Текст книги "Судьба (СИ)"

Автор книги: Эра Агнес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

13

После шокирующего признания Анны Роккель был сам не свой. Он бесконечно прокручивал в голове слова в надежде отыскать в них какую-то подсказку.

– Роккель, прекрати думать. Твое молчание начинает меня пугать.

– Я просто обдумываю ситуацию.

– Давай мы завтра подумаем над этим вместе? Идёт?

Анна ущипнула его за руку.

– Идёт. Ты умеешь быть убедительной.

В ответ Анна закатила глаза и отвернула голову в сторону реки.

– Видишь дом у перекрестка?

Роккель привлек её внимание и указал рукой в сторону двухэтажного дома.

– Сейчас принято называть это здание особняком Серебряковой. Но до постройки этого строения на этом месте было другое трехэтажное здание, в котором крохотные помещения сдавали в наем. Я снимал там одну из комнат. У меня был смешной сосед. Он был молодым музыкантом и любил выпивать, поэтому с ним постоянно случались проблемы. Зато никогда не бывало скучно. Помню, однажды он уснул в мороз на балконе.

Анну рассмешила сцена, вырисовывающая в ее в фантазии.

– А еще часто он путал мою комнату со своей, поэтому в моей постели иногда спали женщины, с которыми я не виделся до этого момента ни разу в жизни. В то время мы жили беззаботно и весело.

– Чем еще вы занимались, кроме выпивки и ухаживаний за дамами?

– Мы были вообще-то интеллигентами. Писали книги, играли в шахматы. Я гораздо охотнее, чем сейчас, писал картины. Еще мне нравились балы. Был в них какой-то шарм. Тогда вечеринки были другие, намного роскошнее, чем сейчас. Думаю, тебе бы понравилось. Непременно ты бы заняла звание главной музы всех творческих деятелей. Хотя твои танцы оставляют желать лучшего.

Последними словами Роккель рассмешил её. Анна от обиды слегка пихнула его в бок.

– Прекрати смеяться над моими феноменальными па. Ты просто не разбираешься в современных танцах.

– Давишь на мой возраст? Умно.

Роккель одной рукой раскрутил Анну вокруг своей оси, затем резким движением опрокинул на спину и подхватил второй рукой её так, чтобы она не упала, а повисла в его руках. Он усмехнулся и после робко её поцеловал. Анна обхватила руками его шею. Роккель отстранился и тихо прошептал:

– Кажется, в тебе есть большой танцевальный потенциал. Согласен тренировать тебя два раза в неделю.

Роккель вернул Анну в исходное положение. Она же в ответ шлепнула его по заду.

– Ай, для леди это совсем неприлично! Но мне такое нравится.

Анна проигнорировала его замечание и, не оглядываясь, пошла дальше. Роккель быстрым шагом нагнал её.

– От меня так просто не убежишь.

– Ах да! Я и забыла, что ты бегун.

Анна постаралась скрыть усмешку, но у нее не получилось.

– Вспомнила про фонтан?

– Если честно, то да.

– Я опозорен, – Роккель рукой шлепнул себя по лбу.

– Думаю, это не самый постыдный твой поступок.

– Это верно. О самом стыдном я тебе никогда не расскажу. Даже не проси!

– Ладно. Отложим эти признания до второго свидания.

Роккель наиграно закатил глаза. Они уже успели пройти мимо Троицкого моста. До квартиры Анны оставалось совсем немного.

– А где ты живешь сейчас?

– На пересечении Малой Посадской и Чапаева. Тот дом, что с большим шпилем посередине.

– Давно ты в нем живешь?

– Кажется, с 1920-го. Только эту квартиру я могу, правда, назвать своим домом. Я редко приглашаю гостей, но для тебя двери моей обилии всегда открыты нараспашку. Анна, это я говорю в серьез.

– Я понимаю и ценю, – она крепко сжала его запястье. – Роккель, мне так с тобой спокойно.

– Это тебя пугает?

– Если честно, то да. Ты незнакомец, но по ощущениям я тебя знаю лучше, чем себя.

– Я чувствую то же самое. Все неизведанное нас пугает, и это нормально.

Роккель посмотрел на Анну с нежностью. Ему нравились те новые чувства, которые она в нем открывала. Они уже свернули с набережной на просторную Шпалерную улицу.

– Анна, какие у тебя любимые цветы?

– Белые гортензии. Почему ты спрашиваешь…?

Она не успела договорить свой вопрос. Роккель уже побежал в сторону цветочного магазина. Анну искренне умилил этот поступок. Она остановилась на краю тротуара и осталась ждать его возвращения. Мимо нее поехал велосипедист, у которого в корзинке сидела маленькая пушистая собачка. Город просыпался от сна. Уже было раннее утро, но Анна и не думала о сне. В её голове кружился водоворот чувств. Это был самый эмоциональный день в её жизни, который одновременно был самым лучшим и худшим днем.

Сложность мира сцементированная с непростой судьбой.

От того, что Анна долго стояла на одном месте, постепенно она начинала ощущать усталость, которая словно легкие теплые волны, накатывала и отпускала. Вот силуэт Роккеля показался из-за двери магазина. Первым, что Анна увидела, была его лучезарная улыбка. Роккель вышел с большим букетом белых гортензий. Анна застенчиво проговорила:

– Как ты угадал, что это мои любимые цветы?

– Интуиция и малость фантазии.

Роккель чмокнул в ямочку на щеке Анны. Аромат любимых цветов проник в легкие. Анна пылко поцеловала Роккеля, от чего на его лице появился легкий румянец. Роккель осознал, что это не просто случайная влюбленность. Его чувства уже переросли в любовь.

Так быстро? А для чего медлить?

– Спасибо! Они очень красивые.

– Но не такие красивые, как ты.

От этих слов покраснела уже Анна. Роккель продолжал удивляться тому, как Анна реагировала на каждый его комплимент. Они пошли в сторону её дома. Роккель нес букет сам, так как он был слишком тяжелым для Анны.

– Мы почти пришли.

Анна жила в современном жилищном комплексе, похожем на большую стекляшку. Солнце отбрасывала блики, от этого создавалось ощущение, что дом был похож на огромный бриллиант. Они прошли в большую арку, соединявшую два комплекса. Квартира, в которой жила Анна, находилась в самом дальнем корпусе. У входа в парадную Роккель остановился.

– Ты не зайдешь? – С удивлением спросила Анна.

– Думаю, для гостей уже слишком поздно, – он запнулся. – Или рано? Я думаю, что тебе нужно отдохнуть.

Анна сплела их пальцы рук. Её искренне веселила его робость. Взрослый мужчина так стеснялся перед ней впервые.

– Роккель, хорошо. Твоя правда. Но помоги мне, пожалуйста, донести цветы. Потом я тебя отпущу.

Он согласился. Они поднялись на лифте на седьмой этаж. Квартира находилась в самом конце длинного коридора. Анна долго не могла найти ключи в своей сумке.

– Нашла!

Сказала она громче, чем стоило. Анна отперла входную дверь и зашла первая. Квартира была светлая и просторная. При входе стояло несколько запечатанных коробок, а также четыре высокие стопки с книгами.

– Я сюда только въехала на прошлой неделе, поэтому извини за беспорядок. Не было времени обжиться.

Анна с пола подобрала разбросанные вещи: расческу, банковские карты, резинку для волос и положила их на тумбу с большим зеркалом у противоположной стены от входа. В коридоре по обе стороны были расположены два арочных проема: первый из них вел в кухню, а второй продлевал коридор. Анна сбросила туфли. Пиджак Роккеля она повесила на плечики около зеркала.

– Несмотря на это, у тебя уютно.

– Спасибо, но это не моя квартира. Меня попросили тут временно пожить. Мои друзья вместе со своими детьми переехали жить в другую страну, а эту квартиру они не хотят продавать. Я тут вместо консьержа: буду ухаживать за цветами, следить за чистотой. Проходи. Не стой в проходе. Нужно найти вазу.

Она забрала цветы у него из рук. Роккель стянул черные конверсы. Ему понравился запах квартиры, повсюду витал аромат Анны. Роккель направился вслед за Анной на кухню. Цветы уже аккуратно лежали на большом белом круглом столе, пока Анна с надеждой открывала каждый ящик в кухне.

– Я пойду посмотрю вазу в спальне, а ты поищи тут, пожалуйста.

Проходя мимо Роккеля, она поднялась на носочки и робко поцеловала его в губы. Без каблуков Анна казалась еще миниатюрнее. Роккель придержал её за талию и ласково посмотрел в глаза. На её лице в свете мягкого солнца маленькие рыжие веснушки вырисовали сотни новых созвездий.

– Хорошо. Только не уходи надолго.

– Обещаю.

Анна скрылась в конце коридора. Роккель огляделся по сторонам. Кухня была выполнена в неоклассическом стиле в светло-бежевых тонах с множеством стеклянных вставок. Роккель решил начать осмотр с верхних ящиков и практически сразу нашел вазу на полке под самым потолком.

Анна бы в жизни её не нашла.

Он достал вазу и ополоснул её от пыли, затем налил в нее чистую воду. Потом необходимо было красиво расположить все цветы в вазе. На это у него ушло еще несколько минут. Анна со сбившимся от беготни дыханием вошла в кухню, подкралась к Роккелю сзади и обвила руками его за талию. Прислонившись лбом к спине, тихо промурлыкала:

– Чтобы я без тебя делала.

Дома Анна чувствовала себя гораздо раскованнее. Она нежно поглаживала живот и грудь Роккеля, от чего его мышцы сильно напрягались. Неожиданно Анна громко икнула и сотряслась всем телом. Это действие заставило Роккеля улыбнуться еще шире. Она недовольно отпустила его из объятий и подошла к крану, чтобы налить себе воды. Её диафрагма сжималась в спазме, от этого икота становилась ещё сильнее. Анна начала пить воду постепенными маленькими глотками. Мимолетно она посмотрела на Роккеля. Его искренняя улыбка её еще больше рассмешила, и вся оставшаяся вода из стакана быстро перетекла и впиталась в платье. В это же время Анна пыталась одновременно откашляться и просмеяться. Роккель тут же среагировал. Он забрал стакан из рук Анны и ладонью постучал ей по спине. Анна вновь задышала. Её дыхание было сбивчивым и хриплым. Она слегка покашливала, и Роккель, не отпуская её руки, протараторил:

– Перестань уже меня сегодня пугать.

– Прости.

Она вновь закашлялась.

– Сейчас я переоденусь и вернусь.

Высвободившись из цепкой хватки, Анна вышла из кухни. Она зашла в спальню и придирчиво начала рыться в шкафу. Но шум, доносящийся из коридора, привлек её внимание, поэтому она, не раздумывая, побежала обратно к входной двери. Из далека Анна увидела Роккеля, стоящего с одним кроссовком в руке, второй он уже успел одеть и завязать на ноге. Она оперлась о дверной косяк, скрестив руки на груди, спросила:

– Ты хотел уйти, даже не попрощавшись? – В голосе Анны слышалось разочарование.

– Конечно, нет.

Роккель так и продолжил стоять с одним кроссовком в руке.

– Почему ты уходишь?

– Так будет правильнее.

Роккель попытался сгладить ситуацию милой улыбкой. Анна пошла к нему в плотную.

– Для кого?

– Анна, я не хочу…

– Меня?

– Конечно, нет. Просто я хочу поступить правильно. Не хочу, чтобы ты подумала, что я пытаюсь затащить тебя в постель.

– А если я этого хочу? – Анна обхватила его лицо руками. Она нахально улыбнулась. – Ты об этом не подумал?

Он громко сглотнул и облизал пересохшие губы. Роккель тонул в глади голубых глазах. Он боролся с собой, но сам не знал для чего. Затем Анна проявила инициативу. Поднявших на носочках она страстно поцеловала его в губы, и тихий мужской стон эхом пронесся по комнате. Роккель бросил кроссовок на пол, попутно снимая с ноги второй. Он жадно руками сминал хрупкое тело Анны. Она прижалась ближе к его груди, от чего на темной футболке Роккеля остались мокрые следы от промокшего платья. Роккель приподнял Анну за бедра и прижал её к стене. В его руках она казалась невесомой. Нежные и настойчивые губы спустились ближе к ключицам. Анна стянула с него футболку. Руками она ласкала его торс. От её прикосновений все его тело покрывалось мелкими мурашками.

– Пойдем в спальню, – тихим голосом предложила Анна.

Она крепче обхватила Роккеля за шею. Не разрывая поцелуй, Роккель понес на руках Анну в сторону спальни. Когда он прижал её ближе к себе, то ощутил на коже приятный холод от мокрой ткани. Разгоряченные прикосновения тел обжигали. Протяжные хриплые стоны возбуждали. В этом моменте им началось казаться, что они находятся на грани невозможного счастья.

Когда они вошли, спальня была погружена в полусвет. Солнце лишь слегка проглядывало в окна. Роккель бережно опустил Анну на кровать. Он хотел выпрямиться, но Анна за пояс ремня потянула его на себя. Роккель, удерживая баланс своего тела на одной руке, второй медленно расстегивал молнию на платье. Анна одним легким движением сбросила с себя мокрую ткань, оставив на себе только красивое черное кружево. Горячие поцелуи распространились по всему её телу. Роккель нарочно неторопливо дразнил и соблазнял Анну. Её желание было уже на пределе, когда они сплелись в один клубок любви.

14

Роккель посмотрел время на своих наручных часах, затем стянул их с запястья и положил на прикроватную тумбу. Поудобнее расположившись на спине, он ласково сказал:

– Анна, пора спать.

Она уложила свою голову на его вздымающейся грудной клетке. Роккель закутал их в одеяло и крепко левой рукой прижал ближе к себе Анну. Пальцы их рук были плотно сплетены. Пульс постепенно приходил в норму.

– Который час?

– Почти семь утра.

– Ты прав, пора вздремнуть.

Анна звонко зевнула и улыбнулась. Роккель поцеловал её в макушку.

Только стоило закрыть глаза, Роккель сразу же провалился в объятия крепкого сна. Безмятежное спокойствие. Приятная темнота. Мир, полный грез и возможностей.

Суета на противоположной стороне кровати заставила Роккеля открыть глаза. Он ужаснулся, когда увидел, что тело Анны сотрясалось от судороги.

– Анна!

Роккель прокричал хриплым от сна голосом. Он молниеносно придвинулся к ней ближе и встряхнул. Судорога тут же прекратилась. Анна приоткрыла глаза и поморщилась от яркого солнца, заливавшего всю комнату.

– Что случилось? – Испуганным голосом проговорила девушка.

– У тебя от спазма тряслось всё тело. – Дыхание Роккеля сбилось. Он был встревожен. – Как ты себя чувствуешь?

– Ничего страшного. Это всего лишь миоклонические подергивания. У меня во время сна такое часто случается. Я уже перестала на это обращать внимание, поэтому сама не просыпаюсь. Не переживай.

После этих слов последовал извиняющийся поцелуй в кончик носа. Анна свернулась калачиком в теплых объятиях. Роккель только ближе прижал к своей груди её голую спину. Он на ухо прошептал:

– Я тебя люблю.

Эти слова Анну больше напугали, чем успокоили. Она чувствовала то же самое, но осознание этого факта пугало больше всего.

Спустя один неполный день знакомства, правильно ли говорить такие громкие слова?

Грудь Роккеля сотряслась от тихого смешка. Он прислонился подбородком к её макушке и спокойно сказал:

– Ты не обязана отвечать мне тем же, если не чувствуешь ничего такого. Я просто хотел, чтобы ты знала о моих чувствах.

Анна резко развернулась и нависла над головой Роккеля. Она нежно убрала с его лба пряди волос.

– Почему ты не испугался мне о них рассказать?

– А почему я должен бояться?

– Потому что я боюсь.

После этих слов лицо Роккеля засияло от счастья. Это было лучше любого признания в любви. Он обхватил талию Анны и придвинул её ближе к себе. Роккель перевернулся на спину, а Анна осталась лежать на его груди. Она ногтями выводила рисунки на его торсе. Это щекотало его тело и разум. Анна уперлась руками в мужскую грудную клетку и слегка возвысилась перед лицом Роккеля. Она беззастенчиво рассматривала его глаза, нос, родинки, губы. Красивее его она никого не могла вспомнить. Черты его лица для нее были идеальны. Он собирался что-то сказать, но Анна его опередила:

– Я люблю тебя.

Она не поверила в то, что смогла это сказать. Анна застенчиво закрыла свое лицо ладонями. Жар воспылал в ней. Она сама не понимала, почему стыдится своих чувств. Роккель выпрямился и сел, удерживая Анну за талию. Он лишь слегка касался её голой кожи. Анна опустила свои руки ему на плечи и поудобнее уместилась на его коленях. Нежным жестом руки Роккель убрал с её румяного лица пряди волос.

– Ты так мило выглядишь, когда смущаешься. Нужно почаще заставлять тебя краснеть.

– Хорошо, но сперва. Сейчас я заставлю покраснеть тебя.

Она руками собрала и откинула свои длинные волосы за спину, тем самым открывая красивую нежную грудь. Роккель смотрел на нее с нескрываемым вожделением, он нервно покусывал нижнюю губу. Бедра Анны опустились еще ниже. Она еще теснее соприкоснулась с горячим мужским телом. Роккель руками обхватил её груди, повалил на спину и, не разрывая поцелуй, тихо прошептал:

– Ты сведешь меня в могилу.

– Попрошу встать за мной в очередь.

То, с какой иронией Анна воспринимала собственную судьбу, можно было только позавидовать. Именно в этот день она решила жить здесь и сейчас. Столько всего произошло за сегодня: она по уши влюбилась, увидела своих самых близких людей, хоть и не живыми. Ей было абсолютно все равно, сколько продлится это счастье – день, два или год. Главное – как можно дольше.

15

– Доброе утро, засоня.

Горячие губы коснулись щеки Анны. От Роккеля приятно пахло, по его коже стекали мелкие капли воды. Он сидел на краю кровати, обернутый лишь в полотенце на бедрах. Анна натянула одеяло повыше и улыбнулась.

– Доброе утро, красавчик.

Она перевернулась на спину и потянулась.

Пожалуйста, вот бы так было всегда.

Ей послышался низкий мужской смех. Рука Роккеля прокралась под одеяло и защекотала её теплые ступни. Анна взвизгнула, подобрав под себя ноги. Она села напротив Роккеля и поцеловала. Затем попыталась повалить его на спину, но он с легкостью предотвратил все её попытки.

– Сначала завтрак, а потом все остальное.

Он ответил на последний поцелуй. Анна наиграно грустно вздохнула и глупо поинтересовалась:

– Ты мылся моим шампунем? Пахнешь невероятно привлекательно. Мне бы тоже не помешало освежиться. Думаю, после сна выгляжу просто ужасно.

– А мне, напротив, кажется, что ты прекрасна, как никогда.

Он не лгал. В действительности она нравилась ему такой «настоящей». На лице Анны появилась застенчивая улыбка. Она встала и направилась в ванную комнату. Роккель улыбнулся, провожая её обнаженное тело взглядом. Он был вне себя от счастья.

С кухни послышался запах свежесваренного кофе. Анна вошла в кухню, одетая в короткий белый топ и шорты. Роккель тоже уже был одет в черные боксеры и футболку.

– У тебя в холодильнике ничего, кроме хлеба и сыра не было. Поэтому на завтрак у нас бутерброды с сыром и горчицей.

Роккель грустно вздохнул и поставил тарелку на стол. Это рассмешило Анну, и она призналась:

– Нужно радоваться, что там было хоть это. Обычно кроме молока я ничего домой не покупаю.

Увидев гневный взгляд Роккеля, она решила как можно быстрее реабилитироваться в его глазах.

– Но зато у меня целый ящик шоколада.

Эта суматоха развеселила Роккеля. Он налил две чашки кофе, в одну для Анны, добавил молоко. Они сели за стол. Гортензии благоухали приятным ароматом, от чего утро приобрело определенный шарм. Анна по привычке залезла на стул с ногами. Руками она обвивала свои колени.

– Проснувшись, я подумала, что это все было сном.

– А я сразу понял, что все было взаправду, когда увидел, как ты сладко пускаешь слюни на подушку.

Анна забрала из рук Роккеля бутерброд, который он собирался съесть сам, и его это раззадорило. Он подвинул кружку с кофе ближе к девушке. Анна с набитым ртом пыталась оправдаться:

– Не было такого! Тебе показалось.

– Ладно, ладно! Ты можешь обманывать кого угодно, но не меня. Я все видел отчетливо вот этими вот глазами.

Он двумя пальцами показал на свои глаза. Анна заметила на его руке часы. Решив сменить тему, спросила:

– Сколько времени? По ощущениям уже вечер.

– Пол седьмого. А мы только сели завтракать.

– Чем будем заниматься после завтрака?

– Можем пойти прогуляться. Подышать свежим воздухом.

Анна притворно закатила глаза.

– Фу, скучно!

– А ты бы хотела весь день проваляться в постели?

Лукавая усмешка появилась на его лице, на что Анна с радостной улыбкой закивала.

– И пускать слюни в подушку. Ты забыл добавить.

Это рассмешило Роккеля.

– Подумал, что ты обидишься, поэтому решил тактично промолчать.

В качестве наказания Анна ткнула пальцем под его ребра. Роккель скривился от боли.

– В качестве извинения я приготовлю у себя дома ужин. Согласна?

– Так уж и быть. Сытой одними твоими подколками я не буду. – Она вытянула свои ноги, сложив щиколотки на его коленях. – А ты узнал, почему вчера случился пожар в баре?

Пожар. Роккель про него совсем забыл. Вчерашний день казался таким далеким. Он бы предпочел остаться навсегда в настоящем, где был сейчас безумно счастлив. Но, увы, прошлое всегда следует за нами хвостом.

– Что-то загорелось внутри кухни. Нужно бы найти телефон, позвонить и узнать, но пока как-то не хочется.

– Вдруг кто-то пострадал?

Роккель был уверен в том, что пострадавших не было. Кроме картины ничего не сгорело. Головная боль вернулась с новой силой. Он стиснул зубы, и это не скрылось от внимательных глаз Анны.

– Ты хорошо себя чувствуешь? Что болит?

Она подхватила рукой подбородок Роккеля, заставив посмотреть ей в глаза. В голове у Роккеля был неразборчивый шепот. Он тряхнул головой в надежде, что это поможет очистить разум. Страх в глазах Анны начинал разрастаться до неизмеримых размеров.

– Все нормально, просто небольшая головная боль. Нужно прогуляться на свежем воздухе, и всё пройдет. В квартире душно из-за жары на улице.

– Может, измерим давление?

Роккель отрицательно покачал головой, умоляя этого не делать. Анна с легкой долей сарказма добавила:

– В твоем возрасте уже давно пора начать следить не только за давлением.

– Ты мне с первой же минуты намекаешь на то, что я старый. Анна, ты совсем не умеешь флиртовать.

Вырвавшись из плена рук Анны, он нежно её поцеловал. Губы были сладкими, со вкусом шоколада и кофе. Она на секунду отстранилась и ответила на его колкость:

– Я не так плоха, раз ты сидишь полураздетый в моей кухне.

– Признаю, был не прав. – Ухмылка появилась на его лице. – Но и ты должна признать, что для своего возраста я слишком хорош.

– Слишком хорош, – на выдохе повторила Анна.

Из коридора донеслись звуки скрежетания ключа в дверной скважине. Анна резко прервала поцелуй и прислушалась. Она почувствовала, как напряглось от непонимания тело Роккеля. Он машинально обвил запястье Анны своими длинными пальцами. В кухню с тяжелым дыханием вошла мама Анны. Она молча остановилась у входа в кухню, опершись спиной о дверной проход. Схожесть её позы сейчас и то, как ранее Анна также стояла в коридоре, была невероятна. Её взгляд метался с гостя на свою дочь и обратно. Она первой нарушила удушающую тишину:

– Анна, ты со вчерашнего дня не отвечала на наши звонки, поэтому я и приехала.

Впервые в жизни Анна увидела такое замешательство в лице мамы. Ей было откровенно стыдно за свой поступок. Анна резко поднялась со стула, подошла к маме и обняла её за плечи. Она тихо прошептала:

– Прости, пожалуйста. Видимо, у меня сел телефон. Со мной все хорошо.

Благодаря воспоминаниям Анны, Роккель сразу же понял то, кем была эта дама. Внешне та практически не отличалась от той красивой женщины, которой была в недалеком прошлом. Разве под глазами появилось больше усталости и морщин.

– Мама, познакомься, это Роккель.

Услышав свое имя, Роккель тут же поднялся на ноги, но внезапное осознание того, что он был не полностью одет, накрыло его с головой. Он покраснел, словно мальчишка. Ему было стыдно знакомиться с мамой Анны в таком виде, но выбора у него было. Он подошел чуть ближе и протянул свою руку в знак приветствия. Мама Анны была удивлена. Однако, ни капли не смутившись, она в ответ пожала его ладонь.

– Роккель, мою маму зовут Есения.

– Рад с Вами познакомиться. Я оставлю вас на минутку одних. Мне нужно одеться.

Пристыжено, выбежав из комнаты, Роккель направился в спальню на поиски своих штанов. Анна была сильно похожа на мать, только она была на пол головы ниже ростом. Голубые глаза и мягкие черты лица ей тоже достались от мамы. Роккель оделся, причесался и решил вернуться в кухню. Подходя ближе, он услышал тихий разговор:

– … а он ничего такой. Но слишком симпатичный для тебя.

Роккель узнал смех Анны.

– Прекрати, мам. Мне и так стыдно перед тобой.

– За что? Вы же не голые на кухне сидели. Даже если бы и сидели, то мне абсолютно все равно. Ты уже взрослая. Только тебе решать, что и как делать в этой жизни. В следующий раз просто отвечай на наши с папой звонки, чтоб мы не волновались. Как прошли похороны?

– Сказала бы, что отлично.

– Анна! Прекрати шутить над смертью.

Послышался звук зажигалки. Есения закурила сигарету.

– Прости. Я просто не знаю, как правильно ответить на твой вопрос. Я в порядке.

– Да вижу я, в каком ты порядке. Сколько вы уже встречаетесь с этим парнем?

Повисла тишина. Анна раздумывала над ответом. Роккель решил спасти её, поэтому резко вошел в кухню.

– Есения, хотите, я приготовлю для вас кофе?

– Да, мама, Роккель варит очень вкусный кофе.

Есения осматривала оценивающим взглядом силуэт молодого человека.

Он подходит для Анны? Точно подходит. Она любит таких смазливых мальчишек.

– Дети, понимаю, что вы потеряли счет времени, но уже вечер. Я после вашего кофе не смогу уснуть. У меня через пол часа пилатес, так что времени у меня особо нет. Но в другой раз от кофе я не откажусь. Роккель, приходите к нам как-нибудь на ужин. Папа Анны будет рад познакомиться с вами.

Лицо Анны застыло, прося о помощи. В её планы явно не входило так скоро знакомить Роккеля с родителями.

– Спасибо за приглашение. Если Анна захочет, то я обязательно приду.

Есения одарила его вежливой улыбкой. Она, затушив сигарету о пепельницу на подоконнике, с усмешкой добавила:

– Чтобы Анна захотела нас познакомить со своим парнем, должно произойти чудо. Скажу честно, ты первый парень, с которым я её увидела.

Анна покраснела от стыда, но продолжила молча стоять. Узнав этот факт, Роккель глупо заулыбался.

– Роккель, где вы познакомились с Анной? Только не говорите, что в больнице.

– Мы познакомились в баре.

– В баре?

Есения была крайне удивлена.

– Моя дочь умеет веселиться? Расскажу отцу, тот не поверит.

Закрыв руками лицо, Анна рассмеялась. Она уже плавилась от стыда, поэтому Роккель решил еще больше раззадорить Анну.

– Да-да. Умеет. Между нами, это она поцеловала меня первой.

Лицо Есении застыло в удивленной гримасе. Роккель с серьезным видом продолжил:

– Да-да. Я сам от нее такого не ожидал.

На лице Анны застыл шок. Она набрала в легкие побольше воздуха и громко сказала:

– Ну-ка, прекратили! Мама, кажется, ты куда-то там опаздывала. А с тобой, – Анна показала пальцем на Роккеля, – я закончу потом. Устроили тут шоу.

Звонкий смех разнесся по всей квартире. Есения попрощалась с Роккелем, помахав ему рукой. Анна ушла в коридор, чтобы проводить маму. На прощание Есения заговорщицким шепотом произнесла:

– Анна, я не знаю, чем ты его зацепила, но между вами однозначно есть химия. Я очень хочу, чтобы ты была счастлива. Дай себе шанс. Поняла?

Анна, закатив глаза, утвердительно кивнула и поцеловала на прощание маму в щеку. Она вернулась в кухню, где Роккель стоял у открытого настежь окна. Вечернее солнце придавала его лицу бронзовый оттенок. Он задумчиво смотрел на улицу и не заметил возвращение Анны. Он вздрогнул, когда услышал серьезный тон, с которым говорила Анна:

– Что значит, ты от меня такого не ожидал?

– Анна, – Роккель наиграно попятился назад, – но ведь ты поцеловала меня первой. Я не врал.

– Тогда соври и скажи, что тебе не понравилось.

Он без промедления рассмеялся над шуткой, сказанной в его адрес. Его поражали границы чувств к краям которых, словно дикие волны, бросали слова Анны.

– Будет глупо лгать. Более того, я уверен в том, что у нас любовь с первого взгляда.

– Не отрицаю. Но как так вышло? Ты понимаешь, что наша встреча могла и не состояться?

– Могла. Но она состоялась, чему я безумно рад.

Роккель раскрыл свои объятия и сжал в них Анну. Они думали об одном и том же.

Они знали о том, что была у Судьбы в руках одна карта, которая портила всю разыгранную партию. Смерть Анны была ближе, чем их совместное счастье.

– Чтобы не произошло, я тебя никуда не отпущу.

Эти слова тронули Анну до глубины души. Она пока не подозревала, как трудно будет прощаться с близкими, потому больше, чем нужно, надеялась, что слова Роккеля окажутся не пустыми. Она наивно верила в то, что любые ошибки можно исправить.

– Я пока никуда не ухожу. Постараюсь трепать твои нервы до тех пор, пока силы меня не покинут.

– Ты родителям еще не говорила?

– Нет. Скажу позже. Дай обещание, что ты тоже ничего им не скажешь.

Анна посмотрела на него исподлобья и нахмурилась.

– Даю тебе слово. Но тебе нужно будет сказать.

– Вдруг случится чудо и все пройдет? – В ней говорила мечтательная малышка.

– Я сделаю всё, что в моих силах. Позже, если ты позволишь, я хочу все-таки разрешить Дару выполнить свою часть сделки перед тобой. Думаю, что стоит попробовать узнать все возможные варианты.

Анна прислонилась головой к плечу Роккеля и тихо согласилась с его идей. Её пугал исход, который Дар мог показать. Однако неизвестность страшила еще больше.

– Подожди. Ко мне только сейчас пришло осознание от твоих слов. Ты пойдешь со мной на ужин к своим родителям?

– Если ты не сбежишь от моего общества раньше, чем состоится этот ужин.

– Не надейся.

– У меня такое чувство, что мы поставили рекорд по скорости жизненных событий. У нас за один день произошло столько, сколько люди не проживают и за пять лет. Если будем двигаться в том же темпе, то, возможно, я успею и состариться. Роккель, однозначно встреча с тобой изменила мой мир.

– В хорошую сторону?

– Да.

– Познакомившись с тобой, я словно заново начал жить. Это невероятно приятно. Спасибо тебе.

Маленькие ручки просочились в задние карманы мужских джинсов. Анна мягким голосом произнесла:

– Мне сложно вспомнить свою жизнь до встречи с тобой, хотя это было только вчера. Тебе не кажется, что мы слишком торопимся?

– Я не готов больше ждать. А ты?

Анна поймала внеземной красоты взгляд тёмно-карих глаз и задумчиво сказала:

– Я даю себе шанс стать рядом с тобой самой собой.

– Этот ответ меня вполне устраивает.

Роккель закружил Анну в неловком вальсе. Он с улыбкой напевал тихую мелодию на французском языке. Радостный смех Анны заполнил все пространство кухни.

Она мой мир.

Он мой свет.