Текст книги "Станция "Самосуд" (СИ)"

Автор книги: Ена Вольховская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

– Это просто… тупая жестокость! – возмутилась колдунья. Рида подняла на нее заинтересованный взгляд. – Вряд ли он… – колдунья запнулась на полуслове. – Убить, так еще и над трупом поизмываться! – она отвернулась.

– Шустро он, – задумчиво произнесла Рида. – Бесшумно пробраться на, – она провела пальцем по тексту, – третий этаж, провернуть дело и скрыться. Пока женушка за стенкой воду пьет.

– Думаешь, она сама его?..

Рида покачала головой.

– Даму в госпиталь отправили. Бредит. Я больше склоняюсь к магии, – Илинея скривилась. – Либо по городу щеголяет какой-то совершенно лютый профессиональный маньяк, – Рида продолжила читать.

– Кажется, вчера Аша говорила о каких-то беспорядках в центре…

– Так или иначе, мы лишились надежного источника информации, – пробормотала девушка, старательно игнорируя возмущения во взгляде подруги. – Очень любопытно, что наш служащий был убит буквально в тот же день, когда мы к нему пришли. И после того, как к нему заглянул Реймонд. Может и совпадение, но верится с трудом… – в квартире на несколько мгновений поселилась тяжелая, давящая тишина, после которой Рида холодно изрекла: – Дальше тянуть некуда. Нужно что-то решать с Реймондом, а дальше будь что будет. Разберемся!

Илинея кивнула и перевела взгляд на газету:

– А с этим что?

– Если они связаны, мы об этом узнаем. Если нет… Следствие еще не закрыто, и нас это не касается, – пожала плечами Рида.

Илинея покачала головой, явно необрадованная ответом. Всегда хотелось сделать, как лучше. Правильно, по справедливости. Но в реальности всего просто не успеть. Да и как это правильно? Бросить все и бежать искать другого маньяка? Будто одного мало! Колдунья невольно сжала руки в кулаки. Нужно сосредоточиться на деле. На деле, решения которому они так и не придумали. Стоит подготовиться к худшему!

– Ты куда? – чуть удивленно спросила Рида, глядя на резко, по-военному развернувшуюся спиной колдунью.

– Пойду перезачарую виолончель. На всякий случай, – равнодушно отозвалась Илинея и скрылась в зале.

Рида промолчала, отклонившись к окну. «На всякий случай»… Будто они штурмом Маджистериум брать собрались! Девушка усмехнулась, но улыбка тут же сползла с ее лица. Критикуешь – предлагай. Рида отлипла от подоконника и подошла к котомке с продуктами, вновь дергаясь каждый раз, когда «рвались» струны заклинания за стенкой. Что делать? Какой дурацкий вопрос! А чего они вообще хотят добиться? Рида замерла, словно движение могло спугнуть мысль.

А ведь действительно! Что они хотят получить в итоге? Какова цель их расследования? Простые очевидные вопросы озарением из глубин темного космоса рухнули на голову Риды с такой силой, что та едва не села. Все это время они просто искали имена, даже не заметив, что поиски в итоге стали самоцелью. И теперь, когда они закончились… Ради чего все это? Месть? Отчасти. Отрицать неслабый налет ненависти к тем, кто покалечил ее брата и едва не убил их самих, Рида не могла. Но отлично понимала, что их смерти ей будет… недостаточно? Отчего-то после встречи с Дамианом ощущение, что это личные разборки, пропало окончательно. Слишком отчетливой была мысль «От наших действий зависит больше, чем мы сами».

И что тогда? Справедливость? Восстановление доброго имени? Рида усмехнулась. С Илей уже все разрешилось. Стоило лишь выпереть Вомина. А сама Рида… Было, конечно, обидно. Но от мерзкой записи об увольнении ее никакое разоблачение преступников не спасет. Предвзятость – зараза с очень глубокими корнями вне зависимости от того, что ее посеяло. Азарт? М-да, истина куда прискорбнее. Рида глубоко вдохнула, расставляя банки по шкафам.

Все, что приходило ей в голову так это необходимость дополнительной информации. Если отталкиваться от целей более благородных, нужно узнать, кто еще замешан в этой каше из магии и пороха. Слушая очередной «бдзынь» из зала, Рида тихо заскулила, вспоминая, как ловко все прошло в Академии. С Вомином было проще. Все известно. Кто где находится, когда уходит. Все можно уточнить. Да и появление Илинеи не было чем-то сверхъестествнным. Здесь же… В Маджистериум незамеченным не прорваться. Тяжесть охранной магии чувствовали даже люди. Да и не похоже, что господин министр склонен задерживаться на работе.

– Слушай, – Рида заглянула в зал, где, сидя на софе, Илинея сосредоточенно осматривала инструмент, будто чары могли ошметками лежать на поверхности, – а ты невидимость какую-нибудь можешь наколдовать?

Илинея подняла на подругу мутный взгляд.

– Невидимость – барахло! – презрительно фыркнула она. – Оно сложное, требует постоянного обновления, к тому же при движении все равно заметно… некоторое визуальное искажение пространства. Может, однажды найдется кто-то, кто доработает его, но сейчас… Пф, – колдунья скривилась.

– Я просто подумала, мы ведь знаем, когда Реймонд уходит из Маджистериума. Можно было бы проследить за ним, узнать, где он живет… – осторожно говорила Рида, после чего быстро выпалила: – Свернуть ему шею и вспороть брюхо, чтобы все решили, что это очередная жертва маньяка, – Илинея аж воздухом поперхнулась, широко раскрытыми глазами уставившись на подругу. – Ну и доказательства поищем, кто у него в союзниках и вот это все… – немного стушевавшись, закончила Рида.

Илинея отвела взгляд, раздумывая над сказанным.

– Можно использовать отвод глаз. Вещь специфическая, заметная на грани предчувствий, но надежнее невидимости. Это, конечно, если ты найдешь способ, как нам вести слежку за паромобилем, – с претензией предложила колдунья, навязывая зеленоватый поток энергии паралича на струны. – Да и резать я никого не хочу, если уж на то пошло! Зачем? Мы можем просто найти вещественные доказательства и принести их в полицию, – нотки возмущения и праведного гнева звенели в ее голосе.

– Хорошо, – выдохнула Рида, проводя ладонью по лицу. – Если получится, сделаем так. Хотя я сомневаюсь, что в этом есть смысл. Реймонд – министр внутренней безопасности. Он буквально и есть наша полиция! – она скрылась в коридоре и через мгновение вновь оттуда выглянула: – Мы сделаем, как ты сказала. Но! На твоем месте, я бы еще что-нибудь поубойнее вспомнила, – показывая пальцем на инструмент, с укоризной ответила Рида.

Илинея перевела все еще возмущенный взгляд на виолончель и отставила ее в сторону, прервав процесс зачарования на середине, отчего струна с жалобным писком лопнула и звучно ударила по деревянному полу. В ход пошли кольца. Хотя чего-то серьезного и, тем более, могущественного на них не нанести. И пускай в смене инструмента был свой резон, сделала она это, чтобы отвлечься от мыслей, не излучающих оптимизм. Хотелось поскорее разобраться с делом и забыть его, как страшный сон, вернувшись в тихие, порой раздражающе спокойные будни Рейнхарма. И не мучиться дилеммами о правильности убийства преступника. Да она вообще не хотела когда-либо задаваться такими вопросами!

Колдунья сильно сжала старое медное кольцо, чуть погнув его. Бросить все. Убежать и спрятаться. И продолжить жить иллюзией, что все эти смерти, интриги и врах знает что еще происходят где-то там, далеко! Не с тобой или твоими близкими. Ужастики из большого города, где совершенно непонятно, как могут спокойно жить обыватели. Поиграли в детективов на свою голову!

За стенкой что-то зашумело – Рида взяла с кухни табуретку и принесла ее в коридор, чтобы дотянуться до антресоли. Через пару минут шума сдвигаемых в сторону вещей и бормотания ругательств, девушка вновь заглянула в зал.

– Ты же отвод глаз готовишь? Ближе к четырем едем к Маджистериуму.

Илинея насмешливо изогнула брови.

– Кажется, ты с конца начала. Давай лучше с того места, где начинается план действий по слежению за паромобилем, – фыркнула она, параллельно выбирая украшение, которое бы лучше всего подошло для чар.

– А чего тут думать? – пожала плечами Рида. – Ясное дело, что мы за ним не побежим, – оттаскивая табурет на кухню, начала она. – Значит, нужно, чтобы он либо оставлял след, либо устранился, – Илинея накренилась, с любопытством выглядывая в коридор, откуда вскоре показалась Рида с торжественно поднятой ручной дрелью. – Я больше ко второму склоняюсь, конечно, но модель новая и непонятно, смогу ли я быстро и незаметно поколдовать над ее двигателем, чтоб он заглох. А вот бочку с водой продырявить где-нибудь снизу, чтоб и невидно, и след оставило, вполне выполнимо, – девушка почти любовно погладила инструмент по рукоятке.

Илинея лишь покачала головой, глядя на довольную подругу, и заявила, что закончит с чарами где-то минут через тридцать. Развязка близилась, и это лишь все усугубляло, усиливая волнение и страх перед неизвестностью.

***

Лучи вечернего солнца освещали полупустой кабинет, окрашенный в кремовый цвет. Здесь не было никаких излишеств. Прямые углы, простые плинтуса. Если бы Реймонд мог, он бы отказался и от насмешливо следящих за ним флага и герба над рабочим столом. Министр подошел к единственному шкафу, расположившемуся у двери, и достал оттуда папку с бумагами на подпись с пометкой «Срочно!!!». Со всем остальным колдун предпочитал вдумчиво разбираться у себя дома. По крайней мере, последние полгода. С тех пор, как Кристин «пропала», в доме стало намного тише. Как минимум, никто не задает неудобных вопросов.

Реймонд невольно почесал руки в тонких кожаных перчатках, скрывающих множество едва заметных порезов. Маленькое напоминание от супруги, что лезть в чужие секреты вредно для здоровья. Он слегка улыбнулся и сел за стол, такой же простой, как и все в кабинете. Покончить с этой папкой и уехать. Туда, где его совершенно точно никто не побеспокоит. Да уж, золотко Кристин золотком никогда не была! Суровая, своенравная, амбициозная девица с неплохими способностями. Такой ее знал Реймонд. И мало кому приходило в голову, что такая женщина могла прийти из крошечного городка, из семьи ничем не примечательного секретаря академии. Раздалась трель телефонного звонка, на что мужчина лишь поднял трубку и тут же опустил ее назад. Если что-то важное, секретарь сообщит.

Прошло больше года, а шрамы все еще саднили, будто заросли совсем недавно. Он до сих пор не знал, что за магию Кристин наложила на ежедневник. Но отлично понял, что за его содержимое она муженька спокойно угробит. Впрочем, что-то подобное Реймонд мог сказать и про себя. Их отношения никогда не были полюбовными. Они были просто удобными. В первую очередь, для репутации, ведь окружение отчего-то свято верило, что уж семейные пары друг друга поберегут и не будут вытворять что-либо опасное и незаконное. Реймонд насмешливо фыркнул. Статистика всегда говорила обратное.

Из небольшого кейса мужчина достал печать и шлепнул ею по бумаге, оставляя почти идеальный оттиск своей подписи. Куда быстрее и грязи меньше. Хотя более высокие чины все еще возмущенно ворчат, наблюдая такую подпись. Ее и подделать проще и печать можно украсть. Министра же это мало смущало. По разным причинам.

С самого дна папки он вытащил плотный конверт без каких-либо пометок. Риверс, собака! Реймонд нервно отбросил конверт в свободный угол стола. Заниматься делами подчиненного не хотелось от слова совсем. Такие конверты обычно предвещали массу волокиты и звонков куда надо, чтобы, так сказать, сгладить острые углы. Не то, чтобы остальные сотрудники и подчиненные никогда не доставляли таких проблем… Хотя, нет. Именно таких проблем и не доставляли! Риверс же никогда не действовал посередине. Он либо не оставлял за собой следов вообще, либо с треском проваливался. На его счастье, последнее случалось заметно реже.

Глубоко вдохнув, Реймонд продолжил перебирать бумаги. Указы, приказы, планы эвакуации… На неделе еще и проверка из департамента Мэтримониума! Несколько подписей заняли положенное место, планы и проверки вернулись в шкаф до завтрашней планерки. Он откинулся на спинку кресла с длинной жалобой в руках, иногда бросая тоскливый взгляд на конверт. Приписав вверху жалобы отказать, министр по телефону позвал секретаря. Меньше, чем через пару минут, в кабинет вошел высокий молодой парень в сюртуке, который явно провисал на плечах.

– Пусть подготовят официальный ответ. Сейчас, – протянул ему жалобу Реймонд. – Сразу все печати проставлю и отправите. Понятно?

Парень кивнул и взял протянутый лист, однако покидать кабинет не спешил, замявшись на самом пороге. Реймонд поднял на него уставший взгляд.

– К вам посетитель, – чуть заикаясь пояснил недавний выпускник. – Но у него ни записи, ничего нет.

– И что же? У него и имени нет? – переведя взгляд на бумаги, спросил Реймонд.

– Виермо… – начал было секретарь, но министр его резко прервал:

– Пусть зайдет через десять минут, – и потянулся к конверту.

Секретарь дергано кивнул, явно не горя желанием находится с непонятным визитером в одном помещении, и вышел за дверь. Реймонд же с тяжким вздохом раскрыл конверт и вынул оттуда несколько рукописных листов от доверенных лиц из отделений в разных районах города. Подозреваемый, замечен, некто похожий, схожий след ранения… С едва сдерживаемым гневом он отложил бумаги в сторону. Десять минут… Еще есть немного времени, чтобы успокоиться.

Конечно, приказ был не из простых. Но потому он и отправил Риверса! Ян – уважаемый колдун с боевой закалкой военных лет. Но Реймонд должен был заставить его молчать. Всегда слишком правильный, он мог запросто разворошить это осиное гнездо, донести историю с подрывом до Мэтримониума, и тогда властям Западной терры несдобровать! Мэтримониум сделал бы все, чтобы угомонить паникующих граждан, и голова Реймонда, как ответственного за безопасность, полетела бы первой. И это при условии, что никто не узнал бы про его причастность к взрыву.

Реймонд глубоко вдохнул.

Нужно было самому приехать за тем проклятущим артефактом! Кто же знал, что эта старая рухлядь настолько хрупкая, что способна рвануть от малейшего напряжения!

Мужчина протянул руку к документам. Мало всего прочего, так в последнем агентском отчете еще и сообщалось, будто дело пытались закрыть по приказу за его подписью. Откуда только он взялся?

Реймонд глянул на время.

Три… Два… Один…

Дверь отрылась.

Точен, как часы!

Реймонд поднял голову, оценивающе осматривая посетителя. Здоровый крепкий мужчина вальяжно расположился у двери, опершись на темный косяк. Черное длинное пальто расстегнуто и, как бы невзначай, демонстрирует пристегнутые к ремню на брюках ножны с небольшим кинжалом и кобуру с револьвером. Старая модель, которую он в качестве трофея забрал из ныне несуществующего подразделения личной охраны Мэтримониума.

Виермо Риверс собственной персоной! Он по привычке поправил очки с темным стеклом, какие обычно носили механики и сварщики, на пару мгновений демонстрируя миру почти белые радужки глаз. «Слепые» глаза. Пугают окружающих и при этом отлично видят. Пожалуй, даже слишком хорошо.

Не дожидаясь какой-либо реакции со стороны министра, он подтащил один из стульев и сел напротив Реймонда, терявшего терпение с каждой секундой. Поправив вульгарно растрепанные волосы, длиной доходящие почти до подбородка, Виермо с непередаваемым удовольствием, сочащимся из слов, из жестов, из фривольной позы, коротко произнес:

– Полагаю, вы уже видели последние новости, – и, подавшись вперед, едва слышно, с гортанным смехом добавил: – Городской «Вестник», первая полоса! Неплохо, да? И никто ничего не знает! – он откинулся на спинку стула, не придавая ни малейшего значения каменному выражению лица Реймонда.

– Видал новости и посвежее, – холодно ответил министр, двигая бумаги из конверта к собеседнику. – Твои развлечения мне дорого обходятся.

Риверс бегло прочитал содержимое бумаг, вспоминая каждый случай, после чего презрительно швырнул их на стол.

– Они ничего не докажут!

– Если они наберут на тебя достаточно материала, мои слова уже не только не помогут тебе, но и меня загонят в крайне невыгодное положение, – чеканил слова Реймонд, иногда поглядывая на дверь. – Хочешь развлекаться – делай это за свой счет. Я уже устал подчищать за тобой трупы. В твоих интересах, чтобы я таких конвертов больше не получал. Иди! Распоряжения получишь к вечеру.

– Так точно, – фыркнул Риверс и поднялся с кресла. Остановившись у самой двери, он немного повернул голову: – Вас, кстати, караулят у машины. Забавные девицы, даже над отводом глаз поработали. Еще б он на меня действовал, – усмехнулся мужчина и тут же покинул кабинет, оставляя Реймонда наедине с этими словами.

Дверь бесшумно закрылась, и лишь тогда Реймонд позволил себе немного расслабиться, положив руки на подлокотники и задрав голову к потолку с парой древних свечных люстр. Столько навязчивых мыслей… Планы, идеи, работа, проверки и две девицы, играющие в шпионаж. Агенты несли любопытные известия с самого Рейнхарма, хотя до встречи в Управлении Реймонд находил это лишь забавным чтивом. Далеко не первые гражданские на его практике, что решили, будто они могут все сделать лучше специально обученных служб. Хотя, стоило признать, дамочки забрались далеко. Гораздо дальше многих. Министр усмехнулся. Ни к чему заставлять девочек ждать!

Просмотрев оставшиеся бумаги и убрав печать и содержимое конверта в портфель, Реймонд поправил серый пиджак, накинул пальто и вышел из своего кабинета. Он неспешно раздал указания сотрудникам, запер кабинет на замок и непривычно бодрой походкой направился прочь из Маджистериума. Удивительное состояние! Своеобразное предвкушение, в то же время, очень похожее на чувство, когда слушаешь ложь, зная правду. Веселье в некоторой извращенной манере.

И все же на подходе к холлу, где охранник, заметив министра, спешно спрятал бутерброд под стол, Реймонд взял себя в руки, возвращая походке степенность и важность, а взгляду – деловую отстраненность. Он вышел на улицу и завернул в сторону. Водитель уже сидел на своем месте, привычно ожидая министра. Реймонд невзначай окинул пространство холодным взглядом и едва заметно улыбнулся. Риверс был прав. «Шпионки» действительно хорошо поработали над маскировкой и, похоже, даже использовали магию через вещи. Ловко! Однако, ищейку таким трудно обмануть. Само заклинание министр превосходно видел, а почти физическая боль и зрительные искажения при попытке целенаправленно посмотреть на девушек лишь подтверждали подозрения.

Кивком поприветствовав Реймонда, водитель вышел, открыл дверь, пропуская его на заднее сидение, и вернулся за руль. Колдун со страдальческим видом откинулся на спинку сидения. Что ж, поиграем по правилам!

– У меня, – тяжко вздохнул Реймонд, прикладывая ладонь ко лбу, – ужасно болит голова. Езжай помедленнее.

– Как скажете, – пожал плечами водитель и стал медленно выезжать на дорогу.

Паромобиль, пыхтя и рыча не хуже стаи горных врахов, выбрался к мостовой и неспешно поехал вдоль домов, большинство из которых не так давно служили поместьями знатным магическим родам. Свисток на крыше машины, поднимая к небу облако пара, радостно приветствовал других водителей и распугивал излишне размеренных горожан. Впрочем, уже после второго гудка, Реймонд гневно потребовал прекратить и продолжил с особым довольством смаковать ощущение безликой магии неподалеку. Да… Следом за машиной, торопливо перебирая ногами, шли две девушки, сокрытые от любопытных взглядов заклинаем старым, как мир, и отчаянно старались не потерять из виду тонкую струйку воды.

Они прибыли к относительно небольшому двухэтажному дому в соседнем районе города где-то через полчаса. Почти в два раза дольше обычного. Но осознание того, что за машиной, сбивая дыхание, торопились две девицы, искренне считавшие, что их план сработал, поистине бесценно. Пока водитель отгонял машину в гараж, Реймонд спокойно прошел во двор, приглашающе оставляя кованную калитку приоткрытой. Даже любопытно, сколько времени им потребуется на то, чтобы решиться вломиться в маняще беззащитное «логово злодея». С трудом сдерживая рвавшийся наружу саркастичный смех, колдун скрылся за высокой, округлой дверью из темного дерева, обитого металлом.

Подруги застыли в небольшом отдалении, рядом с декоративными кустами, листва которых изрядно облетела. С подозрением они смотрели на зазывающую калитку, сейчас больше напоминавшую пасть дракона.

– Этот врахов выродок нас заметил, да? – будничным тоном с толикой раздражения больше утверждала, чем спрашивала, Рида.

– Да, – разведя руками, ответила Илинея. – Похоже, с самого начала. Возможно, он из ищеек.

– Придем ночью или завтра?

– Нас будут ждать.

– И что теперь? До старости здесь сидеть будем? – фыркнула Рида. – Ты смотри, у меня треть жизни прожита, тебе в одного тогда идти придется, – она криво улыбнулась и просунула руку под пальто, поправляя лямки рабочего комбинезона.

– Поторопимся, и жизнь на трети и прервется, – задумчиво ответила Илинея.

Колдунья внимательно осматривала дом. Точнее, ту его часть, которую можно было увидеть из-за изгороди. Попытки уловить охранные чары успехом не увенчались: то ли их вовсе не было, то ли они были гораздо слабее среднестатистической «охранки». Так или иначе, в общем энергетическом шуме обнаружить она их не смогла.

Дом выглядел самым непримечательным образом. Два крыла, два этажа. Побелку фасада давно не обновляли; карнизы, окрашенные в черный, местами облупились, будто по ним регулярно лазали. Впрочем, сетка вьюнков отлично скрывала неряшливость здания, пусть и сильно пожухла. Во двор два входа: калитка и ворота для паромобиля. А вот дверь, похоже, только одна. Разве что на задний двор выходил погреб. На окнах вычурные решетки, так что бежать в случае чего будет тяжко. Да и попробуй удрать от того, кто буквально заправляет полицией во всей терре!

Илинея тяжко вздохнула. Можно, конечно, надеяться, что противник глуп или излишне самоуверен, но такой подход обычно загоняет в могилу. Если они не заявятся к нему сейчас, какова вероятность, что он не воспользуется артефактами, услугами сильных магов или просто не поставит доверенных лиц в качестве охраны позже? Колдунья глубоко вдохнула и перевела взгляд на терпеливо выжидающую подругу.

– Идем, – уверенно произнесла Илинея. – Двигаемся молча. Отвод снимем внутри, – с этими словами она сделала шаг вперед.

– Все-таки штурм? – усмехнулась Рида.

– Других вариантов я не вижу, – тихо ответила Илинея. – Он знает о нашем присутствии и просто так не позволит нам совать нос в свои дела. Постараемся не доводить до драки, но, если что, – она обернулась, – кольцо на паралич у меня тоже с собой, – и перешла через дорогу, приближаясь к калитке.

Отвод глаз стал просто формальностью, защищающей разве что от взора соседей и прохожих. Девушки прекрасно осознавали, что с каждым шагом, сделанным сейчас в сторону двери, хрупкий план о мирной добыче вещественных доказательств буквально трескался и рассыпался, как утренний лед на лужах. Илинея нацепила кольца, готовясь к радушному приему, а Рида в который раз уже пожалела, что так и не смола оформить себе разрешение на оружие. Самым опасным в ее арсенале была лишь ручная дрель, с которой она тащилась от самого дома.

Они решительно шагнули в полумрак прихожей, и дверь за ними захлопнул ветер, как в детской страшилке. Девушки замерли. В такт задергавшемуся глазу, Рида глубоко вдохнула и выдохнула. Больно сильно это напоминало поход по обломкам дирижабля. Рефлекторно вытерев обувь о коврик у порога, они прошли дальше, в большую гостиную с камином, диваном в центре и отделенным шкафами библиотечным уголком с креслом-качалкой, поскрипывающим, будто с него недавно встали. В доме царила удивительная тишина, если не брать в расчет кажущийся зловещим треск пламени.

Справа, за дверью с прозрачным окошком, виднелась столовая, освещаемая лишь через окна, а слева, за перегородкой, вдоль которой змеилась чугунная батарея, горели газовые лампы. Колдунья скривилась.

– Прямо сейчас, – тихо, почти шепотом, произнесла Рида, – мы направляемся в очевидную ловушку. Добровольно. Своими ногами.

– Раньше тебя это не смущало, – всматриваясь в подвижные тени, ответила Илинея. – Подергай ручку. Осмотрим все.

Рида кивнула и открыла дверь, настороженно входя в помещение в светлых тонах и с большими окнами. Длинный стол откусил большую часть пространства, почетное место вдоль стен занимали витрины с посудой и небольшой бар с алкоголем в фигурных бутылках. Свет из окон рассеивали высокие растения в тяжелых вазонах, которые обычно ставили на улице. Мельком заглянув в кухню, вход в которую притаился рядом с одной из витрин, девушки медленно двинулись дальше, иногда поглядывая назад, в гостиную, тени в которой почти не позволяли разглядеть ее за стеклом. Впереди виднелась лестница, ведущая на второй этаж, и неприметная дверца под ней, запертая на амбарный замок. Тоскливо взглянув на дверцу, девушки предельно тихо стали подниматься наверх.

Второй этаж дома чем-то сильно напоминал учреждения. Освещенный парой газовых ламп коридор делил помещение пополам. Справа от девушек примерно на одинаковом расстоянии друг от друга расположилось три деревянных двери, под центральной можно было заметить полоску света. По всей видимости, именно там их и ждали. Слева же имелось всего два помещения, разделенных небольшой зоной с креслами и выходом на балкон. Пара спален, простых, предназначенных для гостей. Кроме кроватей и пустых шкафов, смотреть было не на что. Гораздо больший интерес представляли комнаты справа. И если одна из них была заперта на ключ, то вторая со скрипом, который, казалось, слышали на другом конце Сильверона, распахнулась, впуская девушек в запыленное помещение. Узкая кровать с кремовым балдахином, тяжелый платяной шкаф, словно вывезенный из какого-то поместья. Из-под темно-коричневых бархатных штор пробивались полоски света, падающие на серебряную поверхность зеркала трюмо, стоящего у левой стены. Здесь не было фотографий, шкатулок, украшений. Никаких деталей, говоривших бы о том, кто здесь жил. Все подчистую убрали и лишь затем оставили пылиться. Но что-то подсказывало, что именно здесь не так давно обитала жена министра Кристин.

Девушки аккуратно прикрыли дверь, пусть и прекрасно осознавали, что их присутствие ни для кого не секрет. Они застыли перед центральной дверью, никак не решаясь зайти внутрь. Последний шанс развернуться назад. Все обдумать, перепланировать или вовсе бросить все. За дверью она. Точка невозврата. На балконе послышалось копошение, и подруги синхронно развернулись, но никого не увидели. Рида нервно дернулась и положила ладонь на рукоять. Переглянувшись с подругой, она толкнула дверь, а вместе с тем Илинея сняла маскирующие чары.

После полумрака яркий свет кабинета больно ударил по глазам, вынуждая зажмуриться. Реймонд, заполняя какие-то бумаги по работе, сидел за резным лакированным столом прямо напротив двери. На посетительниц он даже взгляда не поднял. По обе стороны красовалась пара книжных шкафов и картотек, а у окна виднелся маленький столик с кружкой. Милейшая картина, если не учитывать детали встречи. Девушки остановились на пороге, ожидая подвоха, на что Реймонд лишь протяжно произнес:

– Несколько дольше, чем я ожидал. Впрочем, – он отложил перо и шлепнул печатью внизу листа, – было бы удивительнее, если бы вы сразу бросились сюда. Как мотыльки, – он улыбнулся, наконец поднимая голову. – Что же вы стоите? Проходите. Разговаривать через порог, по меньшей мере, некрасиво.

– Мы пришли не любезностями обмениваться, – шагнула вперед Рида, крепко сжимая в руке дрель.

– Да, я знаю, – с какой-то грустью, граничащей с безразличием, ответил Реймонд. – Вечно только по делу. Хоть бы раз кто просто в гости заскочил, – он поднялся с кресла. – Что ж, я весь в вашем распоряжении, – усмехнулся он, разводя руки в стороны.

Одно из колец Илинеи угрожающе засияло, обволакивая руку красным свечением.

– Мы знаем, что это ты организовал подрыв дирижабля в Рейнхарме, – Илинея резко подалась в сторону министра, останавливая протянутую руку с готовым сорваться заклинанием совсем рядом с его шеей.

Выходкой подруги была удивлена даже Рида, непонимающе переводящая взгляд между колдунами. Однако Реймонд лишь едва заметно вздрогнул и тут же расслабился – у девушки не хватит воли. К тому же в тенях рекреации уже ждали его распоряжений.

– Чудно, – хитро улыбнулся Реймонд. – И что вы сделаете? Убьете меня?

Илинея на мгновение опустила взгляд. Нет, конечно, нет. Куда больше опасений вызывала человеческая компаньонка, которая явно была не прочь просверлить не только бак паромобиля.

– Назови хоть одну причину, по которой мы не должны этого сделать, – подтверждая предположения министра, произнесла Рида, настороженно поглядывающая за дверь. – Ты разом угробил несколько десятков пассажиров, группу механиков, сотрудников станции. Ты, бесполезный кусок колдуна, покалечил моего брата! И радостно отменил все расследования!

– На самом деле, – колдун отстранился и опустил руку Илинеи вниз, – на моей совести гораздо больше. Вот только относятся ли к числу моих грехов ваши обвинения? Вопрос с подвохом…

– Хватит ходить вокруг да около!

Реймонд усмехнулся и присел на край стола, наслаждаясь нервозными выражениями лиц девушек, прислушавшихся к звуку проворачиваемого в револьвере барабана.

– Магия или пуля? Война успешно доказала, что быстрее. Не думаю, что вы желаете проверить это опытным путем. Вы злы, вы обижены, вы ничего не понимаете. Вы влезли в игру, правила которой вам не ведомы. Скажите, дамы, ваша новая игрушка стоит того, чтобы за нее умереть?

– А эта твоя игра стоит того, чтобы за нее гибли невинные?

– Невинные? Вы глупы, если считаете, что в этом мире есть невинные, и еще глупее, если думаете, что для них не найдется обиженных судей, – он глухо рассмеялся. Перед глазами четко, как наяву, встал образ пропавшей супруги. – Нет, дело не во мне и не в тех, кто помогает мне или противостоит. Если мы исчезнем, наше место займут другие. Все дело в обществе, в «невинных», которых вы так яростно защищаете, что додумались вломиться в дом министра. Это общество… – он выдохнул, чуть откидывая голову назад. – Оно насквозь прогнило и упивается собственной гнилью. Каждый день, пропитанный фальшью! Все эти люди и маги, они ненавидят друг друга, они бы содрали друг с друга шкуры, будь у них такая возможность. И «кварталы невольников» отличное тому подтверждение. Ваша наивная дружба столь редка, что почти уникальна в стране, где чуть больше четверти века назад маги относились к людям чуть лучше, чем к скоту. А сейчас вы ходите и делаете вид, будто всего этого не было. Будто одна маленькая война могла разгрести тысячелетнее дерьмо в головах обывателей! Нет, – он резко подался вперед, проходя чуть по кругу, – этого недостаточно. Нельзя прятать гноящуюся рану, ее нужно вскрыть и отчистить, лишь тогда она начнет заживать!