом, получалось, что вернулся он ко мне едва ли не с час после рассвета. И я едва успела избежать незавидной участи быть запечатанной.
После выгрузки груза позволили сойти пассажирам. Нас было не много. Я и двое моих спутников, и еще пара мужчин в неказистых стеганках и войлочных сапогах, видимо таких же наемных работников как и я, или таких же переселенцев, сбежавших от чего-то, вот только, они-то знали куда едут и видимо успели подготовиться, потому, что за плечами у них были пузатые мешки, а в руках небольшие плетеные из талы корзинки с крышками, с которыми обычно путешествовали женщины.
Высокий мужчина с такими же белыми волосами, в меховом жилете надетым поверх плотно вязанного серого свитера, встречал нас скрестив руки на груди. Рядом стоял такой же высокий мужчина только с волосами будто бы присыпанными пеплом. Он вроде как и не седой, но и такого цвета волос у молодых я еще не встречала. Обычно это были вдовцы пережившие любимых жён или родители лишившиеся родимого чада. Он был молод, глаза его тоже были золотисто-карии и он хмурился. Было видно, как крылья его носа дергаются, а губы кривятся то ли в неудовольствии, то ли от березгливости.
– И это все? – Удивленно спросил тот что постарше. – Ивва, как это понимать? Я ведь просил найти хорошую кружевницу и портриху. Инлинг, а где гончар и кузнец, у Варго сын сломал руку и помошник будет весьма кстати, тебе ли не знать?
– Отец, – Вступила в разговор Ивва. – Тут доугое, но мастрецу по вышивке и кружевам я привезла, да и гончар с кузнецом имеются. А шитьем у нас любая может заняться, я уверена, что в долине есть мастерицы, даже Летти и Лайва могли бы. – И Ивва слегка кивнула отцу в сторону пришлой гостьи, то есть на меня, намекая проверить. Проверить что? И как? Я недоуменно покосилась в сторону девушки
***
Олав был удивлен поступком дочери, но стоило ему чуть больше раскрыться, как его захлестнул удушающий запах застарелых травм, запекшийся крови и душевной боли. Теперь понятно почему его дочь притащила сюда эту женщину. Олав только надеялся, что человечка действительно хорошая кружевница и вышивальщица. А швея, что ж, швея действительно может найтись в долине или же в его доме.
– Ранульф, – Олав обернулся к серому. – Найди Вульфриха, пусть подготовит дом мастерицы в долине Чужаков, а мы пока проедем в наш дом. Добро пожаловать в резервацию донна! – Он обнадеживающе улыбнулся мне и приглашающим жестом предложил всем погрузиться в возки. И только сейчас я заметила, что в сани запряжены горные козлы. Слишком большие для обычных, с густой длинной шерстью и слегка загнутыми назад острыми рогами. Вгорах, среди снежных вершин Ристора, обитали горные козлы – слишком большие для обычных представителей своего вида. Их густая длинная шерсть защищала их от лютого холода, а слегка загнутые назад острые рога позволяли им защищаться. Горные козлы были настоящими властелинами своего мира, способными насадить на рога проворных пятнистых кошек, что обитали в здешних горах. Величественные и непокорные, они правили этими землями, не признавая никакого соперника. Кроме оборотней, которым удалось укротить и одомашнить часть из них.
Ездовые козлы были запряжены не только в сани, но еще и под ездоков. Тот, который Ранульф, уже увел за собой пару саней с грузом и двумя пришлыми работниками, с ловкостью кошки забравшись на козла и ведь даже рога не помешали.
Я отвлеклась на Ивву, которая легонько взяла меня за руку чуть выше локтя.
– Пойдем, наш возок уже ждёт, да и матушка наверняка волнуется. – Она тепло улыбнулась, почувствовав мою дрожь. – Не волнуйся, здесь мы в безопасности. Тем более в доме моего отца. – Она кивнула в сторону распоряжавшегогося мужчины, что встретил нас, она говорила весьма убедительно, но я почему-то не верила.
Не знаю, то ли это предчувствие, то ли просто страх не дающий мне расслабиться полностью мешал мне верить ей.
Инлинг помог нам обеим усесться в сани и любезно укрыл темной шкурой яка. Теплой и мягкой. Сани тронулись и мы поктились в горы, сквозь ряды кривых сосен и елей. Лекие перекрики ездоков, плавная качка и скрип снега убаюкивали меня и я начала клевать носом, это сказывались мои безсонные ночи и страх, который постепенно начал уходить. В итоге я уснула и пропустила всю дорогу.
Ранульф.
Мастерица не выходила у меня из головы. Она была одета слишком легко для Ристора и с глубоким страхом в нежных серых глазах. Живя здесь долгое время, я уже видел многое, но таких вдов еще не встречал. До сих пор он не мог избавиться от мерзкого запаха крови, запекшейся на теле девушке. В ней было что-то такое, что пробудило отклик в моем затаившемся завере, и это беспокоило меня, слишком уж глубоко засел его волк. Зверь во мне молчал уже долгое время после той трагедии, но сейчас он решил высунуть свой любопытный нос.
Лохматая скотина!
Я нахмурился. Меня беспокоило его поведение. Еще немного, и я раскрою все тайны, поняв, есть ли надежда снова стать полноценным.
Быстро разместив приехавших работников, я поспешил обратно в дом Олава нужно было забрать мастерицу и возможность побыть рядом с ней даст мне полную картину того, есть ли всё-таки эта надежда у такого, как я.
Глава 4. Знакомство
Проснулась я от толчка, резко распахнула сонные глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. Это возок притормозил у добротного деревянного дома на три этажа, с резными ставнями, обналичниками и перилами. На крыльце нас встречала красивая женщина средних лет, с чёрными косами почти до колен, видневшимися из-под шерстяной шали, накинутой поверх меховой шапки, из какого-то пушного зверька.
– Олав! Ну, наконец-то! – Воскликнула она. – Уже давно перевалило за полдень, а вас всё нет! – Она величаво спустилась с крыльца и первым делом подошла к, видимо, мужу. По крайней мере, я так подумала и, как выяснилось позже, не ошиблась.
– Матушка, – Инлинг ловко вытащил из возка мою сумку и подошел к матери. – Мы привезли вышивальщицу и кружевницу. – Лукаво закончил он, чмокнув мать в щеку.
– Ну, наконец-то! – С огромным облегчением выдохнула волчица. – Ивве нужно приданное готовить, а Марта вернулась в Империю уж не знаю зачем! – Всплеснула она руками.
Инлинг помог мне выбраться из возка, где я с удовольствием бы потянулась, но при хозяйке не могла себе этого позволить, и отдал сумку.
– Не стесняйся дорогая, – Женщина подошла ко мне, и приобняв за плечи повела меня в дом, от которого так и веяло теплом и уютом. – Меня зовут Мерана, я и мой супруг, хозяева Ристора. Добро пожаловать на Хребет Волка! – Она звонко засмеялась, словно это была весёлая шутка, и ее смех подхватили супруг и сын.
– Спасибо. – Я старалась быть вежливой не смотря на усталость и желание скорее убраться в свой дом, положенный мне по договору. – Меня зовут Инге Мейбрик. – Представилась я в ответ.
– Рада знакомству с тобой! Знаю Инге, тебе бы сейчас хотелось быть как можно дальше от сюда, – с понимающей улыбкой продолжила говорить женщина. – Желательно в своем доме и в своей кровати. И я тебя прекрасно понимаю! – Подмигнула она мне. – Я не задержу тебя долго, сейчас ты разделишь с нами вечернюю трапезу, в доме твоем сейчас все равно пусто. Ранульф и Вульфрих подготовят его, принесут дрова, прогреют. Но еды в нем пока нет. Завтра кто-то из ребят принесет тебе на первое время положенные переселенцам корзины с припасами. А пока дом готовят, я бы хотела посмотреть твои работы. Я слышала, как Ивва клянчила у брата вышивку твоих рук. Мне бы тоже хотелось взглянуть. Эта женщина умела располагать к себе, приятная внешне, а ее глаза лучились теплом и пониманием.
