Текст книги "Попаданка в Академии Драконов (СИ)"

Автор книги: Эмилия Герт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Валенс только тяжко вздохнул и пожал плечами. У него не было ответов на риторические вопросы сестры, да и размышлять на эту тему ему вовсе не хотелось. Новая горничная, принятая на место сбежавшей, оказалась горячей штучкой, – рыжая бестия! – и он не спал с ней всю ночь. При одном воспоминании о ней на лице Валенса расцветала блаженная, довольная улыбка.

Теперь вот, разбуженный и вытащенный из постели так не во время приехавшей в поместье сестрой, он зевал и пытался раскрыть сами собой снова закрывающиеся глаза.

– С этой девушкой тебе не справиться, Валенс, при всем твоем обаянии, – подвела черту под своими выводами Марго, и тут же, увидев, как брат в очередной раз прикрыл глаза, разъяренно рявкнула. – Ты вообще слышишь меня?

– Да слышу я, не ори! – отмахнулся от сестры, как от осенней мухи, братец. – Справлюсь. Еще не одна не жаловалась. А Кэти с детства за мной хвостом ходит. Бери – не хочу!

– Давай так, – решительно захватывая ситуацию под контроль, продолжила расчетливая сестра, снимая с пальца кольцо, можно сказать, от сердца отрывая, – держи кольцо, сделай ей предложение.

– Да ты обалдела, Марго! – Валенс резво вскочил с дивана и отчасти даже проснулся, от неожиданно резкого поворота событий. – Я не хочу жениться! Ни на Кэтрин, ни на какой другой! Мне они все нравятся, понимаешь, все! И чем больше – тем лучше! Зачем мне жениться? Я сто раз тебе говорил! Нужны деньги – иди замуж за деньги! От меня только отстань!

– За какие деньги ты предлагаешь мне выйти, братец? – спокойно, как с маленьким, продолжила беседовать с ним Марго. – Где ты здесь видишь деньги? – иронично скривив ярко накрашенные губы, она показательно развела тонкими руками, оглядывая полупустую, с темными пятнами вместо картин на выцветших стенах, комнату.

– Тарбен далеко не беден, – огрызнулся, расстроенный и обиженный на сестру за нарисованную для него безрадостную перспективу, парень.

– Тарбен на меня не смотрит! – с отчаянием в голосе парировала сестра. Лицо ее исказилось то ли от ненависти, то ли от боли и обиды на несправедливое, на ее взгляд, игнорирование Тарбеном ее данных. Честность в признании поражения подобного рода давалась ей непросто, но Марго была уже достаточно взрослой, чтобы начать процесс расставания с иллюзиями и несбыточными надеждами.

– Мне научить тебя, как завлечь мужчину? – многозначительно, криво ухмыльнулся Валенс, искренне не понимая, в чем же может быть сложность? Чего уж проще?

– Он не реагирует на мои уловки. Все реагируют, а он – нет! Можешь себе представить? – тряхнула головой Марго, допив вино и отставив бокал на каминную полку. Больше всего сейчас ей хотелось разрыдаться, но она не могла позволить себе такую роскошь. Потом, когда у нее будет много денег, она разрешит себе себя же пожалеть и поплакать всласть.

– Прости, не могу. Не может здоровый мужчина не реагировать на красивую женщину, да еще к нему расположенную. Может быть, просто не подает вида? А у него точно с ориентацией все в порядке? – встрепенулся от внезапного предположения парень.

– Да все у него в порядке! Ездит в город к какой-то вдове торговца, – с горечью в голосе проронила Марго и смахнула несуществующую слезу.

– Ну, тогда, мне жаль тебя, сестренка, – сочувственно произнес Валенс и обнял сестру. Марго обняла его в ответ и грустно улыбнулась. Искусный манипулятор, она всегда могла уговорить брата поступить так, как нужно было ей. С ранних лет ей всегда удавалось склонить младшего брата в нужную ей одной сторону, удастся и теперь.

– Валенс, братишка, на тебя вся надежда, – Марго пустила в ход жалобный тон. Иногда он действовал на мягкого и бесхарактерного, по сути, Валенса нужным образом. – С ее деньгами мы сможем ни в чем себе не отказывать. Представь, поедем отдыхать на воды. Отремонтируем поместье. Посадишь ее здесь, пусть рожает детей и радуется, а сам будешь куролесить в городе, встречаться, с кем захочешь.

– Ну… – Валенс отстранился. Он все еще сомневался, но Марго почти удалось его убедить, он уже почти сдался. Надо только немножечко дожать:

– Утрем нос сразу всем Тарбенам! – страстно и решительно сестра продавливала свою линию.

– Ну, хорошо. Только, если… – сомнения все еще терзали нерешительного и ленивого Валенса, никак не желающего смириться с потерей свободы и требованиями сестры.

– Я всегда помогу тебе справиться с любыми сложностями, обещаю! – пресекла разом на корню все возражения Валенса Марго. Нужно дожать его, пока тепленький, нельзя давать ему времени придумать новые отговорки. – Я пригласила ее к нам в следующие выходные.

– Все охранные заклинания на месте. Плетения не нарушены, даже не тронуты, – Джастин закинул ногу на ногу, удобнее устраиваясь в кресле. – Однозначно, это кто-то свой, Холдор.

– Кто-то свой, – задумчиво повторил за ним Холдор, потирая подбородок и измеряя неспешными шагами свой кабинет. – Мы уже выдали пропуска новым преподавателям?

– Да, еще на прошлой неделе, – ответил друг, вспомнив, как в столовой один из новых деканов показывал жетон.

– Кто-то что-то продолжает искать, – Холдор развернулся и пошел в обратную сторону. – То, что не нашел в перевернутой карете?

– Возможно, – кивнул, Джастин, соглашаясь. – Ты не думал о том, что девочкам было бы безопаснее пока пожить здесь, а не в общежитии?

– Думал, – Холдор остановился, видимо, приняв какое-то решение. – Пойдем обедать, кое-что обсудим позже.

* * *

Мы с Элизой спустились в холл и направились в малую столовую, когда слуги занесли с улицы мои чемоданы и еще какие-то сундуки и коробки.

– Куда прикажите нести, Ваша светлость? – голос и тон дворецкого выражали полную невозмутимость к происходящему.

Я обернулась и увидела в дверях кабинета Холдора и Джастина. Джастин поприветствовал нас, мы кивнули ему в ответ.

– Несите пока наверх, Логмэр, к комнатам девушек, дальше разберемся, – распорядился Холдор и обернулся к нам. – Пойдемте обедать, девочки.

– Холдор, почему наши вещи привезли сюда? – изумленно воскликнула Элиза.

– Элиза, давайте пройдем в столовую, и я все объясню, – спокойно заверил ее Холдор.

Да уж, объясните нам, пожалуйста, дорогой тисс Тарбен, что еще вы задумали у нас за спиной?

– Девушки, – поведал Холдор, когда мы разместились за небольшим столом, – в связи с последними событиями, я думаю, что для вас будет лучше пока пожить не в общежитии, а здесь, в жилой части замка. На Кэтрин в дороге было совершено нападение, затем новое нападение на вашу комнату… Эти два случая могут быть не связаны между собой, а могут быть связаны напрямую. Мы не знаем точно, но все действия преступника наводят на мысль, что он что-то ищет. Я не хочу, да и не имею права рисковать вами, поэтому прошу вас остаться здесь. Что вы об этом думаете?

Элиза сразу же кивнула, однозначно соглашаясь.

Я задумалась. Если все так, как говорит Холдор, значит, в обоих случаях нападение совершалось на меня. В моих вещах есть что-то, что интересует другого человека настолько, что он готов совершать преступления. Не причиню ли я вреда, не принесу ли угрозу людям, приютившим меня?

– Будет ли это безопасно для вас, если я останусь с вами? – продолжила я вслух свои мысли.

Холдор взглянул на меня очень тепло и искренне:

– Здесь я смогу защитить тебя, Кэтрин. Пока преступник не найден, тебе придется быть осторожнее и постараться быть начеку, если это вообще возможно. И будь добра, если что-то покажется тебе подозрительным или неестественным, сразу говори мне или Джастину.

Я согласилась и была благодарна Холдору за заботу. Но был еще один момент, в котором я и сама себе не хотела признаваться. Как я выдержу, если останусь жить в доме Тарбенов? Постоянное присутствие рядом Холдора точно не сведет меня с ума? Не станет ли он первым ректором в истории академии, на чью честь покусилась студентка в подземном переходе?!

– А теперь давайте отдадим должное прекрасным блюдам, пока все не остыло, – Элиза вовремя вспомнила, зачем мы вообще сюда пришли.

Слуг не было, видимо, Холдор отдал им распоряжение не входить. Я положила себе на тарелку пару ложек овощного салата и немного мяса тушеного кролика. Элиза подразнила меня густым грибным супом-пюре, и я все же соблазнилась совсем маленькой порцией.

– Кэтрин, ты совсем мало ешь, – заметил Джастин. Он подвинул ближе к Элизе салат, за которым она намеревалась потянуться. – Элиза теперь ест за вас двоих? – улыбаясь, беззлобно поддел он подругу. Элиза вспыхнула и метнула в него, помимо огненного взгляда, подозреваю, мысленно вон ту старинную вазу.

– Я пытаюсь немного скорректировать вес, – уклончиво вымолвила я, гоняя вилкой по тарелке кусочек оливки.

– Зачем?! – рявкнул Холдор, неожиданно громко и горячо. Все уставились на него с интересом, не понимая, чем вызвана такая бурная его реакция. – Извините, – он промокнул губы льняной салфеткой и уставился на меня, явно ожидая ответа.

– Хочу привести себя в лучшую физическую форму, – невинно хлопая ресницами, пролепетала я и снова опустила глаза в свою тарелку.

– Ты собираешься похудеть? – процедил Холдор, явно чем-то недовольный. Я тоже начинала злиться. Ему-то какое, собственно, дело до моей физической формы?

– Не совсем, – не подтвердила я его смутные опасения. Ну, как ему объяснить, что постройнеть – это не про похудеть, ела я все же с большим аппетитом. – Хочу тренированное, сильное тело, способное выдерживать определенные физические нагрузки.

Холдор продолжал требовательно смотреть на меня, и мне все же пришлось поднять глаза от тарелки и встретиться с его прямым, горячим, расплавляющим все мои комплексы и сомнения, взглядом. И потеряться в синей глубине его глаз.

– Элиза, ты будешь читать или слушать? – спросила я подругу, усаживаясь с ногами на кровать и раскрывая учебник по снятию блокировок с ключевых энергетических узлов.

– Слушать, – сразу же ответила девушка, падая на кровать рядом со мной.

– А я лучше воспринимаю печатный текст, – пробормотала я и начала вслух вгрызаться в дебри магической науки. Половину терминов я уже понимала, другую половину приходилось попутно изучать в справочнике. Местами Элиза поправляла меня, местами – подсказывала и разъясняла буквально на пальцах. К счастью, она не удивлялась, что я чего-то не знаю или не понимаю, относя это не на счет пробелов в моих знаниях, а на громадную библиотеку в своем замке и свою любознательность в области магических наук.

– Как все же хорошо, что ты приехала, Кэти! Одной мне было бы скучно! – в который раз со всей своей непосредственностью воскликнула Элиза, лежа на животе поперек кровати, подперев рукой голову и болтая ногами над разбросанными конспектами.

– Я тоже очень рада, что приехала, – совершенно искренне ответила я, поняв, что ни капли не покривила душой. Мне нравилась эта совсем юная и непосредственная девочка, старающаяся выглядеть и казаться взрослой.

Мы охватили вдвое больший объем материала, чем планировали. Голова отказывалась вмещать новые порции знаний, не разложив по полочкам уже полученные. Нужно было отвлечься, размяться, развеяться, наконец. Хотелось на улицу, прочь от учебников и конспектов.

– Как ты думаешь, мы можем выйти проветриться в парк? Холдор не отправит нас обратно к учебникам? – спросила я Элизу, с надеждой глядя в окно на зелёную лужайку и пёстрые вереницы клумб.

– Вряд ли он вообще вспомнит, что загрузил нас занятиями, – фыркнула Элиза, поднимаясь и собирая с кровати учебники и конспекты. – Ужин через час. Прогуляться как раз успеем.

Горничная Элизы распаковала и привела в порядок для меня новое платье и мы, нарядившись, вышли в парк. Свежий воздух умиротворял, принося ароматы цветов и прогретой солнцем листвы. Мы пошли вдоль аллеи. Горчичное платье Элизы хорошо сочеталось с моим светло-оливковым.

– Элиза, а где сейчас живет Джастин? – спросила я подругу. Не то, чтобы я знала, где Джастин жил раньше, но в такой форме вопрос показался мне более уместным.

– В преподавательском крыле, – ответила Элиза, заметно смутившись. Я взглянула на нее, ожидая продолжения, и подруга не заставила себя ждать. – Он, конечно, мог бы жить здесь, с нами, но считает это неудобным. Глупости, конечно! Он бы не помешал Холдору. Наоборот, им было бы веселее вместе, но ты же знаешь, какой Джастин щепетильный в этом смысле. Не хочет быть обузой.

– Да, он всегда был таким, – поддержала я откровения подруги, догадываясь, почему Джастин отказался жить под одной крышей с Элизой. Увидев их сегодня вместе во время обеда, мне стало все предельно ясно. Без сомнения, он влюблен в нее и старается не торопить события, давая девушке время, чтобы повзрослеть. А вот, если они будут все время рядом… Ему станет очень трудно думать о чем-то, кроме Элизы.

– После гибели отца Джастина, помнишь, наш отец привез его к нам. Они ведь были с юности три друга – не разлей вода! – твой отец, наш и Джастина. Все трое – соседи, ровесники, вместе учились в академии.

– Да, я помню, – снова поддержала я рассказ Элизы, беря ее под руку, и своим вниманием поощряя продолжать.

– Когда Джастин остался без матери, я помню, как наш отец сокрушался, что проклятие Тарбенов не может распространяться на его друзей.

Я остановилась и замерла. Только что Элиза произнесла… Где я могла это слышать? Я, совершенно точно, уже слышала это… голосом Холдора! «Проклятие Тарбенов!» – произнес он, когда… Я вцепилась в руку Элизы.

– Кэти, что с тобой? Тебе плохо? – встревожилась девушка, развернувшись ко мне и вглядываясь в мое лицо. Я спохватилась, что сжала ее хрупкие пальчики слишком сильно и поторопилась выпустить ладошку подруги.

– Прости, Элиза. Напомни мне, что это за «проклятие Тарбенов»? – я не знала, как мне объяснить, что я могла забыть столь значимый для семьи друзей факт. – Столько раз слышала это словосочетание, но сути не припомню, – улыбнулась я кисло и виновато.

– Оу, – Элиза, кажется, даже растерялась, глянув на меня слегка удивленно. – Суть в том, что девушка, на которой женится наследник Тарбенов, должна очень сильно любить своего мужа, чтобы остаться в живых. Ну, во всяком случае, так гласит легенда. Кстати, не так давно я ее все же отыскала и прочитала. Если захочешь, я тебе расскажу как-нибудь.

– Захочу, конечно! Обязательно расскажешь! – выдохула я жарко, но облегченно. Так вот, что имел в виду Холдор. Что он не может на мне жениться, потому что думает, что я не люблю его. Не может мной рисковать. На душе стало тепло, ясно и весело. Захотелось промчаться бегом вдоль аллеи, кружась и подпрыгивая. А чего, собственно, я веселюсь? Даже, если допустить, что Холдору нравится Кэтрин, так ведь это не я ему нравлюсь. Кэтрин нет и, когда Холдор об этом узнает… Если узнает, разумеется…

При воспоминании о сжимающем меня в объятиях, горячем и страстном Холдоре, произносящем эти признания мне прямо в губы, кровь моментально бросилась к лицу, сердце гулко застучало и зашумело где-то в ушах. Боже, дай мне сил выстоять, не свалиться ему под ноги под натиском своей страсти! Он прав, я ведь и в самом деле не люблю его?

– Хорошо, – улыбнулась Элиза, и я, пребывая где-то в другом измерении, так и не смогла понять, что хорошо? – А сейчас пойдем ужинать, а то голодный Холдор накидает нам заданий вдвое больше.

Мы вошли в столовую, когда слуги закончили сервировать стол.

– Мы не догадались купить в кондитерской пирожных домой, как глупо, – усаживаясь на стул и расправляя складки на платье, сморщила носик Элиза.

– Мы догадались, – Холдор и Джастин вошли вслед за нами, и Холдор распорядился подавать ужин.

– Когда ты успел, Холдор? Пока мы были в ателье? Но в карете не было коробок с пирожными! – провела расследование Элиза, переводя взгляд с меня на Холдора.

– Джастин привез еще к обеду, но некоторые девушки плохо себя вели, – Холдор смеялся совсем по-мальчишески, когда садился за стол, только что язык сестре не показал, празднуя свою маленькую месть. – Потому и не ели.

Джастин вздохнул, в извиняющемся жесте качнул головой и, пожав плечами, развел в стороны руки, мол, он ничего не смог поделать.

– Ты – жестокий тиран, а не родной брат! – пристыдила брата Элиза. – Джастин, хоть бы ты повлиял на это бездушное чудовище! – возмущение Элизы было скорее кокетливым, чем злым.

Коробки с новыми нарядами и привезенные из общежития вещи дождались нашего с Элизой внимания только после ужина. Горничные пришли нам на помощь, сразу же приводя в порядок, проглаживая и развешивая по шкафам новые платья. Я увидела в действии и во всей красе применение бытовой магии. Хорошо, что мне не пришлось все это делать самой, иначе я бы прокололась на первом простейшем заклинании. Нужно обязательно поискать в библиотеке какой-нибудь сборник бытовых заклинаний и начинать применять согласно инструкции. Такой навык лишним не будет, раз уж здесь есть такое чудо, как магия.

Вскоре коробки с обувью и шляпками нашли свое место в гардеробных, а книги – на полках шкафов.

Ванна с ароматной пеной примирила меня с тяжестью мыслей о многоразовом ежедневном присутствии Холдора в моей жизни. Возможно, вскоре я к нему окончательно привыкну, и его драконья честь даже не успеет пострадать от моего посягательства. И он даже не узнает, что был в сантиметре от падения вселенского масштаба в мои объятия. Разглядывая свои, заметно постройневшие, длинные ноги в мыльной пене, Холдору я искренне сочувствовала в этом случае.

Засыпая, я мечтательно вспоминала мастерскую с обточенными железками, видела себя на льду, выполняющей один сложный пируэт за другим, и после неизвестно откуда всплывшего вопроса: «Где же я возьму лёд?», заснула сном, вполне счастливого, убегавшегося за день, младенца.

Глава 5

Новый спортивный костюм порадовал комфортом, мягкий, удобный. Я чувствовала себя почти прежней, когда бежала по стадиону. Вспоминала, что тело все же не мое, только в минуты, когда ноги начинали подрагивать и переставали подчиняться разуму, требуя отдыха.

Было уже светло, но пригревающее землю солнышко еще не поднялось высоко, все же я вышла очень рано. Зато не жарко, можно побегать и сделать полноценную растяжку. Стадион был пустым, только вдали, на окраине холма, какой-то дракон взлетал, делал небольшой круг и приземлялся обратно. Видимо, какой-то студент отрабатывал навыки взлета и посадки.

Вблизи драконов я еще не видела, и мне было интересно на него посмотреть, но в то же время немного страшновато, поэтому я не рвалась сократить дистанцию для того, чтобы его увидеть. Пробежав по кругу, я уже возвращалась к исходной точке, когда услышала за спиной странный свистящий звук и шелест. Не останавливаясь, я обернулась и все-таки застыла от страха. Горячая волна прокатилась сверху вниз через все тело, подгибая колени и резко отнимая силы. Меня обдало ветром вперемежку с диким ужасом, не помещающимся в мою картину реального мира.

Угольно-черный дракон темной тучей летел прямо на меня, стремительно снижаясь, как в замедленной съемке. Огромные когтистые крылья распахнуты, как у летучей мыши. Лапы нацелены на меня, как на мышонка. Спрятаться на открытом пространстве мне было негде. Убежать? Да ладно! Вот это первое знакомство с драконами, я понимаю! В ужасе, я инстинктивно выставила перед собой руки и смотрела, не мигая, в ухмыляющуюся раскрытую пасть огромного ящера, отсчитывая последние секунды своей новой жизни.

Пространство перед моими ладонями замерцало, заискрилось синими всполохами. В разные стороны от ладоней хлынула ледяная волна в форме полусферы, пронизывая воздух морозными, льдистыми иголками.

Дракон выдохнул струю сизого дыма, сомкнул пасть и тремя рваными рывками огромных крыльев резко ушел вверх. Лапы его пронеслись в метре над моей магической сферой, едва не задев ее.

Я еще несколько секунд удерживала купол, а потом опустила вниз враз обессилевшие руки. Купол рухнул на землю, рассыпаясь серебристыми льдистыми искрами. Я села прямо на усыпанную льдом землю. Ноги меня не держали. Руки подрагивали от перенапряжения.

Тут же справа послышался свист, рассекаемого гигантскими крыльями, пространства. Я подняла голову. Огромный, огненных оттенков, переливающихся в свете поднимающегося солнца, дракон парил в небе прямо надо мной. Я невольно залюбовалась. Странно, но после пережитого, я должна была от страха мурашками покрыться, но нет. Этого дракона я не боялась.

Я сцепила челюсти и сжала кулаки. И того, черного, тоже бояться не стану! Сделаю все возможное и невозможное, научусь, обернусь! Это вы меня еще бояться будете! А то, ишь, пугать они меня будут, ящерицы недоделанные! Вот приморожу хвосты, будете знать!

Я поднялась, отряхнула новые брюки и стала делать растяжку. Вскоре стадион заполнился оставшимися в замке на выходные студентами. Должна признать, что утро второго выходного началось для меня с не самого приятного знакомства, но это совсем не повод думать плохо об остальных драконах. Я была уверена, что еще будут у меня среди них и настоящие друзья и когда-нибудь, возможно, даже любовь. А всяким неадекватам я ничем не могу помочь, главное, чтобы вовремя проходили мимо.

До завтрака я успела принять душ и высушить волосы. Бетси, горничная Элизы, помогла мне уложить в прическу сложно заплетенные косы. Платье было приготовлено с вечера: молочно-белое в нежный, голубой цветочек. Я отметила для себя, что мне начинает нравиться здешняя мода на длинные платья. В таком платье даже чувствуешь себя иначе, чем в джинсах, по меньшей мере, принцессой.

Мы с Элизой вместе спустились в столовую. Холдор отложил газеты и, с удовольствием осмотрев нас, улыбнулся, поднялся и поприветствовал. От его вчерашних обид не осталось и следа.

– Кэтрин, чем ты собираешься сегодня заняться? – спросил он меня, усаживаясь на свое место.

– Хочу повторить пару предметов, из ранее пройденного, – уклончиво, не вдаваясь в подробности о лекциях Марты, ответила я.

– Как смотришь на то, чтобы после обеда уделить мне пару часов? – взглянул пристально, развернув на коленях льняную салфетку.

– Положительно, – кивнула я, охотно соглашаясь. От мысли о том, что Холдор будет мне что-то объяснять и как-то меня тренировать, становилось радостно и легко. Страх от возможной неудачи отступал, уступая место надежде, что я справлюсь, и сердце билось чаще.

После завтрака мы с Элизой расстелили в саду, в тени деревьев, плед, и до обеда валялись с лекциями Марго. Точнее, валялась я, а Элиза периодически меня навещала, принося мне то яблоко, то сок, то «просто посмотреть, сколько ты уже прочитала». Я расспрашивала ее о непонятных мне местах в тексте и обнаружила, что для нее предметы первого года обучения не будут в новинку. Элиза неплохо разбиралась в принципиальных моментах работы магических потоков, и охотно делилась со мной знаниями.

Кузнечики мерно стрекотали в траве, две разноголосые птички что-то бойко обсуждали в ветвях над моей головой. Я смотрела в ясное небо сквозь зелень листвы и понимала, что пружина последних дней, плотно зажатая и закрученная всеми свалившимися на меня событиями, потихоньку разжимается. А под ней расправляется, обретает свободное дыхание моя душа.

На обед снова приехал Джастин. Сегодня он был особенно симпатичным, в идеально сидящем светлом костюме и с неизменной тростью. Что он там хранит? Коньяк или шпагу? Вряд ли будет уместно задавать ему подобные глупые вопросы, но любопытство то и дело подмывало меня спросить что-нибудь эдакое.

После обеда Элиза потащила Джастина в музыкальную комнату, где она играла на скрипке, а он – довольно редко, но составлял с ней дуэт на саксофоне, а мы с Холдором пошли в его кабинет.

– Покажи мне, Кэтрин, как течет твоя магия в спокойном состоянии, – Холдор все же усадил меня рядом с собой на диван. – Соедини ладони.

Он взял мои руки в свои и расположил их на уровне груди ладонями друг к другу, оставляя между ними небольшое пространство. Его большие теплые пальцы держали мои руки крепко и в то же время очень нежно. Прикосновение было таким интимным, что о каком-либо спокойном течении магии можно было смело забыть.

– Почувствуй поток, – негромко произнес Холдор, глядя мне в глаза.

Пару секунд ничего не происходило, затем я почувствовала, как пространство между ладонями стало упругим и наполнилось вибрирующим, мерцающим свечением. Ох, ё-моё! Оно реально! Я едва сдержала себя, чтобы не взвизгнуть. Чуть не забыла, что я все это должна знать, уметь и, вроде как, не в первый раз вижу.

– Это твоя магия, Кэтрин, – снова негромко произнес Холдор, вглядываясь в мое лицо. – Чувствуешь, как она течет в тебе?

Нет, я не чувствовала, как она течет во мне и тихонько отрицательно покачала головой, глупо улыбаясь Холдору. Мне очень нравилось ощущать эту упругую вибрацию между ладоней, нравились его большие, сильные руки на моих запястьях. Я, и правда, могла просидеть так пару часов, но Холдор отчего-то убрал свои руки:

– Теперь попробуй немного развести ладони в стороны, Кэти.

Я выполнила. Магия заструилась быстрее. Искрящееся свечение ломаными линиями перемещалось из одной моей ладони в другую.

– А теперь снова сведи ближе, – Холдор говорил негромко и смотрел на поток между моими ладонями с интересом врача или ученого, а я наслаждалась новыми, непередаваемо острыми ощущениями.

Варианты расположения рук сменяли друг друга от плавного перемещения к резкому и обратно, ближе, дальше, выше, ниже. И снова все сначала. Магия текла, искрилась и мерцала, то ускоряясь и завихряясь, то снова возвращая потоку неторопливость и равномерность. Я уже чувствовала магию каждой клеточкой своего нового тела, ее пластичность, потоки, вибрацию, случайные завихрения.

Затем Холдор поднял меня на ноги, подошел ко мне со спины и обнял, осторожно положив руки мне на талию. Я покосилась на него, повернув голову, пытаясь понять, что он задумал? Он не отрывал пристального взгляда от потока, и я не стала опускать руки, давая ему возможность полюбоваться происходящим и увидеть то, что он так внимательно высматривал.

– Что ты чувствуешь, Кэтрин? – произнес он почти мне на ухо, обдавая горячим дыханием чувствительную кожу. Так дышать в шею – запрещенный прием! Захотелось податься к нему еще ближе, прижимаясь телом к его теплым губам, раствориться в ощущении счастья от его близости. Поток ускорился в разы, мерцание магии перемежалось синими всполохами и искрами.

Я могла бы долго ему рассказывать, что я чувствую, а лучше бы показала, но сомневалась, что это будет именно то, что он ожидал от меня сейчас услышать.

– Чувствую усилившийся поток в теле, – ответила я негромко внезапно севшим голосом, усилием воли беря под контроль разыгравшееся воображение.

– Очень хорошо! – произнес Холдор еще тише. – Запомни это ощущение на уровне тела, – добавил через минуту и через пару секунд выпустил меня из объятий. Обошел вокруг, еще немного с интересом полюбовался на свечение между моими ладонями. Затем потер руками лицо и почти равнодушно произнес:

– На сегодня, думаю, закончим. Повтори перед сном, постепенно разгоняя поток, затем замедляя. И завтра пару раз. Сейчас тебе нужно плотно поесть. Пойдем ужинать, – с этими словами Холдор повернулся и пошел в направлении двери, вон из кабинета. Драконище черствый!

Я опустилась на диван. Мои руки почти онемели от усталости, спина отваливалась, ноги были деревянными и не держали. Я посмотрела на каминную полку и обомлела: семь часов. Он продержал меня здесь шесть часов?!

Я поднялась в свою комнату, чтобы умыться и переодеться, но увидела кровать и поняла, что на ужин я не пойду. Нафиг! Устала, как раб на галерах. Ужин нафиг! И Холдора, тоже нафиг! Один раз не поем – ничего не случится. Стройнее буду.

Сейчас, только полежу две минутки и пойду, сниму платье, умоюсь…

– Кэтрин, проснись! Открой глаза, Кэтрин, – аромат знакомого парфюма добрался до моего сонного сознания, смешался с ощущениями счастья от того, что кто-то то ли гладил меня по голове, то ли теребил мои волосы, а знакомый мужской голос призывал на подвиг, на который я сейчас была не способна. – Давай же, Кэтрин! Будь умницей, открой глазки!

Вот пристал! Ну, хорошо, хорошо! Уговорил, так и быть. Я медленно открыла один глаз. Холдор сидел на моей кровати, и в руке у него была большая кружка с чем-то вкусно пахнущим. Что-то он повадился, я смотрю, устраиваться на моей кровати, как у себя дома!

– Кэти, я сейчас буду поить тебя бульоном, а ты будешь его пить, хорошо? – как маленькой объяснил Холдор и, приподняв мою голову вместе с подушкой, поднес кружку к моим губам. – Давай, открывай рот.

Чего это он со мной нянчится? Вот еще! Я приподнялась на локте, села, и взяла кружку из его рук. Бульон был очень вкусным. Я бы с удовольствием съела и что-нибудь посущественнее. Удобно ли будет, если я попрошу что-нибудь еще? Куриную ножку, например.

И тут я вспомнила, что не ужинала, а за окном темно. Видимо, уснула, как была, в платье, чего никогда себе не позволяла раньше.

– Холдор, а можно я поем? – обернулась я к мужчине, с надеждой. – Как думаешь, на кухне осталось что-нибудь от ужина? – я опустила ноги с кровати, готовая отправиться на поиски пропитания, потакая, призывно напомнившему о себе, желудку. Холдор смотрел на меня, не скрывая улыбки. В его глазах, отражающих свет ночника, плясали веселые искры. Чего это он, собственно, веселится?

– Пойдем, проверим, – он взял меня за руку и потянул в сторону двери. При этом улыбка его стала еще шире и озорнее.

Я на ходу поправила растрепавшиеся после сна косы, юркнула ногами в домашние туфли и пошла за тянувшим меня за руку, чему-то улыбающимся, нереально привлекательным мужчиной, прямо в полутемный опустевший дом, на поиски еды и неизвестно каких еще приключений на свою… ну, пусть будет, голову.

Отчего-то меня сейчас не смущало ни мое, порядком измятое, платье, ни растрепанные, выпавшие из прически косы, ни преступное урчание в животе. Подозреваю, что здешняя дама не должна в таком виде не то, что показываться на глаза мужчине, но и из комнаты выходить, а уж о том, чтобы шастать по дому в поисках еды, и речи быть не может.

Тихонько хихикая, мы спустились в холл, и Холдор потянул меня куда-то под лестницу. Светящаяся магическая сфера не успевала за нашими хитрыми маневрами. Пара поворотов, и мы оказались в большом помещении с двумя длинными столами и двумя печами, напоминающими каменный вход в подземелье. Идеальная чистота кастрюль и огромных поварешек, висевших над плитой, подсказали мне, что завтра нам с Холдором достанется от хозяйки этих владений.

Холдор открыл большой стенной шкаф, нижняя полка которого была заполнена льдом, достал оттуда ветчину и сыр. Огромным тесаком порубил их на куски и положил на тарелки. Я какое-то время смотрела с умилением, как этот интересный мужчина орудует холодным оружием, добывая нам пропитание, а потом тоже пошла и открыла другой шкаф. Там оказались фрукты, похожие на наш виноград. Холдор щелкнул пальцами: