Текст книги "Станция "Самосуд" (СИ)"

Автор книги: Ена Вольховская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

Рида прочистила горло и отвела взгляд, словно высматривая омнибус на дороге.

– Меня, как не мага, больше интересует часть с отражением в иной живой объект.

– Расслабься, это просто теория, – покачала головой Илинея. – Неизвестно, так ли это на практике. К тому же, если даже заклинателю почти не достается, окружающим вообще волноваться не о чем!

На пару мгновений повисло молчание, заполненное бесконечными звуками города.

– И к чему тогда весь этот цирк с вырезанием части из доклада?

– К тому, что окружающие, как и ты, в первую очередь обратят внимание на сам факт отражения. И лишь немногие посмотрят, насколько он незначителен.

– Это ж как ловко можно манипулировать мнением общественности, – куда-то в воздух произнесла Рида, доставая деньги из сумки.

Колдунья только печально кивнула, и девушки заскочили в транспорт.

Почти час молчания или разговоров ни о чем. В головах крутилась совсем другая тема, но открыто обсуждать подобное в набитом людьми и магами омнибусе казалось занятием глупым и рискованным. Так что почти всю дорогу девушки молча смотрели в окно мысленно готовясь перелопачивать газеты полугодичной давности в поисках того самого объявления о без вести пропавшей женщине.

В почти родной двор девушки добрались уже к закату, лениво подсвечивающему розовым полоску горизонта. Перед домами, на сломанных качелях и в старых металлических домиках с жуткими, заржавевшими рожицами, бесились дети. В основном школьники, наконец-то вырвавшиеся из опостылевшей утренней рутины. С каким-то особым, непередаваемым удовольствием на грани сознания девушки наблюдали за этой картиной, стоя рядом с подъездной дверью. Маленькие волшебники радостно показывали маленькие чудеса. Радугу в ладошках или сверкающих бабочек. И детвора заворожено наблюдала за сказочным действом, не имеющим для них ничего общего с кошмарами совсем недавнего прошлого. Откуда-то слышались звуки хлопушек, и ребята постарше, вымазанные в краске и саже, но довольные донельзя, с визгом выбегали оттуда.

Новое поколение уже сильно отличалось. В лучшую сторону. Лишь бы этот мерзкий мир не прогнул их под себя. И так однажды, шаг за шагом, они создадут свой мир, прекрасный и новый. В котором не будет места всему тому дерьму, с которым так тщетно пытается бороться их поколение. И только такие идеалистические мысли позволяли им дальше бороться и строить тот самый удивительный мир, который им самим, увы, не увидеть. Оставалось лишь покачать головой, как взрослые тетушки, и отправиться домой, допивать уже выветрившееся вино.

Правда мертвеца

Утро следующего дня. Сильверон, городская библиотека

Вернулись девушки в пустую квартиру. Однако обсудить без свидетелей они ничего не смогли, в коротком разговоре успев только сойтись на походе в библиотеку. Едва они разделись, дверь квартиры открылась, и внутрь вошла веселая и изрядно подвыпившая Аша. С порога радостно обняв девчонок, она лишь поздравила Илинею с публикацией и, на ходу скидывая верхнюю одежду, завалилась в ванную. Подружки же, подхватив чужой настрой, махнули рукой на бессмысленное размусоливание прошедшего дня и довольно приговорили остатки вина.

И если вечер компания провела слегка навеселе, комментируя истории Аши с работы, то на ночь этот настрой не распространялся. Большую часть ночи девушки провели без сна. Риду слегка потряхивало от непонятных предчувствий и неясного страха перед тем, что они могут найти. Перед пониманием, что ясная череда действий давно закончилась. И больше всего девушку мучил вопрос: что дальше? Что делать, если они действительно найдут преступника?

Илинея же просто кляла бессонницу подруги, ее бормотания и постоянные подъемы с прогулкой по квартире.

Так что ранним утром девушки уже были на ногах и, решив не терять время даром, собрались и умчались в городскую библиотеку, расположенную в паре кварталов от Исследовательского центра. Они бодро и в то же время нервозно двигались по почти пустым улицам. Отчасти это напоминало книжные описания городов после конца света: серое небо, запах дыма, пронизывающий ветер, время словно застыло. Тишину разрывали лишь редкие «выжившие», которым не повезло работать в такую рань.

Рида довольно и тепло улыбалась, проходя мимо Исследовательского центра и глядя на уставшего сторожа в потрепанном шерстяном пальто поверх вязанной кофты. Зевая во весь беззубый рот, он гасил фонари на здании и снимал замок с парадной двери. Помахав рукой деду, уже давно забывшему какую-то там дочку сотрудницы и потому лишь неловко почесавшему затылок в ответ, Рида ускорилась.

Обойдя несколько дворов, девушки вышли в небольшой сквер. Чуть ли не вылизанные дорожки из округлых камней, короткая пожухлая трава на пятачках земли, огороженных изящными кованными заборчиками, создавали некий абстрактный узор, увидеть который возможно было лишь с высоты. Вероятно, его видели целиком лишь трубочисты и те, кто выглядывал с окон второго этажа библиотеки. Вдоль дорожек под светом еще зажженных высоких вычурных фонарей красовались влажные после густого утреннего тумана деревянные скамьи. А впереди виднелась и сама городская библиотека – бледно-зеленое двухэтажное здание времен Третьего совета с множеством выбеленных барельефов и кронштейнов, тонким карнизом, разделяющим этажи и подчеркивающим темную черепицу крыши. Крыльцо библиотеки окаймляла невысокая каменная балюстрада, давно нуждающаяся в реставрации, хотя работники и старались придать ей свежий вид парой слоев известки.

Библиотека еще даже толком не начала работать. На окнах первого этажа одна за одной отдергивались тяжелые шторы, свет горел не во всем помещении. Сквозь стекло можно было заметить пару библиотекарш средних лет в платьях с жестким корсетом и небольшим турнюром, приподнимавшем верхнюю юбку. Женщины чинно расхаживали между полками и поправляли книги. Рядом с дверью, за столиком регистрации, крутился молодой парнишка, который то ли приходился кому-то из сотрудниц сыном, то ли устроился на подработку.

Рида поднялась на крыльцо и, приоткрыв дверь, заглянула внутрь. Парнишка тут же встрепенулся, чуть ли не подскакивая с места, женщины же синхронно посмотрели на дверь. Одна из них молча кивнула, позволяя посетительницам войти, в то время как вторая скрылась где-то за полками с материалами по иностранным языкам.

Парнишка, одернув рубашку, встал со стула и чуть подрагивающим от волнения голосом поприветствовал девушек, уточнив какого рода литература их интересует.

– Нам нужны новостные издания полугодичной давности, – отчеканила Рида и на секунду замолкла, подумывая, стоит ли уточнять, и качнула головой собственным мыслям. – Нас интересуют некрологи и объявления о пропавших горожанах, – добавила она, наблюдая, как парень неловко хлопает глазами.

Стоило ему выйти из-за столика, как подлетела одна из библиотекарш:

– Вы ранее брали здесь книги? – доставая ключи из стола, спросила она.

– Да, Рида Бренан, – кивнула девушка. – Там студенческая карточка должна быть, я не меняла ее.

Женщина пару раз цокнула.

– Боюсь, вы не сможете забрать книги с собой, пока не обновите документацию.

– Ничего страшного, – пожала плечами Рида. – Мы можем пройти в читальные залы на втором этаже? Нам предстоит длительное обсуждение, не хотелось бы никому мешать, – Рида чуть наклонила голову.

Библиотекарша кивнула и вручила один из ключей парню:

– Угловой зал, где обычно кружки проводят, – тихо проинструктировала она и вновь повернулась к девушкам: – Еще раз: какой период вас интересует?

– Новостные издания, вышедшие от семи до пяти месяцев назад. Будет лучше, если это будет местный «Вестник».

Девушки, заранее поблагодарив, направились за парнишкой к широкой деревянной лестнице, ведущей на второй этаж. Они шли по коридору мимо множества дверей, внимательно глядя под ноги после того, как Илинея первый раз споткнулась о приподнятый временем красный ковер. Дойдя до самой дальней двери, парень открыл ее огромным медным ключом и, отойдя в сторону, пустил девушек внутрь, после чего, не дожидаясь какой-либо реакции, направился вниз. Рида обошла круглый стол, занимающий большую часть пространства, и распахнула плотные шторы, впуская утренний свет в помещение. Сняв пальто и повесив его на вешалку у двери, колдунья с любопытством подошла с стеллажам, расположенным вдоль стены. В основном на полках стояли до дыр зачитанные книги по рукоделию и небольшие поделки. Побродив по небольшому помещению, Илинея пристроилась на стул рядом с Ридой, в ожидании пером ковыряющей засохшие чернила, которые долгое время спокойно стояли в стеклянных тарах в центре стола.

– О чем задумалась? – тихо спросила колдунья, откинувшись на спинку стула и от души потянувшись.

– Да просто… – Рида выдохнула сквозь стиснутые зубы и прислушалась к тишине за дверью. – Что мы будем делать, когда… если найдем преступника?

– При штурме кабинета Вомина тебя это не особо беспокоило, – колдунья посмотрела на подругу из-под прикрытых ресниц и усмехнулась.

– Ну, тогда все мероприятие на эмоциях прошло, – уже спокойнее произнесла девушка, пожимая плечами. – Если подумать, нам, буквально, повезло, что не он оказался главным подрывником. Просто представь на секунду, что это не так? Что мы делали? Сообщили полиции? Попутно зарывая самих себя, – фыркнула она. – То, что мы сейчас делаем, вероятнее всего, лишь крошечный шаг. Но рано или поздно мы достигнем конечной цели, – Рида на мгновение замерла, вновь прислушиваясь, и продолжила уже тише: – Мы найдем преступника. И что дальше? Убить его? – резко поднявшись на ноги, она замолчала.

Илинея удивленно повернула на нее голову, как в следующие секунды дверь распахнулась и внутрь вошел тот же парень, с трудом удерживая на вытянутых руках стопку газет, едва не перекрывающую ему обзор. Рида обошла стол и сняла часть стопки. Неловко пролепетав слова признательности, парень сгрузил остатки на стол, уточнил, нужно ли девушкам что-то еще и, получив отрицательный ответ, скрылся за дверью, быстро топая по коридору. Колдунья оценивающе осмотрела пожелтевшую стопку с местами безумно плохой печатью и стянула самую верхнюю газету.

– Так что? – привлекая внимание подруги, спросила Рида и подошла к двери, чтобы убедиться, что их разговор останется между ними.

Илинея поморщилась и отвернулась к окну.

– Я не знаю, – тихо ответила она. – Убийство… – у девушки будто ком в горле встал. – Даже если отмести мораль и тот факт, что потом следствие будут вести уже в отношении нас, решит ли оно главную проблему? Преступник явно не просто какой-то маньяк-одиночка. У него наверняка есть сообщники. И, судя по тому, как резво от него отвели следствие, сидят они высоко, – Илинея нервно раскрыла газету и стала искать нужные страницы. – Не знаю, как ты, а я не профессиональная убийца, чтобы спокойно и методично выслеживать неизвестное количество народа и отстреливать его!

– Но и в полицию мы пойти не можем! – припечатала Рида и так же стянула одну из газет, сразу раскрыв ее ближе к середине. – У нас есть только слова и подозрения, которые сами по себе ничего не значат. А если покопаться в том, откуда эти слова взялись, у нас проблем будет гораздо больше, чем у реальных преступников!

– Знаешь, – хищно прищурившись, резко сказала Илинея, – о конкретных действиях будет гораздо проще рассуждать, если у нас хотя бы подозреваемые будут и какая-нибудь информация о них!

– Резонно, – кивнула Рида и опустила взгляд к тексту.

Номер за номером они просматривали тексты в поисках знакомого имени, однако стопка, казалось, и не думала уменьшаться, а нужный выпуск ехидно прятался ближе к концу. И как назло, между полноценными газетами скрывались тонкие брошюрки в два-три листа – платные объявления о пропаже и некрологи убитых, хотя последних было немного. Часть убийств успешно замалчивалась, чтобы лишний раз не будоражить население, особо чувствительное к плохим новостям после пересмотра состава Мэтримонума, которым многие остались недовольны.

Рида быстро пролистывала страницы, бегло просматривая объявления, и внимательно прислушивалась к звукам за дверью. Сейчас еще рано. Лишь единицы заглядывали сдать просроченную книжку. По-настоящему библиотека заполнялась по вечерам, когда сюда сбегались школьники и студенты, но ближе к обеду здесь наверняка начнутся мероприятия. Рида бросила раздраженный взгляд на неубывающую кипу. Стоило поторопиться. Откинув в сторону очередную газету, Рида плюхнулась на стул и посмотрела на подругу, которая с каждым прочитанным объявлением становилась все мрачнее.

– Так много смертей, – удрученно и с неясной толикой удивления произнесла колдунья, осматривая очередной некролог, вышедший вне новостного выпуска. – Не задалось времечко в Сильвероне…

– Ты просто свежие выпуски не видела, – равнодушно бросила Рида. – То траванутся, то с крыши грохнутся, то врахи растащат, то в трущобах пропадут, потом в канавах находят. А как паромобили в цене упали, совсем грустно стало – бьются, как мухи о стекло.

Илинея хмыкнула и вернулась к чтению. Еще некоторое время они бесплодно копались в старых бумагах, пока, наконец, не дошли до середины стопки. Колдунья взяла в руки потертую газету, уже машинально открыла ее на странице перед некрологами и чуть не взвизгнула, подзывая Риду к себе. Черно-белый карандашный портрет молодой женщины красовался на пол страницы, что вызвало немалое удивление, ведь пресса обычно не могла похвастаться какими-либо изображениями. Но, видимо, пропажа жены министра стала достаточным основанием заморочиться. Впрочем, изображение пропажи девушек пока волновало меньше всего. Тем более, что женщина на протрете не имела каких-либо заметных отличительных черт. Да и какова вероятность, что художник досконально перенес образ на бумагу, никак его не приукрасив и ничего не упустив?

Гораздо более ценной была информация под портретом.

«Как в воздухе растворилась: пока одни ищут, другие сыплют обвинениями» – гласило название статьи, написанное большими вычурными буквами.

«Во время ежегодного весеннего парада, проведенного в рамках Новогоднего фестиваля в центре города, неподалеку от Аллеи искусств, буквально исчезла всеми любимая общественная деятельница и жена министра внутренней безопасности Кристин Мауэр. В тот день Кристин в составе организаторской группы отвечала за магическое представление. По словам очевидцев, она подошла к коробке со светокристаллами, чтобы запустить фейерверк, однако вместо этого всю Аллею озарила яркая вспышка, сопровождаемая металлическим скрежетом. Когда все прекратилось, кристаллы взмыли в небо, однако женщины на месте не было, как и следов, которые могли бы прояснить ситуацию. Версии произошедшего сильно разнятся от спланированного похищения до смерти женщины.

И хотя практикующие маги-иллюзионисты отрицают возможность физического вреда от таких, по их словам, «детских игрушек», теоретики осторожно заявляют, что при неправильном использовании чар мог случиться неконтролируемый выброс сил. Эффект от данного явления непредсказуем и мог, как переместить женщину в пространстве и времени, так и расщепить несчастную на частицы. При таком подходе остается вопрос: почему же пострадала только Кристин? Ответа на него нет.

Однако уже долгое время никаких известий о женщине нет, расследование не движется, и версия о ее смерти кажется наиболее правдоподобной. Если данная версия подтвердится, кто знает, вероятно, магическое сообщество ждут новые ограничения в использовании их способностей».

Илинея отложила газету в сторону и встала со стула, начав расхаживать по помещению в попытке осмыслить и проанализировать прочитанное. Рида, облокотившись на стол, барабанила пальцами по спинке стула и выжидающе смотрела на подругу, пока та, наконец, не остановилась.

– И что нам это дает? – колдунья уперла руку в бок и наклонила голову.

– То, что это мемориальная статья и нам нужен более ранний выпуск, – выдохнула Рида и отвернулась к столу.

Время близилось к обеду. За дверью уже слышались чьи-то негромкие разговоры и топот ног. Приглушенные звуки, обрывающиеся в самом начале коридора, когда посетители скрывались в читальных залах.

Девушки уже по номерам искали более ранние выпуски. Процесс пошел быстрее, но результатов пока не принес. Схватив следующую газетенку, Рида откинулась на спинку, выгибаясь так, что корсаж стал протестующе трещать.

– Мяса хочу, – спустя пару минут молчания выдала она.

Илинея нарочито медленно повернула голову.

– Ты серьезно? Вот прям щас? Лучшего момента не нашлось?

– Здоровенный кусок, поджаристый, с приправками… – простонала Рида, резко принимая вертикальное положение.

– Рида, прекращай, я тоже не завтракала! – возмущенно пробурчала Илинея, чуть ли не ныряя в газету.

– Оу, мне почти стыдно, но ты только представь…

– Ищи. Объявление! – прошипела колдунья. – Чем быстрее найдем, тем быстрее уйдем отсюда.

Рида печально вздохнула и только собралась продолжить поиски, как Илинея дернула ее на себя, положив газету на стол. В углу страницы расположилось объявление о пропаже. Значительно меньше предыдущей статьи и без декоративных элементов.

«Пропала женщина. Колдунья. Низкий рост, крепкое телосложение, светлые вьющиеся волосы до лопаток, нос прямой, губы тонкие, глаза черные. Зовут Кристин Мауэр, может быть также известна под фамилией Фиро…»

Илинея дернулась и закрыла газету, глубоко вдыхая и поворачиваясь лицом к подруге. Та неподвижно стояла и смотрела на стол, после чего вновь открыла объявление:

«… Если увидите кого-то, подходящего по описанию, просим сообщить полиции. Так же просим оказать полиции помощь в сборе данных, если у вас есть возможность связаться с родственниками или друзьями женщины».

– Вот и все… – пораженно выдохнула Рида, откладывая газету в сторону.

– Реймонд Мауэр, – сжала губы Илинея. – Ну что ж, я подозревала, что мы не на простого горожанина выйдем, но как махаться с министром безопасности…

– М-да, – почесала затылок Рида и зашипела от боли – небольшое ранение еще давало о себе знать. – Так или иначе, мы нашли то, за чем пришли.

Рида собрала газеты в две стопки и вручила одну из них колдунье. Все еще несколько шокированная колдунья машинально взяла ее в руки и, погруженная в мысли проследовала за подругой. Пройдя мимо парнишки, пришедшего как раз, чтобы попросить девушек перейти в другой зал, в котором уже прошло мероприятие, девушки спустились вниз и поставили чтиво на регистрационный столик. Библиотекарша критично осмотрела стопки и собиралась начать пересчитывать выпуски, когда подняла взгляд на девушек, стоящих с отстраненным скорбным видом. Прочистив горло и еще раз осмотрев девиц, женщина махнула им рукой, позволяя убраться восвояси. Те, что-то вежливое пробормотав в ответ, накинули пальто и вышли на улицу.

За дверьми библиотеки сияло холодное осеннее солнце, прогуливались студенты, сбежавшие с занятий, рабочий народ возвращался с обеденного перерыва. Девушки молча шли домой, не зная, что сказать, да и не особо желая этого. Нет, они вовсе не были потрясены, а единственное, что удивляло, это косвенное родство брюзги-секретаря из магической академии и террского министра. В остальном же подружки с самого начала подозревали, что выйдут не на второсортного пироманьяка. Однако именно сейчас перед ними остро встал вопрос, чуть раньше заданный Ридой: а что делать теперь? Теперь, когда речь идет не о поисках абстрактного преступника. Когда перед ними конкретный колдун, обличенный властью и влиянием, так или иначе, значительно большими, чем у них самих. И самое отвратительное во всем этом, что вариантов не то чтобы не было. Но выборка была скудна и сильно напоминала альтернативу между способами выбраться из дракона: такая же неприятная и малореальная.

Илинея, идущая чуть позади, остановилась и внимательно посмотрела в спину Риде. По лицу колдуньи пробежала смутная тень сомнения. Она сжала кулаки, чуть прикусила губу, набирая в грудь больше воздуха. Рида остановилась и оглянулась.

– Все в порядке? – обеспокоенно спросила она.

– Просто думаю, – покачала головой колдунья.

Виолончели под рукой сильно не хватало, все же с ней сосредоточиться было бы намного проще.

– И как успехи? – Рида кивнула в сторону, призывая подругу поравняться с ней на дорожке.

– Так себе, – пожала плечами колдунья, приближаясь к Риде. – Не могу понять одну вещь… – Рида вопросительно приподняла брови. – Ладно, больше, чем одну, но сейчас речь только об одной. Зачем нам сказали найти Кристин Мауэр? – тихо произнесла она, одними глазами следя за окружающими. – Нет, конечно, все очень удачно сошлось, если о нашем деле так можно выразиться! Но откуда ему было знать, что нам известны подобные детали? Я в жалобе ничего такого не писала, да и разговор у нас не ахти какой вышел. Я думала, она какой-то информатор или что-то в этом духе! Пострадавшая или очевидица…

– Возможно, так и есть, – прервала поток речи Рида, сворачивая во дворы. – Доподлинно неизвестно, мертва она или нет. Видимо, наш полицейский знал о случившемся на шествии гораздо больше.

– Может, у него и спросим?

– Может, – кивнула Рида. – Но сначала обед, я уже устала торговаться с желудком! К тому же, у нас есть еще не решенные вопросы, – чуть притормозив, она выразительно посмотрела на Илинею.

– Я знаю, – с толикой безысходности ответила Илинея. – И я оттягиваю их решение, как могу.

На этих словах девушки скрылись в подъезде.

На звук открывшейся в квартиру двери медленно, как гроза, идущая над морем, из кухни с чашкой сарцина в руке вышла Аша. Подол старого коричневого халата, принадлежавшего ее мужу, волочился по полу подобно шлейфу, волосы собраны в небрежный хвост с парой упавших на лицо прядей. И взгляд. Хищный, чуточку надменный, смотрящий прямо в душу. Она остановилась, опершись на косяк двери в спальню, и смотрела четко в прихожую, на раздевающихся с улицы девушек и одновременно мимо них.

– Что-то случилось? – стягивая обувь, спросила Рида.

– А? – как бы приходя в себя, дернулась Аша, фокусируя взгляд на дочери. – Нет, нет… Все нормально, – она отхлебнула чая и открыла дверь в спальню, уже из-за порога добавляя: – Илинея, звонили твои родители. Интересовались, как ты тут. Будет замечательно, если ты все же лично с ними переговоришь, – она особенно выделила слово «лично» и скрылась в комнате.

Оставалось легкое ощущение недосказанности. Будто женщина собралась говорить о чем-то совершенно ином, но в последний момент решила воздержаться. Впрочем, эту странность заметила лишь Рида, в отличии от подруги, знакомая с особенностями поведения Аши. Однако даже она не придала этому большого значения.

– Хм, раньше они не особо охотно связывались со мной, – фыркнула Илинея, откидывая волосы назад и проходя в ванную.

– Раньше ты не жила в чужом городе не пойми где и не занималась врах знает чем, – иронично отметила Рида по пути к кухонной раковине.

Девушки засели на кухне с чаем и бутербродами. Тепло квартиры слегка разморило. Не хотелось ни выходить куда-либо, ни, тем более, ругаться со служащими. Да чего там! Даже думать о происходящем не хотелось. Где-то на грани сознания то и дело вскакивали важные вопросы, но тут же задвигалось обратно, как коробка старого хлама под кровать. В конце концов! Как можно в тепле, уюте и безопасности, у матери под крылышком думать о том, что где-то рядом кого-то убили, похитили! Что у власти сидит некто, спокойно взрывающий полные дирижабли. Что, вообще-то, его они и искали…

Нет! Хотелось просто отвернуться от жестокого грязного мира, завернуться в стеганный плед и распинаться о том, как в глупом романе что-то неправильно расписано и в реальности все было бы гораздо проще. Да уж, проще! Проще думать над тем, что случилось, анализировать прошедшее и размышлять, как сделать лучше. А вот думать, что сделать прямо сейчас да, желательно, чтоб с приемлемым исходом… Уже гораздо сложнее.

Девицы молча пили чай. Настолько тихо, что Аша пару раз выглядывала из спальни, подозревая что-то неладное. Через какое-то время Илинея отставила кружку в сторону и направилась в комнату Аши, где расположился единственный в квартире телефон. Аша с пониманием покинула спальню позволяя девушке наедине переговорить с родителями, а сама подошла к Риде, неподвижно сидящей на стуле и словно заснувшей с открытыми глазами. Она одной рукой обняла дочь за плечи и тихо попросила:

– Я бы хотела, чтобы вы поменьше гуляли по центру. Сейчас очень сомнительные слухи ходят, конфликты, кражи. Не хочу потом читать некролог про собственную дочь, – строго добавила Аша.

– Да, мам, я понимаю, – отстраненно ответила Рида, на что Аша лишь покачала головой, прекрасно видя, как ее просьбу бессовестно игнорируют.

– Может, все же расскажешь мне в чем дело? Вы, как приехали, нервные, дерганые! А сегодня так и вовсе… У нас счетоводы так же выглядели, когда у них по финансам что-то не сходилось, – фыркнула Аша и отошла шкафчикам, чтобы долить в чай бренди. – Еще и Дориан с бабушкой воду мутят, – она хитро прищурилась и наклонилась немного вперед, уперев руку в бок.

Однако реакции от Риды не последовало. Лишь на мгновение скосив глаза на мать, она все также продолжила смотреть в окно. Девушке хотелось посвятить ее в детали, спросить совета и, в то же время, не подвергать близкого человека даже малейшим рискам. И хотя на грани подсознания залегла мысль о том, что они обе знают значительно больше, чем говорят друг другу, Рида все же предпочла второе. В конце концов, если ты сознательно выбрал залезть в болото, вовсе ни к чему тянуть с собой других.

– Дочь? – настороженно произнесла Аша.

– Да все нормально, мам! – вдруг улыбнулась Рида. – Просто поругались со студентами в библиотеке. Не бери в голову! И мы будем осторожны, гуляя в центре.

Аша цыкнула, недоверчиво усмехаясь. Открылась дверь спальни, и оттуда совершенно спокойная вышла Илинея. Обменявшись с колдуньей кивками, Аша взяла с тарелки кусок рыбного пирога и удалилась к себе. Иля же, на удивление довольная, вновь заняла свой стул.

– Она все-таки восстановилась в статусе белого мага, – удовлетворенно произнесла она. – Статус – не панацея и не щит, но подступиться к ним уже будет не так просто, – Рида внимательно смотрела на подругу. – Еще и отца туда затащила. Подумать только! Он всю жизнь мечтал об этом, а решение буквально под боком спало!

– О! Так вас можно поздравить, сиера Лион! – устало и с беззлобным ехидством спросила Рида.

– Вот еще! – фыркнула колдунья. – Мне для этого самой придется идти и подтверждать кровное родство. А пока что я Девраиль, как и была! – она с улыбкой подняла кружку и приложилась к ней, будто там и не чай вовсе. – Я так понимаю, мы сегодня никуда больше не идем?

– Не-а, – покачала головой Рида. – Хватит с меня новостей. Да и так ли важно это сейчас?

Короткий осенний день стал плавно перетекать в уютный вечер с тихо барабанящим по стеклам дождем. Никаких планов, никаких вопросов, ничего, что могло вызвать хотя бы малейшее волнение. Весь оставшийся день они занимались мелкими бытовыми вопросами, читали, разговаривали, играли в дурацкие игры, к которым позднее присоединилась и Аша. И конечно же, слушали душевную виолончельную музыку, иногда переходящую на знакомые мелодии. Тихий, семейный вечер. Да…

Утро следующего дня началось с пустых кухонных шкафов и записки, нацарапанной на скорую руку с просьбой сходить за продуктами. Рида подругу решила не будить, быстро собралась и выскользнула из квартиры. Легкая утренняя прохлада, запах влажной после ночного дождя земли… Девушка медленно шла в сторону небольшого магазинчика, принадлежавшего знакомым фермерам. В свое время именно от них маленькая Рида наслушалась историй о нападениях врахов за пределами города. Рида невольно улыбнулась детским воспоминаниям, когда после этих историй она наотрез отказывалась ехать к ним в гости и чуть ли не со слезами отговаривала мать.

Подняв голову, девушка прислушалась к шуму на дороге. Чьи-то разговоры, журчание грязной воды. Где-то вдали можно было различить тарахтение паромобиля, заглушаемое близким ржанием лошадей, везущих по рельсам небольшую конку. В городе их осталось совсем немного, и все больше они играли роль развлечения. Даже маршрутные ветки оставили лишь рядом с культурными памятниками и значимыми местами вроде того же Исследовательского центра.

Едва Рида подумала перебраться на другую сторону, буквально в лицо ей прилетело несколько свернутых в трубку газет, а мимо пронесся мальчишка, мечтающий поскорее избавиться от своего груза и получить заслуженные нинге за работу. Рида отшатнулась назад и со смесью любопытства и недовольства подняла один из экземпляров, где первый же заголовок заставил девушку резко помрачнеть.

«Глава комитета по делам внутренней безопасности Рейнхарма Ирон Ян убит в собственном доме» – выведено крупными витиеватыми буквами на первой же странице. Рида нервно сжала руку в кулак, глубоко вдохнула и, свернув газету в несколько раз, убрала ее в сумку. Превосходное начало дня! Даже открывать не хотелось, но что-то подсказывало – надо. Она посмотрела через дорогу, где виднелся квартал с магазинчиками, повернутыми к дороге. Ладно, все по порядку!

Рида вернулась домой минут через тридцать с полной котомкой продуктов за плечами и выражением лица столь суровым, что только поднявшаяся Илинея мгновенно проснулась. На вопрос «Что случилось?» Рида не отвечала. Молча разделась, скинула котомку на кухонный стол, а после достала из поясной сумки свернутую газету и с психом швырнула ее на стол.

– Доброе утро, Иличка!

Илинея недоумевающе проморгалась, одернула подол блузки и, откинув волосы назад, взяла газету в руки.

– Утро начинается не с чая… – пораженно прошептала она. – И что там? Есть какие-то детали?..

– Я не читала, – нервно ответила Рида. – Посреди улицы как-то неудобно анализировать мотивы убийцы!

Илинея, поджав губы, вдохнула и ушла в зал одеваться, пока Рида засела на подоконник, дергая ногой и стуча пальцами по древесине. Затягивая декоративную шнуровку на юбке, Илинея громко спросила:

– Когда это случилось?

Рида сцапала газету со стола и открыла нужную страницу:

– Буквально пару дней назад. Соседи вызвали полицию, когда услышали крики его жены, – она на пару мгновений замолчала, вчитываясь в текст, тем временем Илинея показалась из-за угла. – Говорится, что она встала попить воды, а когда вернулась в спальню, обнаружила мужа со свернутой шеей и вспоротым животом. Убийца, похоже, выбрался через окно, – девушки невольно глянули на такое хрупкое стекло.

Илинея поежилась, в красках представляя случившееся.