Текст книги "Попаданка в Академии Драконов (СИ)"
Автор книги: Эмилия Герт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)
Глава 7
Мужчина стоял на каменном выступе широкого, незастекленного окна и смотрел вдаль на поросшие густым темным лесом холмы, острые горные вершины на горизонте и вниз – на стремительный холодный речной поток. Отсюда, с вершины башни, река казалась обычным ручьем, и было совершенно непонятно, как его мать тридцать лет назад могла в нее угодить, сбросившись отсюда после его рождения?
Ее портреты он нашел в подвале совсем недавно, после смерти своего отца. Так он узнал, что она была красива. Нет, не так. Она была красавицей. Почему он ничего не унаследовал от нее? Зачем он похож на отца, словно его точная копия? Возможно, если бы ему достались от нее прекрасные, аристократические черты, то его жизнь не была бы настолько безрадостной и ужасной?
Но ведь не за отвратительные и ужасные черты лица он ненавидел своего отца? Отнюдь, он ненавидел его за мать, выбравшую покинуть его – младенца, нашедшую единственный выход из этого мрачного места. Он ненавидел своего отца также сильно, как мать. Потому и убил его.
Возможно, женись отец на другой женщине, не испытывающей ненависти к отцу, и его жизнь сложилась бы иначе. Ему досталась бы сильная магия дракона вместо неуклюжих и тщетных попыток ее обрести. И зависти и ненависти ко всему миру от своей слабости. Лютой ненависти ко всем сильным, могучим и мудрым драконам, способным родить сильное потомство. К Тарбенам, Бентам и Лундам. А от него не понесла даже ни одна из служанок.
За его спиной брякнула цепь, и он обернулся. Узник, прикованный к стене, был изможден, но еще крепок и силен – кремень. Сколько должно пройти времени, прежде чем он будет готов раскрыть свои тайны? Месяц? Год? Ничего, он обязательно все расскажет, ведь все любят жизнь. А своих близких и любимых любят еще сильнее. Пытки делают покладистыми и более крепких и выносливых. Высшее наказание для дракона – быть прикованным с видом на свободу, и не иметь возможности взлететь. Но с этим все же можно жить, а вот пытки тех, кто дорог твоему сердцу, способен вынести далеко не каждый. Вскоре у узника будет такая возможность, и тогда он с радостью поделится своими родовыми секретами, а у него – стоящего над пропастью – будут сильные наследники.
* * *
Утро началось с ощущения, что я проспала. Я подскочила, вглядываясь в стрелки каминных часов. Фух, нет! Проспала только на пятнадцать минут. Нужно быстрее собираться и нагонять время.
Выбежала на стадион, на бегу выполняя разминку. Высоко в небе парил огромный, алых оттенков, дракон. А я начинаю к нему привыкать! Не Холдор ли это летает в такую рань? Неужели, когда-то и я смогу также парить на уровне облаков?
Я прибавила темп, с удовольствием отмечая, что стала лучше чувствовать свое тело и все процессы в нем. И форменное платье, похоже, скоро придется немного ушивать. Делая разминку, повторила движения танца. Все же это было очень приятное осознание, что тело постепенно привыкает к нагрузкам и подчиняется требованиям ума.
Мы с Элизой понимали, что если Холдор еще не вернулся, то в академию нам придется идти через парк, поэтому к завтраку спустились немного раньше. Холдора в столовой не было. Каша с сухофруктами и бутерброды с сыром были нами съедены, и мы отправились на занятия.
Тисс Матс Фри – аристократичный, высокий, похожий на Штирлица из известного кинофильма, преподаватель «Принципов и обоснования магической подъемной силы» – развешивал в аудитории плакаты со схематичным изображением магических волн с зонами высокого и низкого давления и векторов магической силы. Когда мы все расселись по своим местам, он окинул внимательным взглядом аудиторию и произнес глубоким и сильным голосом:
– Запишем: «Магическая подъемная сила – это сила, возникающая в результате несимметричности обтекания крыла магическим потоком», – и повернулся к одной из схем, призывая нас обратить на нее внимание.
К концу занятия тисс Фри разрешил задавать вопросы, и парни начали активно тянуть руки и спрашивать, поражая нас с Мартой погруженностью в тему.
– Почему я не вышла замуж в шестнадцать лет? – Марта стонала и едва не билась головой о стол, переписывая с доски формулы циркуляции магической силы вокруг крыла. – Сидела бы сейчас дома, жарила блинчики. Кто-нибудь мне расскажет, как я буду это сдавать в следующем семестре? Нет? Вот и я ума не приложу! Кстати, о блинчиках, пора бы и пообедать.
В столовой мы встретились с Элизой и Сигни. Элиза фонтанировала эмоциями по поводу одного из новых преподавателей, едва ли не обвиняя его в сексуальных домогательствах к девушкам. Сигни же спокойно и методично опровергала ее эмоции, давя на то, что девушки уже взрослые и сами разберутся, что почем.
– У нас вот тоже сейчас «Взлет и маневрирование», – переключила их спор на себя Марта. – Препод – идти не хочется, а что делать?
– У меня от него мороз по коже, – кивнула я, соглашаясь с Мартой. – Приглашу Инга сесть с краю скамейки сегодня. Может, его щупать за руки не станет.
Девчонки прыснули, а мне смешно не было совсем. Жуткое ощущение от внимания тисса Свеина Варга за неделю никуда не исчезло. Я понимала, что с этими паническими атаками нельзя мириться и оставлять все как есть, но, что делать, пока не знала. Страх – нелогичный, животный – настигал и оставался. Когда этот человек смотрел на меня, возникало ощущение его гадких мыслей и как от этого ощущения отключиться, я не представляла. И надо ли от него отключаться или, все же, напротив, принять к сведению, тоже не знала.
Мы снова пришли в одну из самых дальних аудиторий.
– Инг, не хочешь сесть рядом с нами? – повернулась я к рыжему одногруппнику. Друг Инга многозначительно хмыкнул:
– Девчонки, мы и вчетвером отлично поместимся! Идите к нам!
Инг стукнул друга кулаком в плечо и, быстро собрав тетради, пересел к нам с Мартой на скамейку. – Как проходят тренировки? – спросила я, вспомнив, что Инг играет в команде.
– А, ты о дальгозе? – широко улыбнулся парень. Я недоуменно хлопнула ресницами и зависла. – Ну, о игре, на тренировке которой мы тебя чуть не подстрелили? – уточнил Инг.
– Ну, да, о дальгозе, – согласилась я, теперь бы еще запомнить, что она так называется.
– Нам нужен игрок – девушка. Ты, Кэтрин, подходишь идеально, но Марго отчего-то тянет и пока не решается взять тебя. Говорит, что ты – новенькая, что у тебя большая нагрузка, еще парень ревнивый, не успеешь, не справишься, будешь пропускать тренировки, – сдал Марго Инг и снова широко улыбнулся. – Это правда?
– Про нагрузку чистая правда, – закипая от искаженного видения Марго, кивнула я парню. – Повторяю все вами пройденное, я училась по немного другой программе. Хорошо, что Марта мне помогает.
– А парень? – снова лучезарно улыбнувшись, уточнил Инг.
– Что парень? – я сделала вид, что не поняла вопроса.
– Ревнивый? – хитро глянул Инг, пройдясь по мне веселым взглядом.
– А, да нет никакого парня! – рассмеялась я и повернулась к Марте, но натолкнулась на жуткий взгляд угольно-черных глаз, буравивших меня, с совершенно непонятным мне выражением. Внутри все похолодело от ужаса. Тисс Варг, с пугающей гримасой на бледном лице, стоял в дверях и внимательно слушал наш с Ингом разговор.
Он понял, что я его испугалась и, как мне показалось, остался доволен собой и моей реакцией. Лицо его приняло более благодушное выражение, и он прошел к кафедре.
– Тема сегодняшнего занятия, тиссы, «Виды маневрирования». Пространственное маневрирование дракона, имеющее своей целью выполнение различных магических фигур в полете называется магическим пилотажем. Какие фигуры магического пилотажа вы знаете, тиссы?
– Вираж, – с места ответил кто-то с заднего ряда.
– Спираль.
– Штопор, – подключился с места Инг.
– Кобра.
– Верно, тиссы, – тисс Варг, вдохновленный ответами, пошел по рядам. – Различают несколько видов маневрирования дракона: простой, сложный и высший. Запишем. К фигурам простого относятся:…
Я записывала, не поднимая головы, чтобы случайно не встретиться взглядом с, пилотирующим по аудитории, преподавателем.
К концу занятия преподаватель набегался по рядам и сел за свой стол. Видимо, устал.
– Все свободны. Тисса Лунд, задержитесь! – ровным, безэмоциональным тоном поведал тисс Варг.
По группе прокатились смешки. Ситуация, и вправду, становилось похожей на фарс.
– Я тебя дождусь, – снова шепнула мне Марта. Я благодарно пожала ей руку.
Я осталась стоять на своем месте. Головы не опускала, но и смотреть в глаза преподавателю избегала. Страх подкатывал откуда-то из желудка к горлу, я пыталась протолкнуть этот комок обратно, но у меня плохо получалось. Пальцы холодели, движение магии замедлялось, как кровь у лягушки в зимний период.
Тисс Варг встал со своего места и пошел по проходу перед столами. Свернул в проход, где стояла я. Теперь он перекрыл мне путь к отступлению. Если от него убегать, то только через соседние столы. Что ж, я готова была сигануть через столы, только бы скрыться от этих чертовых сковородок в его глазах! Да он что, издевается?! Ищет предел моего страха?
Я повернула голову и взглянула на зарвавшегося преподавателя.
– Что Вы хотели, тисс Варг? Для чего просили меня задержаться? – спросила довольно холодным тоном.
Тисс Варг моргнул, взгляд его стал более осмысленным, без расширенного во всю радужку зрачка, как прежде. Он вздохнул, выдохнул и ответил почти спокойно, лишь небольшое дребезжание в голосе выдавало его волнение:
– Тисса Лунд, Кэтрин, могу я Вас так называть?
– Нет, не можете, тисс Варг. Мы не настолько близко с Вами знакомы, – еще на градус ниже по Цельсию выдала я.
– А есть что-то, что мешает нам узнать друг друга ближе? – голос Варга стал вкрадчивым и приглушенным.
– Есть, – уже прошипела я, едва сдерживая магию, чтобы не хлестнуть ею преподавателя по лицу. – Таких вещей масса, тисс Варг. Давайте сделаем так. Вы меня сейчас пропустите и тогда я, возможно, не расскажу о нашей беседе тиссу Тарбену. Вам ведь нужна эта работа, не так ли?
Тисс Варг на глазах изменился в лице. Сначала он побледнел, отчего глаза его стали казаться еще темнее, потом осунулся, нос его заострился и вытянулся, губы поджались, четче заламывая носогубные складки.
– Тисса Лунд, – произнес он высокомерно, – мне очень жаль, что Вы неверно меня поняли и превратно истолковали мое предложение о более близком знакомстве. Я всего лишь хотел удостовериться, что Вы передумали пропускать факультативные занятия и примите в них участие. – Варг с досадой повел глазами по аудитории. Похоже, он уже вернул себе самообладание. – Но, раз Вы так категорично настроены, не смею Вас более задерживать, – преподаватель поклонился мне, пренебрежительно едва склонив голову, развернулся и вышел. Даже записи свои со стола не взял. Ну, чистый Версаль! Меня разобрал смех. Это я его что, Холдором так напугала? Буду знать! Вот ведь жук лапчатый!
Марта ждала меня, сидя на подоконнике и просматривая конспекты.
– Ну, что? Смотрю, ты живая! – озадаченно осмотрела она мою улыбающуюся моську. – Что такого приятного тебе сказал этот сморчок, что ты так веселишься?
– Не поверишь, Марта, я его Тарбеном напугала! – расхохоталась я в голос. – Не знаю, правда, хорошо это или плохо, но я сказала, что пожалуюсь на него, и он сразу отвял.
– Ну, ты даешь! – Марта тоже развеселилась, восхищенно на меня уставившись.
– На самом деле я не совсем поняла, что ему от меня было нужно, не слишком похоже было, что он ко мне подкатывал, но… Странный он какой-то… – искренне пересказывала я Марте детали разговора с Варгом.
Выйдя из здания, мы с Мартой расстались. Она пошла в общежитие, а я – к Тарбенам, хотя подумала об этом словом «домой». Я поймала себя на этой мысли, и мне стало совсем весело. Неужели и правда, к хорошему можно привыкнуть так быстро, что за такой короткий срок совершенно чужой дом в совершенно чужом мире можно мысленно назвать «домом»? Если бы раньше мне кто-то об этом рассказал, я никогда бы не поверила.
Холдор будет ждать нас на ужин в малой столовой, о чем меня, как только я вошла, оповестил дворецкий Логмэр. Я постаралась очень быстро переодеться и зашла к Элизе.
– Кэти, ты вернулась! Наконец-то, я уже начала волноваться, – Элиза осмотрела меня и осталась довольна моим видом. Темно-голубое шелковое платье с бархатными вставками очень мне шло. – Пойдем ужинать.
Мы спускались по лестнице, когда дверь в кабинет отворилась, и вышел Холдор, в темно-синем бархатном камзоле, немного бледный, немного грустный и очень красивый! Он остановился у основания лестницы, поджидая нас и разглядывая, а я силой воли удержала дрожь в коленях от его взгляда.
Боже мой, как же я по нему соскучилась! И как рада его видеть! Как мне не улыбаться слишком широко, чтобы не выглядеть, как полоумная? Можно ли так скучать по мужчине, которого знаешь всего неделю?
Сверху вниз я смотрела на его мужественное, волевое лицо, гордую посадку головы, тренированное, сильное тело и не могла наглядеться! Только бы не свалиться! Хороша же, я буду, если скачусь отсюда, как с горки, ему под ноги! Подойдя ближе, я заметила, что Холдор улыбается краешками губ.
– Добрый вечер, милые тиссы, – насмешливо поклонился он нам.
– Добрый вечер, Холдор! – хором пропели мы и склонились в ответном поклоне. Он подал нам каждой по локтю, и мы пошли в столовую. Атмосфера снова была легкой и непринужденной. Домашней.
– Кэтрин, – обратился ко мне Холдор после ужина, – как думаешь, мы успеем пару часов позаниматься?
– Да, вполне, – кивнула я, готовая бежать с ним хоть на край света.
Мы прошли в кабинет и сели на диван.
– Ты повторяла упражнения, Кэтрин? – спросил меня Холдор, глядя немного расфокусированным взглядом на мои руки.
– Да, два раза в день точно повторяла, – честно ответила я.
– Хорошо, – одобрительно кивнул мой учитель, – теперь давай попробуем сделать следующее, – Холдор соединил основания ладоней и подушечки некоторых пальцев, другие пальцы оставляя свободными. – Попробуй повторить.
Я попыталась повторить довольно сложную конструкцию, и мне почти удалось это сделать.
– Хорошо, теперь потихоньку запускай магический поток вот отсюда, – Холдор указал мне точки на запястьях, – вот через эти пальцы. Хорошо, теперь вставай.
На этот раз мы, и правда, занимались не больше двух часов. Холдор дал мне две – основные – техники, выполняя которые я смогу лучше чувствовать и, соответственно, контролировать свою магию. Я складывала пальцы рук определенным образом, концентрируя внимание то на одной, то на другой части тела. В моем мире такая йога для рук называлась мудрами. Здесь же к жестам добавлялось направление магических потоков.
Мы прошлись по всем пунктам вместе с Холдором по нескольку раз. Преподаватель внимательно следил за правильностью моего выполнения упражнений, терпеливо поправляя меня, если я ошибалась, объясняя особенно непонятные для меня моменты, и бережно, но твердо, настаивая продолжать, когда я пугалась выходящей из-под контроля магии, и готова была бросить занятия.
– Теперь иди отдыхать, Кэтрин. Ты хорошо поработала сегодня, – Холдор одобрительно взглянул на меня. Его рука потянулась к прядке волос, выпавшей из моей прически, но на полпути замерла, так и не совершив прикосновения, которое собиралась сделать. Отчего-то Холдор сдержался, выдохнул и отступил от меня на шаг. Гордый. Не хочет на меня давить. Глаза его стали грустными, без прежнего огня и фейерверков.
Значит, я, все же, причинила ему боль. Теперь он закрылся, и больше не позволит мне гладить теплое беззащитное брюшко своего дракона? Блин, о чем это я?! Совсем свихнулась?!
Я нравилась ему, совершенно точно нравилась! Девушек, которые не нравятся, не тащат ночью на крыши башен на пикники. Поэтому ему было больно, когда он увидел меня с этим Валенсом. Больно – не больно, но неприятно было точно. По самолюбию мужику ты, Катя, проехалась изрядно. Та-акому мужику и по самолюбию! Катя, ты – монстр!
– Холдор, я… – начала я неуверенно, не зная, как оправдаться. Любые слова давались мучительно и выглядели глупо.
– Не нужно, Кэтрин, – все понимающие глаза Холдора обдали меня нежностью, и я задохнулась от возмущения. – Ты ничем мне не обязана и вольна поступать, как считаешь нужным.
Вот, значит, как? Он все понимает, прощает меня, не осуждает и при этом не желает даже выслушать?! Сам для себя все решил, сделал свои выводы и сам от меня отказался?! И сомнений никаких не возникло по поводу моей неразборчивости? Что ж, пусть так. Тебе же хуже, драконище твердолобый! Смотри, чтобы потом не пришлось локти кусать и раскаиваться в своих самоуверенных, поспешных выводах!
Я повернулась и, пожелав от двери доброй драконьей ночи, с высоко поднятой головой, вышла из кабинета. Большой привет Вашей гордости, Ваша светлость!
Хотелось чаю с пирожными или какого-нибудь сладкого утешения, но я сдержала минутный порыв и не поддалась соблазну, памятуя о том, что совсем скоро у меня будут коньки. Значит, мне ни в коем случае нельзя опускать руки, ибо в них сейчас – моя магия и все мое будущее. Стало быть, вперед, Катерина, за учебники!
Глава 8
Неделя пролетела быстро. Дни мои были расписаны поминутно. Тренировки физические перемежались с магическими занятиями и учебой в академии. Я старалась, как могла, но память зачастую просто не вмещала гигабайты новых знаний. Тогда на меня от усталости накатывала беспросветная апатия. Руки опускались, и надежда покидала меня. Благо, ненадолго. Снова наступало утро, и бодрость духа побеждала невеселые мысли. Я запретила себе раскисать. Нарисовала дорогу только вперед и вверх – на крышу башни, похожей на шахматную ладью!
Утреннее солнце сквозь высокие стрельчатые окна заливало большую часть столовой, дубовый паркет с пушистым ковром и светло-зеленые шелковые обои, отделанные деревянными панелями. Полупрозрачные шторы легко покачивались в проеме приоткрытого окна, наполняя комнату цветочным ароматом.
Элиза опустилась в кресло, рассеянно наблюдая, как слуги сервируют стол к завтраку. Я немного проспала, заглянула в столовую по пути на пробежку, собираясь убедить Элизу ненадолго выбраться из дома.
– Элиза, мне нужно съездить в город, чтобы забрать в мастерской готовые коньки. Погода чудесная, выходной. Ты можешь поехать со мной, если хочешь, – начала я, уверенная, что встречу сопротивление подруги.
– Кэти, нам не стоит ехать одним, без Холдора, – спокойно, но твердо возразила мне девушка.
– Мне не хочется отрывать его от дел. Но и откладывать жизнь и свои увлечения на потом тоже нет никакого желания, – бунтовала я, не привыкшая ограничивать себя в перемещениях.
С одной стороны, я понимала опасения Элизы в связи с нападениями. С другой, – мне очень хотелось примерить коньки и попытаться создать лёд. Ездят же местные девушки в каретах одни, это не воспрещается местным этикетом. Значит, и я могу поехать. Ну, не сидеть же мне теперь всю жизнь здесь затворницей?
– Кэти, давай дождемся Холдора, – благоразумно убеждала меня Элиза. – Он уехал с управляющим в соседнее поместье по делам, но к обеду вернется. Продление договоров с поставщиками – обычная формальность, они не задержат его надолго. Если мы уедем одни – Холдор рассердится всерьез! Ты и сама это знаешь, только продолжаешь упрямиться.
– Элиза, мне просто хочется коньки! – эмоции не давали мне усидеть на месте. – Я пока не могу придумать, как мне сделать лёд, но так хочется взять ботинки в руки! Мне кажется, я их надену и сразу все придумаю! Да и ты говорила, что нам нужно поехать на примерку в ателье.
– Кэти, в следующие выходные! – Элиза картинно закатила глаза, потом критично осмотрела мой внешний вид. – Ты будешь завтракать в спортивном костюме?
– Нет, я просто проспала и бегу на стадион, – я, улыбаясь, развела руками, – прости, тебе придется позавтракать без меня.
Я помахала пальцами подруге и выбежала на крыльцо. Перепрыгивая через ступеньку, спустилась в парк и потрусила по подъездной аллее в сторону стадиона.
Карета, запряженная четверкой лошадей, стояла за поворотом, в тени деревьев. С аллеи ее не было видно за деревьями, пока не повернешь и не подойдешь почти вплотную. Кучер – рослый седой мужчина с густой бородой и усами – обернулся при моем появлении и, как бы случайно, негромко стукнул рукояткой хлыста в стенку за своей спиной. Странно, чья это карета? Кто-то знает, что Холдора нет дома, и дожидается его здесь?
Я почти пробежала мимо, когда возница издал негромкий звук и лошади тронулись. Резко обернувшись, я отпрянула с дороги, стараясь избежать столкновения и риска быть затоптанной. В этот момент дверца кареты распахнулась, сильные мужские руки крепко подхватили меня за талию и втащили в темное нутро кареты.
Я даже не успела ни вскрикнуть, ни испугаться толком, уставившись в лицо сидящему напротив мужчине.
– Кэти, ты стала такая легкая, как пушинка! – произнес мой похититель, пристально рассматривая меня в спортивном костюме, и мне захотелось пнуть его по какому-нибудь стратегически значимому месту. Валенс развязно мне улыбнулся, я же почувствовала, как стремительно карета набирает скорость.
– Останови карету сейчас же, Валенс! – выкрикнула я, соперничая с грохотом колес по каменной дороге, и схватилась за ручку дверцы.
Валенс резко оттолкнул меня, схватил и отшвырнул в угол на сиденье, преграждая собой путь к выходу.
– Детка, ты рехнулась? Решила покончить с собой? Глупо, Кэти!
– Ты решил меня похитить? Зачем? – гневно уставилась я ему в лицо, силясь отыскать в нем ответы на свои вопросы. Совсем свихнулся? Что ему от меня нужно?
– Похитить? Ты несешь чушь, Кэти! – Валенс расправил камзол и манжеты вздернувшихся рукавов. – Я устроил тебе сюрприз! Ты ведь собиралась сегодня поехать к нам в поместье? Марго неделю назад проболталась, что пригласила тебя, и ты согласилась, – он выразительно посмотрел на меня. – И вот я здесь, дождался тебя, чтобы ехать вместе. Согласись, что вдвоем со мной тебе будет намного приятнее трястись в этой коробке, – раздражение в его голосе постепенно сошло на нет, и к последней фразе парень замурлыкал, перехватывая мою руку, целуя ее и пересаживаясь ко мне поближе.
– Валенс, останови карету, я требую! – почти выкрикнула я ему в лицо, отнимая руку, снова попытавшись вывернуться и схватиться за ручку дверцы. Но реакция у него была отменной, я тут же была поймана и прижата к стенке. – Останови по-хорошему! – вырываясь, я уже почти дралась с ним, прорываясь к дверце, но физически он был намного сильнее, без труда удерживая меня. Все мои попытки освободиться, так или иначе, пресекались им на корню.
– Да что ты заладила, Кэти, останови, да останови! – весело возмутился негодяй, одной рукой перехватывая удобнее мои руки, другой прижимая меня к себе. – Не остановлю, ясно ведь!
– Отпусти! Отпусти меня, кому сказала! – дергалась я, порываясь освободиться от его рук.
– Отпущу, если успокоишься, и не будешь пытаться выпрыгнуть на ходу, – близко глядя мне в глаза, проговорил неприятно удивленный моей агрессивной реакцией парень. Веселье на его лице постепенно сменяли досада и раздражение.
Он отпустил мои руки, продолжая разглядывать меня странным, напряженно удивленным взглядом, словно видел впервые. Я отодвинулась от него как можно дальше.
Через пару минут самомнение его все же взяло верх над критической оценкой происходящего, и он продолжил, как ни в чем не бывало:
– Давай поговорим уже о чем-нибудь более приятном, Кэти. Мы ведь так мечтали остаться вдвоем. Вот он я, без посторонних глаз. Пользуйся моментом, детка, пока я здесь, и мы одни. Сядь ко мне поближе, что ж ты шарахаешься, словно чужая, – с заметной обидой в голосе снова самоуверенно потянулся ко мне парень, притиснув меня в угол.
– Валенс, убери от меня руки и останови карету! – закричала я, выворачиваясь из его объятий, и отбиваясь от него не глядя, куда попало. Парень снова ловко перехватил мои руки, на этот раз, сильно, до боли стиснув запястья.
Ярость хлестала из моих глаз наотмашь. Магия вскипала ледяной пеной, и я удерживала ее усилием воли, чтобы не убить засранца. Валенс смотрел на меня отчужденным, злым взглядом, более пристальным и внимательным, чем можно было от него ожидать. Вот сейчас он непременно сложит два и два и точно поймет, что перед ним не Кэтрин. Ну, не могла Кэтрин так себя вести с ним, насколько я понимала.
– Успокойся, Кэтрин! – внезапно гаркнул он на меня так, что я опешила. Наконец-то отпустил меня и отодвинулся. – Я уже понял, что Марго была права!
Я перевела дыхание. Села ровно, потирая сдавленные до синевы запястья. Все же догадались, что я не Кэтрин. И что теперь? Куда он меня везет? И что меня там ждет? Нужно попытаться поговорить с ним. Что ему известно?
– В чем была права Марго? – спросила спокойно, поправляя растрепавшиеся волосы.
– Что Тарбены основательно задурили тебе голову! – с презрением выплюнув имя Тарбенов, Валенс отвернулся к окну в дверце кареты. Лес, промелькнувший за окном, сменили поля в желтых солнышках подсолнухов. Через минуту он продолжил, явно демонстрируя мне смесь возмущения, ревности и обиды. – Скажи, Кэти, неужели, ты, в самом деле, заинтересовалась Тарбеном? – Валенс повернул ко мне свою смазливую физиономию, ловя мой взгляд, и, пытаясь что-то отыскать в нем, видимо, следы симпатии от той, прежней Кэтрин.
Я посмотрела на свои руки. Синяки точно останутся. Пусть лучше думает, что я заинтересовалась Холдором. В конце концов, он не далеко ушел от истины.
– Почему я не могу им заинтересоваться? – вопрос вырвался непроизвольно и естественно.
– Это так на тебя не похоже, – возмущенное недоумение Валенса лилось через край. – Ведь ты говорила, что он сухарь, книжный червь и самый скучный, и занудный тип из всех твоих знакомых. Что ты не можешь найти ни одной темы, на которую могла бы с ним поговорить.
– Возможно, я повзрослела, – подкинула я ему версию перемены своих взглядов. – Или стала чуть больше читать и поумнела.
– Как ты сумела за неделю разглядеть в нем нечто, чем смогла заинтересоваться? И, Кэтрин, – Валенс развернулся ко мне всем корпусом, – если он оказывает тебе знаки внимания, то ты ведь должна понимать, что, такого как Тарбен интересует только либо твоя магия, либо твои деньги.
Так! А вот с этого места, пожалуйста, поподробнее! Какие деньги? У меня что, есть деньги, которыми могут заинтересоваться потенциальные ухажеры? Да, глупости! Холдор бы мне сказал… Наверное. Или бы не сказал? Не сказал, по какой причине? Возможно, он считает, что я в курсе, каково мое финансовое состояние?
– Стало быть, и ты можешь заинтересоваться этим же, – предположила я очевидное.
Валенс расхохотался громко, весело, картинно запрокинув голову, задорно хлопая себя ладонями по длинным, затянутым в бриджи, ногам.
– Кэти, такое впечатление, что мы с тобой знакомы неделю, – снисходительно глянул на меня Валенс с легким укором. Он и правда не подозревает, как близок к истине? – Ты ведь знаешь, что я никогда не стремился жениться и завести наследников. Да, мы с тобой собирались пожениться, но позже. Мы пока слишком молоды, чтобы сдерживать себя какими-то обязательствами! – Валенс сделал многозначительную паузу, глядя на меня и следя за моей реакцией. – Тарбену же уже пора думать о наследниках. И ты помнишь, уж я-то в курсе твоего секрета, что магии в тебе столько, что ковшом не вычерпаешь. Твой отец просто молодец, постарался для доченьки. Кстати, ты так и не рассказала мне, что с ним случилось? Он погиб или пропал без вести? Ходят разные слухи, одни нелепее других, но я предпочел бы услышать эту историю от тебя. Неужели его, и правда, похитили? – Валенс смотрел на меня с любопытством, ожидая моего ответа. Мне же рассказать ему было нечего. Я не знала, что случилось с отцом Кэтрин. Знала ли сама Кэтрин о том, жив ли ее отец и что с ним? Думаю, что я не стала бы ничего рассказывать Валенсу, даже если бы что-то знала. – С тобой никто не пытался связаться? Ничего не требовали? – продолжал беседовать сам с собой парень. – Я бы на их месте похитил тебя. И проще, и легче, и твой отец за тебя отдал бы все, что пожелали бы.
– Или отгребли бы так, что мало не показалось бы, верно? – предположила я, и Валенс снова посмотрел на меня очень внимательно.
– Если твоего отца, в самом деле, похитили, думаю, им нужны рукописи твоего рода. Пожалуй, это самое ценное, чем славен ваш род – хранители древних заклинаний! Твоя магия – одна из самых значимых и весомых причин, почему Тарбен может обратить свое внимание именно на тебя. Ну, и, безусловно – деньги! Тарбен далеко не беден, но и расходы у него немалые. Содержать такую академию! Лишними твои денежки ему не станут точно.
Вот, значит, как. Выходит, я богата и наделена огромным магическим потенциалом. Я задумалась. И возможно, отец Кэтрин еще жив. В курсе ли Холдор и Элиза о моей магии и финансовом состоянии? Безусловно, в курсе, как близкие друзья детства. Как они там? Потеряли меня? Элиза, наверное, с ума сходит. Холдор вернется, а меня нет. Что они станут делать? О чем подумают? Даже, если Валенс прав, и Холдору от Кэтрин нужны только деньги и магия, это не дает Валенсу право увозить меня силой, под предлогом сюрприза, и не дать мне возможности разобраться во всем самой, кому от меня что нужно и как мне поступить!
И еще, было что-то очень важное в том, что сказал Валенс. Ах, да! Наш род – хранители древних заклинаний? Что это значит? Как понять «хранители»? И каких древних заклинаний? Как бы об этом узнать? Раз уж все равно еду незнамо куда с этим самоуверенным подонком, нужно аккуратно расспросить его. Похоже, он что-то об этом знает от самой влюбленной глупышки Кэтрин.
Карета замедлила ход, сворачивая на подъездную аллею, заросшую порослью молодых побегов, и превратившуюся в почти непроходимый лес. Я с интересом рассматривала пейзаж за окном, строя планы побега.
– Сбежать не удастся, Кэти, – просканировав меня взглядом, подал равнодушный голос Валенс, отрицательно покачав головой.
Я резко обернулась к нему. Он что, читает мои мысли? Мне нужно лучше следить за мимикой. Видимо, у меня, и правда, все на лице написано.
– В понедельник вернемся в академию вместе. Надеюсь, ты понимаешь, что вернешься отсюда только моей невестой? – голос прозвучал обыденно и ровно, ни угрозы, ни радости в нем я не услышала. Оттого еще более неприятным мне показалось услышанное. Зачем ему это, если он на самом деле равнодушен к Кэтрин? Деньги?
– А, как быть, если я не хочу быть твоей невестой? – в тон ему равнодушно отозвалась я.
Валенс развязно усмехнулся и подмигнул мне:
– Значит, станешь моей женой! Какой вариант тебе нравится больше, Кэти? Выбирай!
Я начинала закипать всерьез. Да кто ты такой, драконёнок иномирский?! Условия он мне ставить будет! Без тренировки из-за него осталась сегодня! И без завтрака! Из-за стресса я на время забыла о чувстве голода, но сейчас уже организм требовал еды и отказывался мириться с ее отсутствием.
