Текст книги "Серенада (ЛП)"

Автор книги: Эмили Кибел

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Хелен шагала рядом с ней. Она казалась такой изящной, даже с мокрыми волосами, прилипшими ко лбу. День у воды взбодрил ее, ее лицо сияло, и она выглядела юно в угасающем свете. Или оно сияло по другой причине. Может, она гордилась за Лорелей?

Словно услышав мысли Лорелей, Хелен посмотрела на нее.

– Ты была чудесна там, когда отпустила страх. Я довольна тем, что ты сделала сегодня. Ты будешь потрясающей.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

– Ты уже проснулась? – Дейдре постучала в дверь.

Лорелей села на кровати и зевнула. Она свесила ноги с кровати и потянулась.

– Ага, уже встаю.

– Можно войти?

– Конечно, – сказала Лорелей. Она встала и сняла халат с дверцы шкафа.

Дейдре открыла дверь, уже одетая и идеально накрашенная. Ее волосы были стянуты в хвост на макушке, она пышно уложила челку. Она прошла к Лорелей на ужасно высоких каблуках. Лорелей провела рукой по своим волосам и протерла глаза.

– Я подумала, что ты хотела бы поехать со мной в Бостон, – сказала Дейдре. – Мне нужно отвезти документы, и я была бы рада компании. Будет весело!

– Сейчас? – спросила Лорелей.

– Скоро нужно выезжать. Ты не обязана, просто я подумала, что ты захотела бы покататься.

– Мне нужно спросить у Хелен. Не знаю, хотела ли она работать со мной сегодня.

– О, ее тут нет. Каллиопа забрала ее с собой на консультацию в Ньюпорт. Они уехали час назад.

– Тогда я с тобой. Можешь дать мне пару минут одеться?

– Конечно. Встретимся внизу, когда будешь готова, хорошо?

Каблуки Дейдре стучали по паркету, пока она уходила из комнаты. Лорелей быстро расчесала спутанные волосы и стянула резинкой. Она натянула футболку с длинными рукавами, обула потертые тенниски. Обмотав шею тонким шарфом, Лорелей спустилась в фойе. Из кухни донесся запах кофе, Дейдре грела молоко.

– Латте? – спросила она.

– Буду, – сказала Лорелей. Она обычно не пила кофе, но еще толком не проснулась и решила, что это ей немного поможет. Дейдре наполнила две походные кружки эспрессо, добавила ванильный сироп без сахара и горячее пенистое соевое молоко. Она вручила одну кружку Лорелей, схватила сумочку, и они пошли к машине Дейдре.

– Уже бывала в Бостоне? – спросила Дейдре. она завела машину и выбирала песни в плеере.

– Проезжала мимо, пока направлялась сюда.

– Бостон крутой. Там можно многое сделать. После того, как мы доставим это, – она бросила на заднее сидение два конверта, – отправимся по магазинам. Ты со мной?

– Да, я не была в торговом центре с… прошлого лета.

– Мы отправимся не в торговый центр, а на улицу Ньюбэри. Тебе понравится.

– Отлично. Мне бы не помешали новые джинсы…

– Эй, там будет куда веселее. Ты и так носишь одни джинсы. Нужно подобрать тебе что-то милое. Что-нибудь девичье.

Лорелей вздохнула и закатила глаза. Дейдре включила бодрую музыку, они ехали на север к Бостону и подпевали хитам Гершвина, Роджерса и Хаммерштейна, Эндрю Ллойда-Вебера. Голос Дейдре был звонким, динамичным. Она могла изображать всех певцов задорно и беспечно. В этом была вся Дейдре Мэлоун, энергичная, свободная и уверенная. Лорелей могла представить ее на сцене, и ее голос, заполняющий зал. По радио заиграла «Night and Day» Коула Портера. Дейдре сделала тише.

– Хелен сказала, ты была потрясающей вчера с водой и остальным.

– Да? – спросила Лорелей.

– Угу. Она сказала, что потребовалось время, но у тебя сильная способность.

– Наверное. Это потрясало, но в хорошем смысле. Когда я разобралась, все стало естественным, будто я только открыла глаза и увидела то, что время там было.

– Она уже учила тебя, как петь?

– Да, но… думаю, ей мое пение не понравилось.

– В том-то и дело, что это не пение. Нельзя так об этом думать. Представляй себя инструментом. Чем больше ты будешь стараться сделать все правильно, тем хуже будет. Просто отпусти себя и не переживай.

– Проще сказать, чем сделать. Я почти всю жизнь училась и оттачивала технику. Это сложно отпустить.

– Просто не дави на себя. Однажды получится. И не переживай – Хелен не ждет, что ты сразу справишься. Расслабься и позволь Песне выполнить работу за тебя.

Они въехали в город, Дейдре двигалась по лабиринту улиц, объезжая прохожих и машины. Улицы города казались неорганизованным лабиринтом, у каждого района был свой дизайн. Архитектура была такой же хаотичной, современные здания перемежались с церквям и историческими памятниками. Тротуары, полные людей, обрамляли улицы перед несколькими небоскребами в центре города. Дейдре припарковалась в гараже и повела Лорелей к зданию возле гавани.

Лорелей прошла за Дейдре в здание. Дейдре подмигнула охраннику за столом на входе, и он махнул им проходить. Они прошли к лифтам и поднялись на двадцать второй этаж. Двери лифта открылись, и стало видно большую стеклянную панель с эмблемой морских инвестиций Великобритании. Крепкая брюнетка на месте секретаря встала из-за стола и открыла для них дверь.

– Мисс Мэлоун, – сказала секретарь, глядя поверх красных очков, – рада вас видеть. Хорошо доехали?

– Да, спасибо, – ответила Дейдре. – Коллин, это моя кузина Лорелей. Лорелей, это Коллин Джордан.

– Рада знакомству, – сказала Лорелей и протянула руку для рукопожатия.

– Мне нужно занести это в кабинет Мишенера. Он на месте? – спросила Дейдре. Коллин кивнула. – Я вернусь через минуту, Лорелей, – сказала она и пошла по коридору.

– У вас есть планы на остаток дня? – спросила Коллин.

– Думаю, Дейдре собиралась на шоппинг, а потом, наверное, домой.

Коллин засмеялась.

– Что смешного? – спросила Лорелей.

– О, ничего, – сказала Коллин, – но Дейдре забавная. И веселая. В городе ей всегда весело.

Лорелей смотрела на нее.

– Просто не жди, что вернешься в Кейп к ночи, если только сама не оттащишь ее, – Коллин прошла к столу и выдвинула ящик. Она вытащила ключ и принялась писать записку на клочке бумаги. – Вот, возьми. Это запасной ключ и мой адрес. Не потеряй.

– Хорошо, спасибо, – она спрятала ключ и записку в карман джинсов.

Дейдре вернулась вскоре после этого.

– Готова? – спросила она у Лорелей.

– Ага, – ответила Лорелей. – Было приятно познакомиться, – сказала она Коллин, и они ушли.

Дейдре поймала такси у здания. Лорелей села на заднее сидение.

– Улица Ньюбэри, – сказала Дейдре, – «Vonnie Biermann’s».

Такси отъехало от поребрика. Машина маневрировала в потоке автомобилей, порой гудя, пока они покидали финансовый район. По пути Дейдре указывала на достопримечательности города, они поехали по тихим улицам с коричневыми домами. Такси остановилось у квартета магазинов с идеальными витринами. Дейдре заплатила водителю и грациозно вышла из машины.

Сцена отличалась от другой части города. Юные жители ходили мимо с органическим кофе в руках. Лорелей прошла к одной из витрин и заглянула внутрь. Она не могла представить себя в одежде, которую показывали на витрине. Манекены были в модных коротких юбках, угловатых блузах с пышными воротниками и на огромных каблуках, которые казались такими непрактичными. что Лорелей не понимала, кто стал бы носить их на публике. Дейдре помахала, и Лорелей прошла за ней в соседний магазин.

– Добро пожаловать в «Vonnie Biermann’s», – сказала юная блондинка на входе. – Меня зовут Стефани. Сообщите, если я могу чем-то вам помочь.

– Эм… скажите, а Марджи сегодня здесь? – спросила Дейдре.

Стефани с оскорбленным видом кивнула и пошла за сотрудницей.

– Без обид, но некоторые девушки тут не знают, что делают, – шепнула Дейдре Лорелей. Она отошла и принялась разглядывать блузки на плечиках.

– Ди-и-и-и! – смуглая женщина быстро шагала к ним, вытянув руки. – Как ты?

– Боже! Выглядишь сногсшибательно! – Дейдре обняла женщину и отошла, чтобы рассмотреть ее. – Что на тебе? Это роскошно!

– О, это? Это просто новый Ричард Пирзетти из весенней коллекции. Она еще недоступна, но ты меня знаешь, я уговорила Вонни дать мне носить это. Только в магазине.

Наряд состоял из короткого оранжевого платья с одним рукавом, что висело на ней, как большая футболка, и широкого кожаного пояса. Платье шло в паре с серыми леггинсами и меховыми сапогами. Лорелей она напоминала проститутку в поезде, но она не разбиралась в моде.

– Итак… – Дейдре хитро улыбнулась. – Есть вызов для тебя.

– Ладно, – сказала женщина, – я люблю вызовы.

– Это моя кузина Лорелей.

– О, боже, – сказала женщина, – разве не красавица? Но скрыта за ужасными вещами.

– Я знаю, – сказала Дейдре.

– Я тут стою! – сказала Лорелей. – И я не считаю свою одежду такой плохой.

– Милая, она плохая. Правда. Я – Марджи, и я о тебе позабочусь. Ты будешь выглядеть так, словно только сошла с обложки журнала.

– Мы сегодня развлекаемся, так что нужно найти что-то девчачье, поразительное, – сказала Дейдре, – и сексуальное.

– Погодите, – сказала Лорелей. – Я не знала, что это будет день «переодевания кузины». Меня устраивает моя одежда.

– Может, и устраивает, но ты сегодня гуляешь с Дейдре Мэлоун, тебе нужен наряд. Ты же не хочешь, чтобы тебя сравнивали с ней, пока ты так выглядишь?

Лорелей заметила свое отражение в зеркале. До этого ее устраивал ее простой облик. Мятые выгоревшие джинсы и поношенная футболка с длинными рукавами. По сравнению с идеальным видом Дейдре она выглядела тускло. Но она и не хотела напоминать безумный эксперимент моды, как Марджи. Что плохого могло произойти?

– Ладно, – сдалась Лорелей.

– Давай-ка тебя рассмотрим, – сказала Марджи. Она обошла Лорелей и окинула ее взглядом. – Длинные конечности, неплохие бедра, хорошо выраженная талия, красивая шея. Размер шесть?

Марджи взяла Лорелей за руку и повела по магазину. По пути она хватал одежду, бросала на руку и продолжала. Шелк, сатин, кожа, лен и прочие ткани разных красок и с разными узорами собирались горой на хрупкой руке Марджи.

– Вот так, – Марджи завела Лорелей в примерочную. Она вручила ей лиловое платье. Лорелей сняла свою одежду и надела платье через голову. Оно было коротким, без рукавов, с украшением на поясе.

Дейдре охнула, когда Лорелей вышла из примерочной.

– Это так мило! И ты сексуальная! Мне нравится.

Лорелей повернулась к зеркалу. Она не сняла носки, но платье все равно хорошо сидело. Подчеркивало фигуру. Даже сзади она выглядела стильно. Она могла даже соврать, что ей немного за двадцать.

– Твои ноги шикарно смотрятся в этом платье. Серьезно, – сказала Дейдре.

– Это хорошо, но мы можем лучше, – сказала Марджи.

Лорелей примеряла наряд за нарядом, каждый разглядывали Марджи и Дейдре. Она замирала, и они добавляли аксессуары и спорили из-за деталей каждый раз, когда Лорелей выходила в платье. Все были по-своему красивыми. Некоторые были более женственными, с рюшами и лентами, другие были строгими, придавали ей провокационный вид. Прошли часы, Лорелей устала быть моделью бесконечного потока платьев. Она утомилась, проголодалась и злилась из-за роли куклы.

– Мы уже закончили? – спросила Лорелей, надевая очередное платье, черное, льняное, похожее на пиджак.

– Тебе не весело? – спросила Дейдре.

– Может, и весело, но я устала. Может, выберете мне какое-то одно, и мы пойдем?

– Погоди, – сказала Марджи. – Примеришь еще одно? Ты должна попробовать его перед тем, как заканчивать примерку, – Лорелей глубоко вдохнула и сдавленно выдохнула. Она кивнула. Марджи ушла в кладовую и вернулась с темным чехлом для платья. Она повесила его на крючок и осторожно расстегнула. – Это тебе понравится, – сказала Марджи. – Это Жак Кавье.

Она подняла кусочек шелковой ткани. Он начинался бежевым, постепенно выцветал, а потом становился фуксией внизу. Лорелей с презрением взяла платье и снова прошла в примерочную. Он бросила черное платье на пол и надела новое через голову. Оно было легким, шелк скользил по ней как вода. Она застегнула его на боку и пошла к зрителям.

Рот Дейдре раскрылся, когда она увидела Лорелей в платье.

– Потрясающе, – прошептала она. Марджи кивнула. Лорелей посмотрела на себя в зеркало. Отражение казалось нереальным. Платье подчеркнуло ее изгибы в нужных местах, тонкие лямки и V-образный вырез манили, но достаточно скрывали. Платье показывало ее плечи и шею, юбка была идеально расклешена, двигалась с ней. Лорелей была очарована своей естественной красотой. Она выглядела как женщина.

Они добавили простой серебряный кулон и сверкающие серьги. Марджи принесла туфли на ремешках и на каблуках, и в них ее ноги казались длинными и подтянутыми. Дейдре вытащила косметичку из сумочки. Немного блеска для губ, туши, подводки для глаз, блестящих теней легли на лицо Лорелей от движений руки профессионала. Марджи в это время закручивала пряди Лорелей в спирали, закрепляла шпильками на макушке, чтобы кудри обрамляли ее лицо. Закончив, Дейдре и Марджи отошли полюбоваться своим творением. Они переглянулись и улыбнулись.

– Идеально, – сказала Дейдре, – мы берем его и это, – она указала на гору одежды на спинке стула. Лорелей хотела возразить, но Дейдре подняла кредитку и сказала. – Это подарок. Не переживай.

– Отправить их, Ди? – спросила Марджи.

– Конечно, – сказала Дейдре.

Через мгновения Лорелей и Дейдре покинули «Vonnie Biermann’s». Лорелей вернулась на свет дня и вышла из тени Дейдре. Она могла поклясться, что все смотрели на нее.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

– Второй столик, пожалуйста, – сказала Дейдре.

Метрдотель, лысый и тучный мужчина в костюме в полоску, смотрел на экран компьютера.

– Простите, мадам, но все места заняты. Сегодня мы не сможем принять еще гостей.

– Должен быть какой-то вариант, – сказала она медовым голосом. Он посмотрел на нее. Дейдре склонилась, глядя в его глаза. Уголок ее рта приподнялся в игривой ухмылке. – Может, кто-то отменил заказ? – спросила она.

Он нашел список забронированных мест. Он пристально посмотрел на Дейдре и тихо кашлянул.

– Так… посмотрим… – он зашуршал бумагами. – У нас есть небольшой перерыв между бронью.

Метрдотель оставил свое место и поспешил в зал, поманил к себе двух официантов. Он говорил с ними, размахивая руками, они поспешили прочь и вернулись через пару минут со столом и двумя стульями. Стол поставили между баром и большим деревянным камином. Стол быстро накрыли скатертью, расставили приборы, и метрдотель вернулся с меню.

– Дамы, – сказал он, – сюда.

– Спасибо, – сказала Дейдре, погладила его щеку рукой и прошептала, – милый мужчина.

«У Винсенто» было старым заведением. Сюда приходили показать себя. Бар был тускло озарен, бармены в форме стояли за ним и трясли напитки. Дейдре заказала себе мартини, а Лорелей – чай со льдом.

– Не могу налюбоваться на тебя в этом платье, – сказала Дейдре.

– Спасибо, – сказала Лорелей. – Оно красивое. Это место такое вычурное, что мне немного не по себе.

– Ты прекрасно вписываешься. Выглядишь так, будто принадлежишь этому месту.

Они открыли меню. Лорелей посмотрела на варианты. Описания вкусных итальянских блюд манили со страницы, и Лорелей была готова сделать заказ, но увидела цену.

– Тридцать пять долларов за лазанью? – возмутилась Лорелей. – Они шутят?

– Бери, что хочешь, – сказала Дейдре. – Серьезно. Тебе не нужно за это платить.

– Дейдре, ты уже много на меня потратила. Мне стыдно просить и ужин…

– Я с этим разберусь. Наслаждайся. Ты прекрасна, юна и одинока. Я хочу, чтобы ты развлеклась сегодня, хорошо? Я буду думать о деньгах.

Официант вернулся и принял их заказ. Лорелей скромно заказала пармиджану, ведь блюдо стоило двадцать четыре доллара. Дейдре заказала лобстера, несколько разных закусок и еще один коктейль. Пока они ждали еду, Дейдре прошла к бару. Она приблизилась к одному из джентльменов у стойки и заговорила с ним.

Он выглядел неплохо, был намного старше Дейдре, но заметный и богатый. Лорелей смотрела издалека, как Дейдре общалась с ним. Она улыбнулась, склонилась к нему, говорила с ним с блеском в глазах. Она легонько коснулась его плеча, и он встал, не сводя взгляда с ее лица. Она склонилась к его лицу и зашептала ему на ухо. Он рассмеялся, он скромно опустила взгляд. Она сжала его ладонь и повела от бара к их столику.

– Можешь подать мою сумочку? – спросила Дейдре.

Лорелей передала ей сумочку. Дейдре порылась там и нашла фотоаппарат. Она вручила камеру мужчине рядом с собой.

– Сфотографируешь нас? – он согласился. Лорелей встала рядом с Дейдре, они обвили руками талии друг друга и улыбнулись. – Лорелей, это…

– Малкольм, – перебил он.

– Да, – сказала Дейдре, – Малкольм живет рядом с Чикаго.

– Рада знакомству, – сказала Лорелей.

– Если ты не занят, – сказала Дейдре, – мы хотели бы, чтобы ты присоединился к нам.

– Как я могу отказать?

Официанты принесли еще стул, и Малкольм сел между ними. Он был очень красивым: темные волосы с проседью, голубые глаза и широкие плечи. Дейдре и Малкольм болтали. Она улыбнулась ему, и он покраснел. Ее изящная ладонь лежала на столе, Малкольм накрыл ее своей рукой, на безымянном пальце было золотое кольцо. Принесли ужин, и Лорелей попробовала блюдо, что ей принесли. Малкольм все еще был пленен Дейдре, но смог вежливо включать порой в разговор и Лорелей. Они доели, официант принес счет. Малкольм без колебаний забрал его.

– Спасибо за приятную встречу, – сказал он, вытащив бумажник. – Мне очень понравилось ваше общество.

– Ты такой добрый, – сказала Дейдре, – но ты не обязан платить за нас. Позволь посмотреть счет.

– Нет. Это меньшее, что я могу сделать для двух красивых женщин.

Дейдре склонилась к нему, прижала к его лицу ладонь.

– Спасибо. Это самый милый поступок, что я видела. Ты такой щедрый.

Они встали, и Малкольм обвил рукой талию Дейдре, они покинули ресторан. Снаружи они повернулись друг к другу, ладони Малкольма нежно придерживали Дейдре за бедра, ее руки лежали на его плечах. Лорелей отошла, ей было неуютно от их публичного проявления чувств. Малкольм склонился к Дейдре и поцеловал ее в щеку. Она зашептала ему на ухо. Он отодвинулся, сжал на миг ее ладони, а потом ушел.

Дейдре поймала такси. Они с Лорелей сели в машину.

– Куда? – спросил водитель.

– «Нефритовая комната», – сказала Дейдре. Машина поехала вперед. Лорелей смотрела, как мерцают огни улицы, проносясь мимо машины, пока они двигались по городу. – Надеюсь, ты следила, – сказала Дейдре.

– За чем следила?

– За тем, что я делала с Малкольмом.

– А что ты делала? Соблазняла женатого мужчину? Это было очевидно. И не очень приятно.

– Боже, ты слепая? Это все было для тебя.

– Что было для меня?

Дейдре повернулась к Лорелей.

– Случившееся там – одно из… преимуществ… того, какие мы. Мы можем вызывать у мужчин желание, чтобы нас хотели, умоляли. Они не могут сопротивляться. И Малкольм довольно невинный. Он не хотел изменять жене, и я бы ему не позволила, но он не мог ничего с собой поделать.

– Соблазнение один из наших… даров?

– Хелен говорит, что мы должны использовать силы во благо, но порой нужно делать исключение. И я очень хотела лобстера.

– Как ты это сделала?

– Все просто. Сначала нужно понять, кто будет твоей мишенью. Проще начинать с одиноких. А потом уверенно подойти к нему и поймать взглядом. Удерживать глазами. Пусть думает, что он один в комнате. Нужно улыбнуться, но не сильно, должна оставаться доля загадки. Поговори с ним, чтобы разогреть, спроси его имя, откуда он, всякие мелочи. Потом его нужно коснуться. Погладить лицо, подержать руку, не важно. И он – твой. Тогда ты поешь ему.

– Это ты делала, – когда шептала ему?

– Угу. Просто склоняешься близко и поешь. Что-нибудь романтичное, главное, чтобы он слышал твой голос. Он будет привязан к тебе, пока ты не отпустишь его, и он сделает все, что ты хочешь. Будет ходить за тобой, как собачка.

– Это нечестно.

– О, а что честно? Женщины тысячи лет соблазняли мужчин. Почему не повеселиться безобидно? Никто не пострадает. Это игра.

Юноши и женщины выстроились на тротуаре перед «Нефритовой комнатой», когда они подъехали. Дейдре сжала руку Лорелей и повела ее в начало толпы. Вышибала стоял между ними и дверью.

– Эй, Джей, – сказала Дейдре, – как жизнь?

– Неплохо. Кто это? – он указал на Лорелей.

– Просто моя подруга.

– У нее есть паспорт? – спросил он.

– О, ты мне не доверяешь? – Дейдре шагнула к нему и погладила руку. – Мы пришли немного повеселиться. Я пригляжу за ней.

Вышибала отошел и впустил их в клуб. Место было темным и интересным. Сливовые и шоколадные стены, большие статуи Будды в комнате и красные фонари под потолками. Музыка пульсировала в комнате, где пары танцевали в темноте среди слепящих лучей. Другие сидели на мягких диванчиках у стен и потягивали экзотичные напитки. Диджей стоял над толпой, смотрел на танцующих со своего насеста. Дейдре увела Лорелей в тихий угол комнаты, подальше от толпы.

– Посмотри на них, – сказала Дейдре. – Сегодня тут много красавцев. Нравится кто-нибудь? Выбери одного.

Лорелей разглядывала комнату. Группа мужчин собралась у бара, они смеялись, пили пиво, футболки свисали над штанами. Эти хулиганы ее не интересовали. Другие подходили к девичнику за столом. У мужчин были жирные волосы и отчасти расстегнутые рубашки, чтобы было видно золотые цепи и волосатую грудь. Женщины не были впечатлены. Лорелей их понимала.

Другой мужчина стоял недалеко от танцпола, один. Он выглядел неплохо. Нормально. В его руке был напиток, он покачивал головой под музыку, наблюдая за танцами. Она не видела его лицо четко, но он был один. Лорелей указала на него.

– Хороший выбор, – сказала Дейдре. – Помнишь, что нужно делать?

– Ох… смотреть в глаза, улыбаться, говорить, касаться, а потом спеть. Это все?

– Это основа. Ты выглядишь роскошно. Иди. Будь храброй.

Лорелей выпрямилась и пошла по залу, стараясь чеканить шаг, как делала до этого Дейдре. Чем ближе она была к нему, тем больше нервничала. Ее желудок сжался, голова кружилась. Дышать. Она приближалась к нему, стараясь не моргать.

«Смотри на меня, – его голова повернулась к ней. Темно-карие глаза поймали ее взгляд. – Вот так, смотри на меня», – она улыбнулась ему. Сделав это, она поняла, что ее улыбка была натянутой, и закрыла рот, улыбаясь только губами.

– Привет, – нервно сказала она.

– Привет.

– Веселишься?

– Да. Расслабляюсь.

– Ого. Круто. То есть, кхм, круто, – она чуть не отвела взгляд, но заставила себя смотреть ему в глаза.

– Как тебя зовут? – спросил он

– Лорелей. А тебя?

– Гарретт.

– Круто. Крутое имя.

– Да, спасибо.

«Он думает, что я – дурочка. «Крутое имя?» Что я делаю? Успокойся. Нужно только дотянуться и… – она попыталась коснуться его руки, но он поднес напиток ко рту, и ее ладонь задела его живот. – Блин», – подумала она и резко отдернула руку, потеряв равновесие в процессе. Она начала падать и впилась в его футболку. Он поймал ее за руку, чтобы не дать упасть, но при этом разлил на себя напиток.

– Мне так жаль! – закричала она. – Поверить не могу, что я так поступила! – она подбежала к бару и схватила стопку салфеток. – Вот. Прости.

– Все хорошо, – он протирал салфетками футболку.

– Нет. Я испортила твою футболку.

– Эй, это просто одежда. Не переживай.

– Мне так стыдно. Мне очень-очень жаль, – глаза Лорелей уже наполнялись слезами.

– Хватит извиняться, ладно? Мне все равно. Давай я принесу тебе выпить, и мы посидим где-нибудь?

Лорелей кивнула, и Гарретт прошел к бару. Он вернулся с двумя бокалами вина. Лорелей подумывала сказать ему, что ей еще рано пить такое, но не захотела унижаться еще сильнее. Гарретт взял ее за руку и провел к столику подальше от танцпола. Он выдвинул стул для нее.

– Вот, выпей немного вина, – сказал он.

Она сделала большой глоток вина. Оно было едким.

«Сейчас, – подумала Лорелей. – Сейчас или никогда. Я спою ему. Но что спеть? Что-то романтичное, о любви. О, хватит, Лорелей, нужно что-то придумать. Ладно, романтичная песня… давай, придумай всего одну песню», – она склонилась и запела.

– Почему птицы поют, когда ты рядом?

Как и я, они хотят быть с тобой…

– «The Carpenters», да? – Гарретт посмотрел на нее большими глазами, а потом рассмеялся. – Ты странная, Лорелей, но ты мне нравишься.

– Думаешь, я странная?

– Может, «странная» не совсем то слово. Но ты немного чудная. Хочешь потанцевать? – спросил он.

– Не знаю. Думаю, я достаточно навредила для одной ночи.

– будет весело, обещаю, – он улыбнулся и сжал ее руку.

Лорелей допила вино и пошла за Гарреттом на танцпол. Он притянул ее к себе; крепко сжал ее талию. Она покачивалась с ним, двигала бедрами под музыку, под ее плавный ритм. Он потянулся за нее, отклонил ее. Спина Лорелей выгнулась, она пыталась убедить себя, что он не уронит ее. Гарретт притянул ее к себе, он обвел контур ее лица кончиками пальцев. Лорелей нравилась близость, ее очаровала его улыбка, что стала шире.

Он развернул ее, прижался спиной к ее спине. Дейдре танцевала на столе в другой части комнаты. Хулиганы смотрели на нее, поддерживали ее. Она опустилась, ударила по столу, перекатилась. Ее бедра описали круг, она задрала блузку, показала живот. Один из юношей притянул ее в свои руки. Она смеялась, пока он не закинул ее на плечо. Она пыталась слезть, но другие парни поддерживали друга, подняли пиво, поздравляя его.

– Мне пора, – сказала Лорелей Гарретту. Она побежала к группе людей. Парень, что держал Дейдре, был не старше двадцати. На его подбородке была щетина, он был в красной футболке. – Эй! Эй, опусти ее! – закричала Лорелей.

Он рассмеялся.

– Хочешь покататься дальше? Наверное, да. Или дразнишь, как эта?

Лорелей глубоко вдохнула и успокоила мысли. Она посмотрела в его глаза и притягивала его. Она ощущала его взгляд, вдруг она поняла, что нашла власть над ним.

Лорелей улыбнулась и сказала:

– Ты отпустишь ее. Сейчас.

Он послушался. Дейдре оказалась на ногах, поправила юбку. Лорелей шагнула вперед и коснулась его руки. Его рот раскрылся.

– Мы пойдем, а ты оставишь нас в покое, понятно?

– Не уходи, – ответил он. – Останься со мной.

– Нет, – сказала Лорелей. – Думаю, нам хватило веселья. Мы уходим.

Она сжала предплечье Дейдре и пошла на выход. Дейдре споткнулась и сжала плечо Лорелей.

– Куда мы? – от Дейдре несло алкоголем. – Почему нам нужно уходить?

– Мы уходим, – сказала Лорелей. – Идем.

Лорелей закинула руку Дейдре на плечи и помогла ей встать. Они пошли сквозь толпу на холодный воздух снаружи.

– Лорелей, стой! – позвал ее голос сзади. Она обернулась и увидела Гарретта. – Ты так быстро уходишь?

– Прости, я хотела попрощаться, но моя подруга… ей нужно домой. Она слишком много выпила, – сказала Лорелей.

– Я в порядке… – парировала Дейдре. Лорелей зашипела на нее.

– Прости, – сказала она. – Сегодня было весело. Спасибо.

– Можно проводить тебя домой? – спросил он.

– Нет, мы справимся. Я поймаю такси.

– Позволь, – Гарретт пошел к поребрику найти машину.

– Лор… нужно отпустить его, – пролепетала Дейдре. – Или он пойдет за нами.

– Что? – спросила Лорелей.

– Ты пела ему?

– Да, но это не сработало.

– Видимо, сработало. Нужно отпустить его.

– Как?

– Коснись еще раз… а потом придется попрощаться навеки.

Лорелей помогла Дейдре сесть в такси, а потом повернулась к Гарретту.

– Я хотела бы остаться, – сказала она.

– Так останься. Не уходи.

– Я должна. Мне жаль, – Лорелей сжала его плечо, привстала на носочки и шепнула ему на ухо. – Мы не увидимся. Спасибо за хороший вечер… и прощай, – она чмокнула его в щеку и села в такси. Не оглядываясь, Гарретт развернулся и ушел в другую сторону.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Лорелей не сразу поняла, где была, когда проснулась от звонка телефона. Она оказалась на диване в чужой квартире, но смутно помнила, как довела пьяную Дейдре до квартиры Коллин прошлой ночью. Ее кузина спала на полу в груде одеял и подушек. Телефон перестал звонить на минуту и зазвенел снова. Лорелей поднялась с дивана, прошла к Дейдре и нашла телефон в сумочке рядом с дверью. На экране был домашний номер Делуа.

Лорелей раскрыла телефон.

– Алло? – прошептала она.

– Где ты? – голос на другом конце был пронзительным.

– В Бостоне… где-то, – сказала она.

– Серьезно? Сегодня призыв, ты забыла?

– А? Что?

– Кто это? – звонящий был взволнован.

– Это Лорелей. Кто это?

– Прости, Лорелей. Это Каллиопа. Дейдре там?

– Да, погоди, – Лорелей склонилась к груде одеял на полу и затрясла Дейдре за плечо. – Эй, тебе звонят, – Дейдре что-то буркнула и отвернулась. – Это Каллиопа. Она злится.

– Ладно, – Дейдре села и потерла виски, прищурилась, глядя на Лорелей. – Я поговорю с ней, – Лорелей отдала телефон и села на диван. – Алло? – сказала она. Долгая пауза, и Дейдре сказала. – Прости, я забыла… Остынь. Мы сейчас уедем, хорошо? Который час? О, блин. Да, мы уже выдвигаемся. Пока.

– Что она хотела? – спросила Лорелей.

– Нужно уходить. Мы нужны дома.

Они быстро заправили диван, сложили одеяла и покинули квартиру. Они вышли на холодный воздух к гаражу, где оставили машину.

– Ты сможешь сесть за руль? – спросила Дейдре. – Голова убивает меня.

– Да, я могу, – Дейдре бросила ей ключи и села на пассажирское место. Лорелей выехала на шоссе. – Почему мы спешим?

– Увидишь, – сказала Дейдре.

Дейдре отклонилась, надела солнцезащитные очки и уснула. Она не объяснила Лорелей причину спешки, но Лорелей казалось, что это связано с сиренами. Глядя на дорогу, Лорелей хотела поехать быстрее. В ней нуждались. Ее звали в дом, к воде. Невидимая сила тянула ее по дороге, ее плечи болели от давления. Они вернулись в Чатем меньше, чем за час. Каллиопа ждала их на крыльце, Лорелей и Дейдре вышли из машины и пошли к ней.

– Хелен ждет нас в бухте. Нужно спешить, – сказала Каллиопа. – Лорелей, жди внутри.

– Я хочу пойти, – сказала Лорелей. – Я хочу посмотреть.

– Не время. Мы уже опаздываем, и ты сегодня не нужна.

Паника поднялась в Лорелей. Ее голова кружилась, мысли кипели. Волны разбивались за домом, манили ее. Адреналин бежал по венам, сердце колотилось в груди. Она отключится, если не пойдет к бухте.

– Мне нужно идти, – сказала она. – Не могу это объяснить, но я должна быть там.

– Я не буду сейчас с тобой спорить. Жди внутри, – сказала Каллиопа.

Лорелей быстро дышала, почти задыхалась. Ее тело не слушалось. Она сжала руку Дейдре, чтобы не упасть.

– Эй, Каллиопа, она не может подавлять призыв, как и мы с тобой, – сказала Дейдре. – Ты не можешь оставлять ее тут. Это не честно.

– Ладно, – сдалась Каллиопа. – Но не мешайся.

Каллиопа прошла в дом, ее длинные черные волосы ниспадали на сильные плечи. Лорелей все еще была в платье с прошлой ночи, а Дейдре сияла, несмотря на заспанные глаза и спутанные волосы. Дейдре нашла для Лорелей белый шелковый халат и сказала переодеться, сама тоже так сделала. Лорелей быстро послушалась, ее мысли бурлили и мешали ей спорить. Они переоделись, Лорелей, Дейдре и Каллиопа пошли в бухту. Разум Лорелей затих, она подошла к воде, и сердце уже билось нормально. Она осторожно спустилась к бухте по ступеням, стряхнула с подошвы песок. Хелен стояла у воды и смотрела на горизонт.