Текст книги "Пока я не умерла (ЛП)"
Автор книги: Эми Плам
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)
Глава 34
Как только я услышала, что Джорджия вернулась вечером домой, я выскочила в коридор и стремглав бросилась к ней в спальню.
– Кейти-Бин! – Она встретила меня с улыбкой, но выражение ее лица, быстро стало обеспокоенным, когда она увидела мое лицо. – О, нет. Что случилось?
– Папи знает.
– Что Папи знает?
– Что Винсент ревенент и что за мной охотятся нума.
– Поясни, что значит за тобой охотятся нума?
Я рассказала ей всю историю. Встречу с целительницей. Про воров в галерее нашего дедушки. Исчезновение знахарки. И противостояние между Папи и Винсентом.
– Ты же не собираешься перестать видеться с Винсентом? – спросила взволнованно Джорджия.
– Нет, – призналась я. – Не собираюсь. но теперь я больше не смогу говорить о нем при Мами с Папи. И, возможно, придется врать о том, чем занимаюсь, когда ухожу из дома. От чего мне довольно паршиво на душе. Но я ни за что не перестану с ним видеться.
Джорджия на мгновение задумалась.
– Так что ты собираешься делать? Я имею в виду, ты же не можешь вечно прятаться от Папи.
Я присела на краешек её кровати.
– У меня вроде как есть план. Он фиговый, но…
– Говори, – сказала сестра.
– Думаю, я попрошу Жан-Батиста поговорить с Папи.
– Что! Зачем? – спросила Джорджия.
– Затем, что Винсент сказал мне, что Жан-Батист состоит суперсекретной группе ревенентов-коллекционеров, с которыми Папи ведет дела. Поэтому может быть он его выслушает. Есть всего не сколько сторонних людей, которые знаю, кто что они такое, например, Жанна, их экономка. И поэтому Жан-Батист должен знать, как объяснить людям то, что тем необъодимо знать – каким образом вести дела и при этом, чтобы никто про них не узнал.
– Вести дела и договориться, чтобы их внучка встречалась с его лже-племянником-нежетью – две разные вещи, – сказала Джорджия, наконец разувшись и сняв колготки и удобно устроившись на кровати.
– Знаю, – пробормотала я, приуныв. – Это трудноосуществимый план. Но, что еще я могу сделать? Как бы там ни было, чтобы сейчас не происходило, это едва ли является моим приоритетом.
– А что же у тебя тогда в приоритете? И как ты собираешься использовать меня, чтобы помочь тебе достичь этого? – спросила Джорджия. При этом её глаза блестели от восторга. Моя сестра была хорошей слушательницей, но еще лучше она была в действие.
– Короче, Джорджия, вот какое дело. Сначала, я должна выяснить, кто трепется нума обо мне. Если Винсенту с его сородичами удастся позаботиться об этой проблеме, то я соскочу с крючка нума. Их похоже не очень колышет, что я прикончила Люсьена, в особенности, если учесть, что я это сделала не совсем в одиночку.
Они использовали термин «прошлый лидер», так что у них должно быть сейчас новый предводитель. Все, кажется, так думаю. И они были посланы, чтобы узнать, что я узнала от целительницы. Так что это не личное – они не собираются преследовать меня до конца моей жизни.
– Кроме того, если у Артура остались связи с нума… – у Джорджии округлились глаза и она посмотрела на меня, будто я совсем с катушек слетела. Я подняла руку в жесте: «погоди-ка, делать выводы». – Если через него происходит утечка информации, то весь дом Винсента в опасности. Когда я высказала Винсенту свои доводы, почему подозреваю Артура, он меня даже слушать не стал.
– Ну это, наверное, от того, что ты чокнулась. Кроме того, я считаю, что Артур просто сказка…
– А тебя интуиция в прошлом еще ни разу не подводила, – перебила я.
– Туше, – призналась Джорджия. – Но на этот раз я уверена в своем выборе. Вообще-то, я пила с ним днем кофе. – Она одарила меня довольной кошачьей улыбкой и начала обмахиваться будто ей жарко, при воспоминание какой он сексуальный.
– Что? – воскликнула я. – Он пригласил тебя?
– Ну, не совсем, – созналась Джорджия. – Я просто наткнулась на него, проходя мимо кафе Сент Люси, он сидел там и предложил присоединиться к нему. А так как там не было той злющей пигалицы, чтобы поиздеваться надо мной, я согласилась.
– Сегодня после школы? – спросила я.
– Угу, – сказала она, глядя на меня с подозрением.
– То есть, когда у нас случился тяжелый разговор с Папи. Артур мог сидеть и поджидать нума, чтобы те доложились ему.
У Джорджии отвалилась челюсть.
– А не сильно смахивает на паранойю? Планета Земля вызывает Кейт: ты теряешь связь с реальностью. Артур абсолютно нормальный и очень симпатичная нежить. Я бы с большим подозрением отнеслась к Виолетте.
Я покачала головой.
– Я доверяю Виолетте. Если за этим стоит Артур (вольно или невольно), она может об этом и не знать. В противном случае, она бы все мне рассказала. Мы на самом деле очень сблизились, Джорджия. Я знаю, она тебе не нравится, но не мне.
Она как бы в утешение погладила мою руку.
– Я думаю ключевое здесь слово «невольно». Если он и впрямь зависает с какими-то мягкотелыми нума, то может он и сболтнул чего лишнего. Хот, лично я, себе этого не могу представить. Серьезно, не думаю, что Артур на такое способен. Он и мухи не обидит. Он хороший парень и мне начинает казаться, что он слишком хорошо для меня. Он был искренне расстроен, что обидел тебя.
– Вот видишь! Он говорил обо мне. Скорее всего он притворялся, изображая раскаяние, чтобы водить нас за нос.
– Довольно, Кейт. У тебя похоже совсем крыша поехала.
– Я собираюсь доказать, что это именно он.
– Ладушки, значит это вызов. Тогда я собираюсь доказать, что это не так. Тем более, что, если ты права и он зло, это будет означать, что мне придется отменить мое с ним свидание в субботу вечером.
– Джорджия!
– Шучу, – сказала она, а потом добавила себе под нос: – Не совсем.
Следующим утром на столике в коридоре в горшочке стояли маленькие пурпурные цветочки. Папи опустил газету и кивнул в их сторону, и я задумалась, был бы он таким спокойным, если бы на карточки стояло имя Винсента, а не Виолетты. «Узнала о вчерашнем ужасном происшествие с тобой. Давай сегодня встретимся за чашечкой кофе. В кафе Сент-Люси после школы? Целую. Виолетта». Я вытащила цветочную энциклопедию из сумки и нашла картинку соответствующую этим цветам – это оказалась герань.
– Настоящая дружба, – прочитала я, улыбаясь, когда Джорджия прошла позади меня.
– Миленькие, – прокомментировала она, наклоняясь, чтобы понюхать их.
– Они от Виолетты, – сказала я, наблюдая за её реакцией.
– Похожи на сорняки, – ответила она, выпрямляясь и подходя к Папи, чтобы сесть за стол и позавтракать.
– Ты в порядке? – это все, что Папи произнес за завтраком и сказав это, он обеспокоенно взглянул на Джорджию, как будто бы он сказал больше, если бы её здесь не было. Если мой дедушка считал, что я далеко не все рассказываю своей сестре, то но не очень-то хорошо нас знал. Может быть наши редкие ссоры сбили его с толку и он просто не понимал насколько мы на самом деле близки.
Спустя полчаса мы вышли из дома, чтобы за углом встретить Амброуза в черном внедорожнике.
– Дамы, – сказала он голосом Бэрри Уайта, вытянув руки перед собой и наклонив голову налево, потом направо хрустнул шеей. – Сюда, пожалуйста. – Он открыл дверь, и я запрыгнула на задние сидение. – А прелестная Джорджия?
– Боже мой, сколько всего вкусного и мускулистого с самого утра, мне одной столько не унести, – проворковала она, и игриво ему подмигнула, усаживаясь на переднее сидение. Я покачала головой. Если бы «флирт» был бы что-то вроде иностранного языка, то Амброуз с моей сестрой постигли его в совершенстве.
– Итак, а где все сегодня? – спросила я Амброуза, когда он завел двигателей и поехал к реке.
– Винсент с Жан-Батистом пошли навестить ревенентов, которые теперь живут у Женевьевы. Ну, знаешь…чтобы разнюхать, кто поднял зомбокипишь и растрепал, что ты феерично расправилась с их лидером. Как это ощущать врагиней номер один у нума, Кейти-Лу?
– Вообще-то, страшновато, – созналась я. – Я думала, что то, что вы меня возили в школу и из неё всю прошлую неделю – пустая затея. До вчерашнего дня.
– Означает ли это, что на этот раз ты рада меня видеть? – сказал Амброуз, на фоне темной коже блеснула белозубая улыбка.
– Амброуз, я всегда рада тебя видеть, – сказала я, понимая, что если бы ту же самую фразу сказала Джорджия, то она прозвучала так же соблазнительно, как Мэй Вест.
– А что там насчет твоего ой-такого-привлекательного средневекового друга? – спросила Джорджия.
– Я так полагаю, ты имеешь в виду Артура? – сказал с усмешкой Амброуз. – Он с Виолеттой тренируются с Гаспаром этим утром, прежде чем самостоятельно отправиться навестить еще одних наших сородичей. Жюль – парит, так что я закину вас в школу и прогуляюсь с ним и Гаспаром, прежде чем вернуться и забрать вас. Не выходите за школьные ворота, ладно? Нам не нужно никаких резких действий со стороны нума, пока вы ждете меня на улице.
Амброуз понаблюдал за нами, как мы войдем в школьные ворота, и уехал. Джорджия повернулась ко мне: – Ну? Итак у нас есть инфа, что собирается делать Артур? Чего решим?
– Это наш шанс, – сказала я. – Мы знаем, где он находится в данный момент. Мы можем пооколачиваться у дома и поглядеть куда он отправится, когда выйдет.
– Ты же слышала Амброуза. Артур собирается куда-то там с Царственным гвоздем в заднице.
– Так, трудновато будет шпионить за ними в течение нескольких часов? Кроме того, мы пропускаем школу. Это наш единственный шанс, потому что рядом не будет охранников-ревенентов.
– И нума не будут нас преследовать, что важно, – согласилась Джорджия. – Все же считают, что мы в школе. Мы выдвигаемся немедленно – неизвестно, сколько там Гаспар будет им задницы надирать. – Она посмотрела по сторонам в коридоре, и ее глаза задержались на спортивного вида парне со стопкой книг. – Эй, Пол! – закричала она.
– Помнишь, ты как-то предлагал одолжить мне твой скутер?
Глава 35
Мы с сестрой жались в конце rue de Grenelle и смотрелись до смешного нелепо подозрительно, выглядывая вот так из-за угла, бросая взгляды каждые несколько минут в направлении особняка Жан-Батиста.
– Который час? – спросила я, мои зубы стучали от февральской стужи.
– Прошло пять минут с того раза, когда ты в последний раз меня об этом спрашивала, – проворчала Джорджия. – Одиннадцать часов и пять минут, мы торчим тут добрый час и тридцать пять минут. Сколько длятся твои тренировки с Гаспаром?
– Час, – сказала я. – Но уверена, что Артур с Виолеттой могут продержаться дольше меня, и нам неизвестно, когда они начали.
Моё настроение падало все ниже и ниже, от того, что наше задание начинало казаться с каждой секундой все глупее и нелепее, чем в нашем теплом и безопасном школьном коридоре.
– Подожди, – прошипела Джорджия драматическим шепотом. – Ворота открываются. И появляется… Артур! Он в мотоциклетном шлеме, но я знаю, что это он – на нем тот же самый жакет, что была вчера в кафе.
Я стараюсь выглянуть из-за неё, но сестра отпихивает меня назад.
– Тихо! – шикает она, хотя мы обе знаем, что находимся вне пределов его слышимости. – Он медленно подъезжает к концу квартала. Он слазит с мотоцикла и идет к тротуару. Вот это да – он типа прячется!
Комментарии Джорджии начинают звучать истерично.
– Что значит «прячется»? – я оттолкнула её с дороги. – Я никого не вижу.
– Ладно. В самом конце улицы. Сразу за последним зданием. Он прячется там.
– Он нас видел?
– Нет! Он даже не взглянул в нашу сторону, когда сошел с дороги.
– Тогда почему он…
– Подожди! – прервала меня Джорджия. Я высунула свою голову за угол, поверх её. Мимо нас только что проехало такси и теперь припарковывалось перед отелем. Ворота снова распахнулись, и из них вышла Виолетта, и, прежде, чем нырнуть в кабину машины, посмотрела по сторонам. Мы спрятались, подождали секунду, а затем снова высунули наши головы из-за угла.
Такси поехало к концу улицы и повернуло налево, на улицу с односторонним движением. Мы с Джорджией тут же натянули шлемы, взобрались на скутер, и поехали по rue de Grenele, когда увидели мотоцикл Артура, который ехал за такси Виолетты на безопасном расстояние.
Мы повернули налево, держась на расстоянии за несколько автомобилей за Артуром.
Следующие двадцать минут были потрачены на маневрирование между легковыми машинами и грузовиками, и старания держаться вне поля зрения Артура, даже несмотря на то, что тот не смотрел по сторонам. Его внимание было сосредоточено на такси Виолетты, и он очевидно точно так же не хотел, чтобы она его заметила.
Мы направились на север через реку, и проехали мимо Лувра и через весь город, пока не добрались до крутого холма под названием Монмартр и начали по крошечной однополосной дороге.
– Они направляются к Сакре-Кер, – проорала я, глядя на белый купол базилики, расположенной на вершине холма.
Рефрижератор с йгуртом, служивший нам прикрытием последние несколько кварталов, остановился и водитель выскочил из кабины, чтобы заняться доставкой. Мы заметили Артура от нас дальше на полквартала. Он парковал свой мотоцикл у лестницы Foyatier, достопримечательность на черно-белых открытках Парижа, узнаваема во всем мире. Её многочисленные перелеты крутых ступенек усеяны старомодными уличными фонарями из черного металла, и это словно погрузиться в Старый Париж. Глядя на это, не исключаешь возможности, что вот-вот внезапно появится сцена Мулен Ружа, где привычно отплясывается кан-кан.
– Быстрее! – крикнула я.
Джорджия оставила свой скутер позади мотоцикла Артура, привязав его к фонарному столбу. Там было довольно много народу, так что, если бы он даже обернулся, то едва ли нас заметил, как мы летим вслед на ним, перескакивая через несколько ступенек. Когда он добрался до вершины, он повернул направо и заторопился к дальней стороне церкви. Солнце стояло прямо над головой и белый церковный камень ослеплял в полуденном свете, затрудняя слежку за Артуром, который продвигался между группами туристов и паломников, выстраивающихся в очередь, чтобы попасть в базилику.
Он растворился в толпе людей в дальнем конце церкви. Пробиваясь к нему через толпу, я протянула руку, чтобы дотронуться до Джорджии, а вместо неё схватила весьма волосатую лапу. Высокий мужчина в бейсболке с надписью «Heck Yeah Cowboys» посмотрел на меня и удивленно улыбнулся: – Типа здрасте! – сказал он с техасским акцентом.
– Извините, – выпалила я, и бросилась искать Джорджию.
Увидела я её, примерно, в тридцати футах. Её волной подхватила толпа во главе с гидом, размахивающим итальянским флажком. Она только сейчас начала понимать, что меня нет рядом, и повернулась, чтобы найти меня, когда группа туристов пропала из виду и я снова её потеряла.
Проталкиваясь сквозь группу американцев, я следовала дорогой Артура, поворачивая за тот угол, за которым он исчез.
Я погрузилась во тьму, когда подошла к базилике, к пустынному каменному дворику с боку здания. Мне потребовалась секунда другая, чтобы мои глаза привыкли, после яркого солнечного света к затененному освещению дворика, пустому от туристов, такому тихому и умиротворенному.
Двор был довольно большим – по форме, напоминающий каток. Его внешний край граничил с пропастью и был огорожен железными поручнями, чтобы защитить посетителей от падения. По кругу дворика стояли неуклюжие статуи и ангелы, которые отбрасывали причудливые тени, создавая тем самым жутковатую атмосферу. Джорджии нигде не было видно.
Я заморгала в поисках Артура и увидела его неподалеку, спрятавшимся за статуей. Он пялился на каких-то людей, которые были наполовину скрыты тенью от здания. Прямо передо мной высилась фигура карающего архангела, борющаяся с невидимым врагом, занеся меч в очередном ударе. Я последовала примеру Артура и спряталась за статуей, выглядывая из-под меча архангела.
Одетая в джинсу девушка что-то авторитетно выговаривала двум, грозным на вид, мужчинам. Холодея от ужаса, я узнала тех нума из галереи Папи.
Когда девушка махнула рукой, то её голова слегка повернулась. Моя рука метнулась ко рту, чтобы подавить крик.
– Нет, – прошептала я. Что Виолетта делает?
Не похоже, что бы нума ей угрожали. Скорее было наоборот, они, казалось, ловят на лету каждое её слово.
Я покосилась на Артура. Он наблюдал ту же саму сцену, и он прятался. Я ничего не понимала.
А потом, неожиданно, я поняла.
Меня окатила волна понимания, мне стало не по себе. Я приложила руку к животу и молилась, чтобы меня тут же не стошнило.
А затем из тени церкви вышел третий. Это был тот самый мужчина, которого я видела с Артуром в Ла Палетт. И теперь, когда я увидела, что он был одет длинное меховое пальто, которое выглядело так, словно было предназначено для костюмированной драмы какого-нибудь лорда эпохи возрождения – я вспомнила, где видела его раньше. Я видела его на кладбище Пер-Лашез, в день похорон Филиппа, прячущимся между могил. Я тогда испугалась не просто так.
Потому что теперь, без сомнения, я могу сказать, что отсутствие цвета, высасывание его, которое происходит в воздухе, вокруг этого мужчины означало только одно. Он тоже был нума.
Он опустился на одно колено перед крошечной ревененкой и, склонив голову, поднес ее руку к своим губам. И когда Виолетта легонько коснулась его головы, призывая его подняться, я увидела как кто-то проскользнул на середину дворика. Ослепленная внезапной переменой света, она позвала: – Кейт?
Мне хотелось дотянуться до неё и утащить подальше. Мне хотелось, чтобы хоть кто-то предупредил её, что надо бежать без оглядки. Но было слишком поздно. Потому что как раз в этот момент Виолетта повернула голову и увидела мою сестру.
Глава 36
Виолетта бросилась к Джорджии, казалось снедаемая яростью.
Мгновение мой разум боролся с тем, что видели мои глаза. На может быть, чтобы Виолетта встречалась с нума. Это Артур был предателем.
Кусочки головоломки начали складываться воедино. Очарование Виолетты Бессмертной любовью и её разочарование, когда она не смогла взять её в руки. А вскоре после этого были погромлены жилища парижских ревенентов нума, которые искали…не документы, нет, они искали книгу.
Еще один кусочек головоломки лег на свое место: На следующий день после того, как я заменила книгу Гаспара в его библиотеке, копию Папи – которая должна читаться вместе с ней, чтобы найти целительницу – украли. Кто-то сложил два и два вместе, и послал нума за Гвенгаэлль. И когда они не смогли найти ее, они пришли за мной с вопросами о Воителе. Теперь было ясно, что за всем этим стояла Виолетта.
Ей то, что за дело до Воителя? Она вела себя так, будто все эти истории не больше, чем старинные сказочки. С чего вдруг такой интерес?
Если она в это верила. Именно она предложила приехать в Париж, чтобы помочь Жан-Батист. Жить в одном доме с Винсентом. Я вспомнила о её вопросах о нас, как о пера и о нашей связи друг с другом. О Винсенте и его суперталантах. О его выносливости.
И внезапно все встало на свои места. По какой-то причине все, что Виолетте всегда хотелось – это Воителя.
У меня сжалось сердце, в горле застрял ком, я выскочила из-за статуи и побежала в их сторону. Уголком зрения я увидела, как и Артур вышел из своего укрытия и побежал ко мне. Я прибавила скорость, все еще не понимая на чьей стороне он был.
Но прежде, чем я успела добраться до своей сестры, Виолетта её дернула на себя и прижала к перилам.
– Что ты здесь делаешь? – крикнула она, в то время, как Джорджия испуганно поглядела вниз, в сторону пропасти, а потом быстро выпрямилась.
– Вопрос в другом, что здесь делаешь ТЫ, маленькая мисс Мата Хари? – горячность Джорджии, заставила ее говорить уверенно, но я видела, что она была напугана. Виолетта снова набросилась на неё, но моя сестра ухватился за поручень обеими руками и пнула Виолетту в бедро.
Когда Виолетта в шоке отступила на несколько шагов назад, я подбежала, чтобы встать рядом с Джорджией, защищая сестру, подняв кулаки.
– Полагаю, это означает, что наша встреча за чашечкой кофе отменяется, – сказала я.
Ощущение предательства сковало моё сердце и голос стал ледяным. Она только пожала плечами, демонстрируя тем самым, что ей все равно. Мне хотелось немедленно потребовать объяснений, вытрясти их из неё. Но я сама видела, что даже не имея оружия, она была смертельно опасна.
У неё за спиной возникло движение – два нума вышли из тени и поспешили к нам. В это же мгновение я увидела Артура, который прыгнул к ним.
– Эти люди мои! – крикнула крошечная ревенентка, даже не взглянув через плечо.
Все трое застыли от неё всего лишь в нескольких ярдах. Поддержания на безопасном расстоянии от нума Артур окликнул:
– Виолетта, отпусти девушек!
Она заговорила не спуская с нас глаз.
– Тебе бы этого хотелось, не так ли, Артур? Что случилось с моим старым верным воителем, который считал, что люди не стоят той крови, что мы проливаем ради них?
– Это всегда было твоим мнением Ви. Но моим – никогда.
– Я знаю тебя, Артур. Я знаю тебя пол тысячелетия. Мы практически одинаковы. Почему ты не пошел со мной, когда я просила? Сейчас мы можем следовать новой дорогой.
– Я никогда не думал, что мы пойдем этой дорогой, Ви. И мне довольно долго пришлось играть роль твоего мальчика для битья. Я высказался, чтобы Кейт не участвовала в общем собрание, когда ты попросила меня об этом и делала вид, что не замечаю, что ты контактируешь с нашим врагом. Черт возьми, да я даже передал сообщение одному из них…этом Николасу, – сказала он, с отвращением указывая на парня в меховом пальто, неподвижно стоящего в тени. – Ты всегда использовала их, чтобы раздобыть информацию, но я никогда не думал, что ты будешь с ними заодно. Или, Бог ты мой, преклоняться перед их новым американским повелителем.
– Артур, нет никакого американца, – сказала Виолетта, хохотнув, а я ойкнула. – Я выдумала его и назначила себя его эмиссаром. Я разыграла карту важной Бардии на случай, если они не захотят мне повиноваться. Но они весь год выполняли мои приказы. Если бы Люсьен не запорол все и принес мне голову Винсента, мне бы не пришлось разыгрывать весь этот фарс с Жан-Батистом. Нума прямо сейчас исполняют мои приказы и скоро все ревененты будут повержены.
– Что ты имеешь в виду, что нума подчиняются тебе? – недоверчиво спросил Артур. – четыре нума напали на нас в переулке. Ты убила одного из них. И ты стояла и наблюдала, как Винсент убил больше чем одного.
– Скажем так: имелось у меня несколько смутьянов, которые не хотели принимать мою власть, кем я был более, чем счастлив распоряжаться. Атака была очень эффективна в позволил мне оценить силы нашего Винсента. А я люблю стратегию, как тебе хорошо известно, дорогой Артур.
– Но теперь, когда все улажено, ты можешь занять место рядом со мной, как мой супруг. Отдай мне свою преданность, и я прощу твоё нежелание.
– Никогда. – Провозглашение Артура сделало его похожим на средневекового рыцаря, которым он когда-то был. Или на его тезку, короля рыцарей.
Виолетта издала яростный рык и (повернувшись так быстро, что я едва успела это заметить) в стиле карате ударила Джорджию в голову, обрушивая всю свою злобу на мою сестру.
Я бросилась на Виолетту, желая, хоть что-нибудь иметь под рукой, кроме своего тела, чтобы бороться с ней. Меч. Дубинку. Любое оружие, с которым я тренировалась, так как я никогда не дралась в рукопашную.
Я припомнила уроки Гаспара и подныкрула, так, чтобы избежать удара от Виолетты. Хоть я и не смогла нанести удар ей по ребрам, но мои действия отвлекли её от сестры, которая громко ругалась, приподнимаясь на руках и коленях.
– Беги, Джорджия! – прокричала я. – Убирайся отсюда!
– И оставить тебя бороться в одиночку? – возмутилась Джорджия.
Периферическим зрением я увидела, как она поднялась и встала рядом с нами.
Я слышала, как нума сражались с Артуром и знала, что он был слишком занят, чтобы помочь. Это наша драка, и хотя мы с Джорджией были неопытными, готова держать пари, что два к одному дает нам преимущество.
Все мои надежды быстро улетучились, как только Виолетта нанесла мне удар кулаком в плечо. Послышался треск и я почувствовала острую боль, и пошатываясь попятилась назад. Она воспользовалась моментом, чтобы пнуть Джорджию под ребра. Моя сестра попятился к перилам, руки прижаты к бокам, и ее лицо исказилось от боли.
– Я видела, как ты поглядываешь на Артура. Неужели ты считаешь, что можешь украсть у меня партнера? – спросила Виолетта у Джорджии ледяным голосом.
– Насколько я понимаю, он не твой, чтобы я его у тебя крала, – сказал Джорджия, горькая усмешка искривила уголки ее рта.
– Откуда тебе знать, тупая смертная? – сказала Виолетта, и повернулась, чтобы взглянуть на Артура. Что дало мне возможность, которую я так ждала.
Я использовала свою здоровую руку, чтобы нанести удар ей в челюсть. Она заорала в ярости и пошатываясь отступила на шаг, но, казалось, все равно не очень пострадала. Виолетта была сильнее и крепче, чем я себе представляла.
Позади неё, Артур сражался с двумя нума, а Николас стоял и терпеливо наблюдал за ними, с другого конца площадки. Жан-Батист как-то обмолвился, что он был правой рукой Люсьена. Даже несмотря на то, что он присягнул Виолетте, казалось, он был выше того, чтобы пачкать свои руки, даже защищая её.
На этот раз, ни одна из сторон не догадались принести оружие – нума собирались провести мирную встречу с Виолеттой, а Артур ей слишком сильно доверял.
Виолетта выкрикнула: – Ален! Прикрой меня и забери девчонку.
Прежде чем я успела хоть как-то защититься, меньший из двух нума оставил Артура второму нума и, подбежав, схватил меня. Моё раненое плечо вспыхнуло болью. Я пиналась и боролась, но мой захватчик был настолько сильным, что мои действия не возымели никакого эффекта.
Моя сестра никак бы не смогла взять на себя Виолетту и противостоять той в одиночку. И никто не мог прийти нам на помощь, потому что никто не знал, где мы. Виолетта нанесла Джорджии еще один удар в голову, и я видела, как моя сестра упала на землю. Меня охватило отчаяние по силе сравнимое с хваткой моего похитителя. Я больше никогда не увижу Винсента. Я в последний раз попыталась вырваться из рук нума.
– Отпусти её, – раздался голос с другого конца двора. Я повернулась и увидела Винсента, выходящего из-за угла церкви, его загорелое лицо исказилось от ярости. Не мешкая, он прошел мимо гигантской статуи Архангела и схватив его мраморный меч обеими руками, сломал его чуть ниже эфеса.
Замахнувшись над головой противника Артура, он уложил того одним мощным ударом, а каменное оружие раскрошилось, разлетевшись в разные стороны.
Мой захватчик, удивившись этому зрелищу, отпустил меня. Я словно кошка приземлилась на все четыре конечности, а затем поднялась на ноги.
– Кейт! – крикнул Винсент, и вынув меч из-под пальто, кинул его эфесом мне. Время замедлилось, когда я наблюдала, как серебряный клинок рассекает воздух и падает мне в руку. Мои пальцы крепко сжали обернутую кожей рукоять. Затем я вновь развернулась и рассекла шею нума, и его обезглавленное тело рухнуло на землю.
Я стояла и смотрела, как голова катиться по камням, оставляя за собой кровавый след. На секунду я почувствовала тошноту, но спохватилась. Сейчас не время.
Я резко повернулась, держа меч перед собой. Моё плечо просто нестерпимо болело, и мне пришлось стиснуть зубы, чтобы стоять наготове. Там на другом конце двора, я увидела, как Николас спасается бегством, а Артур бросается вслед за ним, спрыгивая на темную лестницу.
Слева от меня Винсент пробирался к Виолетте, которая присела на корточки рядом с бессознательной Джорджией. Хотя Виолетта была ниже на добрых полфута моей сестры, она легко подняла её на руки, словно мать дитя и пошла к ограждению.
– Нет! – закричала я, бросая меч. Я бросилась к ним, но внезапно остановилась. Одно движение и ревенентка могла скинуть Джорджию в пропасть. На самом деле, было непонятно, почему она еще этого не сделала? Эта мысль вспыхнула в моей голове, когда я видела, как она колеблется.
– Виолетта, что ты делаешь? – воскликнул Винсент. Он был искренне растерян. Я поняла, что он все еще не понимал, что происходит.
Он не подозревал её. Никто из нас не подозревал. За исключением Джорджии – которая сейчас висит над пропастью. Виолетта застыла как статуя, глядя вниз в головокружительную пропасть.
Позади нас зашевелился нума, которого Винсент ударил по голове. Истекая кровью из раны на голове, он поднялся на ноги и бросился в нашу сторону.
– Виолетта, заставь своего нума остановится! – закричала я.
Как ни странно, она послушалась меня, и выкрикнула: – Поль, остановись.
Огромный мужчина застыл на месте. Я сделала осторожный шаг в её сторону.
– Ты никогда не убивала человека, не так ли? – спросила я, гадая, что послужило причиной её колебания.
– Нет, – ответила Виолетта, по-прежнему глядя в пропасть.
Она осторожно опустила тело Джорджии вниз, на поручни, позволяя металлической конструкции принять на себя вес тела моей сестры. Все что ей оставалось, это отпустить руки и позволить Джорджии упасть. Только не отпускай её, молилась я. Тело моей сестры уже выглядело безжизненным. Я сморгнула слезы, которые жалили уголки глаз.
– Тогда почему сейчас? – спросила я.
– Ты же знаешь формулу, не так ли, Винсент? Если ревенент убьет человека…
– Она станет нума, – тихо закончил он.
Я плохо соображала от испытываемого ужаса, но я заставила себя думать. Виолетта ненавидела Джорджию. И ясно, что она ненавидела всех людей. Что же её тогда заботила. Ответ очевиден: только она сама.
– Виолетта, ты не хочешь быть одной из них. Неважно насколько люди не заслуживают спасения, но ради мести одному человеку не стоит становиться чудовищем.
Виолетта сглотнула, и после её голос снова стал гладким, как лед.
– Месть здесь ни при чем. Я никогда не хотела быть тем, кем являюсь. Мое бессмертное будущее решилось еще в том возрасти, в котором я по сути еще и не успела пожить. Я так старалась быть милосердной к людям, спасать их жизни. Я не хочу спасать тебя. Единственное мое желание – иметь власть над моей собственной судьбой. И как только мои нума вместе со мной одержат победу над ревенентами, Париж станет моим и у меня будет власть, которую я хочу. Мое собственное королевство, с которым я могу делать все, что пожелаю.
– Ты по-прежнему будет зависеть от людей, Виолетта, чтобы выжить как нума, – сказал Винсент. – Неважно как, но ты застряла в бесконечном цикле. Ты просто променяешь спасение на уничтожение людей.
– На данный момент это звучит более сносно, – сказала Виолетта.
– А как же ты собираешься свергнуть нас? Как ты планируешь это сделать? – спросил Винсент недоверчиво.
– С помощью силы Воителя, – сказала она, её глаза сузились, когда она в упор посмотрела на Винсента. – Разумеется, если бы ты согласился встать на нашу сторону, то мне бы не пришлось прибегнуть к насилию. Возможно, я даже бы разделила твою силу среди всех ревенентов, если бы ты занял своё место по праву, став их лидером. Но, когда стало ясно, что ты не оставляешь мне выбора, мне пришлось воспользоваться помощью нума, что кажется не такой уж плохой альтернативой.
