Текст книги "Попаданка в Академии Драконов (СИ)"
Автор книги: Эмилия Герт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)
– Там у него на всем охранные заклинания. Он сразу узнает о том, что происходит.
– По-моему, проще просто запирать на обычный замок, – пробормотала я, принимаясь за сочный стейк.
– Обычные замки обычно очень необычные, – философски заметила Элиза, подвигая ко мне блюдо с салатом. – Ты снова носишь медальон своей мамы, – улыбнувшись, Элиза протянула ко мне руку и потрогала артефакт. – Сначала я хотела тебя спросить, почему ты его не носишь, а потом забыла.
Я едва не подавилась. Выходит, Варг не оговорился. В его словах не было никакого иного или скрытого смысла. Его слова «он ваш» означали именно то, что он произнес. Это мой медальон!
Тогда как он попал к Варгу? И почему он мне его вернул? Ничего не понятно. Снова одни вопросы без ответов.
В следующее мгновение меня бросило в жар. Варг понял, что я не узнала свой артефакт! Понял, удивился и был озадачен, но ничего не сказал. Возможно, только пока ничего не сказал. Знать бы, к чему мне готовиться?
– Как факультатив? Время потрачено не зря? – ворвалась в мои мысли Элиза. Я вынырнула из своей задумчивости:
– Кажется, я научилась делать нетающий лёд.
– Ну, весьма полезное занятие, – улыбнулась Элиза и тут же рассмеялась. – Теперь тебе придется прятаться от нашей кухарки Келды. Она знает толк в морозильных шкафах.
Я кивнула вполне серьезно:
– Буду рада ей помочь. Элиза, есть ли в окрестностях замка небольшой водоем, который я могла бы заморозить? Мне нужен каток для тренировок.
Элиза задумалась:
– Да здесь масса водоемов, ты же знаешь! И природных, и искусственных: фонтаны, озёра. Можем прогуляться по территории после занятий или в выходной. Ты ведь еще почти нигде не была после приезда, не видела, как перестроили некоторые места с маленькими искусственными озерцами.
За дверью послышались шаги, и в отворившейся двери появился хозяин этого дома собственной персоной.
– Девчонки, вы почему здесь сидите? Еще не поели?
– Поели, – кивнула я.
– У нас секреты, – добавила Элиза.
– Ну, так идите в гостиную со своими секретами, там ведь удобнее, – вполне топорно пригласил нас Холдор.
– Вам без нас скучно стало или у вас свои секреты закончились? – поднимаясь, Элиза расправила платье. Я тоже поднялась, отложив салфетку с колен:
– Я прошу меня простить, мне еще нужно подготовиться к завтрашним занятиям, – я взглянула на Холдора и поймала его очевидное огорчение. Мне тоже не хотелось с ним расставаться, но я должна много учиться, чтобы выжить в этих непростых условиях. Завтра на занятии с ним я смогу смотреть на него целую вечность, любоваться мышцами под тонкой тканью рубашки, красивыми, сильными руками, шириной могучих плеч. Уже завтра.
Я поднялась к себе в комнату, приняла душ и переоделась. Попросила горничную Бэтси принести мне кипяток, соду и фольгу. Взяла оставленный на столе артефакт и почистила серебряную цепочку самым нехитрым и не магическим способом. Цепочка заблестела как новая. Стоит ли мне рассказать друзьям, что это Варг вернул мне медальон? Тогда Холдор обязательно заинтересуется, откуда у Варга мое украшение? Варг, к примеру, скажет, что нашел и не знал, что оно мое, случайно предложил. И спросит меня, почему я не узнала свой медальон? Возможно, еще спросит. И как я ему объясню, что не узнала свое украшение? Вот поэтому мне совсем не хотелось никому ничего рассказывать, а уж тем более приставать к Варгу с вопросами, откуда у него мой артефакт? Не замешан ли он в гибели Кэтрин или в похищении ее отца?
Я поймала себя на том, что весь вечер вокруг меня странным ощущением крутится одна неоформленная в слова мысль, и я никак не могу поймать ее за хвост. Сегодня вечером в парке моя магия не вышла из-под контроля, не выплеснулась на меня ледяной волной, я не потеряла сознание. Магия подчинилась, я сумела взять себя в руки после того, как надела на шею артефакт – медальон матери Кэтрин. Я снова взглянула на украшение и надела его на себя.
Прочитав все заданные на завтра темы и параграфы, я уснула сном младенца, сжимая в ладошке овальный малахитовый камешек, артефакт-стабилизатор моей магии.
Этот медальон – единственное, что он взял тогда с того места, где упала карета. Двум деревенским олухам – вознице и слуге – много было не нужно, он разорвал их когтями за две секунды. Карету опрокинул. Задрал коней.
Девушка была без сознания и такая миленькая. Он просто впал в ступор и забыл, зачем прилетел, чтобы встретить ее карету. Забыл, что нужно действовать быстро, вытряхнуть и проверить ее вещи. Она была как живая, но он усомнился в том, что она жива. На одну минуту ему даже показалось, что ему жаль, что она погибла.
Он обернулся человеком и снял с нее украшение на старинной витой цепочке. Взял ее медальон на память о ней. Это действие было лишено всякого здравого смысла, как и логики. Ему так захотелось, и он взял.
Ему помешали осмотреть ее вещи. Он просто не успел, а ведь должен был найти то, зачем прилетел и сотворил все это. Вместо находки он едва унес тогда ноги и успел скрыться в густых зарослях, отступив в лес. Вездесущий Тарбен и здесь сумел оказаться не во время и не в том месте и помешал ему выполнить задуманное.
Помимо вещей у девицы был еще небольшой привлекательный сундучок. Он стоял внутри кареты. Вот его точно нужно было прихватить с собой. Позже, когда он всё перетряхнул у девчонки в комнате, его уже не оказалось, значит, Тарбен и о нем сумел позаботиться. Этот дракон своего добра из лап не упустит. Чужого, впрочем, тоже.
К тому времени, как Тарбен вместе с девицей добрались до замка, он уже прилетел на посадочный холм на территории академии. Ему удалось остаться незамеченным. Возможно, просто повезло. Дежурившие дружинники были не слишком-то прилежны.
Сегодня внезапно история с артефактом повторилась. Как и в тот день, сегодня его поступок был также эмоционален и лишен всякой логики. Он поддался неизвестно откуда взявшемуся, всколыхнувшемуся из глубин души, внутреннему порыву и отдал девушке медальон. Ему невероятно, безудержно захотелось, чтобы она поняла, у кого все это время находился ее артефакт. Насколько он понял по воздействию, это был артефакт-стабилизатор магической энергии.
Он погрузился в фантазии, как было бы прекрасно получить ее в любовницы. Девушка просто фонтанирует свежайшей, вкуснейшей магической энергией. Она просто плещется в ней через край.
Вряд ли он стал бы на ней жениться. Он вовсе не хотел повторять ошибок своего отца, притащившего в дом ненавидящую его девушку и сделав ее своей пленницей. Отцу не удалось подлостью поссорить между собой своих соседей – однокусников и друзей Лунда, Тарбена и Бента, хотя он постоянно строил им козни и различные пакости.
Основная же подлость и радость его отца заключалась в том, что его жена – Изабэль – когда-то была любимой девушкой Лунда. Они собирались пожениться. И, когда случай преподнес его отцу шанс выкрасть Изабэль, он не смог им не воспользоваться. Силой и угрозами он принудил пленницу стать своей женой. Никто не догадывался об этом. Изабэль долго искали, но не нашли. Вскоре беременная, ненавидящая его женщина, надоела его отцу, и он отправился развлекаться, куда ему вздумается. Он родился, и вскоре матери не стало.
Раньше он винил свою мать за то, что она так рано покинула его. Позже проникся ненавистью к своему отцу за то, что остался без матери. От отца же он перенял злобу к Лундам и Тарбенам, узнав, что у Лундов есть дневники предков с заклинаниями особой силы, увеличивающие магические способности.
Ему эти рукописи были нужны как воздух, ведь рожденный без любви дракон был лишен искры – огня дракона. Он мог летать, но недалеко и недолго. Получив же записи с обрядами и заклинаниями, он мог изменить и исправить свою жизнь. Так ему казалось. А вот, когда он найдет дневники и увеличит свою силу, тогда у него появится жена и родит ему наследника.
Поэтому он не терял надежды, он непременно приведет в свой дом крошку Кэтрин Лунд, но лишь как трофейную игрушку. Теперь девчонка здесь в академии, и она сама отдаст ему рукописи. Она будет умолять его принять их! Он лишь намекнет ей, с чего это она не узнала свой артефакт? Неужели можно так просто забыть, что это твое украшение? Здесь определенно что-то не так. Не могла ведь она, в самом деле, потерять память?
Он прокручивал случившееся так и эдак. Вспоминал, как наблюдал за ней потом в парке. Его забавляло, как она пугается, озираясь по сторонам. Ее кожа становится еще тоньше и бледнее, а щечки вспыхивают, как нежные лепестки роз.
Странно все это, очень странно. Он-то ждал, что, когда она увидит украшение, то взмахнет длиннющими ресницами и воскликнет: «Тисс, где вы его нашли?». А эта ненормальная попыталась даже вернуть ему медальон. Как такое могло случиться? Возможно ли так сыграть не узнавание? Он был уверен, что так притвориться невозможно. Неужели настоящая Кэтрин Лунд осталась тогда в карете навсегда? Тогда кто эта неизвестная, выдающая себя за Кэтрин?
Глава 11
Утро наступило слишком быстро. Вставать не хотелось. Хотелось повернуться на другой бок и поваляться еще с полчасика. Видимо начали сказываться мои космические перегрузки в попытке догнать убегающий академический паровоз. Ну, нет. Меня так просто не возьмешь! Поднялась, умылась, оделась и потрусила на стадион.
Выполнив свою программу минимум, и пару раз прогнав танец, удивилась, что по времени уложилась гораздо быстрее обычного. Возвращаясь через парк, обратила внимание на ответвления дорожек с главной аллеи. И почему я их раньше не замечала? Наверное, потому что раньше у меня так остро не стоял вопрос с водоемом.
А что, если я просто пробегу по одной из дорожек и посмотрю, что там? Время есть, к завтраку вернуться успею. Не раздумывая долго, свернула в ближайшую к учебным корпусам развилку и побежала по довольно ухоженной и нахоженной студенческой обувью тропе.
Через пару минут развилка вывела меня к одному из отдаленных зданий из серого камня более современной архитектуры, чем основные массивы замка, скорее похожему на дворец с высоким каскадным крыльцом, колоннами и скульптурными композициями. Что это за здание, интересно? Большие высокие окна напоминали скорее бальные залы, чем академические аудитории.
Перед фасадом здания раскинулось довольно большое овальное озеро, явно искусственного происхождения, окруженное разноцветными клумбами и цветущими кустами по каменным бордюрным берегам. Я подошла ближе, вгляделась в толщу воды. Ближе к центру озера на дне можно было рассмотреть трубы, настолько прозрачной была вода. Так и есть, это фонтан, но либо не действующий, либо просто его пока не включили, потому что утро довольно раннее.
Улыбаясь своим мыслям, я побежала обратно по тропе к главной аллее. Что ж, я нашла то, что искала. Надеюсь, Холдор разрешит мне заморозить этот фонтан.
После завтрака я потащила Элизу на занятия через парк, чтобы расспросить ее о своей находке.
– Это один из новых дворцов, – подтвердила Элиза мои догадки. – Его построили специально для проведения торжественных мероприятий. Бал первокурсников будет проходить здесь. Ты выбрала хорошее место для тренировок, Кэти.
– Думаю, мне нужно спросить Холдора, могу ли я заморозить этот фонтан, – я была почти уверена, что Холдор разрешит мне сделать там каток, но не могла действовать самовольно, все же я в гостях у Тарбенов.
Джастин улыбнулся мне и кивнул, приветствуя в аудитории на первой паре. Занятие пошло своим чередом, я же весь день ловила себя на том, что подгоняю время и не могу дождаться вечера, чтобы увидеть Холдора. Понимала, что желание мое глупое и лишенное смысла, но ничего не могла с собой поделать. При одной мысли о том, что мы останемся вдвоем в кабинете, и я смогу вволю им любоваться, я начинала беспричинно улыбаться, щеки вспыхивали румянцем, а в животе начинали порхать бабочки. Я вспомнила его вчерашний грустный взгляд, и сердце наполнилось теплом и светом. Он тоже скучает по мне.
Даже переходя из одной аудитории в другую, я искала в толпе знакомую высокую фигуру и буквально грезила им наяву. А ведь еще не так давно я считала себя благоразумной. Где, в какой момент произошел этот сбой в моей программе здравомыслия? Временами у меня возникало ощущение, что невероятно сильное течение подхватило меня и несет как щепку на волнах моей страсти. И от меня мало что зависит в этой реке. Как мне справиться с этим течением? Только занять себя делом, загрузить тренировками и уроками еще плотнее.
Переодеваясь в своей комнате к ужину, я сняла с шеи медальон. После ужина у нас с Холдором будет занятие. Вряд ли на тренировке по управлению магией мне понадобится артефакт-стабилизатор.
Горничная помогла мне облачиться в платье цвета фуксии, более светлое сверху и насыщенное на подоле с мелкими пуговками вдоль всего позвоночника. Тронула губы помадой и пошла в комнату Элизы.
Подруга заканчивала переодеваться, застегивая пояс вокруг тонкой талии.
– Кэти, какая ты нарядная! Хорошее настроение? – ахнула Элиза очень искренне, в своей обычной манере. – Рассказывай!
Я отрицательно мотнула головой:
– Сначала спрошу Холдора. Пойдем?
Мы спустились в столовую, где нас уже ждал хозяин замка. Канделябры горели ярко, создавая уютную семейную атмосферу. Холдор поухаживал за нами, помогая нам сесть за стол. В этот момент дверь распахнулась, и вошел Джастин с двумя обувными коробками и третьей небольшой, но очень симпатичной.
– Друзья, я без предупреждения! Прошу меня простить! – улыбнулся он.
– Да о чем ты вообще?! – удивился Холдор.
– Это и твой дом! – пропела Элиза.
А я подскочила с места, взяла у Джастина из рук одну из коробок и поставила на столик. Он поставил сверху вторую.
– Спасибо, Кэтрин! Ты как чувствуешь, что это тебе, да? – рассмеялся Джастин и поставил третью коробку на стол перед Элизой.
Я растерялась в первую секунду, а потом догадка током прошила меня, я взвизгнула и открыла одну из коробок. Коньки! Там лежали мои коньки!
Я едва не бросилась Джастину на шею. Удержалась в последнюю долю секунды. Вытащила один ботинок с коротким рядом зубьев на передней части лезвия и прижала к груди. Глаза мои сияли ярче канделябров, я готова была расплакаться от счастья.
Очень хотелось примерить ботинки прямо здесь и сейчас, но я понимала, что замашки и привычки Кати Шишкиной не слишком уместны в столовой герцогского замка. Поэтому, сделав над собой волевое усилие, я вернула ботинок в коробку и поблагодарила Джастина за проявленную о себе заботу.
– Пустяки, мне было не сложно, – отмахнулся Джастин. – Так получилось, что пришлось слетать в город по делам. Вспомнил, что мастер называл мне дату, как раз сегодняшний день. Зашел, все готово.
– Поужинаешь с нами? – спросила Элиза, делая знак прислуге о еще одном приборе.
– С удовольствием! – отозвался друг, присаживаясь с нами за стол.
После ужина Элиза с Джастином пошли в музыкальную комнату, а мы с Холдором – в кабинет.
– Холдор, мне нужно спросить тебя, – начала я, немного волнуясь от того, что мы остались вдвоем. Вот ведь, раньше никогда так не волновалась. Холдор обернулся и оказался стоящим ко мне слишком близко. Смотрел на меня сверху вниз мягко, в самую душу. Улыбнулся сдержанно, но поощрительно:
– Слушаю тебя, Кэтрин.
Его улыбка искушала, завораживала. Я в очередной раз залюбовалась красивыми чертами его лица, мерцающими откровенной симпатией глазами, четкой линией твердого подбородка, губами, способными свести меня с ума и потерялась в его обезоруживающей, откровенной сексуальности. Что он делает? Снова соблазняет меня?
– Могу я сделать каток из фонтана, что рядом с новым дворцом для торжественных мероприятий? – погруженная в магию его близости, медленно, как трехлетний ребенок, произнося слова, чтобы не сбиться, выдала я, ибо губы от волнения немели.
Холдор на секунду завис, потом кивнул:
– Можешь, Кэтрин, – и снова улыбнулся, на этот раз шире и еще теплее. – Ты сможешь сделать каток сама или тебе нужна помощь?
– Надеюсь, что смогу сама, благодарю! – серьезно кивнула я, не в силах оторвать взгляда от его губ.
– Это все вопросы или есть что-то еще? – более низким, хриплым голосом произнес мужчина, пристально глядя на меня.
– Все, – с бешено колотящимся сердцем, кивнула я, совершенно теряясь под его взглядом.
– Значит, можем приступать, – взял меня за руку и подвел к дивану. Черт! Катя, держаться на ногах и учиться, учиться, учиться!
Глава 12
Неделя пролетела незаметно. Я изучала теорию магии на занятиях в академии, дополняя пробелы из конспектов Марты, заучивала формулы, отчасти переписывая себе основные моменты. Практические занятия полностью легли на широкие плечи Холдора. Он предложил заниматься магией ежедневно и я, конечно же, согласилась.
Однажды он вернулся из академии достаточно поздно, но не отменил занятие со мной, и мы засиделись допоздна. Чем чаще я общалась с Холдором, тем легче и проще становилось мне находить с ним общий язык. Прошла моя зажатость и скованность от его близости, оставив лишь покалывание в подушечках пальцев от желания к нему прикоснуться. Нервная дрожь от его взглядов и прикосновений перестала пугать, став привычной, оставляя место волнующему предвкушению чего-то волшебного. И только усилилось то интуитивное, теплое, комфортное чувство доверия, как к родному и близкому мне человеку, который поддержит меня в любой ситуации, не осудит, не предаст.
Холдор держался со мной ровно, тепло и доверительно. Лишь изредка, когда он думал, что я за ним не наблюдаю, я ловила на себе его немного задумчивый, горячий, непонятный мне взгляд. Когда же я оборачивалась, штормовое море в глазах успевало схлынуть, являя мне безмятежный штиль. Усвоение практических навыков в такой обстановке давалось мне приятно и легко, и я потихоньку делала маленькие шаги навстречу своей второй ипостаси, осознавая все же, что конечная цель еще бесконечно далека.
Тисс Варг на занятии не обратил на меня никакого повышенного внимания, и даже опрашивая, не задержал ни на минуту дольше, чем всех прочих адептов, чем бесконечно меня порадовал. Я не стала напоминать ему о медальоне, сделав вид, что забыла о нем, тем более, что артефакт оказался моим по праву.
Я была счастлива еще и оттого, что заморозила себе каток. Три утра ушло у меня на то, чтобы завершить работу, каждый раз закрепляя достигнутый результат. С десятой попытки, после очередного оттаивания верхнего слоя, лёд получился ровным и гладким. В процессе я научилась способу поддерживать его в такой форме, так что затраченные время и усилия были не напрасны и того стоили. Медальон помогал мне сдержанно, без рывков и затоплений управлять своей магией.
В выходной с утра мы с Элизой и Холдором поехали в город на примерку платьев, пообедали в кафе, и зашли в мужское ателье, прикупили пару костюмов Холдору.
Вернувшись домой, я переоделась в спортивный костюм, перекинула через плечо фигурные коньки и собралась бежать на каток. Мне не терпелось обкатать обновку и испробовать лёд, когда в холле столкнулась с Элизой, направляющейся в музыкальную комнату. В руках у нее была скрипка.
– Элиза, это непорядок! – возмутилась я, всего второй раз застав Элизу с инструментом. – Я здесь уже почти месяц и ни разу не слышала, как ты играешь.
– А я не видела, во что ты превратила фонтан, Кэти! – рассмеялась Элиза. – И как будешь кататься, тоже хочется взглянуть.
– Ты можешь пойти со мной на каток вместе со скрипкой. Ты будешь играть, а я буду кататься под твою музыку.
Мы прогулялись через парк и вышли к фасаду дворца. Я переобулась и ступила на долгожданный лёд, прошлась по кругу вдоль берега замороженного озера дорожкой шагов, испытав качество скольжения лезвий. Осталась довольной работой мастера-инструментальщика.
Элиза тронула смычком струны скрипки, и из-под ее рук полились всплески мелодий, напомнившие мне сразу все композиции квартета Иль Диво. Я скользила просто, выполняя нехитрые, разминочные шаги и движения, и душа моя пела вместе со скрипкой Элизы, а тело наполнялось радостным предвкушением тренировки.
Вскоре Элиза заиграла что-то подвижное, мелодичное, но дерзкое, пританцовывая и кружась и я, следуя за музыкой, перешла от разминки к тренировке. Ясно чувствуя это тело как родное, я старалась вложить в него все, что знала и умела в той, прошлой жизни, и оно пусть не сразу, но шаг за шагом становилось все более послушным и понятливым, чувствующим так, как чувствовала я сама. Лёд не приемлет слабых, принимает только упорных. Я чувствовала магию своего льда, она отзывалась в моей крови. Лёд был частью меня.
Вскоре тело уже подчинялось мне как родное, выдерживая уровень и напряженность прыжков и вращений, отрабатывая один пируэт за другим, повторяя снова и снова каскады разной степени сложности, оттачивая технику и доводя до совершенства артистичность. Кого мне сейчас катастрофически не хватало, так это моего тренера Николая Петровича, с его деятельной беспощадностью к моим недостаткам и промахам.
– Кэтрин, это невероятно! Потрясающе! – бросив играть, завопила моя эмоциональная подруга, не сдержавшись от выполненного мной очередного вращения. – Когда ты только успела этому научиться?! Ты непременно должна выступить на балу! Я подыграю тебе вот это, – и она, пританцовывая, заиграла вариации волнующей композиции.
Приближался бал первокурсников.
