Текст книги "Верь в меня (СИ)"

Автор книги: Энни Дайвер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 27

Мне неловко. Хочется свести ноги вместе, но Андрей вклинивается между ними, даже не думая о моем комфорте. Поддевает пальцами мой подбородок, вынуждая запрокинуть голову и смотреть прямо в глаза.

– Есть что сказать? – и вроде интонации мягкие, но я чувствую, что Андрей напряжен так же, как и я.

Облизываю губы, саднящие от поцелуев. Зрачки мужа расширяются, он стискивает челюсти, так что появляются желваки.

Я не хочу ссориться, но недосказанности между нами до добра не доводят – это мы уже проверили.

– Д-да… – начинаю как-то неуверенно. Смелости ноль, возмущение лопается и исчезает, как мыльный пузырь. Мы голые, в конце концов, как в таком состоянии можно оставаться серьезными? – Ты в меня кончил. Зачем? – хмурюсь, убираю его ладонь. Прикосновения сейчас обжигают сильнее кипятка.

– Затем, что это нормально – кончать в свою любимую женщину, еще и вдобавок в жену, – Андрей смотрит на меня долго. Контраргументов на это у меня нет. Хотя нет, есть один, но он какой-то очень болезненный и разрушительный, поэтому я прикусываю язык. Легче не становится, увожу взгляд в сторону, муж вздыхает. – Я не вижу в этом трагедии, которую ты пытаешься развести.

– Стоит присмотреться получше, – цежу ядовито. Стаскиваю с крючка полотенце и натягиваю на плечи, прикрываясь и придавая нашему разговору серьезность. – Ты правда считаешь, что сейчас идеальное время, чтобы делать детей? Мы буквально вчера выясняли отношения, а сегодня ты решаешь за нас двоих!

– Диана, блин! Что же ты такая упрямая, – взрывается и сжимает мои плечи. Наверное, мне не помешает легкая встряска сейчас. Андрей прикрывает глаза одной рукой, стоит так несколько секунд, а после, скользнув по лицу ладонью, стреляет в меня взглядом. – Хочешь честно? Я, блядь, даже не подумал о том, что нужно прерваться, мне так охеренно было в тот момент. Если у нас в этот раз все получится, я буду только рад. А ты нет?

От вопроса остается неприятный осадок. Он оседает пылью в горле и тяжестью ложится на легкие, так что не получается дышать полной грудью.

– Не знаю, – отвечаю честно, но тихо. Я и правда не понимаю ничего. – Мне кажется, мы сейчас нестабильны. Боже, я правда думала подавать на развод, Андрей! – легонько толкаю мужа в грудь, но он не отступает. Его сейчас ничем не сдвинуть с места. Хочу сжать бедра, закрыться. – Дело ведь не только в измене, которой не было, – меня прорывает, и я начинаю говорить без остановки. Слезы катятся по щекам, Андрей стирает их пальцами. – Мы с тобой не говорили почти, перестали ходить на свидания и вместе отдыхать. Я и правда думала, что между нами все плохо. А потом, когда фотки увидела, как-то все само сложилось, да так складно, что я поверила. Это как будто закономерное развитие событий было. Со мной холод, а с какой-то другой – страсть и тепло, – я некрасиво всхлипываю и тру нос тыльной стороной ладони. – Но даже сейчас, когда я знаю, что у тебя ни с кем ничего не было, я не могу вернуться назад.

– Не надо идти назад, Диан, – Андрей гладит мои волосы, щеки, поднимает лицо, так чтобы мы снова смотрели друг на друга. – Давай вместе вперед, м? С ребенком, без него – без разницы. Главное, чтобы ты рядом была. Если все сложится так, что после сегодняшней ночи через девять месяцев нас станет трое, я буду самым счастливым папашей, честное слово, – снова повторяет начатую раньше мысль, и она как теплое одеяло меня укутывает, возвращая в то время, когда мы оба были счастливы. Хотя это время здесь и сейчас, я просто закрывалась от него. У всех бывают трудности в семейной жизни, наверное, настало время преодолеть наши. – Но тебя от этого меньше или больше любить не стану. Мы ведь хотели малыша, у меня планы не изменились.

– Только не на стрессе, – хнычу, как маленькая капризная девочка.

Андрей зацеловывает меня, а я вместо того, чтобы успокоиться, реву еще сильнее.

– Все-все, я уже понял, что нам нужен рестарт, – Андрей крепко обнимает меня, баюкая в своих руках, накручивает на пальцы мои локоны. – Может, уедем на праздники? Только ты и я, как тебе идея?

– А как же подполковник и все остальное? – хлопаю мокрыми ресницами.

– Давай их с собой брать не будем, – смеется Андрей, я улыбаюсь и обнимаю его руками и ногами. Напряжение отступает, мне надо было выговориться. Становится заметно легче, особенно от осознания, что не я одна готова бороться за нас. Андрей оставляет поцелуй на моей макушке, гладит плечи. – Ну так что?

– Я забронировала все почти две недели назад. Четыреста километров всего, там лыжная трасса, отель со спа, в общем, можно отдохнуть по полной. Это должен был быть вроде как праздничный сюрприз, – пожимаю плечами. Я думала о ребуте нашей семейной жизни, хотела подтолкнуть нас друг к другу. Путешествия и совместный отдых сближают. Еще и Андрею после командировок не помешало бы немного спокойствия, пока мои родители на него не насели с очередной помощью в доме.

– Можем сегодня устроить праздник, – впивается в мой рот поцелуем, таким же жадным, какими были те, в прихожей. Его ладони забираются под полотенце, скользят по талии вверх, пальцы сжимают соски до приятной боли, так что по телу иголками расходится новый прилив желания. – Я бы еще один фейерверк посмотрел, – отстранившись, рассматривает меня не без удовольствия, и подмигивает, намекая на продолжение вечера. – Только после душа. Пойдем вместе или по отдельности?

Глава 28

Вопрос Андрея, конечно, чисто формальный. Он уходить никуда не собирается. Помогает мне забраться в ванную, настраивает воду до комфортной температуры. Мне, конечно, нужен кипяток, но я терплю теплую, которая слишком горячая для Андрея и слишком холодная для меня. Среднее арифметическое. Компромисс.

Чтобы я не мерзла, он растирает мое тело ладонями со вспененным гелем. И я правда начинаю гореть. Отвечаю на поцелуи, которые обрушиваются на мои губы. Мы, кажется, снова переходим к прелюдии. Жадно касаемся друг друга, я едва могу дотянуться до мужа, упираясь лопатками в его грудь, а вот он сполна довольствуется моим телом. Колени до сих пор дрожат после нашего секса, и я не уверена, что сейчас хочу еще один. Точнее, что хочу его именно в ванной, пока на нас льет вода, а вокруг много пены.

Отстраняюсь первой, отворачиваюсь, не давая Андрею снова меня поцеловать. Он, правда, не сильно расстраивается – переходит на шею и плечи. Боже, почему это так сладко и нежно? Взлететь от восторга можно.

Дотянувшись до мочалки, щедро поливаю ее гелем, пахнущим хвоей и мятой. Пена образуется быстро. Развернувшись, веду ею по груди Андрея. Поднимаюсь к плечам, спускаюсь до локтей и снова возвращаюсь к груди, потом скольжу ниже по животу, обводя шесть четких кубиков.

– Давай я закончу сам, – останавливает меня Андрей, перехватывая запястье. – Ты все?

– Только сполоснусь, – улыбаюсь и, быстро смыв с тела гель, выхожу, кутаясь в полотенце.

В спальне насухо вытираюсь, наношу крем на все тело и надеваю длинный шелковый халат. Пока делаю массаж лица, прокручиваю все, что произошло. Корпоратив, полиция, отделение и долгая дача показаний, секс с Андреем и сомнения, слишком много сомнений.

Их, кстати, больше не осталось. Я окончательно разомлела после ласк. Отпустила все напряжение. Я очень много всего додумала за двоих, а так жить – свихнуться можно. Теперь буду действовать иначе.

Прохожусь по массажным линиям, прикрыв глаза. Приятно. Чувствую, как разгоняется кровь, приливает к лицу. Есть в самомассаже что-то медитативное. А может, это влияние оргазма, после которого мир выглядит чуточку лучше. Докрутить мысль не успеваю – на пороге спальни появляется Андрей в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер.

Скольжу взглядом по крепкому накаченному торсу от дорожки темных волос, скрывающихся под махрой, вверх к мощной широкой груди. Андрей опирается плечом о дверной косяк и скрещивает руки на груди. Цепкий взгляд намертво приклеивается ко мне. Смущаюсь, обычно я в такие моменты была наедине с собой, сейчас кажется, что он нарушил мои личные границы, но я не позволяю этой мысли оформиться. Прикрыв глаза, делаю несколько глубоких вздохов. Отворачиваюсь к зеркалу и заканчиваю массаж: несколько движений, похлопывания в конце. Щипаю и без того красные от поцелуев губы, боковым зрением ловлю улыбку мужа.

– Может, чай? – предлагаю, понятия не имея, как после его ночевок на диване предложить перебраться обратно. Что-то мне подсказывает, что Андрей сам все решит и, уложив меня под бок, скомандует «спать».

– Лучше тебя, – говорит спокойно и уверенно, а мои внутренности кипятком ошпаривает. Он всегда такой после своих командировок – голодный и неутомимый. Сейчас еще эмоционально доведен до накала. Правда, первую спесь мы уже сбили, но что-то мне подсказывает, что за лишнюю неделю воздержания Андрей мне еще отомстит.

– Я была готова к такому ответу, – поднявшись с пуфика, выключаю свет на зеркале и подхожу к Андрею. Сердце как бешеное колотится. Я делала так сотню раз, а сейчас соблазнять мужа стесняюсь! У меня сегодня все как в первый. Скольжу пальчиками по его груди, – и не надела белье.

– Умница, – хвалит внезапно севшим голосом и тянет за край пояса, развязывая узел на талии.

Я облизываю губы в предвкушении. Желание курсирует по телу. Мы без ума друг от друга, ни к чему стеснение. Это мой Андрей, который смотрит на меня, как на самый вкусный в мире десерт, который совсем скоро съест.

Сокращаю последнее расстояние между нами и поднимаюсь на носочки, чтобы первой поцеловать мужа, как в дверь звонят. Возбуждение вмиг переходит в страх, я едва не подпрыгиваю на месте. Звонят долго и въедливо. Андрей морщится, я впопыхах затягиваю пояс на халате обратно.

Мы переглядываемся, он качает головой, давая понять, что я никуда не пойду. Я и сама не хочу, перепугалась ужасно. Смотрю на электронные часы – два ночи. В такое время обычно приходят с какой-то трагедией. Звонок повторяется.

– Может, все-таки я? Ты в полотенце! – опускаю взгляд вниз, там не просто полотенце вокруг бедер, там почти палатка. Поджимаю губы и едва не смеюсь. Ну и как в таком виде идти?

– Быстрее уйдут, – смеется Андрей и, подмигнув, разворачивается и не спеша идет в сторону входной двери.

Я, конечно же, на месте остаться не могу, замираю на пороге спальни и прислушиваюсь.

– Где Диана? Что с ней? – слышу знакомый голос и не сразу соображаю, кто этой. Какой мужик мог припереться ко мне домой в два ночи? – Она дома?

Боже мой, это же Кирилл!

– Для начала добрый вечер, – недовольно цедит Андрей. Капец, конечно! Ситуация пренеприятнейшая. В панике обвожу взглядом комнату, ищу телефон. Кир, наверное, звонил, а я не слышала. Телефон после того, как уехали из отделения, я с беззвучного режима не сняла. Как-то не до него было. – Диана дома, спит. Ты что здесь забыл? – Андрей у меня, конечно, тактом не отличается – сразу в лоб.

– Я беспокоился, у нас в компании не принято бросать сотрудников в трудном положении. Диана не отвечала на мои звонки, – интонации в его голосе твердые, но стали им не хватает, она вся у Андрея.

– Хорошо, если эта политика работает в отношении каждого сотрудника, – хмыкает Морозов, и столько холода от него исходит, что даже я ежусь. Не представляю, каково сейчас Кириллу. Андрей явно намекнул моему начальнику на особое ко мне отношение. – Если это все, доброй ночи.

– Нет, не все, – ладонь Кирилла упирается в дверь с громким шлепком. Что он делает, ненормальный? Хочу выглянуть, но тогда спалю свое укрытие и выставлю Андрея дураком. Я же вроде как сплю. – Нормально тебе было невиновную жену арестовывать?

Черт. Я никому не говорила, кем работает мой муж, во всех графах указано «Росгвардия», подробности не разглашались. Как Кир вообще узнал об этом? Неужели понял по виду? Там маски такие, что даже я не сразу сориентировалась, хоть и знаю Андрея вдоль и поперек.

– А давай, блядь, не здесь, – недовольно отвечает Андрей и, толкнув Кирилла, выходит в подъезд, закрывая за собой дверь.

Мы станем героями общедомового чата, если кто-то решит проверить камеры на этажах. Так и представляю осуждения муж посреди ночи в одном полотенце выставляет за порог любовника. Последнее не имеет к правде никакого отношения, но для того, чтобы трепать языками, необязательно знать настоящую историю.

Я не пытаюсь подслушать, наоборот, сбегаю в кровать, бросив по пути халат. Голая забираюсь под одеяло и лежу, дышу. Что-то мне подсказывает, что Андрей придет разъяренный, и придется его успокаивать самым верным способом.

Пока я думаю, что лучше предпринять, входная дверь хлопает. Муж идет ко мне не сразу. Сначала заглядывает в ванную, потом на кухню, оттуда со стаканом воды идет ко мне. Вид злющий, так что я нервно сглатываю, но приподнимаюсь на локте и забираю протянутый бокал. Как-то и правда резко пересыхает в горле.

Глава 29

Медленно пью воду, под пристальным взглядом делать это не очень-то и просто. Облизываю мокрые губы, прижимаю одеяло к груди.

– Я не знаю, зачем он пришел. Наверное, звонил, а телефон в сумочке в коридоре. Еще и на беззвучном, – спешу оправдаться, толком не понимая, в чем меня подозревают.

И вообще – я чиста! Меня не в чем обвинить.

– Да я-то знаю, он сказал, – усмехается Андрей, но рассказывать не спешит. Видимо, не для моих ушей мужские беседы, иначе бы муж в одном полотенце в подъезд не вышел. – Просто не пойму, какого хера он решил, что тебе помощь нужна. Он уже что-то подобное проворачивал?

Качаю головой. Не было подобных выпадов, на этой неделе только Кирилл взбесился и решил, что мне польстит его внимание. А мне он сам вообще не нужен. Я тут в мужа заново влюбляюсь.

– Неа. Может, правда переволновался? Не каждый день у него с корпоратива СОБР увозит сотрудницу, – пожимаю плечами и натягиваю одеяло почти до ушей.

Андрей приподнимает уголки губ в легкой улыбке. Внешне он совершенно спокоен, но я уже давно научилась понимать его эмоции по мимолетным проявлениям, и вижу, как он злится. Не на меня, на ситуацию в целом. Касаюсь его руки, глажу пальцами тыльную сторону ладони, привлекая внимание мужа. Он переплетает наши руки. Наклонившись, оставляет поцелуй.

– Мне это не нравится, Диана. Я охренеть как сильно тебя ревную, – произносит, присаживаясь на корточки передо мной.

– Мы только что занимались сексом, – улыбаюсь, пытаясь сгладить момент. Мне не хочется беспокоить Андрея. В его жизни и так слишком много стресса. Он правильно сказал вчера, я его тыл, а в тылу должно быть спокойно и безопасно. Я знаю несколько пар, в которых муж продолжает войну и дома: завоевывает, покоряет, догоняет, – но для себя подобного не хочу. Наверное, юношеская спесь прошла, и от семьи я теперь хочу тепла, уюта, любви. – Ты уверен, что стоит ревновать?

– Конечно, стоит! Ты себя в зеркало видела? – возмущается, хмуря брови.

– Интересный комплимент, – смеюсь, запрокинув голову, насколько позволяет подушка. Андрей поглаживает мою руку, но смотрит все еще недовольно. Бесится немного, а меня почему-то заводит его ревность.

Я никогда его не провоцировала, не манипулировала чувствами. Это вообще казалось неуместным. Не только Андрей меня выбрал много лет назад, но и я его, а все эти игры в ревность для меня не имеют ничего общего с осознанностью и любовью. Когда любишь, хочешь сделать человека счастливее, а его жизнь – легче. Заботиться, поддерживать, встречать из командировок за накрытым столом, планировать совместный отдых. И взамен получать не меньше.

– Наслаждайся, родная, а я пока подумаю, как тебя понадежнее спрятать ото всех, – собственнические нотки будоражат меня.

Чувствую, как внизу живота скапливается тяжесть, под одеялом становится жарко, а между ног – влажно. Тяну Андрея за руку и опускаю его ладонь на свой лобок. Муж вопросительно выгибает бровь, но пальцы уже движутся в нужном направлении и легонько надавливают на клитор. Выгибаюсь от удовольствия, оно по венам течет еще с прошлого оргазма.

– Ты же это наслаждение имел в виду? – улыбаюсь, глядя в стремительно темнеющие глаза, и развожу ноги шире.

Андрей со свистом втягивает воздух, отбрасывает в сторону одеяло. Я снова хочу секса, хочу испытать ту наполненность в момент, когда член оказывается внутри. Я тоже соскучилась, и тоже дорвалась.

– Так тоже огонь, – голос непривычно низкий, севший. Андрей буквально пожирает меня взглядом, я чувствую его тяжесть на коже, которая вмиг горячеет. Наклонившись, он жадно и развязно целует, сразу скользит языком, и я послушно отвечаю. Не могу не ответить.

Мы снова загораемся. Тянемся друг к другу, чтобы быть еще ближе. Андрей вводит пальцы, шиплю, наслаждаясь, и обхватываю его шею. Блуждаю по грани где-то между самыми откровенными фантазиями и реальностью, не зная, что выбрать. По ощущениям – сейчас наша близость превосходит все.

Он ускоряется, меня эмоционально подбрасывает. Губы Андрея уже скользят по моей шее, втягивают кожу до легкой боли. Я усмехаюсь и тут же уплываю от резкой смены темпа. Прощу ему даже засос, если кончу в ближайшие пару секунд. Влажный язык касается твердого соска, я подаюсь навстречу, но муж останавливает, давит второй рукой на плечи.

Это пытка, самая сладкая пытка, в которой я хочу почувствовать все до последней капли. Андрей чередут темп, переключаясь с медленного на супербыстрый. То давит сильнее, то едва касается, так что приходится прислушиваться к ощущениям. Грудь уже ноет от непрерывных интенсивных ласк.

Оргазм накрывает так резко и внезапно, что я даже пугаюсь, но оглушающее удовольствие перебивает другие эмоции. Впиваюсь пальцами в предплечье Андрея, второй рукой мну простыню, зажав в кулаке. Тело трясется, будто через него пропустили ток, а потом становится таким легким, что я уплываю сознанием далеко-далеко.

Возвращает в реальность меня тот, кто и вытолкнул за ее пределы. Андрей еще немного движется в том же темпе, а потом замедляется. Он осыпает поцелуями мою грудь и живот.

Я чувствую освобождение каждой клеточкой своего тела. Это как мощнейшая практика по очищению сознания. Я чистый лист, на котором сейчас проще простого нарисовать все эмоции. И я рисую. Вокруг меня страсть, похоть, любовь. Меня окружает нежностью. Андрей заботливо вытягивает мои согнутые в коленях ноги, невесомо поглаживает.

– Я люблю тебя, – произношу, а у самой в глазах щиплет. Картинка вокруг становится мутной. Меня снова затопило, но на этот раз теплом и счастьем.

– И я тебя люблю, – вторит Андрей. – Диан, что с тобой? – он стирает горячие слезинки. – Эй, эй, что стряслось, – гладит лицо, снова целует везде, где может дотянуться.

– Все хорошо. Мне просто замечательно, – улыбаюсь, но по взгляду понимаю, что муж мне не верит. Сама целую Андрея, получается смазанно. Тяну его на кровать, отодвигаясь на середину. Муж послушно укладывается рядом. Обхватив его рукой и закинув ногу, послушно оставляю поцелуй на подбородке. – Все было о-о-о-очень круто. Слов нет. И я просто растрогалась. Не останавливайся, пожалуйста, хочу чтобы ты тоже кончил еще раз.

Призывно трусь об него. Кивнув, Андрей переворачивает нас, оказываясь сверху. Он поднимает мои ноги выше и одним плавным движением входит. И я снова пропадаю.

Андрей любит меня долго и нежно, до белых вспышек перед моими глазами и дрожащих ног. Я выкрикиваю его имя, и тогда он срывается на какой-то сумасшедший ритм. Говорит мне пошлости, я киваю, хриплю, когда от стонов уже дерет горло.

Мы меняем позу, все происходит так стремительно, что я едва успеваю подстроиться. Секунда – и уже сижу сверху. Но Андрей не отдает инициативу, наоборот, по ощущениям в этой позе я в его власти полностью. Он грубовато сжимает мои ягодицы, насаживает на себя, толкаясь навстречу с яростной силой.

– Ты. Только. Моя. Диана, – цедит через рваные вздохи, запыхавшись. На его коже поблескивает пот, Андрей старается, правда старается толкнуть нас обоих за грань, чтобы шагнули туда одновременно. – Скажи это.

– Только твоя, – шепчу, веря в свои слова.

Это ошеломляет.

Я и правда вся его, целиком и полностью. Только ему можно меня трахать, трогать, любить. Только с ним все так остро и по-настоящему. Наши тела напрягаются, Андрей переходит в хорошо знакомый мне темп. Мы смотрим друг на друга пьяно и счастливо. Пара секунд, и тонем одновременно.

Я падаю на его грудь, которая вздымается от глубокого дыхания. Хочу перекатиться на прохладную простыню – Андрей горячий как работающая в мороз печка. Но руки, что крепко обхватывают меня, не дают пошевелиться. Прикрываю глаза и глубоко дышу, пальцем вывожу узоры на плече мужа.

Мы просто нежимся, кайфуем друг от друга. Я обмякаю и прикрываю глаза. Андрей тоже заметно расслабляется подо мной.

Не знаю, как долго лежим в объятиях друг друга. Я уже распласталась по груди Андрея. Он нежно поглаживает мои плечи, перебирает локоны. Нам так хорошо и уютно, что я почти дремлю.

Завтра точно еле встану на работу. Спать осталось пару часов. И нужно уже сползать с мужа и укладываться на свою половину кровати, но меня предаёт собственное тело, просто потому что отказывается шевелиться. Я словно боюсь хотя бы немного дистанцироваться. Мы только нашли баланс, но что если утром уже не будет так хорошо?

В голове снова появляются неприятные мысли. Они собираются в чёрный ком, да так быстро, что я сама пугаюсь. Просто раз, и вмиг опускается темнота, из которой прямо на меня вылетают все мои страхи.

Я пытаюсь им сопротивляться, отгоняю совсем уж идиотские. Не хочу поддаваться, я и так слишком долго была под их влиянием. Хватит. Андрей сказал, что любит меня, мои чувства взаимны, а все остальное – дело наживное. Мы уже столько лет вместе, что знаем друг друга наизусть. А еще мы не хотим, чтобы все заканчивалось. Нам нужны мы, влюбленные и улыбающиеся.

Стыдно так становится за то, что сомневалась в нем. Снова слезы стоят в глазах. Я даже не знаю, как это объяснить. Засомневалась, перестала доверять, растворилась в своей обиде. Она оказалась такой большой и такой тяжелой, что я позволила ей себя сожрать. Кусаю губы, думая, что сказать. Андрей ерзает, чувствует мое напряжение, но пока ничего не говорит, только дыхание сбивается, но быстро приходит в норму.

– Андрюш, прости меня, – веду пальчиком по груди. Морозов заметно напрягается, все еще никак не комментирует, все так же меня гладит. – За истерику, за то, что поверила, будто ты мне изменил. И за то, что ушла, – сейчас мне важно произнести слова вслух. Озвученные мысли не имеют власти над разумом.

– Давно простил, – целует меня в макушку. С моей души такой гигантский валун спадает, что я слышу его грохот. – И ты меня прости, Ди, – он тяжело вздыхает, – за то, что дал повод сомневаться. Просто помни, что ты всегда важнее, – Андрей поднимает пальцами мой подбородок. Я сползаю по его телу чуть ниже, чтобы было удобно смотреть прямо в глаза. – Ты на первом месте для меня, что бы ни случилось.

– Я сейчас снова расплачусь, – всхлипываю, а Андрей тихонько смеется. Подумать только, из-за собственной гордости чуть не лишилась самого лучшего мужчины, который не отказывается от меня даже в самой сложной ситуации.

– Давай лучше уложим тебя спать. У нас будильник через два с половиной часа, – перевернувшись, Андрей укладывает меня спиной к себе. Обвивает ручищами и, чмокнув в шею, отрубается за пару секунд. А я больше не сомневаясь и ничего не боясь, следую за ним.