Текст книги "Мятежники Акорны"

Автор книги: Энн Маккефри

Соавторы: Элизабет Энн Скарборо
сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)

Глава 20

Кандо попытался схватить Надари, но его рука поймала лишь горсть песка, который буря, словно лопатой, бросала в открытую кабину флиттера. Он не собирался отправляться за ней в бурю. Огромная потеря, что говорить, но это был ее собственный выбор! Он предложил ей шанс стать его царственной супругой, но она не воспользовалась столь редкостной возможностью, и теперь ее кости будут белеть на песках пустыни. А в том, что буря обдерет Надари до костей в ближайшие минуты, он нисколько не сомневался.

Эду дернул за ручку колпака, и тот закрылся, хотя и не полностью. Затем он очистил приборную панель от песка, покрывшего ее больше чем на дюйм, и поспешил поднять флиттер в воздух, пока буря окончательно не похоронила его под толщей песка. К счастью, за годы, прошедшие после его обучения в тренировочном лагере Федерации, он еще не забыл, как управляться с этой техникой.

Позади него шевелился и стонал Макостат. Эду схватил его за волосы, поднял и толкнул в кресло пилота, а затем несколько раз хлестнул по щекам, чтобы привести в чувство:

– Давай вытаскивай нас отсюда!

– Ладно, ладно. – Макостат взялся за рычаги, и флиттер слегка дернулся. – Постараюсь набрать высоту. Чем выше, тем меньше песка.

Кандо хмыкнул:

– Делай что хочешь, чтобы только нас не похоронило в этих проклятых дюнах. Полетели.

Кряхтя и поскрипывая, флиттер стал набирать высоту. Пытаясь ускорить этот процесс, Макостат задрал нос машины так резко вверх, что шлюпка едва не опрокинулась, но приборы отреагировали вовремя и удержали флиттер от кувырка, который мог бы обернуться катастрофой. Когда они поднялись выше, видимость немного улучшилась и песок, крутящийся в ночном небе, из плотной стены превратился в прозрачную вуаль. Уменьшилась и турбулентность.

Наконец буря осталась позади, и изумленным взорам Кандо и Макостата предстали две луны с черными «зрачками» посередине каждой из них.

– Будь я проклят! – выругался Макостат. – Никогда такого не видел!

Различив в его голосе трепет и, возможно, даже страх, Кандо ухмыльнулся:

– Честное слово, Дсу, тебе бы следовало родиться и жить здесь, а мне, наоборот, остаться в Федерации. Ведь это всего-навсего шутки космоса: кольцевая тень, появляющаяся каждые сто лет. А ты реагируешь на эту штуку примерно так же, как мои благочестивые, но невежественные подданные. Поверь мне, Звездный Кот или какие-нибудь другие сверхъестественные твари тут ни при чем!

– Сам знаю, что ни при чем! – огрызнулся Макостат. – Я просто впервые увидел это, вот и удивился. А может, виновата твоя «очаровательная» кузина, угостившая меня ударом в лоб!

– Очень рад слышать это, поскольку хотя сверхъестественного тут действительно нет, зато есть кое-что другое, причем гораздо более полезное для нас.

Макостату, по всей видимости, уже надоело исполнять роль порученца при Кандо, поскольку настроение у него было отвратительное.

– Надеюсь, ты просветишь меня на этот счет, – сказал он, причем в голосе его сквозила неприкрытая враждебность.

– Это навигационный знак. Если луны выстраиваются по отношению к горизонту таким образом, как сейчас, они становятся своего рода вехой, указывающей путь к цитадели аридими. В таком случае нужно двигаться, держа курс на промежуток между ними, и он приведет тебя туда, куда нужно.

– Ты это точно знаешь? – недоверчиво спросил Макостат.

– Так говорится во всех наших легендах и священных книгах, – ответил Кандо.

– Почему же в таком случае никто не может найти эту цитадель?

– Дело в том, что луны выстраиваются таким образом только раз в столетие. Но для того чтобы добраться до нужного места в пустыне, необходимо найти еще несколько знаков и примет и сориентироваться по ним. Это не быстрое дело, и к тому времени, когда путник добирается сюда, луны уже успевают сместиться на небосклоне. Очень поэтично, но совершенно непрактично в примитивном обществе, да еще с таким большим количеством различных запретов и ограничений. Однако полагать, что это выдумки, у меня нет оснований.

Дальше полет в направлении двух лун проходил в полном молчании. Кандо, чтобы хоть как-то убить время, принялся распаковывать химические бомбы, которыми он намеревался отравить озеро, размышляя о том, что жрецы Аридини хоть и привыкли ограничивать себя в питье, но, оказавшись вообще без воды, перемрут как мухи.

После того как они в течение еще некоторого времени летели без каких-либо результатов, вера Кандо в путеводную способность лун пошатнулась. В конце концов, подобные указания не могли быть точными и сильно отдавали мистицизмом. А это он ненавидел.

Что же касается Макостата, то он, казалось, был поглощен благоговейным чувством, которое внушали ему бескрайние размеры пустыни.

– Ты только погляди, какой огромный кратер! – воскликнул он так неожиданно и громко, что Кандо даже вздрогнул. И указал на черный провал внизу, на дне которого виднелись камни и осколки скальных пород.

– Ага! – возликовал Кандо. – Мы уже рядом. Цитадель расположена рядом с кратером, и где-то здесь же должно находиться озеро.

– Может, полетаем вокруг и рассмотрим кратер получше?

– Нет, держи курс на луны, – приказал Кандо, хотя его тоже так и подмывало исследовать гигантскую дыру в земле.

Вскоре его упорство было вознаграждено, хотя они с Макостатом едва не проглядели свою цель. Перелетев через кратер и снова оказавшись над Змеиным хребтом, они каким-то чудом в самый последний момент заметили прямо под собой глубокую расщелину, на дне которой в лунном свете блеснула вода.

– Озеро! – завопил Кандо, тыча пальцем вниз. – Вот оно! Сажай свою посудину!

Флиттер начал спуск в длинную трещину в земле – такую узкую, что расстояние между ее стенками и корпусом шлюпки оставалось меньше чем по два метра с каждой стороны. Он медленно опустился на грунт, и Кандо стал изумленно смотреть на глубокие чистые воды, в которых отражались луны. От вибрации садящегося флиттера по поверхности озера побежала легкая рябь, и теперь казалось, что луны подмигивают ему. Позади флиттера, в тени огромной каменной стены, возвышался Храм, а в его окнах, хотя они и не были освещены, тоже сияли отражения лун и водной глади. Рядом росли высокие деревья, густая высокая трава ласкала взор и кланялась, словно приветствуя гостей.

– Это самое красивое место из всех, которые я видел с тех пор, как оказался на вашей планете, – восхищенно выдохнул Макостат.

– Верно, – кивнул Кандо и открыл колпак кабины, чтобы сбросить в девственно чистые воды первую химическую бомбу.

* * *

Акорна шла следом за колеблющимся пламенем факела, который нес старый жрец, ведущий ее по коридорам Храма. Поскольку братия уже разошлась по своим кельям, вокруг царила тишина, нарушаемая лишь шарканьем подошв жреца, потрескиванием факела, собственными шагами и биением сердца Акорны, а также звуком бегущей воды.

Они поднимались и спускались по многочисленным лестницам, проходили сквозь стены, в которых, на первый взгляд, не было дверей, и когда они миновали последнюю, Акорна увидела ту самую воду, звук которой доносился до нее на протяжении последних минут. Широкий полноводный поток бежал вдоль узкой дорожки, по которой они шли. Акорна предположила, что он должен впадать в озеро. А сам Храм поднимался, видимо, прямо из его вод. Стены пещеры, куда жрец привел Акорну, были украшены рисунками. Эта пещера, судя по всему, была очень древней и нерукотворной. Возможно, при сооружении Храма строители использовали естественные пустоты, которые миллионы лет назад были наполнены лавой, как и та чаша, где сегодня плескалось озеро. В вулканических горных образованиях подобных полостей хватало, причем некоторые из них были чрезвычайно глубокими и огромного размера. Та, в которой сейчас находилось озеро, раскололась сверху, но давным-давно, в доисторические времена, вода находилась под землей.

В голове у Акорны начинало гудеть от монотонных звуков и тесных стен туннеля. И вдруг жрец остановился, да так неожиданно, что Акорна едва не наткнулась на него. Старик вытянул руку с факелом по направлению к тому, что с этого расстояния казалось грубо вытесанной колонной белого цвета, стоявшей посередине потока.

Почувствовав, что Акорна не понимает, он подошел ближе, и, последовав за ним, девушка увидела, что это вовсе не колонна, а статуя, стоящая на пьедестале, из которого, пузырясь и шипя, и вытекает тот самый поток. Первое, что обратило на себя внимание Акорны, была вытянутая вперед рука статуи с тремя пальцами. Ноги статуи оканчивались раздвоенными копытами, и с помощью искусной резьбы неизвестный скульптор изобразил на их голенях такой же покров – наполовину перья, наполовину шерсть, – какой покрывал ноги Акорны. На лице статуи также кудрявились вырезанные из камня волосы, а лоб украшал несколько деформированный и искривленный рог. Она узнала и черты лица, и позу статуи – все, кроме глаз. Если бы не эти хризобериллы, вставленные в глазницы статуи, сходство с Ари было бы полным. Однако присмотревшись повнимательнее, Акорна заметила, что зрачки этих кошачьих глаз были не такими вытянутыми, как обычно, и от этого они больше напоминали человеческие.

– Ари, – прошептала она. Да, это был Ари – такой, каким она видела его во сне.

Жрец обернулся и, лучезарно улыбнувшись, сообщил:

– Это Спутник!

Акорна хотела было задать жрецу десятки вопросов, которые теснились в ее голове, но внезапно мозг девушки пронзила волна острой боли, и в нем раздался агонизирующий крик:

(Акорна, на помощь! Прошу тебя! Я спаслась от Эду, но он направляется к Храму и хочет отравить озеро, а потом расправиться со всеми священнослужителями аридими. Ты должна остановить его!)

Психический удар был настолько сильным, что Акорну отбросило назад и она привалилась спиной к стене пещеры. Голова ее пошла кругом, и лишь через несколько секунд она сумела вновь обрести равновесие. Заметив, что с девушкой не все ладно, старый жрец с тревогой смотрел на нее, но ей сейчас было не до него.

(Надари!) – послала она мысленный призыв в неизвестность. – (Ты ранена? Где ты находишься?)

(Обо мне сейчас не думай! Первым делом остановите Эду и Макостата. Я не знаю, сколько времени я находилась без сознания. Возможно, уже слишком поздно и поделать уже ничего нельзя).

(Слишком поздно может оказаться для тебя, если мы не окажем тебе помощь, причем как можно скорее. Тут хватает людей, и им вполне по силам защитить озеро).

(У него яд, Акорна! Сделай же что-нибудь!)

(Обязательно, Надари, но сейчас мне нужно, чтобы ты сконцентрировалась. Где ты находишься? Сколько времени у вас занял полет до этого места? Заметила ли ты координаты незадолго до того, как покинула флиттер?)

(Нет… Впрочем, да, кое-что я могу сообщить. Разразилась песчаная буря. Ужасная буря, и меня буквально вынесло наружу, когда я попыталась справиться с Эду и Макостатом и взять управление кораблем на себя. Я нырнула в водоворот песка, который едва не сорвал с меня кожу. Пока я жива, только в горле першит и очень хочется пить. Буря уже закончилась, так что мне пока ничего не угрожает).

(Мне кажется, я могу с достаточной точностью вычислить, где ты находишься. Тебя может забрать капитан Беккер. Ему помогут аридими, так что скоро тебя отыщут. А ты постарайся производить как можно больше шума).

(Постараюсь, конечно, но сильно шуметь у меня вряд ли получится), – с горечью откликнулась Надари. – (Уж больно в горле пересохло).

Акорна обратила свои мысли к Беккеру.

(Капитан), – позвала она его, – (я получила сообщение от Надари. Не могли бы вы поискать ее? Иначе она может погибнуть. И вот еще что, капитан…)

Беккер, который уже спал, когда Акорна проникла в его разум, сонно откликнулся:

(А? Чего?)

(Попытайтесь обнаружить мульзара и флиттер Федерации. Надари говорит, что они тоже попали в песчаный смерч, но, бросив ее в пустыне, все же смогли улететь. Кроме того, по ее словам, Кандо собирается отравить священное озеро).

(Хорошо, принцесса, я буду держать глаза широко открытыми).

Акорна позволила своим мыслям вернуться туда, где она находилась в настоящий момент. Открыв глаза, она увидела, что старик-жрец склонился над ней и смотрит на нее с изумлением, а все его сгорбленное тело буквально дышит давно забытым возбуждением.

– Так вот как все было, когда Спутник пришел, чтобы спасти нас! Значит, он и впрямь слышал невысказанные слова и умел видеть душой события, которых не видели его глаза!

– Да, – кивнула Акорна, – мы действительно умеем делать это. И хотя мне нужно многое разузнать у вас относительно этой удивительной статуи и о том, как вас когда-то посетил Ари, сейчас у нас появилось дело поважнее. Озеро в опасности. Мульзар Кандо и его приспешник собираются отравить его.

Глава 21

Плюх! Этот звук заставил РК насторожиться. Он принюхался, открыл один глаз, не желая расставаться со сном, в котором видел Гаруну в самых соблазнительных позах, и снова закрыл его.

Кот не заметил негромкого шума, производимого снижающимся флиттером. За годы космических путешествий с Беккером он настолько привык к подобным звукам, что ощущал себя не в своей тарелке, скорее когда не слышал их.

Однако всплеск разбудил его сразу же. Ему не приходилось слышать, чтобы тут водилась рыба, но, с другой стороны, почему бы и нет? Ведь это же озеро, в конце концов! РК представил себе рыбу – настоящую, живую, которая извивается, плавает в прозрачной воде и являет собой фантастическую добычу, с которой сначала можно поиграть, а потом, убив ударом мощной лапы, вонзить в нее клыки и рвать свежую, удивительно вкусную плоть… Ум-м-мх!

Однако его единственный проснувшийся глаз не увидел серебристого блеска чешуи потенциальных обитателей потайного озера. Вместо них его взору предстал незнакомый флиттер, а затем он увидел, как с его борта в воду полетел какой-то предмет и, упав в нее, издал новый всплеск. Возможно, это и был какой-то новый способ рыбалки, но даже если и так, веяло от него чем-то зловещим.

РК сел и, дергая хвостом, стал наблюдать.

Гримла, лежавшая в корзине с котятами, тоже широко открыла глаза.

(В чем дело?) – тихо спросила она, чтобы не потревожить малышей.

(Пока точно не знаю, но, похоже, прибыл ваш неустрашимый лидер мульзар и вместе с ним – тот клоун из Федерации).

Котята возбужденно замяукали. Теперь, зная, что они не одиноки, малыши чувствовали себя уверенно и один за другим спрашивали своими тоненькими, детскими голосами:

(Новая ма, что такое неустрашимый? Новая ма, что такое лидер? Новая ма, что такое мульзар? Новая ма, что такое клоун? Новая ма, что такое федерация?)

(Я пойду с тобой), – заявила Гримла. Поскольку все маленькие рты, которые до этого, впившись в ее соски, заставляли ее лежать, теперь, задавая вопросы, оказались открыты, кошка поднялась и выпрыгнула из корзины. – (Что бы там он ни задумал, вряд ли это может быть хуже кучи котят! Я, похоже, действительно слишком стара для этого).

(А ты мне еще врезала из-за них), – напомнил ей РК.

(Я подумала, что ты собираешься обидеть их. Для вас, самцов, это обычное дело).

(Кто, я? Вот еще! Просто до этого я еще ни разу не видел таких маленьких котов, и мне стало интересно. Как, кстати, сейчас интересно, что замышляют эти двое).

Подойдя к стоявшему у края балкона РК, Гримла потерлась о него боком, и они стали наблюдать за флиттером, затаившимся в тени густой растительности.

(Теперь мне все понятно), – сказала Гримла. – (Ты просто старый и безвольный котяра. Мы что, так и будем без толку торчать здесь в то время, как нам необходимо провести расследование? Мне скоро придется вернуться, чтобы кормить малышей). – Снова подойдя к корзине, чтобы лизнуть на прощание одного из котят, она прыжком вернулась на балкон и бросила: – (Ну что, идем?)

(Вот сейчас все бросил и побежал), – фыркнул РК. – (Для начала я лучше подниму по тревоге всех этих так называемых храмовых хранителей, а вместе с ними и двуногих).

Но не успел он повернуться, чтобы разбудить остальных котов, как в мгновение ока оказался буквально окруженным ими. Большие пушистые тела бесшумно прыгали из окон, с других балконов и парапетов, сзади, сбоку – со всех сторон, и вскоре хризоберилловые глаза сотен хранителей пристально смотрели во тьму.

(Акорна!) – позвал РК, переходя на телепатический язык, с помощью которого он обычно общался с девушкой-гуманоидом и который здесь, на Макахомии, исходил, как ему казалось, даже не из мозга, а из подушечек его лап. – (У нас тут, судя по всему, назревают неприятности. Поторопись!)

(Я знаю. Я уже спешу), – последовал ответ.

Мью-Шер села на лежанке, протирая глаза. Она сонным взглядом посмотрела наружу, еще раз протерла глаза и – теперь уже без малейших признаков сонливости – встревоженно воскликнула:

– Озеро!

Однако РК и сам уже все видел. И даже не только видел, но и обонял. Пасти всех храмовых котов, собравшихся здесь, были ощерены, шерсть на их спинах стояла дыбом, хвосты, словно плети, хлестали из стороны в сторону. Даже слепые котята, хотя ничего и не видели, инстинктивно щетинились, и мягкая шерстка топорщилась на их слабеньких, раскоординированных еще телах.

Воды озера – столь чистые и прозрачные всего мгновение назад – теперь бурлили, извергая из себя клубы дыма, распространявшие едкое зловоние, которое было хуже запаха от меток сотни котов, страждущих любви.

РК издал низкое рычание и сказал, обращаясь к находившимся по соседству котам:

(Ну ладно, гвардия, вот как мы поступим: спустимся на берег, заберемся на уступ скалы, а потом, когда эти гады вылезут из флиттера, бросимся на них и уничтожим).

Ближайший от него кот – большой, гладкий и с угольно-черными полосами на спине – ответил: (Поступай как хочешь, а мы сделаем вот что). И в следующий момент он и все остальные храмовые коты издали душераздирающий вопль, который произвел на слух такой же эффект, какой зловонные испарения, поднимавшиеся от озера, производили на обоняние.

И как только раздался этот дикий крик, из зарослей вышел человек. Эду Кандо! Увидев котов и услышав их завывания, он собрался было дать задний ход, но тут по направлению к нему бросились РК, Гримла, Паша, Хаджи и Шер-По. Однако их тут же обогнали коты-хранители аридими – большего размера и с более длинными лапами. Словно сплоченное войско, подчиняющееся приказам невидимого командира, они набросились на мульзара и повалили его наземь, не прекращая издавать свой боевой клич. Казалось даже, что от их шкур летят искры, но почти сразу же выяснилось, что это совсем другое. Один за другим коты стали падать с тела Кандо и больше не проявляли признаков жизни. РК понял, что враг открыл огонь из лазерного пистолета.

В гуще котов, атаковавших мульзара, один особенно выделялся своими размерами. Это Мью-Шер, приняв обличие кошки, присоединилась к схватке. Прикончив с десяток котов, Кандо отступил на несколько шагов назад, поднял руку с оружием и выстрелил в нее. Она рухнула навзничь. Гримла, висевшая до этого на ноге мульзара, вцепившись в нее всеми когтями и зубами, спрыгнула на землю и кинулась к поверженной Мью-Шер. Кандо выстрелил в кошку, и Гримла, дымясь, упала на расстоянии вытянутой лапы от своей неразлучной подруги.

А затем из зарослей позади в воздух резко взмыл флиттер. Все воздушные суда Федерации были хорошо вооружены, и этот не являлся исключением. Макостат, сидевший за штурвалом, открыл огонь. Жрецы, успевшие присоединиться к котам, стали падать – одни на землю, другие в дымящиеся воды отравленного озера.

Бойня продолжалась, а РК, переводя взгляд с одного своего поверженного товарища на другого, будто оглох и онемел. Но вот, оказавшись позади мульзара, очень близко от него, он прыгнул и, вцепившись в ту его руку, которая держала пистолет, стал вгрызаться в нее все глубже, сжимая челюсти что было сил. Рука Кандо ослабла, и РК уже чувствовал: еще одно небольшое усилие, и оружие упадет на землю. Но вдруг он ощутил страшную боль, пронизавшую все его тело, как если бы у него оказался сломан позвоночник. Это Кандо свободной рукой нанес ему удар такой сокрушительной силы, что кот полетел в прибрежные заросли.

Преодолев боль, РК посмотрел в сторону дерущихся и увидел еще одного огромного кота – Тагота, перескакивающего через валяющиеся тут и там тела. За ним едва поспевала Акорна, поддерживая старого жреца. РК хотел позвать ее, но голова у него почти не работала, а из горла послышалось лишь слабое, едва слышное «мяу». И все же она услышала своего четвероногого товарища и посмотрела в его сторону. Затем девушка прикоснулась рогом к старику, отчего он явно воспрял духом и силами, и кинулась следом за Таготом, в самую гущу тел. Первая, возле кого она остановилась, была Мью-Шер.

Мульзар, прижимавший к груди руку, покалеченную РК, не успел вовремя поднять оружие, и Тагот обрушился на него всем своим весом, выбив пистолет из пальцев. Но в этот момент орудие флиттера рявкнуло еще раз. Мью-Шер села на земле, Тагот поднял руку, а флиттер очень медленно, как показалось РК, стал по спирали опускаться в воду озера.

Тагот опустил руку. Мью-Шер пыталась встать на ноги, а Акорна, схватившись за горло, упала прямо на нее.

Нет, только не она! Только не Акорна!

Но новой жертвой стала именно она. Сползла на землю и теперь лежала не двигаясь.

Мир РК рассыпался и рухнул из ночной тьмы в еще более непроглядную черную бездну.

* * *

Беккер то начинал дремать, то просыпался. Окончательно его разбудил голос Мака, пробившийся сквозь перемежающуюся дремоту:

– Капитан Беккер, вы слышите меня?

Коммуникатор вновь ожил!

– Мак, как забавно, что ты первый до меня дотянулся! Я собирался сам связаться с тобой, как только поработаю с коммуникатором. Как тебе удалось его починить? – Это на самом деле интересовало Беккера, но, памятуя о пристрастии его андроида к долгим и дотошным объяснениям, он быстренько дал задний ход, решив, что любопытство может подождать. – Впрочем, об этом потом. Сейчас нет времени. Мне нужно перенастроить сканер таким образом, чтобы он мог обнаружить человека на земле, причем как можно скорее. Помоги мне в этом.

– Да, капитан, но…

– Я попросил бы Акорну, но она сейчас находится в Храме и занята другими делами. Надари – где-то в пустыне. Она ранена, и я должен отыскать ее.

– Мне горько слышать все это, капитан, но…

– Никаких «но» или «если», приятель! Расскажи мне, что надо делать со сканером, прежде чем я потеряю ее и она умрет!

– Конечно, капитан, – дисциплинированно ответил Мак, а затем продиктовал Беккеру несколько длинных наборов цифр, которые тот торопливо ввел в компьютер. И как только с перенастройкой было покончено, он заметил в правой части экрана маленькое пятнышко. Именно там, по его расчетам, и должна была находиться Надари.

– Оставайся на связи, Мак, по-моему, я ее нашел!

– О, великолепно, капитан! Не будет ли вам угодно узнать…

– Не теперь, Мак, – отмахнулся Беккер от навязчивого андроида и начал сажать флиттер на песок, который буря разрисовала причудливыми узорами. Ночь была тиха и прозрачна и словно, разыгрывая наивность, спрашивала: «Буря? Какая еще буря?»

Но на гребне одной из дюн, истекающая кровью, лишившаяся почти всей одежды и значительной части кожи, лежала фигура, в которой Беккер с огромным трудом узнал Надари. Подбежав к ней, он опустился на колени и, пытаясь изобразить игривый тон, спросил:

– Привет, крошка! Часто сюда наведываешься?

– Йонас, это ты? Ах ты, мой старьевщик в сияющих доспехах! – с трудом выговорила Надари. Голос ее звучал хрипло, губы потрескались, руки, предплечья и туловище были настолько ободраны, что остатки кожи едва виднелись под коркой запекшейся крови. И хотя лицо Надари в основном уцелело, лоб и щеки все равно напоминали сейчас кусок сырого фарша.

– Нам пора возвращаться к Акорне, куколка. Но каков подонок этот твой Эду! Не могу поверить, что он бросил тебя здесь!

Надари слабо, болезненно улыбнулась, и Беккер заметил, что ее зубы окрашены кровью.

– Это я бросила его, – прохрипела она.

Беккер смотрел на нее и прикидывал, как лучше взять ее на руки, чтобы донести до флиттера, причинив при этом как можно меньше страданий. В итоге он приподнял ее и, поддерживая за талию, стал полутащить, полутолкать к воздушному судну. Она задыхалась и, несмотря на то что это короткое путешествие причиняло ей немыслимые муки, ни единым стоном не показала, насколько ей больно. Воистину, Надари была выдающейся женщиной!

Надо было бы прикрыть ее чем-то, но Беккер боялся лишний раз потревожить ее раны. Он помог ей как можно удобнее устроиться в задней части флиттера. От боли, потери крови и измождения Надари находилась в полуобморочном состоянии.

– Мак, ты еще на связи? – спросил Беккер, включив переговорное устройство.

– Да, капитан. Вы нашли Надари Кандо?

– Нашел и сейчас везу ее к Акорне. Бедняжка в ужасном состоянии.

– Капитан, пока вы были заняты этой спасательной операцией, я взял на себя смелость установить по вашему последнему сигналу ваши координаты и теперь хочу вам кое-что сообщить. Совсем недалеко от вас находится «Ви-Балакире», причем он быстро приближается.

– Чего-о?

– «Ви-Балакире» – это космический челнок «Балакире» корабля линьяри с экипажем…

– Мне прекрасно известно, что такое «Ви-Балакире». Я просто удивлен, каким образом они сумели оказаться здесь так быстро!

– Они следовали тем же курсом, что и мы. Я только передал им необходимые навигационные поправки, чтобы они, подобно нам, не угодили в трясину на Праксосе. Благодаря этому они смогли сэкономить массу времени.

– Да уж, не сомневаюсь!

– Мелиренья спрашивает меня, может ли их экипаж предложить помощь госпоже Надари, чтобы ей не пришлось мучиться во время перелета.

– Ясное дело, может. Ты объяснил мне, как они нашли нас, но не сказал ни слова о том, зачем их сюда принесло. Чему мы обязаны такой честью?

– Когда Акорна связалась с линьяри с корабля капитана Макдоналда, она рассказала своим друзьям о разразившейся здесь эпидемии. Вот они и решили прилететь и помочь.

– Отлично, Мак! А теперь обеспечь мне связь с «Ви-Балакире».

– Сию минуту, сэр. Теперь это уже не является проблемой, поскольку старшина Ли разрешила отключить сигнал подавления, глушивший коммуникационные сигналы аппаратуры линьяри. Сейчас мы можем вести переговоры без каких-либо ограничений.

– Это очень мило с ее стороны, кем бы она ни была, – нетерпеливо сказал Беккер, – но я жду связь. Давай же, скорее!

Из коммуникатора зазвучал другой, женский голос:

– Капитан Беккер? Говорит Мелиренья с космического шаттла «Ви-Балакире». Мы вас уже видим, и, если вы посмотрите вверх и чуть вправо, вы тоже увидите нас.

Беккер сделал, как ему было сказано, и увидел челнок линьяри, медленно опускающийся на песок. Из-за лобового стекла судна ему приветливо махали руками шестеро линьяри. С такого расстояния он не мог разглядеть лиц, но все равно был рад их видеть.

Открыв купол флиттера, Беккер выбрался наружу, а вместо него в крылатую шлюпку забрались двое вновь прибывших, которые немедленно занялись Надари, осторожно гладя ее и прикасаясь к ее ранам кончиками рогов.

– Вы, наверное, вряд ли догадались прихватить с собой какую-нибудь женскую одежду. Боюсь, она замерзнет. Шок, знаете ли, и все такое…

– Вы нас недооцениваете, капитан, – с улыбкой сказала женщина, находившаяся ближе к нему. Приглядевшись внимательнее, Беккер узнал в ней Неву, тетю Акорны. Она беспечно сняла с себя тунику и протянула ему: – Пусть наденет мою.

– Но… э-э-э… А как же вы, – смущенно промямлил капитан, стараясь не смотреть на нее.

– Если вы полагаете, что мне необходимо одеться, дабы не скомпрометировать Кхорнью в глазах ее новых друзей, я, конечно же, найду для себя что-нибудь. Просто я подумала, что на планете со столь жарким климатом к одежде, возможно, относятся более спокойно, нежели у нас. А теперь вы должны сказать мне, как связаться с Кхорньей. Я пыталась выйти с ней на связь, но мне это не удалось. Мак уверяет нас, что она сейчас находится в какой-то цитадели, вот я и подумала: может, там существует какой-нибудь барьер, не позволяющий осуществлять телепатическую связь?

– Нет такого барьера. Она связалась со мной именно таким образом, когда сама находилась в цитадели, а я был во флиттере, – объяснил Беккер.

Из кабины флиттера высунулась голова Кхари, который сообщил ожидающим:

– Надари говорит, что ее кузен и тот нечестный чиновник Федерации были вооружены и собирались уничтожить священное озеро и перебить всех обитателей цитадели.

– Как она себя чувствует? – спросил Беккер.

На этот вопрос бодрым и полным жизни голосом ответила сама Надари:

– Я в порядке, Йонас, но на озере происходит что-то нехорошее. Я все время зову Акорну, но она не отвечает.

– Плохо! – сказал Беккер и, повернувшись к Кхари и Мелиренье, добавил: – Вы, дамы, если хотите, можете лететь с нами или возвращайтесь к себе на судно. Нам всем нужно отправляться к озеру, да побыстрее.

– Местоположение цитадели является одной из наиболее строго охраняемых тайн, – прошептала Беккеру Надари.

– Как и местоположение родного мира линьяри, если ты помнишь, – ответил ей Беккер. – Я уверен, что эти люди умеют хранить тайны. Кроме того, жрецы в цитадели воспринимают появление Акорны как нечто вроде второго пришествия. Только представь себе, как они обрадуются, заполучив в гости еще шесть таких же, как она, ребят. Так что давайте пошевеливаться!

Беккер взял курс прямиком на кратер, а «Ви-Балакире» пристроился за ним. Луны-близнецы, похожие на кошачьи глаза, исчезли с неба, и из-за горизонта уже взошло первое из двух солнц. Однако его розовые лучи застили клубы желто-зеленого дыма, поднимавшиеся из-за гор позади кратера. Как показывали приборы на флиттере Беккера, из трещины в земле выходили испарения ядовитых веществ. Это не сулило ничего хорошего. Кроме того, могло оказаться так, что цитадель еще закрыта.

– Так, ребята, планы меняются, – передал он своему эскорту линьяри и, не сбавляя скорости, пролетел над кратером в направлении расселины на горном кряже, из которой извергался дым. – Зажмите носы, мы спускаемся, – добавил Беккер и направил нос своего судна прямо в отверстие.

Поначалу он не поверил собственным глазам. Место, еще несколько часов назад поразившее его своей первозданной, идиллической красотой, теперь напоминало сцену из ночного кошмара. В прозрачном, каким оно было лишь недавно, озере теперь бурлила вонючая мутная вода, а у прибрежных камней пузырилась омерзительная грязная пена. Посередине озера виднелся полузатонувший флиттер Федерации, и Беккеру показалось, что за приборами управления он разглядел безвольно скорчившееся человеческое тело.

Этот труп оказался не единственным представшим их взглядам. Обнаружив среди кустов место, достаточно широкое для того, чтобы посадить шлюпку, Беккер присмотрелся и сквозь ядовитую дымовую завесу рассмотрел лежавшие на берегу бездыханные тела десятков котов и пяти или шести жрецов. Мью-Шер, баюкая на руках не подававшую признаков жизни Гримлу, ходила между тел, следуя за Таготом, который пытался хоть как-то помочь пострадавшим котам и жрецам. Надари, словно она только что и не находилась на грани смерти, вприпрыжку бросилась к ним и обняла всех троих, включая Гримлу: