Текст книги "В такт твоей музыке (СИ)"

Автор книги: Энни Джой

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 25 страниц)

– Я сейчас, – говорю я и встаю с места.

– Хочешь я пойду с тобой? Выглядишь встревоженной, – Стас поднимается следом со своего места.

– Пока не надо. Правда не надо.

Стас в итоге остается стоять в коридоре, а я прохожу в прихожую и открываю дверь.

В дверях стоит Петя и смотрит на меня усталым грустным взглядом. Только увидев его, что-то внутри меня расцветает от радости встречи, но как только я замечаю его внешний вид меня охватывает страх. Что с ним сделали?

Лицо в засохшей крови от ранений. Выглядит так словно его толпой били. Одежда местами рваная и несмотря на то, что она черного цвета сразу замечаю на ней пятна крови. Сама не заметила, как поднесла руку ко рту в шоке от увиденного. Ему же больно. А если бы его убили? И это всё из-за меня.

Отхожу чуть назад, и Петя молча проходит вперед, но не заходит, а просто устало облокачивается о косяк двери и смотрит на меня. Ничего не говорит. Молчит. Его губы трогает слабая, еле заметная улыбка и он не сводит с меня глаз.

Петя смотрит таким тёплым взглядом и явно никуда не торопится. От его взгляда становится не по себе. Чувство вины начинает внутри нарастать. Только в чем именно я перед ним виновата пока не понимаю.

Он такой открытый, когда со мной, что не верится, что человек вообще может быть таким чистым и искренним. Казалось, Петя не боится быть рядом со мной уязвимым и готов вывернуть душу наизнанку отдав все без остатка.

Пытаюсь взять себя в руки и подхожу чуть ближе. Рассматриваю его раны подробнее. Замечаю, что Петя даже обработать их не удосужился. Оцепенение проходит, и я начинаю ощущать беспокойство.

Тактильная и чувственная память дают о себе знать. Казалось вот, то, чего мне не хватало всё это время, стоит прямо перед носом. Такой родной и чужой одновременно, но совершенно точно не безразличный мне пусть пока ещё далёкий.

– У тебя всё в порядке? – аккуратно спрашиваю не понимая, как подбирать слова, осознав понимаю, что явно ерунду сморозила.

Петя немного смеется, но затем морщиться явно от боли.

– Да. У меня всё нормально. Как видишь, – иронично подмечает он. – Я извиниться приехал.

Хлопаю глазами в ожидании.

– Я не должен был на тебя кричать. Ты ни в чём не виновата. Во-первых, потому что ты не помнишь. А во-вторых, даже если бы ты помнила твоей вины тут нет. И я в любом случае не должен был на тебя кричать. Такого больше не повториться. Прости меня. Я просто был в шоке и повелся на эмоции.

С каждым его словом на душе становилось легче, но глядя на него всё тяжелее и тяжелее. Пока Петя говорил я медленно приближалась к нему, когда оказалась достаточно близко то поднесла руку ко лбу, чтобы чуть убрать волосы и разглядеть рану поподробнее.

– Тебе ко врачу надо. Это из-за меня тебя так? – слышу, как появляется дрожь в голосе.

Петя ловит мою руку в паре сантиметров от своего лба и качает головой.

– Не нужно. Со мной правда всё нормально.

На глаза наворачиваются слезы, и я закрываю лицо руками.

– Хей, ну ты чего, – слышу Петин беспокойный голос.

Он прижимает меня к себе и я, уткнувшись в него, не отрывая ладоней от лица плачу. Слёзы жгут глаза и душевная боль вырывается наружу.

Я уверенна, что это не только из-за его внешнего вида так как чувствовала его боль. Мне было тяжело, потому что ему приходится всё это проходить из-за меня, а я его даже не помню. Мне было за него страшно. Куда заведет его эта дорога? Даже если со мной по итогу всё будет хорошо, а что будет с ним?

Слышу позади шаги, в прихожую залетает Стас.

– Лия у тебя всё в порядке?

Моментально успокаиваюсь вытираю слезы и оборачиваюсь к нему.

– Да всё под контролем, – выдавливаю максимальное подобие улыбки.

Вижу ошарашенный взгляд Стаса, он с Пети глаз не сводит.

– Он тебя обижал? – каменеет голос Стаса, вижу, как его руки начинают напрягатся, хотя он пытается показать, что расслаблен.

– Нет всё правда хорошо, – киваю я уже по-настоящему улыбаясь.

– Так почему опять плачешь? – Стас явно беспокоился.

– Парень, я пока деликатно прошу, можешь уйти на кухню? – устало вздыхает Петя. – У меня правда выдался тяжелый день и меня лучше не злить. Не сегодня дружище ладно. Оставь всю свою спесь на потом. Я по языку твоего тела вижу. Не получится у тебя ничего, да и ты не такой. Лии и так тяжело. Просто будь тактичен ладно? Сегодня это прям очень нужно. Всем причем.

– А может мне плевать какой у тебя сегодня день? – расслабленно скрещивает руки на груди Стас, видимо всё-таки решил с ним поговорить. – Я должен под тебя подстраиваться?

Петя закатывает глаза и смеется.

– А на Лию тебе тоже плевать? От этого только ей будет тяжелее, ты вот ни грамма своей бравадой ей не помогаешь.

– А ты прям эксперт в том, что нужно Лии? Тогда почему, всегда, когда она от тебя приходит на ней лица нет? М? Не ответишь? – смело бросает Стас эти слова, но очень опрометчиво.

Вижу, как Петя напрягается, но ещё вижу его попытки успокоить своих внутренних демонов. Его взгляд на секунду по недоброму сверкает, всего на секунду.

– Стас хватит! – не выдерживаю я. – Его избили по моей вине, между прочим.

– Кто же виноват, что он так плохо дерется. Сколько их там было? Двое? Не вини себя в этом Лия! Я только тебя успокоил, – не унимается Стас, хотя я понимаю почему.

Вижу ещё одну нездоровую вспышку у Пети, которая тоже снова растворяется. Он медленно проходит к Стасу и останавливается прямо перед ним. Я подхожу к ним, но они явно не обращают на меня внимания. Петя внимательно рассматривает Стаса и ухмыляется.

– Теперь будет чем гордиться. Будешь потом рассказывать своим друзьям как мне нахамил и целым ушёл.

– Да кто ты такой вообще? – недоумевает Стас.

– Милая, только имя ему моё не называй. Он меня знает, просто попутал тёплое с мягким немного. Я бы память ему немного подправил, методов просто аккуратных что-то не припомню, да и жалко беднягу, – Петя разворачивается и идёт в сторону выхода.

– Какая она тебе милая?! – отвечает ему Стас, но судя по лицу действительно пытается его вспомнить.

Петя же и ухом не ведёт в его сторону.

– Ах да! – он разворачивается и смотрит на меня. – Будь готова, заеду завтра за тобой в восемь утра. Собирайся с учетом того, что дня два-три точно будешь ночевать не дома.

– А куда мы поедем? – интересуюсь, глядя на Петю, Стас же в ожидании переглядывается то на меня, то на Петю.

– Послезавтра встреча с Мельниковым. Мы едем в фамильный особняк, надо к приему окончательно подготовиться, да и моя семья хочет тебя видеть так что… Твои родители тоже будут там. Скоро кстати уже приедут домой, так что жди, – объясняет Петя и собирается уже уходить.

– Петь, стой, – подбегаю к нему и ещё раз заглядываю в его глаза. Теперь встречаюсь со стальной стеной, боль и усталость он где-то спрятал. – Покажись врачу пожалуйста. Ты же… Это же часть твоей работы, не мне тебе объяснять.

– Меня и так всё устраивает, – морщиться Петя в ответ.

– А ради меня пойдешь? – с искренними надеждой и беспокойством заглядываю ему в глаза, вижу, как в нём что-то отзывается и взгляд смягчается.

– Ради тебя да. Ты и сама знаешь. До завтра, – он осторожно берет меня за руку, нежно сжимает мою кисть кивает в знак прощания и уходит.

– Что это было? Почему милая? Что за Мельников? – забрасывает меня вопросами Стас.

– Разговор. Потому что он со всеми так общается. Тот, кого я обокрала, – поочередно отвечаю на его вопросы, соврав во втором пункте.

– А имя его скажешь? – с надеждой спрашивает Стас.

– Он просил не говорить, а в его случае это действительно может быть секретно, – пожимаю плечами. – Сейчас родители придут. Мне собираться да спать ложиться. Завтра рано вставать. Может потом обсудим?

Я правда устала и была ужасно вымотана. Стас на секунду замирает, смотрит на меня и понимает, что действительно хватит мучать сегодняшний день.

– Ладно, прости. Тогда до встречи? – говорит Стас и целует меня.

– До встречи.

Глава 20. «Добро пожаловать в особняк Династии Павловых»

Лия

Я не стала фанатично собирать с собой половину дома, поэтому вещи аккуратно и компактно влезли в дорожную сумку. Уже готовая к поездке сижу и жду у входа. Скоро Петя приедет меня забрать.

Всё прокручиваю в голове вчерашний образ Пети. Интересно, что такого произошло, что его так избили. Надеюсь, он не нажил себе дополнительных неприятностей в процессе. Я всё ещё не понимала как к нему относиться, но к каше в своей голове начала потихоньку привыкать.

Что если, живя обычной и простой жизнью, за которой так гонюсь, пойму, что это не моё. К такому активному темпу, когда не знаешь, чего ожидать через пять минут можно и привыкнуть. А стоит ли?

Раздается звонок в дверь. Я быстро её распахиваю и вижу в дверях Петю. Странное чувство. Кажется, будто он даже не уходил вчера, а нас разделяло всего пять минут до этого момента.

Выглядел он намного свежее. Теперь его раны были аккуратные и обработанные. Небольшая усталость, казалось, в нём ещё присутствовала, но Петя старательно пытался это скрыть.

– Слава богу ты показался врачу! – не выдерживаю я.

– Это вместо доброго утра? – Петя улыбается, настроение по ощущением у него на редкость хорошее.

– Что-то вроде того.

Застенчиво улыбаюсь, но взгляд не отвожу. Начинаю немного привыкать к притяжению, которое к нему чувствую. Если сильно не циклиться на этом и не противиться, то вполне с этими ощущениями можно сосуществовать достаточно дружно. Правда это не отменяет фактора Петиной сексуальности и моего желания к нему прикоснуться.

– Пошли, – говорит он, забирая у меня сумку и мы идём к машине.

Грузим вещи в багажник, усаживаемся вперёд и отправляемся в путь. Начинаю осматривать салон машины, а затем по ощущениям понимаю, что была тут и раньше. Полагаю мы часто куда-то ездили.

Подмечаю что после вчерашнего транса воспоминаний прошлого и разговоров со Стасом легче становится воспринимать реальность. Начинаю подмечать новые детали. Сейчас во мне больше любопытства чем страха. Во всяком случае, кажется, что вряд ли меня шокирует что-то больше, чем факт того, что я что-то украла, взломав при этом сейф.

До сих от этих ощущений дрожь берёт. Во всяком случае скорее всего в своем сознании мне точно не удастся повторить подобный трюк. Хотя с пением выходит. Чёрт как это работает?

– Можно спросить? – решаю нарушить тишину.

– Да, конечно, почему нет, – пожимает Петя плечами.

– Есть какая-нибудь информация о моей памяти?

– Ну… Антидот в короткие сроки не приготовить. Я сразу тебе скажу. Это не так просто.

Расстроенно вздыхаю. Действительно. А что я хотела? Сказочница. Понимаю, что стоит сменить концентрацию внимания на что-то другое. Приём. Завтра уже официальный приём. Когда-то на этом мероприятии мы с Петей познакомились. Наверное, у него это вызывает ностальгию. Интересно. А что было до этого приёма? Чем я занималась? Может Марина знает? Мы же сёстры. Хотя, наверное, и Пете я всё разболтала.

– А у меня были до тебя парни? – решаюсь спросить, нужно начинать собирать картину своей биографии.

– Смотря, что под этим ты имеешь ввиду, – спокойно отвечает мне он не сводя глаз с дороги.

– Нуу… – теряюсь, пытаясь сформулировать свой вопрос.

– Ладно. Понял. Помогу. Бегать в киношки с мальчиками, держаться за ручки и целоваться да, а чтобы по-взрослому нет.

Вижу, что тема его немного сбила с толку. Он явно не ожидал подобной беседы, но мне хотелось поговорить о чём-то обыденном, пока опять не начала происходить мистическая ерунда сложная к понимаю.

Мне же услышав его ответ и вовсе стало не по себе. Получается Петя у меня первый. По крайней мере в этом плане. Чёрт. Как-то неловко стало. Осознав все краски этого факта, я смущенно отвернулась, глядя в окно.

– Ты сама спросила, – слышу, как Петя улыбается.

– То есть ты у меня был первым и единственным? – уточняю, как будто не поняла его предыдущего ответа.

– Ты меня спрашиваешь потому что хочешь ответ услышать? Просто не говори мне, что ничего не поняла, – его слова и вовсе меня обезоруживают и загоняют в тупик.

– Ты не можешь как-то поделикатнее? Почему ты всегда сразу в лоб? Не оставляешь людям места для отступления. Просто молча дай мне чего я хочу или тактично промолчи, – заливаюсь краской ещё сильнее.

Петя в ответ смеётся.

– А чего ты хочешь?

– Уже ничего, – как у него так просто получается меня разводить на эмоции, уже не понимаю от чего горю от злости или стыда.

– Не переживай, милая, ты со мной тоже самое делаешь, – его же позитивный настрой сегодня по всей видимости непрошибаем.

– Что тоже самое? – действительно не понимаю и разворачиваюсь к нему.

– Бесишь.

– А так это взаимно?

– Ага.

– Хоть что-то у нас взаимно, – красноречиво улыбаюсь и смотрю на дорогу вперед.

– Ты забыла про лютую ненависть несколько дней назад?

– Точно! – киваю в ответ и настаёт тишина.

Петя просто молча улыбается, а я сижу красная как рак. Чтобы сбросить с себя смущение решаю затронуть серьёзные темы.

– Так кто это тебя вчера так? Полагаю ты пошёл наше дело расследовать?

Тяжело вздохнув, Петя ответил.

– Что-то вроде того. Ты мне зацепку оставила. Сказала, где искать ответы. Я по зацепке и пошёл. Правда боюсь мне это дорого обойдется. После того что я вчера сделал, много гадов из-под земли вылезет. Единственное что утешает, охотиться будут за мной. Лично захотят расквитаться. Когда явятся вопрос времени. Может и не придут. Тут всё зависит от того, насколько им нужен этот индюк, которого я поймал.

– Ого.

Понимаю, что зря спросила. Выслушивать что-то приземлённое у меня получается гораздо легче. Когда речь идёт о расследовании и тяжких телесных слушать и воспринимать это как данное не особо хочется, но нужно привыкать что это часть моей жизни.

– А когда мы были вместе как я относилась к твоей работе? – вдруг в его ответе подсказки есть, как себя вести и это воспринимать.

– Никак.

– В смысле?

– Я собирался уйти с концами из династии и обрезать все связи, а когда работал, то брал самые тупые и мирные задания, которые только можно было взять. Как только закрывал квоту на месяц на работе не появлялся. Во всяком случае я стал так делать, когда ты узнала о моей настоящей личности. Правда отцу это не нравилось, поэтому минимальные требования для ежемесячных тестов и полугодичных экзаменов он мне настолько увеличил, что расслабляться всё равно было некогда. Пусть я не работал, но приходилось тренироваться постоянно, чтобы тело не только не разучилось, а ещё и прогресс почувствовало.

– Оу. То есть я своими выходками только всё испортила, – грустно вздыхаю.

– Вроде того. Только не бери в голову ладно. Не думаю, что тут есть хотя бы доля твоей вины. Всей картины мы не знаем, так что раньше времени самосуд устраивать, глупая затея. Даже если там целиком и полностью твоя вина, что вряд ли, я всё равно разберусь со всем этим дерьмом и всё у тебя будет хорошо. Можешь даже не сомневаться, – пытался меня взбодрить Петя.

– Такие громкие слова, – подмечаю и смотрю на него.

– Они не громкие. Я обещал – я обеспечу. Не веришь, уточни у моих ребят, – он так просто говорит это, что действительно кажется правдой.

– Кстати о ребятах. А где ты с ними познакомился?

Кажется, нащупала золотую середину в вопросах. Вроде что-то отвлечённое, но и не настолько криминальное.

– С Мариной вырос на тренировках. Нас растили напарниками, правда мы не всегда ими были. С Женей тоже с детства дружим. На учениях познакомились в итоге забрал его к себе как научного специалиста и медика, – пожимает Петя плечами, думая будто от меня отделался.

– А Настя?

– Длинная история, – Петя морщится и напрягается, вижу говорить ему неприятно.

– А нам долго ещё ехать?

– Ну так.

– Значит мы никуда не спешим. Слушаю, – скрещиваю руки на груди в знак того, что не сдамся и красноречиво смотрю на Петю.

– Ладно. Расскажу. Это было моё первое и единственно выездное задание. Недооценил врага в силу неопытности и меня загнали в угол. Лишили всего. Связи. Денег. Шаг в право, шаг влево расстрел. Жил в заброшке. Точнее менял их плюс минус каждую неделю. Зависело от того, как часто палили моё убежище. Сбежать домой не пытался. Я же не трус какой-то, чтобы возвращаться домой с задания и говорить отцу что провалил его, потому что испугался. Так вот шпионил сколько мог. Искал логово врага и его слабые места, изучал их связи и вооружение чтобы можно было учесть все тонкости. Права на ошибку у меня больше не было. И так каждую неделю то от взрывов, то от перестрелок уходил. Так вот, у них работала одна девушка. Звали её Нэнси. Мозг, хакер и специалист по безопасности высшего уровня, которая работает в приступной группировке и не переваривает насилия хотя всю жизнь в нём росла. Я не мог ничего сделать пока она на них работала. Нэнси делала всё идеально. Глушила все мои попытки. Так наладила систему безопасности, что я и подкрасться к их базе не мог. Я восхищался её работой. Она была нечто. А потом понял. Зачем мне с ней воевать? И завербовал её на свою сторону. Тогда на нас ополчись пуще прежнего. С её стороны это было предательство огромного масштаба, но Настя сделала это ради меня. Я взамен пообещал ей, что изменю её жизнь на сто восемьдесят градусов: дам ей тепло, дом, работу, уверенность в завтрашнем дне, что она будет по утрам вставать с постели и не бояться за свою жизнь. Что она будет счастлива. Так мы стали жить на заброшках вместе. В четыре руки работать над этой операцией, да ещё и с крутым профессионалом стало легче, но задача всё равно оставалась сложной. На подготовку ушло четыре-пять месяцев. И все эти месяцы мы жили в адских условиях, каждый божий день боясь за свою жизнь. Зато я вернулся с такой победой, что ни минуту не жалею о своей глупой смелости. Но без Насти я бы точно не справился. Её неубиваемая вера в меня… В меня никто никогда так не верил. Она доверила мне свою жизнь и своё будущее и доверяет мне его и по сей день. Преданней её у меня никого нет.

Петя был настолько откровенен, что мне стало не по себе. Интересно, когда мы были в отношениях, я знала эту историю? Что-то подсказывает мне что – да. Чем больше узнаю о его жизни, тем страшнее за него становится. Меня бросило в холод, и я сильнее укуталась в расстёгнутую куртку. Сколько у него ещё таких щекотливых нервишки историй?

– Так ты исполнил своё обещание?

– Да. Когда мы вернулись я купил ей квартиру и дал ей работу. Настя, кстати, единственная у нас на работе, кто не числится сотрудником компании. Она мой личный наёмный персонал и представляет на фирме мои интересы. Поэтому работает от моего имени. Куда я – туда она. А так как я совладелец фирмы, могу дать ей любую должность какую только захочу. Все её за это невзлюбили сначала, но, когда узнали её в деле шептаться перестали. Я теперь её семья и всегда рядом если нужен. Как-то так.

Петя говорил с грустью в голосе, но по нему было видно, как ему это важно. Это навевало на мысли и грустно стало почему-то мне.

– Ты её любишь?

– Смотря что ты под этим имеешь в виду. Если собираешься сравнивать с собой, то ты это другое. Да, между нами, что-то было, но это там на заброшке и осталось. Мы взаимно это похоронили как вернулись к реальности, так как наши отношения непригодны в мирной жизни. То, что между нами было, было по ситуации. Мы оба даже отношениями это не называем. Мы не встречались. Это был чистый адреналин, когда не знаешь проснешься завтра или нет. Ты всё это прекрасно знала и понимала. Тут не к чему ревновать. Это просто травма, которая на всю жизнь останется со мной. Тем более это было до тебя.

Сама кручу на его глазах шашни с парнем, и ещё почти попыталась повесить на него вину за прошлые отношения, которых и не было. Чувствую себя такой виноватой за свой нездоровый эгоизм. Я хоть и не понимаю, что чувствую к Пете, но представляя его с другой сразу внутри становится больно и неприятно.

– Прости, – шепчу, уронив взгляд в пол.

– За что?

– За то, что забываю, что у тебя тоже есть чувства, – поднимаю на него взгляд, он недолго на меня смотрит, сколько позволяет дорога и понимающе кивает в ответ.

– Всё хорошо. Не бери в голову. Давай лучше сменим тему. Не люблю вспоминать этот период своей жизни. Он и так до сих пор иногда саднит старой раной. Кстати, по возвращению ты меня и воскресила. Ладно. Всё. Закрыли тему. Давай лучше музыку послушаем, – говорит Петя и включает драйвовый трек.

Мелодия очень классная и чертовски мне нравится. Растворяюсь в музыке, проникая душой в каждый последующий трек. Закрываю глаза и рисую в голове картины. Сцена, толпа народа, софиты, микрофон и я пою. Что это? Воспоминание или воображение? Я ведь когда-то пела.

Скучаю по музыке. Когда всё это кончиться нужно наконец-то определиться с направлением своей жизни. Учёба. Работа. Когда у меня голова будет болеть только этим?

Машина останавливается, музыка затихает, и я распахиваю глаза. Перед нами возвышается чёрный узорный решетчатый забор с золотой фурнитурой. Рядом с массивными воротами стоит охранный пункт, работники которого оперативно и приветливо распахивают перед нами ворота.

– Доброе утро, Пётр Александрович, – говорит один из охранников чуть нагибаясь в сторону открытого окна с водительской стороны, пока мы медленно въезжаем внутрь.

Петя просто молча кивает и едет дальше. Перед нами возвышается огромный роскошный особняк, к которому ведёт широкая дорога через сад с фонтанами.

Газон аккуратно подстрижен, все кусты максимально ухожены, фонтаны блестят от чистоты, а вода в них просто чистый хрусталь. Казалось, что рай выглядит примерно так.

Глаза не знали где остановить своё внимание, и я просто потеряла дар речи. Толи время замедлилось, толи Петя нарочно ехал тихо, чтобы можно было всё рассмотреть и хорошенько насладиться здешней красотой. Отдаю должное всему обсуживающему персоналу этого особняка. Они выполняют свою работу просто блестяще. Глаз оторвать невозможно.

Машина огибает особняк и паркуется со стороны заднего двора. Там же в свою очередь садового пространства ещё больше, вероятно для каких-то мероприятий, но я за деревьями и высокими кустами не могу ничего разглядеть.

– Вот и приехали, – тяжело вздыхает Петя и явно не торопится выходить.

– Здесь так красиво! – не могу сдержать своего восторга.

– Пойдем? – спрашивает Петя, глядя на меня.

– Ты меня спрашиваешь? – недоумеваю, глядя на него в ответ.

Петя просто молча сидит и смотрит на меня, словно снова в поисках чего-то. Что он постоянно ищет в моем взгляде? Его взгляд немного тяжелый и грустный, но такой тёплый, что не могу перестать смотреть на него. Глубина серо-голубых глаз вновь затягивает.

Вижу, что Петя хочет что-то сказать, но не решается, а просто молча выходит из машины. Я же следую за ним.

Петя берёт мою сумку, и мы идём в сторону чёрного входа. У меня сразу возникает вопрос почему нельзя войти через центральный, но я сразу принимаю решение молчать.

Войдя в особняк, мы попадаем в длинный коридор с картинами, пол устелен дорогим длинным узорчатым ковром. В качестве декора иногда попадались статуи и между ними периодически располагались диваны.

Собственно, на одном из таких сидела… Настя?! Нет это же не она. Слишком просто одета. Толстовка, джинсы, кеды. Волосы распущенны и убраны за уши. Единственно очки были точь-в-точь её. Серьёзно? Это она? Неотрывно смотрит в экран своего ноутбука, словно мира вокруг вообще не существует.

– Привет, – приветливо здороваюсь с ней.

Мы так толком с ней и не поговорили, но мне почему-то казалось, что мы определённо знакомы. Тем более после истории, что рассказал мне Петя, было ужасно жаль эту девушку. Натерпелась же она… За всю жизнь подобное не забудешь, наверное.

– Привет, ребята, – здоровается Настя и захлопывает ноутбук. – Очень рада видеть вас в компании друг друга. Начинаешь верить в настоящую любовь.

– Я бы не торопилась с выводами, – испускаю нервный смешок.

– Ничего. Поломаешься, да перестанешь, – с уверенностью заявляет Петя.

Он что сейчас серьезно? Меня начинает разбирать смех.

– Так ты считаешь, что я хочу… – начинаю говорить, но Петя затыкает мне рот рукой и шепчет на ухо.

– Потом это обсудим, не стоит развивать тему.

Хотела упрекнуть его в том, что он сам первый начал, но решаю быть умнее и сжав губы просто молчу. Петя в свою очередь убирает руку.

Чёрт. Стоит ему меня коснуться так разум сразу начинает затуманиваться, но я уверенно отмахиваюсь от этих ощущений. Вроде получается. Вроде.

– Умница, – говорит Петя одними губами и подмигивает, глядя на меня.

Стараюсь выровнять дыхание и быстро переключаюсь на новую тему. Что-что, а вечно задавать различные вопросы и чесать языком у меня прекрасно выходит. Поэтому думать даже не приходится, для направления русла дальнейшей беседы.

– А этот приём такое официальное мероприятие получается раз вся команда соберется? Женя тоже здесь? – заинтересованно спрашиваю.

– Да. Здесь, – отвечает Настя. – А вот Марину я ещё не видела.

– Она работает. Не дали мы поспать ей сегодня ночью своими передрягами, – говорит Петя, глядя на часы. – Хотя может прикорнула ненадолго. Не думаю, что она с ними до утра там возилась.

– Ужас. Так вы вдвоём там были?

Меня пробрасывает холодок, и я прижимаю ладонь к груди. Девчонка и так натерпелась. Пусть мне неизвестно, что там было, но судя по Петиным травмам догадаться легко. С учётом того, что тронуть его достаточно сложно.

– А Настю зачем с собой туда брал? Ладно бы Марину, я как понимаю она подготовленная, но Настя же интеллектуал. А ты её в пекло! Очень необдуманное решение! – возмущаюсь, глядя на Петю.

Настя смутилась моей реакцией, а вот его, как и ожидалось я заделала. Петя просто молча закатил глаза, а затем прожег меня взглядом.

– Это была моя идея, – кинулась защищать его Настя. – Всё нормально. Я очень тронута, но не переживай. Не нужно его осуждать.

– Мы пойдем. Нам ещё с моей семьей поздороваться надо, – говорит Петя Насте и мы удаляемся.

– Рада была вас видеть, – просияла Настя и в обнимку с ноутбуком куда-то отправилась.

Она так искренне радуется, что становится не по себе. Начинаю понимать, за что Петя её так ценит. От неё как будто свет исходит. Такого человека и обидеть жалко. Есть в ней что-то волшебно-завораживающее. По крайней мере по энергетике.

Мы направились дальше по коридорам и по итогу вышли в огромный зал. Высокий узорный потолок, украшенные столы, сцена, большое свободное пространство. Интересно для чего оно? Всё блестело от роскоши и задавало очень высокую планку в мире эстетики и богатства.

Казалось, так выглядят не миллионы, а миллиарды денег. Интересно сколько зарабатывает компания его отца? Хотя какая в самом деле разница. Будто это что-то меняет. Мне сложно поверить, что это реальность. Всё так магически выдержанно в одной стилистике. Золотые, бежевые и синие тона уместно окрашивали пространство в свои самые чистые, глубокие и благородные оттенки.

– А почему синий? – отмираю, поедая глазами пространство.

– Цвет Династии, – пожимает плечами Петя, будто ничего сверхъестественного в этом ничего нет.

Руки так и тянуться всё потрогать. Взгляд останавливается, когда я замечаю, что на одной из стен возвышаются портреты и их очень много.

– А кто все эти люди? – спрашиваю, хотя внутренний голос и так мне нашептывает ответ, когда на одном из портретов замечаю Петю.

– Мы же не просто так называемся Династией. Это не особняк для меня и уж точно не дом. Это музей. А родители здесь иногда развлекаются, делая вид, что тут живут.

Подхожу к картинам ближе. Хоть они достаточно крупные, чтобы можно было спокойно всё разглядеть, но расположены слишком высоко, что невозможно дотянуться. По крайней мере с моим ростом.

Замечаю на портрете с Петей, его родителей и скорее всего брата и сестру. По крайней мере все они похожи между собой. Его брат выглядит более мрачно, тяжелый взгляд и волосы на несколько тонов темнее. Так же, как и сестра тёмненькая, сразу видно, что у них это от мамы. Петя же был копией отца.

– Это твои родители и…

– Да брат и сестра, – слышу, как дрогнул и помрачнел голос Пети. – Брата больше нет в живых. С сестрёнкой всё хорошо, слава богу. Последний семейный портрет с братом.

– Прости… Не тактично с моей стороны. А как он умер?

– Лучше тебе не знать. Не спрашивай ладно, – Петя отвернулся и сам начал осматривать зал.

Правда зря спросила. Видимо это произошло не так давно и достаточно свежая рана. А может они были так близки, что не смотря на сроки давности ему больно и по сей день.

– А как сестру зовут? – пытаюсь переключить внимание.

– Полинка, – ответил Петя, останавливаясь напротив огромного окна.

– Полина, Петя – вас всех на букву «П» решили назвать? – подмечаю забавную логическую цепочку.

– Ага. Брата Павлом звали.

– Павлов Павел? Прям тавтология. Первенец. Наверное, большие надежды на него возлагали, – начинаю говорить, но затем прикусываю себе язык, не туда меня занесло не туда.

– Нет. Возлагали на меня. Всегда на меня, – мрачно ответил Петя не сводя глаз с окна.

Пока я теряюсь в мыслях, чем можно разбавить мрачную обстановку, двери распахиваются и зал залетает девчонка. Судя по внешности, узнаю сразу. Та самая Полина Павлова. На вид лет шестнадцать где-то.

Она вихрем проносится и обнимает Петю, тот словно ожидал поэтому даже не дернулся от неожиданности, а просто спокойно ответил ей взаимностью.

– Братишка! Я так рада тебя видеть, – разливается по всему залу её звонкий голос.

– Взаимно. Как экзамены? Все мои рекорды побила? – спокойно отвечает Петя.

– Нет. Зато управление вертолётом сдала идеально. Мне сказали могу вполне с тобой посостязаться. Как и в управлении прочей техники, – радостно начинает Полина, а затем мнется. – Только мне бы твоя помощь кое в чём все-таки пригодилась бы.

– И в чём же? – тепло улыбаясь спрашивает Петя.

– Никто как ты не метает ножи – это раз. А ещё я совершенно точно не понимаю, как ты их перехватываешь в воздухе. У меня вообще не получается. Только пальцы перерезала, вот смотри.

Тараторит Полина показывая ему свою перебинтованную руку.

Я же стою в сторонке и решаю не вмешиваться. Это настолько мило, что меня просто трогает наблюдать за этим. Во всяком случае Пете очень идёт образ старшего брата. Хотя какой образ ему может не подойти даже не представляю.

– Ай, – осматривает Петя руку Полины. – Ладно, позже научу. Только без самодеятельности пожалуйста. Либо с инструктором, либо со мной. А с кем ты занималась вообще?

Полина смущенно закатывает глаза.

– Да так с другом одним.

– Что ж это за друг такой, что добровольно пальцы тебе согласен резать? – скрещивает Петя руки на груди и внимательно заглядывает Полине в глаза ожидая увидеть её реакцию.

– Да не виноват он. Я просто криворукая и пальцы не туда сую, – отмахивает Полина улыбаясь.