Текст книги "В такт твоей музыке (СИ)"

Автор книги: Энни Джой

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 25 страниц)

– Стесняюсь спросить, чем вы там вообще на тренировках занимаетесь.

– Не стесняешься раз спрашиваешь, – смеется Полинка. – Да всё нормально. Не переживай. Чисто профессиональная наработка навыка. Тренер обычно с нами. Да и ни во что опасное я не лезу.

– Смотри у меня. Просто твоя тяга к адреналину иногда пугает.

– Не все же как ты забивают себе голову. Хотя у тебя задачи посерьёзнее стоят.

Глядя на них, что-то внутри меня начинает просыпаться. Я так сильно расслабилась, что память позволила немного заглянуть под завесу.

Перед глазами проносится тот же зал, где мы стояли, только наряженный немного иначе и вокруг очень много людей. Мой взгляд падает на Петю. Он улыбается так тепло и искренне, что этот образ врезается в душу.

Вспышка. Всё потухает, и я оказываются в каком-то тёмном помещении. Тут настолько темно, что рассмотреть вообще ничего невозможно. Чувствую только холод и страх.

– Ты знаешь, что делать, – морозом по коже проходится незнакомый шёпот.

Вздрагиваю от неожиданности. Мышцы сокращаются от нервного напряжения и сковывают моё тело, словно саркофаг.

Чувствую, как кто-то меня берёт за плечи. Судя по рукам, точно узнаю Петю. Кажется, что он что-то говорит, но разобрать ничего не могу. Глаза всё ещё смотрят в никуда, но чувствую, как возвращаюсь из воронки воспоминаний обратно в реальность.

Взгляд наконец фокусируется на Пете, только он уже молчит и просто смотрит на меня в ожидании обеспокоенным взглядом.

Не знаю, что в память врезается сильнее: морозный шёпот или Петина улыбка, но глядя на него внутри разливается тепло. Как-будто передо мной стоит самый родной человек на свете. Неужели я могу вспомнить? Неужели я правда могу вспомнить?!

– Привет, – мои губы растягиваются в глупой улыбке, и я начинаю смеяться.

– Ты чего это? – Петино беспокойство смешивается с недоумением.

Он сильнее сжимает мои плечи и пристальнее глядя мне в глаза.

– Я кое-что вспомнила, – отвечаю, закусывая губу, понятия не имею как люди разговаривают о подобном.

В каше из полной запутанности и смущения сложно разобраться и найти путь к действию.

– Понял, – серьёзно говорит Петя, замирая будто анализируя что-то. – Даже знаю почему.

Он быстро выхватывает из кармана телефон и набирает чей-то номер. Как обычно его взгляд сосредоточен только на мне.

– Жень. Твоя теория работает. Я проверю её еще раз и думаю будем копать в этом направлении, – вижу, как Петя пытается всеми силами сдержать свою улыбку, но его выдают глаза.

Выслушав по всей видимости Женин ответ, Петя кладет трубку, убирает телефон. Ясно видно, как его глаза загораются надеждой, но он сопротивляется этому чувству.

– Что за теория? – аккуратно интересуюсь, но Петя молча прижимает меня к себе.

Я обнимаю его в ответ. Память на чувства и ощущения начинает просыпаться и если первую минуту я чувствовала себя в его объятиях как дома, то, когда чувства начали распускаться словно цветок лепесток за лепестком мне стало страшно от глубины и силы ощущений. Резко отстранившись, виновато смотрю в Петины глаза, но встречаюсь только с понимаем.

– Всё хорошо. Я знаю, как это работает. Не переживай, – Петя отводит взгляд и мотает головой. – Чёрт. Я ж теперь думать больше не о чём не могу. Полин. Отец дома?

– Да, – смущенно отвечает Полина, не глядя в нашу сторону.

– Я пойду с отцом поговорю. Вы пообщайтесь пока, – Петя даже не смотрит в мою сторону. – Мне надо немного на работу переключиться. Не хочу лелеять пустые надежды.

Петя бросает на меня мимолётный взгляд и удаляется. Как только он уходит я прихожу в чувства и пытаюсь понять, что произошло. Голову просто разрывает от непосильной задачи. Как же всё сложно.

– У тебя всё хорошо? – медленно подходит ко мне Полина.

Поднимаю на неё взгляд и пытаюсь отмахнуться от ещё более запутанной каши в голове.

– Даже не знаю, – пожимаю плечами.

– Я уверенна всё наладится. У тебя Петя есть. Даже представить не могу с какой он задачей не сможет справиться, – пытается меня взбодрить восхищённая братом Полина.

– Что он настолько крут?

– Не в этом дело, – качает головой Полина и улыбается. – Он тебя любит. Очень сильно. Вот что важно. Ты просто видимо не догадываешься даже насколько сильны его чувства.

– Мне чаще всего почему-то так не кажется, – нервно смеюсь, перебирая в голове его действия и слова.

– Ладно. Не буду тебя переубеждать. Петя тебе ещё не раз сам лично это докажет, – задорно улыбается Полина.

Мысленно стараюсь переключиться на другую тему, а то мозг просто лопнет от перенапряжения.

– Мы с тобой даже не поздоровались, – неловко подмечаю.

– Да ладно тебе заморачиваться о таких пустяках. Да ты меня не помнишь, но для меня мы без пяти минут родственники. И я соскучилась вообще-то. С тобой было весело, – оптимизм и непринуждённость так и бьёт из Полины ключом.

– В том то и дело, что было, – грустно вздыхаю в ответ.

– Да брось. И будет. Я уверена. Петя всё залатает, починит и исправит. Как и всегда делает. Он себя то по шестерёнкам собирать умеет, а затем ещё пересобрать может как нужно. Так что с остальным вообще за раз справится.

Наверное, круто иметь такого брата. Полина определённо точно им гордится. По ней видно.

Бардак в голове даёт о себе знать и в голову приходит идея. Если я не могу подойти к ответу с одной стороны, то зайду с другой.

– Слушай, Полин. Можешь меня отвести к Жене? С которым Петя только что разговаривал.

– Без проблем. Пойдем..

Петя

Лия что-то вспомнила. Чёрт возьми, она что-то вспомнила. Мне было абсолютно неважно каким было воспоминание. Если там было что-то важное Лия поделится или я сам рано или поздно спрошу её об этом. Сам факт того, что ей удалось коснуться памяти уже окрылял.

Дыша на счет, я пытался прийти в себя и не увлекаться мыслями хоть отдалённо напоминающими надежду. Нет ничего хуже неудовлетворённых ожиданий. Именно поэтому строить их не нужно.

Меня определённо радовало, что кабинет отца находится далеко и на верхних этажах. Успею немного прибраться в голове пока до него дойду.

Так. Настя меня должна уже ждать меня на месте с моими заветными документами. Марина… Не звонит. Почему так долго? Я более чем уверен, что там всё нормально, но уже начинаю волноваться, что она так долго не объявляется. Может позвонить самому? Ай. Да ну. Буду ждать пока сюда приедет.

Добираюсь до входа в кабинет и вижу Настю. Она обнимает папку с документами и ждёт меня.

– Держи, удачи тебе, – протягивает она мне бумаги и улыбается.

– Спасибо, – улыбаюсь в ответ и быстро пробегаюсь по документам глазами.

– Что-то в тебе изменилось. Что произошло? – спрашивает Настя вглядываясь в мои глаза.

– Ничего от тебя не скроешь.

– Естественно. Я знаю все полутона твоего настроения, как и ты мои.

– Я только порядок в голове навел, – раздосадовано вскидываю руки.

– Ладно, хорошо. Не давлю, – кивает, мягко улыбаясь Настя и собирается идти.

– Просто Лие удалось немного расшевелить память.

Она останавливается и улыбаясь смотрит на меня.

– У тебя всё наладится. Уверена. Теперь хоть смотреть на тебя не так страшно. Пойду, наверное, а то чего-то действительно отдохнуть захотелось. Хотя мне дыры в системе залатывать и Никиту искать, – Настя, как и всегда никогда не останется без работы, в принципе не помню, чтобы она особо отдыхала.

– Правда отдохни. Тем более, Маслов сказал, что Никита со дня на день в кафе своё вернётся.

– Кстати по поводу клиентов Маслова. Мои тёмные птички нашептали, что на тебя скоро начнётся охота, – с беспокойством в голове говорит Настенька.

– Ничего. Боеприпасов на всех хватит. Пусть приходят, – улыбаюсь в ответ, надеясь, что она не будет грузиться на тему моей безопасностью.

– Петя-Петя. Пойду я. Не буду сегодня с тобой спорить, – смеется, качая головой Настя и уходит.

– Спасибо тебе, – душевно говорю ей в след, подразумевая благодарность явно не за документы.

– Для вас, Пётр Александрович всё что угодно, – показывая всю красоту своего магического голоса отвечает Настя и окончательно удаляется.

Тяжело вздыхаю, глядя ей в след, затем на документы и потом смотрю на входную дверь в кабинет отца. Надеюсь, он не придумал новых манипуляций. Хотя вряд ли. Я ведь, и так, работаю. Отец не станет меня напрасно злить.

Надеюсь, папа согласится на мою очередную самоубийственную идею. Хотя если что-то пойдет не так у меня есть план «Б». Как и всегда. Просто более хищный и жестокий, к которому надеюсь прибегать не понадобиться.

Глубоко вздыхаю и открываю дверь. Отец стоит перед окном и рассматривает сад. Решительно подхожу к нему и вручаю ему документы.

– Помнишь у тебя были планы на то, как закапать Мельникова младшего?

Отец молча принимает документы и начинает их читать.

– Доброе утро, сын. Вообще-то мы с мамой скучали и ждали твоего внимания к нам помимо работы, – папа указывает в сторону, и я оборачиваюсь.

Мама оказывается тоже здесь. Я так занят своими мыслями, что и не заметил. Её губы расплываются в улыбке мы подходим друг к другу и обнимаемся.

– Привет, мам.

– Привет, милый. Ты там не сильно в своих проблемах утонул? А то спрятался ото всех, что не слышно от тебя ничего, – вздыхает она и мы распускаем объятия.

– Работы пока много. У тебя то, как дела? Как ты?

– Сойдёт. Ты бы навещал чаще лучше бы было, – чувствую после её слов укол вины.

– Прости. Я хотел приехать. Честно. Но грузить тебя своими проблемами не особо хочется, – оправдываюсь в ответ.

– Уж лучше грузиться проблемами сына, чем сидеть в одиночестве, – и не скажешь ведь ничего она права. – Ладно. Не загружай свои мысли на этот счёт. Просто на чай хотя бы иногда заходи. Большего не прошу.

– Буду исправляться, – тяжело вздыхаю и перевожу взгляд на отца. – Просьбу то мою выслушаешь?

Папа с минуту где-то молчит до сих пор увлечённый документами, затем смотрит на меня и спрашивает.

– Ты на все сто процентов уверен, что Марк будет играть честно? – судя по голосу папа серьезно воспринял мою идею.

– Да. Если он хоть на миллиметр сдвинется с плана, то закапаю его вместе с отцом. В ответ прошу только его не трогать. Я сам его трону если нужно будет. Скажи да или нет. Не хочу мусолить идею пока с ним не переговорил.

Отец молча ещё раз перелистывает документы и откладывает их на стол.

– Если ты уверен, то и я уверен.

С сомнением смотрю на папу пытаясь найти хоть какой-то подвох.

– Что? Так просто? Когда я привёл Настю, ты мне такой разгром недоверия устроил.

– Да. Так просто. Как выяснилось у тебя есть необычное свойство проникать людям в головы и использовать их в своих целях предлагая взамен то, чего они на самом деле хотят, но не произносят вслух. Твои доводы, которые ты привёл в случае с Марком могут сработать. Только если он окажется двуличный и гнилым человеком ты должен просчитать его раньше, чем он тебя. Если по итогу всё сработает как ты описал, то это будет идеально выполненная работа.

Вот бы в действительности всё сработало. Во всяком случае одобрение отца это уже что-то. Так стоп. Тут тоже обитают призраки надежды, а значит не стоит на этом зацикливаться.

– Спасибо, отец. Я пойду. Нужно Лию найти, – говорю и разворачиваюсь к выходу и предо мной возникает мама.

– Кстати, как у тебя с ней сейчас?

– Вот как раз сейчас пойду и узнаю.

Как только собираюсь выйти за дверь меня окликает отец.

– Минуточку подожди.

Разворачиваюсь и в ожидании смотрю на него. Чего он хочет?

– Если ты ещё хоть раз не заполнишь карту осмотра, то я приготовлю для тебя что-нибудь в качестве наказания. Чтобы свеженькая карта лежала у меня на столе через пол часа. Осматривать тут есть кому. Попроси того же Женю, – холодный взгляд и ледяной тон, классика жанра для главы семьи Павловых.

– Ладно. Будет сделано, – подчиняюсь в благодарность за его доверие.

Лия

Когда мы подходим к комнате Жени я долго недоумеваю почему все прячутся по углам вместо того, чтобы заняться какой-то совместной деятельностью. Только все вопросы разом отпадают, когда я смотрю на часы. Ещё утро. У всех выходной. Когда как не сейчас понежиться в уютной кроватке и отдохнуть?

Несмотря на то, что особняк смотрится достаточно дорого в совокупности выглядит он довольно однообразно. В какой-то степени Петя был прав. Это не дом, а именно музей.

Везде по пути на постаментах располагались какие-то семейные реликвии, также встречались статуи, картины и портреты. Поэтому периодически на поворотах можно было столкнуться глаза в глаза с каким-нибудь прапрадедом Пети.

С одной стороны, это определённо восхищало. Целая династия занимается одним и тем же делом, передавая из поколение в поколение своё ремесло. С другой стороны, никому не пожелаешь такой огромной ответственности.

Под портретами предков можно было прочесть какое-то умное изречение, того кто на нём изображен. Сразу начинаю вспоминать про регламент Павловых, о котором как-то раз Петя упоминал. Или Женя? Неважно. Интересно, а что туда входит? Надо будет полюбопытствовать как-нибудь.

Дверь в комнату Жени наконец-то открывается, и он приветствует нас своим свежим и выспавшимся видом. Еле сдерживаюсь, чтобы вместо приветствия не наброситься на него с вопросами.

– Доброе утро. Какими судьбами? – приветливо интересуется Женя.

– Доброе. У меня назрел вопрос, – нет с моим любопытством тактичность всё же не для меня, по крайней мере в данный момент. – Что это у тебя за теория имеется по поводу моей амнезии и почему я о ней ничего не знаю?

– Я, кстати, хотел с тобой поговорить на этот счет. В общем. Амнезии у тебя нет, – подытожил он.

А где остальная часть истории? Кто вообще начинает с конца? Вопросительно смотрю на него выказывая полное недовольство полученным ответом. Полина стоит позади меня и хихикает. Её позитивное настроение, с одной стороны, немного сбивает с толку в свете последних событий, но не всем же ходить с грустными лицами. Правда ведь?

– Короче, – начал Женя, а затем сразу замялся. – Как-то нелогично вышло. Говорю короче, хотя собираюсь сказать длиннее. Короче надо было до этого говорить. Ты как понимаю ждешь от меня развернутости. Так что…

– Да рассказывай ты уже! – не выдерживаю и начинаю понимать почему Петя его периодически перебивает.

– С точки зрения осознанности твоя память заблокирована, а с точки зрения бессознательности ты помнишь абсолютно всё. Так что чисто технически можно подумать, что ты всех просто обманываешь и так таковой амнезии у тебя нет, – разъяснял Женя.

– Я, конечно, рада, что чисто технически я всё помню, но мне то, что с этим делать? – недоумеваю, разводя руки.

Меня только что в аферистки записали. Просто шикарно.

– Ты сопротивляешься воспоминаниям. Конечно, понимаю, что клетки, которые блокируют нормальную работу мозга создают массу проблем и не в этом тебя винить. Только если ты примешь прошлое как данное, не сопротивляясь ему и расслабишься, то вполне можешь залезть в коробку своей памяти, – рассказывает Женя, постукав под конец указательным пальцем по голове. – Алкоголь потому и сработал. Ты расслабилась и узнала Петю, потому что в тот момент твоё состояние можно было интерпретировать скорее как неосознанное. Только проблема в том, что не только ты отторгаешь состояние воспоминаний, но и клетки сыворотки. Поэтому при попытке вспомнить тебе может быть плохо, так как они дают сильную нагрузку на нервную систему и общее состояние организма. Твою память не стёрли, а просто заблокировали. Пока как именно это работает в деталях точно сказать не могу.

Обрабатываю полученную информацию и зависаю. Как же сложно то всё. Какие-то факты в голове прояснились, а что-то и вовсе стало запутанным. Уверенна я была только в одном.

Воспоминания мне были очень нужны. Касаемо этого настрой был решительным. Хочется помнить семью, близких, счастливые моменты и то, что произошло на самом деле. Мало ли что ещё я успела натворить. Вдруг никто и не в курсе о всех моих незаконных похождениях. Да и что от меня вообще можно ожидать? Мне жизненно необходимо узнать, что я хороший человек.

– Насколько сильная нагрузка идёт на организм при попытке покопаться в этой коробке памяти? – отмирая задаю вопрос.

– Вот этого сказать не могу. Ничего гарантировать пока тоже. Мне нужны ещё обследования. В идеале в момент активации этих самых клеток. Хочу, конечно, попытаться сделать тесты без тебя, но не понимаю, как эти клетки активировать без необходимых для этого условий или как их задать.

Тяжело вздыхает Женя и ловит мой печальный взгляд. Понимаю, что он делает всё возможное, но как же хочется получить решение как можно скорее.

– Это не так быстро и просто, как кажется. Учёные вакцины от вирусов годами создают, – говорит он, поправляя очки и грустно смотря на меня. – Я правда делаю всё возможное. Мы продолжим и лёд думаю тронется. Просто нужно время и терпение.

– А вдруг со мной что-то случится из-за нагрузки на организм если предамся воспоминаниям в благоприятных условиях? – решаю озвучить тот самый факт, который взволновал больше всего.

– Я постараюсь рядом болтаться и тщательно за тобой следить. Слабо, конечно, похоже на гарантию качества работы, но чем богаты, тем и рады, – пожимает плечами Женя и отводит взгляд, кажется, я его немного задавила своим напором.

– Спасибо тебе огромное, – благодарю, хотя по тону больше похоже на извинения.

– Да пока не за что. Ни гарантий не дал ни вылечил.

Женя разводит руками, а я пожимаю плечами. Вот и поговорили. Взглядами стараемся быть приветливыми, но чувство досады определённо остается и чую не только у меня.

– Как же всё сложно у вас, однако, – даёт о себя знать Полина испуская нервный смешок.

– Ага.

Стоим в тишине. Никто не решает заговорить. Не знаю сколько бы мы так ещё простояли пока волшебным образом не появился Петя.

– Спросил бы чего вы такие озадаченные, но кажется догадываюсь, – вздыхает Петя, поочерёдно оглядывая каждого из нас. – Мне нужен Женя, так что вас девочки прошу удалиться.

– Ладно, – вздыхает Полинка и послушно уходит.

– А я вот остаюсь, – скрещиваю руки на груди и непрошибаемым взглядом смотрю на Петю.

Действительно. Во-первых, он вещи мои куда-то благополучно дел. Во-вторых, хочется попробовать с ним поговорить. Да и чем мне тут заниматься, когда никого и ничего не знаешь.

Петины губы расплываются в ухмылочке. Кажется, он ожидал, что я начну противиться.

– Если Женя тебе ещё нужен можете договорить. Я подожду.

– А если мне нужен ты?

– И зачем?

Петя молча вздыхает и проходит в Женину комнату. Как только мальчики прячутся за дверью, она захлопывается, и я остаюсь с поражением. Ладно. Подожду его здесь.

Облокотившись о стену, разглядываю узоры на обоях попутно пытаясь разобраться в голове. Так. Значит, когда Полина общалась с братом меня умилила эта картина настолько, что в моей памяти что-то торкнуло. Пытаюсь поймать это ощущение и расслабиться.

Пытаюсь зацепиться за прошлые образы в голове, которые мне недавно подкинула память полакомиться. Как только начинаю нащупывать это невесомое состояние, тело сразу сводит от напряжения, также как руку обычно сковывало.

Медленно оседаю на пол и пытаюсь прийти в себя. Чёрт! Моё сознание моя же клетка. Эта уму непостижимо. Ударяю кулаком по полу от досады и облокачиваюсь головой о стену. Может я что-то неправильно делаю? Может правда напиться? Вышло же в прошлый раз. Хотя я этого и не помню. А если пить меньше?

Дверь распахивается, и парни выходят наружу. Женя проходит мимо на прощание подмигнув, а Петя опускается передо мной и ожидающе смотрит.

– Кажется я согласна на виски, – испускаю нервный смешок.

Петя просто молча протягивает мне руку и помогает подняться.

– Попробуешь не кусаться и может у нас с тобой всё получится.

– Что получится? – нервно сглатываю слюну и уточняю, уж больно двусмысленно звучит.

– Вернуть тебе память.

– А ну да, – с облегчением выдыхаю.

Хорошо, что сейчас мне не прилетело провокационных вопросов в лоб. Хотя в обратном случае удивление бы это не вызвало.

Глядя ему в глаза меня, и так, уносит, а если я напьюсь вдобавок к этому. Волна смущения начинает растекаться по телу. Внутренне сжимаюсь в маленький комочек и окрасившись в красный отвожу от Пети взгляд. Кажется, я попала.

– Успокойся и пошли. Я не кусаюсь, – улыбаясь он взял меня за руку и куда-то повёл.

Каждый раз, когда возвращаюсь к лабиринтам особняка не представляю как одна тут буду передвигаться. Заплутать раз плюнуть.

Когда перед глазами наконец распахивается дверь в пункт нашего назначения я ахаю. Это просто восторг! Мы оказываемся в семейной библиотеке. Огромные резные стеллажи, шкафы для дорогих изданий со стеклянными дверцами. Несколько длинных столов, за которыми можно было устроиться во время прочтения.

Я не успеваю на чём-то задержать свой взгляд как Петя ведет меня дальше. Даже не думает останавливаться. Неужели библиотека не конечный пункт? Теперь мы проходим закутки из книжных стеллажей. Останавливаясь, Петя быстро находит потайную дверь вталкивает меня внутрь и закрывает её за нами.

Конечно же! Как же библиотека целой династии не обойдется без секретной комнаты.

– А теперь ищи, – стоя позади меня шепчет Петя мне на ухо.

Вздрагиваю. Его шёпот настолько неожиданный бархатный и приятный, что в памяти на секунду возникает его пение. Наверное, до всего этого он часто пел. Мы часто пели.

Ламповая атмосфера потайной уютной полукруглой библиотеки с диванчиком начинает давить сверху. Он точно специально меня сюда привёл. Тут достаточно романтично.

– Что искать? – пытаюсь не растерять остатки осознанности.

– Ты же выпить хотела. Так вот. Где-то за книгами. Лично. Твоей рукой. Была спрятана бутылка. Ищи.

Начинаю бегать глазами по полкам, а затем осознаю, что в моём случае это не поможет. Только мои руки способны увидеть то, что надо. Подхожу к началу стены, заполненной книгами.

– По поводу не кусаться, – решаю поговорить, так проще отвлечься от давящих мыслей. – Как мне не кусаться, если ты сам не особо приветлив?

– Лавочка принятия претензий открыта. Слушаю, – судя по голосу Петя был достаточно серьёзен.

Решаю начать с левого края где-то на уровне глаз. Ладони медленно проходят по корешкам, но внутри пока ничего не ёкает. На самом деле даже забавно, шевелить память. Новый опыт и крайне необычные ощущения.

– Для начала у меня даже телефона твоего нет, – начинаю между делом.

– А зачем он тебе?

Судя по звукам, Петя решил присесть на диван в ожидании пока я закончу. Так даже удобнее. Просто слышать его голос, когда он не мозолит глаза немного легче.

– А вдруг ты мне понадобишься, как мне с тобой связаться? – пожимаю плечами не понимая, как подобрать объяснения, будто это не очевидно.

– Зачем я тебе вдруг могу понадобиться? Я, итак, мозолю тебе глаза всё время. Ухожу в основном в тех случаях, когда тебе лучше на моём горизонте не появляться. За тобой всегда присматривают. Если что-то произойдёт мне скажут. Смысл?

Он что серьезно этого не понимает? Сдерживаюсь от желания залепить ему по голове книжкой. Так. Какая тут потяжелее будет?

– И как мне с тобой не кусаться? Ты сам то хоть раз уступить можешь? Прошу тебе об элементарном, а ты… – не успеваю закончить фразу, как с толку сбивает его рука, которая еле уловимым движением забирает мой телефон из заднего кармана джинсов.

Разворачиваюсь к нему, на время отвлекаясь от поисков. Петя что-то там быстро доделал и протянул телефон обратно мне.

– Довольна?

Забираю своё имущество обратно. Как мило. Он всё-таки сохранил у меня свой номер.

– Павлов Пётр Александрович? А зачем так пафосно? – смеюсь, читая как записан новый контакт.

– Сама потом переименуешь как тебе нужно будет.

Смотрю на, в сущности, бесполезное устройство. Никто не общается через сообщения, а звонят люди и без того редко. Новости и развлекательный контент выискивать каждый раз по запросу тоже не особо хочется. Пусть контактов у меня мало, но следом сразу назревает вопрос…

– Соцсети?

– Исключено!

– Почему?

– Да зачем они тебе нужны?!

Взгляд и тон Пети были просто непрошибаемы. Казалось, я пытаюсь разбомбить кирпичную стену виноградом. Глупо, долго и энергозатратно.

– Мне у тебя на каждый шаг разрешения спрашивать? – раздражаюсь, прикидывая в голове ради интереса сколько раз ему прилетала от меня пощечина. Интересно он всегда меня так бесил?

– Не на каждый, но в целом да.

– Отлично! Вот скажи тогда на милость, как мне тут не кусаться? Я без тебя нормально разве что в туалет сходить могу.

– Ну тут, дорогая, ты уже утрируешь. Если бы я настолько контролировал твой каждый шаг и не позволял тебе ничего делать, то ты бы не зажималась с парнем по углам, – Петя скрещивает руки на груди и атакует меня дополнительно взглядом, ожидая моего следующего хода.

– Вдруг ты просто позволяешь мне это делать? Что тебе не дает мне помешать?

Петя замирает словно раздумывая говорить или нет. Закусывая губу и потирая подбородок взвешивает решения своих будущих слов.

– Можно сразу в лоб? – решает он.

– А ты когда-то по-другому делал? – смеюсь в недоумении, разводя руки.

– Зачем тебе Стас? Если хочешь меня позлить затея провальная, говорю сразу. Не обманывай этого мальчика, он же тебе не нужен.

Действительно в лоб. Как Петя любит. Хотя я сама такая же. Может это нас вместе и свело, когда-то.

– С чего ты решил, что Стас мне не нужен?

– Ладно. Раз он тебе нужен, то легко ответить зачем?

Было бы всё так просто. Отступая назад и, мягко врезаюсь в стеллаж с книгами. Под давлением взгляда Пети хочется раствориться в воздухе, а не отвечать. Хотя выбора у меня нет.

– За-чем? – медленно повторяет он свой вопрос, подходя ближе, и в конечном итоге останавливается когда между нами остаются считанные сантиметры.

– Рядом с ним кажется, что всё происходящее просто безумный сон, – искренне признаюсь. – Мне так легче.

– Значит бегство выбираешь? – не замечаю, как Петя оказывается ещё ближе, хотя он и сам по всей видимости не замечает этого.

Пожимаю в ответ плечами, сама не зная до конца правды своих действий. Вообще не понимаю как у Пети всё так расположено по полочкам в голове. У меня там вечный хаос, в котором просто невозможно разобраться. Пусть это всё от действия сыворотки, но тем не менее.

Вжавшись в книги и глядя на него, осознаю, что моя ладонь нащупала что-то интересное. Плавно опускаюсь вниз и достав книги вижу позади бутылку виски. Бинго. Загребаю находку и возвращая книги на место, также плавно поднимаюсь наверх.

Протягивая бутылку Пете в оставшемся, между нами, крохотном пространстве, спрашиваю.

– Нальёшь?

– Ушла от ответа, – недовольно поджимает он губы, но бутылку из моих рук принимает и отстраняется.

– Я правда хочу всё вспомнить. Просто мне страшно узнать, что произошло на самом деле.

Петя молча из шкафа достает стакан для виски и наполняя его благородной жидкостью протягивает мне.

– Составишь компанию? – спрашиваю я принимая стакан.

– Я не пью. Так что нет.

– Печально. Твоё здоровье.

Чокаюсь с ним в воздухе и делаю глоток, достаточно хороший, но залпом целый стакан опустошать не решаюсь. Хочется как-то коснуться памяти не сильно напиваясь при этом.

Благородная жидкость обжигает горло разливая тепло по телу и медленно, но верно становится хорошо. Вкус просто восхитительный. Память немного начинает торкать. Я определённо пила именно его. Пытаюсь ухватиться за ниточки воспоминаний, но они пока утекают из моих рук. Сразу начинаю злиться, напрягаться и нервничать, а так дело точно не пойдет.

– Ты не пьешь, потому что регламент Павловых? – интересуюсь, так как от компании я бы не отказалась, так проще было бы.

– Это в том числе. Во-первых, я на работе двадцать четыре на семь. Мне всегда нужно быть начеку. Завтра у меня переговоры с Марком, так что мне нужна максимально кристальная ясность ума. Во-вторых, алкоголь тормозит мозги и толкает на необдуманные действия, а я люблю держать всё под контролем.

С такими-то запросами воздерживаться от алкоголя достаточно просто.

– А меня? Тоже любишь держать под контролем? – сама от себя не ожидаю такой прямой вопрос в лоб.

– Тебя контролировать я даже не пытался. Все мои действия идут чисто в целях твоей безопасности. Если бы контролировал то давно взвыла бы. Могу демоверсию продемонстрировать, тогда дальнейшие сравнения и вопросы сразу отпадут.

– Жестко, но приятно.

Петя сбивается с толку.

– Ты о чём?

– Я о нашей прямолинейности лоб в лоб. Вроде жестко от такой прямой правды, но приятно от того, что откровеннее разговора и быть не может. Мало с кем можно говорить так искренне, чтобы при этом в тебя не кинули камнем, а ответили и ещё поняли в добавок, – допиваю остатки стакана залпом. – Повтори.

Протягиваю ему стакан и голова начинает наконец чутка затуманиваться. Может попаду в свою коробку памяти. Пока это плохо и смутно дается, но что-то эфемерное ощущается. Словно могу что-то вспомнить. Вот только что?

– Виски будет мало, надо чем-то ещё тебя расшевелить, – подмечает Петя, протягивая мне уже наполненный стакан обратно.

В голову наконец приходит мысль. Шёпот. Леденящий шёпот. Кому он принадлежит? Как только начинаю об этом размышлять сразу пробегает холодок по коже. Настроение куда-то улетучивается, делаю глоток в надежде смыть это состояние, но не выходит. Страх затягивает ещё больше.

– У тебя всё нормально? – немного обеспокоенно спрашивает Петя.

Пожимаю в ответ плечами. Даже не знаю, что говорить. Хотя чего размышлять? В этом плане должно быть просто. Нужно говорить, как есть.

– Просто тогда в зале. Мне вспомнился чей-то голос. Такой властный, холодный. Мне кажется, что я точно для него чем-то недобрым занималась, – напряжение сковывает и теперь даже библиотека не кажется мне по ощущениям такой знакомой.

– Если услышишь узнаешь? – Петя максимально сосредоточен, как будто думает о чём-то серьезном.

– Думаю да, – обнимаю себя руками словно в попытке согреться.

– Так стоп. Так дело не пойдет, – Петя нежно проводит рукой по моей щеке и аккуратно поднимает голову заставляя посмотреть прямо ему в глаза. – Не концентрируйся на том, что ты уже вспомнила. Тебе не в голове копаться надо, а условия создать чтобы блок смягчить. Если будешь сама насильно активировать свою память это только стену возведёт. Просто не заморачивайся. Расслабься. Делай что хочешь, и вспышка произойдет сама.

Зачем он только меня коснулся. Его руки. Алкоголь. Это место. Всё в совокупности похоже на один огромный капкан. Петя убирает руку и чуть отстраняется, словно сам себя отдергивает.

– Что хочу говоришь?

Я же напротив медленно приближаюсь к нему и аккуратно кончиками пальцев касаюсь его щеки. Вижу, как он напрягается, ощущая под пальцами как сокращаются мышцы челюсти. Петя пытается дышать медленно и ровно, но, как и всегда не отводит от меня взгляд.